НОВ­ГО­РОД-СЕВЕР­СКИЕ —

На про­тя­же­нии все­го XII в. Нов­го­род-Север­ский являл­ся вто­рым по зна­че­нию горо­дом Чер­ни­гов­ской зем­ли. Сто­ли­цей само­сто­я­тель­но­го воло­сти Нов­го­род-Север­ский, судя по все­му, стал в 1097 г. Соглас­но реше­нию Любец­ко­го съез­да, вся Чер­ни­гов­ская зем­ля (вклю­чая Муром и Рязань) была при­зна­на «отчи­ной» сыно­вей Свя­то­сла­ва Яро­сла­ви­ча († 1076), одна­ко
стар­ший из них, Олег, в силу поли­ти­че­ской конъ­ек­ту­ры вынуж­ден был усту­пить Чер­ни­гов
млад­ше­му бра­ту Давиду2, а сам удо­воль­ство­вал­ся частью Чер­ни­гов­ской зем­ли с глав­ным цен­тром в Нов­го­ро­де-Север­ско­м3. Нов­го­род-Север­ские кня­зья XII в. хоро­шо извест­ны по дан­ным Киев­ско­го лето­пис­но­го сво­да. Послед­ним из тако­вых был зна­ме­ни­тый Игорь-Геор­гий Свя­то­сла­вич, заняв­ший нов­го­род-север­ский стол в 1180 г.4 В 1198 г., после смер­ти стар­ше­го дво­ю­род­но­го бра­та, Яро­сла­ва Все­во­ло­до­ви­ча, Игорь Свя­то­сла­вич по пра­ву родо­во­го стар­шин­ства
пере­шел на кня­же­ние в Чернигов5. Собы­ти­я­ми того же 1198 г. окан­чи­ва­ет­ся Киев­ский свод
[Береж­ков, с. 209–211], а в более позд­них памят­ни­ках лето­пи­са­ния, состав­лен­ных за пре­де­ла­ми Южной Руси (Сред­не­го Под­не­про­вья), совер­шен­но ника­ких све­де­ний о кня­зьях Нов­го­род-Север­ских уже не содер­жит­ся.

О том, что Нов­го­род-Север­ский удел (волость) про­дол­жал суще­ство­вать и в XIII в., нам извест­но лишь из дан­ных цер­ков­но­го помян­ни­ка кня­зей Чер­ни­гов­ских. Этот цен­ней­ший источ­ник, состав­лен­ный (отре­дак­ти­ро­ван­ный) в кон­це XV в., сохра­нил­ся до наше­го вре­ме­ни в соста­ве двух весь­ма позд­них руко­пи­сей. Основ­ная из них – это помян­ник Вве­ден­ской церк­ви
в Ближ­них пеще­рах Кие­во-Печер­ской лав­ры, нача­тый в 1654 г. (далее – Вве­ден­ско-Печер­ский помян­ник, ВПП). В нем содер­жит­ся раз­дел с поми­на­ни­ем кня­зей Чер­ни­гов­ских, кото­рый, оче­вид­но, пред­став­ля­ет собой копию соот­вет­ству­ю­ще­го раз­де­ла из сино­ди­ка Чер­ни­гов­ско­го Елец­ко-Успен­ско­го мона­сты­ря. Дру­гая сохра­нив­ша­я­ся до наших дней редак­ция (зна­чи­тель­но сокра­щен­ная) – это сино­дик Любец­ко­го Анто­ни­ев­ско­го мона­сты­ря, нача­тый в 1751 г. (далее – Любец­кий сино­дик, ЛС). Хотя обе руко­пи­си и име­ют очень позд­нее про­ис­хож­де­ние, вклю­чен­ные в их состав спис­ки кня­зей Чер­ни­гов­ской зем­ли XI–XV в., как вели­ких (соб­ствен­но Чер­ни­гов­ских), так и удель­ных, бес­спор­но, вобра­ли в себя поми­наль­ные запи­си, сде­лан­ные вско­ре после смер­ти самих этих кня­зей. Глав­ную цен­ность для нас пред­став­ля­ет более древ­ний и пол­ный ВПП, а ЛС, по срав­не­нию с ним, прак­ти­че­ски не содер­жит допол­ни­тель­ных дан­ных. Кро­ме того, в любец­кой руко­пи­си фик­си­ру­ет­ся целый ряд про­пус­ков и явных оши­бок, сде­лан­ных пере­пис­чи­ком XVIII в. (подроб­нее об этом см.: [Келем­бет, 2016]).
Итак, в ВПП по нашей теме содер­жат­ся сле­ду­ю­щие запи­си.
«Кн(з): [Фє]одора Мсти­сла­ва Новгоро(д)ского, и Кн(я)гни єго Мат­ро­ны.
Кн(з): Мсти­сла­ва Кора­чєв­ско­го.
Кн(з): Кон­стан­ти­на Д(а)в(и)довича Нов­го­род­ско­го. и С(ы)на єго Тимо­фея. Кн(я)sя»

