Ростовские-Борисоглебские

Ростовские-Борисоглебские –

В порядке родового старшинства князья Ростовские перечислены в соответствующих главах «Бархатной книги»(Родословная книга князей и дворян российских и выезжих.., которая известна под названием Бархатной книги. Изд. Н. И. Новиков. М., 1787. Ч. 1. С. 74–93.)). В ней также сообщается, что в первой трети XIV в. князья Федор и Константин Васильевичи «город Ростов поделили себе на двое. Князь Федору досталось Устретенская сторона, а Князю Константину Борисоглебская сторона»[1].

Младшая ветвь (князья Ростовские — Бориоглебские) раздвоилась. К старшему ее ответвлению принадлежали потомки князя Константина Васильевича по линии его сына Александра: Хохолковы, Владимировичи, Яновы, Темкины (ил. 3). Из Хохолковых в XVI в. выделились Катыревы и Буйносовы. Второе ответвление включало потомков младшего сына Константина Васильевича — князя Владимира: Ласткиных Касаткиных, Лобановых, Голубых, Бычковых (ил. 4). Особенность положения князей Ростовских при Государевом дворе после присоеднинения Ростовского княжества к Москове в 1474 г., заключалась в том, что наибольших успехов добились представители не старшей ветви Ростовских-Устретенских, а младшей — по линии князя Александра Константиновича[2]. Можно сказать, что в первой половине XVI в. к ним перешло «служебное старшинство» в роду Ростовских. Князья старшей ветви и младшего ответвления Ростовских-Борисоглебских занимали, в сравнении с ними, скромные места в этот период.

Одной из причин возвышения потомков Александра Константиновича был добровольный переход на московскую службу и продажа своих владетельных прав в Ростове Ивану III. Именно сыновья его внука — князя Владимира Андреевича, участвовавшего в этой сделке, а также их ближайшая родня Хохолковы, Яновы, Темкины заняли наиболее видные места при великокняжеском дворе. Младший сын В. А. Ростовского — князь Александр Владимирович был одним из крупнейших полководцев первой четверти XVI в. Административными способностями, судя по назначениям, обладал и его старший сын Дмитрий, а также их родственники Юрий, Александр и Иван Андреевичи Хохолковы[3].

Старшая ветвь Ростовских-Борисоглебских. Автор А. В. Сергеев. Из статьи «Сведения о князьях Ростовских за вторую треть XVI — начало XVII в. в письменных и эпиграфических памятниках Троице-Сергиева монастыря.»

Младшая ветвь Ростовских-Борисоглебских. Автор А. В. Сергеев. Из статьи «Сведения о князьях Ростовских за вторую треть XVI — начало XVII в. в письменных и эпиграфических памятниках Троице-Сергиева монастыря.»

XV генерація від Рюрика

КН. КОНСТАНТИН ВАСИЛЬЕВИЧ (?-1365),

кн. Ростовский-Борисоглебский (1320–1365), вел. кн. Ростовский (1360–1363), кн. Устюжский (1364–1365). Родоначальник Борисоглебской линии Ростовский князей. Из Повести о Борисоглебском монастыре известно: он основан «въ дни благочестиваго великого князя Дмитрея Ивановича всеа Руси, в четвертое лето государства его, при священном митрополите Алексие всеа Руси, при Ростовском князе Константине и при епископе Игнатии Ростовском». [4] Монастырская традиция сохранила имя князя Константина Васильевича, действительно княжившего в Ростове до этого самого 1363 г. Очевидно, разрешение на устройство Борисоглебского монастыря дал родоначальник Борисоглебской линии.

Князь Константин Васильевич женился в 1328 г. Летописец отмечает, что свадьба происходила в Москве. Тестем ростовского князя стал великий князь владимирский Иван Данилович Добрый Калита33. Однако имя супруги Константина он не назвал. Поскольку о политическом значении данного брака писалось достаточно много, то на этом вопросе останавливаться не будем. По летописям имя жены ростовского князя выясняется только в год ее смерти. Под 1365 г. кратко отмечено: «Преставися князь Андреи Новогородъскыи июня 2. В тои же день преставися княгиня Марья Костянтинова Ростовъского«34. Это же имя приводят РСС и родословцы35. после распада отчины князя Константина Всеволодовича Устюг вошел в собственно Ростовское княжество и оставался в его составе, как показано было в главе II, до начала XIV в. Так продолжалось и позднее. Справедливость сказанного в известной степени подкрепляется уже приводившимся летописным известием 1364 г. о поездке «на Устюгъ» князя Константина Васильевича, до 1363 г. княжившего в Ростове. Комментируя известие об отъезде в 1364 г. на Устюг князя Константина Васильевича.

А.В. Экземплярский писал, что ростовский князь отъехал туда затем, чтобы «не быть на виду у своих врагов, чтобы не накликать на свою голову еще горших неприятностей»74. Однако такое объяснение, чисто психологического характера, возбуждает сомнения. И порождает их документ, относящийся ко времени более чем на сотню лет позднее упомянутого события. Речь идет об известном Списке Двинских земель, составленном в 70‑е годы XV в. В этом документе упоминаются некоторые бывшие владения ростовских князей: В целом, по данным 70‑х годов XV в., владения ростовских князей в Двинской земле образовывали два крупных территориальных комплекса: один по верхнему и среднему течению Ваги, включая бассейны ее левых и отчасти правых притоков; другой — по нижнему течению Ваги и среднему течению Северной Двины. Составляли ли оба комплекса в свое время единое целое, сказать трудно, но очевидно, что само существование таких комплексов свидетельствует о том, что ранее каждый из них не был раздроблен и принадлежал какому-то одному князю. Чтобы выяснить личности этих князей (или личность одного князя — предка), необходимо определить родословие упоминаемых в Списке Двинских земель ростовских князей. Происхождение всех четырех ростовских князей, владевших землями по Ваге и Северной Двине, от одного родоначальника, соседство их владений дают основание считать, что прежде эти владения принадлежали одному лицу — именно Константину Васильевичу Ростовскому, тому самому, который в 1364 году отъехал в Устюг. Среди ростовских владений на русском Севере XIV—XV вв. Устюг оставался единственным крупным центром. Ему и должны были административно подчиняться ростовские волости по Ваге и Северной Двине.

В своей работе о князьях Северо-Восточной Руси А.В. Экземплярский указывал, что князь Константин Васильевич Ростовский умер в 1365 г. и был погребен в ростовском Успенском соборе (Экземплярский А.В. Указ. соч., т. 2, с. 50). При этом исследователь сослался на начатое А.-Л. Шлецером издание Никоновской летописи (Там же, примем. 173). Однако известия о месте погребения в Никоновской летописи нет (Руская летопись по Никонову списку. СПб., 1788, ч. 4, с. 8; ПСРЛ. СПб., 1885, т. 10, с. 4: оригинал Никоновской летописи — список Оболенского). Отсутствует оно и в значительно более древнем тексте Рогожского летописца (ПСРЛ, т. 15, вып. 1, стб. 79). И это косвенно подтверждает заключение о княжении Константина на Устюге.

Записан в Ростовском соборном синодике, скончался во мнишеском чину [5].

∞, 1328, МАРИЯ (ФЕТИНЬЯ) ИВАНОВНА (ум. 2.06.1365), дочь московского князя Ивана Даниловича Калиты (1288–1340) и его первой супруги Елены (ум. 1331). Записана в Ростовском соборном синодике [6].

XVI генерація від Рюрика

КН. ИВАН КОНСТАНТИНОВИЧ (?-1365)

Владел в Ростовском уезде, как вотчиною, деревней Мартюковой, которая впоследствии перешла к его сыновьям (о последних сообщает один Титов) Андрею, Фёдору и Ивану; деревнею Ивановой, которую сын его Фёдор дал в приданое за своей дочерью Дарьей, выданной замуж за князя Дмитрия Ивановича Бритого-Бычкова, а в 1321 году к нему перешло во владение и село Вознесенское. Можно полагать с большою достоверностью, что он скончался в 1365 году.

Записан в Ростовском соборном синодике [7].

Ж. АННА. Записана в Ростовском соборном синодике [8].

КН. ВАСИЛИЙ КОНСТАНТИНОВИЧ (?-ок.1375)

вел. кн. Ростовский (1365-ок.1375). Кроме известия о том, что в 1375 году он вкупе с Андреем Фёдоровичем, Александром Константиновичем и Фёдором Романовичем участвовал в походе великого князя Московского Дмитрия Ивановича на Тверь, никаких других сведений о нём не имеется. По родословным росписям он показан бездетным; был ли женат, неизвестно.

Записан в Ростовском соборном синодике [9].

Ж. КСЕНИЯ. Записана в Ростовском соборном синодике [10].

б/д

Полн. собр. русск. летоп., т. IV, стр. 70; т. V, стр. 233; т. VIII, стр. 22; Карамзин, История; Родословные Головина и Долгорукова; гр. М. Толстой, назв. соч., стр. 16, 82; А. А, Титов, Ростовский уезд, M. 1885, стр. 572; А. В. Экземплярский, назв. соч., т. І, стр. 106; т. II, стр. 50, 52, 53.

КН. ГЛЕБ КОНСТАНТИНОВИЧ (?-1365)

Как и брат его Иван упоминается только в родословных; с большим вероятием можно полагать, следуя Экземплярскому, что князь Глеб скончался в 1365 году, основываясь на сообщении Никоновской летописи, где под 1365 годом сказано: «того же лета князь Констянтин и з женою и з детьми преставись» (от моровой язвы); здесь следует разуметь, по-видимому, именно Ивана и Глеба Константиновичей, детей Константина Васильевича, так как другие его сыновья ещё упоминаются в летописях после этого года. Записана в Ростовском соборном синодике [11].

Ж. МАРИЯ. Записана в Ростовском соборном синодике [12].

Никоновск. летоп., т. IV, стр. 8; А. В. Экземплярский, назв. соч., т. II, стр. 50, 51; Гр. M. Толстой, назв. соч., стр. 82; А. А. Титов, Ростовский уезд, M. 1885, стр. 125, 207, 292, 293.

КН. АЛЕКСАНДР (ИН.АНДРЕЙ) КОНСТАНТИНОВИЧ (?-1404)

кн. Ростовский (1375–1404), сын князя Константина Васильевича (68). Княжеский престол занял в 1365 году, тотчас после смерти своего отца, и продолжая политику последнего к Москве — полное ей повиновение. В 1375 году, по приказу великого князя Московского Димитрия Ивановича (Донского), он, в числе других Ростовских князей, принимал участие в карательном походе против Тверского князя Михаила Александровича, который, будучи побежден, должен был признать главенство Москвы. При нем в Ростов явился еретик Маркиан, «армяновер, зело хитр в словесах и в писании книжном коварен», и возбудил к своему учению значительный интерес среди народа, бояр и у самого князя; ввиду грозившей «вере православной» опасности, состоялось публичное прение епископа Иакова с еретиком, в присутствии князя, бояр и народа, и еретик, будучи побежден, был изгнан из города. Князь Александр скончался в июне (по одним известиям 9‑го, по другим — 19-го) 1404 года, перед смертью приняв иноческий чин с именем Андрея. Повторявшееся в старых и новых родословных указание, будто бы он был епископом Ростовским под именем Арсения, надо решительно отбросить, как противоречащее хронологии: епископ Арсений скончался гораздо позже князя Александра.

Записан в Ростовском соборном синодике [13].

Ж. МАРИЯ (ИН. МАРФА). Записана в Ростовском соборном синодике [14].

Дети: Он имел 3‑х сыновей: Андрея (8), Феодора (97) и Ивана (44).

Полн. собр. Русск. летоп., т. I, стр. 233; т. IV, стр. 70; т. V, стр. 233; т. VI, стр. 128, 132; т. VIII, стр. 22; т. XV, стр. 99; т. XXIII, стр. 119, 167; Троицкая летопись, т. І, стр. 223; Суздальская летоп. по Академич. списку, стр 510; Родословные: Долгорукова и Головина; Хмыров, Перечень, стр. 14, № 250; кн. М. М. Щербатов, Историч. повеств. о России; Карамзин, История, изд. Эйнерлинга; Гр. М. Толстой, Древние Святыни Ростова Великого («Чт. Общ. ист. и древн. Росс.» № 2, 1847 г.), стр. 14, 16, 52, 81, 82; Митр. Макарий, История Русской церкви, т. IV, стр. 247, 248; Описание Спасо-Яковлевского монастыря, СПб. 1879 г., стр. 6, 7; В. Талицкий, Святой Иаков, епископ Ростовский (по рукописи А. А. Титова), Яросл. 1892 г.; А. А. Титов, Ростовский уезд Ярославской губернии, М. 1885 г., стр. 75, 504, 572; Д. А. Корсаков, Меря и Ростовское княжество. Очерки из истории Ростовско-Суздальской земли, Казань. 1872 г., стр. 169; Экземплярский, назв. соч., т. І, стр. 106, 411, т. II, стр. 50, 52—54, 58, 61; В. С. Иконников, Опыт Русской историографии, Киев. 1908 г., т. II, кн. 1, стр. 875.

КН. ВЛАДИМИР КОНСТАНТИНОВИЧ

сын князя Константина Васильевича (66), жил в ХІV—ХV вв. В 1375, г. вместе с братом Александром Константиновичем (4), помогал великому князю Московскому Димитрию Ивановичу в его борьбе с Тверским князем Михаилом Александровичем. В Куликовской битве 1380 года был «воеводой правой руки». У него было два сына: Константин (70) и Иван, прозванием Бычок (55). Записан в Ростовском соборном синодике [15].

Ж. ИРИНА (ИН. АКСИНЬЯ). Записана в Ростовском соборном синодике [16].

Родословные; А. А. Титов, Ростовский уезд, М. 1885, стр. 312, 504, 672; Гр. М. Толстой, назв. соч., стр. 82; А.B. Экземплярский, назв. соч., т. II, стр. 50, 52, 54, 55.

КН. ФЕДОР КОНСТАНТИНОВИЧ

Записан в Ростовском соборном синодике [17].

КН. КОНСТАНТИН КОНСТАНТИНОВИЧ

Записан в Ростовском соборном синодике [18].

КЖ. АГАФЬЯ КОНСТАНТИНОВНА

жена с ок.1350 Любарта Гедиминовича (?-1386), литовского кн.

КЖ. ВАСИЛИСА КОНСТАНТИНОВНА

∞, ДМИТРИЙ III КОНСТАНТИНОВИЧ (1322–1383), вел. кн. Нижегородского.

XVII генерація від Рюрика

Борисоглебские.

КН. ДМИТРИЙ [ИВАНОВИЧ, ГЛЕБОВИЧ]

Записан в Ростовском соборном синодике [19].

КН. МИХАИЛ [ИВАНОВИЧ, ГЛЕБОВИЧ]

Записан в Ростовском соборном синодике [20].

КН. ИВАН [ИВАНОВИЧ, ГЛЕБОВИЧ]

Записан в Ростовском соборном синодике [21].

В. КН. АНДРЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ РОСТОВСКИЙ (* 1380‑е, 1415, †1454/58)

кн. Псковский (1415–1417), князь Ростово-Борисоглебский (1404—1416), сын князя Александра Константиновича (4). Занимает ростовский стол вскоре после отца.

Именуясь еще владетельным князем, он, как и все Ростовские князья второй половины XIV века, фактически является как бы обыкновенным слугою великого князя Московского. В 1415 г., по воле великого князя Московского, он отправился во Псков наместником, но уже 17-го июля 1417 г. Псковичи выгнали его, — может быть, за слишком сильные притеснения и поборы.

