Яголдаєвичі

Загальні відомості про рід

ЯГОЛ­ДА­Е­ВИ­ЧИ — кня­же­ский род татар­ско­го про­ис­хож­де­ния, зем­ле­вла­дель­цы Путивль­ско­го и Киев­ско­го поветов.

В «Под­лин­ном Родо­сло­ве кня­зей Глин­ских» ска­за­но, что Вито­вт предо­ста­вил Ива­ну Алек­сан­дро­ви­чу, вну­ку Манс­ур-Кый­а­та, зем­ли на тер­ри­то­рии совре­мен­ной Пол­тав­щи­ны. Раз­бор све­де­ний памят­ни­ков, осу­ществ­лен­ный В. Тре­пав­ло­вым, выявил ряд хро­но­ло­ги­че­ских и исто­ри­че­ских неточ­но­стей 1. Предо­ста­вить зем­ли на Пол­тав­щине мог Вито­вт, одна­ко посту­пить на служ­бу к Геди­ми­но­ви­чам Манс­ур-Кый­ат мог уже при Вла­ди­ми­ре Оль­гер­до­ви­че. После того как Мамай был убит Урик-Тиму­ром, часть людей Мамая пере­ко­че­ва­ла с Йыл­кы (Кон­ки) в рай­он Энгел вэ Онгул (Ингу­ла и Ингуль­ца). Их по пятам пре­сле­до­ва­ли вои­ны Ток­та­мы­ша. Кори­а­то­ви­чи, не выдав Ток­та­мы­шу Манс­ур-Кыя­та, реши­лись на откры­тое про­ти­во­сто­я­ние с тата­ра­ми. В войне, кото­рая про­изо­шла, погиб Алек­сандр Кори­а­то­вич. Вой­ско Ток­та­мы­ша долж­но было прой­ти по при­дне­пров­ской части Подоль­ско­го кня­же­ства. После это­го вой­ска Ток­та­мы­ша, пре­сле­дуя Манс­ур-Кыя­та и раз­ве­ды­вая мест­ность боем, ата­ко­ва­ли Киев­ское кня­же­ство в рай­оне Поро­сья. Манс­ур-Кыят, как и поз­же Ток­та­мыш, веро­ят­но, бежал в направ­ле­нии Кие­ва 2. Обла­да­ние же зем­ля­ми в рай­оне Пол­тав­щи­ны мог­ло быть реаль­ным или в 90-е гг. XIV в. или в 20-х гг. XV в., когда Вито­вт рас­про­стра­нил свои вла­де­ния до Чер­но­го моря. При этом в спо­кой­ствии татар­ские пра­ви­те­ли мог­ли пра­вить сво­и­ми зем­ля­ми толь­ко в 20-х гг. XV в., когда энер­гич­но­го и хариз­ма­тич­но­го Иде­гея уже не было в живых. Веро­ят­но, Ягол­тай и потом­ки Манс­ур-Кыя­та, Глин­ские, имен­но тогда и полу­чи­ли свои зем­ли 3.

Лич­ность татар­ско­го кня­зя Ягол­дая Сара­е­ви­ча, как и нахо­див­ша­я­ся в его вла­де­нии «тьма», до сих пор почти не при­вле­ка­ли вни­ма­ния исто­ри­ков. Как резуль­тат един­ствен­ным моно­гра­фи­че­ским иссле­до­ва­ни­ем дан­ной про­бле­ма­ти­ки поныне оста­ет­ся неболь­шая рабо­та поль­ско­го меди­е­ви­ста Ст. Кучинь­ско­го «Ягол­дай и Ягол­да­е­ви­чи север­ские», опуб­ли­ко­ван­ная в 1934 г., а три деся­ти­ле­тия спу­стя пере­из­дан­ная в рас­ши­рен­ном вари­ан­те под назва­ни­ем «Ягол­дай и Ягол­да­е­ви­чи, лен­ные татар­ские кня­жа­та Литвы»…

Ягол­дай вла­дел удель­ным кня­же­ством на южной окра­ине Север­щи­ны и там же жили его потом­ки. Выяс­нить это поз­во­лил иссле­до­ва­те­лю доку­мент от 19 мар­та 1497 г… Он пред­став­ля­ет собой ответ вели­ко­го кня­зя литов­ско­го Алек­сандра на «чело­би­тье» киев­ских бояр Дебра Кале­ни­ко­ви­ча, Миха­и­ла Гаги­на, Федь­ка Голен­чи­ча и Кун­цы Сень­ко­ви­ча, кото­рые «пове­да­ли, штож дядь­ко жон их, князь Роман Ягол­да­е­вич, одну доч­ку в себе мел, и тая его доч­ка была за кня­зем Юрьем Бори­со­ви­чем Вязем­ским, и князь Роман запи­сал был той доч­це сво­ей име­нья свои отчин­ные»: в Путивль­ском пове­те – Мужеч, Мило­любль, Оскол, в Киев­ском – Ядре­ев­цы и Бер­ко­во… Ст. Кучинь­ский сопо­ста­вил эти дан­ные с ярлы­ком Менгли-Гирея, в кото­ром Мило­любль, Мужеч и Оскол непо­сред­ствен­но сосед­ству­ют с «тьмой» Егал­тая (=Ягол­дая) Сара­е­ви­ча, и пред­по­ло­жил, что пере­чис­лен­ны­ми пунк­та­ми деталь­но очер­чи­ва­ет­ся поло­же­ние Ягол­да­е­вой «тьмы»…