Н. Д. Кваш­нин-Сама­рин пред­по­ла­гал: «После того как Вла­ди­мир Иго­ре­вич Север­ский
и его бра­тья овла­де­ли Гали­чем (1206 г. – С. К.), Нов­го­род был, кажет­ся, уступ­лен ими Чер­ни­гов­ским за ока­зан­ную помощь. Заклю­ча­ем это из того, что Вла­ди­мир, по изгна­нии из Гали­ча (1208 г. – С. К.), вер­нул­ся не в Нов­го­род, а в Путивль, да и кня­зья Мсти­слав и Кон­стан­тин были из дру­го­го пле­ме­ни» [Кваш­нин-Сама­рин, с. 220]. Но кня­же­ние Вла­ди­ми­ра Иго­ре­ви­ча в Нов­го­ро­де-Север­ском до 1206 г. – это не более чем про­из­воль­ная догад­ка, кото­рая
доста­точ­ных осно­ва­ний под собой не име­ет. Кваш­нин-Сама­рин про­дол­жа­ет: «Даль­ней­шее
пре­ем­ство Север­ских мож­но опре­де­лить толь­ко при­бли­зи­тель­но, имея в виду, что этот город все­гда дол­жен был доста­вать­ся кня­зю, зани­мав­ше­му вто­рое место по ста­рей­шин­ству. Таким обра­зом после Вла­ди­ми­ра Иго­ре­ви­ча в нем долж­ны были сидеть: Глеб и Мсти­слав Свя­то­сла­ви­чи,
Давыд Оль­го­вич (внук Свя­то­сла­ва), Миха­ил Все­во­ло­до­вич Черм­но­го, Мсти­слав Гле­бо­вич,
и нако­нец Мсти­слав и Кон­стан­тин Давы­до­ви­чи. Так выхо­дит по родо­во­му сче­ту» [Кваш­нин-Сама­рин, с. 221]. Сле­дуя общей логи­ке Н. Д. Кваш­ни­на-Сама­ри­на, спи­сок кня­зей Нов­го­род-Север­ских после Иго­ря-Геор­гия Свя­то­сла­ви­ча дол­жен рекон­стру­и­ро­вать­ся сле­ду­ю­щим образом20: Олег-Кон­стан­тин Свя­то­сла­вич (1198–1201) – Все­во­лод-Дани­ил Свя­то­сла­вич Черм­ный (1201–
1204) – Глеб-Пахо­мий Свя­то­сла­вич (1204–1210/1212) – Мсти­слав-Пан­те­лей­мон Свя­то­сла­вич (1210/1212–1215/1220) – воз­мож­но, Давид Оль­го­вич (1215/1220 – не поз­же 1223) – Миха­ил Все­во­ло­до­вич (око­ло 1220 – 1223) – Мсти­слав-Фео­дор Гле­бо­вич (1223–1235). Одна­ко тезис Кваш­ни­на-Сама­ри­на о том, что Нов­го­род-Север­ский «все­гда дол­жен был доста­вать­ся кня­зю, зани­мав­ше­му вто­рое место по ста­рей­шин­ству», явля­ет­ся чистой тео­ри­ей; реаль­но же он не все­гда выпол­нял­ся даже в XII в. Сле­дуя это­му тези­су, в «нов­го­род-север­ский спи­сок» Кваш­ни­на-Сама­ри­на сле­до­ва­ло бы вклю­чить и буду­щих вели­ких кня­зей Чер­ни­гов­ских, кото­рые пра­ви­ли после гибе­ли Миха­и­ла Все­во­ло­до­ви­ча (1246) и при­над­ле­жа­ли к тому же поко­ле­нию Оль­го­ви­чей – Все­во­ло­да IV Лав­рен­тия Яро­пол­чи­ча и Все­во­ло­да V Симео­на
Вла­ди­ми­ро­ви­ча (?) (см.: [Келем­бет, 2018, с. 82–85). А это прак­ти­че­ски «не остав­ля­ет места» для нов­го­род-север­ско­го кня­же­ния Мсти­сла­ва-Фео­до­ра и Кон­стан­ти­на Дави­до­ви­чей.

Более того, име­ет­ся пря­мое ука­за­ние на то, что в пер­вой чет­вер­ти XIII в. сыно­вья
Свя­то­сла­ва Все­во­ло­до­ви­ча сохра­ня­ли те уде­лы, кото­рые они полу­чи­ли, види­мо, еще в кон­це XII в. А имен­но, в 1223 г. млад­ший из Свя­то­сла­ви­чей, Мсти­слав, назы­ва­ет­ся не толь­ко обла­да­те­лем глав­но­го сто­ла в Чер­ни­го­ве (кото­рый он уна­сле­до­вал все­го несколь­ко лет назад), но и кня­зем Козельским21. Затем, похо­же, Козельск закре­пил­ся в каче­стве наслед­ствен­но­го уде­ла и за потом­ка­ми Мсти­сла­ва-Пан­те­лей­мо­на22 – судя хотя бы по тому, что во вто­рой поло­вине XIII в. сре­ди кня­зей Козель­ских фик­си­ру­ют­ся харак­тер­ные «родо­вые» име­на Мсти­слав и Пантелеймон23. В дан­ном слу­чае перед нами при­мер обще­рус­ской тен­ден­ции пер­вой поло­ви­ны
XIII в.: пре­вра­ще­ние воло­стей-уде­лов из вре­мен­ных вла­де­ний, кото­ры­ми млад­шие кня­зья «наде­ля­лись» гла­вой рода24, в наслед­ствен­ные «отчи­ны».