Источник, который позволяет приблизиться к пониманию того, около какого времени умер князь Андрей Александрович, и еще более сузить хронологические рамки появления антиминса. Речь идет о тексте на широко известном каменном кресте, который был изготовлен и установлен по заказу дьяка Стефана Бородатого на могиле его сына в 1458 году. На данном кресте в качестве ростовского князя значится Владимир Андреевич, являвшийся сыном упомянутого Андрея Александровича. Следовательно, этот последний умер до 1458 г., но не раньше 1454 года. Его сын, Владимир Андреевич, упомянутый как владетельный ростовский князь под 1458 г., .в 1474 г. продает принадлежащую его ветви половину города великому князю Ивану Васильевичу.

По родословным у него были следующие сыновья: Иван Брюхатый (50), Димитрий (38), Федор (100), Владимир (27), Иван-Ян (51) и Петр (84). Через сыновей он является родоначальником отдельных княжеских фамилий: Хохолковых, Буйносовых, Яновых и Темкиных-Ростовских.

Ж. 1‑Я НАСТАСЬЯ

Ж. 2‑Я. ЕВПРАКСИЯ.

Полн. собр. русск. летоп., т. V, стр. 22; Акты истор., т. І, стр. 48; Карамзин, История; Гр. М. Толстой, назв. соч., стр. 82; А. А. Титов, Ростовский уезд, M. 1885 г., стр. 573; Экземплярский, назв. соч., т. І, стр. 187, 411, 412; т. II, стр. 44, 53, 55, 56, 60.

КН. ФЕДОР (ИН. ФЕОДОСИЙ) АЛЕКСАНДРОВИЧ (* 1389‑е, † 1421)

кн. Псковский (1417–1420), Ростовский (1415–1417)

Не позднее 1397 г. Федор Александрович Ростовский, второй по старшинству сын владельца Борисоглебской половины Ростова Александра Константиновича, оказался на службе великого князя московского. Судим об этом по фактам активного участия кн. Федора в аннексии Двины, куда он приехал «в засаду», т.е. засел в Орлеце, чтобы «городка блюсти, и судити, и пошлины имати с новгородских волости». Административная деятельность кн. Федора закончилась его пленением новгородцами в 1398 г., после чего победители, забрав у него «присуд или пошлины, что поимал», великодушно даровали ему жизнь [23]. Полагаю, что такие функции, как суд и взимание пошлин, могли быть присущи только наместнику великого князя, но не его союзнику. Это обстоятельство характеризует Федора Александровича как служебного князя, возможно, первого из ростовских династов, «отъехавшего» в Москву.

Имени князя Федора Александровича нет на ростовских монетах и в перечне стольных ростовских князей их ветви [24]. Это заставляет предположить, что он так никогда и не княжил в Ростове, поскольку умер раньше Андрея — вскоре после своего пострижения во время мора и ухода из Пскова, где-то в начале 1420‑х. Другой связанный с Федором факт — принадлежавшее ему в Ростовском княжестве село Никольское с деревнями до 1425 г. перешло к ростовскому боярину Борису в счет крупного долга князя в 300 рублей: «досталось … в долгу в трехсот рублех во княже Федорове Александровича»; (АСЗ, 1997, № 66. С. 55, см. также: с. 329).

Записан в Ростовском соборном синодике [25].

∞, АКУЛИНА (?-1425), дочь псковского боярина.

КН. ИВАН (ИН. ИОНА) АЛЕКСАНДРОВИЧ ПУЖБОЛЬСКИЙ РОСТОВСКИЙ (*1380‑е)

кн. Пужбольский, кн. Ростовский с 1417. Известен только по родословным.
Иван упомянут уже при жизни архиеп. Феодора, т. е. до 28 ноября 1394 г., причем не как младенец [26].

По «второму» Двинскому списку емли в бассейне левых притоков Ваги рек Вели и Пежмы являлись вотчиной кн. Ивана Александровича Ростовского (Пужбольского)[27]. Этот и следующий фрагмент содержат важный датирующий элемент, поскольку захватчиком земель была новгородская владычная кафедра в период правления архиепископа Ионы (1458–1470 гг.). Истцом в ходе судебных слушаний был не великокняжеский боярин, а «староста вельской и пеженской Федко Василисов». Земли в верхнем течении Ваги в бассейне Терменги и Двиницы также являлись вотчиной Ивана Александровича, ранее захваченной архиепископом Ионой. Земли в бассейне Кокшенги и Усьи, составившие в дальнейшем территорию Устьянских волостей, тоже принадлежали к числу земель кн. Ивана Александровича. Наряду с Константином и Иваном Владимировичами, коммендацию великому московскому князю принес и родной брат кн. Федора Иван Александрович Пужбольский, причем, согласно установившемуся порядку, номинально они сохранили свои земли, перечисленные во «втором» списке Двинских волостей. Как видно из грамоты Ивана III 1462–1474 гг, одна из волостей – Пежма – оказалась в кормлении у своего владельца[28]. Правда, права «отчича» на свою волость к 1460‑м гг. были существенно урезаны, либо упразднены – на Пежме была основана великокняжеская слобода, жители которой получили от московского князя оброчную грамоту, по которой они вместе с «заеречанами» должны были выплачивать суверену оброк в 1 тыс. белок, что освобождало их от ординарных податей.

Записан в Ростовском соборном синодике [29].

∞, ФЕОДОРА. Записан в Ростовском соборном синодике[30].

КН. КОНСТАНТИН ВЛАДИМИРОВИЧ

По летописям известно только, что он умер в 1415 году, приняв перед смертью иноческий чин с именем Кассиана. По «второму» Двинскому списку земли в среднем течении Северной Двины, включая Моржову гору, Емецкие городок и погост, были вотчиной Константина Владимировича Ростовского [31].

Записан в Ростовском соборном синодике [32].

Ж. 1‑Я МАРИЯ. Записана в Ростовском соборном синодике [33].

Ж. 2‑Я ЕВПРАКСИЯ. Записана в Ростовском соборном синодике [34].

б/д

КН. ИВАН БЫЧОК ВЛАДИМИРОВИЧ РОСТОВСКИЙ

Жил в XIV и XV вв. Известен только по родословным. По «второму» Двинскому списку земли в бассейне реки Колуй, а также Емская гора, Шоговары и прилегающие к ним земли в нижнем течении Ваги были вотчиной «княжа Ивана Владимировича Ростовского» [35].

Записан в Ростовском соборном синодике [36].

Ж. 1‑Я. ТАТЬЯНА. Записана в Ростовском соборном синодике [37].

Ж. 2‑я. АКСИНЬЯ. Записана в Ростовском соборном синодике [38].

КН. АНДРЕЙ ВЛАДИМИРОВИЧ

Записан в Ростовском соборном синодике [39].

XVIII генерація від Рюрика

Борисоглебские

ИВАН АНДРЕЕВИЧ БРЮХАТЫЙ (?-ок.1474),

кн. Ростовский. Принимая в соображение то обстоятельство, что он не упоминается по случаю продажи половины Ростова в 1474 году, можно заключить, что он умер до этого года. Записан в Ростовском соборном синодике [40].

ДМИТРИЙ АНДРЕЕВИЧ (?-до 1474).

Известен только по родословным, которые считают его бездетным. Записан в Ростовском соборном синодике [41].

ФЁДОР АНДРЕЕВИЧ (?-до 1474)

Известен только по родословным, которые считают его бездетным; лишь Титов даёт ему дочь Дарью, которая была замужем за князем Дмитрием Бритым-Ростовским. Записан в Ростовском соборном синодике [42].

ВЛАДИМИР (ИН. ВАСИЛИЙ) АНДРЕЕВИЧ (?-п.1474),

князь Ростово-Борисоглебский (до 1474), псковский наместник (1461—1462). Записан в Ростовском соборном синодике [43].

Ж 1‑Я. ИРИНА. Записана в Ростовском соборном синодике [44].

Ж. 2‑Я МАРИЯ. Записана в Ростовском соборном синодике [45].

ИВАН-ЯН АНДРЕЕВИЧ (?-до 1474)

В 1425 году у него умерла мать. Умер до 1474 года.
Об основателе фамилий Яновых и Темкиных князе Иване Андреевиче Яне следов в источниках почти не осталось. Можно полагать, что он скончался прежде 1474 г., поскольку не участвовал в сделке по продаже половины Ростова Ивану III.

КН. ПЕТР АНДРЕЕВИЧ (?-до 1474).

Умер бездетным; известен только по родословным. Записан в Ростовском соборном синодике [46].

АЛЕКСАНДР ФЕДОРОВИЧ

кн. Ростовский. время жизни его относится к первой четверти XV века; в большей части родословных он оказывается пропущенным; Хмыров, на основании некоторых официальных документов, передаёт, что его женой была дочь Ивана Владимировича, князя Серпуховского, — Мария.

ИВАН (ИН. ИОНА) ФЕДОРОВИЧ

Записан в Ростовском соборном синодике [47].

АНДРЕЙ ИВАНОВИЧ

известен только по родословным.

б/д

ВАСИЛИЙ-ВАРСОФОНИЙ ИВАНОВИЧ

Известен только по родословным.

КОНСТАНТИН ИВАНОВИЧ

Известен только по родословным.

КН. ИВАН ИВАНОВИЧ ДОЛГИЙ ПУЖБОЛЬСКИЙ РОСТОВСКИЙ

- князь Ростовский, по прозванию Долгий, внук князя Ростовского Александра Константиновича (умер в 1404 г.). Вместе с двоюродным братом своим, Владимиром Андреевичем, в 1474 г. продал великому князю Ивану Васильевичу «свою отчину, половину Ростова совсем» (Борисоглебскую; Сретенская половина продана была раньше; см. Иоанн Андреевич , князь Ростовский). Дети его не были уже удельными князьями и писались, по вотчине, князьями Пужбольскими-Ростовскими, которых было только три поколения. «Полное Собрание Русских Летописей» (VII, 227; VIII, 3, 180); А. Экземплярский «Великие и удельные князья» (II, 56 — 58, 61). Фамилия Пужбальских происходила от князя Ивана Ивановича Долгого участвовавшего в продаже половины Ростова Ивану III. Его потомки именовались в источниках по центру их владений в «родовом гнезде» селу Пужбол недалеко от Ростова, даже когда переселились в новгородские поместья.

Записан в Ростовском соборном синодике [48].

АЛЕКСАНДР (ИН. АНДРЕЙ) ИВАНОВИЧ

известен только по родословным. Должен считаться ещё удельным князем, так как, очевидно, он умер раньше старшего брата своего Ивана Долгого, в противном случае последний должен был бы продавать в 1474 «половину Ростова со всем» с согласия также и князя Александра, чего из сохранившихся летописных известий не видно. Записан в Ростовском соборном синодике [49].

КН. КОНСТАНТИН ИВАНОВИЧ

Записан в Ростовском соборном синодике [50].

КН. ВЛАДИМИР КОНСТАНТИНОВИЧ

жил в ХІV—ХV веках. В 1375 году вместе с братом Александром Константиновичем, помогал великому князю Московскому Дмитрию Ивановичу в его борьбе с Тверским князем Михаилом Александровичем. В Куликовской битве 1380 года был «воеводой правой руки»; в своё время был очень известен любовью к соколиной охоте.

ИВАН КОНСТАНТИНОВИЧ

Записан в Ростовском соборном синодике [51].

Ж. НАСТАСИЯ.

АННА

жена Ивана Васильевича Большого (?-1426), вел. кн. Ярославского.

ИВАН ИВАНОВИЧ

Записан в Ростовском соборном синодике [52].

ЛЕВ ИВАНОВИЧ

Записан в Ростовском соборном синодике [53].

АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ

Жил в ХІV—ХV веках. Известен только по родословным, которые дают ему 5 сыновей. Записан в Ростовском соборном синодике [54].

Ж. ИН. МАРФА. Записана в Ростовском соборном синодике [55].

АНТОНИДА ИВАНОВНА

Записана в Ростовском соборном синодике [56].

ДМИТРИЙ (ИН. ДИОНИСИЙ) ИВАНОВИЧ БРИТЫЙ

жил во второй половине XV века. Известен только по родословным. У него были сыновья: Василий, Юрий и Владимир, прозвищем Волох, — князья Бритые-Ростовские, уже не бывшие удельными. От одного из внуков Дмитрия, князя Василия Юрьевича, по прозванию — как и прадед его — Бычка, произошёл давно уже угасший род князей Бычковых-Ростовских.

XIX

Борисоглебские

КН. АНДРЕЙ ИВАНОВИЧ ХОХОЛОК (1495)

был, хотя, может быть, и не до конца своей жизни, удельным князем, так как только при нем в 1474 году дядья его — Владимир Андреевич и Иван Иванович Долгий, за себя и за него, продали отчину свою великому князю Московскому. По Хлебниковскому летописцу, списанному Артыновым, он был женат на княжне Татьяне, дочери Ивана Фёдоровича, внучке князя Константина Владимировича, и взял за ней в приданое местность, занимаемую ныне селом Рославлевым Ростовского района. Самому ему принадлежала местность, занимаемая ныне селом Соколовым.
кн. Хохолковы-Ростовские.
В октябре 1495 г. с другими детьми боярскими находился в свите великого князя Ивана III в поездке в Новгород (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 25).

КН. АЛЕКСАНДР ХОХОЛОК ИВАНОВИЧ РОСТОВСКИЙ

умер до 1474 года; был ещё (хотя, быть может, и не до конца своей жизни) удельным князем, так как только при нём, в 1474 году, дядья его Владимир и Иван Долгий, за себя и за него, продали свою отчину великому князю Московскому. Был женат на некоей Матрёне, которая в селе Козлове Зверинцевской волости Ростовского уезда, содержала большие козлиные стада, а также была любительницей разводить их.
Дмитрий Владимирович Ростовский (ум.1518)
В феврале 1500 г. присутствовал на свадьбе князя В. Д. Холмского и княгини Феодосии, находился у саней великой княгини Софьи Палеолог (Древняя Российская Вивлиофика. Ч. 13. М., 1790. С. 4). В мае 1503 г.–1507 г. наместник в Пскове. В марте 1517 г. боярин, целовал крест на церемонии подписания союзного договора с Ливонским орденом. В июне 1517 г. боярин и воевода в Серпухове. В сентябре 1517 г. боярин на приеме орденского посланника М. Рабенштйна в Москве (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 61; Сборник Русского исторического общества. Т. 53. СПб., 1887. С. 21, 39–40; Зимин А.А. Формирование боярской аристократии в России во второй половине XV – первой трети XVI в. М., 1988. С. 81).

КН. ДМИТРИЙ ВЛАДИМИРОВИЧ РОСТОВСКИЙ

Записан в Ростовском соборном синодике [57].