Труд­нее най­ти ответ на вопрос, каков был меха­низм фор­ми­ро­ва­ния Ягол­да­е­вой «тьмы». Ф. Пет­рунь, усмат­ри­вая в ней ана­лог извест­ной Глин­щи­ны, харак­те­ри­зо­вал ее как свое­об­раз­ный татар­ский феод, со вре­ме­нем инкор­по­ри­ро­ван­ный в состав Литов­ско­го госу­дар­ства, пра­ви­те­ли кото­ро­го «посте­пен­но пере­во­ди­ли тюрк­ских дина­стов на поло­же­ние обыч­ных зем­ле­вла­дель­цев». Мне­ние иссле­до­ва­те­ля не нашло под­держ­ки у его совре­мен­ни­ков. А. Насо­нов, в целом доста­точ­но скеп­ти­че­ски вос­при­ни­мав­ший выво­ды Ф. Пет­ру­ня, отверг воз­мож­ность «осе­да­ния зем­ле­вла­дель­цев-фео­да­лов из татар по пору­бе­жью не в поряд­ке пра­ви­тель­ствен­ной дея­тель­но­сти» вели­ких литов­ских кня­зей, «поми­мо поли­ти­ки» Литов­ско­го госу­дар­ства; кате­го­рич­ное по фор­ме, это утвер­жде­ние не было долж­ным обра­зом аргу­мен­ти­ро­ва­но, и вопрос, по сути, остал­ся откры­тым. Спу­стя пол­ве­ка к этой про­бле­ма­ти­ке (ана­ли­зи­руя вопрос о тюрк­ских эле­мен­тах в соста­ве кие­во-брац­лав­ской шлях­ты) обра­ти­лась Н. Яко­вен­ко, пол­но­стью соли­да­ри­зи­ро­вав­шись с Ф. Пет­ру­нем. Одна­ко, посколь­ку дово­ды оста­лись преж­ни­ми, сохра­нил­ся и эле­мент гипо­те­тич­но­сти, при­су­щий посто­е­ни­ям Ф. Пет­ру­ня. Соот­вет­ствен­но в насто­я­щее вре­мя, как и во вре­ме­на Насо­но­ва, уче­ным оста­ет­ся толь­ко гадать, «суще­ство­вал ли Егол­дай в эпо­ху литов­ско­го вла­ды­че­ства, был ли он выход­цем из Золо­той Орды, поса­жен­ным Лит­вою на зем­лю», или же в упо­ми­на­нии о Ягол­да­е­вой «тьме» отра­зи­лись отно­ше­ния древ­не­го (доли­тов­ско­го) вре­ме­ни»4.

В под­твер­ди­тель­ной гра­мо­те Сигиз­мун­да I на раз­но­об­раз­ные «дани­ны» киев­ско­му Выду­бец­ко­му мона­сты­рю упо­ми­на­ет­ся Зено­вье­вая Егол­да­е­вая (Егол­да­нов­на) Яцко­ви­ча Ель­це­ви­ча, «при­дав­шая» мона­сты­рю сели­ще Игна­то­во на р. Стугне. Архив Юго-Запад­ной Рос­сии: Часть 1. Том VI., стр. 30-32 http://​runivers​.ru/​b​o​o​k​r​e​a​d​e​r​/​b​o​o​k​9​5​0​4​/​#​p​a​g​e​/​2​1​5​/​m​o​d​e​/​1up

П. Кле­патский иден­ти­фи­ци­ро­вал эту дари­тель­ни­цу как Зино­вию Ель­цо­вую, супру­гу Ягол­дая Сара­е­ви­ча и мать Рома­на Ягол­да­е­ви­ча, Н. Яко­вен­ко — как неиз­вест­ную по име­ни дочь Рома­на Ягол­да­е­ви­ча, быв­шую заму­жем за Зино­ви­ем Яцко­ви­чем Ель­цом. (стр. 367) Дума­ет­ся, что и в пер­вом, и во вто­ром слу­чае про­чте­ние име­ни было оши­боч­ным: на самом деле речь шла о доче­ри Зино­вия Ягол­да­е­ви­ча, выдан­ной за Яцка Ель­це­ви­ча; при этом Зино­вий был, оче­вид­но, бра­том Рома­на Ягол­да­е­ви­ча. Хро­но­ло­ги­че­ски это вполне допу­сти­мо: Яцко Ель­це­вич упо­ми­на­ет­ся в Мет­ри­ке с 1511 г. (Л. М. Кн. 601) Дан­ный акт Сигиз­мун­да I пред­став­ля­ет собой «потвер­же­нье» преж­них «данин» Яцку Ель­це­ви­чу, часть кото­рых вос­хо­дит ко вре­ме­нам его пред­ше­ствен­ни­ка на пре­сто­ле Алек­сандра (1492-1506). Одна­ко его имя отсут­ству­ет в акте 1497 г. (Борис Нико­ла­е­вич Фло­ря «Сла­вяне и коче­вой мир: к 75-летию ака­де­ми­ка Г.Г. Литаври­на», 2001, стр. 147)