Судь­ба Нов­го­род-Север­ско­го уде­ла в кон­це XII – сере­дине XIII в. нам пред­став­ля­ет­ся
сле­ду­ю­щим обра­зом. Игорь Свя­то­сла­вич, перей­дя в 1198 г. на чер­ни­гов­ский стол, усту­пил Нов­го­род-Север­ский дво­ю­род­но­му пле­мян­ни­ку Оле­гу Свя­то­сла­ви­чу – не толь­ко сле­ду­ю­ще­му по стар­шин­ству Оль­го­ви­чу, но и соб­ствен­но­му сва­ту. По край­ней мере, стар­ший сын Иго­ря, Вла­ди­мир, остал­ся сидеть в Путив­ле, где он упо­ми­на­ет­ся в 1185 и 1208 г.25 Дру­гой Иго­ре­вич,
Олег-Павел, в 1223–1226 г. назы­ва­ет­ся кня­зем Кур­ским, а за потом­ка­ми стар­ше­го пле­мян­ни­ка Иго­ря, Свя­то­сла­ва-Бори­са Оль­го­ви­ча, похо­же, закре­пил­ся удел Рыль­ский [Келем­бет, 2017, с. 7–10]. Нако­нец, стар­ший сын Яро­сла­ва Все­во­ло­до­ви­ча, Рости­слав, полу­чил Сновск, где он упо­ми­на­ет­ся в 1203 г.26 В 1201 г. Олег Свя­то­сла­вич, став гла­вой рода Оль­го­ви­чей, уна­сле­до­вал Чер­ни­гов. Вполне воз­мож­но, что Нов­го­род-Север­ский при этом он усту­пил сле­ду­ю­ще­му бра­ту – Все­во­ло­ду Черм­но­му. Но после смер­ти Оле­га в 1204 г. этот удел, веро­ят­нее все­го, был пере­дан
Дави­ду Оль­го­ви­чу – сыну и зятю быв­ших кня­зей Нов­го­род-Север­ских.

Сто­ит отме­тить, что вывод о суще­ство­ва­нии Нов­го­род-Север­ско­го уде­ла в сере­дине –
вто­рой поло­вине XIII в. вполне соот­но­сит­ся и с дан­ны­ми архео­ло­гии. Соглас­но послед­ним, Нов­го­род-Север­ский, хотя и постра­дал во вре­мя мон­голь­ско­го наше­ствия осе­нью 1239 г. (по край­ней мере, были сожже­ны его окрест­но­сти [Чер­нен­ко, с.19–20]), после это­го вовсе не при­шел
в состо­я­ние запу­сте­ния. Архео­ло­ги­че­ские наход­ки сви­де­тель­ству­ют, что жизнь про­дол­жи­лась и в детин­це, и на поса­де горо­да [Кедун].

2 Упо­ми­на­ет­ся как князь Чер­ни­гов­ский в 1099 и 1113 г. (ПСРЛ. М., 2001 [СПб., 1908]. Т. 2. Стб. 248, 274)
3 Этот факт уста­нав­ли­ва­ет­ся на осно­ва­нии сооб­ще­ния 1151 г. о мире Свя­то­сла­ва Оль­го­ви­ча, кня­зя Нов­го­род-
Север­ско­го, с Изя­с­ла­вом Дави­до­ви­чем, кня­зем Чер­ни­гов­ским: они дого­во­ри­лись вла­деть каж­дый отчи­ной сво­е­го
отца, соот­вет­ствен­но Оле­га и Дави­да (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 444).
4 ПСРЛ. Т. 2. Стб. 613; [Береж­ков, с. 200].
5 ПСРЛ. Т. 2. Стб. 707–708; [Береж­ков, с. 209].
9 Помен­ник Вве­денсь­кої церк­ви в Ближ­ніх пече­рах Києво-Печерсь­кої лаври / Упо­ряд­ку­ван­ня та вступ­на стат­тя
О. Кузь­му­ка // Лаврсь­кий аль­ма­нах. К., 2007. Спе­цви­пуск 7. С. 18.

20 Крат­кий обзор вели­ких кня­зей Чер­ни­гов­ских и хро­но­ло­гии их прав­ле­ния в пери­од 1180–1246 г. см.: [Келем­бет,
2017, с. 3–6].

21 Гали­ць­ко-Волинсь­кий літо­пис. С. 86; ПСРЛ. Т. 25. С. 119. 22 Ср.: «Вєли(к): Кн(з): Пан­тєлєи­мо­на Мсти­сла­ва Чє(р)ниговского» (Помен­ник Вве­денсь­кої церк­ви… С. 17).
В ЛС здесь дефект­ное чте­ние «Пан­тє­ли­мо­на Мсти­сла­ви­ча» (Сино­дик Любец­ко­го Анто­ни­ев­ско­го мона­сти­ря.
Л. 18 об.). 23 В 1339 г. «убьенъ бысть князь Козелъ­скыи Андрѣи Мъсти­сла­вичь от сво­е­го бра­та­ни­ча от окан­но­го Васи­лья
Пан­телѣе­ва сына» (ПСРЛ. Т. 25. С. 172). Доста­точ­но ясно, что рож­де­ние Мсти­сла­ва и Пан­те­лей­мо­на
Мсти­сла­ви­ча (отца взрос­ло­го Васи­лия) отно­сит­ся еще ко вто­рой поло­вине XIII в. 24 Ср. харак­тер­ный эпи­зод 1164 г.: Свя­то­слав Все­во­ло­до­вич, кото­рый вокня­жил­ся в Чер­ни­го­ве, усту­пив Нов­го­род-
Север­ский дво­ю­род­но­му бра­ту Оле­гу Свя­то­сла­ви­чу, тогда же обе­щал Оле­гу, что «бра­та ти надѣ­лю Иго­ря
и Все­во­ло­да» (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 523–524). 25 ПСРЛ. Т. 2. Стб. 638; Гали­ць­ко-Волинсь­кий літо­пис. С. 78, 172. 26 ПСРЛ. М., 2001. Т. 1. Стб. 419; [Береж­ков, с. 87].

