Жижемские, князья

Intro

Жижемские, князья
Герб князів Смо­ленсь­ких XV ст.

Общие сведения о роде

ЖИЖЕМ­СКИЕ (белор. Жыж­эм­скія, пол. Żyżemski) 1 – кня­же­ский род, отрасль кня­зей Смо­лен­ских. Кня­зья Жижем­ские вла­де­ли име­ни­ем Жиж­мой (Лид­ский и Ошмян­ский пове­ты Вилен­ско­го вое­вод­ства) до 1630-х. Поз­же, в основ­ном, вла­де­ли неболь­ши­ми име­ни­я­ми око­ло Минска.

После раз­де­лов Речи Поспо­ли­той зем­ли Вели­ко­го Кня­же­ства Литов­ско­го попа­ли в состав Рос­сий­ской импе­рии. Кня­зья Жижем­ские, как и вся мест­ная шлях­та, долж­на была дока­зы­вать свое бла­го­род­ное про­ис­хож­де­ние. Род был при­знан в рос­сий­ском дво­рян­стве без кня­же­ско­го титу­ла, вне­сён в VI часть дво­рян­ской родо­слов­ной кни­ги Мин­ской губер­нии. Миха­ил Ива­но­вич за служ­бу полу­чил в Лит­ве удел Жижму, став пер­вым кня­зем Жижем­ским , а вел. кн. Литов­ский Алек­сандр сде­лал его сво­им коню­шим. Его брат Иван выехал на Русь в 1-й чет­вер­ти XVI в. Сыно­вья Миха­и­ла в 1508 пере­шли на служ­бу в Моск­ву и поте­ря­ли удел. Про­звіш­ча ўтво­ра­на да назвы рода­ва­га маёнт­ка Жыж­ма ў Лід­скім пав. З кан­ца 16 ст. пры­малі каталіцтва. З раз­рас­тан­нем роду яго прад­стаўнікі бяд­нелі, мно­гія з іх перас­талі кары­стац­ца кня­жац­кім тыту­лам. Ён не быў прызна­ны ў Рас. імпе­рыі, нека­то­рым прад­стаўні­кам роду адмоў­ле­на і ў два­ран­скім зван­ні. Жиж­ма — река на тер­ри­то­рии Лит­вы и Бела­ру­си, пра­вый при­ток Гавьи (бас. Нема­на). Жиж­ма начи­на­ет­ся в Лит­ве, про­те­ка­ет в Воро­нов­ском, Лид­ском и Ивьев­ском р-нах Бела­ру­си. В Воро­нов­ском рай­оне на этой реке еще на дово­ен­ной кар­те было рас­по­ло­же­но с назва­ни­ем Жиж­ма 3 фоль­вар­ка (от нем. Vorwerk – хутор, поль­ское наиме­но­ва­ние поме­щи­чье­го хозяй­ства, пан­ский дом) и одна око­ли­ца. На более ста­рых рос­сий­ских кар­тах зна­чи­лось про­сто «ЖИЖ­МА» без каких либо при­пи­сок, отно­си­тель­но того, что там, фоль­ва­рок, пан­ский дом или околица.

3а литов­ской вет­вью Жижем­ских поль­ский сейм не при­зна­вал кня­же­ско­го поль­ска­го титу­ла «Кsiаzе»: Жижем­ские поль­зо­ва­лись в Лит­ве лишь титу­лом «Кniaz», что по зако­нам Речи Поспо­ли­той, дале­ко не соот­вет­ство­ва­ло кня­же­ско­му досто­ин­ству. С тече­ни­ем вре­ме­ни Жижем­ские не суме­ли сохра­нит и это­го пре­дя­ка­та, мало по малу бед­нея, они сли­лись с окру­жа­ю­щей их мел­кой бело­рус­ской шлях­той, а неко­то­рые пред­ста­ви­те­ли это­го рода не мог­ли дока­зать даже сво­е­го дво­рян­ска­го про­ис­хож­де­ня и были при­чис­ле­ны в однодворцы.

Дже­ре­ла

Геральдика

Жижемсь­ких, які були одним з від­га­лу­жень смо­ленсь­кої дина­стії [311Войтович Л. Князівсь­кі дина­стії Схід­ної Євро­пи (кіне­ць IX – початок
XVI ст.). Склад, сус­піль­на і політич­на роль. Істо­ри­ко-гене­а­ло­гічне дослід­жен­ня / Л. Вой­то­вич.- Львів: Інсти­тут украї­нознав­ства НАН Украї­ни, 2000.- 652 с., c.245-246]. Вна­слі­док цьо­го князі Жижемсь­кі вико­ри­сто­ву­ва­ли в яко­сті гер­ба зоб­ра­жен­ня лева [Archiwum Książąt Sanguszków w Sławucie. Teki rzymskie., Teka ХI, Plik 84; Teka ХIV a, Plik 31; 30, спр.43, арк.2 зв.], що було при­сут­нє на смо­ленсь­ко­му вели­кок­нязівсь­ко­му гер­бі від сере­ди­ни XІV ст. [Biblioteka Książąt Czartoryskich w Krakowie, Zbiόr dokumentόw pergaminowych., Perg.202; Янин В. Акто­вые печа­ти Древ­ней Руси X – XV веков.- Том III: Печа­ти, заре­ги­стри­ро­ван­ные в 1970 – 1996 годах / В.Янин, П.Гайдуков.- М.: Интрада,
1998.- 503 с., с.173, 221]. Позд­нее их герб в поль­ской гераль­ди­ке назва­ли «Жижем­ски» (Zyzemski) пред­став­ля­ю­щим в сереб­ря­ном поле льва, с высу­ну­тым язы­ком и под­ня­тым хво­стом, сто­я­ще­го на зад­них лапах и обра­шен­но­го вле­во. Герб этоть не имел Высо­чай­ша­го утвер­жде­ния и не вне­сен в Общий Гер­бов­ник рос­сий­ских дво­рян­ских родов.

Поколенная роспись рода

❋ Рюрик князь Новгородский
⇨ Игорь Рюри­ко­вич, вели­кий князь Киев­ский +945
⇨ Свя­то­слав I Иго­ре­вич, вели­кий Киев­ский 942-972
⇨ Вла­ди­мир I, вели­кий князь Киев­ский +1015
⇨ Яро­слав I Муд­рый, вели­кий князь Киев­ский 978-10S4
⇨ Все­во­лод I, вели­кий князь Киев­ский 1030-1093
⇨ Вла­ди­мир II Моно­мах, князь Киев­ский 1053-1125
⇨ Мсти­слав I, вели­кий князь Киев­ский 1075-1132
⇨ Рости­слав, вели­кий князь Киев­ский +1168
⇨ Давид, князь Смо­лен­ский 1120-1197
⇨ Мсти­слав, князь Смо­лен­ский +1230
⇨ Рости­слав, князь Смоленский
⇨ Глеб, князь Смоленский
⇨ Алек­сандр, князь Смо­лен­ский +1313
⇨ Иван, князь Смоленский
⇨ Свя­то­слав, князь Смоленский

XVII генерація від Рюрика

КН. ГЛЕБ СВЯ­ТО­СЛА­ВИЧ (?—12.8.1399)

Сын Свя­то­сла­ва Ива­но­ви­ча, князь сма­лен­скі ў 1392—1396.

Глеб Свя­то­сла­во­вич в бит­ве на реке Вех­ре в 1386 был взят в плен вой­ска­ми Вели­ко­го Кня­же­ства Литов­ско­го. У 1391 аддад­зе­ны як залож­нік вял. магіст­ру Нямец­ка­га ордэна.Около 1395 он сно­ва стал Вели­ким Кня­зем Смо­лен­ским. При взя­тии Смоленска23 сен­тяб­ря 1395 Вели­ким Кня­зем Литов­ским Вито­втом, Глеб Свя­то­сла­во­вич сно­ва попал в плен. Вели­кое Кня­же­ство Смо­лен­ское окон­ча­тель­но при­со­еди­не­но к Вели­ко­му Кня­же­ству Литов­ско­му. Пас­ля захо­пу Сма­лен­ска ў 1396 вял. кня­зем Вітаўтам Глеб з дзе­ць­мі адпраў­ле­ны ў ВКЛ, дзе атры­маў маён­так Палон­нае. В соста­ве войск ВКЛ погиб в бит­ве на Вор­ск­ле 12 авгу­ста 1399.

XVIII генерація від Рюрика

1. КН. ДМИТ­РИЙ ГЛЕ­БО­ВИЧ СМО­ЛЕН­СКИЙ (1433)

Kniaź Dymitr Hlebowicz w 1433 r. otrzymał nadanie od Władysława Jagiełły 2: Sieradz 9 IX 1433, Mitko de Smolensko otrzymał od Władysława Jagiełły 200 grzywien zapisanych na Monastyrcach, Chomiakowie i Chodkowie. Соглас­но Воль­фу Князь Дмит­рий Гле­бо­вич имел двух сыно­вей кня­зей Ива­на Дмит­ри­е­ви­ча с про­зви­щем «Мань­ко» или «Манч» и Ива­на Дмит­ри­е­ви­ча с про­зви­щем «Шах». От пер­во­го про­ис­хо­дит род кня­зей Жижем­ских. От вто­ро­го род кня­зей Соло­ме­рец­ких (род угас в 1641).

XIX генерація від Рюрика

2/1. КН. ИВАН ДМИТ­РИ­Е­ВИЧ МАНЬ­КА (1449)

У сяр­эд­зіне XV ст. атры­маў маён­так Боб­ры­кі (на реке Боб­рик) ў Мен­скім ваяводзте. Вяд­ская, Боб­рец­кая и Лип­ская воло­сти сфор­ми­ро­ва­лись в той север­ной части Пин­ско­го кня­же­ства, кото­рая вышла из него и вошла в состав Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го 3. Поз­же Лип­ская волость вошла в состав Боб­рец­кой воло­сти. Лип­ская волость вклю­ча­ла восточ­ную часть быв­ше­го Теле­хан­ско­го рай­о­на и при­ле­га­ю­щие части рай­о­нов Пин­ско­го (Аза­ри­чи), Ган­це­вич­ско­го (Роз­дя­ло­ви­чи) и Ляхо­вич­ско­го (Свя­ти­ца). Боб­рец­кая волость вклю­ча­ла севе­ро-восточ­ную часть Пин­ско­го (Аза­ри­чи, Боб­рик, Доб­ро­слав­ка, Дуб­но­ви­чи, Погост-Заго­род­ский, Чухо­во), южную поло­ви­ну Ган­це­вич­ско­го, боль­шую часть Луни­нец­ко­го (без север­ных окра­ин), севе­ро-запад­ную часть Жит­ко­вич­ско­го (до оз. Чер­во­но­го и р. Скри­пи­цы), юго-запад Пет­ри­ков­ско­го рай­о­нов. Боб­рец­кая волость затем вошла в состав Ново­груд­ско­го пове­та Ново­груд­ско­го воеводства.

1449, «Корей­ве Вой­ней­ко­ви­чу — Щер­биш­ки, под кня­зем Ива­ном Ман­кою, занюж его име­нье отда­ли пасын­ку. Индик[т] 12. Пан Сач­ко» (вера­год­на, 1449).

Pozostawił dwóch synów Michała Żyżemskiego i Iwana bezpotomnego 4.

3/1. КН. ГЛЕБ ДМИТРИЕВИЧ

ВОЛО­ДИ­МИР ДМИТРОВИЧ

XVII генерація від Рюрика

4/2. КН. МИХА­ИЛ ИВА­НО­ВИЧ МАН­ЧИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (*1440-е – †1530)

пер­вый сын кня­зя Ива­на Дмит­ри­е­ви­ча Мань­ки; коню­ший вел. кн. Литов­ско­го; вотч.-Брест-пов.,Василишки-пов.

Kniaź Michał Iwanowicz według rodosłownych pierwszy od posiadanej miejscowości nazywał się Zyźemskim i miał być koniuszym w. ke. Aleksandra G); ostatnie nie spra wdza się. Nosił także patronimiczny przydomek Manczycz ‘). Kniai Michajfo Man CZJlCZ otrzymuje 1482 u. nadanie 5 kop z karczem Wasiiiszskich i tyleż z myta Brze- skiego B), a w 1488 r. 6 kop z karczem Wasiiiszskich i 7 kop z myta Brzeskiego 0). W 1507 r. kniai Michał MancZJlcz pozwał pana Wileńskiego kni azia Aleksandra Jurjewicza (Holszanskiego), o krzywdy i gwałty w dobrach posiadanych za przywilejami królów Kazimierza i Aleksandra, które produkował i obadwa zgodzili się na sędziów polubownych, którzy na grunt mieli zjechać i spór ich rozstrzygnąć 10). W 1512 r. kniai Michałjwanowicz Żyżemski miał sprawę z kniaziem Pedor em Iwanowiczem Jaiosławi- czem, o dobra Ostrowicze i Szoszna. zakończoną ugodą»). W 1517 r. na skutek skargi marszałka ziemskiego, namiestnika Słonimskiego Jana Mikohjewieza Radziwiłła, że syn kniazia Michała MancZJlcza Żyżemskiego, kniai Daniel, na publicznej drodze sług jego napadł i pobił, król wzywa przed siebie kniazia Michała 2 syna jego Daniela, a gdy ci nie stanęli, skazuje ich na zapłatę za głowę zabitego sługi ‘*). Niezawodnie ten sam kniaź Żyżemski według popisu 1528 r. obowiązany stawić 8 koni «). Umarł około 1530 roku pozostawiając wdowę Annę, z kniazió w* Moszkawskich ‘*). W 1543 Anna kniahiniq Michałowa Iwanowicza Żyiemska zostawszy wdową, zapisuje Olbrachtowi Marciiiowiezowi Gasztoldowi wojewodzie Wileńskiemu połowę jedną majątku ojczystego Komarycze na wieczność i 400 kop na drugiej połowie, oraz na wszystkich dobrach tak ojczystych, jak i po śmierci męża na nią spadłych 5, co król Zygmunt potwierdza 6.

Testamentem wkrótce potem w Moszkawie spisanym, taż kniahiniq Anna Michałowa Ży- żemska, zapisuje temuż Olbrachtowi Gasztoldowi, wojewodzie Wileńskiemu, wiecznem prawem, dobra Dworzec, części sws w Komaryczach, a także części spadku w dobrach Drnckich (Odruckich) ‘). Umarła bezpotomnie, jak świadczą jej zapisy na korzyść Gasztolda; niezawodnie więc była drugą żoną kniazia Michała Źyżemskiego, który z pierwszej, bliżej nieznanej żony, pozostawił pięciu synów: Dymitra, Daniela, Wasila, Tymofieja i Bohdana %), oraz córki.

1450- коро­лев­ские комис­са­ры при­су­ди­ли Киз­го­лу Яно­ви­чу воз­вра­тить захва­чен­ный им у мало­лет­не­го кня­зя Миха­и­ла Ива­но­ви­ча Жижем­ско­го отруб­ной ост­ров, при­над­ле­жав­шей вот­чине Жижме.
[I486] 11 23 — Кня­зю Миха­и­лу Манъ­чи­чу 5 копъ с коръ­чомъ у Васи­ли­шъ­ках, а 5 копъ з мытъ в Берести.

Князь Міхай­ла Ман­чыч скард­зіў­ся 1507.08.13 перад Пана­мі-Радаю на кня­зя Аляк­сандра Юр’евіча [Галь­шан­ска­га], пана Вілен­ска­га, пра кры­ў­ды ў зем­лях і сена­жа­цях, паказ­ваў лісты ад Вялікіх Кня­зёў і Кара­лёў Казі­ме­ра і Аляк­сандра, быў прызна­ча­ны тэр­мін на раз­гляд спавы.

1512.03.12 — вел тяж­бу с кн. Федо­ром Ива­но­ви­чем Яро­сла­ви­ча отно­си­тель­но гра­ниц села Сош­но в Пин­ском повете.

У 1528 ставіў у вой­ска 8 коньнікаў.

Жена: 1) [……] [……];
Діти:

Жена: 2) кнж. АННА МИХАЙ­ЛОВ­НА МОШ­КОВ­СКАЯ (1528,1534)
Яшчэ адна­му сыну Іва­на Бабы, Кан­стан­ці­ну, нале­жаў маён­так Прых­а­бы ў вяр­хоўях ракі Адроў, ад яко­га яго нашчад­кі пісалі­ся кня­зя­мі Прых­аб­скі­мі. Сярод спад­чы­ны Прых­аб­скіх паз­ней (ужо пас­ля зга­сан­ня муж­чын­с­кай галі­ны роду) пры­га­д­ва­юц­ца Сялец, Мош­ка­ва і Лама­чын на левым бера­зе таго ж Адро­ва, Куцей­на на Дня­п­ры ля самай Оршы, а так­са­ма Обаль і Госмір у Віцеб­скім паве­це [53]. Не выклю­ча­на, што нека­то­рыя з гэтых маёнт­каў не ўва­х­од­зілі ў пер­ша­па­чат­ко­вую спад­чы­ну Кан­стан­ці­на Бабі­ча, а былі набы­ты ім ці яго нашчад­ка­мі паз­ней. Аднак пра іх даў­нюю пры­на­леж­на­сць да Друц­ка­га княст­ва ўскос­на свед­чы­ць тое, что ў інвен­та­ры 1562 г. гэтыя абша­ры пазна­ча­ны як нале­жа­чыя да маёнт­ка Мош­ка­ва [54]. Ёсць шэраг дока­заў таго, што гэты маён­так у сваю чар­гу нале­жаў да Друц­ка не паз­ней 1430-х гг. Прыклад­на на пачат­ку 1480-х гг. пры­га­д­ва­ец­ца ней­кая кня­гі­ня Фёда­ра­ва Мош­каўская, якой нале­жалі зем­лі паміж Люба­шан­скім ста­ро­ствам, ула­дан­ня­мі ўда­вы кня­зя Міт­кі Зуб­равіц­ка­га і ўда­вы пана Іва­на Хад­кеві­ча. Ю. Вольф лічы­ць, што яе спад­чын­ні­ца­мі былі Баг­да­на, жон­ка кня­зя Міха­ла Кама­рыц­ка­га, і Ган­на, жон­ка кня­зя Міха­ла Жыж­эм­ска­га, якія састу­пілі пану Аль­бр­эхту Гаштаўту свой маён­так Кама­ры­чы (у сён­няш­нім Быхаўскім раёне, неда­лё­ка ад Нова­га Быха­ва) [55]. Пры гэтым адзін з дар­чых запі­саў Ган­ны Жыж­эм­скай, склад­зе­ны каля 1531 г. у Мош­ка­ве (што свед­чы­ць пра пры­на­леж­на­сць ёй і гэта­га паселіш­ча) пры­га­д­вае так­са­ма “части спад­ку в добрах Одруц­ких” [56]. Зна­чы­ць, Друцк, Мош­ка­ва і Кама­ры­чы некалі ўтва­ралі адзін з удзе­лаў, на якія пад­зя­ля­ла­ся Друц­кае княства.

5/2. КН. ИВАН ИВА­НО­ВИЧ МАН­ЧИЧ (1532)

Рюри­ко­вич в XX колене, про­ис­хо­дил из рода смо­лен­ских кня­зей. Сын кня­зя Ива­на Дмит­ри­е­ви­ча и брат удель­но­го литов­ско­го кня­зя Миха­и­ла Ива­но­ви­ча, кото­рый слу­жил Алек­сан­дру Ягел­ло­ну коню­шим и полу­чил Жижму в удел. Посту­пил на служ­бу мос­ков­ско­му кня­зю так­же, как и его пле­мян­ни­ки, дети Ива­на. В Москве и Иван Ива­но­вич, и пле­мян­ни­ки писа­лись кня­зья­ми Жижемскими.

В 1532 году сто­ял в Каши­ре тре­тьим вое­во­дой 7.

XVIII генерация от Рюрика.

7/4. КН. ДМИТ­РИЙ МИХАЙ­ЛО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1508,1563)

1С:Мих.Ив.Дм-ча МАЛ­ЧИЧ
князь, вое­во­да вел. кн. Васи­лия III Ива­но­ви­ча и царя Ива­на IV Васи­лье­ви­ча, старш. из 5 сыно­вей удел. кн. жижем. Миха­и­ла Ива­но­ви­ча, лит. под­руч­ни­ка. Участ­во­вал в мяте­же Глинских.

В июне 1508 года с раз­ных направ­ле­ний ста­ли под­хо­дить мос­ков­ские вой­ска. 11 июня Миха­ил Глин­ский дви­нул­ся из-под Клец­ка на Минск, куда ещё ранее был отправ­лен отряд Дмит­рия Жижем­ско­го. В это же вре­мя со сто­ро­ны Боб­руй­ска к Мин­ску подо­шли вой­ска Васи­лия Шемя­чи­ча. Нача­лась сов­мест­ная оса­да горо­да, кото­рая дли­лась две неде­ли и закон­чи­лась неуда­чей, хотя в сво­ём пись­ме к Васи­лию III Миха­ил писал, что гар­ни­зон горо­да состав­лял «толь­ко трид­цать жол­не­ров [сол­дат], а люди были… на горо­де вел­ми малые». После неуда­чи в Мин­ске Миха­ил Глин­ский дви­нул­ся к Бори­со­ву, где дей­ство­вал вплоть до под­хо­да пра­ви­тель­ствен­ных войск. Отря­ды Миха­и­ла Глин­ско­го дей­ство­ва­ли на обшир­ных тер­ри­то­ри­ях, извест­но, что они дохо­ди­ли до Виль­ны и Ново­груд­ка, где объ­еди­ня­лись с мос­ков­ски­ми отря­да­ми кня­зей Андрея Тру­бец­ко­го и Андрея Луком­ско­го. В то же вре­мя госу­дар­ствен­ные вой­ска никак не про­ти­во­дей­ство­ва­ли мятеж­ни­кам, ходи­ли толь­ко слу­хи, что «што дей пано­ве были в Лиде и поеха­ли к Нову­го­род­ку, а корол деи… з ляхов выехал к Берестью».12 июня на Слуцк были посла­ны вой­ска кня­зя Андрея Дрож­д­жа. Соглас­но Стрый­ков­ско­му, Слуцк оса­ждал сам Миха­ил Глин­ский, кото­рый, будучи неже­на­тым, наме­ре­вал­ся выну­дить вдо­ву кня­ги­ню Ана­ста­сию вый­ти за него замуж, что поз­во­ли­ло бы ему пре­тен­до­вать на созда­ние «Киев­ской монар­хии», так как кня­зья слуц­кие про­ис­хо­ди­ли от киев­ско­го кня­зя Олель­ки Вла­ди­ми­ро­ви­ча. Не взяв Слуцк, Андрей Дрождж дви­нул­ся на Копыль, кото­рый так­же оса­дил, но город не взял.Одним из немно­гих успе­хов Глин­ских был пере­ход на их сто­ро­ну кня­зей Друц­ких, оса­ждён­ных в сво­ём горо­де. Из Друц­ка вой­ска Шемя­ти­ча и Глин­ско­го, а так­же Дани­и­ла Щени ото­шли к Орше, кото­рую обстре­ля­ли из пушек, но «не учи­ни­ли горо­ду зла нико­то­ро­го». В сере­дине июля к Орше подо­шло пра­ви­тель­ствен­ное вой­ско (15—16 тысяч чело­век) под руко­вод­ством Острож­ско­го — вой­ска сто­я­ли друг про­тив дру­га с 13 по 22 июля, но так и не реши­лись всту­пить в бит­ву. Сняв оса­ду Орши, мос­ков­ские вой­ска ото­шли к Мсти­слав­лю, где разо­ри­ли окрест­но­сти, а отту­да к Кри­че­ву и далее к Вязь­ме и Доро­го­бу­жу. Глин­ский со сво­и­ми сто­рон­ни­ка­ми отсту­пил в при­над­ле­жав­ший вели­ко­му кня­зю мос­ков­ско­му Стародуб.Из Ста­ро­ду­ба Глин­ские дви­ну­лись в Почеп, где Миха­ил оста­вил с кня­зья­ми Дмит­ри­ем Жижем­ским, Ива­ном Озе­рет­ским и Андре­ем Луком­ским сво­их людей и каз­ну, а сам отпра­вил­ся к вели­ко­му кня­зю в Моск­ву, где рас­счи­ты­вал дого­во­рить­ся с Васи­ли­ем III о воен­ной под­держ­ке. Вели­кий князь мос­ков­ский пожа­ло­вал Глин­ско­му Мало­я­ро­сла­вец, Медынь и сёла под Моск­вой, а так­же дру­гие подар­ки, после чего отпу­стил в его зем­ли, дав в под­держ­ку вое­во­ду Васи­лия Несвиц­ко­го «с людь­ми да и пищал­ни­ков мно­гих». Вер­нув­шись в Мозырь, Миха­ил наме­ре­вал­ся про­дол­жить борь­бу, но вско­ре нача­лись рус­ско-литов­ские мир­ные пере­го­во­ры, кото­рые закон­чи­лись 8 октяб­ря под­пи­са­ни­ем «веч­но­го мира». Усло­ви­ем мира было воз­вра­ще­ние к дово­ен­ной ситу­а­ции и при­зна­ние Лит­вой мос­ков­ских заво­е­ва­ний преды­ду­щих войн. Кня­зья Глин­ские со сво­и­ми сто­рон­ни­ка­ми полу­чи­ли воз­мож­ность сво­бод­но выехать в Моск­ву со сво­им иму­ще­ством. Обшир­ные вла­де­ния мятеж­ни­ков в Вели­ком кня­же­стве Литов­ском под­ле­жа­ли кон­фис­ка­ции, хотя Сигиз­мунд I стал раз­да­вать их сво­им людям ещё в апре­ле 1508 года, так, напри­мер, Туров достал­ся кня­зю Кон­стан­ти­ну Острож­ско­му. В кон­це 1508 года Миха­ил пере­брал­ся в Моск­ву, где полу­чил Мало­я­ро­сла­вец в вот­чи­ну и Боровск в корм­ле­ние, Ива­ну был пожа­ло­ван Медынь.Точное коли­че­ство войск мятеж­ни­ков и их руко­во­дя­щий состав неиз­вест­ны. Стрый­ков­ский отме­чал, что в самом нача­ле выступ­ле­ния у Глин­ских было 2 тыся­чи вои­нов, Хро­ни­ка литов­ская и жмойт­ская назы­ва­ет чис­ло в 3 тыся­чи всадников.Среди лиц, выехав­ших с Миха­и­лом в Моск­ву, в Рус­ском вре­мен­ни­ке упо­ми­на­ют­ся 11 кня­зей, из них 5 Глин­ских (трое Льво­ви­чей, а так­же Дмит­рий и Иван) и 2 Жижем­ских (Дмит­рий и Васи­лий) — род­ствен­ни­ков Глин­ских, из неупо­мя­ну­тых — Иван Коз­лов­ский (соглас­но источ­ни­ку, он слу­жил Глин­ским), Васи­лий Мун­ча, Иван Озе­рец­кий и Андрей Друц­кий.
1516/17 — ноябрь­ская слу­жеб­ная минея.
В Дво­ро­вой тет­ра­ди из Суз­да­ля, запи­сан после Суз­даль­ских кня­зей 8. В июне 1528 г. с дру­ги­ми детьми бояр­ски­ми пору­чил­ся по кня­зьям Иване и Андрее Михай­ло­ви­чам Шуй­ским в 2 тыс. руб. 9. В сен­тяб­ре 1532, после роспус­ка ‹боль­ших› вое­вод, остав­лен 1-й вое­во­дой ‹на Туле ..В 1533 г. — сно­ва в Туле 1-м вое­во­дой, ходил с отря­дом рат­ни­ков. В апре­ле 1540 г. в вой­ске во Вла­ди­ми­ре вто­рой вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка у зв’язку з під­го­тов­кою до війсь­ко­во­го похо­ду на м. Казань. В декаб­ре 1539 г. вто­рой вое­во­да в Меще­ре. В янва­ре 1544 г. намест­ник в Костро­ме. В фев­ра­ле 1547 г. на сва­дьбе царя ходил у саней за вели­кой кня­ги­ней. Князь Д. Жижем­ский был двин­ским намест­ни­ком уже в авгу­сте 1547 г. и оста­вал­ся им по край­ней мере до 1551 г. (7059 г.) 10. Намест­ни­чал он, види­мо, толь­ко на Ниж­ней поло­вине. Поэто­му сооб­ще­ние Двин­ско­го лето­пис­ца (если в нем не хро­но­ло­ги­че­ская ошиб­ка), что намест­ни­ком на Двине в 1548/49 г. (7057 г.) был князь И. Кипр­ский (пола­га­ем, испор­чен­ное Курб­ский), может быть отне­се­но к Верх­ней поло­вине 11.нам.Двина(1547-1551) упо­ми­на­ет­ся в каче­стве намест­ни­ка Ниж­ней поло­ви­ны Двин­ской зем­ли еще 4 авгу­ста 1547 г., в авгу­сте 1547 г., во вре­мя «докла­да» двин­ско­му намест­ни­ку кня­зю Дмит­рию Михай­ло­ви­чу Жижем­ско­му куп­чей Николь­ско­го Корель­ско­го мона­сты­ря на рыб­ные лов­ли в Мало­ку­рье. В апре­ле 1552 г. отправ­лен пер­вым вое­во­дой в Сви­яж­ский город на годо­ва­нье. В апре­ле 1554 г. він був направ­ле­ний «в україн­ні міста на пер­ший тер­мін на Раду­ни­цю» буду­ва­ти фор­ти­фіка­цій­ні укріп­лен­ня в Тулі і Деді­ло­ві Тогда на реке Шиво­роне, на месте древ­не­го Дедо­слав­ля, князь Дмит­рий Михай­ло­вич Жижем­ский постро­ил город Деди­лов, при­зван­ный обе­ре­гать туль­ские места от при­хо­див­ших по Мурав­ской доро­ге татар­ских отря­дов. В 1556 г. был у царя в Город­ке 12.

В сен­тяб­ре 1563 г. в жало­ван­ной дан­ной гра­мо­та царя Ива­на Васи­лье­ви­ча игу­ме­нье Покров­ско­го мона­сты­ря Васи­ли­се упо­мя­ну­ты село Хре­пе­ле­во на реке Пар­ше с дерев­ня­ми Оде­ри­хи­но на Кру­том вра­ге, Гри­го­ро­во Куз­не­цо­во, Вежта­ше­во, Опрят­ки­но, Дедо­во, Беки­че­во, Малое Бече­во, Лип­ки, Софро­неж, Зимен­ки, Дикое Поле, Лом­ки Бол­шие, Дмит­ре­ево на реке на Пар­ше, Куз­неч­ко­во на реке Пар­ше, Фили­но, Косин­ское, Мокрое, Крут­цы, Плос­кое и др. и мель­ни­цей под селом Хре­пе­ле­во (все­го 1320 чет­вер­тей сред­ней зем­ли) в воло­сти Мат­ня Суз­даль­ско­го уез­да, кото­рые ранее были в поме­стье за кня­зем Дмит­ри­ем Жижем­ским. За ним же в воло­сти Мат­ня была на обро­ке дерев­ня Пре­де­и­но 13.

Послух в запи­си 1555/1556 г. кня­зя Миха­и­ла Васи­лье­ви­ча Глин­ско­го об отка­зе от пра­ва родо­во­го выку­па дерев­ни Соф­ти­но в Кинель­ском стане Пере­я­с­лав­ско­го уез­да, дан­ной мона­сты­рю вдо­вой его бра­та кня­зя Юрия Васи­лье­ви­ча Глин­ско­го Овдо­тьей 14.

Князь Д. М. Жижем­ский с Мат­ве­ем Торо­ка­но­вым 28 октяб­ря 1553 г. дали по кня­зю Васи­лию Михай­ло­ви­чу Жижем­ском 50 руб. 12 июня 1555 г. дал Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю по жене ино­ке Улее 50 руб. 21 мар­та 1556 г. дал 30 руб. 15 июля 1557 г. дал 20 руб. 11 декаб­ря 1559 г. кн. Иван Ива­но­вич Прон­ский и кн. Дмит­рий Михай­ло­вич Жижем­ский, дья­ки Пути­ло Михай­лов и Васи­лий Сте­па­нов дали Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю по душе кн. Миха­и­ла Васи­лье­ви­ча Глин­ско­го 500 руб. 15. Послед­ний вклад 24 мая 1563 г. на Волог­де стар­цу Аре­фе Тор­мо­со­ву насад за 25 руб. 16. Упо­ми­на­ет­ся Дмит­рий так­же и в житии Анто­ния Сий­ско­го (1477-1556) — пре­по­доб­но­го Рус­ской церк­ви, иеро­мо­на­ха, осно­ва­те­ля ипер­во­го игу­ме­на Анто­ни­е­во-Сий­ско­го мона­сты­ря: О пре­слав­ных чуде­сах чудо­твор­но­го обра­за Живо­на­чаль­ной Тро­и­цы. Чудо пер­вое об исце­ле­нии бес­но­ва­то­го: «Был неко­гда на Двине намест­ни­ком боярин, князь Дмит­рий Жижем­ский, и был слу­га у него по име­ни Иаков, нечи­стым духом мучи­мый. При­слал его боярин к игу­ме­ну Анто­нию Сий­ско­му в мона­стырь, пове­лев об исце­ле­нии его молить­ся. Молил свя­той Живо­на­чаль­ную Тро­и­цу и Пре­чи­стую Бого­ро­ди­цу о чело­ве­ке этом и ско­ро был услы­шан. Когда при­ло­жи­ли бес­но­ва­то­го к обра­зу Тро­и­цы Живо­на­чаль­ной, исце­лил­ся он по молит­вам свя­то­го и ото­шел в дом свой, раду­ясь, сла­вя Бога и пре­по­доб­но­го его угод­ни­ка Антония.»

Жена: ЮЛИЯ 1551+до инока.

8/4. КН. ДАНИ­ИЛ МИХАЙ­ЛО­ВИЧ МАН­ЧИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1514, — 1542/1552)

помещ. 2С:Мих.Ив.Дм-ча МАЛЧИЧ.
1512 декаб­ря 7 жало­вал­ся на коро­лев­ско­го кух­ми­сте­ра Евти­хия Елен­ско­го за хахват тем части име­ния Жижмы. В 1522 обме­нял с Рад­зи­вил­лом село Малы­ши­цы на село Сош­но. Каталік Міка­лай Рабей Гнай­ніц­кі (?–1644) пада­ра­ваў Пра­чы­с­цен­скай царкве (а не базы­ліянска­му мана­сты­ру) пляц з домам, які зна­ход­зіў­ся на Падо­ле на вул. Дуба­тоўская (28.09.1634 г.). Раней ён нале­жаў яго маці Тамі­ле Жыж­эм­скай, якая атры­ма­ла пляц у спад­чы­ну па баць­ку Дані­лу Міхай­лаві­чу Жыж­эмска­му і маці Баг­дане Сіда­раўне Ляў­ко­ві­чаўне. Тамі­ла вый­ш­ла замуж за Сіда­ра Рабея Гнай­ніц­ка­га, і такім чынам пляц перай­шоў да яе сына Міка­лая. Borowik P. Jurydyki miasta Grodna… S. 96. Ён пра­даў яго Іва­ну Анісі­маві­чу Мас­ка­лю, але пас­ля набыў у яго сына. Даку­мент быў акты­ка­ва­ны ў гарад­зен­скіх зем­скіх кні­гах 5 каст­рыч­ніка 1634 г. 17.