Таким обра­зом, мы видим, что тата­ры Ягол­да­е­ви­чи про­ник­ли в роды киев­ско­го бояр­ства по жен­ской линии. Соглас­но источ­ни­ков вот эти роды: Кале­ни­ко­ви­чи, Гаги­ны, Голен­чи­чы, Сень­ко­ви­чы, Ельцы.

Эпи­зод 1. Вве­ден­ский помян­ник: «Кнзя его Адая (Егол­дая?), имене(м) Димит­рия Есараевича».

Эпи­зод 2. Родо­сло­вие Глин­ских «И Князь Вели­кий Вито­вт прия (при­нял) их (зело) чест­но не яко слуг, но яко [еди­ных от] срод­них (срод­ни­ков) сво­их, и дал им [на при­каз] вот­чи­ны воло­сти: Стан­ку (Стай­ку), Хоро­зов (Хозо­ров), Сере­ков, Глад­ко­ви­ча (Глад­ко­ви­чи) ; (и Князь Ива­на Алек­сан­дро­ви­ча Вели­кий Князь Витофт женил и) дал [Вито­вт] за [Кня­зя Ива­на Алек­сан­дро­ви­ча] (него) княж Дани­ло­ву дщерь (дочь) Остро­жен­ска­го (Острож­ско­го) Княж­ну Настасью».

Эпи­зод 3. Князь Юрий Бори­со­вич [Вязем­ский] полу­ча­ет при­ви­лей киев­ско­го кня­зя Семе­на Алек­сан­дро­ви­ча (Олель­ко­ви­ча) на сели­ще Сера­ков под Кие­вом в 1465 году, кото­рое ­про­дал Ива­ну Игна­то­ви­чу Елцу в 1471 году:
Мы, кн(я)зь Семенъ Александровичь.
Дали есми слу­зи н(а)шему кн(я)зю Юрью Бори­со­ви­чю сели­ще на имя Сера­ков со всемъ с тымъ и по тому, какъ и пер­ви так к тому сели­щу прислухало.
А на то есмы ему дали сей нашъ листъ из нашею печатью.
Данъ в Кие­во [sic] мар­та в лѣто 6973, индик­та 13.

Корон­на мет­ри­ка Мос­ковсь­ко­го архіву Міністер­ства спра­вед­ли­во­сті, І В., кн. № 2, f 23.

Пуб­ли­ка­ция: Михай­ло Гру­шевсь­кий Тво­ри: у 50 томах — Том 5 — Стра­ни­ца 122-125.

Эпи­зод 4. …листъ кня­зя Ю(ри)я Бори­со­ви­ча под датою осмое тисе­чи, индик­та чет­вер­то­го, меся­ца авгу­ста, иж князь Юрей Бори­со­вичъ тое сели­ще, выслу­гу свою, пану Ива­ну Игна­то­ви­чу Елцу продалъ.

Ори­ги­нал: неизвестен.
Копия 1. Спи­сок в так назы­ва­е­мой «Кни­ге кре­пост­ной боль­шой», кото­рая хра­нит­ся в Наци­о­наль­ной биб­лио­те­ке Укра­и­ны име­ни В. И. Вер­над­ско­го, Петр. 217 (р. 62), л. 17.

Эпи­зод 5.1497 г. мар­та 19. Витебск.
При­ви­леi бояром киевъским Дебрȣ Кале­ни­ко­ви­чȣ, | а Миха­и­лȣ Гагинȣ, а Өед­кȣ Голен­чи­чȣ, а Кȣн­цȣ Сенко|вичȣ на име­нья Мужєчъ, а Милолюб(ль), а Ѡскол, а Я|дреевицы, а Бер­ко­во вечьностью. |
Самъ Алек­сан­дръ, бож(е)ю м(и)л(о)стью.