Береж­ков Н. Г. Хро­но­ло­гия рус­ско­го лето­пи­са­ния. М., 1963.
Вой­то­вич Л. Кня­жа доба: порт­ре­ти еліти. Біла Церк­ва, 2006.
Восто­ков А. [Х.] Опи­са­ние рус­ских и сло­вен­ских руко­пи­сей Румян­цев­ско­го музе­ума. СПб., 1842.
Гор­ский А. А. Рус­ские зем­ли в XIII–XIV веках: пути поли­ти­че­ско­го раз­ви­тия. СПб., 2016.
Гру­шевсь­кий М. Історія Украї­ни-Руси. К., 1993. Т. IV.
Зотов Р. В. О Чер­ни­гов­ских кня­зьях по Любец­ко­му сино­ди­ку и о Чер­ни­гов­ском кня­же­стве в татар­ское вре­мя. СПб., 1892.
Карам­зин Н. М. Исто­рия госу­дар­ства Рос­сий­ско­го. СПб., 1842. Кн. I. Т. III. При­ме­ча­ния.
Кваш­нин-Сама­рин Н. По пово­ду Любец­ко­го сино­ди­ка // ЧОИДР. 1873. Кн. IV. М., 1874.
С. 213–226.
Кедун І. С. Піс­ля­мон­гольсь­кий Нов­го­род-Сіверсь­кий за матеріа­ла­ми архео­ло­гіч­них дослід­жень // Літе­ра­ту­ра та куль­ту­ра Поліс­ся. Серія: Істо­рич­ні нау­ки. 2015. Вип. 79. С. 3–8.
Келем­бет С. Рюрик-Костян­тин Оль­го­вич – загад­ко­вий чер­ні­гівсь­кий князь XIII століт­тя // Сіве­рянсь­кий літо­пис. 2012. № 1–2. С. 3–10.
Келем­бет С. Пом’янники (сино­ди­ки) князів Чер­ні­гівсь­кої зем­лі як істо­ричне дже­ре­ло // Сіве­рянсь­кий літо­пис. 2016. № 6. С. 19–37.
Келем­бет С. Олег-Пав­ло Іго­ре­вич, князь Курсь­кий та вели­кий князь Чер­ні­гівсь­кий // Сіве­рянсь­кий літо­пис. 2017. № 4. С. 3–13.
Келем­бет С. Н. Вели­кие кня­зья Чер­ни­гов­ские: мон­голь­ский пери­од (1246–1372 гг.) // Studia historica
Europae Orientalis. Иссле­до­ва­ния по исто­рии Восточ­ной Евро­пы. Минск, 2018. Вып. 11. С. 72–113.
Келем­бет С. Чер­ні­гівсь­кі бояри мон­гольсь­ко­го періо­ду // Сіве­рянсь­кий літо­пис. – 2018. – № 3. С. 3–9.
Книш Я. Неві­до­мий київсь­кий князь пер­шої чвер­ті XIV століт­тя // Кня­жа доба: історія і куль­ту­ра. Львів, 2012. Вип. 6. С. 261–268.
Коняв­ская Е. Л. Древ­ней­шие редак­ции Кие­во-Печер­ско­го пате­ри­ка // Древ­няя Русь. Вопро­сы меди­е­ви­сти­ки. 2006. № 1 (23). С. 32–45.
Кот­ляр М. Ф. Загад­ко­вий Ізя­с­лав з Гали­ць­ко-Волинсь­ко­го літо­пи­су // Українсь­кий істо­рич­ний
жур­нал. 1991. № 10. С. 95–102.
Кузь­мин А. В. Источ­ни­ки XVI–XVII вв. о про­ис­хож­де­нии киев­ско­го и путивль­ско­го кня­зя Вла­ди­ми­ра Ива­но­ви­ча // Восточ­ная Евро­па в древ­но­сти и сред­не­ве­ко­вье. Про­бле­мы источ­ни­ко­ве­де­ния. XVIIЧте­ния
памя­ти чле­на-кор­ре­спон­ден­та АН СССР В. Т. Пашу­то. IV Чте­ния памя­ти док­то­ра исто­ри­че­ских наук
А. А. Зими­на. М., 2005. Ч. 2. С. 220–223.
Кузь­мин А. В. На пути в Моск­ву. Очер­ки гене­а­ло­гии воен­но-слу­жи­лой зна­ти Севе­ро-Восточ­ной Руси
в XIII – сере­дине XV в. М., 2014. Т. 1.
Руси­на О. Студії з історії Киє­ва та Київсь­кої зем­лі. К., 2005.
Семян­чук Г., Шалан­да А. Да пытан­ня аб пачат­ках Вяліка­га княст­ва Літоўска­га ў сяр­эд­зіне ХІІІ ст.
(яшчэ адна вер­сія кан­стру­я­ван­ня мінуўш­чы­ны) // Białoruskie Zeszyty Historyczne. Białystok, 1999.
Nr 11. S. 18–44.
[Фила­рет, архи­епи­скоп Чер­ни­гов­ский]. Исто­ри­ко-ста­ти­сти­че­ское опи­са­ние Чер­ни­гов­ской епар­хии. Чер­ни­гов, 1874. Кн. V.
Чамя­рыц­кі В. А. Жывыя свед­кі далё­кай мінуўш­чы­ны // Лета­пі­сы і хронікі Вяліка­го княст­ва Літоўска­го
XV–XVII стст. Мінск, 2015. С. 4–77.
Чер­нен­ко О. Є. Жіночі ювелір­ні при­кра­си з роз­ко­пок «кня­жо­го тере­му» в Нов­го­род-Сіверсь­ко­му //
Сумсь­ка ста­ро­ви­на. 2011. № XXXIII–XXXIV. С. 19–26.
Ясас Р. Хроніка Быхаў­ца і яе паход­жанне // Бела­рус­кі гіста­рыч­ны агляд. 2017. Сне­жань. Т. 24.
Сшыт­кі 1–2 (46–47). С. 183–220.
Stadnicki K. Synowie Gedymina. Lwów, 1853. Т. 2

