Оболенські

Загальні відомості

ОБО­ЛЕН­СКИЕ — кня­же­ский род, Рюри­ко­ви­чи, отрасль кня­зей чер­ни­гов­ских. Кн. Кон­стан­тин Юрье­вич Тарус­ский, полу­чил в удел г. Обо­ленск и был родо­на­чаль­ни­ком кн. О.

Г. Обо­ленск рас­по­ла­гал­ся на пра­вом бере­гу Протвы, в 20 км от ее впа­де­ния в Оку (совр. с. Обо­лен­ское Жуков­ско­го р-на Калуж­ской обла­сти; посе­лок Обо­ленск, осно­ван­ный толь­ко в 1975 г., ника­ко­го отно­ше­ния к древ­не­му горо­ду не име­ет). Тер­ри­то­рия Обо­лен­ско­го уде­ла, по-види­мо­му, в целом соот­вет­ство­ва­ла позд­ней­ше­му Обо­лен­ско­му уез­ду. При­бли­зи­тель­ные гра­ни­цы послед­не­го, на осно­ва­нии лока­ли­за­ции 136 посе­ле­ний из пере­пи­си 1678 г., были уста­нов­ле­ны Я. Е. Водарским.

Основ­ная мас­са этих посе­ле­ний рас­по­ла­га­лась на пра­вом бере­гу сред­ней Протвы (одно из них — в зна­чи­тель­ном отры­ве вниз по тече­нию от осталь­ных). На севе­ре они дости­га­ли устья Лужи, при­чем три рас­по­ла­га­лись даже север­нее этой реки. На запа­де тер­ри­то­рия Обо­лен­ско­го уез­да вклю­ча­ла сред­нее тече­ние Суход­ро­ви, в рай­оне ее излу­чи­ны, в вер­шине кото­рой немно­го захо­ди­ла и на левый берег реки. На юге гра­ни­ца уез­да, оче­вид­но, шла север­нее р. Тару­сы, посколь­ку обо­лен­ских посе­ле­ний на ней не было, как и на Оке ниже г. Тару­сы. Нако­нец, на левой сто­роне Протвы посе­ле­ния Обо­лен­ско­го уез­да шли узкой поло­сой, окру­жен­ной леса­ми, вдоль р. Ало­жи, и далее при­мы­ка­ли к пра­во­му бере­гу Нары; кро­ме того, несколь­ко селе­ний захо­ди­ли на лево­бе­ре­жье Протвы и север­нее устья Ало­жи 1.

В мос­ков­ско- литов­ском дого­во­ре от 5 фев­ра­ля 1494 г. Тару­са и Обо­ленск упо­мя­ну­ты как непо­сред­ствен­ные вла­де­ния вел. кн. Ива­на Васи­лье­ви­ча, а Обо­лен­ские сре­ди его слу­жи­лых кня­зей не назва­ны, в отли­чие от Одо­ев­ских, Воро­тын­ских, Пере­мышль­ско­го и Белев­ских с их «отчи­на­ми» 2.

Уже с кон­ца ХУ в. мно­го­чис­лен­ный род кн. Обо­лен­ских начал раз­де­лять­ся на отдель­ные вет­ви, усво­ив­шие в каче­стве фами­лий про- зва­ния сво­их родо­на­чаль­ни­ков. От кн. Ники­ты Ива­но­ви­ча про­изош- ли Кур­ля­те­вы и Ног­те­вы; от кн. Васи­лия Ива­но­ви­ча — Стри­ги­ны, Яро­сла­во­вы, Нагие, Телеп­не­вы и Овчи­ни­ны; от кн. Миха­и­ла Ива­но­ви­ча — Туре­ни­ны, Реп­ни­ны и Пенин­ские; от кн. Семе­на Ива­но­ви­ча — Горен­ские, соб­ствен­но Обо­лен­ские, Тюфя­ки­ны, Золо­тые, Сереб­ря­ные и Щепи­ны; от кн. Вла­ди­ми­ра Ива­но­ви­ча — Каши­ны и Лыко­вы; от кн. Ива­на Дол­го­ру­ко­го, Васи­лия Щер­ба­то­го и Алек­сандра ‘Тро­стен­ско­го Андре­еви­чей — соот­вет­ствен­но Дол­го­ру­кие, Щер­ба­тые и Тро­стен­ские3. Почти все они на про­тя­же­нии ХVI-ХVII вв. про­дол­жа­ли вла­деть родо­вы­ми вот­чи­на­ми в Обо­лен­ском уез­де 4. В 1678 г. круп­ней­ши­ми зем­ле­вла­дель­ца­ми Обо­лен­ско­го уез­да были кн. Реп­нин, Лыков, Дол­го­ру­кие, Щер­ба­тые и Тюфя­кин 5; Тро­стен­ские, Туре­ни­ны и Каши­ны к тому вре­ме­ни уже пре­сек­лись. Как видим, в ХVII в. вот­чи­на­ми в Обо­лен­ском уез­де вла­де­ли все суще­ство­вав­шие на то вре­мя вет­ви кн, Обо­лен­ских (осталь­ные пре­сек­лись еще в ХVI в.), по иро­нии судь­бы, кро­ме соб­ствен­но Обо­лен­ских, кото­рые еще в кон­це ХУ в. были испо­ме­ще­ны в Нов­го­ро­де. В насто­я­щее же вре­мя суще­ству­ет лишь род соб­ствен­но кн. Обо­лен­ских и, кажет­ся, Дол­го­ру­ко­вых и Щер­ба­то­вых (одна из вет­вей кото­ро­го в совет­ское вре­мя изме­ни­ла фами­лию на Щер­ба­ко­вы, понят­но, без кня­же­ско­го титу­ла 6.

Історична географія

Оболенські
Торусь­ке князів­ство. Автор В. Темушєв.
Оболенські
Гра­ни­цы Обо­лен­ско­го уез­да XVII в. Автор кар­ты Хору­жен­ко О. И.

Родовід

I Рюрик, князь Новгородский
II Игорь Рюри­ко­вич, вели­кий князь Киев­ский +945
III Свя­то­слав I Иго­ре­вич, вели­кий Киев­ский 942-972
IV Вла­ди­мир I, вели­кий князь Киев­ский +1015
VЯро­слав I Муд­рый, вели­кий князь Киев­ский 978-1054
VI Свя­то­слав II, вели­кий князь Киев­ский 1027-1076
VII Олег Свя­то­сла­вич, в.кн. Чер­ни­гов­ский +1115
VIII Свя­то­слав Оль­го­вич, в.кн. Черниговский
IX Все­во­лод Свя­то­сла­вич, кн. Трубчевский
X Свя­то­слав Все­во­ло­дич, в.кн. Чер­ни­гов­ский и Трубчевский
XI ….. ……
XII Все­во­лод, кн. Трубчевский
XIII Миха­ил Все­во­ло­дич, кн. Трубчевский
XIV Юрий Михай­ло­вич, кн. Торус­ский, Туров­ский и Трубчевский

Покоління I (XV)

1. КН. КОН­СТАН­ТИН ЮРЬЕ­ВИЧ ОБО­ЛЕН­СКИЙ (†-1368)

пер­вым из линии Тарус­ских, упо­ми­на­ет­ся не толь­ко в родо­слов­ных и помян­ни­ках, но и в лето­пи­сях. Будучи союз­ни­ком вел. кн. Вла­ди­ми­ро-Мос­ков­ско­го Дмит­рия Ива­но­ви­ча, он был убит в сво­ем Обо­лен­ске в нояб­ре 1368 г., во вре­мя похо­да Оль­гер­да Литов­ско­го на Моск­ву 7. Под­черк­нем, что во всех лето­пи­сях он назван имен­но Юрье­ви­чем. В древ­ней­шей родо- слов­ной Обо­лен­ских, состав­лен­ной в 1490-х гг., а так­же родо­слов­ной Один­це­ви­чей 1520 г. Кон­стан­тин пока­зан сыном Юрия Тарус­ско­го, вну­ком Миха­и­ла Чер­ни­гов­ско­го 8. Эта же гене­а­ло­ги­че­ская схе­ма была при­ня­та и в офи­ци­аль­ном «Госу­да­ре­ве родо­слов­це» 1555 г. 9. В цер­ков­ных помян­ни­ках кн. Кон­стан­тин Обо­лен­ский, уби­тый «от лит­вы», запи­сан сра­зу после Юрия Тарус­ско­го 10. В сбор­ни­ке Дио­ни­сия Зве­ни­го­род­ско­го назван Ива­но­ви­чем, хотя лето­пи­си, ран­ние родо­слов­ные кни­ги, и даже «Бар­хат­ная кни­га» назы­ва­ют его Юрье­ви­чем и вну­ком Свя­то­го Миха­и­ла Чер­ни­гов­ско­го. Послед­нее невоз­мож­но из хро­но­ло­ги­че­ских соображений

Покоління II (XVI)

2/1. КН. СЕМЁН КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ ОБО­ЛЕН­СКИЙ (уп.1375)

Сыно­вья кн. Кон­стан­ти­на Юрье­ви­ча Обо­лен­ско­го сохра­ни­ли по-лити­че­скую ори­ен­та­цию сво­е­го отца. В лето­пи­сях они так­же упо­ми­на­ют­ся все­го один раз: в авгу­сте 1375 г. сре­ди кня­зей — союз­ни­ков вел. кн. Дмит­рия Ива­но­ви­ча Мос­ков­ско­го, участ­во­вав­ших в его похо­де на Тверь, назва­ны Семен Кон­стан­ти­но­вич Обо­лен­ский и его брат Иван Торус­ский 11.