Kniaź Daniel Michałowicz Żyzemski wymieniony 1517 e. obok ojca 3). Z listów króla do starosty Pińskiego przekonywamy się, że kniai Daniel Żyzemski w 1522 r. za- mienił z Radziwiłłami sioło swe Małyszczyce na ich sioło Soszna 3 j , a w 1524 r. miał sprawę o wygnanie ludzi królowej o/ domów i c h 4) . W 1542 r. procesuje się z synow- cem swym kniaziem Iwanem Tymofiejewiczem Żyżemakim ‘). W 1552 r. kniaź Danii Michałowicz Żyzemski i małżonka jego Bohdana Stdor&wna, procesują się z dworzanami hospodarskimi Iwanem i Waailem Wasilewiczami Koptiami. o grunta majątków Spuż- skiego i Sidorowskiego, przyozem występuje ujciec kniahini Żyiemskiej Sidor Lewkowicz i starszy brat Koptiów Fedor «). Kniaź Danii Michnowicz Żyzemski wymieniony w re- wizyi starostwa Pińskiego J3ko władający tam 1554 dobrami ); wdową jego będzie kniahinią Żyżemska władająca 1558 v. dobrami w ekonomii Grodzieńskiej «), Żyzemski,

Жена: БОГ­ДА­НА СИДО­РОВ­НА ЛЕВ­КО­ВИЧ (1552,1558) вдо­ва вотч. в Литве
1567.09.29. — Кня­ги­ня Дани­ле­вая Жижем­ская Бог­да­на Сидо­ров­на з ыме­ней сво­их з Спу­ши в пове­те Лид­ском, а з Вер­со­ки в том же пове­те, а съ Кучи­ков­щи­ны неда­ле­ко Спуши—ставила с тых трех име­ней кони 3 збройне, зброи блях. 2, пнцр. 1, рога­ти­ны, черезъ слу­гу сво­е­го Тро­хи­ма Коды­ше­ви­ча. Она жъ ста­ви­ла дра­ба 1 с мечом

9/4. КН. ВАСИ­ЛИЙ МИХАЙ­ЛО­ВИЧ МУН­ЧА ЖИЖЕМ­СКИЙ (1506,†1548/53)

воев.Кострома (1548) вотч.-Мозырь-у.,Новогрудок-у. полк.воев.(1532) 3С:Мих.Ив.Дм-ча МАЛЧИЧ.
воевода
без­удель­ный князь, вое­во­да на служ­бе у Мос­ков­ско­го кня­зя Васи­лия III.
Рюри­ко­вич в XXI колене, про­ис­хо­дил из рода смо­лен­ских кня­зей. Сред­ний из пяти сыно­вей кня­зя Миха­и­ла Ива­но­ви­ча, кото­рый слу­жил Алек­сан­дру Ягел­ло­ну коню­шим и полу­чил Жижму в удел. Посту­пил с бра­тья­ми на служ­бу мос­ков­ско­му кня­зю. В Москве бра­тья писа­лись кня­зья­ми Жижем­ски­ми. Летом 1532 г. тре­тий вое­во­да под Караб­че­е­вым в устье р. Моск­вы. В фев­ра­ле 1547 г. при­сут­ство­вал на сва­дьбе Ива­на IV и Ана­ста­сии Заха­рьи­ной, сто­ял у изго­ло­вья вели­кой кня­ги­ни :А за вели­кою кня­и­нею ходил у саней боярин вели­кие кня­и­ни Васи­лей Юрье­вич Мало­ва да князь Дмит­рей Михай­ло­вич Жижем­ской. А у зго­ло­вей у мест­ных были: у вели­ко­го кня­зя зго­ло­вья Васи­лей Пет­ро­вич Бори­со­ва, а вели­кие кня­и­ни зго­ло­вья князь Васи­лей княж Михай­лов сын Жижем­ско­го. В июле 1547 г. вое­во­да в Костро­ме при намест­ни­ке З.П.Яковлеве. 18.
28 октяб­ря 1553 г. по кня­зю В. М. Жижем­ско­му дали вкла­дом в Тро­и­це-Сер­ги­ев мона­стырь князь Д. М. Жижем­ский и М. Торо­ка­нов 50 руб. 19.

10/4. КНЖ. АННА МИХАЙ­ЛОВ­НА ЖИЖЕМ­СКАЯ (1522, †1532)

Кне­ги­нин, отдан­ный Неми­рой Хрен­ниц­ким в дожи­вот­ное вла­де­ние сво­ей жене кня­гине Ганне Жижем­ской, был тем самым Кне­ги­ным, кото­рый полу­чил в свое вре­мя Каза­рин Резанович.Д:Мих.Ив. МУН­ЧИН. вдо­ва вотч. в Лит­ве Заби­та до смер­ти Тимо­фе­ем и Бог­да­ном Жижем­ски­ми. Вдо­ва по кня­зю Коре­ць­ко­му в 1522 г.

kniaź Bohdan Michałowicz Żyżemski występuje po raz pierwszy w sprawie o zabójstwo sjostry. W 1532 r. dworzanie hospodarscy kniaziowie Tymoj3ej i Bohdan Michałowicze Żyżemscy, oskarżyli dworzanina hospodarskiego kniazia Bohusza Koreckiego o to, iż siostra ich, matka jego kniahiniq Fedorowa Iwanowicza Korecka Hanna, do śmiercijcet zabita, które to zabójstwo z jego przyczyny się etało, wskutek czego żądają od niego zapłatę głowszczyzny za siostrę, a król kniaziowi Bohuszowi na pierwszym sejmie stawić się rozkazuje ‘*).

~ 1) НЕМИ­РА БОГ­ДА­НО­ВИЧ ХРЕН­НИЦ­КИЙ, уп. 1472, 1502, 1511 гг. (он же, Неми­ра Бог­да­но­вич Тол­пы­жен­ский 20,

~ 2) кн. ФЕДОР ИВА­НО­ВИЧ КОРЕЦ­КИЙ
Сын — Богуш, кн. Корец­кий, вое­во­да волынский.

11/4. КН. ТИМО­ФЕЙ МИХАЙ­ЛО­ВИЧ (1532,—1542+до)

4С:Мих.Ив.Дм-ча МАЛ­ЧИЧ
1532- кара­леўскі дваранін.

Жена 1-я: [……]

Жена 2-я: АННА ИОСИ­ФОВ­НА ТРИЗ­НА (2-й брак -за паном Яном Олен­дзским), дочь Иоси­фа Афа­на­сье­ви­ча Тризны.

12/4. КН. БОГ­ДАН МИХАЙ­ЛО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1532,†1532/1542)

Najmłodszy z braci kniaź Bohdan Michałowicz Żyżemski występuje po raz pierwszy w sprawie o zabójstwo sjostry. W 1532 r. dworzanie hospodarscy kniaziowie Tymoj3ej i Bohdan Michałowicze Żyżemscy, oskarżyli dworzanina hospodarskiego kniazia Bohusza Koreckiego o to, iż siostra ich, matka jego kniahiniq Fedorowa Iwanowicza Korecka Hanna, do śmiercijcet zabita, które to zabójstwo z jego przyczyny się etało, wskutek czego żądają od niego zapłatę głowszczyzny za siostrę, a król kniaziowi Bohuszowi na pierwszym sejmie stawić się rozkazuje ‘*). U marł przed 1542 r.; z dekretu tegoż roku w sprawie miedzy kniaziem Iwanem Tymofiejewiczem Żyzemskim, a stryjem jego kniaziem Danielem Michnowiczem Żyzemskim o 80 kop groszy, okazuje się, że po kniaziu Bohdanie Michałowiczu Żytemskim, pozostał syn Piotr nieletni 21

помещ. 5С:Мих.Ив. МУНЧИН.
кара­леўскі дваранін

13/4. КНЖ. НАСТА­СИЯ МИХАЙ­ЛОВ­НА ЖИЖЕМ­СКАЯ (1561)

Оста­лась в Лит­ве. Ей при­над­ле­жа­ло несколь­ко поме­стий в Овруч­ском пове­те, в том чис­ле Боров. Муж и сын ещё уеха­ли в Москву.

Жижемские, князья
княж­на Ана­стасія Михай­лів­на Жижемсь­ка: печат­ка від 15.7.1558–4.6.1561

Піс­ля смер­ті Воло­ди­ми­ра Бог­да­но­ви­ча Глинсь­ко­го Путив­льсь­ко­му близь­ко 1540
р. їх успад­ку­ва­ла його дру­жи­на кня­ги­ня Настасія (Марія) Михай­лів­на Жижемсь­ка 22. Піс­ля її смер­ті (пом. піс­ля 1561 р.) володін­ня перей­шли до Богу­ша — Євфи­мія Коре­ць­ко­го, який був сином рід­ної сест­ри небо­ги кня­гині Ган­ни Михай­лів­ни Жижемсь­кої — дру­жи­ни Федо­ра Іва­но­ви­ча Коре­ць­ко­го, похо­ва­но­го 1522 р.в кап­ли­ці князів Коре­ць­ких біля Успенсь­ко­го собо­ру 23. Jeszcze w 1624 r. kniaziowie Żyżemscy procesowali Suazczewskieh- Proskurów o dobra pochodzące z eksdywizyi po kniaziach Hlińskich, do których mieli prawu po prababce swej ‘).

Печат­ка від 15.7.1558–4.6.1561 княж­ни Ана­стасії Михай­лів­ни Жижемсь­кої: в полі печат­ки рене­сан­со­вий щит, на яко­му знак у вигляді з’єднаних стов­пом двох пів­кіл з кін­ця­ми загну­ти­ми додо­лу і в бік над вось­ми­про­ме­не­вою зір­кою; зго­ри напис: НАСТ.; оваль­на, роз­мір 16х15 мм. 24.

Муж: кн. ВЛА­ДИ­МИР БОГ­ДА­НО­ВИЧ ГЛИН­СКИЙ-ПУТИВЛЬ­СКИЙ, сын кня­зя Бог­да­на Федо­ро­ви­ча и княж­ны Марии Ива­нов­ны Заславской.

XIX генерация от Рюрика.

14/7. КН. АЛЕК­САНДР ДМИТ­РИ­Е­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1546, †IX.1552,под Свияжском)

сын Дмит­рия Михай­ло­ви­ча; тысяч­ник 3-й ста­тьи из Суз­да­ля 25.

Инте­рес­на запись о кня­зе А. Д. Жижем­ском. В лето­пи­си и родо­слов­ной кни­ге он назван уби­тым в 1552 г., во вре­мя посыл­ки из Сви­яж­ска 10, Меж­ду тем в раз­ря­дах он нико­гда не упо­ми­на­ет­ся, а его отец в 1552 г. был вое­во­дой в Сви­яж­с­ке. Воз­мож­но, что в Сино­ди­ке запи­сан несо­вер­шен­но­лет­ний сын кня­зя Д. М. Жижем­ско­го, жив­ший с отцом в Сви­яж­с­ке… Сино­дик по уби­ен­ных во бра­ни Кня­зю Алек­сан­дру Дмит­ри­е­ви­чю Жижем­ско­му, уби­ен­но­му от казан­ских татар на реке на Аре, веч(ная). Убит в 1552 г.
[ПСРЛ, т. 29, с. 91].

без­детн.

15/7. КНЖ. ФЕДОР ДМИТ­РИ­Е­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1550?)

1С:Дм.Мих., мла­де­нец

16/7. КН. МИХА­ИЛ ДМИТ­РИ­Е­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1550?)

мл. 2С:Дм.Мих.Ив-ча

17/7. КН. ВЛА­ДИ­МИР ДМИТ­РИ­Е­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1550?)

мла­де­нец . 3С:Дм.Мих.

18/8. КН. СЕМЕН ДАНИ­ЛО­ВИЧ (1554,†1597/1604)

1С:Дан.Мих. МАН­ЧИЧ; дво­ро­вый сын бояр­ский по Суздалю.
1554- О при­ез­де ко госу­да­рю Веш­не­вец­ко­го. Того же меся­ца в 16 день, при­е­ха­ли от Вищ­не­вец­ко­го Ондрей Щепо­тев, да Нечай Рти­щев, да князь Семен Жижем­ской, да Михай­ло Еско­вич с това­ры­щи, а при­ка­зал князь Дмит­рей, что он холоп царя вели­ко­го кня­зя и прав­ду на том дал, что ему ехати ко госу­да­рю. А пошел вое­ва­ти Крым­ских улу­сов и под Ислам Кер­мень, слу­жа­чи царю и вели­ко­му кня­зю. А с Жижем­ским при­слал три язы­ки Крым­ских, а ска­зы­ва­ли тоже, что и преж­ней язы­ки. Виї­хав у Вели­ке князів­ство Московське.

В Дво­ро­вой тет­ра­ди запи­сан после Суз­даль­ских кня­зей «из Суз­да­ля ж» с поме­той «65-го» (Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 120). 1564.03.08 — был пору­чи­те­лем в 150 руб­лей по боярам-пору­чи­те­лям по Ива­ну Васи­лье­ви­чу Боль­шо­му Шере­ме­те­ву. 1565 — пору­чи­тель по бояри­ну Ива­ну Пет­ро­ви­чу Яко­вле­ву. В 1570–1581 гг. вхо­дил в Зем­ский двор. В мар­те 1576 г. намест­ник и вое­во­да в Шац­ком. В 1577/78 г. в Шац­ком горо­де для оса­ды. В 1570–1574 гг. дозор­щик в Ниже­го­род­ском уез­де. Летом 1579 года князь С.Д.Жижемский нахо­дил­ся на вое­вод­стве в Ново­си­ле. В 1580/81 г. вое­во­да в Орле. В 1580/1581 г. дозор­щик Бело­зер­ско­го уез­да 26. В 1581 — абло­га­вы ваяво­да ў Мцэнску.

19/8. КН. АНДРЕЙ ДАНИ­ЛО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1565,1589)

в 1589 помещ. 2С:Дан.Мих. МАНЧИЧ.
1565 — Пере­пись вой­ска Литов­ско­го в 1565 году …. Поветь Пин­ский (хоругвъ Пин­ско­го пове­та) при­тяг­ну­ли до Крас­но­го Села авгу­ста 1 дня, а пока­за­ли и попи­са­ли­ся сен­тоб­ра 10 дня 2.МЬсяца сен­те­б­ра 12 дня. Князъ Андрей Жиже­мъ­ский, лес­ни­чий Коб­рын­ский, з ымЬ­ней сво­ихъ з Ост­ро­вичъ въ повъте Пин­скомъ а з Волч­ков­ско­го въ повъте Вол­ко­вый­скомъ съ повин­но­сти кони 2, а на лас­ку гос­по­дарь­скую конь; ста­вилъ слугъ на имя Гриш­ка Лево­не­ви­ча а Мар­ти­на Яцке­ви­ча, Матея Юръ­е­ви­ча, то естъ ста­вилъ коней 3 зброй., пнцр., при., сагай., саб., рога­ти. 1. Тотъ же князъ Жижем­ский ста­вилъ дра­ба 1 з руч., съ кор..
1589 — земя­нин Бере­стей­ско­го пове­та. Akty, izdavaemye Vilenskoi︠u︡ arkheograficheskoi︠u︡ kommissīei︠u︡, Том 6И на то его мило­сти пану Жомо­ит­ско­му черезъ руки врад­ни­ка его Боро­диц­ко­го пана Андрея Вой­ну далъ есь­ми сесь реестръ- … будучи дей мнъ посла­нымъ по спра­вахъ земе­ни­на сегожъ повъту Бере­стей­ско­го кня­зя Андрея Дани­ле­ви­ча Жижемского, …

20/8. КН. ОНИ­КЕЙ ДАНИ­ЛО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1565)

1565 — Пере­пись вой­ска Литов­ско­го в 1565 году ….Меся­ца сен­те­б­ра 30 дня.
Князъ Они­кей Дани­ле­вичъ Жижем­ский з ыме­ней сво­ихъ з Сош­на въ пове­те Пин­скомъ коней два, з Бере­зой въ пове­те Бере­стей­скомъ кони 3, то естъ коней 5 збройне, пнцр., пр., тар., др. 3. Онъ же ста­вилъ дра­би 2 з руч­ни­ца­ми 4. Князъ билипъ Дани­ле­вичъ Жижем­ский з ыме­нья сво­е­го въ повЬ­те Пин­скомъ з Сош­на коней 2 по казац­ку, пнцр., пр., рога­ти.; самъ дома еоръ, выслалъ бояри­на сво­е­го Гриц­ка Стецкевича.

21/8. КН. ФИЛИПП ДАНИ­ЛО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1559,1565)

1559 — Дав­няя соб­ствен­ность кня­зей Жижем­ских, позд­нее — Рад­зи­вил­лов и Друц­ких-Любе­рец­ких. Ост­ро­ви­чи упо­ми­на­ет­ся в 1559 году в свя­зи с судеб­ной тяж­бой шлях­ты Горе­гля­дов из Вылаз с хозя­и­ном Паро­хон­ска и Ост­ро­вич Филип­пом Жижем­ским по пово­ду нару­ше­ния гра­ниц земель­ных владений.

Жижемские, князья
Пилип Дани­ло­вич князь Жижемсь­кий (1554–1568): печат­ка від 19.9.1568

1565 — Пере­пись вой­ска Литов­ско­го в 1565 году ….Меся­ца сен­те­б­ра 30 дня.
Князъ Филипъ Дани­ле­вичъ Жижем­ский з ыме­нья сво­е­го въ пове­те Пин­скомъ з Сош­на коней 2 по казац­ку, пнцр., пр., рога­ти.; самъ дома хворъ, выслалъ бояри­на сво­е­го Гриц­ка Стецкевича.
? — дали есь­мо с лас­ки нашое гос­по­дар­ское слу­жеб­ни­ку наше­му Мико­лаю Вене­цы­я­ну село наше кор­мя­лов­ское Кол­ня­ны, в кото­ромъ естъ три­надъ­цать волокъ осе­лых кгрунъ­ту доб­ро­го, и уве­за­ти его в то посла­ли есмо дво­ра­ни­на нашо­го кня­зя Фили­па Жижемского.

Печат­ка від 19.9.1568 Пили­па Дани­ло­ви­ча, кня­зя Жижемсь­ко­го (1554–1568): в полі печат­ки рене­сан­со­вий щит, на яко­му лев; зго­ри літе­ри: FZ; оваль­на, роз­мір 16х14 мм. 27.

Жена: N ОРДА

22/8. КНЖ. ТОМИ­ЛА ДАНИ­ЛОВ­НА (ТИМО­ФЕ­ЕВ­НА?) ЖИЖЕМ­СКАЯ (1551)

в 1551 помещ. Д:Тим.Мих.
Каталік Міка­лай Рабей Гнай­ніц­кі (?–1644) пада­ра­ваў Пра­чы­с­цен­скай царкве (а не базы­ліянска­му мана­сты­ру) пляц з домам, які зна­ход­зіў­ся на Падо­ле на вул. Дуба­тоўская (28.09.1634 г.). Раней ён нале­жаў яго маці Тамі­ле Жыж­эм­скай, якая атры­ма­ла пляц у спад­чы­ну па баць­ку Дані­лу Міхай­лаві­чу Жыж­эмска­му і маці Баг­дане Сіда­раўне Ляў­ко­ві­чаўне. Тамі­ла вый­ш­ла замуж за Сіда­ра Рабея Гнай­ніц­ка­га, і такім чынам пляц перай­шоў да яе сына Міка­лая. Borowik P. Jurydyki miasta Grodna… S. 96. Ён пра­даў яго Іва­ну Анісі­маві­чу Мас­ка­лю, але пас­ля набыў у яго сына. Даку­мент быў акты­ка­ва­ны ў гарад­зен­скіх зем­скіх кні­гах 5 каст­рыч­ніка 1634 г. 17

Муж: СИДОР РАБЕЙ ГНАЙНИЦКИЙ

23/8. КНЖ. СОФЬЯ ДАНИ­ЛОВ­НА ЖИЖЕМ­СКАЯ (1565,1600)

Wasyli Ciapiński, był w latach 1565—1567 dworzaninem Ostafiego. Ostafi wydał za niego swoją siostrzenicę, Zofię Zyżemską, córkę Polonii Markówny Wołłowiczówny, pozostającą pod jego opiekąu. Яшчэ чаты­ры акты тычац­ца спраў Васі­ля Цяпін­ска­га па двух маёнт­ках: Вяр­соц­кае (Лід­скі павет; 11 цягла­вых два­роў і 14 чала­век чэляд­зі) і Поль­каўс­кае (Ашмян­скі павет; 9 цягла­вых два­роў). Жон­цы Васі­ля Зоф’і Данілаўне, кн. Жыж­эм­скай, нале­жа­ла част­ка Вяр­соц­ка­га маёнт­ка, тады як дру­гой част­кай вало­да­ла яе сяст­ра Кацяры­на разам са сваім мужам Васілём Міхай­лаві­чам Скі­па­рам. Не раней за 1565 г., як мяр­куе Доўнар–Запольскі, Зоф’я пра­да­ла ўлас­ную част­ку свай­му мужу. Пра гэта вядо­ма з акта пры­мір­эн­ня ад 12 кра­савіка 1578 г. пас­ля спр­эч­кі са Скі­па­ра­мі пра пад­зел маёнтка[39]. Сва­ёй част­кай маёнт­ка Вяр­соц­кае Васіль памя­няў­ся (акт ад 28 люта­га 1579 г.) з „зямяні­нам ашмен­скім“ Міка­ла­ем Янаві­чам Бра­ці­ш­эўскім, які вало­даў маёнт­кам Поль­каўс­кае, запіс аб чым быў уне­се­ны ў вілен­скія кні­гі 24 сакавіка 1579 г. Пацвер­джанне гэтай пад­зеі дае і заява Цяпін­ска­га ад 30 сакавіка 1579 г. аб веры­фіка­цыі яго „мена­ва­на­га ліста“, які быў паш­код­жа­ны („інка­ву­стам замазаўся“).

Тры акты асвят­ля­ю­ць кры­мі­наль­ную спра­ву „зямян гас­па­дар­скіх ваявод­ства Полац­ка­га“ Абра­ама і Кан­стан­ці­на Цяпін­скіх з „бая­ра­мі“ Мен­ска­га ваявод­ства Гед­рой­та­мі ў мен­скім грод­скім судзе[42]. У пер­шым даку­мен­це ад 1 сакавіка 1600 г. заяў­ле­на пра напад Гед­рой­таў, якія 27 люта­га „збілі кій­мі“ бра­тоў Цяпін­скіх у ста­до­ле „на Крой­ску“. Цяпін­скія ехалі на той час з маёнт­ка іх маці Зоф’і, кн. Жыж­эм­скай, у Полацк на суд (які меў адбыц­ца 1 сакавіка 1600 г.) з „зямя­на­мі гас­па­дар­скі­мі“ Полац­ка­га паве­та Іва­нам і Васілём Мацвеевічамі[43] Цяпін­скі­мі па спра­ве „аб забіц­ці цераз іх айца наша­га пана Васі­ля Цяпін­ска­га“. З акта 9 сакавіка 1600 г. аб асвед­ка­ван­ні ран і пабо­яў, якія ўчы­нілі ім Гед­рой­ты (пра што было ўпі­са­на 18 сакавіка 1600 г. у кні­гі мен­ска­га грод­ска­га суда), мож­на даве­дац­ца, што Абра­ам і Кан­стан­цін выехалі з маёнт­ка сва­ёй маці 7 люта­га 1600 г. З трэця­га даку­мен­та высвят­ля­ец­ца і наз­ва гэта­га маёнт­ка — Латыго­лы (Мен­скі павет), які адна­ча­со­ва меў най­менне Аме­лья­ноўш­чы­на. У гэтым даку­мен­це баць­ка двух малод­шых Гед­рой­таў скард­зіц­ца 30 сакавіка 1600 г. у мен­скі грод­скі „ўрад“ на Кан­стан­ці­на Цяпін­ска­га, які 23 сакавіка 1600 г. напаў на Гед­рой­таў у той самай злаш­час­най ста­до­ле, збіў іх і абрабаваў.
З часоў Доўнара–Запольскага лічыц­ца, што жон­кай Васі­ля Міка­ла­еві­ча была Зоф’я Жыжэмская[76]. Але калі далей тры­мац­ца гэта­га мер­ка­ван­ня, то павод­ле нова­ад­шу­ка­ных даку­мен­таў (спра­ва Гед­рой­таў з Цяпін­скі­мі) трэ­ба дапус­ці­ць, што ў Мац­эя Цяпін­ска­га было не двое, а трое сыноў, пры чым адзін з іх насіў пра­васлаў­нае імя Іван. Апра­ча таго, трэ­ба дапус­ці­ць, што Васі­лю Міка­ла­еві­чу з Цяпі­на нале­жа­ла і част­ка Латыголіч (пра што зве­стак няма) і што яна была неў­за­ба­ве набы­тая ім пас­ля смер­ці яго баць­кі (пас­ля 1563 г., паколь­кі гэтая маё­мас­ць не адлюстра­ва­ная ў тэс­та­мен­це Мат­р­э­ны Міка­ла­е­вай Цяпін­с­кай, але да 1567 г., каб Васіль мог тра­пі­ць у вай­с­ко­вы попіс у якас­ці зямяні­на Мен­ска­га паве­ту). Каб паз­бег­ну­ць такіх дапуш­ч­эн­няў, Зоф’ю трэ­ба лічы­ць жон­кай Васі­ля Мацве­еві­ча Цяпін­ска­га, пакуль не буду­ць адшу­ка­ныя пера­ка­наўчыя звест­кі, што яе мужам быў менавіта Васіль Мікалаевіч[77].
У Мат­эя (Мацвея) Цяпін­ска­га было два сыны: Мар­тын і Васіль, пры­чым пер­шы быў жывы яшчэ ў 1580 г. (вера­год­на, яму даста­ла­ся част­ка Цяпі­на, а Васі­лю — Латыголічы). Жон­ка Васі­ля Мацве­еві­ча, кн. Зоф’я Жыж­эм­ская, вало­да­ла част­кай Вяр­соц­ка­га маёнт­ка; дру­гой част­кай гэта­га маёнт­ка вало­да­ла яе сяст­ра Кацяры­на, што была заму­жам за Васілём Скі­па­рам. Пас­ля спр­эч­кі са Скі­па­ра­мі Цяпін­скія выра­шы­лі з імі больш не сусед­ні­ча­ць і ў 1579 г. памя­ня­лі­ся на маён­так Поль­каўс­кае на Ашмянш­чыне. Дзе­ць­мі Васі­ля і Зоф’і павод­ле адной кры­ні­цы былі Абра­ам і Кан­стан­цін, а павод­ле дру­гой — Абрам і Тобіяш[78]. Част­ка Цяпі­на даста­ла­ся да 1603 г. Абра­му і Тобія­шу (вера­год­на, ад памер­ла­га Мар­ты­на, які ў такім выпад­ку быў бязд­зет­ны), што пры­вя­ло да спр­эч­кі паміж імі. Іншая част­ка маёнт­ка нале­жа­ла нашчад­кам Міка­лая, якія або далей тры­малі яе, або стра­цілі (нап­эў­на, да 1591 г.) на кары­с­ць Слуш­каў (адзін са Слуш­каў быў апе­ку­ном Вой­ны Міка­ла­еві­ча). Васі­ля Мацве­еві­ча з Латыголіч чака­ла каля 1600 г. жахлі­вая смер­ць ад рукі яго­ных пля­мен­нікаў — сыноў Васі­ля Міка­ла­еві­ча; мож­на дапус­ці­ць, што яна была выклі­ка­ная спр­эч­кай пры разд­зе­ле маё­мас­ці (хут­ч­эй за ўсё Цяпіна)[79]. Пас­ля яго смер­ці Латыголічы перай­шлі Зоф’і — віда­ць, маён­так быў цал­кам „запі­са­ны“ ёй, паколь­кі раней яна пра­да­ла „маце­ры­сты“ маён­так Вяр­соц­кае свай­му мужу[80] (нап­эў­на, таму, каб яе род­ныя не прэт­эн­да­валі на Вяр­со­кі, што скла­далі пасаг Зоф’і).
Але самыя важ­ныя звест­кі наконт занят­каў і спраў Васі­ля Мацве­еві­ча даю­ць вай­с­ко­выя попі­сы 1565—68 г. Павод­ле адна­го з іх, Васіль Цяпін­скі, які паход­зі­ць з Латыголіч у Мен­скім паве­це, слу­жыў пану Аста­фею Вало­ві­чу, замож­на­му прат­эк­та­ру прат­эс­танц­ка­га руху на Бела­русі. Тыя самыя попі­сы паве­дам­ля­ю­ць, што сыны Мат­эя Цяпін­ска­га, які вало­даў Латыголі­ча­мі, слу­жы­лі ваявод­зе троц­ка­му — Ста­фа­ну Зба­ражс­ка­му, яшчэ адна­му вядо­ма­му прат­эк­та­ру прат­эс­тан­тыз­му. Дзя­ку­ю­чы гэтым заў­ва­гам вай­с­ко­вых попі­саў, мож­на дастат­ко­ва над­зей­на звя­за­ць сыноў Мат­эя Цяпін­ска­га з лід­эра­мі прат­эс­танц­ка­га руху Вяліка­га Княст­ва Літоўска­га. Але іх сувязі не абмя­жоў­валі­ся служ­бо­вы­мі дачы­нен­ня­мі, яны мелі больш бліз­кі харак­тар — сва­яц­кі: жон­ка Васі­ля Мацве­еві­ча Цяпін­ска­га, Зоф’я Жыж­эм­ская, давод­зіла­ся пля­мен­ні­цай Аста­фею Валовічу[81]. На пад­ста­ве гэтых зве­стак мож­на з усёй пэў­на­сцю сцвяр­джа­ць, што перак­лад­чы­кам і выдаў­цом прат­эс­танц­ка­га Еван­гел­ля высту­паў Васіль Мацве­евіч Цяпін­скі, што з Латыголіч Мен­ска­га паве­ту, а не сын Міка­лая, што з Цяпі­на. Менавіта Васіль Мацве­евіч меў тры­ва­лыя і служ­бо­выя, і сва­яц­кія сувязі з вядо­мы­мі прых­іль­ні­ка­мі новай веры на Бела­русі, чаго ў адно­сі­нах да Васі­ля Міка­ла­еві­ча не заў­ва­жа­на. Уліч­ва­ю­чы даў­нюю вараж­не­чу паміж абодву­ма бра­та­мі, пра­цяг­ну­тую іх нашчад­ка­мі, трэ­ба заклю­чы­ць, што Васіль Міка­ла­евіч з Цяпі­на нао­гул не мае нія­ка­га дачы­нен­ня да перак­ла­ду і выдан­ня Евангелля.

Муж: ВАСИЛЬ МАТ­ВЕ­Е­ВИЧ ТЯПИНСЬ­КИЙ. Пере­кла­дач і вида­ве­ць «Єван­гелія» на біло­русь­кій мові.

24/8. КНЖ. КАТЕ­РИ­НА ДАНИ­ЛОВ­НА ЖИЖЕМСКАЯ

Муж: ВАСИ­ЛИЙ МИХАЙ­ЛО­ВИЧ СКИПАР

25/9. КН. АЛЕК­СЕЙ ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ († до 155)

помещ. вотч. отец Василия

26/9. КН. МИХА­ИЛ ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1546,1567)

сын вое­во­ды кня­зя Васи­лия Михай­ло­ви­ча Жижем­ско­го, пол­ко­вой и горо­до­вой вое­во­да в прав­ле­ние вели­ко­го кня­зя и царя мос­ков­ско­го Ива­на Гроз­но­го 28

Тысяч­ник 3-й ста­тьи из Мало­го Яро­слав­ца. В Дво­ро­вой тет­ра­ди из Мало­го Яро­слав­ца 29. В фев­ра­ле 1547 г. на сва­дьбе царя Ива­на Васи­лье­ви­ча и Ана­ста­сии Заха­рьи­ной нахо­дил­ся на рас­сыл­ке у посте­ли 30. В октяб­ре 1557 года князь М. В. Жижем­ский нахо­дил­ся на вое­вод­стве во Мцен­ске, в 1558 году — пер­вый вое­во­да в Кара­че­ве. В 1560 году князь М. В. Жижем­ский был отправ­лен вое­во­дой в город Нов­го­род-Север­ский. Во вре­мя набе­га крым­ских татар под коман­до­ва­ни­ем Дивей-мур­зы на поса­ды Рыль­ска Миха­ил Жижем­ский слу­жил в охране. 31. В кон­це 1562 — нача­ле 1563 года Миха­ил Жижем­ский участ­во­вал в похо­де рус­ской армии царя Ива­на Гроз­но­го на Полоцк. Во вре­мя полоц­ко­го похо­да спал в цар­ском стане 32. 25 нояб­ря 1562 г. на дво­ре кня­зя И.Д. Бель­ско­го сре­ди дво­рян, при­ни­мав­ших литов­ско­го послан­ни­ка С. Алек­се­е­ва 33. В апре­ле 1564 г. вое­во­да в Брян­ске. В мар­те 1565 года князь М. В. Жижем­ский был отправ­лен пер­вым вое­во­дой в Велиж вме­сто вое­во­ды В. Кар­по­ва. В июле того же года полу­чил при­каз идти с Брян­ска с «судо­вой ратью» вто­рым вое­во­дой на Вели­кие Луки и Полоцк, в поход про­тив Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го. В 1566 году князь М. В. Жижем­ский при­сут­ство­вал на Зем­ском собо­ре. Был тысяч­ни­ком 3-й ста­тьи и слу­жил по горо­ду Малый Яро­сла­вец. В апре­ле 1567 года был отправ­лен вто­рым вое­во­дой с пол­ком левой руки в Каши­ру, где защи­щал южно­рус­ские рубе­жи от набе­га крым­ско­го хана. В 1565–1580 гг. вхо­дил в Зем­ский двор. В мар­те 1565 г. вое­во­да в Вели­же; дво­ря­нин 1-й ста­тьи на Зем­ском собо­ре 25 июня–2 июля 1566 г.; в апре­ле 1566 г. пору­чи­тель по кня­зю М. И. Воро­тын­ско­му. В 1578/1579 г., вес­ной 1580 г. князь Миха­ил Жижем­ский вое­во­да на Вели­же 34.

1563.04.20 — был пору­чи­те­лем в 300 руб­лей по боярам-пору­чи­те­лям по кн. Алек­сан­дру Ива­но­ви­чу Воро­тын­ско­му 35. С дру­ги­ми детьми бояр­ски­ми пору­чил­ся (в 100 руб) по Л. А Сал­ты­ко­ве и его сыно­вьях Миха­и­ле и Иване в 1564/1565 г. в их вер­но­сти в 5 тыс. руб. 36. 1566.07.02 — под­пи­сал­ся под гра­мо­той об отка­зе в пере­ми­рии Польше.Участвовал в обе­де у кн. И.Д. Бель­ско­го после при­ё­ма литов­ских послов.

К 1585/1586 г. лишил­ся поме­стья в Торок­ма­но­ве стане Мос­ков­ско­го уез­да (запи­са­но в пороз­жих земях) пустошь, что была дерев­ня Селе­ви­но с 5 пусто­ша­ми, что рань­ше были дерев­ня­ми, 100 чет­вер­тей доб­рой зем­ли. 6 авгу­ста 1594 г. поме­стье было пожа­ло­ва­но кня­зю Юрию Гри­го­рье­ву сыну Мещер­ско­му и Бори­су Соба­ки­ну; так­же они полу­чи­ли поме­стье бра­та Миха­и­ла кня­зя Семе­на Васи­лье­ва сына дерев­ню Семе­но­во с пусто­ша­ми в 100 чет­вер­тей 37. К 1588 г. поме­стье кня­зя Васи­лия Михай­ло­ви­ча Жижем­ско­го в Холо­хо­лен­ском стане Мало­я­ро­сла­вец­ко­го уез­да доста­лось дья­ку Угри­му Льво­ву пол­пу­сто­ши, что была дерев­ня Хомя­ко­во (40 чет­вер­тей доб­рой зем­ли) 38.

27/9. КН. ПЕТР ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1542,1564)

помещ. 2С:Вас.Мих. МУН­ЧА. Повер­нув­ся у Вели­ке князів­ство Литовсь­ке. 1564.2.26 — kniaź Piotr Wasilewicz Żyżemski, posiadacz Ozierec i Biedrzycy, a zastawnik Dubrowna, gdy został zrujnowany przez nieprzyjaciela, co mu dobra zajął, zwrócił się do króla z prośbą o opatrzenie; król listem (z 26 .2.1564). Вели­кок­нязівсь­кий дво­ря­нин (1567 р.)

powrócił na Litwę. Kniaź Piotr Wasilewicz Ży&emski władał 1552 r. w Po łockiem siołami Ozerce i Bedryce, które wziął za żoną, oraz Dubrowno, które trzyma w zastawie od ziemianina Potockiego Aleksandra Ondrychowicza i ma na służbę ziem- ska stawie l konia»). Z upadkiem Potocka i dobra kniazia Piotra zajęte zostały przez Moskwę, wskutek czego król listem 1564 r do marszałka dwornego, podskarbiego ziem- skiego pana Ostafieja Wotowicza, poleca temuż, aby kniaziowi Piotrowi Żyzemskiemu, wzamian za stracone majątki w Połockiem, pr/ez zajęcie tegoż województwa przez nie- przyjaciela, we włościach Ruskich ze 30 służb obrał i wydzielił ‘.).