Лите­ра­ту­ра:

Келем­бет С.Н. Кня­зья Нов­го­род-Север­ские: конец XII – нача­ло XIV в.

I гене­ра­ция

ОЛЕГ-КОН­СТАН­ТИН СВЯ­ТО­СЛА­ВИЧ
(1198–1201);

II гене­ра­ция

ДАВИД ОЛЬ­ГО­ВИЧ

III гене­ра­ция

МСТИ­СЛАВ-ФЕО­ДОР ДАВИ­ДО­ВИЧ (* 1193/94 – сере­ди­на XIII в.);

сын Дави­да Оль­го­ви­ча-Кон­стан­ти­но­ви­ча, князь нов­го­род-север­ский, кня­жил в Нов­го­ро­де-Север­ском в пер­вой поло­вине – сере­дине XIII в.

В ВПП содер­жат­ся сле­ду­ю­щие запи­си:
«Кн(з): [Фє]одора Мсти­сла­ва Новгоро(д)ского, и Кн(я)гни єго Мат­ро­ны.
Кн(з): Мсти­сла­ва Кора­чєв­ско­го.
Кн(з): Кон­стан­ти­на Д(а)в(и)довича Нов­го­род­ско­го. и С(ы)на єго Тимо­фея. Кн(я)sя»1.

В ЛС вме­сто «Фєо­до­ра Мсти­сла­ва» оши­боч­но чита­ет­ся «Фєо­до­ра мсти­сла­ви­ча», а Мсти­слав Кара­чев­ский про­пу­щен2. Архи­епи­скоп Фила­рет (Гуми­лев­ский) пола­гал, что Фео­дор-Мсти­слав (имен­но так, а не Мсти­сла­вич, как в ори­ги­на­ле ЛС) и Кон­стан­тин были сыно­вья­ми Дави­да Рости­сла­ви­ча Смо­лен­ско­го, из кото­рых пер­вый «был в Нов­го­ро­де 1164–1187 г. и скон­чал­ся смо­лен­ским кня­зем в 1230 г.»3. Дей­стви­тель­но, в 1184 г. кня­же­ский стол в Нов­го­ро­де Вели­ком занял Мсти­слав Дави­до­вич, при­слан­ный отцом из Смо­лен­ска; он был изгнан нов­го­род­ца­ми в 1187 г.4 Мсти­слав Дави­до­вич, вели­кий князь Смо­лен­ский, умер в 1230 г.5 Его стар­ший брат, Кон­стан­тин Дави­до­вич, в Нов­го­ро­де нико­гда не кня­жил; он упо­ми­на­ет­ся в 1197, 1212 г. и умер в 1218 г.6. Вполне оче­вид­но, что в помян­ни­ке кня­зей Чер­ни­гов­ских под кня­зья­ми Нов­го­род­ски­ми мог­ли иметь­ся в виду толь­ко удель­ные пра­ви­те­ли Нов­го­ро­да-Север­ско­го. Явная ошиб­ка Фила­ре­та была ука­за­на Н. Д. Кваш­ни­ным-Сама­ри­ным, кото­рый отме­чал: «О рож­де­нии Мсти­сла­ва Федо­ра Давы­до­ви­ча упо­мя­ну­то в лето­пи­си под 1193 годом, толь­ко не извест­но, об нашем ли идет речь, или о сыне Давы­да Смо­лен­ско­го. Кон­стан­тин Давы­до­вич почти несо­мнен­но сын Давы­да Оль­го­ви­ча»7. Более кате­го­ри­чен был Р. В. Зотов: «Мы зна­ем по лето­пи­сям, что в 1193 году родил­ся Мсти­слав-Фео­дор. Это был сын Дави­да Оль­го­ви­ча, внук Оле­га Свя­то­сла­ви­ча
Чер­ни­гов­ско­го († 1204 г.) и пра­внук Свя­то­сла­ва Все­во­ло­до­ви­ча († 1194 г.). Отче­ство сле­ду­ю­ще­го кня­зя в Сино­ди­ке, Кон­стан­ти­на, пока­зы­ва­ет, что и пер­вый князь – Дави­до­вич, и что это имен­но упо­ми­на­е­мый в лето­пи­сях Мсти­слав-Фео­дор, а не Фео­дор Мсти­сла­вич (как оши­боч­но ука­за­но в ЛС. – С. К.)»8.