КН. АЛЕКСАНДР ВЛАДИМИРОВИЧ РОСТОВСКИЙ (ум. 1523),

боярин и воевода на службе у Московских князей Ивана III и Василия III, псковский князь-наместник (1496—1501).
боярин и воевода на службе у Московских князей Ивана III и Василия III. Рюрикович в XIX колене, потомок Ростовских князей, суверенных прав уже не имел, его отец Владимир Андреевичпродал свою долю в Ростовском княжестве Ивану III. Его старший брат Дмитрий Владимирович, и племянники Андрей, Пётр Бессчастный также находились на службе у московских князей. Во время русско-литовской войны 1487—1494 в 1492 году был воеводой передового полка во время похода в Северскую землю. В 1495 участвовал в походе Ивана III в Новгород, откуда зимой 1495–96 гг. в качестве воеводы передового полка в ходил в южную Финляндию. В 1496—1501 был псковским князем-наместником и в этом качестве участвовал в войне с немцами и шведами. Во время русско-литовской войны 1500—1503 гг. в апреле 1501 с сыном Ивана III, будущим царём Василием III, был третьим воеводой в Твери. В сентябре 1501 года участвовал в походе большого полка из Стародуба на Великое княжество Литовское, при этом был взят Торопец, а в битве под Мстиславлем было разбито 7‑тысячное войско Михаила Заславского, Януша Костевича и Астафия Дашкова. Проигравшие, потерявшие все знамёна, укрылись в самом Мстиславле, которого русские войска взять не смогли. В 1502 году во время неудачного похода русской армии под общим командованием царевича Дмитрия на Смоленск водил полк левой руки, а в декабре вновь ходил из Северской земли на Литву. В 1506 году командовал конной ратью большого полка в походе на Казань против царя Мухаммед-Амина. Участвовал в приёме литовских послов в 1506 году. В 1507 году водил передовой полк в Литву. Осенью 1508 года в качестве второго воеводы большого полка участвовал в походе из Москвы к Вязьме, а затем к Дорогобужу против Станислава Кишки, который выступил туда из Смоленска. Зимой 1509-10 гг. сопровождал Василия III в поездке в Новгород и Псков. В 1511 году был воеводой в Рязани. В 1512 против Ахмат-Гирея в Кашире первым воеводой. Во время русско-литовской войны 1512—1522 гг. в смоленском походе 1512 года Василия III назван вторым боярином при царе после Патрикеева-Щени. Во время Смоленских походов 1513–14 годов командовал под Тулой большим полком войск, стоящих на южных рубежах для защиты от возможного набега крымских татар. С 1515 по 1522 наместник в Новгороде. С 1515 по 1517 году командовал большим полком в Великих Луках, причём в 1515 г. вместе с царевичем Василием Меликдаировичем (сыном казанского царевича Мелик-Тагира), в 1516 вместе с его братом Фёдором, а в 1517 году — один. Умер в 1522–23 году.

В 1492 г. командовал передовым полком в походе на Северу. В октябре 1495 г. сын боярский в свите великого князя Ивана III в Новгород. В декабре 1495 г. возглавлял передовой полк в рати из Новгорода на Корелу. В 1496 – 1501 г. наместник в Пскове. В апреле 1501 г. воевода при князе Василии Ивановиче в Твери. Командовал войском в сражении с литовцами под Мстиславлем 4 ноября 1501 г. Второй воевода в полку левой руки в рати на Смоленск в июле 1502 г. В январе 1504 г. князю А. В. Ростовскому был доложен судный список на земли Троице-Сергиева монастыря по р. Костроме у Соли Галицкой. Командовал конной ратью в весеннем походе на Казань в 1506 г. В 1506 г. боярин на переговорах с литовскими послами. Возглавил передовой полк в сентябре 1507 г. в походе на Литовские места под Мстиславль. Осенью 1508 г. в рати из Вязьмы на Дорогобуж был воеводой в большом полку. В сентябре 1509 г. боярин, от лица великого князя Василия III в Пскове вел переговоры с посадниками и жителями города. В январе 1510 г. приводил псковичей к присяге на верность великому князю. Летом 1512 г. воевода в Кашире. В декабре 1512 г. боярин в свите великого князя Василия Ивановича в походе из Москвы в Литовскую землю, командовал полком правой руки в рати из Можайска на Смоленск. Летом 1513 г. возглавлял войско в Туле. В апреле 1514 г. боярин и воевода в Коломне. В мае 1514 г. был командующим всеми полками в третьем решающем походе на Смоленск. С 1515 г. до декабря 1522 г. был наместником в Новгороде. В 1516 г. второй воевода большого полка в Великих Луках. В июне 1517 г. командир войска в Великих Луках. В октябре 1517 г. воевода в Вороначе, двинулся на литовское войско под командованием К. Острожского под Опочкой и заставил его отступить. В марте 1519 г. наместник в Ивангороде. В 1519/1520 г. воевода в Великих Луках. В сентябре 1521 г. в Великих Луках заключил перемирие с Ливонским Орденом. Весной 1523 г. тяжело заболел в Новгороде (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 22, 25, 27, 32–34, 37, 38, 42, 44, 46, 48–50, 53, 55, 59, 61; Сборник Русского исторического общества. Т. 35. С. 480, 503; Т. 53. СПб., 1887. С. 65, 83; Т. 95. СПб., 1895. С. 94; Памятники дипломатических сношений Древней России с державами иностранными. Т. 1. СПб., 1851. С. 193, 212, 256, 258, 338; Акты социально-экономической истории Северо-Восточной Руси конца XIV–начала XVI в. Т. 1. М., 1952. № 651; Акты Русского государства 1505–1526 гг. М., 1975. № 157; Масленникова Н.Н. Присоединение Пскова к Русскому централизованному государству. Л, 1955. С. 188, 191; Дунаев Б.И. Преподобный Максим Грек и греческая идея на Руси в XVI в. М., 1916. Приложение. С. 52; Зимин А.А. Формирование боярской аристократии в России во второй половине XV – первой трети XVI в. М., 1988. С. 80; Корзинин А.Л. Состав думных и дворцовых чинов в правление великого князя Ивана III. Ч. 1. Думные чины // Древняя Русь: во времени, в личностях, в идеях. Альманах. Вып. 8. СПб., 2017. С. 179–218; Корзинин А.Л., Штыков Н.В. Состав Боярской думы и дворцовых чинов в княжение Василия III // Былые годы. 2017. Vol. 44. Issue 2. P. 331).

Князь А. В. Ростовский упоминался в духовной князя И. Б. Рузского (ранее ноября 1503 г.) как его должник (Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV–XVI вв. М.; Л., 1950. С. 351).
Последнее известное упоминание о Площевской волости как о самостоятельной единице относится к 1517/18 г., когда Григорий Сназин, «княж Александров посельский Володимеровича Ростовского во государя своего место князя Александра Володимеровича» и площевские крестьяне, с одной стороны, а власти Троицкого монастыря — с другой, «разъехали... землю великого князя Площевского села. .. с монастырскою землею» (АСБВ, № 512). В этом документе непонятно, в каком отношении к Площевской волости находится кн. Александр Владимирович Ростовский, который был в это время боярином [58], и почему Г. Сназин выступает в качестве его «посельского». Такая терминология может навести на мысль, что Площево находится во владении кн. Ростовского, который управляет селом через своего посельского. Однако документ содержит ясные и неопровержимые доказательства, что и в это время Площево являлось черной «землей великого князя», — Площевское село названо «землей великого князя», разъезд на ряду с княжим посельским делают двое мужей-площевичей: «великого князя христиане Площевского села» (в то время как монастырские крестьяне на разъезде только присутствуют); «христиане», присутствующие на разъезде, делятся на «великого князя христиан Площевского села» (в числе их двое из Ловчей волости) и «монастырских христиан».

Записан в Ростовском соборном синодике [59].

КН. СЕМЕН ВЛАДИМИРОВИЧ

Записан в Ростовском соборном синодике [60].

ВАСИЛИЙ ИВАНОВИЧ ГУБКА ЯНОВ РОСТОВСКИЙ

Был воеводою царя Василия отца Грозного; о нем упоминается 1508 г., как о товарище князя Оболенского и Василья Васильевича Голенина, в корпусе бравшем и строившем Дорогобуж.был воеводою великого князя Московского Василия III. Титов ведёт от него род князей Губкиных-Ростовских, чего не встречается в других родословных.

ИВАН ИВАНОВИЧ ТЕМКА ЯНОВ РОСТОВСКИЙ.

Темкины-Ростовские

СЕМЁН ИВАНОВИЧ ЯНОВ РОСТОВСКИЙ

До 1474 г. может считаться удельным князем, так как в этом году Ростовский удел был продан его дядей великому князю Московскому Ивану III. Известен только по родословным.

ДМИТРИЙ ИВАНОВИЧ ЯНОВ РОСТОВСКИЙ

Известен только по родословным.

КН. ВЛАДИМИР ИВАНОВИЧ ПУЖБОЛЬСКИЙ, ПР. ВОЛОХ ()

старшим сыном одного из последних суверенных князей Ростова, Ивана Долгого, который в 1474 г. вместе с двоюродным братом Владимиром Андреевичем («и с всеми своими детми и з братаничи») продал московскому великому князю права на половину Ростовского княжества [ПСРЛ, 1859,
с. 180]. В конце 1480-хх годов старший боярин князя Андрея Васильевича Углицкого, известие об этом содержится в местнической памяти ростовских князей: «У князя Ондрея Васильевича у углетцкого был боярин болшой Валох Пужбольской. А 2 под ним князь Иван Булгаков Мунында, а 3 Голица князь Михайло. А дворецкой тогды был Оброзец Синей Игнатей Романов сын, и на того Ондрей опалилъся, а в той опале дворечество дал князю Ивану Мошку Булгакову».[61]. Л. 274–274 об.; См. Баранов К.В. Местническая память князей Ростовских // Порядок и смута. Государство, общество, человек на востоке и западе Европы в Средние века и раннее Новое время: К 85-летию Владислава Дмитриевича Назарова / Под общей редакцией А.А. Фролова. М.: Аквилон, 2023. – 464 с. (Специальные исторические дисциплины, вып. 3. С. 54–64).)).

После служил кн. Дмитрию Ивановичу Угличскому, при этом указан как «дядя»: А на Углечи был у князя Дмитрея Ивановича боярин болшой и дядя князь Володимер Иванович Волох Ростовской, да под тем бояре князь Михайло Иванович Булгаков Голица.[62] Очевидно, статус «дяди» также носил почетный пережиточный характер; исполнение функции княжеского воспитателя-дяди могло происходить только в московский период жизни Дмитрия, на угличский стол он попал уже взрослым человеком. Служба Волоха Пужбольского в уделе кн. Дмитрия Ивановича известна из других источников. 22 марта 1507 г. некоему князю Владимиру Ивановичу были доложены две купчих посельского старца Троице-Сергиева монастыря на земли в Кинельской волости Угличского уезда [Акты Русского государства 1505–1526 гг. М., 1975, 1975, № 30, 31]. Доклад был вызван необходимостью оградить интересы удельного князя, так как сделки имели характер покупки земли великокняжеским монастырем у угличских детей боярских Савельевых и Маурина. Комментатор этих актов, основываясь на совпадении имени, отчества и титула и не имея никаких других резонов, определил личность кн. Владимира Ивановича как Барбашина Суздальского; на этом же основании А.А. Зимин внес его в список бояр угличского удела при Дмитрии Ивановиче [Акты Русского государства 1505–1526 гг. М., 1975, с. 305]. Теперь ясно, что этим человеком был кн. Владимир Иванович Волох Пужбольский.

Умер Владимир Иванович не позднее 2 января 1513 г., когда вдова Ивана Головы Ховрина оформила данной грамотой властям Суздальского Покровского монастыря покупку на ее деньги вотчины у княгини Марии, дочери Владимира Ивановича Волоха Пужбольского, в Московском у. в Каменском стане сц. Взлошки с дд. Строкино, Лисьи, Старые Взлошки [Акты Покровского Суздальского девичьего монастыря XVI – начала XVII века. / Сост. А.В. Антонов и А.В. Маштафаров. М., 2019, № 2, с. 19].

В 1490‑х гг. он получил поместье, составлявшее не менее 70 обеж, в Бежецкой пятине Новгородской земли, волостку Овсища в Воскресенском в Осечне погосте, бывшую вотчину новгородского боярина Ивана Кузьмина (к сожалению, полного описания его поместья не сохранилось) [Новгородские писцовые книги, изданные Археографическою
комиссиею. Т. VI. СПб. 1910, стб. 72, 78]. Это поместье, вероятно, также перешло к новому владельцу – Ф. М. Софроновскому уже на рубеже веков, так что в итоге все Пужбольские быстро «выбыли» из состава новгородской корпорации.

КН. ИВАН БРЮХО ИВАНОВИЧ ПУЖБОЛЬСКИЙ

воевода и наместник Корельский, сын Ивана Долгого Ивановича Пужбольского. В 1496 г. И. Брюхо упоминался среди воевод в летописном тексте о взятии Ивангорода «к граду в помощь не поидоша». Первым московским корельским наместником стал в 1501 князь Иван Иванович Брюхо
Пужбольский-Ростовский [1500/1501 —
до 1505][63]. Именно его рекомендовалось использовать в качестве одного из воевод в походе на «немцы». В мае 1508 г. он был воеводой в полках, выдвигавшихся с Великих Лук на соединение с мятежным князем М. Л. Глинским[64]. Он, очевидно, входил в число воевод новгородской рати.

Сыновья И. И. Долгого Иван Брюхо и Семен Верша известны как помещики Деревской пятины. Общий размер их владений был весьма значительным и составлял 183 обжи (около 2000 четей) [65]. Их отец Иван Долгой был одним из ростовских князей, уступивших в 1474 г. свои права на Ростов Ивану III. Переселение Пужбольских на новгородские поместья произошло, видимо, во второй половине 80‑х гг., после исчезновения удела великой княгини Марии Ярославовны. Уже в первом десятилетии XVI в. земли этих Пужбольских, однако, достались новым владельцам, среди которых был их родственник И. Ю. Бритого-Ростовский. Их родовое владение – село Пужбол, перешло в руки великого князя[66].

КН. СЕМЕН ВЕРИГА ИВАНОВИЧ ПУЖБОЛЬСКИЙ

второй сын Ивана Долгого Ивановича Пужбольского. Сыновья И. И. Долгого Иван Брюхо и Семен Верша известны как помещики Деревской пятины. Общий размер их владений был весьма значительным и составлял 183 обжи (около 2000 четей) [67]. Их отец Иван Долгой был одним из ростовских князей, уступивших в 1474 г. свои права на Ростов Ивану III. Переселение Пужбольских на новгородские поместья произошло, видимо, во второй половине 80‑х гг., после исчезновения удела великой княгини Марии Ярославовны. Уже в первом десятилетии XVI в. земли этих Пужбольских, однако, достались новым владельцам, среди которых был их родственник И. Ю. Бритого-Ростовский. Их родовое владение – село Пужбол, перешло в руки великого князя[68].

КН. МИХАИЛ ИВАНОВИЧ ШЕНДАНА ПУЖБОЛЬСКИЙ

третий сын Ивана Долгого Ивановича Пужбольского.

КЖ. АНТОНИДА ИВАНОВНА РОСТОВСКАЯ

дочь Ивана Константиновича. Записана в Ростовском соборном синодике [69].

КЖ. АННА ИВАНОВНА РОСТОВСКАЯ

дочь Ивана Константиновича. Записана в Ростовском соборном синодике [70].

КН. ВАСИЛИЙ ЛАСТКА АЛЕКСАНДРОВИЧ РОСТОВСКИЙ

Имел сыновей: Семёна и Юрия, с которыми угас род князей Ласткиных-Ростовских. В «Бархатной книге» выделена фамилия князей Ласткиных-Ростовских, но в других источниках информации о них не обнаружено. Вероятно, потомки князя Василия Александровича Ластки угасли в XV в. прежде, чем успели сформировать особую фамилию.

КН. МИХАИЛ КАСАТКА АЛЕКСАНДРОВИЧ

известен только по родословным. Родоначальник князей Касаткиных-Ростовских

КН. ИВАН АЛЕКСАНДРОВИЧ ЛОБАН РОСТОВСКИЙ

Родоначальник князей Лобановых-Ростовских. Жил в ХІV и XV века. При нём и брате его Василии Александровиче Ластке явился животворящий крест Господень.

КН. ИВАН-ЯН АЛЕКСАНДРОВИЧ

(колено Х, XIX), бездетный. Известен только по родословным.