В Нов­го­род­ской лето­пи­си Дуб­ров­ско­го, кото­рая ино­гда рас­смат­ри­ва­ет­ся как отдель­ная редак­ция Нов­го­род­ской IV лето­пи­си, поме­щен раз­ряд пол­ков и вое­вод Кули­ков­ской бит­вы 1380 г., где вое­во-дами сто­ро­же­во­го пол­ка, после бояри­на Миха­и­ла Ива­но­ва Окин­фи­е­ви­ча, назва­ны все те же кн. Семен Кон­стан­ти­но­вич Обо­лен­ский и его брат Иван «Поруж­ский» 12. Во всех дру­гих лето­пи­сях этот раз­ряд отсут­ству­ет. М. А. Сал­ми­на, в резуль­та­те деталь­но­го ана­ли­за, доста­точ­но убе­ди­тель­но дока­за­ла, что «повесть в спис­ке Дуб­ров­ско­го — это позд­ней­ший вари­ант “Лето­пис­ной пове­сти”, услож­нен­ный вли­я­ни­ем на ее текст новых источ­ни­ков. […] Как ока­за­лось, повесть спис­ка Дуб­ров­ско­го бук­валь­но насы­ще­на чте­ни­я­ми вто­рич­но­го про­ис­хож­де­ния»; реаль­но она была состав­ле­на толь­ко в 1540-х гг. 13. Того же мне­ния при­дер­жи­вал­ся Р. Г. Скрын­ни­ков, кото­рый ука­зал кон­крет­но, что име­на 12 вое­вод в спис­ке Дуб­ров­ско­го пол­но­стью повто­ря­ют име­на кня­зей — участ­ни­ков похо­да на Тверь 1375 г., а 4 — заим­ство­ва­ны из сино­ди­ка 14. Такое сов­па­де­ние прак­ти­че­ски нере­аль­но, а пото­му «раз­ряд вое­вод» в спис­ке Дуб­ров­ско­го вряд ли может рас­смат­ри­вать­ся как досто­вер­ный источник.

Осе­нью 1382 г. кн. Тарус­ские (поимен­но не назван­ные) при­со­еди­ни­лись к мос­ков­ским вой­скам, опу­сто­шив­шим Рязан­скую зем­лю. Захва­чен­ный во вре­мя это­го похо­да полон, в том чис­ле и кн. Тарус­ски­ми, мос­ков­ская сто­ро­на обя­за­лась осво­бо­дить, оче­вид­но, уже в мир­ном дого­во­ре от нояб­ря 1385 г. Там же, судя по все­му, при­сут­ство­ва­ла ста­тья о том, что вел. кн. Олег Рязан­ский дол­жен был взять мир и скн. Тарус­ски­ми, посколь­ку они с мос­ков­ским пра­ви­те­лем «один чело­векъ» (далее опи­сы­вал­ся поря­док реше­ния пору­беж­ных спо­ров). Сам акт 1385 г. не сохра­нил­ся, одна­ко ука­зан­ные ста­тьи содер- жат­ся в дого­во­ре 1402 г., куда они, судя по все­му, попа­ли из доку­мен­та 1385 г.: вел. кн. Федор Оль­го­вич дол­жен был с кн. Тарус­ски­ми «взя­ти ти любов(ь) по дав­нымъ гра­мо­тамъ», тогда как в дого­во­ре 1381 г. ука­зан­ные кня­зья вооб­ще не упо­ми­на­ют­ся 15. В 1392 г. про­изо­шло пере­лом­ное, но вполне логич­ное собы­тие в исто­рии Тарус­ско­го кня­же­ства: 24 октяб­ря вел. кн. Васи­лий Дмит­ри­е­вич вер­нул­ся из Орды, где хан Ток­та­мыш пере­дал в состав Вла­ди­ми­ро-Мос­ков­ско­го вели­ко­го кня­же­ства несколь­ко новых вла­де­ний, сре­ди них и Тару­су 16. Пер­со­на­ли­зи­ро­вать тарус­ских кня­зей по кото­рых про­ис­хо­ди­ли выше­из­ло­жен­ные собы­тия не пред­став­ля­ет­ся возможным.

Одна­ко мос­ков­ский пра­ви­тель, вклю­чив боль­шин­ство полу­чен­ных вла­де­ний непо­сред­ствен­но в состав сво­е­го госу­дар­ства, Тару­су решил сохра­нить за мест­ны­ми князьями.

Ни в трех духов­ных гра­мо­тах само­го Васи­лия Дмит­ри­е­ви­ча, ни в заве­ща­нии Васи­лия Тем­но­го этот город не фигу­ри­ру­ет. А в мос­ков­ско- рязан­ских дого­во­рах 1402, 1435 и 1447 гг. кн. Тарус­ские опре­де­лен­но упо­ми­на­ют­ся как вла­де­тель­ные, «один челов къ» с вели­ким кня­зем Вла­ди­ми­ро-Мос­ков­ским, име­ю­щие пра­во заклю­чать осо­бые дого­во­ра све­ли­ким кня­зем Рязан­ским 17

3/1. КН. ИВАН КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ ТАРУС­СКИЙ (уп.1375)

Сыно­вья кн. Кон­стан­ти­на Юрье­ви­ча Обо­лен­ско­го сохра­ни­ли по-лити­че­скую ори­ен­та­цию сво­е­го отца. В лето­пи­сях они так­же упо­ми­на­ют­ся все­го один раз: в авгу­сте 1375 г. сре­ди кня­зей — союз­ни­ков вел. кн. Дмит­рия Ива­но­ви­ча Мос­ков­ско­го, участ­во­вав­ших в его похо­де на Тверь, назва­ны Семен Кон­стан­ти­но­вич Обо­лен­ский и его брат Иван Торус­ский 18.

В Нов­го­род­ской лето­пи­си Дуб­ров­ско­го, кото­рая ино­гда рас­смат­ри­ва­ет­ся как отдель­ная редак­ция Нов­го­род­ской IV лето­пи­си, поме­щен раз­ряд пол­ков и вое­вод Кули­ков­ской бит­вы 1380 г., где вое­во-дами сто­ро­же­во­го пол­ка, после бояри­на Миха­и­ла Ива­но­ва Окин­фи­е­ви­ча, назва­ны все те же кн. Семен Кон­стан­ти­но­вич Обо­лен­ский и его брат Иван «Поруж­ский» 19. Во всех дру­гих лето­пи­сях этот раз­ряд отсут­ству­ет. М. А. Сал­ми­на, в резуль­та­те деталь­но­го ана­ли­за, доста­точ­но убе­ди­тель­но дока­за­ла, что «повесть в спис­ке Дуб­ров­ско­го — это позд­ней­ший вари­ант “Лето­пис­ной пове­сти”, услож­нен­ный вли­я­ни­ем на ее текст новых источ­ни­ков. […] Как ока­за­лось, повесть спис­ка Дуб­ров­ско­го бук­валь­но насы­ще­на чте­ни­я­ми вто­рич­но­го про­ис­хож­де­ния»; реаль­но она была состав­ле­на толь­ко в 1540-х гг. 20. Того же мне­ния при­дер­жи­вал­ся Р. Г. Скрын­ни­ков, кото­рый ука­зал кон­крет­но, что име­на 12 вое­вод в спис­ке Дуб­ров­ско­го пол­но­стью повто­ря­ют име­на кня­зей — участ­ни­ков похо­да на Тверь 1375 г., а 4 — заим­ство­ва­ны из сино­ди­ка 21. Такое сов­па­де­ние прак­ти­че­ски нере­аль­но, а пото­му «раз­ряд вое­вод» в спис­ке Дуб­ров­ско­го вряд ли может рас­смат­ри­вать­ся как досто­вер­ный источник.

Осе­нью 1382 г. кн. Тарус­ские (поимен­но не назван­ные) при­со­еди­ни­лись к мос­ков­ским вой­скам, опу­сто­шив­шим Рязан­скую зем­лю. Захва­чен­ный во вре­мя это­го похо­да полон, в том чис­ле и кн. Тарус­ски­ми, мос­ков­ская сто­ро­на обя­за­лась осво­бо­дить, оче­вид­но, уже в мир­ном дого­во­ре от нояб­ря 1385 г. Там же, судя по все­му, при­сут­ство­ва­ла ста­тья о том, что вел. кн. Олег Рязан­ский дол­жен был взять мир и скн. Тарус­ски­ми, посколь­ку они с мос­ков­ским пра­ви­те­лем «один чело­векъ» (далее опи­сы­вал­ся поря­док реше­ния пору­беж­ных спо­ров). Сам акт 1385 г. не сохра­нил­ся, одна­ко ука­зан­ные ста­тьи содер- жат­ся в дого­во­ре 1402 г., куда они, судя по все­му, попа­ли из доку­мен­та 1385 г.: вел. кн. Федор Оль­го­вич дол­жен был с кн. Тарус­ски­ми «взя­ти ти любов(ь) по дав­нымъ гра­мо­тамъ», тогда как в дого­во­ре 1381 г. ука­зан­ные кня­зья вооб­ще не упо­ми­на­ют­ся 22. В 1392 г. про­изо­шло пере­лом­ное, но вполне логич­ное собы­тие в исто­рии Тарус­ско­го кня­же­ства: 24 октяб­ря вел. кн. Васи­лий Дмит­ри­е­вич вер­нул­ся из Орды, где хан Ток­та­мыш пере­дал в состав Вла­ди­ми­ро-Мос­ков­ско­го вели­ко­го кня­же­ства несколь­ко новых вла­де­ний, сре­ди них и Тару­су 23 . Пер­со­на­ли­зи­ро­вать тарус­ских кня­зей по кото­рых про­ис­хо­ди­ли выше­из­ло­жен­ные собы­тия не пред­став­ля­ет­ся возможным.