28/9. КН. СЕМЕН ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ ЖИЖЕМСКИЙ

6 авгу­ста 1594 г. поме­стье кня­зя Семе­на Васи­лье­ва сына дерев­ню Семе­но­во с пусто­ша­ми в 100 чет­вер­тей было пожа­ло­ва­но кня­зю Юрию Гри­го­рье­ву сыну Мещер­ско­му и Бори­су Соба­ки­ну; так­же они полу­чи­ли поме­стье Миха­и­ла Жижем­ско­го 37.

29/11. КН. ИВАН ТИМО­ФЕ­Е­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1542,†1565)

С:Тим.Мих.
1563 — «месе­ца сент. 21 дня посла­но кня­зя Ива­на Жижем­ско­го з листы, то естъ з листы пана мар­шалъ­ка его мило­сти двор­но­го до меш­чанъ, абы побо­ры арен­до­ва­ли в местахъ.
1563.09.23 — Листъ вели­ка­го кня­зя Сигиз­мун­да Авгу­ста къ ста­ро­стѣ Жито­мир­ско­му, [кня­зю Рома­ну Ѳеодо­ро­ви­чу Сан­гуш­ко­ви­чу), извѣ­ща­ю­щій о посыл­кѣ гос­по­дар­ска­го дво­ря­ни­на, кня­зя Ива­на Жижем­ска­го для ото­бранія у ста­ро­сты его имѣнія вплоть до упла­ты имъ поста­нов­лен­ной Вилен­скимъ сей­момъ 1563 года серебщины …

~ АПО­ЛО­НИЯ МАР­КОВ­НА ВОЛО­ВИЧ, сест­ра Оста­фия Воло­ви­ча. Гра­мо­та поль­ско­го коро­ля Сигиз­мун­да II Авгу­ста, раз­ре­ша­ю­щая кн. Поло­нии Мар­ковне Жижем­ской (урожд.Волович) открыть корч­му и шинок в ее име­нии Жиже­ме в память заслуг ее умер­ше­го мужа Ива­на Жижем­ско­го [руко­пись]. — [Б.м.], 1570, авг.3.

30/12. КН. ПЕТР БОГ­ДА­НО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1542,†1551)

С:Богд.Мих.
Соглас­но Полоц­кой реви­зии 1552 — вла­дел име­ни­ем (дво­ром) Озер­ца (полу­чил по жене), сов­мест­но с Ани­ке­ем Андре­еви­чем Корсаком.
1562.04.29 Посла­ны листы до всихъ рог­ми­ст­ров в земъ­ли Ифъ­лянт­скои писа­ны­ми через Бора­тынь­ско­го: до Яна Лево­на, до стар(осты) зам(ку) Кар­ку­се Розы Ости­ка, до кня­зя Пет­ра Жижем­ско­го на зам­ку Три­ка­те…39

Kniaź Piotr Bohdanowicz Żyżemski, majątek Żyżemski zamienił w 1550 roku z Jmjein Hordyną na majątek Sałaki z przypłatą 300 kop groszy, a ożeniwszy się z Poło nią Berdowską umarł w 1551 r., jak się to okazuje z następujących dokumentów: W 1552 Stanisław N arkowicz Berdowski chorąży Lidzki, żoaa jego Zofia J akóbówna i córka ich Polonia wdowaj3o kniaziu Piotrze Bohdanowiczu Żytemskim, sprzedają trzecią część Żyżmy, zapisanej Po10nii przez męża, Wojciechowi Jasieńskiemu kuchmistrzowi Litewskiemu, przy- czem wzmianka, że dobra te miał prawo okupić kniaź Iwan Tymofiejewicz Żіźemski, brat stryjeczny jej męża, ale tego nie uczynił’ ‘). W kilka lat potem w 1560 r. kniaź Iwan Tym °jiejewicz Żyzemski oskarżył pana Wojciecha Jasieńskiego kuchmistrza hospodarskiego, dzierżawcę Uszpolekiego, Pieniań- skiego, Ożskiego i Perełomskiego o to, iż trzyma ojczysty jego majątek Ży- zemski po braciejego kniaziu Piotrze Bohdanowiczu Żylemskim, którego żoną była Polonia córka Stanisława Berdmmkięgo. chorążego Lidzkiego. Gdy jednak Jasieński dowiódł, ze kniaź Piotr Żyltmski majuok ten w 1550 r. zamienił z Jtirjem Hordy n» na majątek Sałaki z przy płata 300 kop groszy, zas Hordy na sprzedał mu go, król wydał wyrok uwalniający Jasieńskiego -).

Жена: ПОЛО­НИЯ БЕРДОВСКАЯ.

XX генерация от Рюрика.

30/19. князь АЛЕК­САНДР АНДРЕ­ЕВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ († 1595).

С:Анд.Дан.
вотч. в Лит­ве †Кобринь 1595.10.24, вбитий

Жена: МАРИЯ ГОСТОМСКАЯ

31/25. КН. ВАСИ­ЛИЙ АЛЕК­СЕ­Е­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1552?)

помещ. вотч.

князь СЕМЕН МИХАЙ­ЛО­ВИЧ ЖИЖЕМСКИЙ

В 1576–1577 гг. вхо­дил в Зем­ский двор. В мар­те 1576 г. намест­ник в Шац­ке. В апре­ле 1577 г. осад­ный голо­ва в Шац­ком горо­де 40.

32/29. князь ЯРОШ ИВА­НО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1567,† 1597)

вотч. в Лит­ве 1С:Ив.Тим.
рот­мистр коро­лев­ский, ста­ро­ста речиц­кий (1576—1598). Вла­дел име­ни­я­ми Верб­ко­ви­чи в Мин­ском пове­те, Ново­сел­ки в Мозыр­ском пове­те, Копысь и Жижма.
1567 — король его милость Жик­ги­монтъ Авгу­стъ въ року 67 мѣся­ца Нояб­ря 1 дня тую дер­жа­ву Бер­жан­скую кня­зю Круп­ско­му заве­сти рачилъ и не дер­жалъ дей онъ тое дер­жа­вы тол­ко до року 11, на што ука­зо­валъ вышисъ съ книгъ кгрод­скихъ Вилен­скихъ, въ кото­ромъ опи­са­но, ижъ въ тотъ часъ за поз­во­ле­ньемъ коро­ля его мило­сти кня­зю Яро­шу Жижем­ско­му тое вой­тов­ство Бер­жан­ское пустилъ, гдѣ заразомъ князь Жижем­скій при­зна­валъ, ижъ тое вой­тов­ство ото­бралъ про то, ижъ дей князь Круп­скій добра тые въ сумѣ пене­зей неболшъ тол­ко лѣтъ чоты­ри дер­жалъ, на што и кви­та­щыя была, кото­рая дей з’ыншими спра­ва­ми въ дворѣ Крин­чин­скомъ згорѣ­ла, на што опо­вѣ­да­нье, на вра­дѣ кгрод­скомъ Упит­скомъ въ року 95 Нояб­ря 24 дня учи­не­ное, покла­далъ, и мовилъ при­томъ, же дей потом­ко­вe кня­зя Курп­ско­го непо­вин­ни се за тые лѣта, кото­рихъ вжо князь Круп­скій тоедер­жа­вы не дер­жалъ, рахо­вать, аре­шты 9 дей ния­кое за лѣтъ четы­ри дер­жа­ныя его ничо­го не зоста­ло, про­силъ воль­но­сти отъ тое рѣчи. Инстикга­торъ нашъ повѣ­дилъ, же нехай дей пока­зу­ютъ кви­та­цыю, яко менятъ, бо дей наде­лятѣ 9 скар­бо­вой такъ мно­го пожит­ковъ и при­хо­ду на нихъ поло­жо­но, а ижъ дей сто­ро­на повин­на се была со все­го на сесь часъ доста­точне выпра­вить, чому ижъ недо­сить чинитъ, про­силъ абы есмо тую суму пене­зей на нихъ вска­за­ли. Мы гос­по­даръ черезъ паны рады и врад­ни­ки наши, на спра­вы судо­выя отъ насъ выса­жон­ные, бачeчы, же кня­ги­ня Круп­ская и потом­ко­ве небо­щи­ка кня­зя Андрея Круп­ско­го повин­ни были вод­лугъ декре­ту нашо­го быть гото­вы и то, на што ся бра­ли, пока­зать, чому ижъ досить не учи­ни­ли, то на нихъ вска­за­но быти мѣло; ниж­ли взгля­домъ лас­ки нашое узы­ча­емъ имъ еще часу отъ­да­ты 9 сего декре­ту нашо­го за недѣль 12 въ скар­бѣ нашомъ вели­ко­го князь­ства Литов­ско­го у Виль­ни ста­но­ви­ти­ся гдѣ на онъ часъ, яко на року зови­томъ, они тамъ стать и зо все­го вод­лугъ деля­ты 9 при­стой­ную лич­бу учи­нить и кви­та­цыю пока­зать и нако­нецъ се успра­вед­ли­ви­ти будутъ повин­ни; а то, што колвeкъ спо­ро­хо­ва­нья скар­бо­во­го вин­ни зоста­нуть, отдать заразомъ маютъ подъ зару­ка­ми наспро­тив­ныхъ выро­ку нашо­му прав­ны­ми, што тежъ з’скарбу нашо­го отда­но быть маетъ поме­не­нымъ осо­бамъ Вин­цен­то­му Вой­нѣ, a Андрею Рус­шя­ну. Кото­рая спра­ва до книгъ нашихъ канц­лярый­скихъ есть
запи­са­на. Писанъ у Вар­шавѣ. Лѣта наро­же­нья Божье­го 1598, мѣся­ца Апрѣ­ля 20 дня 9.
1570 — участ­во­вал неволь­но в иму­ще­ствен­ном кон­флик­те меж­ду Васи­ли­ем Забо­лоц­ким и Оль­брах­том Лас­ким. В 1565–1566 гг. О. Лас­кий отдал свои Глуцк, Голь­ша­ны и Паш­киш­ки в «заста­ву» за 3 800 коп гро­шей. С 1565–го по 1568–й гг. в каз­ну с этих име­ний не посту­па­ли нало­ги [ЛМ-49. Л. 73 об.–76.] .Из сум­мы нало­га Лас­кий соби­рал­ся запла­тить долг рот­мист­ру кн. Яро­шу Жижем­ско­му (3 тыс. коп гро­шей – цена Глуц­ка) и литов­ско­му под­канц­ле­ру О.Б. Воло­ви­чу (800 коп гро­шей – цена Голь­шан и Паш­ки­шек). Лас­кий пере­дал застав­ним пра­вом три име­ния Жижем­ско­му Глуськ, Голь­ша­ни та Паш­ниш­ки в 1570 г. на три года с обя­за­тель­ством по исте­че­нии это­го сро­ка выпла­тить ему всю сум­му дол­га в обмен на зало­жен­ные име­ния 41. Паш­киш­ки были отда­ны им в дер­жа­ние его слу­жеб­ни­ку Яку­бу Кре­сим­ско­му и в арен­ду слу­жеб­ни­ку М.Ю. Рад­зи­вил­ла С. Горец­ко­му. Полу­чив от вое­во­ды сирад­ско­го запись на его волын­ские и литов­ские вла­де­ния, Жижем­ский так и не смог занять их, посколь­ку они были заня­ты совсем дру­ги­ми людь­ми – В. Забо­лоц­ким и С. Тар­нов­ским. Хотя гос­по­дар своїм листом від 22 лип­ня 1570 р. під­твер­див кон­тракт заста­ви двох литовсь­ких можновладців.Между тем Сигиз­мунд II Август, про­ве­дя рас­сле­до­ва­ние, пере­дал Глуцк коро­лев­ско­му сек­ре­та­рю Вален­ти­ну Ибер­фель­ту. Это не при­ве­ло к выез­ду из зам­ка В.С. Забо­лоц­ко­го, хотя он пере­дал Ибер­фель­ту хозяй­ство и подроб­ное опи­са­ние име­ния 42. Так, згід­но із застав­ним дого­во­ром, сірадсь­кий воє­во­да Оль­брахт Лась­кий пози­чив у кня­зя Яро­ша Жижемсь­ко­го 3800 кіп литовсь­ких гро­шів тер­мі­ном на три роки, від­да­ю­чи йому у три­ман­ня маєтки.

1581 август — М. Виш­не­ве­ць­кий, як вже мови­ло­ся, пішов у похід на Сівер­щи­ну без татар. Основ­ною ціл­лю випра­ви був Тру­бе­цьк (Труб­чевськ). Това­ри­ши­ли Виш­не­ве­ць­ко­му в поході річи­ць­кий ста­ро­ста князь Ярош Жижемсь­кий (загін з 200 воя­ків), овру­ць­кий ста­ро­ста Аврам Миш­ка, київсь­кий чаш­ник і рот­містр королівсь­кий Киріян Лято­шинсь­кий. З переліку «Епі­цедіо­ну» випа­ли інші учас­ни­ки похо­ду, знані за реля­цією М. Виш­не­ве­ць­ко­го з 8 жовтня 1581 р.27 Це запо­рож­ці Я. Ори­шовсь­ко­го (530 зна­них за реєстром 1581 р. та якась части­на нереєст­ро­вих, а всьо­го з воя­ка­ми М. Виш­не­ве­ць­ко­го їх у похід вий­шло 1580 осіб). На дода­чу ще люди ста­ро­сти про­пойсь­ко­го і чечерсь­ко­го Юрія Зено­ви­ча (тестя М. Виш­не­ве­ць­ко­го) на чолі з його під­ста­ро­стою, а також загін сина гомельсь­ко­го ста­ро­сти Бог­да­на Сапе­ги (за віком під­хо­дить лише його стар­ший 23-річ­ний син Мико­лай). Стар­ту­вав похід 15 серп­ня з біло­русь­ко­го Чечерсь­ка, куди річ­кою допра­ви­лись запо­рож­ці та воя­ки М. Виш­не­ве­ць­ко­го (сам він з кін­но­тою йшов сухо­до­лом). Йшли, маю­чи пра­во­руч Ста­ро­дуб, пере­пра­ви­лись через р. Судость (десь ниж­че Поче­па), перей­шли Поче­півсь­ку волость і при­бу­ли під Труб­чевськ. Труб­чевсь­кий гар­ні­зон тоді очо­лю­вав («стар­ший воє­во­да») князь Радилів28. Замок був сві­жоз­бу­до­ва­ний і непо­га­но спо­ряд­же­ний. Воя­ки Виш­не­ве­ць­ко­го (з запо­розь­кої піхо­ти?) під­ве­ли око­пи-шан­ці під сті­ни Труб­чевсь­ка, незва­жа­ю­чи на арти­лерійсь­кий обстріл мос­ко­вітів. Звід­си роз­по­чав­ся штурм — части­ну укріп­лень під­па­лю­ва­ли, части­ну під­ру­ба­ли соки­ра­ми. Князь-коман­ду­вач під­ба­дьо­рю­вав своїх воя­ків добрим сло­вом (нага­ду­ю­чи, що бити росіян їм не впер­ше). Штур­му­ю­чі увір­ва­ли­ся до зам­ку, роз­зброї­ли гар­ні­зон і захо­пи­ли само­го воє­во­ду Ради­ло­ва, пере­дав­ши його Виш­не­ве­ць­ко­му як знак перемоги.Здобичі було бага­то, від­так руши­ли додо­му — спа­лив­ши місто і замок (як рим­ля­ни Сци­піо­на Кар­фа­ген). По дорозі ще й роз­пус­ка­ли заго­ни, які пусто­ши­ли око­ли­ці. Росія­ни спро­мо­гли­ся на органі­за­цію погоні. Зібра­ли 3 тисячі воя­ків, над яки­ми, за «Епі­цедіо­ном», стар­шим був ста­ро­дубсь­кий воє­во­да князь Іван Мче­ць­кий (Мезе­ць­кий?). Війсь­ко Виш­не­ве­ць­ко­го (1400 воя­ків) вони наздо­гна­ли на пере­праві через р. Судость (пра­ва при­то­ка Дес­ни), ймо­вір­но, десь ниж­че Поче­па. Части­на маг­натсь­ко­го війсь­ка вже пере­пра­ви­ла­ся і з кня­зем була лише тре­ти­на його сил. Отже, росія­ни роз­ра­хо­ву­ва­ли на несподі­ван­ку і швид­кий успіх. Але маг­натсь­кі воя­ки били­ся затя­то, ті, які вже були за річ­кою, швид­ко повер­ну­ли­ся, а вожді були твер­ді і муж­ні. Особ­ли­во від­зна­чи­вся в битві князь
Жижемсь­кий, сам М. Виш­не­ве­ць­кий був тоді пора­не­ний воро­жим пострі­лом, геройсь­кі бився і його моло­дий син і спад­коє­ме­ць — Олек­сандр Виш­не­ве­ць­кий. Мос­ко­віти не вит­ри­ма­ли напо­ру і були роз­гром­лені. Реля­ція Виш­не­ве­ць­ко­го додає дея­кі деталі — за нею, це маг­натсь­кі почти вже пере­пра­ви­ли­ся за Судость перед бит­вою, а коза­ки не встиг­ли і зано­чу­ва­ли на іншо­му березі. Мос­ко­віти напа­ли на них з двох боків — з одно­го піхо­та, з дру­го­го — кін­но­та. У резуль­таті бою поляг­ло до 1,5 тисячі московітів.

1582.04.10. — Жало­ба Мар­ти­на Госев­ска­го-ушско­го вряд­ни­ка кня­зя Яро­ша Жижем­ска­го-ста­ро­сты Рѣчиц­ка­го, на под­дан­ныхъ имѣнія Декс­нянъ пани Васи­лье­вой Дани­ле­ви­ча Ган­ны Моло­де­нов­ны, напав­шихъ на Яну­ка Пет­ке­ви­ча тиву­на кня­зя Яро­ша Жижем­ска­го, „кото­рый ѣхалъ з женою и з бра­томъ сво­имъ Юркомъ с тор­гу, и того тиу­на не маю­чи до него жод­нои при­чи­ны, на смерть заби­ли и замор­до­ва­ли а зону и бра­та его Юрка заби­ли и замордовали.

В 1592 г. в сво­ей жало­бе на кня­зя Яро­ша Жижем­ско­го за про­из­воль­ный побор с кре­стьян, при­ез­жа­ю­щих на город­ской рынок с про­до­воль­стви­ем, маги­страт сооб­щал, что из-за это­го «под­дан­ные шля­хет­ские» не везут в Минск про­дук­ты «места Мин­ское с…
Най­боль­шае рас­паў­сюд­жанне ў Вялікім Княст­ве Літоўскім атры­маў каль­вінізм. У кан­цы ХVІ ст. скла­ла­ся аргані­за­цый­на-тэры­та­ры­яль­ная струк­ту­ра каль­вінісц­кай царк­вы. Галоў­ным кіру­ю­чым орга­нам быў Сінод, які што­год збіраў­ся ў Віль­ні. Тэры­то­рыя Вяліка­га Княст­ва Літоўска­га была пад­зе­ле­на на 6 дыс­т­рык­таў (Вілен­скі, Нава­град­скі, Пад­ляш­скі, Рус­кі, Завілей­скі й Жмуд­скі), на чале якіх ста­я­лі суперінт­э­дан­ты. З ліку свец­кіх асо­баў (шлях­ты, гара­джа­наў) выбіралі­ся сеньё­ры, якія пры­малі акты­ў­ны ўдзел у жыц­ці збо­раў. Менск ува­х­од­зіў у Рус­кі (паз­ней — Бела­рус­кі) дыс­т­рыкт. Стар­эй­шым вядо­мым нам даку­мен­там па гісто­рыі Мен­ска­га збо­ру з’яўляецца наданне яму ў 1596 г. рэчыц­кім ста­рас­там, кня­зем Яра­шам Іва­наві­чам Жыж­эм­скім, зямель­ных ула­дан­няў і дому ў Мен­ску: «…дом свой улас­ны ў мес­це Мен­скім лежа­чы, які маю куп­ным вечы­стым пра­вам ад ня бож­чы­ка Міхаі­ла Шыш­кі зала­та­ра…» 1. Як вядо­ма, Рэфар­ма­цыю пры­ня­лі не толь­кі каталікі, але й асоб­ныя прад­стаўнікі спрад­веч­на пра­васлаў­ны х родаў — Вало­ві­чаў, Сапе­гаў Хад­кеві­чаў, Жыж­эм­скіх інш. Ціка­ва, што з бяд­нел ыя ары­ста­кра­ты Жыж­эм­скія праз сваіх жан­чын парад­нілі­ся з вядо­мы­мі дзе­я­ча­мі Рэфар­ма­цыі: Соф’я Данілаў­на Жыж­эм­ская была жон­кай Васі­ля Цяпін­ска­га, выдаў­ца зна­ка­мі­та­га «Еван­гел­ля», паплеч­ніка Сымо­на Буд­на­га; сяст­ра Яраш а Ів анаві­ча Жыж­эм­ска­га —Міла­сла­ва — жон­кай Андр­эя Волана2, выдат­на­га­каль­вінісц­ка­га тэо­ла­га, філо­са­фа, пісь­мен­ніка-пале­мі­ста. Дом з пля­цам і роз­ны­мі гас­па­дар­чы­мі пабу­до­ва­мі зна­ход­зіў­ся на вул. Юр’еўскай (част­ка цяпе­раш­няй вул. Інт­эр­на­цы­я­наль­най каля Каст­рыч­ніц­кай плош­чы), ага­род прас­ціраў­ся аж да ракі Свіслач. Збо­ру надав ал іся так сама сена­жа­ць за ракой­Свіслач ля Бур­ка­лаўска­га бро­ду і пяць ніў: каля Свіслац­ка­га шля­ху з Мен­ску ў Слуцк; каля даро­гі­на Убор­кі (раён сучас­ных вуліц — Мас­коўс­кай, Тал­сто­га, Фабрыцыўса)3; за Бор­каўс­кай дарогай;на Убор­ках паміж дарог што вялі ад Мен­ску да Лошы­цы; нар­эш­це — каля балот­ца пры Боркаўскайдарозе4 . Гэты дом на вулі­цы Юр’еўскай ней­кі час меў ва ўтры­ман­ні мен­скі меш­чанін Ціхан Васілевіч, а па я гонай смер­ці — менск ая харуж ав ая пані­Да­ро­та Нявель­ская Фёда­ра­ва Шалушы­ная, якая не зга­д­жа­ла­ся вяр­та­ць дом збо­ру. З гэтае наго­ды сын фун­да­та­ра, мазы рскі в ойскі Яраш (Іеранім) Жыж­эм­скі, і мяш­чане, сеньё­ры Мен­ска­га збо­ру Станіслаў Руд­ко­ві ч і Заха­рыя ш Тама­ш­э­ві ч, звяр­нулі­ся ў мен­скі ратуш­ны суд. У жніўні 1606 г. суд пры­няў раш­энне на кары­с­ць збору5.
Упо­ми­на­ния об этой ули­це, рас­по­ло­жен­ной в южной части Верх­не­го горо­да, отно­сят­ся еще к XVI веку. Один из сохра­нив­ших­ся доку­мен­тов сви­де­тель­ству­ет о щед­ром подар­ке, кото­рый князь Ярош Жижем­ский решил сде­лать мин­ско­му каль­ви­нист­ско­му сбо­ру (общине). На «збор еван­ге­лиц­кий» он жерт­во­вал «…дом свой влас­ный в месте Мен­ском лежа­чий, кото­рый маю куп­ным вечи­стым пра­вом от небож­чи­ка Миха­и­ла Шиш­ки золо­та­ря…» Речь в этом доку­мен­те идет о доме с земель­ным участ­ком и хозяй­ствен­ны­ми построй­ка­ми, рас­по­ло­жен­ном на Юрьевской.
Ста­ро­сты мозыр­ские …Ярош Ива­но­вич Жижем­ский 1591-?
Исто­ки исто­рии д. Засу­лье берут свое нача­ло в XVI в. Прак­ти­че­ски на про­тя­же­нии все­го это­го сто­ле­тия вла­дель­ца­ми поме­щи­чьей усадь­бы в Засу­лье были татар­ские кня­зья Ула­ны (Ула­но­ви­чи). Дерев­ня в 1592 году скла­ды­ва­лась из 38 дво­ров, 15 из кото­рых нахо­ди­лись на пра­вом бере­гу реки Ливян­ка (теперь д. Заре­чье), а осталь­ные – на тер­ри­то­рии совре­мен­но­го Засу­лья. В деревне в то вре­мя жили бояре, 2 пче­ло­во­да, ого­род­ник, мель­ник, татар­ский мула. В этом же году име­ние Засу­лье в резуль­та­те обме­на при­об­рел князь Ярош Жижемский.

Пожа­ло­ва­ние кня­зя Яро­ша Ива­но­ви­ча Жижем­ско­го на мин­ский сбор от 1596 г. явля­ет­ся ста­рей­шим доку­мен­том по исто­рии это­го сбо­ра. Князь пере­да­ет сбо­ру часть сво­их земель­ных вла­де­ний в Мин­ске и дом. Каль­ви­нист­ский собор в Мин­ске был осно­ван в кон­це XVI сто­ле­тия. Для нужд суще­ство­ва­ния мин­ско­го собо­ра князь Геро­ним Жижем­ский запи­сал доб­ро­воль­но 15 мар­та 1596 года свой дом вме­сте с грун­том и угодьями.тарэйшым вядо­мым нам даку­мен­там па гісто­рыі Мен­ска­га збо­ру з’яўляецца наданне яму ў 1596 г. рэчыц­кім ста­рас­там, кня­зем Яра­шам Іва­наві­чам Жыж­эм­скім, зямель­ных ула­дан­няў і дому ў Мен­ску: «…дом свой улас­ны ў мес­це Мен­скім лежа­чы, які маю куп­ным вечы­стым пра­вам ад нябож­чы­ка Міхаі­ла Шыш­кі залатара…»1. Як вядо­ма, Рэфар­ма­цыю пры­ня­лі не толь­кі каталікі, але й асоб­ныя прад­стаўнікі спрад­веч­на пра­васлаў­ных родаў — Вало­ві­чаў, Сапе­гаў, Хад­кеві­чаў, Жыж­эм­скіх і інш. Ціка­ва, што збяд­не­лыя ары­ста­кра­ты Жыж­эм­скія праз сваіх жан­чын парад­нілі­ся з вядо­мы­мі дзе­я­ча­мі Рэфар­ма­цыі: Соф’я Данілаў­на Жыж­эм­ская была жон­кай Васі­ля Цяпін­ска­га, выдаў­ца зна­ка­мі­та­га «Еван­гел­ля», паплеч­ніка Сымо­на Буд­на­га; сяст­ра Яра­ша Іва­наві­ча Жыж­эм­ска­га — Міла­сла­ва — жон­кай Андр­эя Волана2, выдат­на­га каль­вінісц­ка­га тэо­ла­га, філо­са­фа, пісьменніка-палеміста.
Дом з пля­цам і роз­ны­мі гас­па­дар­чы­мі пабу­до­ва­мі зна­ход­зіў­ся на вул. Юр’еўскай (част­ка цяпе­раш­няй вул. Інт­эр­на­цы­я­наль­най каля Каст­рыч­ніц­кай плош­чы), ага­род прас­ціраў­ся аж да ракі Свіслач. Збо­ру нада­валі­ся так­са­ма сена­жа­ць за ракой Свіслач ля Бур­ка­лаўска­га бро­ду і пяць ніў: каля Свіслац­ка­га шля­ху з Мен­ску ў Слуцк; каля даро­гі на Убор­кі (раён сучас­ных вуліц — Мас­коўс­кай, Тал­сто­га, Фабрыцыўса)3; за Бор­каўс­кай даро­гай; на Убор­ках паміж дарог, што вялі ад Мен­ску да Лошы­цы; нар­эш­це — каля балот­ца пры Бор­каўс­кай дарозе4.

Гэты дом на вулі­цы Юр’еўскай ней­кі час меў ва ўтры­ман­ні мен­скі меш­чанін Ціхан Васілевіч, а па яго­най смер­ці — мен­ская хару­жа­вая пані Даро­та Нявель­ская Фёда­ра­ва Шалушы­ная, якая не зга­д­жа­ла­ся вяр­та­ць дом збо­ру. З гэтае наго­ды сын фун­да­та­ра, мазыр­скі вой­скі Яраш (Іеранім) Жыж­эм­скі, і мяш­чане, сеньё­ры Мен­ска­га збо­ру Станіслаў Руд­ко­віч і Заха­ры­яш Тама­ш­э­віч, звяр­нулі­ся ў мен­скі ратуш­ны суд. У жніўні 1606 г. суд пры­няў раш­энне на кары­с­ць збору5.
В 1592 г. в сво­ей жало­бе на кня­зя Яро­ша Жижем­ско­го за про­из­воль­ный побор с кре­стьян, при­ез­жа­ю­щих на город­ской рынок
с про­до­воль­стви­ем, маги­страт сооб­щал, что из-за это­го «под­дан­ные шля­хет­ские» не везут в Минск про­дук­ты «места Мин­ское с .
С 1592 г. князь Ян Жижем­ский стал взи­мать в свою поль­зу побо­ры на мосту, выстро­ен­ном меща­на­ми «накла­дом сво­им» на р. Слепне, по доро­ге на Моги­лев, объ­яс­няя это тем, что во вре­мя воен­ных дей­ствий с Рос­си­ей он и князь Андрей Андре­евич Луком­ский были разо­ре­ны и теперь име­ют пра­во на воз­ме­ще­ние потерь. К это­му вре­ме­ни Ян вме­сте с Гор­ским поме­ня­ли свои име­ния «Дол­бу­тиш­ский двор и Заоря» в Ошмян­ском пове­те на име­ние «Засуль­ское» в Мин­ском пове­те. Свои ста­рые име­ния, в замен ново­му, они пере­да­ли кн. Оле­ги­чу Беку Ула­ну. В исто­ри­че­ских доку­мен­тах г. Мин­ска ука­за­но, что в 1597 г. князь Ян Жижем­ский стал взи­мать в свою поль­зу мыто с тор­го­вых людей, направ­ляв­ших­ся в Минск.

~ КНЖ. БОГ­ДА­НА ГРИ­ГО­РЬЕВ­НА ГОР­СКАЯ-БУР­НЕВ­СКАЯ 1565, во вто­ром бра­ке за ЯСМАН 1Д:Григ.Фед. БУР­НЕВ­СКИЙ. :Томи­лы.

33/29. КН. СИЛЬ­ВЕСТР ИВА­НО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1582,1599)

помещ. 2С:Ив.Тим.
лес­ни­чий кобрин­ский в 1582, участ­ник съез­да пра­во­слав­ных и про­те­стан­тов у Виль­но в 1599

34/29. КНЖ. МИЛО­СЛА­ВА ИВА­НОВ­НА (1610)

вотч. в Лит­ве Д:Ив.Тим.

Муж: АНДРЕЙ ВОЛАН, sekretarz królewskiego i znanego działacza ewangelickiego.

<

XXI генерация от Рюрика.

35/32. КН. ЯРОШ ЯРО­ШЕ­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1592,—1630)

помещ. 3С:Яросл.Ив.
мазыр­скі вой­скі ад 1595 і пад­ка­мо­ры да 1609. Вызна­ваў каталіцтва.
Стар­эй­шым вядо­мым нам даку­мен­там па гісто­рыі Мен­ска­га збо­ру з’яўляецца наданне яму ў 1596 г. рэчыц­кім ста­рас­там, кня­зем Яра­шам Іва­наві­чам Жыж­эм­скім, зямель­ных ула­дан­няў і дому ў Мен­ску: «…дом свой улас­ны ў мес­це Мен­скім лежа­чы, які маю куп­ным вечы­стым пра­вам ад нябож­чы­ка Міхаі­ла Шыш­кі залатара…»1. Як вядо­ма, Рэфар­ма­цыю пры­ня­лі не толь­кі каталікі, але й асоб­ныя прад­стаўнікі спрад­веч­на пра­васлаў­ных родаў — Вало­ві­чаў, Сапе­гаў, Хад­кеві­чаў, Жыж­эм­скіх і інш. Ціка­ва, што збяд­не­лыя ары­ста­кра­ты Жыж­эм­скія праз сваіх жан­чын парад­нілі­ся з вядо­мы­мі дзе­я­ча­мі Рэфар­ма­цыі: Соф’я Данілаў­на Жыж­эм­ская была жон­кай Васі­ля Цяпін­ска­га, выдаў­ца зна­ка­мі­та­га «Еван­гел­ля», паплеч­ніка Сымо­на Буд­на­га; сяст­ра Яра­ша Іва­наві­ча Жыж­эм­ска­га — Міла­сла­ва — жон­кай Андр­эя Волана2, выдат­на­га каль­вінісц­ка­га тэо­ла­га, філо­са­фа, пісь­мен­ніка-пале­мі­ста. Дом з пля­цам і роз­ны­мі гас­па­дар­чы­мі пабу­до­ва­мі зна­ход­зіў­ся на вул. Юр’еўскай (част­ка цяпе­раш­няй вул. Інт­эр­на­цы­я­наль­най каля Каст­рыч­ніц­кай плош­чы), ага­род прас­ціраў­ся аж да ракі Свіслач. Збо­ру нада­валі­ся так­са­ма сена­жа­ць за ракой Свіслач ля Бур­ка­лаўска­га бро­ду і пяць ніў: каля Свіслац­ка­га шля­ху з Мен­ску ў Слуцк; каля даро­гі на Убор­кі (раён сучас­ных вуліц — Мас­коўс­кай, Тал­сто­га, Фабрыцыўса)3; за Бор­каўс­кай даро­гай; на Убор­ках паміж дарог, што вялі ад Мен­ску да Лошы­цы; нар­эш­це — каля балот­ца пры Бор­каўс­кай дарозе4.Гэты дом на вулі­цы Юр’еўскай ней­кі час меў ва ўтры­ман­ні мен­скі меш­чанін Ціхан Васілевіч, а па яго­най смер­ці — мен­ская хару­жа­вая пані Даро­та Нявель­ская Фёда­ра­ва Шалушы­ная, якая не зга­д­жа­ла­ся вяр­та­ць дом збо­ру. З гэтае наго­ды сын фун­да­та­ра, мазыр­скі вой­скі Яраш (Іеранім) Жыж­эм­скі, і мяш­чане, сеньё­ры Мен­ска­га збо­ру Станіслаў Руд­ко­віч і Заха­ры­яш Тама­ш­э­віч, звяр­нулі­ся ў мен­скі ратуш­ны суд. У жніўні 1606 г. суд пры­няў раш­энне на кары­с­ць збору5.Збор у Мен­ску, як і мно­ства іншых збо­раў, быў не бага­ты, ён не меў пас­та­ян­на­га ўплы­во­ва­га патро­на. У 1617 г. духоў­ныя асо­бы былі выму­ша­ны звяр­нуц­ца да патро­наў з прось­бай забяс­пе­чы­ць мен­скі збор і яго­ных свя­та­роў належ­ным утры­ман­нем. Сярод тых, хто ахвя­ра­ваў срод­кі на збор, былі Януш Рад­зівіл, Міка­лай Таль­ваш, Яраш (Іеранім) Жыж­эм­скі, Аста­фі Хра­павіц­кі й яго­ная маці.
1600 г., авгу­ста 7. — Лист писа­ря Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го, юрбор­ско­го лес­ни­че­го Гели­я­ша Пель­гри­мов­ско­го жене Бог­дане Ляц­кой на 900 коп гро­шей литов­ских с застав­ных име­ний на слу­чай сво­ей смерти….руки свои под­пи­са­ти и печа­ти при­тис­ну­та рачи­ли| вел­мож­ные и зац­ные пано­ве: его м(и)л(ость) пан Ян Вил­чек, сек­ре­тар кор(олевское) его м(и)л(ости),| его м(и)л(ость) княз Ярош Жижем­ский Кгед­ройть, а пан Костан­тын Помор|ский.
В 1622 г. мен­ский грод­ский суд во гла­ве с вое­во­дой и ста­ро­стой Пет­ром Тыш­ке­ви­чем раз­би­ра­ет заяв­ле­ние кня­зя Яро­ша Жижем­ско­го о «кры­ўд­зе» сво­е­го под­дан­но­го и слу­ги Яна Федо­ро­ви­ча. Исто­рия слу­чи­лась вот какая. Перед Купа­льем, когда жито в самом цве­те было, под­дан­ный Яна Быков­ско­го Борис Сла­ви­ко­вич, «узяў­шы перад сябе злы а няз­бож­ны чарад­зей­скі умысл, а ня памя­та­ю­чы на баязьнь Божую, ані на дзень сьвет­лы няд­зель­ны» при­шед­ши на поле Федо­ро­ви­ча, у села Кур­ко­вич, тво­ря какое-то кол­дов­ство, нарвав жита с коло­сья­ми и кор­ня­ми и закру­тив вокруг оси­но­во­го кола, на поле постра­дав­ше­го тот кол в зем­лю зако­пал, знать то «чынячы або на зда­роўе яго Яна Феда­ро­ві­ча, аль­бо ку шкод­зе не малой яго». Но не повез­ло: ока­зав­шись рядом, хозя­ин пой­мал его на месте пре­ступ­ле­ния. Собрав назав­тра в селе Кур­ко­ви­чах копу, он рас­ска­зал о том, как в сво­бод­ное от основ­ной рабо­ты вре­мя раз­вле­ка­ет­ся тов. Сла­ви­ко­вич. Осмот­рев «ору­дия про­из­вод­ства» и выслу­шав сознав­ше­го­ся зло­дея, при­сут­ству­ю­щие под­твер­ди­ли факт кол­дов­ства и винов­ность Сла­ви­ко­ви­ча, кото­рый затем со все­ми чара­ми сда­ли «под рас­пис­ку» его пану с усло­ви­ем предо­ста­вить винов­но­го зло­умыш­лен­ни­ка на суд. Одна­ко пан Сла­ви­ко­ви­ча, несмот­ря на повест­ки и вызо­вы, сво­е­го под­дан­но­го на суд не ста­вил, «чынячы зва­ло­ку спра­вяд­лі­вась­ці сьвя­тое». Копа, видя явную вину и учи­ты­вая отказ при­быть на суд, заоч­но при­го­ва­ри­ва­ет под­су­ди­мо­го к сожже­нию, поста­но­вив в слу­чае неяв­ки осуж­ден­но­го пой­мать и пока­рать его в любом месте.