КН. ФЁДОР ГОЛУБОЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ (1500)

упоминается в княжеской свите на свадьбе дочери Ивана III — княжны Федосьи Ивановны с князем Василием Холмским (13 февраля 1500 г.).(Древняя Российская Вивлиофика. Ч. 13. М., 1790. С. 3). По Титову, имел двух сыновей: Александра и Василия, на сыне которого Петре Голубом пресеклось потомство князей Голубых-Ростовских, родоначальником которых был князь Фёдор.

КН. ВАСИЛИЙ (ИН. ВАРСОФОНИЙ) ДМИТРИЕВИЧ

КН. ЮРИЙ ДМИТРИЕВИЧ РОСТОВСКИЙ (†1487)

погиб при взятии Казани в 1487 г.[71].

Сохранилось упоминание о пожаловании С. В. Беклемишеву половины Старой Руссы до 1492 г. «под» Ю. Д. Ростовским. Несмотря на недостоверность даты, это сообщение кажется вполне вероятным. (Антонов А.В. Из истории великокняжеской канцелярии: кормленные грамоты XV–середины XVI века // Русский дипломатарий. Вып. 3. М., 1998. С. 151).

КН. ВЛАДИМИР ВОЛОХ ДМИТРИЕВИЧ

XX колено

Борисоглебские.

ЮРИЙ АНДРЕЕВИЧ ХОХОЛКОВ

В октябре 1495 г. находился в свите великого князя Ивана III в поездке в Новгород. В 1514/1515 г. в походе из Вошани на Тулу командир полка правой руки. В 1515/1516 г. воевода в Рославле, отправлен в Северу. В июне – августе 1521 г. воевода в осаде в Коломне. В мае 1522 г. воевода с государем во время поездки в Коломну (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 25, 56, 59, 60, 66, 68; Акты социально-экономической истории Северо-Восточной Руси конца XIV–начала XVI в. Т. 3. М., 1964. № 391. С. 406).

АЛЕКСАНДР АНДРЕЕВИЧ ХОХОЛКОВ

В октябре 1495 г. с другими детьми боярскими находился в свите великого князя Ивана III в поездке в Новгород. В мае 1512 г. воевода в Кашире. В июле 1527 г. наместник в Рязани. В августе 1529 г. воевода в Вязьме. В ноябре 1531 г. – декабре 1533 г. боярин и наместник в Смоленске. В июле 1534 г. боярин и воевода в Боровске. В апреле 1536 г. наместник в Пскове (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 25, 46, 70, 74, 84, 90; Сборник Русского исторического общества. Т. 35. СПб., 1882. С. 839, 846; Т. 59. СПб., 1887. С. 1; Дунаев Б.И. Преподобный Максим Грек и греческая идея на Руси в XVI в. М., 1916. Приложение. С. 91; Зимин А.А. Формирование боярской аристократии в России во второй половине XV – первой трети XVI в. М., 1988. С. 79).
Умер после 7 сентября 1537 г. до 1 октября 1538 г. (Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. М., 1987. С. 55).
ВКТСМ отмечены вклады князя Александра Андреевича Ростовского «по княгине своей Марье» 23 декабря 1537 г. (вещами) и два вклада 1 января и 7 сентября 1538 г. по 50 руб. 1 октября вклад 200 руб. был сделан «по князе Александре Ондреевиче Ростовском» Семеном Григорьевичем Соловцовым, вероятно, назначенным душеприказщиком боярина. (Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. М., 1987. С. 55).Значительные суммы вкладов подтверждают высокий общественный статус князя А. А. Ростовского. Согласно родословным, у него не было сыновей. Однако имеются данные позволяющие в этом усомниться.

ИВАН АНДРЕЕВИЧ КАТЫРЬ ХОХОЛКОВ

Младший сын Андрея Ивановича Хохолка — князь И. А. Катырь.
В 1520 г. воевода в Стародубе (Разрядная книга 1475–1605 гг. Т. 1. Ч. 1. М., 1977. С. 176). В 1531/1532 г. наместник в Костроме. В 1537 г. воевода в Нижнем Новгороде в городе, затем в Костроме. Летом 1539 г. во главе войска на Угре. В 1540 г. воевода в Костроме за городом. В 1542 г. воевода в Серпухове (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 80, 92, 93, 97, 100, 103). В августе 1543 г. боярин и наместник в Смоленске (Сборник Русского исторического общества. Т. 59. СПб., 1887. С. 214; Кром М.М. Вдовствующее царство: политический кризис в России 30–40‑х годов XVI века. М., 2010. С. 288, 313). Осенью 1547 г. боярин (Назаров В.Д. О структуре Государева двора в середине XVI в. // Общество и государство феодальной России. Сб. статей, посвященный 70-летию академика Л. В. Черепнина. М., 1975. С. 52).
получил чин боярина, вероятно, после смерти старшего брата — Александра. В Шереметевском боярском списке (ШБС) под 7051 (1541/1542) годом сделана запись о смерти боярина И. А. Катыря-Ростовского. А. А. Зимин полагал, что сведения ШБС о получении боярства И. А. Катырем в 7040 (1531/32) г. и «Бархатной книги» недостоверны. Но помимо этих двух источников он указан среди бояр (с пометой «болен») в отрывке «Боярского списка», датированного В. Д. Назаровым осенью 1547 г. (В. Д. Назаров. О структуре «Государева двора» в середине XVI в… С. 52–54); Другие данные ее не подтверждают. Он умер, видимо, около 1550 г. В ВКТСМ отмечено: «7058 году марта в 11 день дал вкладу князь Ондрей Иванович Катырев по отце своем князе Иване денег 50 рублев». Такая сумма платилась обычно за погребение в монастыре. Вероятно, И. А. Катырю принадлежало изголовье надгробия, найденное недавно в Троице-Сергиевой лавре. Надпись граффити на боковой поверхности изголовия: «Ивана Андреевича Ростовского». Отмеченный в другой Главе ВКТСМ вклад князя Андрея Ивановича Ростовского 17 мая 1557 г. «по матери своей княгине иноке Анисье денег 50 рублев», видимо, также сделан А. И. Катыревым.[ДРВ. Ч. ХХ. С. 25,32; Родословная книга князей и дворян российских и выезжих… Ч. 1. С. 83). ВКТСМ. С. 56; Вишневский В. И. Некрополь Троице-Сергиевой лавры… С. 171.].

ФЁДОР АЛЕКСАНДРОВИЧ ГОРБАТЫЙ ХОХОЛКОВ

получил поместье в Бежецкой пятине.

ИВАН АЛЕКСАНДРОВИЧ БУЙНОС ХОХОЛКОВ (1500,1535) Буйносовы-Ростовские.

В 1500 г. ходил из Казани во главе сторожевого полка против ногайских мурз. В мае 1501 г. командовал полком правой руки из Новгорода в Литовскую землю. 27 августа 1501 г. командовал сторожевым полком на р. Серице. В сентябре 1507 г. предводитель полка правой руки из Великих Лук в Литовскую землю. В мае 1508 г. во время выступления князя М. Л. Глинского командовал полком левой руки в Великих Луках. В 1509/1510 г. во главе сторожевого полка отправлен из Новгорода в Холмский городок. В январе 1510 г. принял участие в походе на Псков. В августе 1513 г. командовал сторожевым полком из Великих Лук к Полоцку. В 1516 г. возглавлял сторожевой полк в Великих Луках. В июне 1517 г., июне 1519 г. командовал полком левой руки в великих Луках. В 1519 г. командовал полком левой руки, ходил из Великих Лук к Полоцку. В 1521 г. воевода в Торопце. В 1534/1535 г. первый воевода полка правой руки в Коломне (Разрядная книга 1475–1605 гг. Т. 1. Ч. 1. М., 1977. С. 59, 64, 66, 68, 75, 99, 101, 114, 125, 136, 153, 155, 161, 165, 166, 170, 181; Т. 1. Ч. 2. М., 1977. С. 257; Масленникова Н.Н. Присоединение Пскова к Русскому централизованному государству. Л, 1955. С. 192).

Почти все известия о младшей отрасли Хохолковых — Буйносовых за первые две трети XVI в. связаны с Новгородом. По замечанию «Бархатной книги», родоначальник этой фамилии был «в великом Новегороде на поместье».В 1500 году упоминается как владелец поместий в Водской пятине Новгородской земли. И. Буйнос и А. Хохолковы получили равные поместья (58 и 57,5 обеж), типичные для ростовских князей. В конце XV в. в Новгородской земле за ним в поместье были деревни (Ал-ра Самсонова) в погосте Веденском Дудоровском Водской пятины (3 обжи), волость (Ал-ра Самсонова, Ив. Захар. Овинова) в погосте Никольском Ижерском Водской пятины (63 обжи (указан двор, где живет Иван) (Временник Общества истории и древностей Российских. Кн. XI. М., 1851. С. 289–290, 361–369).
[Новгородские писцовые книги, изданные Императорскою Археографическою комиссиею. СПб., 1910. Т. 6. Стб. 61; Зимин А. А. Формирование… С. 80; РК1598. С. 180–181.; Родословная книга князей и дворян российских и выезжих… Ч. 1. С. 84.]
Андрей Александрович Хохолков
И. Буйнос и А. Хохолковы получили равные поместья (58 и 57,5 обеж), типичные для ростовских князей.

ДМИТРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ХОХОЛКОВ

скромное поместье досталось в первые годы XVI в. их младшему брату Д. Хохолкову.
ВОИДР. Кн.11. С. 361–378; Отрывки писцовой книги Водской пятины 1504–1505 гг. Киев, 1908. С. 93.

ПЕТР ДМИТРИЕВИЧ БЕССЧАСТНЫЙ

В феврале 1500 г. присутствовал на свадьбе князя В. Д. Холмского и княгини Феодосии, находился у саней великой княгини Софьи Палеолог (Древняя Российская Вивлиофика. Ч. 13. М., 1790. С. 4). Воевода в Торопце в 1519/1520 г. (Разрядная книга 1475–1605 гг. Т. 1. Ч. 1. М., 1977. С. 176). В 1519/1520 г., 1521 г. воевода в Мещере (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 65, 66).
по-видимому, умер рано, не оставив потомства. 1 июня 1548 г. отмечен вклад княгини Ульяны «князь Петра Дмитриевича Ростовского денег 50 рублев»72.
[Зимин А. А. Формирование боярской аристократии… С. 81ВКТСМ. С. 55.
Жена: Ульяна Борисовна, дочери князя Бориса Васильевича Волоцкого (Зимин А.А. Формирование боярской аристократии в России во второй половине XV – первой трети XVI в. М., 1988. С. 81).

АНДРЕЙ ДМИТРИЕВИЧ (ум. 1550)

Сведения о входивших в XVI в. в число родовых земель ростовских князей вотчинах сохранили Вкладные и кормовые книги Борисоглебского монастыря, основанного при родоначальнике Борисоглебской ветви ростовского княжеского дома Константине Васильевиче. От Андрея Дмитриевича Ростовского («а был в чернцах у Бориса и Глеба») в монастырь поступает сельцо Новое с деревнями в северной части княжества15. Князь Андрей — внук последнего владетельного ростовского князя из Борисоглебской ветви Владимира Андреевича, продавшего остававшуюся за ростовскими князьями часть прав на Ростовское княжество с половиной Ростова.
боярин и воевода на службе у Московских князей Василия III и Ивана Грозного Служебная карьера его брата — князя Андрея была вполне успешной. Помимо Хабаровых, А. Д. Ростовский поддерживал дружбу с дру- гими влиятельными лицами. Он был одним из душеприказчиков известного приближенного Василия III И. Ю. Поджогина (Шигоны)73.
Князь А. Д. Ростовский, как его отец и дядя, назначался наместником и воеводой (обычно, первым воеводой)74.
В 1514 г. во главе большого полка ходил из Великих Лук к Полоцку. В 1518/1519 г. отправлен воеводой из Москвы в Стародуб. Летом 1529 г. воевода в Вязьме. В 1531 г. наместник в Рязани в городе. Летом 1534 г. воевода в Великих Луках. В июне 1535 г. командовал полком правой руки в походе из Можайска на Смоленск. В июле 1536 г. боярин и воевода в Калуге. В июне 1542 г. второй воевода большого полка в Коломне. В апреле 1546 г. второй воевода большого полка в Коломне.В июле 1547 г. боярин и воевода во Владимире. В январе 1548 г. во главе большого полка в Коломне. В сентябре 1549 г. боярин, сидел в кривом столе на свадьбе кн. Владимира Андреевича Старицкого. В октябре 1549 г. боярин в Москве с кн. Владимиром Андреевичем (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 14, 15, 55, 62, 74, 76, 81, 85, 87, 89, 103, 109, 111 115, 124). Он указан в отрывке «Боярского списка» осени 1547 г. в числе бояр75. Во время похода к Казани 7058 (1549/1550) г. охранять Москву был оставлен князь В. А. Старицкий, а с ним «царевы и великого князя бояре» в перечне которых первым назван «князь Ондрей Дмитреевич Ростовской»76. В 1550 г. на свадьбе В. А. Старицкого с Е. А. Нагой князь А. Д. Ростовский записан первым в перечне бояр, сидевших в кривом столе77. Участие в этой церемонии было, видимо, для него одним из последних служебных назначений. В ШБС под 7058 (1549/1550) г. сделана запись о его смерти. Согласно помете «Бархатной книги», он постригся в Ростовском Борисоглебском монастыре78 и, вероятно, был в нем похоронен. В Кормовой книге этого монастыря сохранились записи о кормах на его память и преставление и о принадлежности ему сельца Новое в Ростовском уезде, переданного монастырю в 7054 (1545/1546) г.79.

послание Феодосия – утешительное князю Андрею Дмитриевичу по поводу смерти дочери (РНБ. Q.XVII.50. Л. 267–273), также не содержит фамилии адресата. Однако в тексте послания он именуется боярином и князем. В период архиепископства Феодосия в боярскую думу входил лишь один князь, носящий имя Андрей Дмитриевич – А. Д. Ростовский550. В 1542, 1543, 1545 гг. он являлся новгородским наместником551. Также князь был родственником И. Ю. Шигоны–Поджогина552, так что связь его с Феодосием очевидна. На Пасху 1548 г. Феодосий направлял А. Д. Ростовскому золотой корабленник в качестве подарка553. Тем не менее, рассматриваемое послание архиепископ завершает словами: «А милость Божиа <…> да есть всегда с твоим благородием, и с твоею благоверною княгинею и с вашими благородными чады», что свидетельствует о наличии у князя других детей, помимо умершей дочери. В то же время согласно данным Родословных книг, А. Д. Ростовский не оставил после себя потомства554. Однако это противоречие может быть объяснено тем фактом, что остальные дети князя также позднее скончались или же по какой–то причине не были зафиксированы в источниках. На наш взгляд, А. Д. Ростовский является наиболее вероятным адресатом данного послания.
7 февраля 1558 г. по княгине Ирине, вдове князя А. Д. Ростовского, дал вкладом в Троице-Сергиев монастырь 50 руб. ее брат Иван Иванович Хабаров (Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. М., 1987. С. 55).