Одна­ко мос­ков­ский пра­ви­тель, вклю­чив боль­шин­ство полу­чен­ных вла­де­ний непо­сред­ствен­но в состав сво­е­го госу­дар­ства, Тару­су решил сохра­нить за мест­ны­ми князьями.

Ни в трех духов­ных гра­мо­тах само­го Васи­лия Дмит­ри­е­ви­ча, ни в за- веща­нии Васи­лия Тем­но­го этот город не фигу­ри­ру­ет. А в мос­ков­ско- рязан­ских дого­во­рах 1402, 1435 и 1447 гг. кн. Тарус­ские опре­де­лен­но упо­ми­на­ют­ся как вла­де­тель­ные, «один челов къ» с вели­ким кня­зем Вла­ди­ми­ро-Мос­ков­ским, име­ю­щие пра­во заклю­чать осо­бые дого­во­ра све­ли­ким кня­зем Рязан­ским 24

4/1. КН. АНДРЕЙ КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ ОБОЛЕНСКИЙ

сын Кон­стан­ти­на Юрье­ви­ча, по дан­ным родо­слов­ных млад­ший брат Семе­на Обо­лен­ско­го и Ива­на Тарус­ско­го25. Родо­на­чаль­ник кня­зей Дол­го­ру­ко­вых, Щер­ба­то­вых и Тро­стен­ских. В помян­ни­ке Вве­ден­ской церк­ви Кие­во-Печер­ской лав­ры запи­са­ны кн. Иван Кон­стан­ти­но­вич и кн. Андрей Обо­лен­ский, по-след­ний — так­же и в Любец­ком сино­ди­ке 26.

Покоління III (XVII)

4а/2. КН. ДМИТ­РИЙ СЕМЁ­НО­ВИЧ ТАРУССКИЙ 

В опи­си архи­ва Посоль­ско­го при­ка­за 1626 г. упо­мя­ну­та «Тет­рат­ка, а в ней спи­сок з докон­чал­ные гра­мо­ты кня­зя Дмит­рея Семе­но­ви­ча торус­ко­го, на одном листу, с вели­ким кня­зем Васи­льем Дмит­ре­еви­чем, году не напи­са­но». О дан­ном доку­мен­те знал и соста­ви­тель Румян­цев­ской редак­ции 1540-х гг., а так­же «Госу­да­ре­ва родо­слов­ца» 1555 г. и «Бар­хат­ной кни­ги», где Дмит­рий Тарус­ский пока­зан сыном Семе­на, яко­бы стар­ше­го сына Юрия Тарус­ско­го: «У Кня­зя Семе­на Торус­ко­го сынъ Князь Дмит­рей Торус­кой, и въ докон­ча­нье его Князь Вели­юй Васи­лей пожа­ло­валъ при­нялъ; не ста­ло его без­дет­на» 27.

Дей­стви­тель­но, в таком слу­чае Дмит­рий Семе­но­вич, дво­ю­род­ный брат Семе­на Кон­стан­ти­но­ви­ча Обо­лен­ско­го и Ива­на Тарус­ско­го (1375), имел бы пол­ное пра­во на тарус­ский стол. Одна­ко вполне веро­ят­но, что един­ствен­ным источ­ни­ком соста­ви­те­ля родо­слов­ной, на осно­ва­нии кото­ро­го он «вычис­лил» Семе­на Тарус­ско­го, при­няв его за стар­ше­го сына Юрия, было имен­но отче­ство Дмит­рия Семе­но­ви­ча в упо­мя­ну- том дого­во­ре (см. выше). А в таком слу­чае Дмит­рий мог быть так­же сыном Семе­на Кон­стан­ти­но­ви­ча Обо­лен­ско­го, кото­рый в назван­ных родо­слов­ных про­пу­щен. Имен­но тако­го мне­ния при­дер­жи­ва­лись Р. В. Зотов 28, Г. А. Вла­сьев 29 и А. А. Гор­ский 30. В его поль­зу мож­но при­ве­сти еще тот аргу­мент, что и до, и после Дмит­рия с титу­лом кня­зей Тарус­ских упо­ми­на­ют­ся пред­ста­ви­те­ли вет­ви Обо­лен­ских (1375 и 1437 гг.).

4б/3. КН. ИВАН ИВА­НО­ВИЧ ОБОЛЕНСКИЙ

В помян­ни­ке Вве­ден­ской церк­ви Кие­во-Печер­ской лав­ры содер­жит­ся сле­ду­ю­щая запись: «Кн(з): Ива­на Конста(н)тиновича. Кн(з): Ива­на Иванови(ча). Кн(з): Конста(н)тинова вну­ка Оболеньского»?6.

В родо­слов­ной Обо­лен­ских Иван Ива­но­вич сре­ди сыно­вей Ива­на Кон­стан­ти­но­ви­ча не зна­чит­ся, что мож­но было бы объ­яс­нить его без­дет­но­стью (хотя там при­сут­ству­ет без­дет­ный Глеб Ива­но­вич). В при­ня­той вер­сии это мож­но объ­яс­нить лишь тем, что в реаль­но­сти сыно­вья Ива­на Кон­стан­ти­но­ви­ча, при­хо­ди­лись ему не сыно­вья­ми, а вну­ка­ми, сыно­вья­ми Ива­на Ива­но­ви­ча. Ина­че гово­ря, соста­ви­тель родо­слов­ной объ­еди­нил в одно лицо двух Ива­нов, отца и сына, Кон­стан­ти­но­ви­ча и Ива­но­ви­ча, посколь­ку сыно­вья послед­не­го тоже носи­ли отче­ство Иванович.

4в/4. КН. ФЁДОР АНДРЕ­ЕВИЧ ОБО­ЛЕН­СКИЙ († 1437)

В сино­ди­ке мос­ков­ско­го Успен­ско­го собо­ра сре­ди лиц, погиб­ших в Белев­ской бит­ве с ханом Улуг-Мухам­ме­дом («Мах­ме­том») 5 декаб­ря 1437 г., запи­сан кн. Федор Андре­евич Обо­лен­ский31. Он мог быть толь­ко сыном Андрея Кон­стан­ти­но­ви­ча Обо­лен­ско­го, хотя тако­вой в родо­слов­ных и про­пу­щен. В лето­пи­сях же этот Федор, погиб­ший под Беле­вом, назван кня­зем Тарус­ским 32 (при­ме­ча­тель­но, что дру­гой уби­тый тогда князь, по лето­пи­сям — Андрей Ста­ро­дуб­ский Лобан, — в сино­ди­ке тоже запи­сан со сво­им «парал­лель­ным» про­зва­ни­ем — как Андрей Ива­но­вич Ряпо­лов­ский). А в мос­ков­ско-литов­ском дого­во­ре 1449 г. кня­зем Тарус­ским назы­ва­ет­ся Васи­лий Ива­но­вич (Обо­лен­ский) 33 — по родо­слов­ным, сын Ива­на Кон­стан­ти­но­ви­ча. Т. е. полу­ча­ет­ся, что в Тару­се кня­жил сна­ча­ла млад­ший дво­ю­род­ный брат, а затем — стар­ший. Если же мы при­мем Васи­лия Ива­но­ви­ча за вну­ка Ива­на Кон­стан­ти­но­ви­ча, то он ока­жет­ся на поко­ле­ние млад­ше Федо­ра Андре­еви­ча, наслед­ни­ком Тару­сы после его гибе­ли в 1437 г.

Оче­вид­но, Федор Андре­евич был тем «торус­ским кня­зем» (имен­но так, в един­ствен­ном чис­ле), кото­рый в мос­ков­ско-рязан­ском дого­во­ре 1434 г. упо­мя­нут как «один чело­векъ» с вел. кн.