Аб тым, што раш­эн­ні коп­на­га суда павін­ны былі выкон­вац­ца нароўні з раш­эн­ня­мі любых іншых судоў ВКЛ, свед­чы­ць адна ціка­вая судо­вая спра­ва, якая цяг­ну­ла­ся з 1622 па 1623 г. і якая прай­ш­ла наступ­ныя судо­выя інстан­цыі: коп­ны суд — грод­скі суд — Тры­бу­нал ВКЛ — вялікі князь. Спр­эч­ка ішла паміж кня­зем Яра­шам Жыж­эм­скім, пад­ка­мо­ры­ем мазыр­скім, які адстой­ваў інтар­э­сы свай­го слу­гі зямяні­на Яна Феда­ро­ві­ча, з адна­го боку, і панам Янам Быкоўскім, дзед­зі­чам маёнт­ка Пятаўш­чыз­ны і сяла Кур­кавіч, і панам Саму­элем Слаўскім, тры­маў­цам на той час сяла Кур­кавічы, з дру­го­га боку. Спра­ва тычы­ла­ся чарад­зей­ства. Селянін Барыс Слаў­ко­віч, з сяла Кур­кавічы Мен­ска­га ваявод­ства, якое нале­жа­ла Яну Быкоўс­ка­му і зна­ход­зіла­ся ў тры­ман­ні Саму­э­ля Слаўска­га, «в року про­шлом тысе­ча шесть­сот два­дцать вто­ром мца юня два­дцат шосто­го дня взяв­ши перед себе злый и незбож­ный умысл а непа­мя­та­ю­чи на боязнь Божую и на срок­гость пра­ва поспо­ли­то­го смел и важыл ест попел­нил чаро­дей­ство а при­шод­ши на влас­ный кгрунт его Яна Федо­ро­ви­ча в день све­тый недель­ный под­час Купа­ла Рус­ко­го нарвав­ши жита с коре­нем и коло­сом, когды у самом кве­те было, и роз­ще­пив­ши кол оси­но­вый того жита наклал и коло того кола обви­нул и тот кол з тым житом на моги­ле, где умер­лый лежит, на кгрун­те того Яна Федо­ро­ви­ча, зако­пал. На кото­ром том злом и незбож­ным учин­ку зара­зом тот Яном Федо­ро­ви­чем пой­мал был» [10, с. 357].

Нату­раль­на, што Я. Феда­ро­віч палічыў такія дзе­ян­ні скіра­ва­ныя «на здо­ро­вье его Яна Федо­ро­ви­ча, аль­бо ку шко­де не малой его» [1, с. 263]. Як свед­чы­ць выпіс з грод­скіх кніг Мен­ска­га суда ад 27 снеж­ня 1622 г., калі Я. Феда­ро­віч пры­вёў у сяло злоў­ле­на­га ім Б. Слаў­ко­ві­ча і рас­ка­заў пра тое, што адбы­ло­ся, наза­ўт­ра ўсе пад­да­ныя таго сяла сабралі­ся на капу. На капе Б. Слаў­ко­ві­ча «за при­зна­ньем его влас­ным, быть вин­ным узна­ли», але не пры­ня­лі нія­ка­га пры­су­ду і спра­ву адклалі «до дру­гое копы и боль­шо­го згро­ма­же­нья людей око­лич­ных» [1, с. 263]. Само­га Б. Слаў­ко­ві­ча да дру­го­га эта­пу суда пера­далі ціву­ну пана С. Слаўска­га, які паа­бя­цаў пас­таві­ць абві­на­ва­ч­ва­е­ма­га на наступ­ную капу.

Але далей адбы­ло­ся нешта незвы­чай­нае. Пачалі­ся амбіт­ныя спр­эч­кі паміж Саму­элем Слаўскім і роз­ны­мі прад­стаўні­ка­мі судо­вай сіст­эмы, галоў­ны змест якіх быў у тым, ці мае пра­ва коп­ны суд раз­гля­да­ць спра­вы аб чарад­зей­стве і пры­ма­ць па іх судо­вае раш­энне. Пан С. Слаўскі не палічыў віна­ва­тым свай­го пад­да­на­га і «не паме­та­ю­чи на строк­гость пра­ва поспо­ли­то­го, а чине­чи зво­ло­ку спра­вед­ли­во­сти све­тое, так тому злочын­цы, яко и всим под­да­ным сво­им на копе ста­но­вить­се не казал и не ста­но­вил … [1, с. 264]. Капа, пас­лаў­шы воз­на­га разам са сваі­мі прад­стаўні­ка­мі да пана Слаўска­га і не атры­маў­шы адка­зу, уліч­ва­ю­чы прызнанне Бары­са Слаў­ко­ві­ча на папяр­эд­няй капе, пры­га­ва­ры­ла апош­ня­га да пака­ран­ня на смер­ць: «спа­ле­нем огнём осу­ди­ла» [1, с. 264]. У пац­вяр­дж­энне тако­га раш­эн­ня капы пад­ка­мо­рый мазыр­скі, князь Яраш Жыж­эм­скі паклаў перад судом «декрет коп­ный з созна­ньем воз­ных впи­са­ный» і са спа­сыл­кай на адпа­вед­ныя арты­ку­лы Ста­ту­та ВКЛ 1588 г.
Пан С. Слаўскі заявіў на суд­зе адвод супра­ць тако­га раш­эн­ня, паколь­кі, на яго дум­ку, спра­вы аб чарад­зей­стве павін­на раз­гля­да­ць не капа, а грод­скі суд: «яко­бы не копа о чары, але суд грод­ский, вод­луг арты­ку­лу трид­ца­то­го з роз­де­лу чет­вер­то­го, суди­ти мает» [1, с. 265].

У адказ на гэта Пётр Тыш­кевіч, ваяво­да і ста­рас­та мен­скі, які вёў у мен­скім суд­зе раз­гля­да­е­мую намі спра­ву, не пагад­зіў­ся з панам Слаўскім і зага­даў пас­таві­ць перад ім, суддзёю, асуд­жа­на­га на капе селяні­на. Пас­ля адмо­вы С. Слаўска­га гэта зра­бі­ць, «виде­чи пана Слав­ско­го упор­ным и пра­ва поспо­ли­то­го непо­слуш­ным», Пётр Тыш­кевіч запі­саў: «декрет коп­ный во всем ствер­жаю, и того под­да­но­го Бори­са Сло­ви­ко­ви­ча­на пока­ра­нье вод­луг того декре­ту вка­зую, абы пан Слав­ский под­да­ных сво­их и того Бори­са Сло­ви­ко­ви­ча … за недель две, на копе тре­тьей ку пока­ра­нью поста­вил; а где бы того под­да­но­го на копе поста­ви­ти не казал, ино того под­да­но­го Бори­са Сло­ви­ко­ви­ча, где коль­век мож­но будет постиг­нув­ши, вод­луг декре­ту коп­но­го, пока­ра­ти. Кото­рая спра­ва, яко се у суду точи­ла, до книг кгроц­ких Мен­ских справ вечи­стых есть запи­са­на» [1, с. 265].Здавалася, раш­энне пры­ня­та, зацвер­джа­на выш­эй­шай судо­вай інстан­цы­яй і павін­на быць выка­на­на. Але, як ака­за­ла­ся, С. Слаўскі адмо­віў­ся выка­на­ць не толь­кі пас­та­но­ву капы, але і раш­энне Мен­ска­га грод­ска­га суда. Выяў­ле­ныя намі ў Дзяр­жаў­ным гіста­рыч­ным архіве Літ­вы, у фон­дзе вядо­ма­га гісто­ры­ка Р. Меніц­ка­га, мат­э­ры­я­лы паказ­ва­ю­ць, што пад­ка­мо­рый мазыр­скі Я. Жыж­эм­скі 29 кра­савіка 1623 г. звяр­нуў­ся ў Тры­бу­нал ВКЛ з прось­бай пры­цяг­ну­ць паноў Яна Фёда­раві­ча Быкоўска­га і Саму­э­ля Слаўска­га да Тры­бу­наль­ска­га суду за невы­ка­нанне пас­та­ноў (дэкр­этаў) капы і грод­ска­га суда [10, с. 357].

Выні­кам стаў ліст кара­ля і вяліка­га кня­зя Жыгі­мон­та ІІІ у якім, у пры­ват­на­сці, гава­ры­ла­ся: «Земя­ном нашим вое­вод­ства Мин­ско­го Яну Федо­ро­ви­чу Быков­ско­му … веч­но­сти а деди­чу, а Саму­елю Андре­еви­чу Слав­ско­му на сей час дер­жа­чо­му заста­вою села Кур­ко­вич у вое­вод­стве Мин­ском лежа­чо­го. Жало­вал на вас у суду нашо­го голов­но­го тры­бу­наль­но­го под­ко­мо­рый наш пове­ту Мозыр­ско­го его милость князь Ярош Жизем­ский о том што ж дей вы Быков­ский и Слав­ский маю­чи с ним под­ко­мо­рим спра­ву в крив­де слу­ги и земя­ни­на его Яна Федо­ро­ви­ча уде­ла­ню от под­да­но­го вашо­го на име Бори­са Сло­ви­ко­ви­ча в селе Кур­ко­ви­чах домом меш­ка­ю­чо­го … В кото­рой спра­ве захо­вы­ва­ю­чы­се вод­луг пра­ва поспо­ли­то­го его милость пан под­ко­мо­рий запо­звал вас до суду кгрод­ско­го Мин­ско­го а за вска­зом на спа­ле­нье огнем того чаро­дей­ни­ка и ото­сла­нем от суду грод­ско­го до суду коп­но­го, в кото­рой спра­ве той абы был огнем спа­лон стал­се и декрет копный.
Ниж­ли дей вы, Быков­ский и Слав­ский, неслушне будучи пра­ва поспо­ли­то­го а зажи­ва­ю­чи роз­ма­и­тых фор­те­лев и выкрен­тов счи­чи­чи­се, яку­юсь декре­том того явно зло­чин­цу и чаро­дей­ни­ка окр­ва­ю­чы так перед судом кгрод­ским, яко и на копе ста­но­ви­ти­се не каза­ли и не ста­но­ви­ли и во всем декре­том кгрод­ском и коп­ным спро­ти­ви­ли. О што его милость пан под­ко­мо­рый виде­чи явное спро­ти­вен­ство сам от себе в несла­не­ню того мужи­ка вод­луг тых декре­тов суду кгрод­ско­го и коп­но­го выш поме­не­ных особ перед суд наш голов­ный Три­бу­наль­ный от поло­же­нья сего позву за недель шест позы­ва­ет, што вам часу пра­ва ширей поло­жо­но буде. Про­то при­ка­зу­ем вам Быков­ский а Слав­ский а ешче за сим поз­вом зем­ским Мен­ским перед судом нашим голов­ным три­бу­наль­ным в сем року тысе­ча шест­сот два­дцать треть­го в Виль­ни яко на року завё­лом ста­ли и во всем сем на жало­бу его пана под­ко­мо­ре­го успра­вед­ли­ви­ли. Писан в Мен­ску, року тысе­ча шест­сот два­дцать тре­те­го Мца апре­ля два­дцать девя­то­го дня» [10, с. 357].

Такім чынам, мат­э­ры­я­лы гэтай судо­вай спра­вы вель­мі выраз­на паказ­ва­ю­ць, што коп­ныя суды сапраў­ды з’яўляліся част­кай судо­вай сіст­эмы ВКЛ. Менавіта гэта ў спр­эч­цы са шлях­ці­ца­мі Я. Быков­скім і С. Слаўскім пацверд­зілі Мен­скі грод­скі суд, Тры­бу­нал ВКЛ і сам вялікі князь. Як віда­ць, коп­ныя суды функ­цы­яніра­валі ў судо­вай сіст­эме дзяр­жа­вы як сама­быт­ны, але рэгу­лю­е­мы зака­на­даўствам судо­вы інстытут.

Муж: ГАЛЬШ­КА ВОЙ­ТЕХОВ­НА РАДИ­МИН­СКАЯ (2-й муж Ста­ни­слав Нарушевич)

1. Акты, изда­ва­е­мые Вилен­скою архео­гра­фи­че­скою комис­си­ею. — Т. 18: Акты о коп­ных судах. — Виль­на, 1891.
10. Дзяр­жаў­ны гіста­рыч­ны архіў Літ­вы. — Ф. 599. Спр. 1. Арк. 3.

36/32. КН. ЯН ЯРО­ШЕ­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1597,† 1601)

вто­рой сын Яро­ша Ива­но­ви­ча. 1601 року Матвія Неми­ри­ча зви­ну­ва­чу­ва­ли в уби­встві чер­кась­ко­го під­ста­ро­сти кня­зя Іва­на Жижемського.

Жена: кнж. ЯДВИ­ГА КИРИ­КОВ­НА РУЖИН­СКАЯ (1619) (2м~к.Петр. Свир­ский,3м~Адам. Тирав­ский, 4м-Ян Одри­воль­ский), 2Д:Кирик.Евстаф.Ив-ча

37/32. КН. ПЕТР ЯРО­ШЕ­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1589,†1609/1618)

1С:Яросл.Ив.
ста­ро­ста рэчыц­кі ад 1598, удзель­нік зьез­ду пра­васлаў­ных і прат­эс­тан­таў у Віль­ні ў1599
1598.07.12 — коро­лев­ская гра­мо­та о сво­бод­ном про­пус­ке тор­го­вых людей через гра­ни­цу с ВКМ в обе сто­ро­ны; посла­на всем погра­нич­ным вое­во­дам, ста­ро­стам и дер­жав­цам, в том чис­ле и ста­ро­сте Речиц­ко­му Пет­ру. На одной из стра­ниц Бар­ко­ла­бов­ской лето­пи­си чита­ем сле­ду­ю­щее: «…Того же року 99 /1599/, меся­ца ген­ва­ря 6 дня, у вол­то­рок князь Петр Жижем­ский, ста­ро­ста речиц­кий, рачил зару­чи­ти пан­ну Кры­сти­ну у его м/и/л/ости/ кня­зя Бог­да­на Соло­ме­рец­ко­го, ста­ро­сты кры­чев­ско­го и олу­чиц­ко­го. А весе­ле было року 1600 по свя­том Кре­ще­нии в неделю».Надо при­знать: речиц­кий ста­ро­ста Петр Жижем­ский знал, к кому сва­та­ет­ся. Ведь Соло­ме­рец­кие — древ­ний кня­же­ский род/происхождением от Рюриковичей/.Можно отме­тить и то, что послед­ние годы перед окон­ча­ни­ем 15 сто­ле­тия для Бела­ру­си были крайне тяже­лы­ми — неуро­жаи, болез­ни и т.д. В нача­ле 1599 года, когда Жижем­ский сва­тал­ся к панне Кри­стине, Под­не­про­вье было охва­че­но голо­дом. Воз­мож­но, что имен­но по этой при­чине сва­дьба была отло­же­на почти на год. И не напрас­но. Ведь уро­жай 1599 года был в целом богатым.Староста вре­мен Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го /16—18 ст.ст./ — это чело­век, имев­ший зна­чи­тель­ные заслу­ги перед госу­дар­ством, Вели­ким кня­зем /королем/. И ста­ро­ство чаще все­го пред­став­ля­ло госу­дар­ствен­ное поме­стье, дан­ное кня­зем или коро­лем на вре­мен­ное исполь­зо­ва­ние /плата за службу/. И это поме­стье неред­ко про­сти­ра­лось на всю тер­ри­то­рию уез­да. Извест­но то, что речиц­кое ста­ро­ство князь Петр Жижем­ский взял в 1597 году от отца Я.И. Жижем­ско­го, вла­дел им до 1618 года. Если же раз­го­вор вести о пер­во­на­чаль­но­сти появ­ле­ния в Речи­це Жижем­ских, то это /скорее всего/ будет 1587 год. Когда в Речи­це окон­чи­лось вла­де­ние ста­ро­сты Аста­фия Воловича.
Бар­ку­ла­бов­ская лето­пись Року 1599. У вилию Рож­ства Хри­сто­ва по ста­ро­му, рачил быти на чести у Бар­ку­ла­бо­ве у его м[и]л[ости] кня­зя Бог­да­на Соло­ме­рец­ко­го его м[и]л[ость] пан Лев Сапе­га з мно­ги­ми зац­ны­ми паны вел­мож­ны­ми у месте Бор­ку­ла­бо­ве. Того ж року 99, месе­ца ген­ва­ря 6 дня у вол­то­рок, князь Петр Жижем­ский, ста­ро­ста речиц­кий, рачил зару­чи­ти пан­ну Кры­сти­ну у его м[и]л[ости] кня­зя Бог­да­на Соло­ме­рец­ко­го, ста­ро­сты кры­чев­ско­го и олу­чиц­ко­го; а весе­ле было року 1600, во све­том Кре­ще­нии в неделю.
Петр был ста­ро­стой Речиц­ким. Извест­но, что Речиц­кое ста­ро­ство князь Петр Жижем­ский взял в 1597 году от отца Я.И. Жижем­ско­го и вла­дел им до 1618 года. В доку­мен­тах 1599 г. (Акт кон­фе­де­ра­ции, Виль­но, заклю­чен­ной меж­ду шлях­ством Речи Поспо­ли­той, пра­во­слав­но­го и про­те­стант­ско­го испо­ве­да­ний о вза­им­ной помо­щи и защи­ты от гоне­ний со сто­ро­ны като­ли­че­ско­го духо­вен­ства) ука­зан ста­ро­ста Речицкий.
У тым жа 1596 год­зе, 13 мая, Жыгі­монт Ваза пацверд­зіў на паса­ду стар­ца Рэчыц­кай волас­ці Сямё­на Сямё­наві­ча. Пры­чым гава­ры­ла­ся, што ён пас­таў­ле­ны для леп­ша­га парад­ку між пад­да­ны­мі і што ён мае пра­ва бра­ць на сябе дахо­ды, якія здаў­на прых­од­зілі­ся на паса­ду стар­ца (праў­да, з веда­ма рэчыц­ка­га ста­рас­ты кня­зя Пят­ра Жыж­эм­ска­га, які і прызна­чыў Сямё­на стар­цам (“па даў­ня­му звы­чаю пре­ло­жил и тот врад стар­че­ство волост­ное тамош­нее ему зле­тил”), і які прасіў вяліка­га кня­зя даць Сямё­ну пац­вяр­джаль­ны ліст)[26]. Галоў­нае ў гэтым пац­вяр­джаль­ным пры­вілеі вяліка­га кня­зя на стар­чар­ства было тое, што яно дава­ла­ся пажыц­цё­ва. І гэта было асноў­най пры­чы­най неаб­ход­на­сці пац­вяр­дж­эн­ня вялікім кня­зем пра­ва зай­ма­ць паса­ду стар­ца. Звы­чай­на ў дзяр­жаў­ных ула­дан­нях прад­стаўнікі сель­скай адміністра­цыі выбіралі­ся сяля­на­мі з наступ­ным зац­вяр­дж­эн­нем рэвізо­ра­мі, камісарамі[27] і гэтыя раш­эн­ні не патра­ба­валі пац­вяр­дж­эн­ня. Рэчыц­кія мяш­чане імкнулі­ся не толь­кі атры­ма­ць пэў­ныя іль­го­ты ў выпла­це мыт, выка­нан­ні павін­на­сцяў, але і даб­і­валі­ся павеліч­эн­ня гарад­ско­га зямель­на­га фон­ду, што ў сваю чар­гу спры­я­ла эка­на­міч­на­му развіц­цю гора­да. Так, каля Рэчы­цы зна­ход­зіў­ся ўчастак (востраў) зям­лі Азяр­кі (сён­няш­няя Азерш­чы­на ? – А.Д.), які адміністра­цый­на адно­сіў­ся да рэчыц­ка­га зам­ка і які ў пачат­ку XVII ст. тры­малі пажыц­цё­вым (дажы­вот­ным) пра­вам рэчыц­кі ста­рас­та Пётр Жыж­эм­скі і яго жон­ка Кры­с­ці­на Сала­мя­р­эц­кая. Рэчыц­кія мяш­чане пера­ка­налі Жыж­эм­скіх, што мяш­чане без гэтай зям­лі “не могу­ць абыс­ці­ся”. Жыж­эм­скія “пус­цілі той востраў ва ўжы­ванне рэчыц­кім мяш­ча­нам” і засвед­чы­лі сваё раш­энне асоб­ным лістом, акра­мя гэта­га даз­волілі мяш­ча­нам “ста­рац­ца аб пац­вяр­дж­эн­ні” гэта­га раш­эн­ня ў кара­ля поль­ска­га, вяліка­га кня­зя літоўска­га. Такое пац­вяр­дж­энне манар­ха гаран­та­ва­ла закон­на­сць і бес­па­ва­рот­на­сць пера­да­чы зямель. Мяш­чане звяр­нулі­ся пад час Вар­шаўска­га сой­ма 1606 г. да Жыгі­мон­та Вазы з прось­бай далучы­ць Азяр­кі да гарад­скіх зямель і ўста­наві­ць павін­на­сці згод­на ўста­вы. 30 сакавіка манарх сваім пры­віле­ем далучыў выш­эй­ад­зна­ча­ны востраў зям­лі з вор­най зям­лёй, з бор­ця­мі, лесам, сена­жа­ця­мі і іншы­мі ўгоддзя­мі да гора­да і аба­вя­заў выкон­ва­ць увесь ком­плекс павін­на­сцяў у дзяр­жаў­ны скарб і на замак (чынш, пла­ці­ць за жыта, авёс, звяры­ныя і рыб­ныя ловы, бабро­выя гоны) адпа­вед­на рэвізор­скай уста­ве павін­на­сцяў. З свай­го боку Жыгі­монт Ваза аба­вяз­ваў­ся не варо­ча­ць тую зям­лю пад юры­с­дык­цыю замка[30]. Дад­зе­ны выпа­дак фік­суе гра­мад­скую акты­ў­на­сць, пра­ва­вую свя­до­мас­ць рэчыц­кіх мяш­чан, як і пад­кр­эс­лі­вае існа­ванне асоб­на­га зямель­на­га фон­да гора­да, аддзе­ле­на­га ад зам­ка­вых зямель. У пачат­ку XVII ст. на Ўсход­зе Бела­русі ў мно­гіх дзяр­жаў­ных ула­дан­нях пра­вод­зілі­ся мера­пры­ем­ст­вы па пра­вяд­зен­ню валоч­най паме­ры. Так як у Рэчы­цы да гэта­га часу гарад­скія зем­лі не былі выме­ра­ны на вало­кі, то сюды манар­хам былі пас­ла­ны рэвізо­ры для пра­вяд­зен­ня паме­ры і пры­вяд­зен­ня “ў леп­шы пара­дак” зем­ле­ка­ры­станне мяш­чан. Пры гэтым прад­пі­сва­ла­ся рэчыц­ка­му ста­рас­це П. Жыж­эмска­му аса­бі­ста пры­сут­ні­ча­ць пры пра­цы рэвізо­раў. У кан­цы 1602 – пачат­ку 1603 гг. рэвізо­ры яшчэ не скон­чы­лі сваю пра­цу. А Пётр Жыж­эм­скі, калі быў на Кра­каўскім сой­ме 1603 г., звяр­нуў­ся да Жыгі­мон­та Вазы і паве­да­міў, што з-за вяліка­га спу­ста­ш­эн­ня Рэчы­цы каза­ка­мі і з-за “балот­ных грун­тоў тая паме­ра не можа адбыц­ца” і прасіў “ад таго” рэчыц­кіх мяш­чан вызвалі­ць і “пры ўста­ве іх даў­няй і ўжы­ван­ні грун­тоў” заха­ва­ць. Аб тым жа манар­ха прасілі і самі рэчыц­кія мяш­чане. 3 сакавіка 1603 г. Жыгі­монт Ваза, улічы­ў­шы збяд­ненне мяш­чан і выш­эйз­га­да­ныя прось­бы, сваім пры­віле­ем ска­са­ваў лісты, якія былі выдад­зе­ны рэвізо­рам на пра­вяд­зенне паме­ры, і вызваліў мяш­чан Рэчы­цы ад валоч­най паме­ры, і даз­воліў “зем­лі, сена­жа­ці, зараслі, бор­ці па даўнім грані­цам тры­ма­ць” і выкон­ва­ць павін­на­сці па даў­няй уставе[31]. Такім чынам, выка­ры­стаў­шы факт наез­ду каза­каў і атры­маў­шы пад­т­рым­ку ста­рас­ты, рэчыц­кія мяш­чане даб­ілі­ся заха­ван­ня дзе­ян­ня ўста­вы 1561 г. Вялікую ролю ў гэтым мела пара­зу­менне з ста­рас­там. Калі ж рэчыц­кім ста­рас­там стаў Аляк­сандр Служ­ка тако­га пара­зу­мен­ня мяш­чане не знаходзілі.
Дво­ря­нин пан Петр Жижем­ский, ссы­ла­ясь на свое разо­ре­ние от непри­я­тель­ских рук, про­сит о пожа­ло­ва­нии, не опре­де­ляя ни его раз­ме­ров, ни места
sejmu 1609. komisarz do granic.

~ (1599) кнж. ХРИ­СТИ­НА БОГ­ДА­НОВ­НА СОЛО­МЕ­РЕЦ­КАЯ

38/32. КН. КРИШТОФ ЯРО­ШЕ­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (†1633)

Под­су­док минский.
У ХVІІ ста­годдзі спра­ва ледзь не дай­ш­ла да прак­тыч­най рэалі­за­цыі гэта­га пра­ек­та. У 1631 год­зе на Вар­шаўскім сей­ме раз­гля­даў­ся пра­ект злуч­эн­ня Бяр­эзі­ны з Віл­лёй. Была прызна­ча­на камісія, якая павін­на была рэалі­за­ва­ць гэты пра­ект. Срод­кі на яго паві­нен быў даць кара­левіч Улад­зіслаў. Мер­ка­ва­ла­ся, што яны буду­ць у далей­шым вер­ну­ты са збо­раў за пера­воз па ім тава­раў. На мес­ца выеха­ла камісія, у якую ўва­х­од­зілі Міка­лай Мні­шак і Кры­стаф Жыж­эм­скі. Яна ўба­чы­ла вялікія цяж­кас­ці, з які­мі давя­ло­ся б сустр­эц­ца пры рэалі­за­цыі гэта­га пра­ек­та. У той жа час камісія вызна­чы­ла, што Бяр­эзі­ну мэтазгод­на злу­ча­ць не з Віл­лёй, а праз Сер­гуч з Улой.
1633 — Zal troskliwey Хеле­ны Сан­гуш­ков­ны з Кове­ля над умер­шим мужем паном Кришто­фом Жижем­ским, отпе­ча­та­но в Любые в дру­карне Яна Кишты.

Жена: КНЖ. ЕЛЕ­НА АНДРЕ­ЕВ­НА САН­ГУШ­КО (1643) в 1643 вотч. в Лит­ве ~1Д:Анд.Григ.Вас-ча :София.Павл. САПЕГА
1641 — В сле­ду­ю­щем году та же София Сапе­га, вдо­ва Кон­стан­ти­на Полу­бин­ско­го вое­во­ды Пар­нав­ско­го Пар­нав­ско­го и держв­ца Рудо­бель­ско­го” полу­ча­ет комис­сар­ский декрет по судеб­но­му делу с Еле­ной Сан­гуш­ко-Ковель­ской, супру­гой Кшишто­фа Жижем­ско­го, под­суд­ка Мин­ско­го о наси­лии и грабеже.

39/32. КНЖ. МАРИ­НА ЯРО­ШЕВ­НА ЖИЖЕМСКАЯ

Инте­рес­но, что в тек­сте пер­вая жена Гин­то­вта назва­на Софи­ей Овсян­ной, в то вре­мя как Коя­ло­вич и Несец­кий назы­ва­ют ее Еле­ной Овсян­ной. Более того в тек­сте при­во­дят­ся подроб­но­сти, каса­ю­щи­е­ся вто­рой жены, урож­ден­ной кн. Жижем­ской . У Коя­ло­ви­ча она про­хо­дит без име­ни и ука­за­ния роди­те­лей, а в цити­ру­е­мом тек­сте она назва­на Маринй кн. Жижем­ской , доче­рью ста­ро­сты Речицкого.

Муж: СТА­НИ­СЛАВ ГИН­ТО­ВТ ДЗЕ­ВОЛ­ТОВ­СКИЙ, столь­ник ковен­ский (его вто­рая жена, 1-я София (Еле­на) Овсян­ная, 3-я — Кри­сти­на Под­би­пи­ен­та). Ста­ни­слав Гин­то­вт участ­во­вал в похо­де Лже­д­мит­рия на Моск­ву, и «царь Дмит­рий Мос­ков­ский» пода­рил ему свою саблю.

40/32. княж­на ПОЛО­НИЯ {ЯРО­ШЕВ­НА} ЖИЖЕМСКАЯ

41/32. КНЖ. ГЕЛЕ­НА ЯРО­ШЕВ­НА ЖИЖЕМСКАЯ

Жена: кн. РОМАН ЛУКОМСКИЙ

XXII генерация от Рюрика.

42/35. КН. АЛЕК­САНДР ЯРО­ШЕ­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (+1627)

43/35. КН. ЯН ЯРО­ШЕ­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (?—1645)

пад­ка­мо­ры мен­скі, дэпу­тат Тры­бу­на­лу ВКЛ у 1642
Ян Яро­ше­вич Жижем­ский занял пост мен­ско­го столь­ни­ка. Для нача­ла он помог сво­е­му тестю, мен­ско­му под­ча­ше­му Есь­ма­ну, отобрать у Пузы­ней име­ния Неста­но­ви­чи и Дви­но­са. Бумаг, поз­во­ля­ю­щих это сде­лать, не име­лось — но кру­го­вая пору­ка, и мен­ский столь­ник Жижем­ский с удо­воль­стви­ем ввел сво­е­го тестя во вла­де­ние Нестановичами.
Жила друж­ная чета Анны Есь­ма­нов­ны и Яна Жижем­ско­го в доме у мен­ской рату­ши. Вот толь­ко в 1641 году «пожар огни­стый» осно­ва­тель­но про­шел­ся по горо­ду. После чего, как пишет О.Бобкова, «выму­ша­ны былi пра­да­ва­ць свае пля­цы мно­гiя люд­зi, што жылi на Верх­нiм горад­зе. Гэтак столь­нiк Мен­ска­га ваявод­ства Ян Жыж­эм­скi з жон­кай Ган­най Есма­наў­най пра­далi суж­эн­ству Юрыю Гара­бурд­зе i Кры­сь­цiне Завi­шан­цы пляц на рын­ку насу­пра­ць ратушы».

Для того что­бы попол­нить лич­ную каз­ну, Жижем­ские при­ду­ма­ли доход­ный и доступ­ный им путь. Выби­ра­ли какого–нибудь шлях­ти­ча, не само­го вли­я­тель­но­го, но бога­то­го, и объ­яв­ля­ли его неш­лях­ти­чем. А про­сто­лю­дин по зако­ну не мог вла­деть земель­ны­ми уго­дья­ми, кои кон­фис­ко­вы­ва­лись и пере­рас­пре­де­ля­лись ясно как.
Не каж­дый шлях­тич мог под­твер­дить свой ста­тус доку­мен­таль­но, и даже если мог — подо­зре­ние в неро­до­ви­то­сти было позо­ром. В свое вре­мя бед­ный шлях­тич Вита­нов­ский, полу­чив­ший две­сти розог в име­нии Мату­ше­ви­чей за то, что яко­бы украл два сереб­ря­ных под­но­са, пустил слух, что Мар­тин Мату­ше­вич — сын его кре­пост­ной кре­стьян­ки. Для Мату­ше­ви­ча это ста­ло тра­ге­ди­ей: к делу при­шлось при­влечь десят­ки сви­де­те­лей, в схват­ку с одной и дру­гой сто­ро­ны всту­пи­ли маг­на­ты, зами­рял сто­ро­ны сам король. О.Бобкова опи­сы­ва­ет слу­чай, когда пан Юрий Лаври­но­вич услы­шал раз­го­вор двух сво­их това­ри­щей, сомне­вав­ших­ся в его шля­хет­стве. Что в ито­ге? Отец моло­до­го Юрия неот­лож­но дол­жен был под­твер­дить, что Юрий «учсти­во­ею мал­жон­кою его Бар­ба­ро­ею Ленар­тов­ною спло­жо­ный и учсти­вым есть шлях­ти­чом», и мно­го­чис­лен­ные сви­де­те­ли на суде под­твер­жда­ли, что пан Юрий «есть учсти­вым шляхтичом».