Эпи­зод 6. В под­твер­ди­тель­ной гра­мо­те Сигиз­мун­да I на раз­но­об­раз­ные «дани­ны» киев­ско­му Выду­бец­ко­му мона­сты­рю упо­ми­на­ет­ся Зено­вье­вая Егол­да­е­вая (Егол­да­нов­на) Яцко­ви­ча Ель­це­ви­ча, «при­дав­шая» мона­сты­рю сели­ще Игна­то­во на р. Стугне. Архив Юго-Запад­ной Рос­сии: Часть 1. Том VI., стр. 30-32. Сын Иваш­ка — Яцко Елец родил­ся, веро­ят­но, в нача­ле 1480-х годов, а умер в нача­ле 1530-х годов. Яцко, веро­ят­но, был два­жды женат. Одной из жен, навер­ное была, княж­на Мари­на Юрьев­на Глин­ская, брак с кото­рой пока­зал высо­кий ста­тус и пре­стиж семьи Ель­цев. Суще­ство­ва­ние же пер­вой жены явля­ет­ся гипотетическим.

Эпи­зод 7. 1511.03.22 Потвер­же­нье Яцку Елцо­ви­чу на села в Киев­ском пове­те Коза­ро­ви­чи и два ч(о)л(ов(е)ки Деми­дов­ских Лев­ко­ви­чи, и селиш­чо Ожъ­ди­ловъ, на вечность

Жик­ги­монт, Божю м(и)л(о)стью корол пол­скии. Чинимъ зна­ме­ни­то симъ нашимъ листомъ, хто на него посмот­рит або чту­чи его вслы­шит, н(ы)нешнимъ и потомъ будучимъ, кому будетъ потреб того веда­ти. Билъ намъ чоломъ дво­ра­нин нашъ Яцъ­ко Елцо­вичъ и пове­дилъ перед нами, што перъ­во сего дали есмо ему село в Киевъскомъ пове­те на имя Коза­ро­ви­чи а два чоло­ве­ки Деми­до­въских на имя Грид­ка Хро­ло­ви­ча а Юшка, кото­рыи ж люди меш­ка­ють в Каза­ро­ви­чах. А к тому дали есмо ему село зрадци нашо­го Миха­и­ла Гаги­на Левъко­ви­чи и теж што брат || (496у(480у)] нашъ славъное паме­ти Алек­сан­дръ, король и вели­кий князь его м(и)л(о)сть, далъ ему селиш­чо в Киевъскомъ жо пове­те на имя Ожди­лов…. (Lietuvos Metrika. Kn. Nr. 8: (1499-1514)

Історична географія

Синодики

Печерський сінодик: рід Єльців

«кня­зя Дмит­рия, кня­ги­ню Анже­ли­ку, кня­зя Миха­и­ла, кня­зя Ива­на, кня­ги­ню Фео­до­сию, кня­зя Иоаки­ма, кня­зя Мака­рия, кня­ги­ню Наста­сию, кня­ги­ню Татья­ну, кня­ги­ню Марию.»

Дже­ре­ло: Древ­ний помян­ник Кие­во-Печер­ской лав­ры / Под­гот. С. Голу­бев // Чте­ния в Исто­ри­че­ском обще­стве Несто­ра-Лето­пис­ца. — К., 1892. — Кн. 6. — С. 8-9

Печерський сінодик: рід «пана Михайлів Гагинов»

В Печерсь­ко­му сіно­ди­ку запи­сан рід «пана Михай­лів Гаги­нов» (с. 48):
(1) 32 імені чоло­віків і жінок впе­ре­міш, серед яких від­зна­чає­мо схим­ни­цю Хри­сти­ну (6), схим­ни­ка Іоана (8), схим­ни­цю Єфро­мею (11), схим­ни­ка Авк­сен­тія (12), Анфа­ла (22).
(2) Кня­зя Дмит­ра, кня­зя Іоана.
(3) Юрія.
(4) Кня­зя Іоана, кня­зя Михай­ла, кня­зя Васи­ля, кня­зя Рома­на, кня­ги­ню Ана­стасію, кня­ги­ню Улья­ну, кня­ги­ню Іри­ну, Оле­ну, Анастасію.
(5) Яко­ва, Іоана, Марію, Іоана, Оле­ну, Ірину.
(6) Кня­ги­ню Ана­стасію, кня­зя Іоана, кня­зя Іоана, кня­зя Іоана, Ана­стасію, Пела­гею, Софію, Марію, Зино­вію, Анну, Улья­ну, Меланію.
(7) 16 імен чоло­віків і жінок впе­ре­міш, серед яких від­зна­чає­мо іно­ка Іону (8), свя­щен­но (!) Йова (10), іно­ка Олексія (11), іно­ка Ники­ту (13), іно­ка Оме­ля­на (16).
(8) Кня­зя Олексія, кня­ги­ню Феодосію.
(9) 13 імен чоло­віків і жінок впе­ре­міш, серед яких від­зна­чає­мо іно­ка Яки­ма (10), іно­ка Нек­тарія (13).