Мос­ков­ским Юри­ем Дмит­ри­е­ви­чем34. Его женой, ско­рее все­го, сле­ду­ет при­знать кня­ги­ню Евдо­кию (Овдо­тью) Тарус­скую, намест­ник кото­рой в 1496/1505 г. упо­ми­на­ет­ся как сви­де­тель на раз­ме­же­ва­нии земель Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря с кн. Дол­го­ру­ки­ми — пле­мян­ни­ком Федо­ра Андре­еви­ча и его сыно­вья­ми 35. В 1504 г. вел. кн. Иван Васи­лье­вич заве­щал сво­е­му наслед­ни­ку Тару­су с воло­стя­ми, сре­ди них — «со кня­ги­нин­скою вот­чи­ною Овдо­тьи­ною» 36. По край­ней мере, обе жены послед­не­го кня­зя Тарус­ско­го, Васи­лия Ива­но­ви­ча Обо­лен­ско­го, носи­ли дру­гие имена

5/4. КН. ИВАН АНДРЕ­ЕВИЧ ДОЛ­ГО­РУ­КИЙ ОБОЛЕНСКИЙ

Родо­на­чаль­ник кн. Долгоруковых.

6/4. КН. ВАСИ­ЛИЙ АНДРЕ­ЕВИЧ ЩЕР­БА­ТЫЙ ОБОЛЕНСКИЙ

Родо­на­чаль­ник кн. Щербатовых.

7/4. КН. АЛЕК­САНДР АНДРЕ­ЕВИЧ ОБОЛЕНСКИЙ

Родо­на­чаль­ник кн. Тpо­стен­ских. Вла­дел с. Тро­стье Обо­лен­ско­го у. полу­чил про- зва­ние от с. Тро­стье на р. Ало­же, левом при­то­ке Протвы. Имел он вла­де­ния и под самым Обо­лен­ском, на пра­вом бере­гу Поротвы, — с. Колы­ше­во (по кото­ро­му млад­ший сын Алек­сандра, Иван, про­зы­вал­ся Колы­шев­ским) 37.

Покоління IV (XVIII)

8/4б. КН. ГЛЕБ ИВА­НО­ВИЧ ОБО­ЛЕН­СКИЙ (†1436)

Рань­ше всех из бра­тьев в источ­ни­ках упо­ми­на­ет­ся кн. Глеб Обо­лен­ский: будучи мос­ков­ским вое­во­дой на Устю­ге в г. Гле­дене, он в янва­ре / нача­ле мар­та 1436 г. успеш­но обо­ро­нял его от кн. Васи­лия Косо­го, кото­рый, одна­ко, взял город «на цело­ва­нье. А кня­зя Гле­ба Ива­но­ви­ча взял душею на пра­ве и его убил, и поло­жен бысть в собор­ной церк­ви на Устю­ге» 38. «Госу­да­рев родо­сло­вец» так­же упо­ми­на­ет о его убий­стве Васи­ли­ем Косым; поэто­му, воз­мож­но, Глеб был вне­сен туда лишь на осно­ва­нии лето­пис­но­го сооб­ще­ния. А в таком слу­чае он вполне мог быть млад­шим бра­том Ива­на Ива­но­ви­ча, т. е. в реаль­но­сти дядей Обо­лен­ских, запи­сан­ных в родо­слов­ной как его братья.

9/4б. КН. НИКИ­ТА ИВА­НО­ВИЧ ОБО­ЛЕН­СКИЙ († до 1449)

све­де­ний о нем, кро­ме родо­слов­цев, в источ­ни­ках не сохра­ни­лось. Умер не поз­же 1449 г., когда гла­вой Тарус­ско­го дома был кн. Васи­лий Ива­но­вич, упо­мя­ну­тый вме­сте чз бра­тьею и з братаничы».

~ NNN, в ино­ки­нях Наталья

10/4б. КН. ВАСИ­ЛИЙ ИВА­НО­ВИЧ КОСОЙ ТАРУС­СКИЙ И ОБОЛЕНСКИЙ

В нача­ле 1443 г. он, вме­сте с Андре­ем Гол­тя­е­вым, во гла­ве дво­ра вел. кн. Васи­лия Васи­лье­ви­ча был послан про­тив царе­ви­ча Муста­фы, вое­вав­ше­го рязан­ские воло­сти и сто- явше­го под рязан­ской сто­ли­цей; в ходе жесто­ко­го боя вое­во­ды раз­гро­ми­ли татар, убив само­го Муста­фу и мно­гих татар­ских кня­зей. В октяб­ре 1445 г. кн. В. И. Обо­лен­ский в Муро­ме, где он, оче­вид­но, был намест­ни­ком, аре­сто­вал и «око­ва» ордын­ско­го посла Биги­ча, отправ- лен­но­го Дмит­ри­ем Шемя­кой из Моск­вы к хану Улуг-Мухам­ме­ду. А в 1450 г. воз­гла­вил пол­ки Васи­лия Тем­но­го, послан­ные про­тив Шемя­ки к Гали­чу; подой­дя к горо­ду 27 янва­ря, мос­ков­ские вой­ска раз­би­ли непри­я­те­ля, после чего Галич сдал­ся вели­ко­му кня­зю, а Шемя­ка бежал в Нов­го­род 39 В кон­це прав­ле­ния Васи­лия Тем­но­го кн. Васи­лий Ива­но­вич полу­чил чин бояри­на: как тако­вой, в 1456/62 г. он засви­де­тель­ство­вал мено­вую гра­мо­ту вел. кн. Васи­лия Васи­лье­ви­ча с Тро­и­це-Сер­ги­е­вым мона­сты­рем 40. Некий кн. Васи­лий Ива­но­вич, воз­мож­но Обо- лен­ский, но без бояр­ско­го титу­ла, высту­пил послу­хом на мено­вой гра­мо­те 25 авгу­ста 1458 г. (!41. В 1462/64 г. на судеб­ном раз­би­ра­тель­стве вел. кн. Ива­на Васи­лье­ви­ча при­сут­ство­ва­ли его бояре, кн. Васи­лий Ива­но­вич и кн. Иван Васи­лье­вич (Стри­га, его сын) 42. В нача­ле же прав­ле­ния вел. кн. Ива­на его боярин, кн. Васи­лий Ива­но­вич, участ­во­вал в рас­смот­ре­нии мест­ни­че­ской жало­бы Васи­лия Сабу­ро­ва на Гри­го­рия Забо­лоц­ко­го 43. Умер он, оче­вид­но, не поз­же 1460-х гг., постриг­шись в мона­ше­ство с име­нем Вар­со­но­фея 44.

Будучи мос­ков­ским вое­во­дой и бояри­ном, Васи­лий Ива­но­вич про­дол­жал сохра­нять и ста­тус вла­де­тель­но­го, хотя уже толь­ко слу­жи­ло­го кня­зя. Кро­ме сво­ей части Обо­лен­ска, после гибе­ли Федо­ра Андре­еви­ча в 1437 г., или же после смер­ти его бра­тьев, он уна­сле­до­вал еще тарус­ский стол и стар­шин­ство в роде. В мос­ков­ско-литов­ском дого­во­ре от З1 авгу­ста 1449 г. гово­рит­ся: «А князь Васи­леи Тва­но­вичъ торус­кии, из бра­тьею, и з бра­та­ни­чы слу­жать мне, вели­ко­му кня­зю Васи­лью. А тобе, коро­лю i вели­ко­му кня­зю Кази­ми­ру, в них не въсту­па­ти­се» 45. В духов­ной гра­мо­те вел. кн. Васи­лия Тем­но­го 1461 /62 г. Тару­са сре­ди его вла­де­ний не упо­мя­ну­та. Оче­вид­но, кн. Васи­лий Ива­но­вич вла­дел ею до самой смер­ти, и толь­ко после это­го вел. кн. Иван Васи­лье­вич нако­нец-то при­нял реше­ние вклю­чить Тару­су непо­сред­ствен­но в состав сво­их вла-дений, одна­ко сохра­нил за кн. Обо­лен­ски­ми г. Обо­ленск с его уез­дом. А в 1473 г. мос­ков­ский госу­дарь отдал Тару­су сво­е­му млад­ше­му бра­ту, кн. Андрею Васи­лье­ви­чу Мень­шо­му, как ком­пен­са­цию за «вымо­роч­ную» часть уде­ла дру­го­го бра­та, кн. Юрия Дмит­ров­ско­го 46.

Постриг­ся в мона­хи под име­нем Вар­со­но­фия. Он был родо­на­чаль­ни­ком кня­же­ских фами­лий Стри­ги­ных, Яро­сла­во­вых, Нагих и Телеп­не­вых, угас­ших в XVI в.

~ 1-я жена МАРИЯ ФЕДО­РОВ­НА ВСЕ­ВО­ЛОЖ (? — ум. до 1449 или после 1449), дочь Федо­ра Дмит­ри­е­ви­ча Тури­ка Все­во­лож-Забо­лоц­ко­го. В 1449 году, при набе­ге к р. Похре Седи-Ахме­то­вых татар Ногай­ской Орды, кн. Мария с невест­кой сво­ей, сно­хой мужа — Сте­па­ни­дой, были взя­ты в плен 47. Хотя воз­мож­но это была дру­гая Мария — Моро­зо­ва — пред­по­ло­жи­тель­но вто­рая супру­га Васи­лия Ивановича.

~ 2-я жена(?) МАРИЯ ИГНА­ТЬЕВ­НА МОРО­ЗО­ВА, дочь Игна­тия Михай­ло­ви­ча Моро­зо­ва. В рус­ской родо­слов­ной кни­ги Лоба­но­ва-Ростов­ско­го Мария Моро­зо­ва ука­за­на женой кня­зя Васи­лия Обо­лен­ско­го, но какой по сче­ту — не ясно. Воз­мож­но была его вто­рой женой. Имен­но эта Мария (а не пер­вая жена) мог­ла быть взя­та в плен тата­ра­ми на Пах­ре в 1449 году. К тому же жена её род­но­го бра­та Гри­го­рия Игна­тье­ви­ча Козел-Моро­зо­ва — Сте­па­ни­да Ива­нов­на — была тогда же взя­та в плен татарами.