О рож­де­нии Мсти­сла­ва-Фео­до­ра зимой 1193/1194 г. в Киев­ской лето­пи­си сооб­ща­ет­ся так: «Тое же зимы роди­ся оу Д(а)в(и)два с(ы)нъ. наре­ко­ша въ кр(е)щ(е)нии Фео­доръ. а кня­же Мьсти­славъ»9. В исто­рио­гра­фии со вре­мен Н. М. Карам­зи­на пре­об­ла­да­ет мне­ние, что отцом ново­рож­ден­но­го был Давид Рости­сла­вич Смо­лен­ский10. На пер­вый взгляд, это доволь­но логич­но – при­ни­мая во вни­ма­ние часто­ту упо­ми­на­ния ука­зан­но­го кня­зя в лето­пи­си, а так­же суще­ство­ва­ние Мсти­сла­ва Дави­до­ви­ча Смо­лен­ско­го, умер­ше­го в 1230 г. Одна­ко на самом деле два сына с име­нем Мсти­слав у Дави­да Рости­сла­ви­ча упо­ми­на­ют­ся зна­чи­тель­но рань­ше 1193 г. Стар­ший из них, князь Выш­го­род­ский Мсти­слав Дави­до­вич, умер еще в мае 1187 г.11. Тогда как его млад­ший брат и тез­ка, тоже Мсти­слав Дави­до­вич, с 1184 г. сидел в Нов­го­ро­де Вели­ком, отку­да был изгнан осе­нью 1187 г.12. Поэто­му рож­де­ние у Дави­да Рости­сла­ви­ча в 1193/1194 г. еще одно­го сына Мсти­сла­ва (уже тре­тье­го!) пред­став­ля­ет­ся мало­ве­ро­ят­ным. Кро­ме того, извест­но, что Давид Смо­лен­ский умер 23 апре­ля 1197 г. в воз­расте 57 лет13, то есть в 1193/1194 г. ему было 54 или 53 года – а в таком воз­расте дети у кня­зей рож­да­лись весь­ма ред­ко.

В то же вре­мя Киев­ская лето­пись сооб­ща­ет, что в 1190 г. вели­кий князь Киев­ский
Свя­то­слав Все­во­ло­до­вич «оже­ни вно­ука сво­е­го Д(а)в(и)да Олго­ви­ча Иго­рев­ною»14. Это изве­стие «иде­аль­но» поз­во­ля­ет при­знать отцом Мсти­сла­ва-Фео­до­ра, родив­ше­го­ся зимой 1193/1194 г., имен­но Дави­да Оль­го­ви­ча. Таким обра­зом, как и пола­гал Р. В. Зотов, лето­пись дей­стви­тель­но под­твер­жда­ет факт суще­ство­ва­ния Мсти­сла­ва-Фео­до­ра Дави­до­ви­ча, кня­зя Нов­го­род-Север­ско­го, кото­рый при­над­ле­жал к самой стар­шей вет­ви Оль­го­ви­чей.

КОН­СТАН­ТИН ДАВИ­ДО­ВИЧ НОВ­ГО­РОД-СЕВЕР­СКИЙ (сере­ди­на XIII в.);

млад­шим бра­том Мсти­сла­ва-Фео­до­ра, кня­жил в Нов­го­ро­де-Север­ском в пер­вой поло­вине – сере­дине XIII в. Свое имя, соглас­но рас­про­стра­нен­но­му древ­не­рус­ско­му обы­чаю, он явно полу­чил в честь деда – Оле­га II Кон­стан­ти­на Свя­то­сла­ви­ча, вели­ко­го кня­зя Чер­ни­гов­ско­го (1201–1204). Ср. запись в ВПП: «Вєли(к): Кн(з): Кон­стан­ти­на Олга, Чєр­ни­гов­ско­го, и С(ы)новъ єго, Д(а)в(и)да, и Глѣ­ба, и Алєк­сандра»15. В более позд­нем спис­ке ЛС здесь дефект­ное чте­ние «Кон(с)та(н)тина О(л)го[вича]»16. На его осно­ва­нии в исто­рио­гра­фии воз­ник­ли несколь­ко оши­боч­ных гипо­тез17. Заме­тим так­же, что Мсти­слав-Фео­дор и Кон­стан­тин Дави­до­ви­чи по сво­ей мате­ри «Иго­ревне» были вну­ка­ми Иго­ря-Геор­гия Свя­то­сла­ви­ча, дли­тель­ное вре­мя (1180–1198) кня­жив­ше­го в Нов­го­ро­де-Север­ском.