Дже­ре­ло: Древ­ний помян­ник Кие­во-Печер­ской лав­ры / Под­гот. С. Голу­бев // Чте­ния в Исто­ри­че­ском обще­стве Несто­ра-Лето­пис­ца. — К., 1892. — Кн. 6. — С. 48

Введенский помянник

163. Кн(я)зя его Адая (sic) име­нем Димит­рия Еса­ра­е­ви­ча // Князь Егол­дай, име­нем Димит­рий, Еса­ра­е­вич (Сара­е­вич).
164. Кня­ги­ня ино­ка Ана­ста­сия Романова.
165, 166, 167, 168, 169, 170. Князь Кон­стан­тин, инок князь Димит­рий, князь Юрий, князь Андрей, князь Алек­сандр, князь Константин.

Мож­но пред­по­ло­жить, что мужем кня­ги­ни ино­ки Ана­ста­сии был князь Роман Ягол­да­е­вич (Дмит­ри­е­вич), сын татар­ско­го кня­зя на литов­ской служ­бе Ягол­дая-Дмит­рия Сара­е­ви­ча (ум. после 1443)

В виду отры­воч­но­сти дан­ных финаль­ной части Помян­ни­ка, уста­но­вить про­ис­хож­де­ние выше­пе­ре­чис­лен­ных кня­зей прак­ти­че­ски невоз­мож­но. Одна­ко при вни­ма­тель­ном озна­ком­ле­нии в них уга­ды­ва­ют­ся кня­зья вто­рой поло­ви­ны XV века из рода Вязем­ских, име­ю­ще­го род­ствен­ные свя­зи с Домом0її кня­зей Ягол­да­е­ви­чей. Веро­ят­но дан­ный кня­же­ский спи­сок пред­став­ля­ет собой отдель­ный поми­наль­ный блок одно­го кон­крет­но­го рода, пред­по­ло­жи­тель­но кня­зей Вяземских.

Поколінний родовід

Гипо­те­тич­на рекон­струк­ція, точ­но­сті немає.

I генерация

КН. ЯГОЛ­ДАЙ-ДМИТ­РИЙ САРА­Е­ВИЧ (1443)

тер­ри­то­рия «Егал­та­е­ва тьма» или «Ягол­да­е­ва тьма» извест­на из источ­ни­ков ХV-ХVI вв. Так, в ярлы­ке Менгли-Гирея Сигиз­мун­ду от 2 июля 1507 г. в спис­ке земель, ранее пере­дан­ных Вели­ко­му кня­же­ству Литов­ско­му, содер­жит­ся сле­ду­ю­щее ука­за­ние: «Сара­е­ва сына Егал­та­е­ву тьму, Мило­любъ, зъ выхо­ды и дан­ма, и зъ зем­ля­ми и вода­ми; Мужечъ, Осколъ» (АЗР С. 4, 5, № 6; LМ. Кnуgа № 8. Vilnius, 1995. Р. 83, 84, № 47; см. так­же: Руси­на Е.Е., 2001. С. 144, 145, прим. 4, 13). В более ран­нем ярлы­ке Хаджи-Гирея от 1462-1463 гг. (Goliebiowski L., 1848. S. 230, 231) мы встре­ча­ем «tumien Szarajewicza Jagalta», а так­же «Uspul» (Оскол) и «Muschicz» (Мужеч), хотя послед­ний поме­щен в дру­гой части спис­ка земель (ср. так­же ярлык Менгли-Гирея от 1473-1474 гг. — Goliebiowski L., 1848. S. 232, 233). Нако­нец, в «Спис­ке горо­дов Свид­ри­гай­ла», состав­лен­ном в нача­ле 30-х гг. ХV в. (Р.А. Бес­па­лов при­во­дит 1432 г. как дату состав­ле­ния «Спис­ка горо­дов Свид­ри­гай­ла», ссы­ла­ясь на неопуб­ли­ко­ван­ную рабо­ту С.В. Поле­хо­ва — Бес­па­лов Р.А., 2013. С. 89, прим. 2), под­ряд пере­чис­ле­ны «Оскол, Мило­любль, Мужеч со мно­ги­ми места­ми», хотя и без упо­ми­на­ния Ягол­да­е­вой тьмы (Коце­бу А., 1835. При­бав­ле­ние СХХ; Danilowicz I, 1860. S. 330, 331, № 746). Даже если усо­мнить­ся в том, что все эти тер­ри­то­рии с само­го нача­ла вхо­ди­ли в состав Ягол­да­е­вой тьмы (Насо­нов А.Н., 1940. С. 28, прим. 2), тем не менее, весь­ма веро­ят­но, что они нахо­ди­лись в непо­сред­ствен­ном соседстве.