~ 3-я жена княж­на ЕВПРАК­СИЯ МИХАЙ­ЛОВ­НА БЕЛЕВ­СКАЯ, дочь кня­зя Миха­и­ла Васи­лье­ви­ча Белев­ско­го 48. В «Госу­да­ре­ве родо­слов­це» муж княж­ны Белев­ской оши­боч­но назван Васи­ли­ем Ива­но­ви­чем Косым 49

11/4б. КН. МИХА­ИЛ ИВА­НО­ВИЧ ОБОЛЕНСКИЙ

све­де­ний о нем, кро­ме родо­слов­цев, в источ­ни­ках не сохранилось.

~ Агра­фе­на

12/4б. КН. СЕМЁН ИВА­НО­ВИЧ ОБОЛЕНСКИЙ

в фев­ра­ле 1446 г., после осле- пле­ния вел. кн. Васи­лия Васи­лье­ви­ча Дмит­ри­ем Шемя­кой, вме­сте с кн. Васи­ли­ем Яро­сла­ви­чем Боров­ским бежал в Лит­ву. Послед­ний по- лучил там несколь­ко горо­дов, из кото­рых Брянск отдал кн. Семе­ну и Федо­ру Басён­ку. В кон­це года, нахо­дясь в Брян­ске, они полу­чи­ли там весть об осво­бож­де­нии Васи­лия Тем­но­го и высту­пи­ли на соеди­не­ние скн. Васи­ли­ем Яро­сла­ви­чем в Пацын. В янва­ре 1447 г. все они под Угли­чем соеди­ни­лись с вел. кн. Васи­ли­ем, толь­ко что вер­нув­шим себе Моск­ву. В янва­ре 1452 г. кн. С. И. Обо­лен­ский, назван­ный уже бояри­ном Васи­лия Тем­но­го, был послан послед­ним, вме­сте с кн. Васи­ли­ем Яро­сла­ви­чем, про­тив Дмит­рия Шемя­ки на Устюг, но послед­ний пред­по­чел бежать отту­да 50. В акте 1455/56 г. вел. кн. Васи­лий Васи­лье­вич упо­ми­на­ет, что ранее про­дал сво­е­му бояри­ну, кн. С. И. Обо­лен­ско­му, с. Тол­сти­ко­во с дерев­ня­ми в Бежец­ком Вер­хе 51.

Он был родо­на­чаль­ни­ком кня­же­ских фами­лий Горен­ских, Золо­тых, Сереб­ря­ных и Щепи­ных, угас­ших в XVI в., а так­же кня­зей Оболенских.

13/4б. КН. ВЛА­ДИ­МИР ИВА­НО­ВИЧ ОБОЛЕНСКИЙ

све­де­ний о нем, кро­ме родо­слов­цев, в источ­ни­ках не сохранилось.

Ему при­над­ле­жа­ла, как един­ствен­но­му обще­му пред­ку кня­зей Лыко­вых и Каши­ных, раз­де­лен­ная меж­ду ними в 1620-х “ста­рин­ная пра­ро­ди­тель­ская вот­чи­на” с. Спас­ское Заго­рье в Обо­лен­ске 52, нахо­див­ше­е­ся на бере­гу Протвы, чуть ниже впа­де­ния в нее Лужи 53.

Покоління V (XIX)

14.5. ВАСИ­ЛИЙ НИКИ­ТИЧ ОБО­ЛЕН­СКИЙ (?-1501)

Ум. 1501.

Боярин кн. Андрея Углиц­ко­го (1474 – 91).

В 1472 отбил напа­де­ние татар; в 1487, в похо­де на Казань, 3-й вое­во­да пра­вой руки в судо­вой рати; в 1493 – вое­во­да в Сер­пу­хо­ве; в 1473 – 91 при­сут­ство­вал на суде кн. Андрея; в 1470 – 72 – на обмене земель; в 1479 кн. Андрей посы­лал его для пере­го­во­ров с Ива­ном III.

~ Ксе­ния

15/5. КН. АНДРЕЙ НИКИ­ТИЧ НОГОТЬ (?-п.1493)

В янва­ре 1480 послан Ива­ном III в помощь Пско­ву про­тив ливон­цев, раз­бив рыца­рей, он взял город Костер на реке Эмба­хе, оса­ждал Юрьев (Дерпт), опу­сто­шив Ливо­нию на боль­шом про­стран­стве, вер­нул­ся с бога­той добы­чей. В янва­ре 1493 участ­во­вал в похо­де на Лит­ву вое­во­дой пра­вой руки, а позд­нее, нахо­дясь «на берегу».

16.5. КН. ИВАН НИКИ­ТИЧ СМО­ЛА (?-1504)

Боярин кн. Юрия Дмит­ров­ско­го (1461-71).

В 1493 – в пол­ку пра­вой руки в похо­де про­тив Лит­вы; в 1500 – при­сут­ство­вал на сва­дьбе кн. Холмского.

17.5. КН. ПЁТР НИКИ­ТИЧ (?-1499)

Боярин кн. Бори­са Волоцкого.

В 1477 упо­мя­нут в заве­ща­нии это­го кня­зя; в кон­це 1477 участ­во­вал в похо­де на Нов­го­род, а в 1479 послан кн. Бори­сом для пере­го­во­ров с Ива­ном III. Вес­ной 1491 он направ­лен на помощь хану Менгли-Гирею про­тив Боль­шой Орды; в 1493 – вое­во­да пере­до­во­го пол­ка в похо­де на Лит­ву и тем же чином –в похо­де под Выборг в авгу­сте 1495. Ок. 1499 при­сут­ство­вал на отво­де волоц­ких земель; в фев­ра­ле 1500 при­сут­ство­вал на сва­дьбе кн. В.Д.Холмского.

Вклад­чик Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря на зем­ли в Руз­ском у. В кон­це XV в. послух в куп­чей в Руз­ском у.

18.5. КН. ДАНИ­ЛО НИКИ­ТИЧ СОБАКА

19.6. КН. ИВАН ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ СТРИ­ГА (* …, 1446, † 1478, Нов­го­род, ‡ Суз­даль, Спа­со-Евфи­мьев мон.)

Боярин. Сто­рон­ник Васи­лия II. Родо­на­чаль­ник кн. Стригиных-Оболенских.

В 1446 вме­сте с кн. Ряпо­лов­ски­ми при­ни­ма­ет уча­стие в осво­бож­де­нии Васи­лия Тем­но­го и в сохра­не­нии жиз­ни его детей. В 1449, будучи вое­во­дой Костро­мы, отби­ва­ет все при­сту­пы Шемя­ки и отста­и­ва­ет город. В 1460 по прось­бе пско­ви­тян назна­чен к ним намест­ни­ком; в 1467 они вновь про­сят его в намест­ни­ки, но полу­ча­ют отказ, т.к. Иван Стри­га был послан в это вре­мя вме­сте с царе­ви­чем Каси­мом про­тив казан­цев, раз­бой­ни­чав­ших в пре­де­лах Костром­ской обла­сти. В 1463 – 68 – намест­ник Яро­слав­ля и боярин. В 1471, в похо­де на Нов­го­род, коман­до­вал татар­ской кон­ни­цей. В 1472 отра­зил набег царе­ви­ча Ахма­та. В том же году пско­ви­чи про­сят его в 3-й раз, но полу­ча­ют отказ вел. кня­зя: «у себя надоб». В 1478 в похо­де на Нов­го­род был одним из глав­ных вое­вод. После при­ве­де­ния нов­го­род­цев к при­ся­ге был назна­чен одним из 4-х намест­ни­ков. В 1456 взял Ста­рую Рус­су и раз­бил нов­го­род­цев; в 1461 – 62 – намест­ник во Пско­ве. Как боярин при­сут­ство­вал на докла­де Ива­ну III позе­мель­ных дел 1462 – 64, 1462 – 78, 1465 – 69 (яро­слав­ские дела) и 1475 – 76, но в фев­ра­ле 1478 отстра­нен от долж­но­сти вме­сте с бра­том Ярославом. 

Вес­ной 1478 уми­ра­ет в Нов­го­ро­де: «Тое же вес­ны пре­ста­ви­ся в Нов­го­ро­де а Вели­ком намест­ник вели­ко­го кня­зя Иван Васи­лье­вичь Обо­лен­ской Стри­га, и поло­жен в Суз­да­ле у Спа­са в Ефи­мье­ве мона­сты­ре по его веле­нию54.

Его мос­ков­ский двор до лета 1504 пере­дан вели­ким кня­зем кн. Ю.И. Дмит­ров­ско­му55. Ок. 1450 – 67 послух в Пере­я­с­лав­ском у. В 1462/64 г. на судеб­ном раз­би­ра­тель­стве вел. кн. Ива­на Васи­лье­ви­ча при­сут­ство­ва­ли его бояре, кн. Васи­лий Ива­но­вич и кн. Иван Васи­лье­вич (Стри­га, его сын) 56.