73 «…приказываю господам своим, князю Андрею Дмитриевичу Ростовскому, да Ивану Ивановичу Третьякову, да Ивану Микифоровичу Одинцу долг платить и собрать, и роздати, что в сей духовной писано» (Русский дипломатарий. М.: Археографический центр, 1997. Вып. 1. С. 37). 74 Зимин А. А. Формирование… С. 81. 75 Назаров В. Д. О структуре «Государева двора» в середине XVI в…. С. 52–54.
76 РК 1598. С. 124. 77 РК 1598. С. 14 78 «былъ у Царя и Великаго Князя Ивана Васильевича въ Бояряхъ; а после былъ въ чернцахъ у Бориса и Глеба на Устье» (Родословная книга князей и дворян российских и выезжих… Ч. 1. С. 85).
79 Титов А. А. Вкладные и кормовыя книги Ростовского Борисоглебского монастыря в XV, XVI, XVII и XVIII столетиях. Ярославль, 1881. С. 9
550Зимин А. А. Состав боярской думы … С. 57, 59.
551Новгородские летописи. 1879. С. 71, 74; ПСРЛ. Т. 3.С. 150, 151; Пронштейн А. П. Великий Новгород ... С. 266, 267.
552Пономаренко О. Н. Об адресате послания … С. 106–109.
553Отрывки из расходных книг … С. 27
554Родословная книга князей … С. 85; Российская родословная книга. Т. 1. С. 208; Лобанов–Ростовский А. Б. Русская родословная книга. С. 185.
555Пономаренко О. Н. Об адресате послания ... С. 106–109.
[Титов А.А. Вкладные и кормовые книги Ростовского Борисоглебского монастыря в XV, XVI, XVII и XVIII столетиях. Ярославль, 1881. С. 9–10; Памятники истории русского служилого сословия. М., 2011. С. 42ВКТСМ. С. 55; Вкладная и кормовая книга Московского Симонова монастыря // Вестник церковной истории. 2006. № 3. С. 50.].

Ж. ИРИНА (ИН. МАРИНА) ИВАНОВНА ХАБАРОВА, дочь Ивана Хабарова.

ИВАН АЛЕКСАНДРОВИЧ

ВАСИЛИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ

упоминался в разрядных книгах лишь однажды, в 1521 г., как воевода в Новгороде-Северском.

БОРИС ВАСИЛЬЕВИЧ ГУБКИН ЯНОВ РОСТОВСКИЙ

Говоря о потомках князя Ивана Андреевича Яна, можно заметить, что его внук, сын Василия Ивановича Губки, названного в списке двора 1495 г., Борис Васильевич, как заметил С.В. Стрельников, записан как послух в упоминавшейся меновной Ю.И. Темкина и А.Ф. Пильемова-Сабурова 1527/28 гг., что подтверждает его присутствие в числе ростовских землевладельцев.
[Стрельников С.В. Землевладение… С. 98.].

ПЕТР СЕМЕНОВИЧ ЯНОВ РОСТОВСКИЙ.

О связях князей Яновых — Ростовских с ТСМ или другими монастырями определенных сведений нет. Князья Петр Семенович, Иван, Никита и Федор Дмитриевичи Яновы разрядами упоминались мало. В Дворовой тетради из Ростовских князей с пометой «умре» (Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50‑х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 120). В декабре 1546 г. отправлен в Муром и Нижний Новгород для смотра невест для великого князя. Вероятно, жил в Ростовском уезде, так как отправленный туда князь Ф. С. Мезецкий смотрел дочерей князей Петра и Ивана Яновых (Назаров В.Д. Свадебные дела XVI века // Вопросы истории. 1976. № 10. С. 117, 118).Имеющиеся в источниках сведения показывают, что они выполняли службы «гражданские», а не военные. Князья Петр Семенович и Иван Дмитриевич имели дочерей, достигших к 1547 г. брачного возраста и участвовавших в выборах невесты великому князю в декабре 1546 г12.
[Назаров В. Д. Свадебные дела XVI в. // Вопросы истории. 1976. № 10. С. 119; Государственное древлехранилище хартий и рукописей: Опись документальных материалов фонда № 135 / Сост. В. Н. Шумилов. М., 1971. С. 98.

ИВАН ДМИТРИЕВИЧ ЯНОВ РОСТОВСКИЙ

Князья Петр Семенович и Иван Дмитриевич имели дочерей, достигших к 1547 г. брачного возраста и участвовавших в выборах невесты великому князю в декабре 1546 г. [72]. В Дворовой тетради из Ростовских князей с пометой «умре» (Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50‑х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 120). В ноябре 1553 г. на свадьбе царя Симеона находился у места царя Симеона (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 12). В июне 1556 г. был судьей в земельной тяжбе Троице-Сергиева монастыря с помещиками Чулковыми в Бежецком уезде (РГАДА. Ф. 281. № 1236/132; Архив СПб ИИРАН. Ф. 115. Д. 5. Л. 104 об.; Федотов-Чеховский А.А. Акты, относящиеся до гражданской расправы Древней России. Т. 1. Киев, 1860. С. 114, 151). В 1558/1559 г. писец в Звенигородском уезде (Милюков П.Н. Спорные вопросы Финансовой истории Московского государства. М., 1892. С. 164; Собрание государственных грамот и договоров. Ч. 1. М., 1813. С. 530; Материалы для истории Звенигородского края. Вып. 1. М., 1992; Акты феодального землевладения и хозяйства XIV–XVI веков. Ч. 3. М., 1961. С. 278, 289). Кн. Иван Ростовский описывал Лихвинский уезд в 1563/64 г. (Русский дипломатарий. Вып. 7. М., 2001. С. 259, 283, 285).
В 1547/1548 г. послух в духовной грамоте кн. Никиты Александровича Ростовского (Архив СПбИИРАН. Ф. 29. Оп. 1. Д. 8. № 1010. Л. 1070).

Чаще других упоминался князь И. Д. Янов-Ростовский. В источниках не раз говорится о его писцовых книгах, о разборе им поземельных тяжб13. Сохранились фрагменты судных списков «князя Ивана Дмитриевича Ростовскаго-Янова (за его печатями)»14. Братья Яновы по родословным считались бездетными, как видно, их дочери в счет не шли. Эта ветвь могла иметь продолжение по женской линии, но о замужестве дочерей князей П. С. и И. Д. Яновых нет данных.Упоминаются «приправочные книги князя Ивана Ростовского и Семейки Александрова 72-го (1563/1564 года)» (Русский дипломатарий. М., 2001. Вып. 7. С. 259, 268, 283, 285). В Описи Монастырской казны 1676 г. указана «Выпись вотчинным землям князя Ивана Ростовского с товарыщи за приписью дьяка Корсакова 7067-го году на звенигороцкие вотчины…» (Описи Саввина Сторожевского монастыря XVII века / Сост.: С. Н. Кистерев, Л. А. Тимошина М., 1994. (Материалы для истории Звенигородского края. Вып. 2). С. 93); 1556 — 15 июня произведен разъезд спорной земли Троице-Сергиева монастыря с поместными землями Чюлковых князем Иваном Яновым. Подобный разъезд был им произведен и 11 июня. В конце разъезжей грамоты указано: «князь Иван Дмитреевич Янов Ростовской печять свою приложил» (Архив СПбИИ РАН. Колл. 115. № 5. Л. 104–108; 109–111). 14 Шумаков С. А. Обзор «грамот коллегии экономии». М., 1899. Вып. 1. С. 49, 69

НИКИТА ДМИТРИЕВИЧ ЯНОВ РОСТОВСКИЙ

воевода в Свияжске
Тысячник 3‑й статьи из Ростовских князей. В Дворовой тетради из Ростовских князей (Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50‑х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 61, 120). В ящике 223 Царского архива хранилась «посылка князя Михаила [вероятно Никиты] да князя Федора Яновых ко князю Петру Щенятеву» (Государственный архив России XVI столетия. Опыт реконструкции / Подг. текста и коммент. А. А. Зимина. М., 1978. С. 95, 517). Князь Никита Иванович [может быть ошибка, правильно Дмитриев сын?] Янов-Ростовский в 1562/63 г. в Полоцком походе спал в стане государя (Книга Полоцкого похода 1563 г. (Исследование и текст) / Подг. текст К. В. Петров. СПб., 2004. С. 47). В 1565 г. отправлен в ссылку в Свияжский уезд (Список с писцовой и межевой книги города Свияжска и уезда письма и межевания Никиты Васильевича Борисова и Дмитрия Андреевича Кикина (1565–1567 г.). Казань, 1909. С. 71, 72). В марте 1565 г. воевода в Свияжском городе (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966; Разрядная книга 1475–1605 гг. Т. 2. Ч. 1. М., 1981. С. 178).

Князь Н. Д. Янов имел двор и покосы в Свияжске в 1565–1567 гг., также за ним было поместье в Свияжском уезде, ранее принадлежавшее его брату князю Федору Дмитриевичу, деревня Ларина Белая волошка (96 четвертей доброй земли) и пашни в 75 четвертей, а также деревня Луба (120 четвертей доброй земли), починок Капустин (8 четвертей доброй земли) (Список с писцовой и межевой книги города Свияжска и уезда письма и межевания Никиты Васильевича Борисова и Дмитрия Андреевича Кикина (1565–1567 г.). Казань, 1909. С. 71, 72). Оставлен на поселении в Казанском крае после амнистии 1 мая 1566 г. (Скрынников Р.Г. Царство террора. СПб., 1992. С. 247–250).

КНЯЗЬ ФЕДОР ДМИТРИЕВИЧ ЯНОВ РОСТОВСКИЙ

Тысячник 3‑й статьи из Ростовских князей. В Дворовой тетради из Ростовских князей (Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50‑х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 61, 120). Кн. Федор Янов Ростовский ранее 25 апреля 1551 г. был наместником на половине Дмитрова (Пашкова Т.И. Местное управление в Русском государстве первой половины XVI века (наместники и волостели). М., 2000. С. 138). В 1561 г. Федор Янов Ростовский должен воевода в Казани на годовой службе (Разрядная книга 1550–1636 гг. Т. 1. Вып. 1. М., 1975. С. 104). Князь Федор Иванович [может быть описка писца, правильно Дмитриев сын?] Янов-Ростовский в Полоцком походе 1562/63 г. спал в стане государя (Книга Полоцкого похода 1563 г. (Исследование и текст) / Подг. текст К. В. Петров. СПб., 2004. С. 47). В 1565 г. сослан в Свияжский уезд (Список с писцовой и межевой книги города Свияжска и уезда письма и межевания Никиты Васильевича Борисова и Дмитрия Андреевича Кикина (1565–1567 г.). Казань, 1909. С. 71).
Князь Н. Д. Янов имел двор и покосы в Свияжске в 1565–1567 гг., также за ним было поместье в Свияжском уезде, ранее принадлежавшее его брату князю Федору Дмитриевичу, деревня Ларина Белая волошка (96 четвертей доброй земли) и пашни в 75 четвертей (Список с писцовой и межевой книги города Свияжска и уезда письма и межевания Никиты Васильевича Борисова и Дмитрия Андреевича Кикина (1565–1567 г.). Казань, 1909. С. 71).
~ Князь Федор Дмитриевич Ростовский назван первым мужем княгини Марии, женя князя Федора Ивановича Кривоборского (Акты Суздальского Спасо-Евфимьева монастыря 1506–1608 гг. М., 1998. № 256).

ИВАН ИВАНОВИЧ ПУЖБОЛЬСКИЙ

ФЕДОР СЕМЕНОВИЧ ПУЖБОЛЬСКИЙ

ИВАН МИХАЙЛОВИЧ ПУЖБОЛЬСКИЙ

воевода в походах в юности Грозного (1544—51 гг.). Родословие называет их обоих — бездетными.

СЕМЕН ВАСИЛЬЕВИЧ ЛАСТКИН

ЮРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ЛАСТКИН

АЛЕКСАНДР ФЕДОРОВИЧ ГОЛУБОЙ

ВАСИЛИЙ ФЕДОРОВИЧ ГОЛУБОЙ (1522,1538)

князь, воевода, младший из двоих сыновей князя Ф. А. Голубого- Ростовского. В 1519/1520 г. писец дворцовых сел Нового Городища (Милюков П.Н. Спорные вопросы Финансовой истории Московского государства. М., 1892. С. 160; Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV–XVI вв. М.; Л., 1950. С. 421; Каталог писцовых описаний Русского государства середины XV–начала XVII века / Сост. К. В. Баранов. М., 2015. С. 18). В 1538 г. воевода в Серпухове (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 95; Разрядная книга 1475–1605 гг. Т. 1. Ч. 2. М., 1977. С. 274). В 1537 г. известил конюшего князя Овчину о намерении кн. Андрея Старицкого бежатьиз удела. О роли В. Ф. Голубого в ликвидации «мятежа» А. И. Старицкого в 1537 г. есть сведения в летописи. В августе 1538 года князь Василий Голубой-Ростовский перед походом на Казань назначается четвёртым воеводой в Серпухов.
С ТСМ, видимо, был связан князь В. Ф. Голубой. Князья Голубые-Ростовские были землевладельцами Тверского уезда и служили князьям Старицким. Ему, видимо, принадлежало найденное недавно в ТСМ изголовье надгробия с надписью «князь Василий Голубой».

[ПСРЛ. Т. 13. С. 91–97.; Вишневский В. И. Некрополь князей Ростовских в Троице-Сергиевом монастыре… С. 171–172.]
Александр Юрьевич Губастый Ростовский
Василий Юрьевич Бычок Ростовский (1509)
Василий Бычок, помещик Бежецкой пятины, получил крупное поместье размером в 69 обеж. В. Ю. Бычок Ростовский
владел поместьем, принадлежавшим прежде М. В. Беклемишеву. Сохранилось несколько известий о службе В. Ю. Ростовского. В 1508 г. он писал Ивану III о передвижении литовских войск возле Торопца, а в следующем 1509 г. возглавлял отряд из Холма, шедший на соединение с войсками Д. В. Щени Патрикеева. Его сыновья не сумели
закрепиться среди «стратилатских» чинов.
В конце XV в. в Новгородской земле за ним в поместье были волость на Белой (Ильи Немирова Шенкурского, что была за Мих. Вас. Беклемишевым), земли (купца Андрея Аврамова) в Прокофьевском погосте на Белой и земли (Офросиньи Самсоновой, что были за Мих. Вас. Беклемишевым) в Шереховском погосте Бежецкой пятины (68,5 обеж земли) (Самоквасов Д.Я. Архивный материал. Новооткрытые документы поместно-вотчинных учреждений Московского государства XV-XVII столетий. Т. 1. М., 1905. С. 231).
ПКНЗ. Т. 1. С. 229; ПКНЗ. Т. 4. С. 352. РК 1475–1598. С. 41, 42; Скрынников Р. Г. Царство террора. СПб., 1992. С. 248.
Иван Юрьевич Глухой Ростовский
в начале XVI в., его брату И. Ю. Ростовскому Глухому досталось поместье в Деревской пятине после родственников Пужбольских. При Грозном воевода в Василь-городе (1553 г.) и Новосили (1559 г.), имевший сына Богдана [73].

ПЕТР ВЛАДИМИРОВИЧ ГОЛЫЙ ВОЛОХОВ РОСТОВСКИЙ

Сравнительно поздно, в первые годы XVI в., поместье получил двоюродный брат В. Ю. Ростовского П. В. Голый Волохов. В отличие от старших родственников, он довольствовался обычным окладом дворовых детей боярских в 30 обеж. По сообщениям родословцев он умер бездетным, не проявив себя на служебном поприще.
б/д.
[НПК. Т. 3. Ст. 198–204; Родословная книга князей и дворян Российских и выезжих… (далее – Родословная). М., 1787. Ч. 1. С. 92.]