СВЯ­ТО­СЛАВ ДАВИ­ДО­ВИЧ (сере­ди­на XIII в.);

В ВПП, несколь­ко ниже Мсти­сла­ва-Фео­до­ра и Кон­стан­ти­на Дави­до­ви­чей Нов­го­род­ских, встре­ча­ем «Кн(з): С(вя)тослава Д(а)в(и)довича», а еще ниже – «Кн(з): Димит­рiя Новгоро(д)ского прїєм­ша Агг(є)лскїй обра(з), С(вя)тославля.
Кня(ж)ну Марїю.
Кн(з): Ива­на Дмит­ро­ви­ча Пєрє­слав­ско­го.
Кн(з) Васи­лїєви Кн(я)гини Марїи».18.

Отцом Свя­то­сла­ва Дави­до­ви­ча мог быть как Давид Оль­го­вич, так и, чисто тео­ре­ти­че­ски, еще какой-то князь Давид (без отче­ства), запи­сан­ный выше (Там же. С. 17), иден­ти­фи­ка­ция кото­ро­го невоз­мож­на. Впро­чем, учи­ты­вая отче­ство Дмит­рия Нов­го­род­ско­го «С(вя)тославля», его отца Свя­то­сла­ва вполне логич­но при­знать сыном имен­но Дави­да Оль­го­ви­ча – тоже кня­зя Нов­го­род-Север­ско­го. В сокра­щен­ном и дефект­ном спис­ке ЛС Свя­то­слав Дави­до­вич про­пу­щен19.

Свя­то­слав Дави­до­вич, вполне веро­ят­но, тоже кня­жил в Нов­го­ро­де-Север­ском после
бра­тьев Мсти­сла­ва и Кон­стан­ти­на, где-то в сере­дине XIII в. Нель­зя исклю­чать, что затем нов­го­род-север­ский стол зани­мал еще Тимо­фей Кон­стан­ти­но­вич (поми­на­ет­ся выше вме­сте с отцом, веро­ят­но, толь­ко по кре­стиль­но­му име­ни). Впро­чем, при­нять такие вари­ан­ты мож­но лишь гипо­те­ти­че­ски, посколь­ку оба кня­зя запи­са­ны без сво­их удель­ных про­зва­ний.

III гене­ра­ция

ТИМО­ФЕЙ КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ (вто­рая поло­ви­на XIII в.);

поми­на­ет­ся выше вме­сте с отцом

ДМИТ­РИЙ СВЯ­ТО­СЛА­ВИЧ (вто­рая поло­ви­на XIII в.);

«Кн(з): Димит­рiя Новгоро(д)ского прїєм­ша Агг(є)лскїй обра(з), С(вя)тославля.
Кня(ж)ну Марїю.
Кн(з): Ива­на Дмит­ро­ви­ча Пєрє­слав­ско­го.
Кн(з) Васи­лїєви Кн(я)гини Марїи».

В сокра­щен­ном и дефект­ном спис­ке ЛС
не отме­че­ны факт постри­же­ния в мона­хи Дмит­рия Нов­го­род­ско­го и, что осо­бен­но важ­но, его отче­ство. Нако­нец, Мария в ЛС назва­на кня­ги­ней (не княж­ной), а вто­рая Мария – не Васи­ли­е­вой кня­ги­ней, а «Єго», то есть Ива­на Дмит­ри­е­ви­ча19.

ИВАН ДМИТ­РИ­Е­ВИЧ ПЕРЕ­Я­С­ЛАВ­СКИЙ,

князь Пере­я­с­лавль­ский (конец XIII – нача­ло XIV в.). «Кн(з): Димит­рiя Новгоро(д)ского прїєм­ша Агг(є)лскїй обра(з), С(вя)тославля.
Кня(ж)ну Марїю.
Кн(з): Ива­на Дмит­ро­ви­ча Пєрє­слав­ско­го.
Кн(з) Васи­лїєви Кн(я)гини Марїи».

Судя по все­му Иван Дмит­ри­е­вич запи­сан
в помян­ни­ке кня­зей Чер­ни­гов­ских со сво­им более «пре­стиж­ным» титу­лом.

Очень инте­рес­на запись в помян­ни­ке кня­зя Ива­на Дмит­ри­е­ви­ча Пере­я­с­лав­ско­го. В Севе­ро-Восточ­ной Руси дей­стви­тель­но изве­стен Иван Дмит­ри­е­вич, князь Пере­я­с­лав­ля-Залес­ско­го, умер­ший в 1302 г.30 Одна­ко уже Р. В. Зотов отме­тил, что «весь­ма стран­но будет поме­ще­ние его,
не имев­ше­го ника­ко­го отно­ше­ния к Чер­ни­го­ву, в Сино­ди­ке чер­ни­гов­ских кня­зей. Не упо­ми­на­ет­ся­ли в этой ста­тье сын Димит­рия нов­го­род-север­ско­го (см. № 47)? Пере­я­с­лав­ским-же он мог назы­вать­ся по вла­де­нию не Пере­я­с­лав­лем Залес­ским, а Пере­я­с­лав­лем Рус­ским, ныне уезд­ным
горо­дом Пол­тав­ской губер­нии. Как мы уви­дим ниже (см. ста­тью № 50), в пер­вой поло­вине
XIV сто­ле­тия Киев при­над­ле­жал Оль­го­ви­чам, поче­му и в Пере­я­с­лав­ле Рус­ском мог сидеть
в то вре­мя князь этой линии Рюри­ко­ви­чей, так как этот город в XIV сто­ле­тии счи­тал­ся в чис­ле киев­ских»20.