∞, СТЕ­ПА­НИ­ДА ИВА­НОВ­НА МОРОЗОВА.

20.6. КН. АЛЕК­САНДР ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ (?-1501)

В октяб­ре 1475 упо­мя­нут как боярин в похо­де на Нов­го­род. В кон­це 1477 с калу­жа­на­ми, сер­пу­хов­ча­на­ми и алек­син­ца­ми участ­во­вал в новом Нов­го­род­ском похо­де; в кон­це 1487 в похо­де на Казань 1-й вое­во­да пра­вой руки в судо­вой рати; в похо­де 1493 на Севе­ру коман­до­вал пол­ком пра­вой руки, взял горо­да: Мезецк, Сер­пейск и Опа­ков (послед­ние два – при­сту­пом). В том же году упо­мя­нут сре­ди вое­вод, нахо­дя­щих­ся при вел. кня­зе; в 1495 сопро­вож­дал Ива­на III в Нов­го­род; в 1496 в похо­де на Казань – вое­во­да боль­шо­го пол­ка кон­ной рати вме­сте с кн. В.И. Пат­ри­ке­е­вым; в 1498 упо­мя­нут сре­ди дум­ских чинов. В кон­це 1501 участ­во­вал в похо­де на Лит­ву. 20 или 21 нояб­ря убит под Гельметом.

В кон­це XV века вла­дел вот­чи­ной в с. Хоте­не­во-Тере­бо­тунь Бежец­ко­го у., заве­щан­ной пле­мян­ни­кам Ива­ну Немо­му и Федо­ру Лопа­те Телеп­не­вым, но после его смер­ти зем­ля была “безъ­ос­по­дар­на” 7 лет. В 1495 в Моро­зо­вич­ском пого­сте Дерев­ской пяти­ны вла­дел поме­стьем д. Моро­зо­ви­чи с 6-ю дерев­ня­ми. Его мос­ков­ский двор до июня 1504 пере­дан Ива­ном III кн. Ю.И. Дмитровскому.

21.6. КН. ЯРО­СЛАВ ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ (?-1478)

В 1473 – 77 – князь-намест­ник в Пско­ве. В 1473 заклю­чил мир на 20 лет с вел. маги­стром Ливон­ско­го орде­на и на 30 лет с епи­ско­пом г. Юрье­ва. В 1474 горо­жане жалу­ют­ся вел. кня­зю на пове­де­ние намест­ни­ка, кото­рый не толь­ко при­тес­ня­ет их, но и появ­ля­ет­ся пья­ный на ули­це и стре­ля­ет в людей. Нако­нец, на вече горо­жане отре­ши­ли его от вла­сти, но он уехал из Пско­ва толь­ко после при­ка­за вел. кня­зя. В 1478 один из 4-х намест­ни­ков Нов­го­ро­да (до фев­ра­ля 1481). В 1481 во гла­ве войск в Ливо­нии. 1481 – 82 и с 1484 – вновь князь-намест­ник Пско­ва, где и умер с женой и сыном в октяб­ре 1487 от холе­ры. Бояри­ном не был.

∞, ….. ….. Сабу­ро­ва, дочь бояри­на Миха­и­ла Федо­ро­ви­ча Сабурова.

22.6. КН. ПЁТР ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ НАГОЙ (* …, 1468, †1510)

Осно­ва­тель линии кня­зей Нагоевых-Оболенских.

В 1468 во гла­ве мос­ков­ско­го опол­че­ния, послан­но­го к Каза­ни; в 1475 участ­во­вал в похо­де на Нов­го­род сыном бояр­ским; в 1477 – во 2-м Нов­го­род­ском похо­де; в 1492/93 послан в Тверь с кня­жи­чем Васи­ли­ем Ива­но­ви­чем; в похо­де на Лит­ву 1493 – 2-й вое­во­да пра­вой руки; в 1498 ука­зан в чис­ле бояр; в фев­ра­ле 1500 – на сва­дьбе кн. В.Д. Холм­ско­го в каче­стве бояри­на; в похо­де на Лит­ву 1501 – 2-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка; в 1509 по ста­ро­сти остав­лен «ведать Моск­ву» 2-м по старшинству.

В 1558 вла­дел вот­чи­ной в сц. Тиш­ко­во и сц. Вос­кре­сен­ское Коло­мен­ско­го у.

∞, […..], в ин. Евпраксия.

23.6. КН. ВАСИ­ЛИЙ ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ ТЕЛЕПЕНЬ

В 1492 взял Мценск; в 1493 в похо­де на Лит­ву — вое­во­да пере­до­во­го пол­ка, затем вое­во­да пра­вой руки вме­сте с бра­том Алек­сан­дром; в нача­ле 1494 г. вме­сте с бра­том Федо­ром встре­чал литов­ских послов. Его двор до 1504 пере­шел к кн. Ю.И.Дмитровскому.

Родо­на­чаль­ник кня­зей Телеп­не­вых-Обо­лен­ских, угас­ших в XVI в.

24.6. КН. ФЁДОР ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ ТЕЛЕПЕНЬ

В 1492 в похо­де на Лит­ву – 1-й вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка, в авгу­сте взял Мценск; в похо­де на Выборг 1495 – 1-й вое­во­да пра­вой руки; в сен­тябрь­ском похо­де 1496 на Казань – вое­во­да пра­вой руки; вес­ной 1497 – сно­ва послан в Казань, в помощь Маг­мет-Ами­ну вое­во­дой пере­до­во­го пол­ка кон­ной рати; в фев­ра­ле 1500 – на сва­дьбе кн.Холмского; в 1500 – в похо­де к Доро­го­бу­жу и в бит­ве при Вед­ро­ши 2-й вое­во­да пра­вой руки; в похо­де 1502 на Смо­ленск – 3-й вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка; в похо­де 1508 к Смо­лен­ску – вое­во­да пра­вой руки; убит при оса­де Мсти­слав­ля; бояри­ном не был. Его двор до 1504 пере­шел к кн. Ю.И. Дмитровскому.

В 1504 вла­дел вот­чи­ной с. Давы­дов­ское с дерев­ня­ми в Мос­ков­ском у. на Дмит­ров­ском рубе­же. Родо­на­чаль­ник кня­зей Телеп­не­вых-Обо­лен­ских, угас­ших в XVI в.

Запи­сан вме­сте с женой в нача­ле помян­ни­ка рода Ива­на Овчи­ны в Сино­ди­ке риз­ни­цы ТСМ 1575 г.: «Ино­ку кня­ги­ню Ефро­си­нию. Кня­зя Федо­ра. Кня­зя Бориса.» 

∞, [….], в ин. Ефросиния.

25.7. КН. АНДРЕЙ МИХАЙ­ЛО­ВИЧ ДУРНОЙ

В 1480 ходил в Ливо­нию с Псков­ской ратью, был при оса­де Юрье­ва, в 1492 – вое­во­да в Тару­се; в 1513 в похо­де на Смо­ленск вое­во­да запас­ной рати на Угре; в 1520 – вое­во­да в Туле.

26.7. КН. БОРИС МИХАЙ­ЛО­ВИЧ ТУРЕНЯ

Родо­на­чаль­ник кн. Турениных.

В 1477 участ­во­вал в похо­де на Нов­го­род с можа­и­ча­ми, зве­ни­го­род­ца­ми и ружа­на­ми со сто­ро­ны Юрье­ва мона­сты­ря; в 1482 сте­рег Ниж­ний Нов­го­род от казан­ско­го царя Але­га­ма; в 1484 – в погоне за кн. Васи­ли­ем Михай­ло­ви­чем Верей­ским; в 1493 – 1-й вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка в похо­де в Лит­ву на Мезецк и Сер­пейск; в 1498 – 99 – вое­во­да Сер­пу­хо­ва, намест­ник Вязь­мы (октябрь 1498).

Его родо­вые вот­чи­ны в нача­ле XVII в. – с. Хру­сталь и с. Сте­пан­чи­ко­во в Обо­лен­ске (1109 четв.).

27.7. КН. ИВАН МИХАЙ­ЛО­ВИЧ, ИН. ИОАСАФ

Ум. 7.10.1514.

Архи­епи­скоп Ростов­ский и Яро­слав­ский (с 22.06.1481 – до 1489), постриг­ся в Фера­пон­то­вом монастыре.