Назва­ние «Ягол­да­е­ва тьма» свя­за­но с име­нем «кня­зя Ягол­дая Сара­е­ва сына» (вари­ан­ты напи­са­ния име­ни — Егал­тай, Егол­дай) — татар­ско­го фео­да­ла, кото­рый упо­ми­на­ет­ся в запи­сях Литов­ской мет­ри­ки, дати­ру­е­мых 1440-ми и 1480-ми гг. (РИБ. Т. 27. 1910. Стб. 42, 197; L.М. Кnуgа № 8. Vilnius, 1995. Р. 83, 84, № 47; см. так­же: Руси­на Е.Е., 2001. С. 144, прим. 8). Е.Е. Руси­на согла­си­лась с пред­по­ло­же­ни­ем С. Кучинь­ско­го о том, что сооб­ще­ние 1486 года, веро­ят­но, отно­сит­ся уже не к Ягол­даю Сара­е­ви­чу, а к его сыну, кня­зю Рома­ну Ягол­да­е­ви­чу (Руси­на Е.Ё., 2001. С. 146; Кuczynski S.М., 1965. S. 224). В наи­бо­лее ран­нем упо­ми­на­нии ска­за­но: «Кня­зю Егол­даю в Рос­лав­ли Све­слав», то есть, речь идет о пожа­ло­ва­нии земель или дохо­дов. Р.А. Бес­па­лов обос­но­ван­но дати­ру­ет эту запись 1440-1443 гг. (Бес­па­лов РА., 2012. С. 58, прим. 39). Еще один источ­ник, Вве­ден­ский Печер­ский сино­дик, сре­ди умер­ших в ХУ в. кня­зей поми­на­ет «кн(я)зя его Адая (оче­вид­но, Егол­дая), име­нем Димит­рия Еса­ра­е­ви­ча» (Помен­ник…, 2007. 19). Здесь князь Ягол­дай сле­ду­ет непо­сред­ствен­но после «кня­зя Димит­рия Все­во­ло­ди­ча», кото­рый, по всей веро­ят­но­сти, отож­деств­ля­ет­ся с кня­зем Дмит­ри­ем Все­во­ло­до­ви­чем Шути­хой из тарус­ской вет­ви, умер­шим после 1440 г. (Вой­то­вич Д., 2000. Раз­дел 3.10). В 1424 г. он в чис­ле дру­гих кня­зей участ­во­вал в похо­де про­тив хана Худай­да­та, напав­ше­го на Одо­ев (Бес­па­лов РА., 2009. С. 206-209). Впро­чем, после­до­ва­тель­ность, в кото­рой упо­мя­ну­ты кня­зья в этом сино­ди­ке, дале­ко не все­гда точ­но сле­ду­ет хронологии

Таким обра­зом, князь Ягол­дай к нача­лу 1440-х гг. уже нахо­дил­ся на служ­бе у Вели­ко­го кня­зя Литов­ско­го Кази­ми­ра и в какой-то момент при­нял кре­ще­ние под име­нем Димитрий.

Из доку­мен­тов кон­ца ХУ — нача­ла ХУ в. извест­ны так­же его сыно­вья — кня­зья Роман и Зино­вий (Руси­на Е.Е., 2001. С. 145, 147, 148), кото

Запи­сан во Вве­ден­ском помян­ни­ке.

∞, АНЖЕ­ЛИ­КА ….. ….. .

II генерация

КН. ИВАН ДМИТРИЕВИЧ-ЯГОЛДАЕВИЧ

КН. МИХА­ИЛ ДМИТРИЕВИЧ-ЯГОЛДАЕВИЧ

∞, УЛЬЯ­НА ….. …..

КН. ВАСИ­ЛИЙ ДМИТРИЕВИЧ-ЯГОЛДАЕВИЧ

∞, ИРИ­НА

КН. РОМАН ДМИТ­РИ­Е­ВИЧ ЯГОЛДАЕВИЧ

∞, ИН.(?) АНАСТАСИЯ …… …… .

III генерация

КН. ИВАН ИВА­НО­ВИЧ ЯГОЛДАЕВИЧ

веро­ят­но, умер молодым.

КН. ИВАН МИХАЙ­ЛО­ВИЧ ЯГОЛДАЕВИЧ

∞, ФЕО­ДО­СИЯ …. …. .

КЖ. ….. ……. ЯГОЛ­ДА­ЕВ­НА (1497)

внуч­ка Яголдая-Дмитрия.

∞, МИХА­ИЛ ГАГИН.

КЖ. […….] […….] ЯГОЛ­ДА­ЕВ­НА (1497)

внуч­ка Яголдая-Дмитрия.

∞, ДЕБР КАЛЕНИКОВИЧ

КЖ. [……] [……] ЯГОЛ­ДА­ЕВ­НА (1497)

внуч­ка Яголдая-Дмитрия.

∞, ФЕД­КО МИТЬ­КО­ВИЧ ГОЛЕНЧИЧ.

КЖ. […….] […….] ЯГОЛ­ДА­ЕВ­НА (1497)

внуч­ка Яголдая-Дмитрия.

∞, КУН­ЦА СЕНКОВИЧ

КЖ. […….] РОМА­НОВ­НА ЯГОЛДАЕВНА

дочь Рома­на Ягол­да­е­ви­ча-Дмит­ри­е­ви­ча. Её муж, князь Юрий Бори­со­вич Вязем­ский слу­жил Семё­ну Олельковичу.