Так что биз­нес был серьез­ный, семья столь­ни­ка про­цве­та­ла. Слу­ча­лись и наклад­ки. Когда чета Жижем­ских попы­та­лась отобрать три села у бра­тьев Супра­нов­ских, запи­сав тех в про­сто­лю­ди­ны, король реше­ние суда не утвер­дил. Впро­чем, как гово­рит­ся, носил волк, поне­сут и вол­ка. Мен­ским меща­нам уда­лось отсу­дить у Жижем­ских и в сего­дняш­нем Мин­ске извест­ные рай­о­ны — Суха­ре­во и Пет­ров­щи­ну. Хочет­ся обра­тить вни­ма­ние на яркие бело­рус­ские топо­ни­мы, имев­ши­е­ся в упо­мя­ну­тых в доку­мен­тах рай­о­нах: уро­чи­ща Бичи­жо­вые Кам­ни, Мос­ка­ли­хи, Друш­ля­ков­щи­на, Попов­ка, Кар­пов Лог. Так что не пра­вы те, кто, созер­цая серые ряды мно­го­эта­жек «спаль­ных» рай­о­нов, счи­та­ют, что здесь не было сво­ей истории.Письма Жизем­ско­го Яна, адре­со­ван­ное мин­ско­му под­ко­мо­рию по судеб­но­му делу его с Вол­ком, и опи­са­ние гра­ниц им. Суха­ре­ве и Пет­ров­щи­на. 1573-1645 гг., пол., д. 2194.Заявления воз­но­го о вру­че­нии пове­сток в суд вла­дель­цу им. Венд­ко­ви­чи Мин­ско­го воев. Яну Жизем­ско­му по иску Кришто­фа Каве­чин­ско­го. 1645 г., ста­ро­бел., д. 2206.ЛИТОВСКИЙ ГОСУ­ДАР­СТВЕН­НЫЙ ИСТО­РИ­ЧЕ­СКИЙ АРХИВ. ВИЛЬНЮС.
ФОНД 1280 — «РАД­ЗИ­ВИЛ­ЛЫ, КНЯЗЬЯ»
Ян Яро­ше­вич умер, оста­вив тро­их сыно­вей. Вдо­ва его вышла замуж за пана Эйсмон­та и… сно­ва ста­ла судить­ся. Когда один из судов поста­но­вил, что быв­шая пани столь­ни­ко­ва долж­на вер­нуть ист­цам более трех тысяч золо­тых, пани Анна посту­пи­ла так же, как ее сво­я­че­ни­ца Зося: не пусти­ла в име­ние судеб­но­го испол­ни­те­ля. Далее сце­на­рий тот же: за сопро­тив­ле­ние суду — «бани­ция», «выво­ла­нье»… Кото­рое пани Анна бла­го­по­луч­но проигнорировала.
Ян Жыж­эм­скі, сын Яра­ша Жыж­эм­ска­га, ста­рас­ты судо­ва­га і суддзі зем­ска­га Рэчыц­ка­га паве­та на 1582 год (1), атры­маў пры­вілей на ўрад 12 каст­рыч­ніка 1640 года, па ады­ход­зе Аляк­сандра Жыж­эм­ска­га на іншы, як тады пісалі ў даку­мен­тах, «больш пожы­точ­ней­шы» (2) урад чэс­ніка Вяліка­га княст­ва Літоўска­га. Пры­чым столь­нікаўства Мен­скае Ян Яра­шавіч Жыж­эм­скі, па нашых мер­ка­ван­нях, атры­маў не без да-
памо­гі свай­го стры­еч­на­га бра­та, няг­лед­зячы на былыя ў іх у міну­лым вялікія непа­ра­зу­мен­ні ў спра­ве вало­дан­ня спад­чы­най памёр­ша­га Яна Янаві­ча Жыж­эм­ска­га, пер­ша­га столь­ніка Мен­ска­га з іх сям’і. Зве­стак пра яго жыц­цё знай­с­ці ўда­ло­ся вель­мі мала, але і гэта даз­ва­ляе нам хоць кры­шач­ку дама­ля­ва­ць агуль­ны малю­нак жыц­ця шлях­ты таго часу. Пачы­на­ю­чы ад 1641 года, як два­ранін кара­леўскі быў вызна­ча­ны разам з Фран­цыс­кам Коса­коўскім у камісію па пра­вер­цы пра­воў на вало­данне Пузы­на­мі мает­на­сця­мі Няста­навічы і Дзві­но­са. Міка­лай Есман, кара­леўскі рот­містр і пад­ча­шы Мен­скі, даб­іў­ся ад караля
пра­ва пра­вяд­зен­ня дахад­ж­эн­ня (пра­вер­кі закон­на­сці тры­ман­ня мает­на­сці яго цяпе­раш­ні­мі ўла­даль­ні­ка­мі) для прызнан­ня гэта­га маёнт­ка лен­ным ула­дан­нем. Аднак яшчэ Жыгі­монт Аўгуст сваім пры­віле­ем ад 21 ліста­па­да 1561 года надаў гэтае менне Пят­ру Ціма­фе­еві­чу кня­зю Пузы­ну (3), потым пер­ша­му вой­ска­му Мен­ска­га ваявод­ства, на веч­на­сць. Знай­с­ці ў кні­гах Мет­ры­кі кан­цы­лярыі Вяліка­га княст­ва Літоўска­га гэты даку­мент ака­за­ла­ся немаг­чы­мым, і вялікія кара­леўскія камі­са­ры ў 1646 год­зе шля­хам апы­тан­ня мяс­цо­вых жыха­роў, шлях­ці­чаў і пад­да­ных, спра­ба­валі ўста­наві­ць, ці памя­та­ю­ць яны, што калі-небудзь, у міну­лым, Няста­навічы і Дзві­но­са з’яўляліся кру­ляўш­чызна­мі (4) —
г. зн. нале­жалі скар­бу. Нема­ла­важ­ным для Міка­лая Есма­на ў гэтых абставі­нах было тое, што Ян Яра­шавіч Жыж­эм­скі быў жана­ты з дач­кой Міка­лая Есма­на — Ганне Міка­ла­е­вай Есма­на­вай, пад­ча­шан­кай Мен­скай. Зра­зу­ме­ла, што вынік раш­эн­ня суда мож­на было прад­ка­за­ць яшчэ на пер­ша­па­чат­ко­вай ста­дыі рас­сле­да­ван­ня: яно буд­зе на кары­с­ць кара­леўска­га рот­міст­ра. Пры гэтым Ян Яра­шавіч Жыж­эм­скі ў якас­ці кара­леўска­га два­рані­на яшчэ ў лютым 1641 года (5) увеў Міка­лая Есма­на ў вало­данне Няста­наві­ча­мі. Аднак бра­ты Пузы­ны не пагад­зілі­ся з такі­мра­ш­эн­нем судоў княст­ва і яшчэ доў­га спра­ба­валі аспр­эчы­ць яго, хаця спра­ва ака­за­ла­ся для іх беспаспяховай.
Жыў Ян Яра­шавіч Жыж­эм­скі ў сяд­зі­бе, раз­меш­ча­най у самым цэн­тры тага­час­на­га Мен­ска насу­пра­ць Рату­шы, каля дамоў, дзе жылі Рыгор Друц­кі Гор­скі, ста­рас­та Аршан­скі, і Кры­штоф на Бак­штах Завіша,
пісар ВКЛ. Дом быў пра­дад­зе­ны пас­ля пажа­ру ў 1641 год­зе за небла­гую суму — 600 коп суж­эн­ству Юрыю Гара­бурд­зе і Кры­с­ціне Заві­шан­цы (6).

Як і ўся шлях­та, адчу­ваў вост­ры неда­хоп гра­шо­вых срод­каў і для павеліч­эн­ня іх коль­кас­ці ўжы­ваў самыя роз­ныя спо­са­бы. Так, адзін спо­саб, што быў даволі папу­ляр­ны у тыя часы і не толь­кі Янам Жыж­эм­скім, аба­піраў­ся на пошук люд­зей, маю­чых знач­ныя зямель­ныя багац­ці, але не маю­чых сур’ёзнай пад­т­рым­кі на верх­ніх павер­хах ула­ды. Такія асо­бы праз кан­цы­лярыю Вяліка­га княст­ва аб’яўляліся
люд­зь­мі про­ста­га ста­ну, без пра­ва, згод­на са Ста­ту­там ВКЛ, тры­ма­ць «доб­ры шля­хец­кія». Гора было для іх, калі яны не мелі даку­мен­таў на пац­вяр­дж­энне свай­го шля­хецтва і пры­вілея на атры­манне гэтых зямель­ных ула­дан­няў. Ян Жыж­эм­скі, столь­нік Мен­скі, і яго жон­ка пані Ган­на Міка­ла­е­вая Есма­на­вая, столь­ні­ка­вая Мен­ская, даб­ілі­ся атры­ман­ня даку­мен­та на аб’яўленне бра­тоў Мацея, Андр­эя, Іва­на, Мар­ці­на, Паў­ла і Калістра­та Хаце­еві­чаў Супра­ноўскіх люд­зь­мі про­ста­га ста­ну, без пра­ва тры­ма­ць у Мсціслаўскім ваявод­стве сёлы Афіро­вічы, Кароб­чын і Арма­наў. Спра­ва раз­гля­да­ла­ся 11 верас­ня 1641 года ў асэ­с­ар­скім суд­зе, і насу­перак жадан­ням Жыж­эм­скіх кара­леўскі дэкр­эт пацверд­зіў пра­вы Хаце­еві­чаў Супра­ноўскіх на тры­манне грун­тоў, якія яны атры­малі яшчэ ў 1631 год­зе па кара­леўскім дэкр­эце, як каду­ко­выя (пас­ля смер­ці люд­зей, якія не пакі­нулі спад­чын­нікаў) 43.

На пра­ця­гу доў­га­га часу суд­зіў­ся з Мен­скі­мі мес­ці­ча­мі з-за грунтоў
Суха­ра­ва і пры­лег­лых да яго зем­ляў Пятроўш­чы­ны. Раней гэтыя землі
нале­жалі, ці былі, як цяпер кажу­ць, «пры­ва­ты­за­ва­ны­мі», было­му вой­ту Менска­му Кар­эй­ву яшчэ пры Жыгі­мон­це Аўгу­с­це. У 1622 год­зе Яраш Жыж­эм­скі, баць­ка Яна, купіў зем­лі Суха­ра­ва і Пятроўш­чы­ны ў
нашчад­каў было­га вой­та Вой­ц­э­ха і Пят­ра Кар­эй­вы. У 1636 год­зе пані Геле­на Кан­стан­ці­на­вая Кар­эй­ва­вая пра­да­ла яму ж заста­ваў­шу­ю­ся ў яе вало­дан­ні чацвёр­тую част­ку былых вой­таўскіх зем­ляў. Рэаль­ныя прэт­эн­зіі на гэтыя зем­лі былі і ў нашчад­каў Кры­што­фа Служ­кі, ваяводы
Вен­д­эн­ска­га. Яго сын Рафал Аляк­сандр Служ­ка спра­ба­ваў праз суд атры­ма­ць гэтыя зем­лі ў сваю ўласна­сць. Суд прызнаў больш слуш­ны­мі дока­зы Яна Жыж­эм­ска­га. Выра­шы­ць жа спра­ву з Мен­скі­мі мес­ці­ча­мі ў сваю кары­с­ць, як гэта атры­ма­ла­ся ў выпад­ку судо­вай спра­вы з Рафа­лам Служ­кам, з пер­ша­га пады­хо­ду не атры­ма­ла­ся. Горад прад­ставіў дока­зы, што некалі гэтыя зем­лі нале­жалі жыхар­цы гора­да Мен­ска Кацярыне, якая была ў шлю­бе з Кас­прам Кар­эй­вам, былым вой­там Менскім.

Гэтыя зем­лі пачы­налі­ся ад урочыш­ча Бічы­жо­выя Камяні і цяг­нулі­ся да
Друш­ля­коўш­чы­ны, а потым ішлі да ўрочыш­ча, назва­на­га імем Мас­каліхі, да Папоўкі і адтуль да Кар­па­ва­га Лога і даход­зілі зноў да Суха­ра­ва мен­ня і фаль­вар­ка Пятроўш­чы­на 44. Было выра­ша­на на самым высо­кім узроўні ўтва­ры­ць кара­леўскую камісію, якая і павін­на была на мес­цы раза­брац­ца ў самыя карот­кія тэр­мі­ны з сут­на­сцю спра­вы і
вызна­чы­ць пры­на­леж­на­сць суха­раўскіх зем­ляў. Памёр да каст­рыч­ніка 1649 года 45.

Пас­ля смер­ці Яна Жыж­эм­ска­га, столь­ніка Мен­ска­га, яго жон­ка Ган­на Есма­наў­на, пас­ля мая 1649 года і да верас­ня 1653 года паўтор­на ўсту­пі­ла ў шлюб з Фран­цыс­кам Ейсі­мон­там. Апош­нія гады свай­го жыц­ця вяла бяс­кон­цыя судо­выя пра­ц­э­сы з Аляк­сандрам Багу­фа­лам і Кры­сты­най Вяж­э­ві­ча­вай, патра­ба­ваў­шых вяр­тан­ня пазы­кі, ула­ка­ва­най у Верб­кавічы. Уся сума з судо­вы­мі наліч­эн­ня­мі скла­да­ла няма­ла — 3388 коп гро­шай у літоўс­кай ліч­бе. Пас­ля таго як Ган­на Есма­наў­на, былая Яна­вая Жыж­эм­ская, столь­ні­ка­вая Мен­ская, а цяпер Фран­цы­с­ка­вая Ейсі­мон­та­вая не дапус­ці­ла ў сваё менне кара­леўска­га два­рані­на на спа­гнанне гро­шай, Галаў­ны Тры­бу­нал абвяс­ціў на яе бані­цыю і асуд­зіў на выва­ланне 46. Аднак гэтае раш­энне кара­леўска­га асэ­с­ар­ска­га суда не пас­таві­ла кроп­ку ў шмат­га­до­вым судо­вым пра­ц­э­се, давёў­шым бакі да поў­на­га знясі­лен­ня: спра­ва пра­ця­г­ва­ла­ся яшчэ і ў 1670 год­зе, але вяла­ся яна ўжо сынам Аляк­сандра Багу­фа­ла панам Рафа­лам Саму­элем Багу­фа­лам. Зноў на Ган­ну Есма­наў­ну і Фран­цы­ска Ейсі­мон­та была аб’яўлена бані­цыя і выва­ланне, але гэта іх мала хва­ля­ва­ла. Ад пер­ша­га мужа у Ган­ны Есма­наў­ны заста­ло­ся трое сыноў: Яраш, Ян і рана памёр­шы Адам, пад­ка­мо­ры Мозыр­скі 47.
Крыніцы:
1. АВАК, т. 36, л. 14.
2. НГАБ. КМФ 18, воп. 1, с. 113, л. 560.
3. НГАБ. ф 1769, воп. 1, с.25, л. 742–743.
4. НГАБ. кмф 18, воп. 1, с. 120, л. 633–635.
5. НГАБ. кмф 18, воп. 1, с. 319, л. 816.
6. НГАБ. ф 1727, воп. 1, с.3, л. 250.
7.
8.
9.

Жена: ГАН­НА МИКО­ЛА­ЕВ­НА ЭСМА­НОВ­НА (2-й муж Эйсмонт)

44/35. КНЖ. БОГ­ДА­НА ЯРО­ШЕВ­НА ЖИЖЕМСКАЯ

Joachim Chreptowicz i Kasper Niesiecki, dają Aleksandrowi za żonę, tylko córkę Bohdana Hieronima Żyżemskiego podkomorzego mozyrskiego, w roku jego śmierci 1620 48. Żyżemska, była zapewne drugą żoną Aleksandra. Trudno bowiem uwierzyć, aby oj.ciec Aleksandra nie wiedział z kim ożenił się jego syn. Ślub Bohdany Ży:i;emskiej z Alek.sandrem Chreptowiczem odbył się Wierzbkowicach pod Mińskiem 9 lutego 1620 r. 49.

М. (1620) АЛЕК­САНДР ХРЕБТОВИЧ

хх/хх. МАРИ­АН­НА N.

М. СТА­НИ­СЛАВ ДЗЕВАЛТОВСКИЙ

хх/хх. ПОЛО­НИЯ

45/36. КН. ЯН ПЕТ­РО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (?—1635).

столь­нік Мен­скі (люты 1633 — да кан­ца 1635), Він був сином кня­зя Яна Жижемсь­ко­го. За іншою вер­сією — він «син Пет­ра Яро­ше­ви­ча» Жижемсь­ко­го (онук Яро­ша Іва­но­ви­ча Жижемсь­ко­го, і був під­ко­морієм мінським).

Мы ўжо гава­ры­лі раней, што такія высо­кія ўра­ды, як ура­ды столь­ны­каў і пад­століяў ваявод­стваў і паве­таў, у пер­шай пало­ве XVII ста­годдзя нада­валі­ся люд­зям, добра пра­явіў­шым сябе у часы вой­наў і пахо­даў, як узна­га­ро­да за пра­яў­ле­ны гераізм. Усё гэта ў поў­най меры адно­сіла­ся і да асо­бы Яна Жыж­эм­ска­га. Асноў­ным маты­вам надан­ня яму тако­га ўра­да было прызнанне несум­нен­ных заслу­гаў Яна Жыж­эм­ска­га перад краі­най, яго гераізм, пра­яў­ле­ны ім у часы так зва­най Ста­ра­ду­баўс­кай вай­ны і пахо­ду ў Вала­хію. Кара­леўскі пры­вілей на наданне Яну Жыж­эмска­му ўра­да столь­ніка Мен­ска­га ваявод­ства быў пад­пі­са­ны ў лютым 1633 года. Спа­вя­даў пра­васлаўе і лічы­ў­ся адным з най­больш адда­ных пры-хіль­нікаў гэта­га вера­вы­знан­ня ў межах Мен­ска­га ваявод­ства. Акты­ў­на удзель­ні­чаў у фун­да­ван­ні цэрк­ваў і мана­сты­роў. Разам з усім пра­васлаў­ным людам Мен­ска 2 чэрве­ня 1633 года спра­ба­ваў даб­іц­ца выка­нан­ня кара­леўска­га пры­вілея, выда­на­га толь­кі што абра­ным кара­лём Поль­скім і Вялікім кня­зем Літоўскім Улад­зі­сла­вам IV, на пера­да­чу пра­васлаў­ным вер­ні­кам Мен­скай царк­вы свя­той Трой­цы, некалі захопле­най унія­та­мі. Урад столь­ніка зай­маў нядоў­га, і ужо па яго смер­ці, да люта­га 1635 года, пры­вілей на ўрад столь­ніка быў надад­зе­ны Аляк­сан­дру Жыж­эмска­му. Пас­ля смер­ці Яна Янаві­ча Жыж­эм­ска­га, столь­ніка Мен­ска­га, уліч­ва­ю­чы адсут­на­сць нашчад­каў, менне Еўці­ке­евічы перай­шло да Аляк­сандра Жыжэмскага.

Ж. КРИ­СТИ­НА ППЕТ­РОВ­НА ТИШ­КЕ­ВИЧ, дочь Пет­ра Тиш­ке­ви­ча (2-й муж-Горский).

[НГАБ. КМФ 18, воп. 1, с. 109, л.2. «Собра­ние древ­них гра­мот и актов горо­дов Мин­ской губер­нии…», л. 170. НГАБ. КМФ 18, воп. 1, с. 111, л. 231.]

46/37. КН. АДАМ ПЕТ­РО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1616,1640)

хару­жы мазыр­скі ад 1621. 1616, фев­раль — Адам Жыж­эм­скі дамо­віў­ся пра шлюб з Ядві­гай, дач­кой Яна Цымін­ска­га і Гальш­кі. Вясел­ле было прызна­ча­на на 31 студ­зе­ня 1616 г. Калі ѐн пры­ехаў да няве­сты са сваі­мі сяб­ра­мі, то Ядві­га была ўжо заму­жам за іншым. Гэта ста­ла пры­чы­най для скар­гі ва ўлад­зі­мір­скі грод­скі суд (1616), о чем доно­си­ли Доне­се­ние ввоз­ных о том, что Галш­ка Цимин­ская, зару­чив свою дочь Ядви­гу за кня­зя Ада­ма Жижем­ско­го, тай­но от него выда­ла ее замуж за дру­го­го. 1616 года, февраля.

W 1629 roku testament marszałka brzeskiego Jerzego Samsona Podbereskiego, na mocy którego zapisywał m.in. fundusz na zbór, szpital i szkołę w Dziewałtowie, podpisał — obok ewangelików: Tomasza Wolana i Jana Szwykowskiego — Adam Żyżemski, podkomorzy mozyrski128, syn Piotra Jaroszewicza.

Ж. КРИ­СТИ­НА САМУ­И­ЛОВ­НА НЕМЕТ 50.

47/38. КН. АЛЕК­САНДР КРИШТО­ФО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1615- кра­савік 1645)

пака­ё­вы два­ранін, лясь­нічы аран­скі й пера­лай­скі, столь­нік мен­скі 14.02.1635 — да 31.10. 1640, чаш­нік ВКЛ 31.10. 1640 — да 03.1643, пад­столі ВКЛ 03.1643 — 04.1645 51.

У 1635 разам з паса­дай мен­ска­га пад­столія атры­маў маёнт­кі Еўці­ке­евічы ў Рэчыц­кім і Кар­по­вічы ў Мазыр­скім паве­тах. З княс­ка­га роду Жыжэмскіх.
9 października 1632 Deputaci z koła poselskiego do komisji korektury prawa litewskiego Aleksander Żyżemski, podstarości miński pow. mińskiego.
Аляк­сандр Жыж­эм­скі, пака­ё­вы два­ранін кара­ля Улад­зі­сла­ва IV, мяно­ва­ны столь­ні­кам ваявод­ства Мен­ска­га пас­ля смер­ці Яна Янаві­ча Жыж­эм­ска­га пас­ля 14 люта­га 1635 года. У пры­вілеі на вёс­ку Еўці­ке­евічы, што раней нале­жа­ла памёр­ша­му Яну Жыж­эмска­му, дата­ва­ным 14 люта­га, Аляк­сандр Жыж­эм­скі яшчэ мяну­ец­ца пака­ё­вым два­рані­нам 52. На жаль, сам пры­вілей нам не давя­ло­ся адшукаць.

На ўрад­зе столь­ніка Мен­ска­га пра­быў да 31 каст­рыч­ніка 1640 года, калі па ады­ход­зе Антонія Яна Тыш­кеві­ча быў мяно­ва­ны чэс­ні­кам ВКЛ, а ўжо ў сакавіку 1643 года, згод­на з А. Раху­бам, быў мяно­ва­ны на пад­столія ВКЛ 53. Узлёт Аляк­сандра Жыж­эм­ска­га ў верх­нія сфе­ры ўла­ды ВКЛ быў неча­ка­на пера­пы­не­ны яго­най смер­цю: у 1645 год­зе яго­ная жон­ка, пані Зося з Фуль­шты­на Гер­буль­таў­на Аляк­сандра­вая Жыж­эм­ская, пад­столі­на ВКЛ, сама­стой­на вяла судо­выя спра­вы з крэды­то­ра­мі і памеж­ны­мі сусед­зя­мі. Спра­вы час­цей за ўсё ішлі аб пазы­ках, ула­ка­ва­ных — г. зн. забяс­пе­ча­ных коштам якой-небудзь мает­на­сці — на менне Засул­ле, раз­меш­ча­нае ў Мен­скім ваяводстве.

Ужо 14 люта­га 1635 года атры­маў кара­леўскі пры­вілей на менне Еўці­ке­евічы 54, што раней нале­жа­ла памёр­ша­му Яну Янаві­чу Жыж­эмска­му, было­му столь­ніку Менска­му. Стры­еч­ныя бра­ты, якія раз­ліч­валі так­са­ма на ней­кі кава­лак спад­чы­ны па памёр­шым, паз­валі Аляк­сандра Жыж­эм­ска­га ў суд. Спра­ва цяг­ну­ла­ся даволі доў­га. Ужо ў кра­савіку 1636 года асэ­с­ар­скім судом быў выда­ны дэкр­эт па судо­вай спра­ве паміж Жыж­эм­скі­мі — стры­еч­ны­мі бра­та­мі Янам Яра­шаві­чам, Пятром і яго жон­кай Кры­сты­най Сала­мя­р­эц­кай з адна­го боку і Аляк­сандрам Жыж­эм­скім, два­рані­нам кара­леўскім, столь­ні­кам Мен­скім, па іх прэт­эн­зіях на пра­ва вало­дан­ня мает­на­сцю Еўці­ке­евічы (Еўтуш­кевічы) у Рэчыц­кім і Кар­по­вічы ў Мозыр­скім паве­тах. Для Яна Яра­шаві­ча і Пят­ра Жыж­эм­скіх спра­ва ўсклад­ня­ла­ся тым, што, будучы наб­лі­жа­ным да кара­леўс­кай асо­бы, Аляк­сандр Жыж­эм­скі, у абы­ход іншых крэў­ных, пас­пеў атры­ма­ць кара­леўскі пры­вілей на Еўці­ке­евічы і Кар­по­вічы як на лен­ныя на пажыц­цё­вае ўла­данне імі. Добра, што ў стры­еч­ных бра­тоў заха­валі­ся нека­то­рыя даку­мен­ты на гэтыя мает­на­сці. Зра­зу­ме­ла, што знай­с­ці што-небудзь у Мет­ры­цы Вяліка­га княст­ва за мінулыя гады было даволі цяж­ка, ды і, зда­ец­ца, доступ да кніг самой Мет­ры­кі быў абме­жа­ва­ны. Ян і Пётр Жыж­эм­скія ў суд­зе давя­лі, што гэтыя мает­на­сці, Жыгі­мон­там Аўгу­стам былі надад­зе­ны 24 сакавіка 1565 года на веч­на­сць кара­леўс­ка­му зямяні­ну Андр­эю Голу­бу. Яшчэ ў 1601 год­зе яго­ны сын Станіслаў Андр­эевіч Голуб за 1600 коп (цана мает­на­сці паказ­вае, што спра­ва каш­та­ва­ла таго, каб за яе пас­пра­чац­ца) пра­даў баць­ку Яна Жыж­эм­ска­га, так­са­ма Яну, гэтыя мает­на­сці 55. Ян і Пётр Жыж­эм­скія зма­глі аба­рані­ць у суд­зе свае пра­вы на част­кі гэтых маетнасцяў.

Аляк­сандр Жыж­эм­скі, пад­столі ВКЛ, пакі­нуў трох сыноў: Тама­ша, пад­ка­мо­ра­га Мен­ска­га ў 1670—1680 гг., Стэфа­на і Кры­што­фа, а так­са­ма дач­ку Ган­ну. Пас­ля смер­ці мужа пані Зося з Фуль­шты­на Гер­бул­таў­на паўтор­на ўсту­пі­ла ў шлюб з Міха­лам Франц­кеві­чам Рад­зі­мін­скім, ста­рас­там Аран­скім і Пяр­э­лай­скім 56. Пад­зел спад­чы­ны па памёр­шым баць­ку і ўступ­ленне маціі ў новы шлюб пры­вя­лі да ўзнік­нен­ня варо­жас­ці ў сям’і. Зося Гер­бул­таў­на, былая Аляк­сандра­вая Жыж­эм­ская, пад­столі­на ВКЛ, а цяпер Міха­ла­вая Франц­кеві­ча­вая Рад­зі­мін­ская, ста­рас­ці­на Аран­ская і Пяр­э­лай­ская, як піша ў поз­ве ў суд яе сын Стэфан, «усю спад­чы­ну, гро­шы, маё­мас­ць па даку­мен­ту без под­пі­саў печа­та­роў (свед­каў), толь­кі з под­пі­сам рукі баць­кі забра­ла сабе».

На 20 снеж­ня 1647 года Вац­лаў Гор­скі, хару­жыц Вілен­скі, і яго жон­ка Кацяры­на Тыш­кеві­чаў­на паз­валі ў суд асэ­с­ар­скі Тама­ша, Стэфа­на і іх сяст­ру Ган­ну. Спра­ва раней ужо раз­гля­да­ла­ся ў Галаў­ным Тры­бу­на­ле ў часе яго паседжан­ня ў Мен­ску, але да выра­ш­эн­ня спра­вы было
яшчэ далё­ка. Да ўдзе­лу ў суд­зе была пазва­на і маці Жыж­эм­скіх — пані Зося Аляк­сандра­вая Жыж­эм­ская, пад­столі­на ВКЛ, з яшчэ адным сынам — Кры­што­фам. Спра­ва тычы­ла­ся вяр­тан­ня гро­шай у суме 2010
поль­скіх зло­тых, некалі пазы­ча­ных і ўла­ка­ва­ных усё ў тое ж Засулле.
Жыж­эм­скія пра­явілі харак­тар і не дапус­цілі кара­леўска­га два­рані­на ў Засул­ле для выка­нан­ня спа­гнан­ня гро­шай, уклю­ча­ю­чых не толь­кі суму пазы­кі, але і судо­выя наліч­эн­ні. За супра­ціў­ленне выка­нан­ню дэкр­эта Галаў­но­га Тры­бу­на­ла 12 люта­га 1648 года на ўсіх Жыж­эм­скіх была выне­се­на бані­цыя, і яны абвяш­чалі­ся выва­лан­ца­мі — г. зн. ім заба­ра­ня­ла­ся пра­жы­ванне ў межах краі­ны 57. Кры­штоф Жыж­эм­скі, пад­століч Вяліка­га княст­ва Літоўска­га, доў­га хвар­эў і памёр да студ­зе­ня 1652 года, не пакі­нуў­шы нашчад­каў 58.

Жена: СОФИЯ (ЗОСЯ) ГЕР­БУЛЬТ З ФУЛЬ­ШТЫ­НУ (2-й брак — Міхал Франц­кевіч-Рад­зі­мін­ский). Zofia Joanna Żyżemska podstolina na popisie 28.06.1648 r. chorągiew ziemska smoleńska w jej zastępstwie stawił się czeladnik 59.

48/38. КН. ТОМАШ КРИШТО­ФО­ВИЧ (1645,— каля 1675)

пад­ка­мо­ры мен­скі ад 1647, у 1660 удзель­ні­чаў у вайне Расеі з Рэч­чу Пас­палітай 1654—1667

Ж. ЭЛЬЖ­БЕ­ТА (ГАЛЬШ­КА) КРИШТО­ФОВ­НА КИШ­КА, дочь гетьма­на Krzysztof (†1646); dworzanin królewski 1631, cześnik litewski 1632, woj. mścisławski 1636, witebski 1639; ×1 [p. 1634] и Regina ks. Hołowczyńska (†1640); (1°-v. Piotr Tyszkiewicz Łohojski, kaszt. miński); ×2 [p. 1642] Katarzyna ks. Żylińska († zapewne 1646).

49/38. СТЕ­ФАН КРИШТО­ФО­ВИЧ (+1647)

На пра­ця­гу амаль пяці гадоў доў­жы­ла­ся судо­вая спра­ва з жон­кай памер­ла­га Аляк­сандра Жыж­эм­ска­га, было­га столь­ніка мен­ска­га, а потым і пад­столія ВКЛ, пані Зосяй Гер­буль­таў­най і яе сына­мі: Стэфа­нам, кара­леўскім рот­містрам, і Тама­шом, будучым пад­ка­мо­ры­ем мен­скім. Па дэкр­эту судоў ВКЛ ад 14 чэрве­ня 1646 г. на яе ўсклалі да выпла­ты вяліз­ную суму пеня­зей (штра­фаў і судо­вых накла­даў) — 10 650 коп [НГАБ. КМФ-18. Воп. 1. Спр. 328., л. 218]. Зда­ец­ца, што кошт усёй маёт­на­сці Засул­ле, на якое ўскла­да­ла­ся выпла­та гро­шай, не мог забяс­пе­чы­ць выка­нанне гэта­га судо­ва­га дэкр­эта. Жыж­эм­скія не ска­ры­лі­ся. Літа­раль­на праз дзве тыд­ні, менавіта 30 чэрве­ня гэта­га ж года, Стэфан Жыж­эм­скі з пад­т­рым­кай Міка­лая Богу­ша, хару­жа­га мозыр­ска­га, зяця Тэа­до­ра Валад­ко­ві­ча, вой­ска­га і суддзі грод­ска­га мен­ска­га, род­на­га бра­та Кры­што­фа, учы­няе, «… не баю­чы­ся суда боска­га…», як пра гэта пісалі на той час у скар­гах, злос­ны напад на ула­дан­ні піса­ра зем­ска­га мен­ска­га. У дад­а­так да ўся­го гэта­га, Жыж­эм­скія, сабраў­шы натоўп пад­да­ных і слуг, не дапус­цілі ў Засул­ле скар­бо­ва­га два­рані­на, накіра­ва­на­га ў маён­так для спа­гнан­ня вызна­ча­най сумы. Бара­ць­ба ішла з пера­мен­ным поспе­хам. Жыж­эм­скія не тра­ця­ць час дар­ма: ужо 18 сакавіка 1647 г. яны атрым­лі­ва­ю­ць суб­ле­ва­цыю (адт­эр­мі­ноўку) на выка­нанне пры­су­ду. Аднак літа­раль­на праз шэс­ць дзён Кры­штоф Валад­ко­віч «за супра­ціў­ленне дэкр­эту ГТЛ» атрым­лі­вае новы бані­цый­ны ліст на Жыж­эм­скіх 60. У жніўні гэта­га ж года Жыж­эм­скія атрым­лі­ва­ю­ць дру­гую суб­ле­ва­цыю на бані­цыю ад Валад­ко­ві­ча, а 8 каст­рыч­ніка — яшчэ адну 61.

50/38. ПЕТР {ПЕТ­РО­ВИЧ, ЯНО­ВИЧ, КРИШТО­ФО­ВИЧ, ЯРОШЕВИЧ}

51/38. КН. АНДРЕЙ {КРИШТО­ФО­ВИЧ}

książę Andrzej Żyżemski, młody, 20 letni osobnik, ulubiony dworzanin pokojowy księcia Konstantego Wiśniowieckiego. Wesoły, bezpośredni, otwarty, wylewny — idealne przeciwieństwo pana Obuchowicza…Czasem aż za bardzo ich «przeciwstawność» rzuca się w oczy…

XXIII генерация от Рюрика.

53/43. КН. ЯРОШ-ГИЛЯ­РИЙ ЯНОВИЧ

Скарб­ник минский.

54/43. КН. ЯН-ЮРИЙ ЯНОВИЧ

Скарб­ник мин­ский 62.

вичах за 7000 ало­тыхъ 62,

Ж. КНЖ. ЕКА­ТЕ­РИ­НА ГЕД­РОЙЦ 62.

52/43. КН. АДАМ ЯНО­ВИЧ (1674,†1683/1690)

мин­ский столь­ник; в 1674 г. под­пи­сал элек­цию коро­ля Яна III 63; в 1676 г. полу­чил от бра­та, кня­зя Яна-Гиля­рия, в залог име­ние Сло­бод­ки с дер. Рылов­щи­ной 62; в 1677 г. купил у него же его части в вот­чине Верб­ко­ви­чи, Пет­ров­щине, Суха­ре­ве и Бри­де­ви­чах за 7000 зло­тых 62; мин­ский лов­чий посл 1677 г. 62; 30 июня 1683 г. купил, вме­сте с женой, у еврея Руби­на Тове­лю­ви­ча (Иове­ли­но­ви­ча) дере­вян­ный дом, пив­ни­цу и вино­кур­ню в г. Мин­ске за 700 злот. 62.

Женат на Ека­те­рине Олен­дзкой, доче­ри вол­ко­выс­ска­го мар­ша­ла 62, вто­рым бра­ком вышла за Дани­э­ля Овло­чим­ско­го. Даніел Аўла­чым­скі, нашча­дак даў­ня­га баяр­ска­га роду Гне­ва­шаў, парад­нілі­ся з Чар­та­рый­скі­мі. Дач­ка Сямё­на Чар­та­рый­ска­га ўсту­пі­ла ў шлюб з Фёда­рам Гне­ва­ш­э­ві­чам і пры­нес­ла ў пасаг палаві­ну Лагой­ска, праў­да, потым, пас­ля смер­ці Гне­ва­ш­э­ві­ча, уступ­лен­ную Васі­лю Тыш­кеві­чу, кара­леўс­ка­му два­рані­ну. Нашчад­кі Фёда­ра Гне­ва­ш­э­ві­ча ў 1600 год­зе, назва­ныя ўжо кня­зя­мі Аўла­чым­скі­мі па мает­на­сці Аўла­чым у Нава­га­род­скім ваявод­стве, пас­пра­ба­валі вяр­ну­ць част­ку стра­ча­най некалі мает­на­сці, але бес­пас­пя­хо­ва. Род Аўла­чым­скіх най­больш вядо­мы ў межах Нава­га­род­ска­га і Мен­ска­га ваявод­стваў. У Мен­скім ваявод­стве ўжо ў пачат­ку XVII ста­годдзя ім нале­жа­ла мает­на­сць Вялікія, або Кух­міс­цер­скія Беся­ды з пры­ля­га­ю­чы­мі фальваркамі.

У пер­шай пало­ве XVII ста­годдзя акты­ў­ны ўдзел у палітыч­ным жыц­ці княст­ва пры­малі тры бра­ты Аўла­чым­скія: Павел, архімандрыт
Улад­зі­мір­скі і Коб­рын­скі, Юзэф, спа­чат­ку суддзя грод­скі Мен­скі, а потым пас­ля­доў­на пад­су­дак і суддзя зем­скі Мен­скі, і Мак­сі­міліян. Як адзна­ча­на ў кара­леўскіх пры­віле­ях, бра­ты ў мала­дыя гады «не літу­ю­чы сва­ёй кры­ві і гор­ла», пры­малі ўдзел ва ўсіх ваен­ных экс­пе­ды­цы­ях, як тады назы­валі вой­ны. Баць­ка Даніе­ля Аўла­чым­ска­га, Мак­сі­міліян, па нашых звест­ках, не зай­маў нія­кіх ура­даў. Мак­сі­міліян Аўла­чым­скі, акра­мя Даніе­ля, меў яшчэ адна­го сына, Ваўрын­ца, які вель­мі рана памёр і быў паха­ва­ны ў Хата­евіц­кім касцёле.