В Софий­ской Пер­вой Лето­пи­си под 6989 годом поме­ще­на запись: «Того лета постав­лен бысть Росто­ву архи­епи­скоп Иоасаф, бывал князь Обо­лен­ский, а при­ве­до­ша его с Бело­озе­ра из Фера­пон­то­ва мона­сты­ря»57. В Мос­ков­ском Лето­пис­ном сво­де кон­ца ХУ в. име­ют­ся еще две запи­си: «Того же меся­ца (июля 1481 г.) 22 постав­лен архи­епи­ско­пом Росто­ву Иоасаф Обо­лень­скых кня­зей пре­свя­щен­ным мит­ро­по­ли­том Герон­ти­ем» и «…Того же лета (6991) июня в 17 князь вели­ки Иван Васи­лье­вич всея Руси да сын его князь вели­ки Иван Ива­но­вич всея Руси, объ­мыс­ля с сво­им отцем с мит­ро­по­ли­том Герон­ти­ем и с архи­епи­ско­пом с Ростов­ским с Аса­фом и с Семе­ном со епи­ско­пом с Рязан­ским и з Гера­си­мом епи­ско­пом Коло­мен­скым и с Про­хо­ром епи­ско­пом с Сарь­скым, поло­жи­ща жере­бьи на пре­сто­ле, Ели­сея архи­манд­ри­та Спас­ско­го, да Гена­дия архи­манд­ри­та Чюдов­ско­го, да Сер­гея стар­ца Тро­иц­ко­го быв­ше­го про­то­по­па Бого­ро­диц­ко­го, на архи­епи­ско­пъ­ство в Вели­кий Нов­го­род. И мит­ро­по­лит сам слу­жил со все­ми с теми епи­ско­пы и со архи­манд­ри­ты, и вынял­ся жре­бий Сер­ге­ев на архи­епи­ско­пъ­ство в Нов­го­род»58. Об остав­ле­нии Иоаса­фом кафед­ры дает све­де­ния Софий­ская Пер­вая Лето­пись: «В лето 6997 … вла­ды­ка Ростов­ской Иоасаф оста­ви архи­епи­ско­пью, иже был князь Обо­лен­ский, и поста­ви­ша Тихо­на»59. П. П. Стро­ев ука­зы­ва­ет, что Тихон Малыш­кин был постав­лен 15 янва­ря 1489 г.60 А. А. Титов ссы­ла­ет­ся на ростов­скую лето­пись, по кото­рой Иоасаф уда­лил­ся в Фера­пон­тов мона­стырь 6 сен­тяб­ря 6997 (1488) г.61. Там же отме­че­но, что послед­ние годы жиз­ни Иоасаф про­вел в совер­шен­ном без­мол­вии. Умер он «в лето 7021 (1512) меся­ца октяб­ря 6 на память апо­сто­ла Фомы в год вечер­ни»62. Житие Мар­ти­ни­а­на ХVI в., напи­сан­ное в Фера­пон­то­вом мона­сты­ре, ука­зы­ва­ет 7022 г.63. Погре­бен был Иоасаф у южной сте­ны собо­ра Рож­де­ства Бого­ро­ди­цы у ног преп. Мар­ти­ни­а­на. «Помя­нув доб­ро­до­дие его, поне­же срод­ник он бяше вели­ко­го кня­зя, но и постри­же­ник пре­по­доб­но­го Мар­ти­ни­а­на и уче­ник, сего ради бяше вос­хо­те­ша у свя­то­го поло­жи­ти и Богу тако извол­шу»64. В этом отрыв­ке при­ме­ча­тель­но упо­ми­на­ние об Иоаса­фе, как о «срод­ни­ке» вели­ко­го кня­зя Ива­на III. 

Мож­но отме­тить лето­пис­ное ука­за­ние на под­держ­ку вла­ды­кой Иоаса­фом Ива­на III в спо­ре о посо­лон­ном хож­де­нии при освя­ще­нии церк­вей, воз­ник­шем в 1479 г. Подоб­но сво­е­му пред­ше­ствен­ни­ку, вла­ды­ке Вас­си­а­ну, Иоасаф в 1482 г. при­нял сто­ро­ну вели­ко­го кня­зя и вме­сте с чудов­ским архи­манд­ри­том Ген­на­ди­ем защи­щал посо­лон­ное хож­де­ние, хотя все осталь­ное духо­вен­ство было на сто­роне мит­ро­по­ли­та: «…а по вели­ком кня­зе мало их, един вла­ды­ка Ростов­ский князь Асаф да архи­манд­рит Чюдов­ский Гена­дей…65. Сохра­нил­ся так­же един­ствен­ный спи­сок «Посла­ния архи­епи­ско­па Нов­го­род­ско­го Ген­на­дия Иоаса­фу», напи­сан­но­го в фев­ра­ле 1489 г. — источ­ник пред­по­ло­же­ний о при­чи­нах остав­ле­ния Иоаса­фом архи­епи­ско­пии»66.

28.7. КН. ИВАН МИХАЙ­ЛО­ВИЧ РЕПНЯ

Родо­на­чаль­ник кня­зей Репниных-Оболенских

Боярин с 1512.

В 1494 – намест­ник в Суз­да­ле; в 1508/9 – в Пско­ве. Глав­ный дея­тель его присоединения.

29.7. КН. АНДРЕЙ МИХАЙ­ЛО­ВИЧ ПЕНИНСКИЙ

В 1512 г. был вое­во­дой левой руки при наше­ствии крым­ских татар. В 1513 г. был вое­во­дой на Угре. Родо­на­чаль­ник кня­зей Пенин­ских-Обо­лен­ских, угас­ших в XVI в.

∞, Агра­фе­на (ум. до 1527)

30. КН. КОН­СТАН­ТИН СЕМЕ­НО­ВИЧ (8).

31. КН. ДМИТ­РИЙ СЕМЕ­НО­ВИЧ ЩЕПА (8).

В 1482 слу­жил на Ниж­нем Нов­го­ро­де; в 1495 сопро­вож­дал Ива­на III в Нов­го­род. В кон­це XV в. вла­дел вот­чи­ной в Малом Ярославце.

32. КН. ИВАН ВЛА­ДИ­МИ­РО­ВИЧ ЛЫКО (9).

Родо­на­чаль­ник кн. Лыковых.

В 1479 – намест­ник в Вели­ких Луках; отъ­е­хал к кн. Бори­су Волоц­ко­му, когда Иван III потре­бо­вал вер­нуть взя­тое побо­ра­ми с горо­жан; на тре­бо­ва­ние вел. кня­зя вер­нуть бег­ле­ца, Борис отве­тил отка­зом, тогда Иван III велел схва­тить Лыко и в око­вах доста­вить в Моск­ву; в 1483 ездил послом от Ива­на III в Крым к Менгли-Гирею; в 1487 – вое­во­да в похо­де на Вят­ку; в 1487 – 88 сте­рег Устюг от вят­чан; в 1489 – вое­во­да на Двине; в 1493 в похо­де на Мезецк и Сер­пейск – 1-й вое­во­да левой руки, в том же году сто­ял с вой­ска­ми в Тару­се; в фев­ра­ле 1494 – на при­е­ме литов­ских послов; в авгу­сте 1495 – авгу­сте 1497 – 2-й намест­ник в Нов­го­ро­де; в 1502 – вое­во­да в похо­де на Лит­ву; в 1507 – вое­во­да в Вятке.

33. КН. МИХА­ИЛ ВЛА­ДИ­МИ­РО­ВИЧ (9).

34. КН. ФЕДОР ВЛА­ДИ­МИ­РО­ВИЧ (9).

35. КН. ВАСИ­ЛИЙ ВЛА­ДИ­МИ­РО­ВИЧ КАША (9).

В 1493 – в похо­де к Мезец­ку и Сер­пей­ску 2-й вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка; в 1495 – намест­ник в Путив­ле; в 1503 ходил на Лит­ву. Ок. 1496 – 98 упо­мя­нут на разъ­ез­де в Мало­я­ро­сла­вец­ком у.

Покоління VI (XX)

36. КН. ИВАН ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ КУР­ЛЯ (14).

Родо­на­чаль­ник кн. Курлятевых.

В 1506 в похо­де кн. Дмит­рия Жил­ки на Казань коман­до­вал наря­дом в боль­шом пол­ку судо­вой рати.

Ок. 1509 вла­дел зем­лей в Рома­нов­ской вол. Пере­слав­ско­го у.

∞, Ана­ста­сия Федо­ров­на Пле­ще­е­ва, дочь Федо­ра Андре­еви­ча Плещеева.

37. КН. МИХА­ИЛ ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ (14).

38. КН. НИКИ­ТА ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ ХРО­МОЙ (14).

Ум. 1540.

В 1500 – на сва­дьбе Холм­ско­го; боярин (1533); в 1-м Смо­лен­ском похо­де (1512 – 13) – 1-й вое­во­да левой руки; во 2-м (1514) – вое­во­да пра­вой руки; при взя­тии Смо­лен­ска – 2-й вое­во­да пра­вой руки; в 1517 – 1-й вое­во­да левой руки на Воша­ни; в фев­ра­ле 1524 – лето 1530 – намест­ник в Нов­го­ро­де-Север­ском; в 1531 сто­ял со сво­и­ми пол­ка­ми про­тив Рос­лав­ля и в Каши­ре; в октяб­ре 1531 – 1-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка в Ниж­нем Нов­го­ро­де; с фев­ра­ля 1534 – намест­ник в Смо­лен­ске. Отра­зил поля­ков кн. Алек­сандра Виш­не­вец­ко­го и гнал его вой­ско несколь­ко верст. В нояб­ре 1534 в похо­де на Лит­ву кн. М.В. Гор­ба­то­го 2-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка; в 1535 упо­мя­нут в заве­ща­нии кн. Гор­ба­то­го; в 1537 – 2-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка на Коломне; в том же году участ­во­вал в «поима­нии» Андрея Ста­риц­ко­го; в 1539 – 2-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка во Владимире.