∞, КН. ЮРИЙ БОРИ­СО­ВИЧ ВЯЗЕМ­СКИЙ (1465, 1471). До 1487 убе­жал в Москву.

IV генерация

КЖ. ЗИНО­ВИЯ ИВА­НОВ­НА ЯГОЛ­ДА­ЕВ­НА (1511)

одна из кня­жен Ягол­да­е­вен, веро­ят­но доч­ка Ива­на Михай­ло­ви­ча и Фео­до­сии, пра­внуч­ка Яголдая-Дмитрия.

∞, ЯЦЬ­КО ІВАШ­КО­ВИЧ ІГНА­ТО­ВИЧ ЄЛЕ­ЦЬ. Вто­рая его жена кж. Мари­на Юрьев­на Глинская.

Персоны без места в росписи

КН. ДОЛ­ГОЛ­ДАТ ДОЛ­ГОЛ­ДА­ТО­ВИЧ (1427)

Документи і акти

№ 1

[1427].III.25, Киев. Князь Дол­гол­дат Дол­гол­да­то­вич со сво­ей кня­ги­ней жалу­ет из сво­их вла­де­ний, выслу­жен­ных у вели­ко­го кня­зя Вито­вта, на помин сво­ей души свя­то­му Нико­ле Пустынь­ско­му Иони­ну мона­сты­рю зем­лю Тол­сто­лес­ско­го Коно­на, с кото­рой идет коло­да меду, со все­ми пошли­на­ми, боб­ра­ми, куни­ца­ми и полюдьем.

Се ѧз кн(я)зь Дол­гол­датъ Дол­гол­да­то­вич м(и)л(остью Б(о)жьею | што есми выслу­жил оу Б(о)га и оу вели­ког кн(я)зѧ Вито|вта, г(о)с(по)д(а)рѧ сво­е­го, даю ѡт сво­ее выслу­ги вѣр­ное | по сво­еи д(у)ши и сь сво­ею кн(я)гинею с(вя)т(о)му Нико­ле | Пустынь­ско­му Иѡни­ну мана­сты­рю тую землю | на имѧ Толстолѣсь­ског Коно­на. А идет с нег коло­да | меду, и съ все­ми пошли­на­ми, з боб­ры, и с куница|ми, и с полюдемь.
А хто сѧ имет оусту­пат оу мое | при­дане, што ѧз дал с(вя)т(о)му Нико­ле, любо моих детии, | любо хто имет дер­жат по моем живо­тѣ, судитсѧ со | мною перед Б(о)гомъ.
Псан и дан при дер­жа­ве г(о)с(по)д(а)рѧ | вели­ко­го кн(я)зѧ Вито­вта, в лѣт 6935 | м(е)с(я)ца мар­та 25 д(е)нь, индикта 5.

Основ­ные пуб­ли­ка­ции и лите­ра­ту­ра: Срез­нев­ский И.И. Све­де­ния и замет­ки о мало­из­вест­ных и неиз­вест­ных памят­ни­ках. При­ло­же­ние к XXIV-му тому Запи­сок Имп. Ака­де­мии наук, № 4. [LV-LXV]. СПб., 1874. С. 392, № LXV; Розов В.А. Українсь­кі гра­мо­ти. Т. 1. XIV в. і пер­ша поло­ви­на XV в. Київ, 1928. С. 107–108, № 58 (по копии, предо­став­лен­ной А. И. Соболевским).

Текст вос­про­из­во­дит­ся по пуб­ли­ка­ции В. А. Розо­ва. Кирил­ли­че­ские циф­ры заме­не­ны на арабские.

Ори­ги­нал: Текст вклад­ной запи­си круп­ным полу­уста­вом был впи­сан на пер­вом листе бумаж­но­го Чет­ве­ро­е­ван­ге­лия, пере­пис­ка кото­ро­го была завер­ше­на 20 июня 6919 (1411) г. в Киев­ском Пустын­но-Нико­ла­ев­ском мона­сты­ре (по пове­ле­нию ино­ка Ионы Бола­ки­ре­ва пере­пи­сал инок Мака­рий). Чет­ве­ро­е­ван­ге­лие про­дол­жа­ло нахо­дить­ся в этом мона­сты­ре вплоть до 1874 г., когда с ним озна­ко­мил­ся И. И. Срез­нев­ский. Нынеш­няя сиг­на­ту­ра: Інсти­тут руко­пи­су НБУВ. Ф. 308. № 548п. Но лист с этой вклад­ной запи­сью сей­час утра­чен (прим. 2021.III.08).Помимо этой вклад­ной, в руко­пи­си на пред­по­след­нем листе так­же была поме­ще­на запись пана Дмит­рия Ива­шен­цо­ви­ча, кото­рый дал Пустын­но-Нико­ла­ев­ско­му мона­сты­рю на сво­их людях Мак­си­мов­цах гро­шо­вую дань в две копы гро­шей по 12 пеня­зей в грош (28 мар­та 1515 г.).