Print Friendly, PDF & Email
  1. Помен­ник Вве­денсь­кої церк­ви в Ближ­ніх пече­рах Києво-Печерсь­кої лаври / Упо­ряд­ку­ван­ня та вступ­на стат­тя О. Кузь­му­ка // Лаврсь­кий аль­ма­нах. К., 2007. Спе­цви­пуск 7. С. 18. []
  2. Сино­дик Любец­ко­го Анто­ни­ев­ско­го мона­сти­ря. Чер­ни­гов, 1902 (фак­си­миль­ное изда­ние). Л. 19. []
  3. [Фила­рет, архи­епи­скоп Чер­ни­гов­ский]. Исто­ри­ко-ста­ти­сти­че­ское опи­са­ние Чер­ни­гов­ской епар­хии. Чер­ни­гов, 1874. Кн. V., с. 42, при­меч. 56. []
  4. ПСРЛ. М., 2000. Т. 3 [Нов­го­род­ская пер­вая лето­пись стар­ше­го и млад­ше­го изво­дов. М.; Л., 1950]. С. 37–39. []
  5. ПСРЛ. М., 2004 [М.; Л., 1949]. Т. 25. С. 125. []
  6. ПСРЛ. Т. 2. Стб. 704; Т. 25. С. 109, 115. []
  7. Кваш­нин-Сама­рин Н. По пово­ду Любец­ко­го сино­ди­ка // ЧОИДР. 1873. Кн. IV. М., 1874. С. 213–226., с. 220. []
  8. Зотов Р. В. О Чер­ни­гов­ских кня­зьях по Любец­ко­му сино­ди­ку и о Чер­ни­гов­ском кня­же­стве в татар­ское
    вре­мя. СПб., 1892., с. 102. []
  9. ПСРЛ. Т. 2. Стб. 679; [Береж­ков Н. Г. Хро­но­ло­гия рус­ско­го лето­пи­са­ния. М., 1963., с. 206]. []
  10. [Карам­зин Н. М. Исто­рия госу­дар­ства Рос­сий­ско­го. СПб., 1842. Кн. I. Т. III. При­ме­ча­ния., при­меч. 153, стб. 67; Береж­ков Н. Г. Хро­но­ло­гия рус­ско­го лето­пи­са­ния. М., 1963., с. 206] и др. []
  11. ПСРЛ. Т. 2. Стб. 654–655; стиль мар­тов­ский, что под­твер­жда­ет запись о сол­неч­ном затме­нии 4 сен­тяб­ря 1187 г. [Береж­ков Н. Г. Хро­но­ло­гия рус­ско­го лето­пи­са­ния. М., 1963., с. 203]. []
  12. ПСРЛ. Т. 3. С. 37–39; мар­тов­ский стиль лето­ис­чис­ле­ния под­твер­жда­ет запись о том же сол­неч­ном затме­нии [Береж­ков Н. Г. Хро­но­ло­гия рус­ско­го лето­пи­са­ния. М., 1963., с. 246]. []
  13. ПСРЛ. Т. 2. Стб. 702, 706; [Береж­ков Н. Г. Хро­но­ло­гия рус­ско­го лето­пи­са­ния. М., 1963., с. 208]. []
  14. ПСРЛ. Т. 2. Стб. 668; [Береж­ков Н. Г. Хро­но­ло­гия рус­ско­го лето­пи­са­ния. М., 1963., с. 206]. []
  15. Помен­ник Вве­денсь­кої церк­ви… С. 17. []
  16. Сино­дик Любец­ко­го Анто­ни­ев­ско­го мона­сти­ря. Л. 17. []
  17. [Фила­рет, архи­епи­скоп Чер­ни­гов­ский]. Исто­ри­ко-ста­ти­сти­че­ское опи­са­ние Чер­ни­гов­ской епар­хии. Чер­ни­гов, 1874. Кн. V., с. 38, при­меч. 32; Кваш­нин-Сама­рин Н. По пово­ду Любец­ко­го сино­ди­ка // ЧОИДР. 1873. Кн. IV. М., 1874. С. 213–226., с. 214–219; Зотов Р. В. О Чер­ни­гов­ских кня­зьях по Любец­ко­му сино­ди­ку и о Чер­ни­гов­ском кня­же­стве в татар­ское вре­мя. СПб., 1892., с. 45–66; Гор­ский А. А. Рус­ские зем­ли в XIII–XIV веках: пути поли­ти­че­ско­го раз­ви­тия. СПб., 2016., с. 12–13; Келем­бет С. Рюрик-Костян­тин Оль­го­вич – загад­ко­вий чер­ні­гівсь­кий князь XIII століт­тя // Сіве­рянсь­кий літо­пис. 2012. № 1–2. С. 3–10., 2012]. []
  18. Помен­ник Вве­денсь­кої церк­ви… С. 18 (сохра­ня­ем раз­бив­ку ори­ги­на­ла на услов­ные «абза­цы», посколь­ку она име­ет зна­че­ние для пра­виль­но­го пони­ма­ния тек­ста). []
  19. Сино­дик Любец­ко­го Анто­ни­ев­ско­го мона­сти­ря. Л. 19 об. [] []
  20. Зотов Р. В. О Чер­ни­гов­ских кня­зьях по Любец­ко­му сино­ди­ку и о Чер­ни­гов­ском кня­же­стве в татар­ское вре­мя. СПб., 1892., с. 114. []