XXI колено

КНЯЗЬ ИВАН ЮРЬЕВИЧ ХОХОЛКОВ СЫЧЕНЫЙ

наместника Новгородского (1565 г.)
В июне 1541 г. в войске во Владимире воевода в полку правой руки. В июне 1551 г., мае 1553 г. воевода, годовал в Васильгороде. В июле 1555 г. в войске из Коломны в Тулу находился среди голов у государя в сторожах. В июне 1556 г. в походе в Серпухов голова у государя в сторожах. В 1564 г. наместник в Нижнем Новгороде, в 1564/65 г. воевода в Чебоксарах (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 102, 112, 151, 157, 213, 214; Разрядная книга 1475–1605 гг. Т. 1. Ч. 3. М., 1978. С. 445). В Дворовой тетради из Ростовских князей с пометой «65 болен» (Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50‑х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 120). Князь Иван Ростовский в 1558/59 г. писец в Звенигороде (Веселовский С.Б. Сошное письмо. Исследование по истории кадастра и посошного обложения Московского государства. Т. 2. М., 1916. С. 595). В Полоцком походе 1562/63 г. спал в стане государя, голова в становых сторожах из спальников (Книга Полоцкого похода 1563 г. (Исследование и текст) / Подг. текст К. В. Петров. СПб., 2004. С. 47, 48). В 1565 г. наместник в Нижнем Новгороде (Разрядная книга 1475–1605 гг. Т. 2. Ч. 1. М., 1981. С. 175). По мнению Р. Г. Скрынникова, в 1565 г. был сослан в Казанский край. Оставлен на поселении в Казанском крае после амнистии 1 мая 1566 г. (Скрынников Р.Г. Царство террора. СПб., 1992. С. 248).
Князь Иван Юрьевич Ростовский в 1542/1543 г. владел волостью в Бологовском погосте Деревской пятины (31 соха) (Писцовые книги Новгородской земли / Сост. К. В. Баранов. Т. 4. М., 2004. С. 352).

Вероятно, слабость здоровья мешала служебной карьере, племянника А. А. Хохолкова и И. А. Катыря по линии их старшего брата Юрия Андреевича — князя Ивана49. О связях с ТСМ самого И. Ю. Хохолкова прямых данных нет, но ВКТСМ отмечен 22 августа 1566 г. вклад князя Федора Ивановича Ростовского «по княгине своей Марье денег 50 рублев». Эти данные могут относиться как к старшему сыну И. Ю. Хохолкова, так и к одному из представителей младшей ветви Хохолковых — Ф. И. Буйносову. Большой интерес представляет найденное недавно в ТСМ надгробие, из надписи на котором следует, что в сентябре 1568 г. «преставися раб божей княз Федор Иванович Ростовской «Хохолков»50. Мероприятия опричнины затронули князей Ростовских, занимавших высокие места в структуре Государева двора. В «Синодике опальных» отмечены «князь Федор да князь Осип, да князь Григорий Ивановы дети Хохолкова»51. В «Бархатной книге» и в других родословных у князя И. Ю. Хохолкова показан только один сын Федор, записанный вместе с отцом в «Княжеском списке» Дворовой тетради
(ДТ)52. Выше упоминалась родословная книга, текст которой, вероятно, искаженный, все же содержит важную информацию: «у Князь Андрея Ивановича у Хохолка дети: Федор, Осиф, Григорий все три побиты»53.

В данной редакции родословной книги, по-видимому, пропущены отец (Иван) и дед (Юрий Андреевич) указанных князей. Об обстоятельствах смерти князя И. Ю. Хохолкова данных нет. К 1568 г., когда, по реконструированному Р. Г. Скрынниковым «Синодику опальных», были убиты трое его сыновей, он мог умереть своей смертью, что косвенно подтверждается отсутствием записи о нем в этом источнике. После смерти сыновей И. Ю. Хохолкова старшая линия младшей ветви князей Ростовских пресеклась. В целом, данные ВКТСМ и надпись надгробной плиты не противоречат, версии о гибели князя Ф. И. Хохолкова во время опричного террора. Дата его смерти относится ко времени казней по «делу боярина И. П. Федорова», а опальных иногда разрешалось хоронить в монастырях54. В. И. Вишневским предложено отождествление князя Ф. И. Хохолкова со старшим сыном князя И. И. Буйносова. Рассмотрим эту версию ниже.Источниками отмечены его прозвище Сыченый или Сеченый, а также упоминания о его болезнях Конечно, нельзя исключить, что некоторые «болезни» были связаны с местническими счетами и обусловлены стремлением уклониться от нежелательных назначений. Тем не менее, он участвовал в некоторых военных походах и придворных церемониях [74].

ДМИТРИЙ ЮРЬЕВИЧ ХОХОЛКОВ

НИКИТА АЛЕКСАНДРОВИЧ ХОХОЛКОВ

Как следует из отмеченного выше примера князей Яновых, указания родословных книг на бездетность не всегда являются бесспорным фактом. В них, как правило, не указывались дочери и князья считались бездетными, если не имели сыновей. Но и сыновья иногда выпадали из родословных в силу разных причин. О некоторых представителях князей Ростовских имеются сведения в источниках, но отсутствуют в родословных. К таким примерам относится князь Никита Александрович Ростовский. Несмотря на наличие сообщений о нем в разрядных книгах, ВКТСМ и других документах39, а также сохранившихся в архиве ТСМ его духовной и купчей грамотах, определенных данных о принадлежности его к той или иной ветви князей Ростовских нет. С учетом имеющихся сведений, есть основание считать его сыном «бездетного» князя А. А. Хохолкова40. Разрядами князь Н. А. Ростовский отмечен в 1539 г. вторым воеводой большого полка на Угре и в 1543 г. воеводой в Туле [75].

В духовной грамоте, написанной около 1548 г.42 упоминается его жена Авдотья (Евдокия). Судя по указанию духовной, князь Никита рано ослеп43 и постригся, вслед за своей женой, в ТСМ под именем Нил, где и умер. Недавно найдено надгробие иноки Евникеи «княж Никитиной княгини Ростовского», умершей в июле 1547 г44. 4 мая 1545 г., 5 марта и 1 мая 1549 г. отмечены вклады Н. А. Ростовского «за жену свою княгиню Евдокею». В 1549 г. князь Никита снова «дал вкладу по сестре своей княгине иноке Евникее» свою вотчину в Дмитровском уезде сельцо Алексеевское с угодьями (ценой в 150 руб.) (Вкладная книга Троице-Сергиева монастыря. М., 1987. С. 55). Так как он сам к этому времени постригся, она стала для него не женой, а сестрой. Таким образом, болезнь и, возможно, другие причины, не позволили князю Никите занять видного места в структуре Государева двора.40 Впрочем, данные памятников ТСМ не исключают полностью и другой версии. Его отцом также мог быть князь Александр Юрьевич Бритый-Бычков, известный только по родословным. Основанием, кроме имени Александр, является то, что в сохранившейся купчей грамоте князя Никиты среди послухов указан князь Матвей Васильевич Бычков. В подобных случаях послухами обычно бывали близкие родственники покупателей (ОР РГБ. Ф. 303/I. № 318).

Жена: ЕВДОКИЯ В ИН. ЕВНИКЕЯ.

41 «На Угре воеводы по полком: В большом полку князь Иван Ондреевич Ростовской Катырь да князь Микита Олександрович Ростовской» (РК1598. С. 97). Если принять наше предположение, то он начинал службу под руководством дяди, поскольку князь А. А. Хохолков около этого времени умер.
42 Отдел рукописей РГБ. Ф. 303/I. № 966. Публ.:.Акты юридические, или собрание форм старинного делопроизводства. СПб.: Тип. II Отд. Собств. Е. И. В. Канцелярии. 1838. № 420;
43 «…к той духовной князь Никита сказывает руки своей не приложил, потому что он грехом отемнел» (Акты юридические… С. 451). 44 Вишневский В. И. Некрополь Троице-Сергиевой лавры. Открытия последних десятилетий ХХ века // Русское средневековое надгробие. М., 2006. Вып. 1. С. 171.ВКТСМ. С. 55

ИВАН ДМИТРИЕВИЧ ХОХОЛКОВ

КН. ПЕТР ДМИТРИЕВИЧ БОЛЬШОЙ ХОХОЛКОВ

Князь Петр Дмитриевич Ростовский с братом Андреем Дмитриевичем в июне 1528 г. с другими детьми боярскими поручились по князьям Иване и Андрее Михайловичам Шуйским в 2 тыс. руб. (Антонов А.В. Поручные записи 1527–1571 годов // Русский дипломатарий. Вып. 10. М., 2004. С. 11). В 1519/20 г., 1521 г. воевода в Мещере. В марте 1559 г. голова из новгородских помещиков при первом воеводе передового полка. В августе 1560 г. отправлен головой к Тарвасту, участвовал во взятии города (Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 65, 66, 180, 190, 192).

В погосте Никольском Ярвосольском Водской пятины за князьями Иваном и Петром Дмитриевичами Хохолковыми было поместье. В 1570/1571 г. доля князя Петра была отписана ко Дворцу (семь сох да треть обжи). Здесь же помещиками были князья Петр Большой и Петр Меньшой Дмитриевичи Ростовские. За ними соха с третью. Князю Петру Большому в 1555/1556 г. были даны деревни в Демешкине (треть сохи), а в 1558/1559 г. отделены деревня Замошье Виловалдино (соха) (Самоквасов Д.Я. Архивный материал. Новооткрытые документы поместно-вотчинных учреждений Московского государства XV-XVII столетий. Т. 2. Ч. 2. М., 1908. С. 370–371).

Сообщение в РРК кн. Лобанова о браке с княжной Анной Борисовной Волоцкой князя П.Д. Большого Хохолкова ошибочно. Она была супругой князя П.Д. Ростовского-Владимировича.[76]

ПЕТР ДМИТРИЕВИЧ МЕНЬШОЙ ХОХОЛКОВ

В марте 1559 г. г. из новгородских помещиков при первом воеводе передового полка. В 1559/60 г. Вильяном голова в большом полку. Не всегда понятно, когда в разрядах речь идет о Петре Большом, а когда о Петре Меньшом Хохолкове Ростовском [77]. В погосте Никольском Ярвосольском Водской пятины помещиками были князья Петр Большой и Петр Меньшой Дмитриевичи Ростовские. За ними соха с третью. Князю Петру Меньшому в 1556/1557 г. были отделены здесь же деревни (две сохи) [78].

ИВАН ДМИТРИЕВИЧ МЕНЬШОЙ ХОХОЛКОВ

АНДРЕЙ ДМИТРИЕВИЧ ХОХОЛКОВ

сделавший вклад в Троице-Сергиев монастырь (далее – ТСМ) в 7102 (1593/94) г. [79].

КН. СЕМЕН ВАСИЛЬЕВИЧ ЗВЯГА РОСТОВСКИЙ (1542, † 1565)

Внук известного полководца Александра Владимировича Ростовского и правнук последнего ростовского владетельного князя Владимира Андреевича.

Упоминается в марте 1542 г. в списке князей и детей боярских, которые у государя в думе не живут, но были при приеме литовских послов среди Ростовских князей (Сборник Русского исторического общества. Т. 59. СПб., 1887. С. 147). В Дворовой тетради боярин с пометой «в опале» [80]. Боярин с июня 1553 г. [81]. Получил чин боярина летом 1553 г. по инициативе самого царя, позже утверждавшего, что это было сделано не за заслуги, а лишь «для отечества» кн. Семена (СИРИО. С. 452–453; ПИГАК. С. 32, 81, 142).

В 1543 г. воевода в Галиче за городом. В июле 1547 г. третий воевода во Владимире. В июне 1553 г. в царском походе в Коломну среди бояр сопровождал царя. Согласно припискам Лицевого летописного свода, в марте 1553 г. выдвинул кандидатуру Владимира Старицкого на московский престол, в 1554 г. вместе с Н.С. Лобановым Ростовским и В.В. Волком Приимковым Ростовском, а также, возможно, и кн. А.И. Катыревым Ростовским предпринял попытку бежать в Великое княжество Литовское. В Литве московские послы должны были отвечать, что кн. Семен выдавал государевы тайны (ПСРЛ. T. 13. С. 237–238; СИРИО. Т. 35. № 27). Заговор был раскрыт. Суд приговорил кн. Семена Ростовского к смерти, но «печалование» духовенства во главе с московским митрополитом Макарием спасло его, и казнь была заменена на ссылку в Белоозеро. [82]. В «Государеве родословце» 1555 г. о кн. Семене Звяге Ростовском было написано, что он «для отъезда литовского был в опале, боярство у него отнято» (БК. Ч. 1. С. 85; ср.: ПИРСС. С. 42). С этим делом о несостоявшемся побеге, очевидно, следует связывать и более позднюю дьячью отметку «в опале» против имени кн. Семена в Дворовой тетради (ТКДТ. С. 112).

В ящике 174 Царского архива хранился «отъезд и пытка во княж Семенове деле Ростовского» [83]. Однако 20 июля 1563 г. в связи с новой опалой на кн. Владимира Старицкого царь Иван Васильевич затребовал дело к себе во дворец. Подлинник следственного «дела», как и большая часть других важных документов Царского архива, не сохранился, но его описание сохранилось в разных русских летописях, а также в Лицевом летописном своде Ивана Грозного. Суть этого дела состояла в том, что кн. Никита Семенович Лобанов Ростовский, доводившийся племянником кн. Семену Звяге Ростовскому, пытался бежать с однородцами в июле 1554 г. в Великое княжество Литовское, но в Торопце он был задержан и доставлен под конвоем «к царю и великому князю». На допросе несостоявшийся беглец кн. Никита сказал, что его отпустил в Литву боярин кн. Семен Ростовский «сказать про себя, что он к королю идет, а с ним братья его и племянники» (Сергеев 2012. С. 58; Сергеев 2013. С. 73). В Первом послании вновь царь вспомнил суд над ним, доказывая самоуправство Сильвестра и Адашева: «Та же по сем собака и изменник старый ростовской князь Семен... своим же изменным обычаем литовским послом пану Станиславу Давойну с товарыщи, нашу думу изнесе, нас укаряя и нашу царицу и наших чад; и мы то его злодейство сыскав, и еще милостиво казнь свою над ним учинили. И после того поп Селивестр и с вами, своими злыми советники, того собаку учал в велице брежение держати и помогати ему всеми благими, и не токмо ему, но и всему его роду. И тако убо оттоле всем изменником благо время улучися; нам же убо оттоле в большом утеснении пребывающим» (ПИГАК. С. 32).

Кн. Семен Звяга был сослан в «государеве опале» на воеводство в Нижний Новгород в мае 1565 г. и казнен около 1566 г. или немногим позже (Зимин 19586. С. 67, 73; ср.: Зимин 2001. С. 92; Fennell 1955. Р. 96. N. 1; Fennell 1965. Р. 188; Сергеев 2013. С. 73). Согласно А. Шлихтингу, опричники схватили воеводу в нижегородском храме, раздели и на санях отвезли от Нижнего Новгорода. На Волге «начальник всадников» отрубил князю голову, обезглавленный труп был брошен под лед, а голову доставили царю, который оттолкнул ее ногой и велел утопить в реке (Шлихтинг. С. 20–21; Schlichtung. S. 12–13).