Даніел Кар­нелі Аўла­чым­скі быў двой­чы жана­ты. Пер­шая яго жон­ка Зося Валаш­коў­на жыла яшчэ ў 1667 год­зе. На 12 ліпе­ня гэта­га года ў Мен­скім грод­скім суд­зе слу­ха­ла­ся спра­ва, узбуд­жа­ная Станіславам
Свір­скім, на той час яшчэ пад­суд­кам Мен­скім, супра­ць Пят­ра Капаш­ч­эўска­га, пад­столія Мен­ска­га 64. Аказ­ва­ец­ца, у час захо­пу Мен­ска­га ваявод­ства мас­коўскі­мі вой­ска­мі яго сын ства­рыў даволі буй­ны, каля двац­ца­ці добра ўзбро­е­ных верш­нікаў, атрад, з якім раба­ваў пакі­ну­тыя сяд­зі­бы сваіх сусед­зяў. Уся захопле­ная рухо­мас­ць звозіла­ся ў Меду­ха­ва каля Лагой­ска на заха­ванне пані Зосі Валаш­ко­вай Даніе­ле­вай Аўла­чым­скай. З дзя­цей, народ­жа­ных ў гэтым шлю­бе, нам даклад­на вядо­мы толь­кі адзін сын — Андр­эй Аўла­чым­скі, чэс­нік Улад­зі­мір­скі, які памёр неў­за­ба­ве пас­ля шлю­бу з Ядві­гай Ска­ра­ба­га­цян­кай. Ядві­га Ска­ра­ба­га­цян­ка жыла яшчэ ў 1704 год­зе, калі яна пра­вод­зі­ла судо­вы пра­ц­эс з Вале­ры­я­нам Гна­тоўскім, каню­шым Мен­скім 65. У сваім тэс­та­мен­це Даніель Аўла­чым­скі зга­д­вае аб чаты­рох сынах: Казі­мі­ру, Андр­эю, Антоні і Бар­та­ла­мею, але не паказ­вае, ад якой маці яны былі народ­жа­ны. З больш паз­ней­шых даку­мен­таў, 1719 і 1722 гадоў, ста­но­віц­ца зра­зу­ме­лым, што Бар­та­ла­мей, Казі­мір і Антоні былі народ­жа­ны Даніе­лем Аўла­чым­скім у шлю­бе з Кацяры­най Ален­дзь­скай. Так, 15 люта­га 1719 года пані Ган­на Міха­ла­вая Дзя­кон­ская паз­ва­ла Тама­ша, Тэа­фі­ла, буду­ча­га піса­ра грод­ска­га Мен­ска­га, і Яна, намес­ніка Мен­ска­га зам­ка, Жыж­эм­скіх і іх звод­ных бра­тоў, ад адной маці народ­жа­ных, Антоні, Бар­та­ла­мея і Казі­мі­ра Аўла­чым­скіх у суд, патра­бу­ю­чы ад іх вяр­тан­ня пазы­кі, атры­ма­най іх маці, пані Кацяры­най з Ален­дзь­скіх, Даніе­ле­вай Аўла­чым­скай, лоўчы­няй Мен­скай, яшчэ 13 снеж­ня 1706 года і даг­этуль не вер­ну­тай 66.

У дру­гі шлюб Даніел Аўла­чым­скі ўсту­піў, вера­год­ней за ўсё, да 1690 года, пас­ля смер­ці Ада­ма Жыж­эм­ска­га, пад­ка­мо­рыя Мозыр­ска­га паве­та, з яго ўда­вой пані Кацяры­най Ален­дзь­скай, дач­кой Тэа­фі­ла Ален­дзь­ска­га, пад­ка­мо­рыя Ваў­ка­вы­ска­га, у 1686 год­зе абра­на­га мар­шал­кам Галаў­но­га Тры­бу­на­ла ВКЛ 67. Ад пер­ша­га мужа ў Кацяры­ны Ален­дзь­скай засталі­ся сыны: Тамаш, Тэа­філ, будучы пісар грод­скі Мен­скі, і Ян, спа­чат­ку намес­нік Мен­ска­га зам­ка, а потым ней­кі час скарб­нік Мен­ска­га ваявод­ства, Жыж­эм­скія. Як падае ў сваім тэс­та­мен­це сам Даніель Аўла­чым­скі, у шлю­бе з Кацяры­най Ален­дзь­скай нарад­зілі­ся яшчэ дзве дач­кі: Зося і Людвіка, якім быў нака­на­ва­ны шлях у кля­штар. Не ўсе дзе­ці Даніе­ля Аўла­чым­ска­га пра­вя­лі баць­ку ў яго апош­ні шлях. Ён піша ў сваім тэс­та­мен­це, «каб яго паха­валі ў Хата­евіц­кім кас­цё­ле, дзе паха­ва­ны мой брат Ваўры­нец і дзе дзет­кі мае ляжаць».

Патр­эб­на прызна­ць, што Даніел Аўла­чым­скі, лоўчы Мен­скі, паміраў далё­ка не бед­ным чала­ве­кам. Нешта перай­шло ў яго рукі пас­ля смер­ці дзяд­зь­кі Паў­ла Аўла­чым­ска­га, архі­манд­ры­та Улад­зі­мір­ска­га і Коб­рын­ска­га. Кацяры­на з Ален­дзь­скіх пры­нес­ла ў дом доб­ры Суха­ра­ва і Белае і ней­кую част­ку вялі­кай мает­на­сці Верб­кавічы, што была раз­меш­ча­на ў Мозыр­скім паве­це. Праў­да, пас­ля смер­ці яе пер­ша­га мужа Ада­ма Жыж­эм­ска­га, пад­ка­мо­рыя Мозыр­ска­га, заста­ло­ся шмат нявер­ну­тых пазык, і Даніе­лю Аўла­чымска­му прый­ш­ло­ся шмат часу пра­вод­зі­ць у судах Вяліка­га княст­ва Літоўска­га, адстой­ва­ю­чы свае пра­вы на гэтыя мает­на­сці. Ад Служ­кі, ваяво­ды Полац­ка­га, атры­маў у заста­ву мает­на­сць Сялец, якая так і заста­ла­ся ў Даніе­ля Аўла­чым­ска­га 68. Ад Яна Іва­ноўска­га атры­маў Беся­ды, Лука­вец, Зада­рож­жа. Так­са­ма Даніе­лю Аўла­чымска­му нале­жалі грун­ты і ў Няста­наві­чах 69. Як і боль­шас­ць шлях­ты таго часу, будучы вель­мі набож­ным, не пра­мі­наў маг­чы­мас­ці пажы­віц­ца за кошт багац­цяў, што нале­жалі кля­шта­рам. Так, у кан­цы 1692 году спра­ва дай­ш­ла да таго, што Мен­скі жаночы кля­штар бене­дык­ты­нак выму­ша­ны быў прасі­ць аб надан­ні ім заруч­на­га ліста ад кара­ля Рэчы Пас­палітай, які б засце­ра­гаў іх зямель­ныя ўла­дан­ні ад рабун­ку з боку Даніе­ля Аўла­чым­ска­га, лоў­ча­га Мен­ска­га. Як ска­за­на ў заруч­ным ліс­це, Даніел Аўла­чым­скі, «забы­ў­шы­ся боязнь божую», неад­на­ра­зо­ва напа­даў на селы Пятроўш­чы­на І Гры­нічы, зво­зячы адтуль не толь­кі пад­да­ных, але і збож­жа, сена 70.

Памёр Даніель Кар­нелі Аўла­чым­скі хут­ч­эй за ўсё да 21 чэрве­ня 1704 года, бо якраз гэтай датай пазна­ча­на скла­данне рэе­ст­ра рэчаў памёр­ша­га лоў­ча­га Мен­ска­га (НГАБ. ф 1727, воп. 1, с. 5, л. 103.)). Чамусь­ці тэс­та­мент, як і рэестр рэчаў нябож­чы­ка, былі ўне­се­ны ў грод­скія акта­выя кні­гі толь­кі 20 кра­савіка 1705 года (НГАБ. ф 1727, воп. 1, с. 5, л. 98.)). Пас­ля смер­ці Даніе­ля Кар­нелія Аўла­чым­ска­га яго ўда­ве, пані Кацярыне Ален­дзь­скай, прый­ш­ло­ся вытры­ма­ць заця­тую бара­ць­бу з крэды­то­ра­мі мужа. Нека­то­рыя мает­на­сці пані Ален­дзь­ская стра­ці­ла. Як бач­на з даку­мен­та, уне­се­на­га ў Мен­скія грод­скія акта­выя кні­гі 4 сакавіка 1706 года, Андр­эю Бене­дык­ту Кар­ніц­ка­му, лоў­ча­му Менска­му, была пера­дад­зе­ная ў заста­ву мает­на­сць Белае, атры­ма­ная Кацяры­най Ален­дзь­скай яшчэ ад пер­ша­га мужа Ада­ма Жыж­эм­ска­га, пад­ка­мо­рыя Мозыр­ска­га (НГАБ. ф 1727, воп. 1, с. 5, л. 390.)).

Ж. КАТЕ­РИ­НА ОЛЕН­ДЗСКАЯ, дочь Тео­фи­ла Олен­дзско­го, мар­ша­ла Глав­но­го три­бу­на­ла ВКЛ.

55/47. КН. ЯН АЛЕКСАНДРОВИЧ

сын Алек­сандра КРИШТОФОВИЧА

56/47. КРИШТОФ АЛЕК­САН­ДРО­ВИЧ (1629 — 1667).

по духов­но­му заве­ща­нию 1666 г. оста­вил, — тет­ке сво­ей, княжне Анне Схо­ла­сти­ке (№ ) поло­ви­ну име­ния Засу­лье и 15.000 зло­тых; дяде, кня­зю Тома­шу (№34) поло­ви­ну. име­ния Засу­лье и 6000 зло­тых; сест­рам, княж­нам Пла­ци­де (№ ) и Анне (№ Х) по 2000 зло­тых; мин­ским бер­нар­ди­нам и иезу­и­там по 300 злот. 62, без­де­тен,
Умер в нача­ле 1667 г. 62.

57/47. ПЛА­ЦИ­ДИЯ АЛЕКСАНДРОВНА

была заму­жм за Стет­ке­ви­чем 62; овдо­вев, посту­пи­ла мона­хи­ней в мона­стырь бене­дик­ти­нок в г, Мин­ске 62; полу­чи­ла, по духов­но­му заве­ща­ню от бра­та, кня­зя Хри­сто­фо­ра, 2000 зло­тых в 1667 г.

М. СТЕТ­КЕ­ВИЧ

58/47. АННА АЛЕКСАНДРОВНА.

полу­чи­ла, по духов­но­му заве­ща­нию от бра­та сво­е­го, кня­зя Хри­сто­фо­ра, 2000 зло­тых в 1667 г.

59/47. МАРИЯ? {АЛЕК­САН­ДРОВ­НА}

60/48. КН. ЯН ТОМА­ШЕ­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (? — каля 1700)

под­ко­мо­рий минск.; в 1674 г. под­пи­сал элек­цию коро­ля Яна III 63; 24 апре­ля 1691 г, зало­жил вме­сте с женой, 1 1/2 уво­ло­ки зем­ли и дер. Клю­тов­щи­ну, Босов­ши­ну и Сухоль­щи­ну г-же Кржи­жа­лов­ской за 1000 зло­тых 62; 22 июня 1695 г. дал сво­ей жене заклад­ную на 13.000 зло­тых на пожиз­нен­ное влад­ние вот­чи­ной Боль­шое Засу­лье 62; в 1697 г. под­пи­саль элек­цию коро­ля Авгу­ста II 63; 7 янва­ря 1700 г.
соста­вил духов­ное зав­ве­ща­ние 62.

Ж. ЛЕО­НО­РА МИХ­НЕ­ВИЧ, дочь троц­ко­го меч­ни­ка 62.

XXVII генерация от Рюрика.

61/52. ТОМАШ АДА­МО­ВИЧ (1726)

В 1726 г. рек­тор Мин­ской кол­ле­гии Миха­ил Дер­на­то­вич заклю­чил кон­тракт с Тома­шом Жижем­ским, ста­ро­ду­бов­ским чашником.

Ж. [……] HURNOWICZÓWNА

62/52. ТЕО­ФИЛ АДА­МО­ВИЧ (1724,1736)

сын Ада­ма Яно­ви­ча; мин­ский грод­ский писарь; 17 июля 1724 г. полу­чил при­ви­лей на долж­ность мин­ско­го зем­ско­го писа­ря 71; мин­ский чаш­ник 71; 20 мар­та 1731 г. назна­чен мин­ским зем­ским сур­ро­га­то­ром 72; 28 апре­ля 1738 г. занял у мона­хинь Бого­яв­лен­ско­го мона­сты­ря орде­на Св. Васи­ля в г. Мин­ске 2200 зло­тых под залог име­ния Бри­ле­ви­чи; в 1736 г. вновь занял у них же 2400 зло­тых 71.

Расій­скія пера­мо­гі пры­вя­лі і да пера­ме­ны настро­яў шлях­ты цэн­траль­ных тэры­то­рый ВКЛ. Сабраў­шы­ся 10 сакавіка 1735 г. на рэля­цый­ным сой­міку, мен­ская шлях­та заяві­ла, што, не меў­шы нівод­на­га склі­ка­на­га сой­міка пас­ля элек­цый­на­га сой­му 1733 г., пад­да­ла­ся „пуб­ліч­най нібы­та згод­зе” і на сваім грам­ніч­ным сой­міку ў 1734 г. услед за „іншы­мі паве­та­мі і ваявод­ства­мі” далучы­ла­ся да Гене­раль­най кан­фед­эра­цыі ў аба­ро­ну Стані­сла­ва Ляш­чын­ска­га, а цяпер „адсту­піў­шы ўсіх спіскаў і кан­фед­эра­цый у міну­лым год­зе чыне­ных элек­цыю Най­я­с­ней­ша­га кара­ля Яга­мос­ць Аўгу­ста ІІІ за адзі­ную слуш­ную прызна­ем”. Пас­та­но­ву сой­міка разам з дыр­эк­та­рам гай­наўскім ста­ро­стам Міха­лам Валад­ко­ві­чам пад­пі­са­ла 37 шлях­ці­чаў. Сярод іх былі амаль усе прад­стаўнікі мяс­цо­вай эліты: вой­скі Фран­ці­шак Валад­ко­віч, пад­ста­ро­ста Бене­дыкт Кар­ніц­кі, скарб­нік і грод­скі суддзя Стэфан Быкоўскі, грод­скі пісар Тэа­філ Жыж­эм­скі, меч­нік Юры Памор­скі, лоўчы Антоні Кар­ніц­кі і інфлянц­кі каш­та­ляніч Антоні Пшаздзецкі.

63/52. ЯН АДАМОВИЧ

намест­ник мин­ско­го замка

64/60. ДОМИ­НИК-СТЕ­ФАН ЯНО­ВИЧ (1688— о.1751)

сын Яна Тома­ше­ви­ча, троц­кий под­ча­ший, рот­містар мен­скі, полу­чил от отца вот­чи­ны Засу­лье и Заре­чье; 5 сен­тяб­ря 1724 г. полу­чиль охран­ный лист по делу с пин­ским скарб­ни­ком Яблонским.

20 декаб­ря 1724 г, полу­чил при­ви­лей от коро­ля Авгу­ста II на устрой­ство ярмар­ки, в тече­ние неде­ли, начи­ная с праздника
Вао­п­лью­ва дня, «по рус­ско­му кален­да­рю», в его вот­чине Вели­ком Засу­лье 71, рот­мистр мин­ский, 15 аппре­ля 1751 г. соста­вил духов­ное заве­ща­ние 71. 12.11.1734, 2 поль. Глав­ный Три­бу­нал ВКЛ 73. Выпис­ка из Три­бу­наль­ных книг доку­мен­тов (6) по делу пол­ков­ни­ка Лио­на Льва Волод­ко­ви­ча, столь­ни­ка мин­ско­го и рот­мист­ра Доми­ни­ка Жижем­ско­го, кото­рые не исполь­зо­ва­ли При­каз гене­раль­но­го реги­мен­та­рия ВКЛ Миха­ла Кази­ми­ра Рад­зи­вил­ла о набо­ре в Мин­ском вое­вод­стве поспо­ли­то­го руше­ния. Ново­гру­док. Копии. На листе 4. – ори­ги­нал пись­ма май­о­ра Голов­цо­ва управ­ля­ю­ще­го Туро­ва и Петрикова.

Ж. 1) ГЕЛЕ­НА ИЛЛИЧ; 29 Сен­тяб­ря 1716 г. дал ей заклад­ную в 12.000 зло­тых на пожиз­нен­ное влад­ние вот­чи­ной Вели­кое Засулье.

Ж. 2) БИБИ­Я­НА БЫКОВ­СКАЯ, дал ей заклад­ную въ 2000 тале­роа на пожиз­нен­ное вла­де­ние вот­чи­ной Вели­кое Засу­лье; 17 июня 1742 г.
она от этой заклад­ной отка­за­лась; во 2-м бра­ке она была за под­ко­мо­ри­ем Кржы­ши­лов­ским 71.

65/60. КРИШТОФ ЯНО­ВИЧ ЖИЖЕМСКИЙ

в 1726 г. полу­чил при­ви­лей оть коро­ля Авгу­ста II на долж­ность мин­ско­го под­суд­ка 71;

без­де­тен 71,

СТА­НИ­СЛАВ ЯНО­ВИЧ (1744)

коро­лев­ский дво­ря­нин, впо­след­ствии иетр-
слав­скй скарб­ник, 13 июля 1744 г. назна­чен депу­та­том мин­ско­го воеводства;

† без­де­тен 71.

66/60. МАР­ТИН ЯНОВИЧ

без­де­тен 71.

67/60. ВАР­ВА­РА ЯНОВНА

полу­чи­ла от отца по духов­но­му завещанию
(1-го янва­ря 1700 г.) 8000 зло­тыхъ 71.

68/60. КРИ­СТИ­НА ЯНОВНА

полу­чи­ла от отца по духов­но­му заве­ща­нию (7-го янва­ря 1700 г.) 8000 зло­тых 71.

XXVIII генерация от Рюрика.

69/61. АНТО­НИ­НА ТОМАШЕВНА

córka Tomasza i N. Hurnowiczówny, żyjąca jeszcze w r. 1779, a chyba i 1788 r. (I. Kon. 84 k. 36v)

М. ANDRZEJ OŻEGALSCY H. KOŚCIESZA, nie żyjący w r. 1768.

хх.хх. МАРИ­АН­НА ТОМАШЕВНА

Пас­ля смер­ці ў пачат­ку 1734 г. скарб­ніка Мен­ска­га Беня­дык­та Багу­ш­э­ві­ча Мінь­коўска­га на зем­лі Пры­лук звяр­нулі асаб­лівую ўва­гу бра­ты Іва­ноўскія-Ежы, ста­рас­та Вісліц­кі і суддзя грод­скі Мен­скі, і Юзаф Міхал, тады яшчэ гарад­нічы Мен­скі, паз­ней так­са­ма ста­рас­та судо­вы Мен­скі. Асноў­ным прэт­эн­д­эн­там на Пры­лукі ака­за­ў­ся ста­рас­та Вісліц­кі. Як мы ўпа­мі­налі крыху раней, Іва­ноўскія мелі неас­пр­эч­ныя пра­вы не толь­кі на спад­чы­ну па Ганне Багу­ш­э­ві­чаўне Мінь­коўс­кай Ежы­най Стэц­кеві­ча­вай, хару­жы­най Мен­скай, але і на Пры­лукі. Будучы апе­ку­ном непаў­на­лет­ніх яшчэ дзя­цей пад­столія Віль­ка­мір­ска­га, Стэфан Багу­ш­э­віч пры­браў да сваіх рук знач­ную част­ку бага­тай спад­чы­ны хару­жых Мен­скіх. Пакуль пад­столічы Віль­ка­мір­скія былі ў апе­цы, усё было добра для Багу­ш­э­ві­чаў. Ста­но­віш­ча рэз­ка змяніла­ся пас­ля дасяг­нен­ня імі ста­лас­ці і выхаду іх з-пад апе­кі. Ня ўсё было скон­ча­на і з заста­вай Пры­лук. Згод­на з дзе­ю­чым пра­вам, крэў­ныя мелі нека­то­рую маг­чы­мас­ць патра­ба­ва­ць вяр­тан­ня мает­на­сці пра­мым спад­чын­ні­кам Стэц­кеві­чаў. Тым болей, што Багу­ш­э­вічы атры­малі ад нашчад­каў Кры­што­фа Стэц­кеві­ча, пад­ка­мо­рыя Браслаўска­га, каля 11000 поль­скіх зло­тых – чацвёр­тую част­ку ўсёй застаў­най сумы. Да ўся­го гэта­га свае аса­бі­стыя прэт­эн­зіі дадалі і самі Іва­ноўскія. Пас­ля выхо­ду з-пад апе­кі Ежы і Юзаф Іва­ноўскія, склаў­шы рэестр баць­коўскіх набыт­каў, не далічы­лі­ся нека­то­рых з іх. Зусім вера­год­на, што ў руках ста­рас­ты Вісліц­ка­га ака­за­лі­ся пазы­ко­вы запі­сы скарб­ніка Мен­ска­га. Ежы Іва­ноўскі змог выку­пі­ць іх прад’явіць для апла­ты спад­чын­ні­кам памер­ла­га. Дзе­ці Бене­дык­та Багу­ш­э­ві­ча ад яго дру­го­га шлю­ба на Юды­це Рдул­тоўс­кай, дач­цы яго блі­ж­эй­ша­га сяб­ра і хаўрус­ніка Яна, спа­чат­ку скарб­ніка Мен­ска­га, а ў кан­цы жыц­ця і каш­та­ля­на Нава­га­род­ска­га, Казі­мір і Антоні яшчэ не дасяг­нулі ста­лас­ці і не маглі ака­за­ць сур’ёзнага супра­ціву. Да ўся­го гэта­га Багу­ш­э­ві­чаў спас­ціг няш­час­ны лёс. Памер­лі сыны скарб­ніка Мен­ска­га ад яго шлю­бу з Гра­хоўс­кай: Стэфан і Мар­цін. Пры­чым Мар­цін Багу­ш­э­віч, хут­ч­эй за ўсё, быў забіты ў часе яго спр­э­чак з бра­та­мі Іва­ноўскі­мі, пад­столі­ча­мі Віль­ка­мір­скі­мі. Не змог ака­за­ць дзейс­най дапа­мо­гі і Ян на Рдул­то­ве Рдул­тоўскі­мі, каш­та­лян Нава­га­род­скі. Мар­цін Багу­ш­э­віч Мінь­коўскі, часта памыл­ко­ва мена­ва­ны ў даку­мен­тах скарб­ні­кам Мен­скім, і яго жон­ка Тэр­э­за з Тыш­кеві­чаў паспе­лі пасва­рыц­ца з ім з-за Хожа­ва, раз­меш­ча­на­га пад Маладзечнам.
Асаб­лі­ва вост­рыя сутыч­кі адбы­лі­ся ў 1736 г. Як мож­на зра­зу­ме­ць, самыя дра­ма­тыч­ныя пад­зеі пачалі­ся ў самым пачат­ку таго года. 5 кра­савіка Мар­цін Багу­ш­э­віч, мяну­ю­чы сябе скарб­ні­кам Мен­скім, хаця, па сут­на­сці спра­вы, ён быў толь­кі скарб­ні­каві­чам (сынам скарб­ніка) Мен­скім, ад свай­го імя і імя сваіх непаў­на­лет­ніх род­ных бра­тоў Казі­мі­ра і Антонія ўносі­ць прат­эст на гвал­тоў­ныя дзе­ян­ні Ежы, ста­рас­ты Вісліц­ка­га, і Юза­фа Міха­ла, гарад­ні­ча­га Мен­ска­га, Іва­ноўскіх. Вялікі натоўп слуг і памоч­нікаў Іва­ноўскіх, узна­ча­ле­ных Міха­лам і Мар­ці­нам Жыж­эм­скі­мі, пісар­э­ві­ча­мі грод­скі­мі Мен­скі­мі, крэў­ны­мі жон­кі Юза­фа Іва­ноўска­га, Аляк­сандрам Трус­коўскім і Жыдо­ві­чам, напалі на іх маён­так у Пры­лу­ках. Перас­тра­ша­ныя дзе­ці і нека­то­рая част­ка пры­слу­гі заселі ў доме, чака­ю­чы ўвар­ван­ня раба­валь­нікаў у дом. Аднак, у напа­да­ю­чых, віда­ць, быў загад не чапа­ць дзя­цей. Вакол дома пас­тавілі вар­ту са стр­э­ль­ба­мі і дзі­да­мі. Знач­ная част­ка слуг і пад­да­ных Іва­ноўскіх заня­ла­ся звы­чай­ным гра­бя­жом. Пакуль на пад­во­дах вывозілі рознае даб­ро со свір­наў і іншых схо­ваў, звод­зілі з два­ра быд­ла і коней, некаль­кі чала­век на вачах дзя­цей “…форт­кі, дзве­ры ў доме ламалі і выбі­валі…”. “Палі, на якіх мост праз раку збіралі­ся буда­ва­ць, павы­ці­налі…”. Толь­кі апоўна­чы, пас­ля таго, як з сяла вывез­лі ўсё. Што толь­кі мож­на было звез­ці, напад­нікі пакі­нулі Пры­лукі. На гэтым спра­ва не скон­чы­ла­ся. 30 мая 1736 г. Юзаф Іва­ноўскі звод­зі­ць пад­да­на­га Мар­ці­на Багу­ш­э­ві­ча Андр­эя Кача­роўска­га з сяла Дуб­ра­вы. Неаб­ход­на адзна­чы­ць, што сялян звод­зілі да інша­га гас­па­да­ра час­цей за ўсё з яго аса­бістай зго­ды. Як і сён­ня, тады так­са­ма дзей­ні­чаў прын­цып “рыба шукае дзе глы­бей, а чала­век дзе лепей”. Мала­ды селянін не мог і мары­ць аб атры­ман­ні ўлас­на­га, няхай і невя­ліка­га, над­зе­лу каб ажаніц­ца і пача­ць сама­стой­на вес­ці сваю гас­па­дар­ку. А ў нова­га пана яму абя­ца­лі каля паў­ва­ло­кі зям­лі, некаль­кі воль­ных ад апла­ты падат­каў гадоў, нека­то­рую дапа­мо­гу ў пабу­до­ве свай­го асоб­на­га дома.

Аб харак­та­ры Ежы Іва­ноўска­га, ста­рас­ты Вісліц­ка­га, ды і само­га Юза­фа, мож­на атры­ма­ць уяў­ленне з пад­зей, адбы­ў­шых­ся 1 ліпе­ня 1726 г. У гэты дзень ста­рас­та Вісліц­кі не паба­яў­ся ўчы­ні­ць напад на зем­лі само­га Антонія Агін­ска­га, піса­ра Вяліка­га княст­ва Літоўска­га. Як паве­дам­ля­ец­ца аб гэтым у даку­мен­це, гра­ма­да слуг і пад­да­ных мала­до­га Іва­ноўска­га “…з стр­э­ль­ба­мі агні­сты­мі, тры­бам (парад­кам) жол­нер­скім на сяло і засце­нак Скро­баўш­чы­ну каля Кой­да­на­ва напаў і да дома Рыго­ра Дуб­коўска­га нае­хаў і акру­жыў яго. Стра­ляў па яго­ным доме і мат­ку яго Кацяры­ну збіў і скры­вавіў і ска­лечыў…”. А паколь­кі да само­га гас­па­да­ра не змог даб­рац­ца, то заха­піў яго крэў­на­га Ада­ма і звёз ў Чар­ка­сы, дзе пасад­зіў у вязанне, зака­ваў­шы у лан­цу­гі. Неба­ра­ка зна­ход­зіў­ся ў гэт­кіх умо­вах яшчэ 15 ліпе­ня таго ж года.

Да 1740 г. Пры­лукі поў­на­сцю перай­шлі ў рукі Ежы, ста­рас­ты Вісліц­ка­га, і яго жон­гі Розы са Сліз­няў, у пер­шым шлю­бе Стэфа­на­вай Валад­ко­ві­ча­вай, пад­суд­ко­вай зем­скай Мен­скай. У гэтым шлю­бе не было нашчад­каў. Пас­ля смер­ці бра­та Юзаф Міхал Іва­ноўскі не дапус­ціў, каб бага­тыя зем­лі ста­рас­ты Вісліц­ка­га, уклю­ча­ю­чы і Пры­лукі, перай­шлі да дзя­цей Стэфа­на Валад­ко­ві­ча. Яны без вынят­каў сталі част­кай яго вялікіх зямель­ных вало­дан­няў. Як тлу­ма­чыў сам Юзаф Іва­ноўскі, брат пазы­чыў у яго знач­ную суму гро­шай і не змог раз­лічыц­ца. Пас­ля атры­ман­ня Пры­лук Юзаф Міхал Іва­ноўскі хут­ка стаў узні­мац­ца ўго­ру па лесві­цы пасад і ўра­даў. Па кара­леўскім пры­вілеі ад 19 верас­ня 1746 г. ён атры­маў тытул гарад­ні­ча­га Мен­ска­га. Крыху паз­ней ён атры­маў пры­вілей на ста­ро­ства судо­вае гара­да­вое Мен­скае. Як прызна­ваў­ся перад смер­цю сам Юзаф Іва­ноўскі, атры­манне ста­ро­ства яму вель­мі дора­га абыш­ло­ся. Акра­мя праў­ных (на пра­вяд­зенне пра­ц­э­дур, звя­за­ных з атры­ман­нем паса­ды) выдат­каў, пра­ду­г­ле­джа­ных дзе­ю­чым пра­вам, ён выда­тка­ваў яшчэ каля 120000 поль­скіх злотых.

Перад смер­цю, 1 верас­ня 1760 г., на 60-м ад нара­дж­эн­ня год­зе, Юзаф Міхал Іва­ноўскі, ста­рас­та судо­вы гара­да­вы Мен­скі, склаў тэс­та­мент, дзе пакла­па­ціў­ся аб забес­пяч­эн­ні сва­ёй жон­кі пані Мары­я­ны з Жыж­эм­скіх і шмат­лікіх нашчад­каў. Жон­цы пера­да­валі­ся ў пажыц­цё­вае кары­станне дзве част­кі Пры­лук, якія яму дасталі­ся ад памер­ла­га бра­та Ежы, ста­рас­ты Вісліц­ка­га. Для забес­пяч­эн­ня паса­гам неза­муж­няй дач­кі Розы і ствар­эн­ня год­ных умоў жыц­ця малод­ша­га сына Стані­сла­ва вылу­чалі­ся: Лахаўш­чы­на з фаль­вар­кам Сла­ба­да, Ста­ко­цічы, фаль­ва­рак Таль­каўш­чы­на, Шча­мыслі­ца, іменне Пад­гай і Каха­ноўш­чы­на. Ста­рас­та судо­вы гара­да­вы Мен­скі адчуў сябе незда­ро­вым яшчэ ў 1759 г., але тады, як ён пісаў, “…яму даз­воліў жыць яго нябес­ны заступ­нік свя­ты Юзаф…”.

У мяс­цо­вай шлях­ты мелі­ся вель­мі сур’ёзныя пры­чы­ны для нара­кан­няў на харак­тар вяд­зен­ня судо­вых спраў у грод­скім суд­зе, які пад­па­рад­коў­ваў­ся Іва­ноўс­ка­му. Аднак Юзаф Іва­ноўскі даб­і­ваў­ся у судах Вяліка­га княст­ва Літоўска­га раш­эн­няў па гэтых спра­вах на сваю карысць.Несумненна, што акра­мя нябес­на­га патро­на, у судо­ва­га ста­рас­ты Мен­ска­га мелі­ся і зям­ныя аба­рон­цы. Памі­ра­ю­чы, Юзаф Міхал Іва­ноўскі даручыў сваю сям’ю апе­ку­нам, які­мі прызна­чыў самых аўта­рыт­эт­ных асоб у ВКЛ. Апе­ку­на­мі яго­най жон­кі і дзя­цей згад­зілі­ся ста­ць: Міхал Рад­зівіл, ваяво­да Вілен­скі, гет­ман ВКЛ, Ігна­цы з Казель­ска Агін­скі, мар­ша­лак ВКЛ, Тад­э­вуш з Казель­ска Агін­скі, каш­та­лян Троц­кі, ксён­дз Сол­тык, біскуп Кра­каўскі, і Ежы Мні­шак, карон­ны мар­ша­лак надворны.

Праз нека­то­ры час пас­ля паха­ван­ня мужа, менавіта – 16 ліста­па­да 1761 г. пані Мары­я­на з Жыж­эм­скіх Юза­фа­вая Іва­ноўская, ста­рас­ці­на судо­вая Мен­ская, праз воз­на­га пра­вя­ла інтра­місію (уступ­ленне ў пра­вы вало­дан­ня) у Пры­лу­ках, Пры­луч­ках, Сла­бад­зе, Пад­гаі, Каха­ноўш­чыне і іншых маёнт­ках, згод­на з тэс­та­мен­там ста­рас­ты судо­ва­га Мен­ска­га. Пас­ля смер­ці мужа і баць­кі для Іва­ноўскіх насталі цяж­кія часы. Крэды­то­ры прад’явілі прэт­эн­зіі на знач­ную суму гро­шай, якую ім заві­на­ва­ціў­ся былы ста­рас­та судо­вы Мен­скі. У апош­нія гады выдат­кі Юза­фа Іва­ноўска­га пера­вы­шалі гра­шо­выя пас­туп­лен­ні ад яго камер­цый­ных уста­ноў і пры­на­леж­ных яму пад­да­ных. Зра­зу­ме­ла, што васт­ры­ня праб­ле­мы крыху заспа­кой­ва­ла­ся тым, што стар­эй­шы сын Юза­фа Ігна­цы Іва­ноўскі па цэс­іі (згод­зе) баць­кі і з пры­вілея кара­ля Стані­сла­ва Аўгу­ста ад 18 люта­га 1760 г. атры­маў ста­рас­та судо­вае Мен­скае. Яго паў­на­моцтваў хапа­ла, каб крыху супа­коі­ць патра­ба­ван­ні крэды­то­раў. Аднак агуль­ная сума прад’яўленых крэды­то­ра­мі гра­шо­вых патра­ба­ван­няў не маг­ла быць забяс­пе­ча­на тымі гра­шо­вы­мі срод­ка­мі, якія мелі­ся ў рас­па­ра­дж­эн­ні само­га Ігна­цыя Іва­ноўска­га і яго род­ных бра­тоў. Да таго ж, яго бра­ты, як і ён сам, пры­вы­клі вес­ці рас­кош­нае жыц­цё. Мары­я­на з Жыж­эм­скіх і Ігна­цы, яе сын, ста­рас­та судо­вы Мен­скі, Іва­ноўскія выму­ша­ны былі пра­вес­ці экс­ды­візію (выставі­ць на аўк­цы­ён) па знач­най част­цы Пры­луц­кіх іменняў.

Яшчэ 24 каст­рыч­ніка 1777 г. Тэані­ла з Іллі­чоў Іва­ноўская, ста­рас­ці­на судо­вая Мен­ская, ад сябе і ад сына Мак­сі­мілія­на і дач­кі Каралі­ны пера­дае ў заста­ву Фран­ціску Вайдзеві­чу, суддзі гродска­му Менска­му, част­ку Лахаўш­чы­ны. У рукі Фран­цы­ска Вайдзеві­ча і яго жон­кі пані Ган­ны з Празд­зец­кіх да 21 скавіка 1782 г. такім жа парад­кам перай­шлі Каха­ноўш­чы­на, Пад­гаі і нека­то­рыя іншыя фаль­вар­кі, аддзе­ле­ныя ад Пры­лук. Заў­сё­ды зем­лі пера­да­валі­ся ў заста­ву з вялікім спад­зя­ван­нем на тое, што цяж­кія часы прой­ду­ць і настане момант іх вяр­тан­ня ў свае рукі. Вель­мі мала мож­на пры­ве­ці прыкла­даў здзяйс­нен­ня гэтых над­зей. Да 1780 г. і Іва­ноўскія паз­бы­лі­ся боль­шай част­кі Пры­лук. 26 студ­зе­ня 1778 г. Станіслаў з Рага­ла Іва­ноўскі, ста­рас­ціч судо­вы Мен­скі, і яго жон­ка Бар­ба­ра з Ратам­скіх пра­да­ю­ць знач­ную част­ку сваіх аса­бі­стых вало­дан­няў у Пры­лу­ках. Толь­кі за 20000 поль­скіх зло­тых Мат­э­вуш і Кацяры­на з Яні­ш­эўскіх Вань­ко­вічы, суддзі зем­скія Мен­скія, набы­ва­ю­ць у ста­рас­ці­чоў Мен­скіх паза­ста­лых ў іх трэць Пры­лук і Лахаўшчыны.