О.Л. Fontes historiae Magni Ducatus Lithuaniae; starbel​.by/​d​o​k​/​d​2​8​7​.​htm, 2019.VI.07.

№ 2

1497 г. мар­та 19. Витебск. При­ви­лей бояри­нам киев­ским Дебру Кале­ни­ко­ви­чу, Миха­и­лу Гаги­ну, Федь­ку Голен­чи­чу и Кун­цу Сен­ко­ви­чу на име­ния Мужеч, Милолюб(ль), Тскол, Ядре­еви­цы и Бер­ко­во вечностью.

Самъ Алек­сан­дръ, бож(е)ю м(и)л(о)стью. |
Били намъ чолом бояре киев­ские Дебръ Кале­ни­ко­вичъ а Миха­и­ло Гагинъ, || л. 139 а Өед(ь)ко Голен­чичъ, а Кȣн­ца Сень­ко­вичъ, а пове­да­ли намъ, што ж дѧд­ко жонъ их, кнѧз(ь) Роман | Ягол­да­е­вичъ ωднȣ доч­кȣ в себе мел, и тая его доч­ка была за кнѧ­зем Юр(и)емъ Бори­со­ви­чом | Вѧзе­мъ­ским. И кнѧз(ь) Роман запи­сал был тои доч­це сво­еи име­нья свои ωтч­инъ­ные на и|мѧ Мȣжеч, а Мило­любль, а Ѡскол, а Ядре­ев­цы, а Бер­ко­во в Киев­ском пове­те а въ | Пȣтивль­ском. И кнѧзѧ Рома­но­ва доч­ка з мȣжом сво­им зъе­ха­ли до Моск­вы. Ино тые | име­нья вси кнѧзѧ Рома­но­вы спа­ли были на нас, на г(о)с(по)д(а)ра. И били нам чолом Дебръ | Кале­ни­ко­вичъ, а Миха­и­ло Гагин, а Өед­ко Голен­чичъ, а Кун­ца Сенъ­ко­вичъ, абы­х­мо | тые имен(ь)я дѧд­ка жонъ их кнѧзѧ Рома­но­вы им дали по близ­ко­сти жонъ ихъ. |
И мы то з лас­ки нашое вчи­ни­ли, тые имен(ь)я кнѧзѧ Рома­но­вы Мȣжеч, а Милолюб(ль), | а Ѡскол, а Ядре­еви­цы, а Бер­ко­во по близ­ко­сти жонъ их дали чоты­ром им по дел(ь)|ницам веч­но, со всимъ по томȣ, какъ кнѧзь Роман дер­жал и што к тым име­ньям | здав­но при­слȣ­ха­ло, и их жонам, и их детемъ, и потом бȣдȣ­чим их счадкомъ.
А на | твер­дость того и печат(ь) нашȣ каза­ли есмо при­ло­жи­ти к семȣ нашо­му листу. |
П[и]санъ ȣ Витеб­скȣ, в лет(о) 7005, м(е)сѧца мар­ца 19 день. Индиктъ 15. Пр(авил)1 воев(ода) вил(енскии) пан Мик(олаи) Ради(вилович), кан(цлер).

Литов­ская мет­ри­ка Кни­га запи­сей 6. №220

ПЕЧАТКИ

Печаток не знайдено

ПУЦБЛІКАЦІЇ ДОКУМЕНТІВ

Документів не знайдено

АЛЬБОМИ З МЕДІА

Медіа не знайдено

РЕЛЯЦІЙНІ СТАТТІ

Статтєй не знайдено

НОТАТ­КИ
  1. Тре­пав­лов В.В. Пред­ки Мамая-царя. Кият­ские беки в Под­лин­ном родо­сло­ве Глин­ских кня­зей // Мамай: опыт исто­ри­че­ской анто­ло­гии. Сбор­ник науч­ных тру­дов. Казань: Изд-во ФЭН АН РТ, 2010. С. 171–182, с. 138–153, 158–162.[]
  2. Мир­га­ле­ев И.М. Чер­ный чело­век Мамай // Мамай: опыт исто­ри­че­ской анто­ло­гии. Сбор­ник науч­ных тру­дов. Казань: Изд-во ФЭН АН РТ, 2010. С. 183–197, с. 190–193; Чер­кас Б. Поход Ток­та­мы­ша на Киев­ское кня­же­ство // Воен­ное дело Золо­той Орды. Казань: ООО Фоли­ант, Инсти­тут исто­рии им. Ш. Мар­джа­ни АН РТ, 2011. С. 167–169, с. 167–169.[]
  3. Пилип­чук Я.В. Бит­ва на реке Вор­ск­ла (источ­ни­ко­вед­че­ские аспек­ты).[]
  4. Руси­на Е.Е. Ягол­дай, Ягол­да­е­ви­чи, Ягол­да­е­ва «тьма» // Сла­вяне и их сосе­ди. Сла­вяне и коче­вой мир. Выпуск 10. 2001. С. 144-152.[]