Попал в опалу в июле 1554 г. [84]. О «деле» князя Семена Ростовского рассказано на страницах Никоновской, Львовской, Лебедевской летописях, а также в Лицевом летописном своде [85]. В июле 1554 г. в Торопце был арестован князь Никита Семенович Лобанов-Ростовский по подозрению в попытке перехода литовской границы. На допросе он рассказал, что в Литву был послан боярином князем Семеном Васильевичем Ростовским, который намеревался ехать туда вслед за ним, «а с ним братья его и племянники»9 . Из последовавших допросов боярина выяснилось, что весной 1553 г., во время опасной болезни царя, когда возник вопрос об определении наследника трона, князь Семен вместе с некоторыми другими боярами10 поддержал кандидатуру князя В.А. Старицкого, а не семимесячного царевича Дмитрия. Свое решение князь С.В. Ростовский мотивировал тем, что «толко намъ служити царевичю Дмитрею ино нами владети (Захарьинымъ) и чемъ нами владети Захарьиными ино лутчи служити князю Владимеру Ондреевичю». Но царь выздоровел, и бояре «меж себя почали говорить чтобы то дело укрыть», а князь Семен со страху «съ того времени учялъ мыслити в Литву». От слуг князя Семена узнали, что еще в августе 1553 г. их хозяин вел тайные переговоры с главой находившегося в Москве литовского посольства Станиславом Довойной «и думу царя и великого князя послам рассказывал … и многие поносительные слова про царя государя и великого князя им говорил». Свои действия С.В. Ростовский объяснял «от убожества и от малоумия». Подлинная причина попытки отъезда князя С.В. Ростовского была неудобна для огласки, и в официальном посольском наказе Федору Вокшерину, отправившемуся в Литву 6 сентября 7063 (1554 г.), была изложена версия, выдвинутая самим князем Семеном — о присущей ему «скудости разума»11. О его сообщниках в наказе говорилось лишь в общих словах, а в летописных текстах упоминались «братья его и племянники» из фамилий Лобановых и Приимковых, также не названные по именам. Судом князь Семен был приговорен к смерти и лишен боярства, но царь помиловал его благодаря ходатайству митрополита и других церковных иерархов. Бывшего боярина отправили в тюрьму на Белоозеро.А. Шлихтинг подробно описал убийство опричниками жившего в Нижнем Новгороде «князя Ростовского»46. Несмотря на некоторую путанность этого из-вестия, все же можно заключить, что относится оно к князю С.В. Ростовскому. Согласно Шереметевскому боярскому списку, он «выбыл» в 7075 г.47 (с 1 сентября 1566 г. до 1 сентября 1567 г.). С учетом деталей рассказа А. Шлихтинга, можно сделать вывод, что князь Семен Васильевич погиб зимой 1565/66 гг.

Разрядами князь Семен упоминался в 1543 г. первым воеводой в Галиче «за городом», а потом — воеводой во Владимире под начальством дяди А.Д. Ростовского20. В декабре 1547 г., когда во время похода на Казань царь шел с войском из Владимира к Нижнему Новгороду — в сторожевой полк первым воеводой, вместо отпущенного в Москву лечиться И.П. Федорова, был назначен князь С.В. Ростовский21. По записи Шереметевского боярского списка, около 1553 г. он был пожалован боярством22. Между уходом в Борисоглебский монастырь князя А.Д. Ростовского около 1550 г.23 и пожалованием боярского чина его племяннику прошло более двух лет, что может косвенно свидетельствовать о нежелании царя дать высший чин человеку, к делам службы малоспособному. Впоследствии Иван Грозный не раз повторял, что пожаловал С.В. Ростовского не за заслуги, а «для отечества»24. Отсрочка эта могла породить у князя Семена недовольство и стать дополнительным стимулом к поддержке Старицких во время политического кризиса весной 1553 г. В июне 1553 г. князь С.В. Ростовский был в числе бояр, сопровождавших царя в походе к Коломне25

В 1564 г. воевода в Нижнем Новгороде (без боярского звания).(Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 213). Был казнен в феврале 1565 г. (Скрынников Р.Г. Царство террора. СПб., 1992. С. 241). «Приблизительно таким же образом он повелел умертвить, князя Ростовского, который жил в Нижнем Новгороде. Так как этот князь обычно обращался с пленными слишком милостиво и не слыл в отношении их свирепым и жестоким, то в силу этого он был заподозрен в желании якобы перебежать к королю польскому и воевода полоцкий обещал ему озаботиться о доставке его невредимым. К этому князю тиран послал 30 воинов 4 из Опричнины с поручением отрубить ему голову и доставить к себе, что и было исполнено. Именно, когда Ростовский вошел в храм помолиться, вскоре в храм вбегают убийцы, и говорят ему: «Князь Ростовский, ты пленник велением великого князя». Несчастный, бросив палку, которой он пользовался в качестве отличительного признака занимаемой им должности, этим как бы сложил с себя должность. Именно, существует такой обычай, что те, кто находится, в должности, обычно носят палку, которую дает государь в знак власти и управления. Захватив таким образом несчастного, они вслед затем сняли с него платье, которое он носил, так что он остался голым; также и его рабов, в количестве более сорока, захваченных таким же образом, они бросили в тюрьму, и Ростовского связанного, положенного на повозку и одетого в грязное платье, увезли с собою. Отъехав от Новгорода на расстояние приблизительно, трех миль, подводчики остановились и начинают топорами разбивать лед на реке, чтобы образовать прорубь. Ростовский, как бы пробудившись ото сна, а он был привязан к повозке, и на его теле сверху сидели двое, спрашивает, что они хотят делать. Те отвечают, что собираются напоить коней. «Не коням», сказал Ростовский, «готовится эта вода, а голове моей». И он не обманулся в этой догадке. Именно, один из убийц, слезши с коня, отрубил ему вслед затем голову, а обезображенное тело его велел бросить в реку, голову же взял с собою и отнес ее к самому тирану. Увидев ее, тиран как бы погрозил ей и, коснувшись пальцем, произнес следующие слова: «О, голова, голова, достаточно и с избытком пролила ты крови, пока была жива; это же сделаешь ты и теперь, раз имеешь крючковатый нос!» Затем, наступив на голову и оттолкнув ее ногою, он велел бросить ее в реку. Вслед за тем он умертвил весь род Ростовского, более 50 человек. Везде, где только он мог выловить или свойственника, или родственника его, он тотчас после самого тщательного розыска приказывал убить их. Из семейства Ростовских было приблизительно шестьдесят человек, которых всех он уничтожил до полного истребления (Шлихтинг А. Новое известие о России времени Ивана Грозного. Л., 1934. С. 20–21). «Паки побиени от него того же лѣта княжата ростовские Сѣмен, Андрѣй и Василѣй, и друзи с ними. Паки потом тѣх же княжат ростовских, иже и здѣсь страдал за него, Василей Темкин и сыном своимъ разсеканы от кромѣшниковъ его, катов изобраных, за повелѣниемъ его» (Сочинения князя Андрея Курбского // Русская историческая библиотека. Т. 31. СПб., 1914. С. 283). «Из этих князей последним оставался наследник по имени Петр, нижегородский воевода, которого нынешний великий князь московский уничтожил вместе с его потомством таким образом: он назначил в Нижний Новгород сорок всадников из своих подручных и приказал им доставить отрубленную голову упомянутого воеводы, князя Ростовского. И вот, эти всадники, застав упомянутого князя молящимся в церкви, сказали так: «Господин Ростовский! По приказу великого князя мы тебя арестуем». Услышав приказ, он тотчас бросил на землю жезл, который держал в руке; этим он показывал, что уже слагает с себя должность, на которую был назначен: ведь когда государь московский назначает кого-нибудь из бояр на должность, то обычно вручает ему жезл в знак того, что ему во всем должны повиноваться как государю. Когда же он отстраняется от должности, то этот жезл возвращает государю или тому, кто представляет его особу. Итак, когда упомянутый князь Ростовский был схвачен в церкви, с него содрали одежду, так что он остался нагим, в чем мать родила, а потом в оковах был брошен в сани и привязан. Когда они отъехали от Новгорода на три мили, то остановились у реки Волги. Скованный князь спросил о причине остановки, и ему ответили, что хотят напоить коней. Он, предчувствуя смерть свою, сказал: «Нет, не для коней та вода, а для меня, пить мне ее и не выпить никогда». И тотчас начальник всадников отрубил ему, лежащему, голову топором, а труп сбросили в замерзшую реку. Когда же его голову принесли государю, то он сам, помавая рукой и головой, сказал: «Ах, голова, голова, много ты крови пролила при жизни (ведь он был очень воинственный), а теперь, мертвая, прольешь ее». Произнеся эти слова, он оттолкнул ее ногой и приказал бросить в реку. После этого всех друзей и все потомство убитого в количестве пятидесяти человек он искоренил до основания и перебил (и все владения их конфисковал), а сорок лучших слуг его удушил в темнице» (Гваньини А. Описание Московии. М., 1997. С. 99, 101).

О владениях в Ростовском уезде самого боярина князя Семена, получившего прозвище Звяга, определенных сведений нет, хотя по происхождению и общественному положению родовые вотчины у него должны были быть. В источниках сохранились только сведения о его поместье в Тверском уезде В 1539/1540 г. за ним в стане Микулинская четверть Тверского уезда в поместье были сельцо Борки с 28 деревнями и починком (588 четвертей) (Писцовые книги Московского государства XVI в. Ч. 1. Отд. 2. СПб., 1877. С. 134–135).. Поэтому большой интерес представляет информация, отмеченная С. В. Стрельниковым в Межевых книгах ТСМ, о пожне князя Семена Звягина в Ростовском уезде, находившейся в соседстве с селом Поникарово, располагавшимся на границе Согильского и Савина станов, и сельцом Красным (Красная) Согильского стана 8.

8 РГАДА. Ф. 1209. Кн. 20. Л. 327–327 об.; Стрельников С. В. Землевладение в Ростовском крае… С. 108.

АЛЕКСЕЙ БОРИСОВИЧ ЯНОВ

ПЕТР ВАСИЛЬЕВИЧ ГОЛУБОЙ

ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ БЫЧКОВ РОСТОВСКИЙ

МИХАИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ БЫЧКОВ РОСТОВСКИЙ

ДАВИД ВАСИЛЬЕВИЧ БЫЧКОВ РОСТОВСКИЙ

МАТВЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ БЫЧКОВ РОСТОВСКИЙ

имевший сына (XXII кол.) Андрея Матвеевича. Очевидно, он, даже отец и дядя его — дожили до XVII века, однако в течение этого столетия по боярским книгам не находится князей Бритых-Бычковых

БОГДАН ИВАНОВИЧ ГЛУХОГО

XXII колено

ФЕДОР ИВАНОВИЧ ХОХОЛКОВ

ОСИП ИВАНОВИЧ ХОХОЛКОВ

ГРИГОРИЙ ИВАНОВИЧ ХОХОЛКОВ

ИВАН ИВАНОВИЧ ГОНКА ХОХОЛКОВ

Сын Ивана Дмитриевича

ВАСИЛИЙ ИВАНОВИЧ ПОЧУЙ БЕЛОГОЛОВЫЙ ХОХОЛКОВ

Голова, зимой 1573/1574 г. отправлен сеунчем из Юрьева Ливонского к царю. В декабре 1578 г. отправлен в Новгород собирать новгородцев из Водской пятины для службы в Пскове (Разрядная книга 1475–1605 гг. Т. 2. Ч. 2. М., 1982. С. 359; Т. 3. Ч. 1. М., 1984. С. 49).

Записи ВКТСМ, относящиеся к Буйносовым появляются в последние годы XVI в. В это время было известно два князя Василия Ивановича из младшей ветви Хохолковых (ил. 3). Один из них был старшим братом П. И. Буйносова, а другой приходился ему четвероюродным братом и упоминался источниками как князь Василий Иванович Ростовский, иногда добавлялось прозвище — Белоголов-Почуй. Около 1598 г. он получил чин думного дворянина. Уже во второй половине XVII в. составитель ШБС считал их одним лицом и писал о Василии Ивановиче Ростовском Буйносове Почуе Белоголовом104. Ошибка объясняется не только принадлежностью к одной фамилии, совпадением имен и отчеств, но и тем, что В. И. Белоголов-Почуй не указан в «Бархатной книге» и некоторых других родословных105. Оба князя несколько лет служили в одном районе: В. И. Буйносов был воеводой в Великом Новгороде, а В. И. Белоголов-Почуй — в Ивангороде. Первый умер около 1602 г., а второй — 1609 г., что вызвало недоуменные замечания автора ШБС106. Определенно решить, кто из двух указанных лиц сделал вклад в ТСМ в 1598 г. с уверенностью нельзя. Не исключено, что запись ВКТСМ относится к В. И. Хохолкову-Почую. Здесь же отмечены два вклада князя Андрея Дмитриевича Хохолкова 7102 (1593/1594) г.: «по теще своей иноке Александре» и «по жене своей княгине иноке Варсунофье денег 50 рублев, и за тот вклад княгиню ево погребли у живоначальные Троицы»107. В родословной Хохолковых князь Андрей Дмитриевич не показан и определить его место в ней пока можно только предположительно.

102 Разрядная книга 1550–1636 гг. М., 1976. Т. 2. Вып. 1. С. 234; ДРВ. Ч. ХХ. С. 72, 81.
103 ДРВ. Ч. ХХ. С. 67, 81, 83 104 ДРВ. Ч. ХХ. С. 67 105 Полнее всего состав младшей ветви Хохолковых приведен в родословной книге М. А. Оболенского (Родословная книга по списку князя М. А. Оболенского… С. 42.). Указан В. И. Ростовский-Почуй и в другом списке родословной книги (Родословная книга // Русские летописи. Т. 7. Ермолинская летопись… С. 396).
106 ДРВ. Ч. ХХ. С. 83 107 ВКТСМ. С. 57.

ТИМОФЕЙ ПЕТРОВИЧ ХОХОЛКОВ

АНДРЕЙ ДМИТРИЕВИЧ ХОХОЛКОВ

Ж. ВАРВАРА, в монашестве Варсонофия, погребена в Троицкой Лавре в 1594 г.

КНЖ. МАРИЯ СЕМЕНОВНА ЗВЯГИНА РОСТОВСКАЯ

Из грамоты Ивана IV к Иоану Водэ Лютому от мая 1574 года известно, что около 1566 года Иоан Водэ жил в России и был там женат (на Марии, дочери князя Симеона Ростовского), состоял на службе у царя.

В Московии прятался и молдавский господарь Иоанн Водэ Лютый или Грозный (действительный Иван Грозный, учитывая, что Иван IV никаких подобных прозвищ не носил). Иоанн Лютый был женат на княжне Марии Семеновне Ростовской и имел от нее сына Петра. Отец этой княжны — знаменитый князь Семен Васильевич Звяга Ростовский, предположительно
поддержавший в 1553 г. князя Владимира Андреевича Старицкого на российский престол, а позднее пойманный на тайных переговорах с послами короля Сигизмунда II Августа. Несмотря на демонизацию князя «Звяги» (прозвище, как и
позднее прозвище Хованского «Тараруй», значило: болтун, пустомеля), его статус был настолько высок, что в одном ряду с его умершей или погибшей дочерью оказалась дочь кн. Ф. И. Мстиславского. В мае 1574 г. царь обратился к господарю, сожалея о смерти его жены и сына от эпидемии (“ex voluntate et judicio Dei mortui peste hoc est coniunx Ducissa Maria et Petrus filius tui”) и предлагал вернуться в Москву и жениться повторно, предлагая взамен княжну «Мстиславскую и Заславскую». Царь особенно подчеркивал высочайшее происхождение невесты — она его ближайшая кровная родственница, поскольку происходит от сестры отца
Ивана IV, великого князя Василия III.[86]

∞, Иоанн Водэ Лютый

БОГДАН ПЕТРОВИЧ ГОЛУБОЙ

Последний известный представитель Голубых-Ростовских князь Богдан Петрович упоминался в 1590‑х –1604 гг. [87].