Вёс­ка Пры­луч­кі перай­ш­ла ў вало­данне Баг­да­на Кастравіц­ка­га, будаўні­ча­га Мен­ска­га. Перад смер­цю, скла­да­ю­чы свой тэс­та­мент, будаўнічы Мен­скі запі­саў гэты фаль­ва­рак сва­ёй добрай зна­ё­май пані Мары­сі Янавай.

М. ЮЗЕФ МИХАЛ ИВАНОВСКИЙ.

70/62. МИХАЛ КАЗИ­МИР ТЕО­ФИ­ЛО­ВИЧ (1726, † 1773)

коро­лев­ский дво­ря­нин, под­су­док мин­ский 1726 74; ста­ро­дуб­ский чаш­ник, 18 июня 1732 г., назна­чен депу­та­том Тры­бу­на­лу ВКЛ от мин­ско­го вое­вод­ства 75; пору­чик литов­ских войск; 28 нояб­ря 1748 г. под­ча­ший мин­ский; мин­ский вой­ский в 1764 г.; мин­ский под­ко­мо­рий 1767. † око­ло 1770 г. 75.

Міхал Жыж­эм­скі атры­маў урад пад­столь­ства Мен­ска­га пас­ля пера­хо­ду Стэфа­на з Яксаў Быкоўска­га на столь­нікаўства Мен­скае 76 па пры­вілеі ад 28 ліста­па­да 1748 года. Быў энер­гіч­ным паліты­кам, які зра­біў бліску­чую кар’еру за параў­наль­на карот­кі час. Пачаў­шы ў 1725—1733 гады з ура­да чэс­ніка Ста­ра­ду­баўска­га 77, на пра­ця­гу знач­на­га часу зай­маў урад піса­ра грод­ска­га Мен­ска­га. Пас­ля смер­ці Андр­эя Бене­дык­та Кар­ніц­ка­га, сумяш­чаў­ша­га выка­нанне ўра­даў пад­ста­рас­ты судо­ва­га з выка­нан­нем і аба­вяз­каў сура­га­та­ра зем­ска­га Мен­ска­га, атры­маў пры­вілей на выка­нанне сура­га­тар­ства зем­ска­га Мен­ска­га, гэта зна­чы­ць быў фак­тыч­на піса­рам зем­скім Мен­скім. Нека­то­ры час быў вой­скім Мен­скім і ў 1769 год­зе ўжо зай­маў урад пад­ка­мо­рыя Мен­ска­га 78. Вера­год­на, каб не памёр у сяр­эд­зіне 1769 года, то мог бы прэт­эн­да­ва­ць на заняц­це ўплы­во­вых ура­даў ВКЛ. Ад ура­да пад­столія Мен­ска­га адмо­віў­ся ў сувязі з пера­хо­дам на вай­скоўства Мен­скае, якое ста­ла вакант­ным пас­ля заў­час­най смер­ці было­га вой­ска­га і пал­коўніка Мен­ска­га Ляво­на Паў­ла Валад­ко­ві­ча 79.

Миха­ил Нерон­ский, хорун­жий Пин­ско­го пове­та, вла­де­лец име­ния Мок­рая Дуб­ра­ва (Ива­нов­ский р-н, Брест­ская обл, Бела­русь), имел одно­го сына Ива­на, имев­ше­го на момент смер­ти отца 10 лет. Миха­ил Федо­ро­вич опре­де­лил ему опе­ку­нов из чис­ла сво­их при­я­те­лей и близ­ких Под­сто­ле­го Мин­ско­го Миха­и­ла Жижем­ско­го, рот­мист­ра Мин­ско­го Ива­на Сави­ча и сей­мо­во­го судьи Мозыр­ско­го Ада­ма Лен­ке­ви­ча. В 1752-м году Иван пере­се­лил­ся в Мозырь под опе­ку Ада­ма Ленкевича.

Быў жана­ты, усту­піў у шлюб да 1747 года з Бры­гі­дай з Заві­шаў, быў­шай Стані­сла­ва­вай Свян­ціц­кай, ста­рас­ці­най Данілавіц­кай. Памёр, не пакі­нуў­шы нашчадкаў.

Ж. (до 1747) БРИ­ГИ­ДА ЗАВИ­ША († после 1773 г.) 72, вдо­ва Стані­сла­ва Свянціцкага

71/. СТЕ­ФАН ТЕОФИЛОВИЧ

ста­ро­ста кос­цио­лов­ский, под­сто­лий мин­ский; 17 мая 1749 г. купил вме­сте с женой, у Нико­лая Гре­го­ро­ви­ча место в г. Мин­ске, в Высо­ком рын­ке, в саль­ном ряду, с 3-мя лав­ка­ми, за 500 зло­тых 71, ста­ро­ста керс­ниц­кий; в 1749 г. под­ста­ро­ста мин­ский 71; за ним состо­я­ла дер. Суха­ре­во, Верб­ко­ви­чи, Пет­ро­ви­чи, Бри­ле­ви­чи и Дво­ри­ще 71.

Ж. 1) КОН­СТАН­ЦИЯ БОГУ­ШЕ­ВИЧ; Бене­дыкт Багу­ш­э­віч, скарб­нік Мен­скі, двой­чы ўсту­паў у шлюб. Пер­шай яго абран­ні­цай была Гра­хоўская, памёр­шая каля 1720 г. У гэтым шлю­бе нарад­зілі­ся сыны Мар­цін і Стэфан і дач­ка Кан­стан­цыя, пай­шоў­шая ў шлюб за Стэфа­на Жыж­эм­ска­га, пісар­э­ві­ча грод­ска­га Мен­ска­га, ста­рас­ту Керш­ніц­ка­га. У дру­гі раз ажаніў­ся скарб­нік Мен­скі на Юды­це Рдул­тоўс­кай, дач­цы Яна – свай­го най­леп­ша­га пры­я­це­ля, у будучым каш­та­ля­на Навагародскага.

Ж. 2) [……]; от 2-го бра­ка один сын, 71.

72/. ИГНА­ТИЙ ТЕО­ФИ­ЛО­ВИЧ ЖИЖЕМСКИЙ

2 декаб­ря 1750 г. полу­чил, по соглашению
с бра­тья­ми дом в Мин­ске в соб­ствен­ность с бра­том Теодором.

Холост 71.

73/ . ТЕО­ДОР ТЕОФИЛОВИЧ

2 декаб­ря 1750 г. полу­чил по согла­ше­нию с бра­тья­ми, дом в Мин­ске в соб­ствен­ность с
Игна­ти­ем 71.

74/64. АНТО­НИЙ-АНУФ­РИЙ ДОМИ­НИ­КО­ВИЧ (* 1719, † 1765/66)

рот­мистр мин­ский (1764,1765), мин­ский город­ни­чий (с 1765.03.27). † после 1765 г. 71. У сувязі са смер­цю Антоні Жыж­эм­ска­га, вель­мі нядоў­га зай­маў­ша­га гарад­ніцтва Мен­скае, 3 студ­зе­ня 1766 года Мар­цін Валад­ко­віч атры­маў пры­вілей на ўрад гарад­ні­ча­га Мен­ска­га 80.

Полу­чил по духов­но­му заве­ща­нию от отца име­ние Грец­ков­щи­ну 71. 23 мар­та 1764 г. купил у Бене­дик­та (№ 53) и Яна (№ 54) Жижем­ских име­ние Дво­ри­ще, Бри­ле­ви­чи, Рылов­щи­ну и поло­ви­ну Пет­ров­щи­ны 71. Кары­ста­ю­чы­ся цяж­кім мат­э­ры­яль­ным ста­но­віш­чам гарад­ні­ча­га Мен­ска­га Антоні Ануф­ры Жыж­эм­ска­га, Ян Паўлікоўскі атры­маў у 1765 год­зе ў сваю ўласна­сць яго мает­на­сць Дво­рыш­ча 81. Пас­ля ж насту­піў­шай неў­за­ба­ве смер­ці гарад­ні­ча­га Мен­ска­га мает­на­сць так і заста­ла­ся ў вало­дан­ні Яна Паўлікоўска­га, лоў­ча­га Мен­ска­га, бо ў нашчад­каў памёр­ша­га было шмат пазык, што засталі­ся пас­ля баць­кі і вель­мі мала было над­зеі на вяр­танне баць­ка­вай спадчыны.

Ж. БРИ­ГИ­ДА БЫКОВ­СКАЯ, † после 1770 г. 71, дочь Сте­фа­на и Кате­ри­ны Быковских.

75/64. ЯЦЕК ДОМИНИКОВИЧ

това­рищ пяти­гор­ской хоруг­ви, затем
намест­ник хорун­же­го 71; ста­ро­ста шинем­ский, рот­мистр стол­пец­ко­го при­хо­ду; мин­ский грод­ский судья 1760 г. 74. 1762, когда уже в XVIII веке Огин­ские суди­лись с Рад­зи­вил­ла­ми за Белы­ни­чи, пере­дать име­ние соглас­но при­го­во­ру суда Миха­лу Кази­ми­ру Рыбонь­ке дол­жен был судеб­ный испол­ни­тель Яцек Жижем­ский: «Аднак эка­ном Фран­цi­шак Раб­чыц­кi папро­сту не пус­цiў яго ў маён­так, а Жыж­эм­скi па мяк­кас­цi харак­та­ра не здо­леў наста­я­ць на сваiм». 30 сен­тяб­ря 1765 т., по сей­мо­вой кон­сти­ту­ции 1764 г. явил­ся в пол­ном воору­же­нии, со сво­ей вот­чи­ны Засу­лье, на смотр мин­ско­го рот­мист­ра кня­зя Анто­на-Ону­фия Жижем­ско­го 75; 3 июля 1787 г. назна­чен послом на сей­мик мин­ско­го воз­вод­ства 75; ста­ро­ста шинем­ский; 4 янва­ря 1776 г. полу­чил долж­ность рот­мист­ра стол­пец­ко­го при­хо­да 75. 01.10.1765 Попис шлях­ти Мин­ско­го вое­вод­ства: …пара­фия Пухо­вич­ская.. Жижем­ский Яцек 82.

Ostatni z Źyżemskich, linij zusulskiej, Jacek, sędzia grodzki miński, sprzedał Zasule w końcu XVIII wieku Józefowi-Leonowi Dorja — Dernałowiczowi, podkomorzemu речиц­ко­му. Полу­чил по духов­но­му заве­ща­нию от отца поло­ви­ну вот­чин Засу­лье и Заре­чье 71; 24 мар­та 1764 г. купил у бра­та Вик­то­ра осталь­ную поло­ви­ну этих вот­чин 71. 17 июня 1778 г. полу­чит от коро­ля Ста­ни­сла­ва-Авгу­ста дер. Бель­киш­ки, в вое­вод­стве вилен­ском, на каду­ко­вом пра­ве 75.

Ж. 1) РОЗА КОСТ­РО­ВИЦ­КАЯ (дети от 1-го брака);

Ж. 2) ВИК­ТО­РИЯ БОЙ­КОВ­СКАЯ; за нею фоль­фарк Кона­ров­щи­на в Бори­сов­ском пове­те 75,

76/64. ВИК­ТОР ДОМИНИКОВИЧ

полу­чил по духов­но­му заве­ща­нию от отца
поло­ви­ну вот­чи­ны Засу­лье и Заре­чье 75, кото­рые 24 мар­та 1764 г., про­дал бра­ту сво­е­му, кня­зю Яцку 75; троц­кий под­ча­ший; коню­ший мин­ский 254);

Ж. КАТЕ­РИ­НА УЗЛОВ­СКАЯ (в 1-м бра­ке она была за Войс­бу­ном); по духов­но­му заве­ща­нию, 30 сен­тяб­ря 1770 г. она заве­ща­ла сво­е­му 2-му мужу име­ние Гри­це­ви­чи, в Ново­груд­ском вое­вод­стве 75.

78/64. МАР­ЦИ­БЕЛ­ЛА ДОМИ­НИ­КОВ­НА (†1750)

полу­чи­ла от отца, по духов­но­му заве­ща­нию (15 апре­ля 1751 г.), 8000 зло­тых 75.

М. ТОМАШ ВИНЬК.

77/64. ГАН­НА ДОМИНИКОВНА

полу­чи­ла от отца, по духов­но­му завещанию
(15-го апре­ля 1751 г.), 8000 зло­тых 75.

М. МИХА­ИЛ СВЕНТАРЕЦКИЙ

XXIX генерация от Рюрика.

79/БЕНЕДИКТ СТЕ­ФА­НО­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1769)

23 мар­та 1764 г. про­дал кня­зю Онуф­рию-Анто­ну Жижем­ско­му (№ 50) свою часть в име­ни­ях Дво­ри­ще, Бри­ле­ви­чи, Рылов­щи­на и в поло­ви­нё Пет­ров­щи­ны 75; в 1769 г. про­дал свою часть места с лав­ка­ми в гор. Мин­ске бра­ту сво­е­му Яну за 2000 зло­тых 75.

80/ЯН СТЕ­ФА­НО­ВИЧ (1764,1773)

28 июля 1773 г. назна­чен намест­ни­ком мин­ско­го зам­ка 75.

28 мар­та 1764 г. про­дал кня­зю Онуф­рию-Анто­ну Жижем­ско­му (№ 50) свою часть в име­ни­ях Бри­ле­ви­чи, Рылов­щи­на и в поло­вине Пет­ров­щи­ны 200); в 1769 г. купил у сво­их бра­тьев, Бене­дик­та и Фели­ци­а­на, их части места с лав­ка­ми в гор. Мин­ске за 4000 зло­тых 75; рот­мистр мин­ский; 23 мар­та 1773 г. взял у Сако­ви­ча в арен­ду име­ние Малиш­ки, в ошмя­не­комь пове­те 75;

Ж. 1) [……] МИХАЙ­ЛОВ­НА СВЕН­ТОР­ЖЕЦ­КАЯ 83, дочь Миха­и­ла Свен­тор­жец­ка­го, под­ста­ро­сты мин­ско­го (от 1-ю бра­ка 2 сына);

Ж. 2) АННА ПРУ­ШИН­СКАЯ; за нею при­да­но­го 4000 зло­тыхъ и фоль­варк Юхнов­щи­на или Шер­шу­ны 83.

81/ . ФЕЛИ­ЦИ­АН СТЕФАНОВИЧ

в 1769 г. про­дал свою часть места с лав­ка­ми в г. Мин­ске бра­ту сво­е­му Яну за 2000 зло­тыхъ 83.

82/ . ИОСИФ СТЕФАНОВИЧ

Рот­мистр мин­ской хоруг­ви. 20 мая 1770 г. полу­чил от сво­их бра­тьев 5000 зло­тых день­га­ми и обя­за­тель­ство на 6000 зло­тых, а сам выдал им рос­пис­ку, что не име­ет при­тя­за­ний на наслед­ство отца 83.

Ж. АГА­ТА ТРЫ­ДЕН­СКАЯ 83.

83/ . ТЕРЕ­ЗА СТЕФАНОВНА

М. КАМИН­СКИЙ 83.

84/ . БРИ­ГИ­ДА СТЕФАНОВНА

дочь Сте­фа­на 83.

85/ . ПЕТ­РО­НЕЛ­ЛА СТЕФАНОВНА

дочь Сте­фа­на 83.

86/74. ИОСИФ АНТО­НО­ВИЧ (* …, † 1802/1808)

рот­мистр мин­ской хоруг­ви 1787 г. 72; каш­те­лян дво­ра Речи Поспо­ли­той (1788,1792).

У Рэвіз­скіх каз­ках 1795 года сустр­эў наступ­ную інфар­ма­цыю: … фаль­вар­ку Дво­рыш­ча [з вёс­кай Сла­ба­дой] нале­жа­ча­га веч­ным ула­даль­ні­кам шам­бе­ля­ну два­ру поль­ска­га Ёзэфу і паруч­ніку Мін­ска­га ваяводзтва Дамініку Антонія дзе­цям Жыж­эм­скім, які тры­мае па пры­су­ду Экс­ды­візор­ска­га суда вой­скі Мін­с­кай губ­эр­ні Яўхім Яна сын Хма­ра, а ад яго ўтры­маль­ні­ка­мі таго фаль­вар­ку з 1795 па 23.04.1998 па пра­ву трох­га­до­ва­му арэнд­на­му Мацей Стэфа­на сын Буха­роўскі і Фран­ці­шак Він­ц­эн­та сын Мар­кевіч. Тое ж самае тычыц­ца фаль­вар­ку Бры­левічы і вёс­цы Рылаўш­чы­ны … вёскі Рылаўш­чы­на … якая нале­жы­ць дзед­зіч­на­му ўла­да­нь­ню гарад­нічы­цаў мін­скіх Ёзэфа і Дамініка Стэфа­на сынам Жыж­эм­скім, а цяпер зна­ход­зя­ча­я­ся ў сапраўд­ным ула­да­нь­ні камор­ніка мін­ска­га Палікар­па Казі­міра­ва сына Свен­тар­эц­ка­га па пра­ву трох­га­до­ва­му … Зноў жа тое ж тычыц­ца фаль­вар­ку Казі­міра­ва ці Бярозаўка.
… вёскі Пятроўш­чы­на … нале­жа­чая дзед­зіч­на­му ўла­да­нь­ню Ёзэфа Жыж­эм­ска­га шам­бе­ля­на два­ру поль­ска­га, зна­ход­зя­ча­я­ся ў сапраўд­ным яго ўладаньні.

87/74. ДОМИ­НИК АНТО­НО­ВИЧ (†1800)

мин­ский город­ни­чий в 1782-1785, пору­чик войск литовских.

У Рэвіз­скіх каз­ках 1795 года сустр­эў наступ­ную інфар­ма­цыю: «… фаль­вар­ку Дво­рыш­ча [з вёс­кай Сла­ба­дой] нале­жа­ча­га веч­ным ула­даль­ні­кам шам­бе­ля­ну два­ру поль­ска­га Ёзэфу і паруч­ніку Мін­ска­га ваяводзтва Дамініку Антонія дзе­цям Жыж­эм­скім, які тры­мае па пры­су­ду Экс­ды­візор­ска­га суда вой­скі Мін­с­кай губ­эр­ні Яўхім Яна сын Хма­ра, а ад яго ўтры­маль­ні­ка­мі таго фаль­вар­ку з 1795 па 23.04.1998 па пра­ву трох­га­до­ва­му арэнд­на­му Мацей Стэфа­на сын Буха­роўскі і Фран­ці­шак Він­ц­эн­та сын Мар­кевіч. Тое ж самае тычыц­ца фаль­вар­ку Бры­левічы і вёс­цы Рылаўшчыны …
… вёскі Рылаўш­чы­на … якая нале­жы­ць дзед­зіч­на­му ўла­да­нь­ню гарад­нічы­цаў мін­скіх Ёзэфа і Дамініка Стэфа­на сынам Жыж­эм­скім, а цяпер зна­ход­зя­ча­я­ся ў сапраўд­ным ула­да­нь­ні камор­ніка мін­ска­га Палікар­па Казі­міра­ва сына Свен­тар­эц­ка­га па пра­ву трох­га­до­ва­му … Зноў жа тое ж тычыц­ца фаль­вар­ку Казі­міра­ва ці Бярозаўка.

1801 июль — запись от июля 1801 г. о кре­ще­нии в Радо­шко­ви­чах мла­ден­ца на имя Анна: «Nobilium Philipi et Anna de Domo Laykowska Lichodziewskich MD Dominicus Zyzemski … cum MD Petronela Bykatowna MD Ignacius Nowicki cum MD Constancia Zyzemska, MD Antoni Piоsecki cum Anna Bildziukiewiczowna».

Ж. АНТО­НИ­НА ОЗЕМ­БЛОВ­СКАЯ, дочь мин­ско­го хорун­же­го 83.

89/75. ЯН-НЕПО­МУК ЯЦЕ­КО­ВИЧ (*22.5.1768,1794)

При­ни­мал уча­стие в войне 1794 г. и был взят в плен рус­ски­ми. Отпу­щен из пле­на 17 авгу­ста 1795 по пас­пор­ту гене­ра­ла Хру­ще­ва. В 1808 году про­дал своё име­ние в Мин­ском пове­те и арен­до­вал у сво­ей маче­хи Вик­то­рии Жижем­ской име­ние Кома­ров­щи­ну в Борисов.у. Начи­ная с Яна-Непо­му­ка эта линия литов­ской вет­ви кня­зей Жижем­ских пере­шла в раз­ряд однодворцев.

родил­ся 22 мая 1768 г. 84, при­ни­мал уча­стие в войне 1794 г.; взят в плен рус­ски­ми и отпу­щен из пле­на 17 авгу­ста 1795 г. по пас­пор­ту гене­ра­ла Хру­що­ва 83; в 1808 г. про­дал свою вот­чи­ну в мин­ском уез­де и арен­до­вал у сво­ей маче­хи, кня­ги­ни Вик­то­рии Жижем­ской, фоль­варк Кома­ров­щи­ну, в Бори­сов­ском уез­де (12 душ муж­ско­го пола) 85.

Ж. МАРИ­АН­НА МИХАЙ­ЛОВ­НА ЯВОР­СКАЯ 85

90/75. РАЙ­МУНД ЯЦЕ­КО­ВИЧ ЖИЖЕМСКИЙ

сын Яце­ка, † в дет­стве 86.

91/75. НИКО­ДИМ ЯЦЕ­КО­ВИЧ ЖИЖЕМСКИЙ

сын Яце­ка, † в дет­стве 86.

92/75. ТОМАШ ВИКТОРОВИЧ

сын Вик­то­ра 86.

93/76. ФРАНЦ ВИК­ТО­РО­ВИЧ (*1772)

Родил­ся в 1772 87, боб­руй­ский меже­вой судья до 1834 г. 87; арен­да­тор фоль­вар­ка Залу­жье, в Боб­руй­ском уезд 87.

Ж. УРСУ­ЛА СКОЛ­ДЫЦ­КАЯ, † до 1834 г. 87.

94/76. ФЕЛИКС ВИК­ТО­РО­ВИЧ (*1783).

сын Вик­то­ра 86.

95/76. ТАДЕ­УШ (ФАД­ДЕЙ) ВИКТОРОВИЧ

родил­ся 1783 г. (уни­ат); в 1827 г. про­из­ве­ден в титу­ляр­ные совет­ни­ки; в 1834 г. 87. слу­жил в мин­ской уго­лов­ной палат 88, за ним 2 души муж­ско­го и 2 жен­ско­го пола. 1847, сви­де­тель на сва­дьбе Иоси­фа Иоан­но­ви­ча Жижемского.

Ж. ФЕЛИ­ЦИ­А­НА ДЕЩИН­СКАЯ († до 1884 г.) 88.

96/76. АНТО­НИ­НА ВИКТОРОВНА

дочь Вик­то­ра 88.

97/76. ТЕРЕ­ЗА ВИКТОРОВНА

дочь Вик­то­ра 88.

98/76. МАР­ГА­РИ­ТА ВИКТОРОВНА

дочь Вик­то­ра 88.

XXX генерация от Рюрика.

99/80. АДАМ ЯНО­ВИЧ (*1766)

сын Яна Сте­фа­но­ви­ча, родил­ся 1766 г. 88; кре­ди­то­ра­ми у него было ото­бра­но име­ние Шер­шу­ны 88;

Ж. ЕВА-ЮСТИ­НИЯ ЯНОВ­СКАЯ (* 1774) 88.

100/80. АНТОН ЯНО­ВИЧ (1778-)

сын Яна Сте­фа­но­ви­ча, родил­ся 1778 г. 88; клю­че­вой над­смотр­щик (*) в мест. Бере­зин в 1834 г. 88.

Ж. ГОНО­РА­ТА ПЕТ­РОВ­СКАЯ (*1784 г.) 88.

101/80. ИОСИФ ИОАННОВИЧ.

сын Яна Сте­фа­но­ви­ча 88.

102/80. ФАД­ДЕЙ ИОАННОВИЧ

сын Яна Сте­фа­но­ви­ча 88.

103/80. ПЕТ­РО­НЕЛ­ЛА ИОАН­НОВ­НА ЖИЖЕМСКАЯ

дочь Яна Сте­фа­но­ви­ча 88.

104/80. АНЕ­ЛИ ИОАННОВНА

дочь Яна Сте­фа­но­ви­ча 88.

ФРАНЦ ФЕЛИ­ЦИ­А­НО­ВИЧ

сын Фели­ци­а­на Сте­фа­но­ви­ча 89.

107/86. ЛУКА ИОСИ­ФО­ВИЧ (*21.3.1778),

сын Иоси­фа Сте­фа­но­ви­ча, родил­ся 21 мар­та 1778 г. 90; по бед­но­сти пере­шел в 1834 г. в одно­двор­цы; неграмотен.

Ж. ЕЛИ­ЗА­ВЕ­ТА ПИОТТУХ.

107/87. ФЕЛИКС-АНДРЕЙ ДОМИ­НИ­КО­ВИЧ (25.11.1787)

сын Доми­ни­ка Анто­но­ви­ча, родил­ся 25 нояб­ря 1787 г. 91; в 1812 г. выбран дво­рян­ским засе­да­те­лем мин­ско­го зем­ско­го суда 92.

Ж. КЛА­РА-РОЗА БОЯР­СКАЯ, дочь Яна Бояр­ско­го, рот­мист­ра ошмя­нов­ско­го пове­та 88.

108/87. ИОСИФ-ФИЛИПП ДОМИ­НИ­КО­ВИЧ (9.9.1788, † до 1834)

сын Доми­ни­ка Анто­но­ви­ча, родил­ся 9 сен­тяб­ря 1788, † до 1834 г. 88.

105/89. ГЕН­РИХ ИОАН­НО­ВИЧ (*11.4.1806)

сын Яна-Непо­му­ка Анто­но­ви­ча; родил­ся 11 апре­ля 1806 г. 93; в 1834 г. вла­дел вме­сте с бра­том Иоси­фом и сест­рой Софи­ей, фоль­вар­ком Отцед­ка в Мин­ском уез­де 88.

106/89. КАЛИКСТ ИОАН­НО­ВИЧ (*1808-)

сын Яна-Непо­му­ка Анто­но­ви­ча 94

109/89. ИОСИФ ИОАН­НО­ВИЧ (*25.8.1814, †31.08.1864)

родил­ся 25 авгу­ста 1814 г. 95;
в 1834 г. вла­дел вме­сте с бра­том Ген­ри­хом и сест­рой Софи­ей, фоль­вар­ком Отцед­ка в Мин­ском уез­де 88.

25.8.1814 Josephum Joannis et Martiana de Domo Jaworska Żyżemskich [НГАБ 741.1.19 Мін­ская кат­эд­ра ар.6 ад.] 1847 2.2. — оба с Мин­ска ур. Иозеф cын Яна и Мар­цы­а­ны з Явор­ских Жыжем­ских КРе вдов­ца 32 лет и Камил­ла дочь Таде­уша и Алек­сан­дры з Жылин­ских Овло­чим­ских пан­на лет 18. Таде­уш Жыжем­ски рад­ца гоно­ро­вы, Кази­мир Квят­ков­ский КРе, Лон­счков­ски КА и Юстын Миц­ке­вич бух­гал­тер думы места Мин­ска 96.

31.8.1864 в г. Мин­ске Губерн­ский сек­ре­тарь Иосиф Жижем­ский от чахот­ки. Имея отро­ду 50 лет. Оста­вил жену Кал­тию (? = Ками­лия) ур. Овло­чим­скую лет 35. Сыно­вей Вик­то­ра 16, Вла­ди­сла­ва 13, Рому­аль­да 7 и доче­рей Сте­фа­нию 19, Софию 10, Аде­лию 6 и Алек­сан­дру 3 лет. Похо­ро­нен на Золо­той гор­ке 97.

Ж. 1) КАРО­ЛИ­НА СВИРЩЕВСКАЯ

Ж. 2) (2.2.1847) КАМИЛ­ЛА ОВЛО­ЧИМ­СКАЯ (1829-)

110/89. ФРАНЦ ИОАННОВИЧ

Хутор Боден­ки.

111/89. ИЗА­БЕЛ­ЛА ИОАН­НОВ­НА (*1811)

роди­лась 1811 г. 85.

112/89. СОФИЯ ИОАН­НОВ­НА (1820-)

роди­лась 1820 г. 88; в 1834 г. вла­де­ла вме­сте с бра­тья­ми, Ген­ри­хом и Иоси­фом, фоль­вар­ком Отцед­ка, в Мин­ском уез­де 88.

78. Тосифь Францевича,

113/93. МАТ­ВЕЙ ФРАН­ЦЕ­ВИЧ (1798-)

сын Фран­ца Вик­то­ро­ви­ча, родил­ся 1798 г.; дво­рян­ский засе­да­тель боб­руй­ска­го зем­ско­го суда в 1834 г.; арен­до­вал фоль­варк Зале­сье в Боб­руй­ском уез­де 98

Ж. КЛО­ТИЛЬ­ДА АДА­МОВ­НА ЖИЖЕМ­СКАЯ (№ ), роди­лась в 1808 г. 98.

114/93. ИОСИФ ФРАН­ЦЕ­ВИЧ (1803-)

сын Фран­ца Вик­то­ро­ви­ча, родил­ся 1808 г. 98; юнкер 2-го резерв­но­го сапер­но­го бата­льо­на; 17 октяб­ря 1830 г, уво­лен с про­из­вод­ством в ХIV класс 99, в 1834 дво­рян­ский засе­да­тель боб­руй­ско­го зем­ско­го суда 98.

Ж. ФРАН­ЦИС­КА ВОЛОД­ЗЬ­КО (* 1814) 98.

115/ КАЗИ­МИР ФАДДЕЕЕВИЧ

сын Фад­дея Вик­то­ро­ви­ча 89.

118/95. КАТА­РИ­НА ТАДЕ­УШОВ­НА /Catharina Josepha/ Жижем­ская ( * 25(27).7.1815)

д.Thadei et Feliciana de Domo Deszczynska Żyżemskich.

116/ПЕЛАГЕЯ ФАД­ДЕ­ЕВ­НА (*1818/21)

дочь Фад­дея Вик­то­ро­ви­ча, роди­лась в 1821 г. 98.

1842.8.2., шлюб, обое з Мин­ска, урод­жо­не­го Фели­ци­а­на сына Таде­уша и Ага­ты з Бели­ко­ви­чов Яку­бов­ских, юно­шу лет 21 и урод­жо­ну Пела­гею дочь Таде­уша и Фели­ци­ан­ны з Дещинь­ских Жыжем­ска, пан­на 24 лет 100

М. (2.8.1842) ФЕЛИ­ЦИ­АН ЯКУ­БОВ­СКИЙ (*1821), с. Таде­уша и Ага­ты с Бели­ков­ских Якубовских.

117/ СТА­НИ­СЛАВ

XXXI генерация от Рюрика.

КАЗИ­МИР-ЛЕО­НАРД АДА­МО­ВИЧ (*1802),

сын Ада­ма Яно­ви­ча, родил­ся в 1802 г.; арен­до­вал име­ние Суш­ко­во в Мин­ском уез­де 98.

Ж. [……], вдо­ва Глом­бац­кая 98.

120/99. АНТО­НИЙ АДА­МО­ВИЧ ( * 1800,1848),

с. Ада­ма и Евы з Янов­ских Жижем­ско­го, родил­ся въ 1805 г.; 1834, холост 98. Перед бра­ком жил в Минске.

Жена: 1848 23.5 МАГ­ДА­ЛЕ­НА ( *1825), дочь Сте­фа­на и Фран­циш­ки з Ворот­ниц­ких Дов­на­ров­ной. Перед бра­ком жила в Мин­ске. 101.

121/99. КАСИЛЬ­ДА АДА­МОВ­НА (1805-)

роди­лась в 1806 г. 98.

122/99. КЛО­ТИЛЬ­ДА АДА­МОВ­НА (1808-)

Муж: МАТ­ВЕЙ ФРАН­ЦЕ­ВИЧ ЖИЖЕМСКИЙ

123/100. ЭДУ­АРД-ЗИГ­ВАРД АНТО­НО­ВИЧ (1807-,1873)

родил­ся в 1807 г. 98; 14 декаб­ря 1836 г. утвер­жден в дво­рян­ском досто­ин­стве мин­ским дво­рян­ски­мью депу­тат­ским собра­ни­ем; 29 сен­тяб­ря 1840 г. утвер­жден в дво­рян­ском досто­ин­стве Героль­ди­ей 102.

2.10.1873- пись­мо Жижем­ско­го Никан­д­ру Ива­но­ви­чу Верховскому.

Ж. АНА­СТА­СИЯ РОД­КЕ­ВИЧ (как ска­за­но в мет­ри­че­скомь сви-

124/100. ЮЛИЯ АНТО­НОВ­НА (1805-)

ЛЕО­КА­ДИЯ АНТО­НОВ­НА (1809-)

КАСИЛЬ­ДА АНТО­НОВ­НА (1814-)

ДИО­НИ­СИЙ ЛУКИЧ (1825-)

Одно­дво­рец. Ему отка­за­ли в дво­рян­стве пра­ви­тель­ствен­ным Сена­том 7 декаб­ря 1866.

~ СУСАН­НА ДРАГУН

АНТОН-ИППО­ЛИТ ФЕЛИК­СО­ВИЧ (1821-)

В 1851 году уво­лен поручиком.

~ КОН­СТАН­ЦИЯ БОЯРСКАЯ

ИОАНН-ЯН-ПАВЕЛ ФЕЛИК­СО­ВИЧ (1824-,1891)

Пра­пор­щик.

Жена 1-я: ….

Жена 2-я: КАН­СТАН­ЦЫЯ БАЯР­СКАЯ гэр­бу «Сас».

ЛЕОН­ТИЙ-ЗАХАР ФЕЛИКСОВИЧ

КНЖ. РУЖА-ТЭА­ДО­РА-ЯДВІ­ГА ФЕЛИК­СОВ­НА ЖЫЖ­ЭМ­СКАЯ (1832-?).

Муж: ЯН-ГІПАЛІТ /IПАЛІТ АНУФРЫЕВІЧ/ БАЯР­СКI (1821-1876), гэр­бу «Сас».

Дети: Мар’янна /Марыя/ Баяр­ская за Станіслаў-Дыміт­ры Лука­ше­ви­чем (* … 1857, † …….)

/109. ВИЛЬ­ГЕ­МИ­НА-ИОЗЕ­ФИ­НА-МАРИЯ ИОСИ­ФОВ­НА (1842-)

741 1 37стр. 26 № 22 В Мин­ске на ули­це Фран­циш­кан­ской 1842 24.2 3-х име­на Виль­ге­ми­на, Иозе­фи­на и Марыя урод­жо­ных Иозе­фа и Каро­ли­ны з Ш(S*))вирщевских Жыжем­ских дочь.

/109. ВИЛЬ­ГЕЛЬМ-ФЕЛИ­ЦИ­АН ИОСИФОВИЧ

741 1 37стр. 47 об – 48 № 9 В Мин­ске на ули­це Зыбиц­кей 1843 стыч­ня 19. 2-мф Виль­гельм и Фели­ци­ан урод­жо­ных Иозе­фа и Каро­ли­ны з Швер­щев­ских Жыжем­ских сын.

/109. ТАДЕ­УШ-ЛЮДВИК ИОСИФОВИЧ

741 1 37 № 10 там же тогда же 2-ма Таде­уш и Людвик их же.

/109. КАТА­РИ­НА ИОСИФОВНА

741 1 37 стр. 66 В Мин­ске на Зыбиц­кой ули­це 1843 врес­ня 22. Ката­ри­на урод­жо­ных Иозе­фа и Каро­ли­ны с Свер­щев­ских Жыжемских.

/109. ЭЛИ­ЗА­БЕ­ТА-ЭМИ­ЛИЯ ИОСИ­ФОВ­НА (1844-)

741 1 41 № 160 1844 19 listopada 2 imena Elizabieta I Emilia ur. Jozefa I Karoliny z S*wirszczewskich Zyzemskich corka. Ur. Tadeusz Zyzemski radca honorowy z Altxandra Owloczymska sedzina
741 1 45 стр. 13 № 50 10.4.1849 в Мин­ске дитя Эми­лия от крю­па ГСе Оси­па и Каро­ли­ны Жижем­ских 4 года, на Кальварии.

/109. СТЕ­ФА­НИЯ-ВАЛЕН­ТИ­НА ИОСИ­ФОВ­НА (1845-,1864)

В Мин­ске на ули­це Фран­цис­кан­ской года 1841 квет­ня 29. Дву­мя име­на­ми Вален­ти­на Сте­фа­ния урод­жо­ных Иозе­фа и Каро­ли­ны з Свер­щев­ских Жижем­ских. 103.