КН. АНДРЕЙ МАТВЕЕВИЧ БЫЧКОВ РОСТОВСКИЙ

новгородский помещик, отправленный в 1565 г. с другими князьями Ростовскими в свияжскую ссылку. Некоторые из земель деда в Бежецкой пятине в Шереховском и Ильинском погостах к 1564 г. наследовал сын Матвея Васильевича Бычкова и внук Василия Юрьевича Бычкова Андрей Матвеевич Бычков.[88]

† во время опричнины с семьей.[89]

XXIII генерація від Рюрика

КН. АЛЕКСАНДР ТИМОФЕЕВИЧ РОСТОВСКИЙ

упоминался как помещик Бежецкой пятины Тверской половины в актах 1596–97 гг. [Русская историческая библиотека. Л., 1926. Т. 38. Стб. 56, 127, 130, 132–136.]. Поскольку в челобитной 1597 г. на имя царя он написал себя под уменьшительным именем «Олешка» (Стб. 132) в именном указателе его отметили дважды: как Александра и Алексея Тимофеевича, хотя речь идет об одном и том же лице.

МАРИЯ АНДРЕЕВНА БЫЧКОВА

~ В. Щепин Оболенский.

XXIV генерація від Рюрика

КН. ИВАН АЛЕКСАНДРОВИЧ ХОХОЛКОВ РОСТОВСКИЙ

Стольник в 1627–1640 гг.[90] Около 1627/28 г. братьям были назначены поместные оклады: 500 четей (Ивану),
денег 25 руб., а Дмитрию – 450 четей, денег 20 руб. [Горбатов Е.Н. Боярская книга 1629 года // Российская генеалогия:
научный альманах.М., 2022. Вып. 11. С. 80].

В XVI и первые годы XVII в.
Ростовские-Хохолковы являлись новгородскими помещиками. В 1612 в погосте Ярусольском Водской пятины за князем Иваном да за князем Дмитреем за княже Александровыми детьми Ростовского сельцо Гора пусто, а в нем храм Покров святей Богородицы, да вдоре [sic!] помещиков пуст. Все не пахано и не кошено. А князь Иван да князь Дмитрей живут в Лопском погосте у княже Михайловы княгини Мышецкого у княгини Марьи [Дозорная книга Водской пятины (Корельской половины)1612 года//Riksarkivet, Stockholm, Ockupationsarkivet från Novgorod, serie 1:39]. Земельные владения
братьев Ростовских-Хохолковых включали только поместья размером
450–500 четей.

Они сами или их отец князь Александр Тимофеевич, по-видимому, приобрели владения в центральных уездах и покинули новгородские поместья. В 1628 г. в Поместный приказ была подана челобитная князей «Ивана и Мити Александровых детей Ростовского» о даче им выслуженной вотчины деревни Внуково с деревнями в Закоторском стане Ярославского уезда Григория Лобанова в связи с отсутствием у него наследников. Кроме них на это владение претендовали и другие родственники Г. Лобанова, и в результате оно досталось его зятю Степану Наумову.[91] Претензии князей Ростовских-[Хохолковых], должно быть, основывались на родстве с этой нетитулованной фамилией.

∞, .... Андреевна Вельяминова, дочь Андрея Вельяминова [Стрельников С.В. Землевладение в Ростовском крае в XIV – первой
трети XVII века.М.; СПб., 2009, с. 196].

КН. ДМИТРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ХОЗОЛКОВ РОСТОВСКИЙ

Стольник (1627–1629).[92] Около 1627/28 г. братьям были назначены поместные оклады: 500 четей (Ивану),
денег 25 руб., а Дмитрию – 450 четей, денег 20 руб. [Горбатов Е.Н. Боярская книга 1629 года // Российская генеалогия:
научный альманах.М., 2022. Вып. 11. С. 80].

XXV генерація від Рюрика

КН. БОРИС ИВАНОВИЧ РОСТОВСКИЙ

1644 мая 9 дня, пожалован в жильцы: «153-го, мая в 29 день, государь пожаловал в житье князя Бориса княж Иванова сына Ростовского, Ондрея Петрова сына Поленова. Приказал государевым словом
думной дьяк Михайло Волошенинов, и ко кресту князь Борис и Ондрей приведены тово
ж дни.»[93]

Скрипторий

№ 1

1400–20 гг. – Данная кнг. Федоры, вдовы кн. Михаила Андреевича Ростовского, с сыном кн. Андреем Богоявленскому м‑рю на сц. Спасское в Ростове.

Княгиня Федора Михайлова с 43 сыном своим со князем Андреем Михайловичем дали к Святому Богоявлению в дом селцо Спаское, опричь третьева поля, что от Николы Святаго, да опричь двух пожен: пожня Никольская, что поп кашивал селецкой, да другая – Заровская, со всеми пошлинами, что к тому сельцу издавна потяглу, куды топор и коса ходила. А отвод земле: по Белогостицкой людчик.

Государственный музей-заповедник «Ростовский кремль». Р‑1205. Изложение в составе указной грамоты 1650 г. (по списку 1702 г.).

Публ.: Иустин, архимандрит. Описание Ростовского Богоявленского Авраамиева мужского второклассного монастыря Ярославской епархии. Ярославль, 1862. С. 57.

№ 2

[1462–1474 гг.] – Грамота с прочетом вел. кн. Ивана Васильевича на Устюг наместнику кн. Ивану Александровичу и тиуну Кузьме Коробьину по челобитью пежемцев и заеречан о ненарушении великокняжеской оброчной грамоты, заменявшей дань и потуг фиксированным оброком.

Список з жаловалные грамоты. От великого князя Ивана Васильевича на Устюг намеснику
моему князю Ивану Олександровичу и тиуну моему Кузьме Коробьину. Бил ми челом зде Михейко Старостин сын за всех людей, за пежемцов и за заечеречан, а сказывает, что, дей, дают мне великому князю оброк з году на год по тысяче белки по моей грамоте великого князя по оброчной с Пежмы и з Заечьи реки, нынеча, дей, их бегоули и все устюжане тянут к себе в потуг и в мою великого князя дань через грамоту великого князя, жаловалную. И вам бы, бегоулем, и
всем устюжаном их к себе в потуг и в мою великого князя дань тянути не велели, а грамоты бы моей у них не рушили, а вы бы на них в том приставов своих не давали, и правити бы есте на них не велели тех пометов, а пежмяне и заечеречане по старине знают свой оброк по моей, великого
князя, грамоте по оброчной, а и вперед есмь их пожаловал: к бегоулем есмя им в свою дань и в потуг тянути не велел, а знати им свой оброк по грамоте, а кому будет на них чего имати, и они промеж себя сами сроки себе записывают перед великого князя на Збор. А прочет сию грамоту,
отдайте им назад, и они себе держат впрок.
А назади у грамоты написано: князь великий.

РГАДА, ф. 141, оп. 2 (1647г.), д. 30, л. 38

ПЕЧАТКИ

Печаток не знайдено

ПУБЛІКАЦІЇ ДОКУМЕНТІВ

Документів не знайдено

АЛЬБОМИ З МЕДІА

Медіа не знайдено

РЕЛЯЦІЙНІ СТАТТІ

Статтєй не знайдено

Там же. С. 75.[↩]
Зимин А. А. Формирование боярской аристократии во второй половине XV — первой трети XVI века. М., 1988. С. 76–80. [↩]
Зимин А. А. Формирование боярской аристократии… С. 78–81.[↩]
Повесть о Борисоглебском монастыре [около Ростова] XVI века. Сообщение Х. Лопарева // ПДПИ. СПб., 1892. Вып. 86. С. 6.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
Антиминс хранится в фондах Государственного музся-заповсдника «Ростовский кремль» (инв. № Т‑1844). Он поступил в музей в 1924 г. из Казанской церкви села Скнятинова Ростовского усзда. Антиминс прямоугольный (14.7 х 16 см), изготовлен из льняной ткани. всс изображения и надпись нанесены серыми чернилами. В центре представлен шестиконечный крест на Голгофе, по бокам от него — надпись. В музее антиминс датируется ХV в. и специально не изучался. Сохранность памятника оставляет желать лучшего. Он имеет прорывы и утраты ткани, не дошла до нас значительная часть надписи, особенно — левее креста. И всё же уцелевшая ее часть представляет несомненный интерес.[↩]
НПЛ. С. 391, 392–393.[↩]
ПСРЛ, 1921. С. 227.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
Житие св. Леонтия, 1893. С. 19.[↩]
Акты Археографической экспедиции. T. 1. СПб., 1836. № 94–1, II, III. С. 73–75.[↩]
РГАДА, ф. 141, оп. 2 (1647г.), д. 30, л. 38.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
АСЭИ. Т. 3. № 15. С. 30–31.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
Акты Археографической экспедиции. T. 1. СПб., 1836. № 94–1, II, III. С. 73–75.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
см.: Древняя Российская Вивлиофика, ч. X X , изд. 2‑е. М., 1791; далее — ДРВ[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГАДА (Ф. 181. № 111 (Шишковский список[↩]
РГАДА (Ф. 181. № 111 (Шишковский список). Л. 274 об.-275; См. Баранов К.В. Местническая память князей Ростовских // Порядок и смута. Государство, общество, человек на востоке и западе Европы в Средние века и раннее Новое время: К 85-летию Владислава Дмитриевича Назарова / Под общей редакцией А.А. Фролова. М.: Аквилон, 2023. – 464 с. (Специальные исторические дисциплины, вып. 3. С. 54–64).[↩]
Жуков А.Ю. Формирование границ Карелии: крестьянское освоение территории и государство (XII–XVII вв.) // Границы и контактные зоны в истории и культуре Карелии и сопредельных регионов. Гуманитарные исследования. Вып. 1.
Петрозаводск, 2008. С. 10–12.[↩]
ПСРЛ. Т. 8. С. 233; РК 1475–1598. С. 32, 39.[↩]
НПК. Т. 1. Стб. 85, 86, 89, 99, 100, 107–117.[↩]
НПК. Т. 1. Ст. 107–118; Зимин А. А. Формирование… С. 76–78. В середине XVI в. село Пужбол было черносошным. (Стрельников С. В. Землевладение в Ростовском крае в XIV – первой трети XVI века. С. 94–95).[↩]
НПК. Т. 1. Стб. 85, 86, 89, 99, 100, 107–117.[↩]
НПК. Т. 1. Ст. 107–118; Зимин А. А. Формирование… С. 76–78. В середине XVI в. село Пужбол было черносошным. (Стрельников С. В. Землевладение в Ростовском крае в XIV – первой трети XVI века. С. 94–95).[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
РГБ, Отдел рукописей, ф.344 (Шибанов), д. 99. Публ. Конев С.В. Синодикология. Часть II. Ростовский соборный Синодик.[↩]
Памятники истории русского служилого сословия. м., 2011. с. 174.[↩]
Назаров В. Д. Свадебные дела XVI в. // Вопросы истории. 1976. № 10. С. 119; Государственное древлехранилище хартий и рукописей: Опись документальных материалов фонда № 135 / Сост. В. Н. Шумилов. М., 1971. С. 98.[↩]
ПКНЗ. Т. 1. С. 229; ПКНЗ. Т. 4. С. 352.[↩]
РК 1598. С. 102, 139, 157; РК 1605. С. 298; Книга Полоцкого похода 1563 г. (Исследование и текст). СПб., 2004. С. 47, 50.[↩]
Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 97, 105.[↩]
Зимин А.А. Суздальские и Ростовские князья во второй половине XV – первой трети XVI в. // Вспомогательные исторические дисциплины.Л., 1976. Т. 7. С. 68.[↩]
Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. 180, 190.[↩]
Самоквасов Д.Я. Архивный материал. Новооткрытые документы поместно-вотчинных учреждений Московского государства XV-XVII столетий. Т. 2. Ч. 2. М., 1908. С. 371.[↩]
Сергеев А. В. Сведения о князьях Ростовских за вторую треть XVI – начало XVII в. в письменных и эпиграфических памятниках … С. 178–179.[↩]
Тысячная книга 1550 г. и Дворовая тетрадь 50‑х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 112.[↩]
Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. С. 140.[↩]
Разрядная книга 1475–1598 гг. М., 1966. 106, 111, 113, 140, 213; Полное собрание русских летописей. Т. 13. М., 2000. С. 237–238, 525.[↩]
Государственный архив России XVI столетия. Опыт реконструкции / Подг. текста и коммент. А. А. Зимина. М., 1978. С. 76, 386, 387.[↩]
Полное собрание русских летописей. Т. 13. М., 2000. С. 237–238.[↩]
ПСРЛ. Т. 13. Патриаршая или Никоновская летопись. СПб., 2000. С. 237–238. ПСРЛ. Т. 20. Вторая половина. Львовская летопись. СПб., 1914. Ч. 2. С. 546. ПСРЛ. Т. 29. Летописец начала царства царя и великого князя Ивана Васильевича. Александро-Невская летопись. Лебедевская летопись. М., 1965. С. 226–227. 8Лицевой летописный свод... С. 26–33.[↩]
Сюжет взят из: Ерусалимский К. Ю. Клан ли это? Брачная политика и межродовая конкуренция в России XVI—XVII вв. // Электронный научно-образовательный журнал «История». 2026. T. 17. Выпуск 3 (161).
URL: https://history.jes.su/s207987840038199‑7–1/ DOI:
10.18254/S207987840038199‑7 См. Haus‑, Hof- und Staatsarchiv (Wien). StAbt. AB VIII/7/4. Ost- und Südosteuropa. Rußland I. K. 1. Konv. E. F. 18—18v. Копия XVI в. Уп.: Hurmuzaki E. Documente privitoare la istoria Românilor. V. II/1. Bucureşti, 1891. P. 700—701. Публ.: Revista istorică. T. XV. № 7—9. Bucureşti, 1929. P. 229—231; Исторические связи народов СССР и Румынии в XV — начале XVIII вв. М., 1965. Т. 1. № 47 лат. текст: С. 129—131, русский перевод (XX в.): С. 131—133, румынск. перевод: С. 133—134. Цит.: “quae nostrae altissimae Imperiali Maiestati in consanguinitate proxima est Patris nostri piae memoriae in axinii domini Wasilii in coniugem fuit soror Illustri Domino Petro Imperatoris filio ac filia illius erat mater Ducis Iwani et coniunx memorati Teodori Ducis Mscislaviensis et Zeslaviensis cuius filia erit tibi in coniugem, quam primum ergo poposceris haec a nobis sine ullo dubio obtinere poteris.[↩]
Станиславский А. Л. Труды по истории государева двора в России XVI–XVII вв. С. 248, 354, 404.[↩]
НПК Т.VІІ С 874, 878–879.[↩]
Сергеев А.В. Княжеские фамилии Московского государства в годы опричнины: князья Ростовские и Ярославские // Клио. 2018. № 6 (138). С. 70–79., с. 73–75.[↩]
Алфавитный указатель фамилий и лиц, упоминаемых в Боярских книгах … С. 358.[↩]
Записные вотчинные книги Поместного приказа 1626–1657 гг. С. 66.[↩]
Алфавитный указатель фамилий и лиц, упоминаемых в Боярских книгах … С. 358.[↩]
РГАДА. Ф. 210. Оп. 9. Столбцы Московского стола. Д. 204. Л. 290–290 об.[↩]

XV генерація від Рюрика

XVI генерація від Рюрика

XVII генерація від Рюрика

XVIII генерація від Рюрика

XXIII генерація від Рюрика

XXIV генерація від Рюрика

XXV генерація від Рюрика

Скрипторий

№ 1

№ 2

ПЕЧАТКИ

Печаток не знайдено

ПУБЛІКАЦІЇ ДОКУМЕНТІВ

Документів не знайдено

АЛЬБОМИ З МЕДІА

Медіа не знайдено

РЕЛЯЦІЙНІ СТАТТІ

Статтєй не знайдено

Оставьте комментарий Отменить ответ