/109. Вик­тор Иоси­фо­вич (1848-,1864)

/109. Фели­ци­ан Иосифович

741 1 45 стр. 27 № 111 1.10.1849 от несвое­вре­мен­ных родов дитя Фели­ци­ян ГСе Иоси­фа и Ками­лии ур. Овло­чим­ской Жижем­ских на З.Г. кл.

/109. ВЛА­ДИ­СЛАВ ИОСИ­ФО­ВИЧ (1851-)

Жена: МАРИЯ ФЕДО­РОВ­НА N

/109. РОМУ­АЛЬД ИОСИ­ФО­ВИЧ (1857-10.10.1864)

Смерть — 10.10.1864 дв. Рому­альд сын Иоси­фа Жыжем­ский от водян­ки, имея от роду 7 лет. На З.г. [стр. 117 об.
№ 140 Ф.741 о.1 д.48 Мин­ский кафед­раль­ный смер­ти 1858-1867стр.] 

/109. СОФИЯ-АННА ИОСИ­ФОВ­НА (11.7.1854 -,1864)

11.7.1854 София-Анна дв. ГСе Оси­па и Ками­ли­ии ур. Овло­чим­ской Жыжем­ских 14 мая поут­ру. ТиС Игна­тий Доб­ро­воль­ский и Мари­ан­на Олеш­ке­вич 104.

/109. АДЕ­ЛИЯ ИОСИ­ФОВ­НА (1858-,1864)

/109. АЛЕК­САНДРА ИОСИ­ФОВ­НА (1861-,1864)

ТИТ МАТ­ВЕ­Е­ВИЧ ЖИЖЕМ­СКИЙ (1868)

25 лет на 1867 г., дво­ря­нин Вилен­ской губ., сослан без лише­ния прав на житель­ство, с 1865 г. нахо­дил­ся в Тоболь­ске, после в Омске, в 1867 г. выехал в Цар­ство Поль­ское, пись­мо­вод­ство, участ­ник Польск.восстания 1863-64гг., сослан­ный в Сибирь.

XXXII генерация от Рюрика.

ЗЕНОН ЭДУ­АР­ДО­ВИЧ (28.XII.1841-)

В 1871 году воен­ный инже­нер З. Э. Жижем­ский под­вёл к мав­зо­лею Гур-Эми­ру доро­гу, кото­рая свя­зы­ва­ла этот памят­ник с кре­по­стью и начав­шим в это вре­мя застра­и­вать­ся новым горо­дом. В октяб­ре 1883 г. была созда­на комис­сия по про­из­вод­ству рас­ко­пок Афра­сиа­ба, куда по рас­по­ря­же­нию . Г. Чер­ня­е­ва и под руко­вод­ством В. В. Кре­стов­ско­го были
направ­ле­ны кол­леж­ский сек­ре­тарь Брунс, кол­леж­ский реги­стра­тор Кор­ни­лов и под­по­ру­чик Баба­га­ли­ев в каче­стве пере­вод­чи­ка 105. Позд­нее в комис­сию вли­лись инже­нер-ирри­га­тор З. Э. Жижем­ский и пол­ков­ник Чер­нев­ский (Кре­стов­ский 1884). Для про­ве­де­ния работ Чер­ня­е­вым на осно­ва­нии пред­пи­са­ния от 30 сен­тяб­ря 1883 г. было выде­ле­но 1000 руб­лей 106. 8 октяб­ря Кре­стов­ский при­ступ ил к осмот­ру мест­но­сти и по реко­мен­да­ции Жижем­ско­го, про­кла­ды­вав­ше­го в 1871 г. доро­гу через Афра­сиаб, избрал место буду­щих рас­ко­пок на буг­ре к восто­ку от трак­та Самар­канд — Таш­кент, в 150 саже­нях от мече­ти Хаз­рет-Хызр. С 10 по 26 октяб­ря, соглас­но отче­ту Кре­стов­ско­го, комис­си­ей про­из­во­ди­лись топо­гра­фи­че­ские и архео­ло­ги­че­ские рабо­ты, а вплоть до 21 нояб­ря ее чле­ны нано­си­ли на план пред­ме­ты, най­ден­ные в тран­ше­ях, колод­цах, зда­ни­ях, мосто­вой и др.» (там же: л. 41).
В 1890 г. инже­нер 3. Э. Жижем­ский раз­ра­бо­тал про­ект стро­и­тель­ства на Сан­за­ре водо­хра­ни­ли­ща Ила­нут­ти, рас­счи­тан­но­го на осво­е­ние 20 тыс. деся­тин новых земель.

ГЕН­РИХ-ЕВГЕ­НИЙ ЭДУ­АР­ДО­ВИЧ (3.VI.1848-)

ЛЕО­НАРД ЭДУ­АР­ДО­ВИЧ (15.II.1851-)

Род заня­тий сыро­вар. Вла­дел име­ни­ем Кли­мо­во Духовищин.у. Смо­лен­ской губ.
» ІІатріо­ти­че­ск­гй вечерь. 27 янва­ря въ Кли­мов­ской второ­классной школѣ состо­ял­ся патріо­ти­че­скій литературно-вокальный
вечеръ съ участіемъ всѣхъ уча­щих­ся. Вечеръ посѣти­ли, кро­мѣ ро­дителей уча­щих­ся, весь­ма мно­гія лица изъ мѣст­на­го насе­ленія, а
та кж е и нѣко­то­рые почет­ные гости. Въ числѣ дру­гихъ пьесъ были испол­не­ны гим­ны: рус­скій, фран­цуз­скій, серб­скій и чер­но­гор­скій,— Бра­тья — сл а в я н е, Мно­ги лѣта, Гей сла­вяне и др. Номе­ра пѣнія въ про­дол­женіе всей про­грам­мы чере­до­ва­лись съ чтеніемъ (оди­ноч­ное и въ лицах ъ ) сти­хо­тво­реній и отры вковъ изъ лите­ра­тур­ны хъ про­из­ве­деній, пре­иму­ще­ствен­но патріо­ти­че­ска­го харак­те­ра. Организа­торы вече­ра имѣ­ли въ виду, поми­мо вос­пи­та­тель­но-обра­зо­ва­тель­ныхъ цѣлей, о к аза ть сво­имъ скром­нымъ тру­домъ и посиль­ную по­мощь жерт­вамъ вой­ны — боль­нымъ и ране­нымъ вои­намъ. Съ этою цѣлію для доб­ро­хот­ныхъ пожерт­во­ваній былъ пред­ло­женъ подпи­сной листъ, по кое­му собра­но 51 р. 60 к.; сверхъ сего мел­ка­го сбо­ра съ кре­стьян ъ посту­пи­ло 7 руб. 9 коп.,— а все­го 58 р. 69 к .— За вы четомъ 12 р, 49 к. рас­хо­довъ (при­слу­га, устрой­ство эст­рады, чай для почет­ныхъ гостей и уча­щих­ся), чистый сборъ въ раз­мѣрѣ 46 р. 20 коп. пре­про­вож­денъ въ Смо­лен­скій Епар­хіаль­ный Коми­тетъ помо­щи жерт­вамъ вой­ны. Устро­и­те­ли вече­ра считаютъ
5олгомъ при­не­сти глу­бо­кую бла­го­дар­ность почет­нымъ гостямъ — жерт­во­ва­те­лямъ на свя­тое дѣло,— и осо­бо бла­го­да­рятъ управ­ля­ю­ще­го им. Кли­мо­во Л. Э. Жижем­ска­го за без­плат­ное предо­став­ле­ние матеріа­ла на устрой­ство эст­ра­ды и ска­мей и за тру­ды по прі- му пож ерт­во­ваній и наблю­денію за поряд­комъ на вечерѣ. Завѣ­ду­ю­щій шко­лою, свя­щен­никъ С. Потем­кинъ.» 107.

~ N

~ ВИЛЬ­ГЕ­МИ­НА КУНЦ

СТА­НИ­СЛАВ ДИО­НИ­СИ­Е­ВИЧ (14.XI.1843-)

Одно­дво­рец. Ука­зом 7 нояб­ря 1866 Пра­ви­тель­ству­ю­щий сенат отка­зал ему, отцу его и бра­тьям в дво­рян­ском звании.

АДАМ ДИО­НИ­СИ­Е­ВИЧ (2.IX.1846-)

Одно­дво­рец

ЯН ДИО­НИ­СИ­Е­ВИЧ (18.X.1851-)

Одно­дво­рец

ФАБИАН-СЕВАСТЬЯН–БОЛЕСЛАВ ИОАН­НО­ВИЧ (*20.I.1864-)

Жена: ЮЛИЯ-СОФИЯ ЖУРАЛЬСКАЯ.

КНЖ. АПА­ЛЁНІЯ ИОАН­НОВ­НА ЖЫЖ­ЭМ­СКАЯ ( * … 1859, † ……),

д. кня­зя Яна-Паў­ла / Іва­на Фэлік­саві­ча Ж. (1824-пась­ля 1891) і яго 2-й жон­кі Кан­стан­цыі Баяр­скай гэр­бу «Сас».
Перад шлю­бам жыла ў с. Мохна­ч­цы (Сквір­скі пав., Кіеўская губ.).

Муж: с. Дзі­даўш­чы­на, Сквір­скі пав., Кіеўская губ., рым.-кат. к. 1882.07.25, МЕЧЫ­СЛАЎ-ВІКЕН­ЦІ ЛУКА­ШЕ­ВИЧ (* … 1854, † ……. ) с. Маць­вей Лука­ш­э­віч i Нар­цы­за Аксак гэр­бу ўлас­на­га. Перад шлю­бам жыў у г. Кіяве. 108

АЛЕК­САНДР ВЛА­ДИ­СЛА­ВО­ВИЧ (26.VIII.1873-)

ПЁТР ВЛА­ДИ­СЛА­ВО­ВИЧ (30.V.1881-)

НИКО­ЛАЙ ВЛА­ДИ­СЛА­ВО­ВИЧ (*12.XII.1890-)

XXXIII генерация от Рюрика.

НИКО­ЛАЙ ЛЕО­НАР­ДО­ВИЧ (26.XI.1888, †1943)

1915- Ране­ные в боях: …СМО­ЛЕНСК, 14, XII. Сня­ты с про­хо­дя­щих сани­тар­ных поез­дов : Пра­пор­щи­ки : ЖИЖЕМ­СКИЙ Нико­лай Лео­ни­до­вич, Лав­ре­нов Нико­лай Трофимович.Газета «Рус­ское сло­во» Пят­ни­ца, 18-го декаб­ря 1915г. N290.
5.1.1927 — брак с Над.Вас., Пречистин.волость Духовищин.у.
7.11.1927-село Соло­нец-Буце­вич, рож­де­ние дочери
21.02.1930 — умер­ла жена от туберкулеза.
1943- погиб во вре­мя ВОВ.

Жена: 1927 НАДЕЖ­ДА ВАСИ­ЛЬЕВ­НА РЕД­КО­ВА (14.8.1904, с.Городна, Духов­щин­ско­го уезда-2.02.1930)

АЛЕК­САНДР ЛЕО­НАР­ДО­ВИЧ (*16.VII.1890-10.11.1937)

От 1-й жены. Уро­же­нец Ярцев.р. д.Климово. поляк; б/п. Смо­лен. кон­то­ра «Росснаб­сбыт», бух­гал­тер. Аре­сто­ван 01.08.37. Осуж­ден 04.11.37 НКВД и Про­ку­ро­ра СССР. Ста­тьи обви­не­ния: 58-10. Рас­стре­лян 10.11.37.

ДАВИД ЛЕО­НАР­ДО­ВИЧ

1916 год — Спи­сок лиц, коим от Рос­лавль­ской муж­ской гим­на­зии в 1915/1916-м учеб­ном году были выда­ны атте­ста­ты или сви­де­тель­ства зре­ло­сти или иные удо­сто­ве­ре­ния о полу­чен­ном в оной образовании.
Атте­ста­ты зре­ло­сти (выда­ны 2 мая 1916 г.):Жижемскому Дави­ду Лео­нар­до­ви­чу — №625

ЕКА­ТЕ­РИ­НА ЛЕОНАРДОВНА

~ АЛЕК­САНДР ТОМИЛИН

МАРИЯ ЛЕО­НАР­ДОВ­НА

АННА ЛЕО­НАР­ДОВ­НА

~ АСЕ­ЕВ

ВАЛЕН­ТИ­НА ЛЕОНАРДОВНА

ФАД­ДЕЙ ФАБИ­А­НО­ВИЧ (*12.IV.1902)

ИГНА­ТИЙ ФАБИ­А­НО­ВИЧ (*1.II.1906)

БОГ­ДАН ФАБИ­А­НО­ВИЧ (*30.XI.1908)

XXXIV генерация от Рюрика.

ТАТЬЯ­НА НИКО­ЛА­ЕВ­НА ЖИЖЕМ­СКАЯ (1927-2006)

Жена: 1953, ВИК­ТОР МИХАЙ­ЛО­ВИЧ МАКА­РЕВ­СКИЙ (1.10.1926-1978)

Дети: They had 3 childr.

Скрипторий

№ 1

20 мар­та 1512, Пинск. Комис­са­ры поста­нов­ля­ют реше­ние по тяж­бе кн. Фео­до­ра Ива­но­ви­ча Яро­сла­ви­ча с кн. Миха­и­лом Ива­но­ви­чемъ Жижем­ским отно­си­тель­но гра­ниц в с. Сошно. 

Ілііе­ге «Ішіісіаіез 8ирег Зго­вя­по іпіег йисет Ріе­До­гит еі МісЪас-
Іет йисет бгіз­гетз­ку ек соп­сог­сііа агЪіігаІів.

При­ка­за­немъ гос­по­да­ря нашо­го коро­ля его мило­сти Жик­ги­мон­та, мы дво­ране коро­ля его мило­сти Коръ­ні­ло Тур а Мар­тин Мелеш­ке­вич смот­ре­ли есмо того дѣла про­меж­ку кня­зя Ѳедо­ра Ива­но­ви­ча Яро­сла­ви­ча и про­меж­ку кня­зя Миха­и­ла Ива­но­ви­ча Жижем­ско­го в Пин­скомъ повѣ­те и з Ост­ро­вич. Жало­вал князь Ѳедор Ива­но­вич Яро­сла­вич на кня­зя Миха­и­ла Ива­но­вич Жижем­ско­го, реки князь Ѳедор: Пано­ве, тот князь Михай­ло на моей зем­ли и въ моихъ лови­щех у Сош­нѣ люди свои поса­дилъ и паш­ню свою двор­ную пу-стил и ловы ловит, чого из вѣку неме­вал. и князь Михай­ло рек: Пано­ве, за вели­ко­го кня­зя Вито­вта и за Жик­ги­мон­та и за коро­ля Андрѣя Кази­ми­ра его милост дѣдъ мой и отец мой и я сам въ сошне въ зем­ли и в сено­жа­тих и в лови­щех и въ борт­номъ дѣре­ве и въ водах сто­я­чих и теку­чихъ во всемъ* поло­ви­ну маю, а дво­ри­ща двѣ маю, а князь Ѳедор три дво­ри­ща мает, и князь Ѳедор рек: кня­же Миха­и­ле, ест­ли пред­ки твои и ты сам въ сош­нѣ во всемъ поло­ви­ну маеш, поло­жи перед судя­ми лист дани­ну, от кого пред­ки твои мают, што будет въ листу сто­я­ти, то будеш мѣти. и князь Михай­ло листа на то не мает, и потом пыта­ли есмо кня­зя Миха­и­ла: маеш ли ты свет­ки люди доб­рый, кото­рым бы свѣ­до­мо, што пред­ки твои у сошьне во всем поло­ви­ну мѣли, и князь Михай­ло свет­ковъ не подал, и мы пыта­ли кня­зя Ѳедо­ра о свет­ки, што бы дѣдъ и отецъ пред­ки кня­зя Михай­ло­вы въ Сошьне поло­ви­ны не мели ни в чомъ, и князь Ѳедоръ подалъ свѣт­ки на тое пана
вое­во­ды Вилен­ско­го мужей Боб­рец­кое воло­сти, и князь Михай­ло боб­ро­чан отста­вилъ а рек: то мои сутяж­цы. и князь Ѳедор подал свѣт­ки въла­ды­чи­ны люди а кгар­ды­я­но­вы люди, и князь Михай­ло и тыхъ люди отста­вил а рек: то мои сутяж­цы. и князь Ѳедор подал лулин­цев пава Пин­ско­го люди, и он тых люди полю­бил а рек: нехай они при­ся­гут свет­чатъ; их шест, а семый кня­жий боярин Иваш­ко Поло­зо­вич при­сяг­нет, и боярин кня­жий Иваш­ко Поло­зо­вич не хотѣл нри­сяг­ну­ти. И потом князь Михай­ло сам къ присязѣ посяг­нул и князь Ѳедор ему допу­стил. II мы судьи под­лугъ земского
пра­ва тре­те­го дня при­ся­гу поло­жи­ли, и князь Михай­ло на тот день сталъ и хотѣл пра­во под­не­сти на том, штож дѣд его и оте­ць его во всемъ сотне поло­ви­ну мѣл. и князь Ѳедор хотѣл его къ присязѣ повѣ­сти, ино мы суди про­мѣж­ку их мило­сти зго­ду вчи­ни­ли, при­ве­ли есмо их милость на то, што ж князь Ѳедор посту­пил кня­зю Миха­и­лу во всемъ сотне поло­ви­ну въ зем­ли борт­ной и в паш­ной и в сено­жа­тех а в озе­рех и въ реках и в ловех и во всихъ рѣчах. и князь Михай­ло к тому при­сту­пил и кня­зю Ѳедо­ру про­тив­ку того посту­пил за передѣ­ломъ зем­ли борт­ное и нашное и сено­жа­ти и ловов и озеръ и въсих рѣчей, што кол­ве ест за передѣ­лом. а кня­зю Миха­и­лу за передѣл нел­зе ничим, лѣч мает князь Михай­ло на свой двор за передѣ­лом камене бра­ти и его люди тыи, кото­ры въ сошне седят, а ост­ро­ви­ча­ном там каме­ня не бра­ти. а гран сошен­ской зем­ли ночои от передѣ­ла пев­ны­ми гра­ни горо­дис­кою а сушиц­кою, а от сушиц­кое гра­ни ост­ро­виц­кою и горо­ди­щкою, а от ост­ро­виц­кое и горо­ди­щкое поро­хон­скою, а от поро­хон­ское въ боб­рок, а от боб­ро­ка опят до передѣ­ла. ино в том обру­бе кня­зю Миха­и­лу поло­ви­на во всемъ в томъ, на чом жо их милость изе­диа­лис, а кня­зю Ѳедо­ру поло­ви­на во всем, што ж у вер­ху ест выпи­са­но, а при том при нас были бояре коро­ля его мило­сти клец­кие: ІІац­ко Иет­ри­ще­вич а Гир­ман Домо­тка­но­вич а Олех­но Знебчич, а лид­ский боярин Войт­ко Кро­че­вич, а кня­зя Дуб­ро­виц­ко­го бояре Мих­но Виров­ский и Иваш­ко Волын­це­вич, а Борыс Ряб­це­вич. а для леп­шое спра­вед­ли­во­сти и твер­до­сти мы суди вер­ху писа­ный при­ло­жи­ли есмо печа­ти свои къ сему нашо­му листу судо­во­му. Писан у Пин­ску по семой тися­щи въ лѣт 20 мар­та 18 ден индикт 15.

Литов­ская Мет­ри­ка Пуб­личн. Д., кн. Л? Ж л. 19 г. — 20 г.

Черновик

ссыль­ный вилен­ский шлях­тич, слу­жил на Кав­ка­зе Ста­ни­слав Ян Жижем­ский род.184?-5? в Виль­но — умер в 1901, баб­ка кня­ги­ня Мари­ам Кон­стан­ти­нов­на Шер­ва­шид­зе род.1854 — до 1917. Дети Вац­лав от него Я, Димит­рий жена N Дади­а­ни жили дале­ко после рево­лю­ции ((дед гово­рил жили после рево­лю­ции в Сов.России жена дала фами­лию детям опа­са­ясь гоне­ния на поля­ков тогда шла вой­на боль­ше­ви­ков с Поль­шей) судь­ба их неиз­вест­на, сёст­ры судь­ба неизвестна

Жижем­ский Вадим Борисович
Дата рождения
28 мая 1961 г.
Дата смерти
1 фев­ра­ля 2007 г.
Место захоронения
Сверд­лов­ская область, Ека­те­рин­бург Широ­ко­ре­чен­ское кладбищ

Жижем­ская Тере­за Кухан­ская при ст. Понятовском.

Жижем­ский Людвиг (1868) 35 лет на 1867 г., дво­ря­нин Вилен­ской губ., сослан без лише­ния прав на житель­ство, с 1865 г. нахо­дил­ся в Тоболь­ске, после в Омске, в 1867 г. выехал в Цар­ство Поль­ское, пись­мо­вод­ство, участ­ник Польск.восстания 1863-64гг., сослан­ный в Сибирь

Жижем­ский Фила­рет инок кн. (15?) монах Троицк.Серг.м-ря
Krystyna Тиш­ке­вич ; ×1 Jan ks. Żyżemski, stolnik miński; ×2 Górski

Бене­дикт Ива­но­вич Бого­ви­тин (?- 1576), муж Бар­ба­ры Ленар­тов­ны Косин­ской. Жін­кою його була Бар­ба­ра Ленар­тів­на Косинсь­ка, вдо­ва кня­зя Жижемського.

Ива­нов­ский Иосиф Миха­ил ул. 7.03.1758, уже ум. 23.12.1765 мин. стар., ж. Марья­на Жижем­ская, с. Ста­ни­слав, Фели­ци­ан и Игна­тий, фл. Грин­ки и Волч­ке­ви­чи, в Мет. фл. Костю­ко­ви­чи и Чер­ко­ви­чи (ф. 1737, д.45, л. 1334), тест. (1.09.1760)-30.09.1774 мин. стар., фл. При­лу­ки, Бур­биш­ки, Волч­ке­ви­чи, Чер­ка­сы, д. Роза, с. Ста­ни­слав младш., Игна­тий старш., Фели­ци­ан, Таде­уш умер, б. Ежи гр. суд. умер (ф.1769, д.7, л.406-409, д.16, л.211-224)

стр 76 – 76 обчин­ше­вая шлях­та в д. Вер­хо­ви­чи Томаш Гри­го­рьев Лозов­ский 27 (спи­сок семьи не выпи­сы­вал) пле­мян­ник их Лукаш Иоси­фов Жижем­ский 17

Бог­да­на.
м1: N Есьман;
м2: кн. Геро­ним Жижемский

Żyżemski Januszek 20.05.1908
Żyżemski Wlodzimierz 24.04.1908
Żyżemski Tadeusz — , szer. 240. p. p. pl. 15.VIII.1920,

Katarzyna Grabia z Grabic h. Grabie («Sosa» 7) & Adam Żyżemski

НОТАТКИ
  1. РГИА Ф. 1343 Оп. 21 д. 1974 .О сопри­чис­ле­нии к дво­рян­ско­му состо­я­нию (Жижем­ских); Чар­няўскі Ф. В. Урад­нікі (паса­ды, тыту­лы) Мен­ска­га ваявод­ства XVI — XVIII ста­годдзяў (Бія­гра­фіч­ны давед­нік) / Ф. Чар­няўскі. — Мн.: Олде­ран, 2007.
    — 224 с.[]
  2. AGAD, perg 4707[]
  3. Алек­се­юк М.И. Брест-Литов­ское вое­вод­ство с кон­ца XVI в. до 1772 г. Кар­та-схе­ма хра­нит­ся в Брест­ском област­ном кра­е­вед­че­ском музее.; 66[]
  4. Barch. kn. I 107[]
  5. W Wilnie Lipca 24 i 25 ind. 7 (Z. l i 2 atr. 209 i 231).
    ).[]
  6. W Wilno Października 27 i 28 ind. 7 (1533. Z. l i 2 str. 236 ).[]
  7. Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 1. Ч. 2. М., 1977. С. 232[]
  8. Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 120[]
  9. Анто­нов А.В. Поруч­ные запи­си 1527–1571 годов // Рус­ский дипло­ма­та­рий. Вып. 10. М., 2004. С. 11[]
  10. Сб. ГКЭ, т. I, стр. 118, 120; Лодом­ские акты, №№ XLIX, LV, LXIII[]
  11. ДРВ, изд. 2, т. XVIII, стр. 10[]
  12. Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 10, 81, 99, 100, 107, 134, 145, 160; РГА­ДА. Ф. 1209. Оп. 1. № 4114/32; Госу­дар­ствен­ный архив Рос­сии XVI сто­ле­тия. Опыт рекон­струк­ции / Подг. тек­ста и ком­мент. А. А. Зими­на. М., 1978. С. 370-371[]
  13. ОР РНБ. Ф. 532. Оп. 1. № 154. Л. 1; Ката­ев И. М., Каба­нов А. К. Опи­са­ние актов собра­ния гра­фа А. С. Ува­ро­ва. М., 1905. № 40. С. 45[]
  14. Архив СПб ИИРАН. Ф. 29. Оп. 1. Д. 8. № 1145. Л. 1316; Шума­ков С.А. Обзор гра­мот кол­ле­гии эко­но­мии. Вып. 4. М., 1917. С. 272[]
  15. Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 48[]
  16. Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С.81-82[]
  17. НГАБ у Гродне. Ф.1475, воп.1, ад. з.2, арк. 76–77.[][]
  18. Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 10, 80, 117[]
  19. Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 81[]
  20. Archiwum książąt Lubartowiczów Sanguszków w Sławucie. T. 1 1366—1506. Lwów, 1887, S. 132, 147[]
  21. 1542 Marca 10 [Z. 27 k. 141).[]
  22. Акты Южной и Запад­ной Рос­сии (А.Ю.З.Р.). Ч. І. Т. 1. № 17.[]
  23. Кле­патсь­кий П. Г. Очер­ки по исто­рии Киев­ской зем­ли. Литов­ский пери­од. Біла Церк­ва: Вида­ве­ць Олек­сандр Пшон­ківсь­кий, 2007. С. 298., c. 298.[]
  24. Дже­ре­ла: ANK, AS, Teka VІІI, Plik 97; Teka ІX, Plik 1; Plik 3; Plik 23; Plik 28, st. 138, 142. 15.7.1558–4.6.1561. Публ.: Одно­ро­жен­ко О. https://​sigillum​.com​.ua/​s​t​a​m​p​/​z​h​y​z​h​e​m​s​k​a​-​a​n​a​s​t​a​s​i​y​a​-​m​y​h​a​j​l​i​v​na/[]
  25. Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 64). Оле­ша Жижем­ский в фев­ра­ле 1547 г. на сва­дьбе царя Ива­на Васи­лье­ви­ча и Ана­ста­сии Заха­рьи­ной был на рас­сыл­ке у посте­ли (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 1. Ч. 2. М., 1977. С. 325). Убит чере­ми­сой под Сви­яж­ском в июле 1552 г. ((Пол­ное собра­ние рус­ских лето­пи­сей. Т. 13. М., 2000. С. 198; Т. 29. С. 91; Памят­ни­ки исто­рии рус­ско­го слу­жи­ло­го сосло­вия / Сост. А. В. Анто­нов. М., 2011. С. 181[]
  26. Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 264, 268, 283, 284, 297, 324; Ката­лог пис­цо­вых опи­са­ний Рус­ско­го госу­дар­ства сере­ди­ны XV–начала XVII века / Сост. К. В. Бара­нов. М., 2015. С.75, 94[]
  27. Дже­ре­ла: ANK, AS, Teka ХI, Plik 84. 19.9.1568. Пуб­ли­ка­ция: Одно­ро­жен­ко О.
    https://​sigillum​.com​.ua/​s​t​a​m​p​/​z​h​y​z​h​e​m​s​k​y​j​-​p​y​l​y​p​-​d​a​n​y​l​o​v​y​ch/[]
  28. «Сла­вян­ская энцик­ло­пе­дия в 2-х томах (Киев­ская Русь-Мос­ко­вия)», Богу­слав­ский В. В., изд. «Олма-Пресс», г. Москва, 2003 г. ISBN 5-224-02249-5 ; 5-224-02251-7; «Состав дво­рян­ства на зем­ских собо­ре 1566 г.», Часть 1-я, «Вест­ник Санкт-Петер­бург­ский Уни­вер­си­те­та», Ср. 2, Вып. 1, «Исто­рия Рос­сии», А. Л. Кор­зи­нин 2012 г., с. 12.[]
  29. Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 74, 208[]
  30. Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 1. Ч. 2. М., 1977. С. 325[]
  31. Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 161, 166, 188, 202, 207-209, 214, 224[]
  32. Кни­га Полоц­ко­го похо­да 1563 г. (Иссле­до­ва­ние и текст) / Подг. текст К. В. Пет­ров. СПб., 2004. С. 47, 76[]
  33. Сбор­ник Рус­ско­го исто­ри­че­ско­го обще­ства. Т. 71. СПб., 1892. С. 94[]
  34. Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 2. Ч. 1. М., 1981. С. 177; Собра­ние госу­дар­ствен­ных гра­мот и дого­во­ров. Ч. 1. М., 1813. С. 549; Рус­ский дипло­ма­та­рий. Вып. 10. М., 2004. С. 58; Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 3. Ч. 1. М., 1984. С. 148; Тати­щев Ю.В. Мест­ни­че­ский спра­воч­ник XVII века. Виль­но, 1910. С. 56[]
  35. Анто­нов А.В. Поруч­ные запи­си 1527–1571 годов // Рус­ский дипло­ма­та­рий. Вып. 10. М., 2004. С. 24[]
  36. Анто­нов А.В. Поруч­ные запи­си 1527–1571 годов // Рус­ский дипло­ма­та­рий. Вып. 10. М., 2004. С. 37[]
  37. Акты слу­жи­лых зем­ле­вла­дель­цев XV–начала XVII в. Т. 4. М., 2008. № 508[][]
  38. РГА­ДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 539. Л. 98 об.-99 об.[]
  39. Лие­ту­вос мет­ри­ка, Кни­га 7[]
  40. Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 2. Ч. 2. М., 1982. С. 395, 435[]
  41. РГА­ДА. – Ф.389. – Оп.1. – Ед.хр.49.Л.74–76[]
  42. ЛМ-266. Л. 379 об.–381[]
  43. НГАБ. кмф 18, воп. 1, с. 321, л. 23.[]
  44. НГАБ. кмф 18, воп. 1, с. 320, л. 389.[]
  45. НГАБ. ф 1727, воп. 1, с. 3, л. 1351.[]
  46. Там жа, кмф 18, воп. 1, с. 344, л. 383.[]
  47. Там жа, кмф 18, воп. 1, с. 357, л. 14.[]
  48. BNU, f. I, nr 60 1 4, s. 31; K. Niesiecki, Herbarz Polski, Lipsk 1 839, t. lll, s. 86.[]
  49. J. Wolff, Kniaziowie litewsko-ruscy od końca czternastego wieku, dz. cyt„ s. 630[]
  50. Архив Юго-Запад­ной Рос­сии: Часть 8. Том III.[]
  51. НИАБ КМФ 18, воп. 1, с. 111, л. 231 ; с. 317, лл. 32-34 , с. 343, л. 434, с. 341, л. 217..; «Уряд­ни­ки цен­траль­ныя i дыг­штар­жы ВКЛ…», т. 11, лл. 35, 70.; НИАБ ф 1727, воп. 1, с. 34, лл. 726, 892.[]
  52. НГАБ. КМФ 18, воп. 1, с. 111, л. 231.2.[]
  53. «Урад­нікі цэн­траль­ныя і дыгнітар­жы ВКЛ…», т. 11, лл. 35, 70.[]
  54. НГАБ. КМФ 18, воп. 1, с. 317, лл. 32-34.[]
  55. []
  56. Там жа, ф 1727, воп. 1, с. 34, лл. 726, 892.[]
  57. Там жа, кмф 18, воп. 1, с. 343, л. 434.[]
  58. Там жа, кмф 18, воп. 1, с. 341, л. 217.[]
  59. Bibl. Ossolińskich II 3675.[]
  60. НГАБ. КМФ-18. Воп. 1. Спр. 328., л. 489–490.[]
  61. НГАБ. КМФ-18. Воп. 1. Спр. 328. Л. 218., л. 397, 412.[]
  62. Дело мин­ско­го дво­рян­ско­го депу­тат­ско­го собра­ния[][][][][][][][][][][][][][][][]
  63. Wolff[][][]
  64. НГАБ. Ф 1727, воп. 1, с. 35, л. 173.[]
  65. НГАБ. ф 1727, воп. 1, с. 5, л. 550.[]
  66. НГАБ. ф 1727, воп. 1, с. 39, л. 367.[]
  67. НГАБ. кмф 18, воп. 1, с. 457.[]
  68. НГАБ. ф 1727, воп. 1, с. 4, л. 69.[]
  69. НГАБ. ф 1727, воп. 1, с. 5, л. 91.[]
  70. НГАБ. кмф 18, воп. 1, с. 147, л. 323.[]
  71. дело минск. двор. деп. собр.[][][][][][][][][][][][][][][][][][][][][][][][][]
  72. Wolff, 631.[][][]
  73. Trybunal Glowny W.X.L.[]
  74. Wolff, 631[][]
  75. дело минск. дв. деп. собр.[][][][][][][][][][][][][][][][][]
  76. НГАБ. КМФ 18, воп. 1, с.176, л. 235.[]
  77. НГАБ. ф 1769, воп. 1, с. 25, л. 905; Ф 1727, воп. 1, с. 56, л. 302.[]
  78. НГАБ. КМФ 18, воп. 1, с. 188, л. 110.[]
  79. НГАБ. КМФ 18, воп. 1, с. 179, л. 683.[]
  80. НГАБ, кмф 18, воп. 1, с. 188, лл. 54—55.[]
  81. НГАБ, ф 1727, воп. 1, с. 14, л. 176.[]
  82. НИАБ ф.1769 оп.1 д.4 л.85-90[]
  83. дело минск. деп. собр.[][][][][][][][][][]
  84. Метр. сви­де­тель­ство.[]
  85. Посе­мей­ный спи­сок 1816 г.[][][]
  86. поко­лен. росп., пред­став­лен. в минск. двор. деп. собр.[][][][]
  87. посе­мейн. спи­сок 1834 г.[][][][][]
  88. посе­мей­ный спи­сок 1834 г.[][][][][][][][][][][][][][][][][][][][][]
  89. Поко­лен­ная рос­пись[][]
  90. Метр. Свид.[]
  91. Метр. свид.[]
  92. Удо­сто­ве­ре­ние мин­ско­го суда от 2-го авгу­ста 1832 г. № 4499); вот­чин­ник име­ния Под­ду­бье, в Сураж­ском уез­де Витеб­ской губер­нии ((посе­мей­ный спи­сок 1834 г.[]
  93. Метр.свид.[]
  94. Посе­мей­ный спи­сок 1816[]
  95. Метр. св.[]
  96. ф.741 о.1 д.42 стр. 24 № 8.[]
  97. Ф.741 о.1 д.48 Мин­ский кафед­раль­ный смер­ти 1858-1867стр. 115 № 118.[]
  98. Посе­мей­ный спи­сок 1834 г.[][][][][][][][][][][]
  99. удо­сто­ве­ре­ние бата­льо­на[]
  100. НГАБ, Ф.741 О.1 Д.38 стр. 10 № 6[]
  101. НГАБ, 741 1 42 стр. 37 № 16[]
  102. Дело Минск. двор. деп. собр.[]
  103. 741 1 37 стр. 4 об. № 50.[]
  104. ф.741 о.1 д.46 Кафед­раль­ный рожд. 1851-1856 стр. 268-268 об № 116.[]
  105. ЦГА РУз. Ф. И-l, оп. 11, д. 240, л. 25[]
  106. ЦГА РУз. Ф. И-l, оп. 11, д. 240, л. 76[]
  107. Смо­лен­ские епшіуы­іыя Ведо­мо­сти. Номер 4. 16 — 28 фев­ра­ля. 1915 г.[]
  108. Цен­траль­ний дер­жав­ний істо­рич­ний архів Украї­ни. Ф. 1041, воп. 1, спр. 63, арк. 157. Сьвед­кі шлю­бу: два­ране Фэлі­цы­ян Баяр­скі, Вячаслаў Каваль­скі, Геліа­дор Хад­зец­кі.[]