В 1540 – душе­при­каз­чик В.И. Волын­ско­го на зем­ли в Коло­мен­ском у. В кон­це XV в. уп. его быв­шее усад­би­ще в Ляц­ком пого­сте Шелон­ской пяти­ны д. Загорье.

∞, Анна, в ино­ки­нях Алек­сандра (ум. 1537/1539)

39. КН. ВАР­ЛА­АМ АЛЕК­САН­ДРО­ВИЧ (20).

Ум. 1.09.1528.

Постриг­ся в Тро­иц­ком монастыре.

Покоління VII (XXI)

60. Кн. Дани­ла Ники­тич Хро­мо­го (38).

ПЕЧАТКИ

Печаток не знайдено

ПУЦБЛІКАЦІЇ ДОКУМЕНТІВ

АЛЬБОМИ З МЕДІА

Медіа не знайдено

РЕЛЯЦІЙНІ СТАТТІ

Статтєй не знайдено

НОТАТ­КИ
  1. Водар­ский Я. Е. Опыт состав­ле­ния исто­ри­че­ских карт зем­ле­вла­де­ния Сер­пу­хов­ско­го и Обо­лен­ско­го уез­дов по пере­пи­си 1678 г. // Сла­вяне и Русь. М., 1968. С. 278 (кар­та). Состав и гра­ни­цы Обо­лен­ско­го уез­да могут быть зна­чи­тель­но уточ­не­ны по недав­не­му изда­нию: Пис­цо­вые кни­ги Обо­лен­ско­го уез­да пер­вой тре­ти ХУП века / Подг. к публ. М. С. Вало­ва, О. И. Хору­жен­ко. М.. 2014.[]
  2. ДДГ. № 83. С. 330.[]
  3. Родо­слов­ная кни­га… Ч. I. С. 212; Вла­сьев Г. А. Потом­ство Рюри­ка. СПб., 1906.Т.1.Ч. 2.[]
  4. Пис­цо­вые кни­ги Обо­лен­ско­го уез­да пер­вой тре­ти ХVII века. М., 2014. См. по ука­за­те­лям вот­чи­ны кн. Дол­го­ру­ких, Щер­ба­тых, Тро­стен­ских, Каши­ных, Лыко­вых, Туре­ни­ных и Тюфя­ки­ных.[]
  5. Водар­ский Я. Е. Опыт состав­ле­ния исто­ри­че­ских карт зем­ле­вла­де­ния… С. 279.[]
  6. Кн. Дмит­рий Сер­ге­е­вич Щер­ба­тов (1903-1981) после рево­лю­ции «стал» кре­стьян­ским сыном Васи­ли­ем Кузь­ми­чом Щер­ба­ко­вым, док­то­ром тех­ни­че­ских наук и про­фес­со­ром.[]
  7. ПСРЛ. Т. ХУ. Вып. 1. Стб. 89, и дру­гие сво­ды.[]
  8. ПСРЛ. Т.ХЖУ, С. 234; Т. ХХХУ. С. 28.[]
  9. Родо­слов­ная кни­га кня­зей и дво­рян рос­сий­ских и выез­жих… Ч. 1. С. 212. []
  10. Помен­ник Вве­денсь­кої церк­ви… С. 18; Сино­дик Любец­ко­го Анто­ни­ев­ско­го мона­сты­ря. Л. 20.[]
  11. ПСРЛ.Т. ХХV. С. 190, ит. д. []
  12. ПСРЛ. М., 2004. Т. ХLIII. С. 134.[]
  13. Сал­ми­на М. А. Еще раз о дати­ров- ке «Лето­пис­ной пове­сти» о Кули­ков­ской бит­ве // ТОДРЛ. Л.., 1977. Т. 32. С. 8-24, осо­бен­но 8, 20-21.[]
  14. Скрын­ни­ков Р. Г. Кули­ков­ская бит­ва: про­бле­мы изу­че­ния // Кули­ков­ская бит­ва в исто­рии и куль­ту­ре нашей Роди­ны. М., 1983. С. 63-65.[]
  15. ДДГ. С. 53-54. № 19; ПСРЛ. Т. ХУ. Вып. 1. С. 146, 151; Бес­па­лов Р. А. Рекон­струк­ция мос­ков­ско-тарус­ско­го фраг­мен­та из докон­ча­ния вели­ких кня- зей Дмит­рия Мос­ков­ско­го и Оле­га Рязан­ско­го 1385 г. // Бит­ва на Воже и Сред­не­ве­ко­вая Русь. Рязань, 2009. С. 164—173.[]
  16. ПСРЛ. Т. ХХУ. С. 219. В Нов­го­род­ской [У и Софий­ской [ лето­пи­сях гово­рит­ся, что это про­изо­шло во вре­мя вто­рой поезд­ки Васи­лия в Орду, в 6901 (1393) г. (ПСРЛ. М., 2000. Т.ТУ. Ч. 1. С. 373; М.., 2000. Т. УТ. Вып 1. Стб. 509). Одна­ко боль­ше­го дове­рия заслу­жи­ва­ет Мос­ков­ский свод, еще и пото­му, что там при­ве­де­ны точ­ные даты отъ­ез­да Васи­лия в Орду и воз­вра­ще­ния отту­да.

    В Нов­го­род­ско-Софий­ских же лето­пи­сях за этот пери­од наблю­да­ют­ся и дру­гие «сбои» в хро­но­ло­гии.[]

  17. ДДГ. С. 53, 85, 144. № 19, 33, 47. См. об этом: Фети­щев С. А. К вопро­су о при­со­еди­не­нии Муро­ма, Меще­ры, Тару­сы и Козель­ска к Мос­ков­ско­му кня­же­ству в 90-е гг, ХТУ в. // Рос­сий­ское госу­дар­ство в ХIV-ХVII вв. СПб., 2002. С. 35-36; Гор­ский А. А. Мос­ков­ские «при­мыс­лы» кон­ца ХІІІ — ХV в. вне Севе­ро-Восточ­ной Руси. С. 155-157.[]
  18. ПСРЛ.Т. ХХV. С. 190, ит. д. []
  19. ПСРЛ. М., 2004. Т. ХLIII. С. 134.[]
  20. Сал­ми­на М. А. Еще раз о дати­ров­ке «Лето­пис­ной пове­сти» о Кули­ков­ской бит­ве // ТОДРЛ. Л.., 1977. Т. 32. С. 8-24, осо­бен­но 8, 20-21.[]
  21. Скрын­ни­ков Р. Г. Кули­ков­ская бит­ва: про- бле­мы изу­че­ния // Кули­ков­ская бит­ва в исто­рии и куль­ту­ре нашей Роди­ны. М., 1983. С. 63-65.[]
  22. ДДГ. С. 53-54. № 19; ПСРЛ. Т. ХУ. Вып. 1. С. 146, 151; Бес­па­лов Р. А. Рекон­струк­ция мос­ков­ско-тарус­ско­го фраг­мен­та из докон­ча­ния вели­ких кня- зей Дмит­рия Мос­ков­ско­го и Оле­га Рязан­ско­го 1385 г. // Бит­ва на Воже и Сред­не­ве­ко­вая Русь. Рязань, 2009. С. 164—173.[]
  23. ПСРЛ. Т. ХХУ. С. 219. В Нов­го­род­ской [У и Софий­ской [ лето­пи­сях гово­рит­ся, что это про­изо­шло во вре­мя вто­рой поезд­ки Васи­лия в Орду, в 6901 (1393) г. (ПСРЛ. М., 2000. Т.ТУ. Ч. 1. С. 373; М.., 2000. Т. УТ. Вып 1. Стб. 509). Одна­ко боль­ше­го дове­рия заслу­жи­ва­ет Мос­ков­ский свод, еще и пото­му, что там при­ве­де­ны точ­ные даты отъ­ез­да Васи­лия в Орду и воз­вра­ще­ния отту­да. В Нов­го­род­ско-Софий­ских же лето­пи­сях за этот пери­од наблю­да­ют­ся и дру­гие «сбои» в хро­но­ло­гии.[]
  24. ДДГ. С. 53, 85, 144. № 19, 33, 47. См. об этом: Фети­щев С. А. К вопро­су о при­со­еди­не­нии Муро­ма, Меще­ры, Тару­сы и Козель­ска к Мос­ков­ско­му кня­же­ству в 90-е гг, ХТУ в. // Рос­сий­ское госу­дар­ство в ХIV-ХVII вв. СПб., 2002. С. 35-36; Гор­ский А. А. Мос­ков­ские «при­мыс­лы» кон­ца ХІІІ — ХV в. вне Севе­ро-Восточ­ной Руси. С. 155-157.[]
  25. Быч­ко­ва М. Е. Состав клас­са фео­да­лов… С. 76; Родо­слов­ная кни­га… Ч. І. С. 212; ВОИДР. Кн. Х. С. 46, 240.[]
  26. Помен­ник Вве­денсь­кої церк­ви… С. 19; Сино­дик Любец­ко­го Анто­ни­ев­ско­го мона­сты­ря. Л. 20 об.[]
  27. РИИР. Вып. 2. С. 113; Родо­слов­ная кни­га… Ч. 1. С. 201.[]
  28. Зотов Р. В. О Чер­ни­гов­ских кня­зьях… С. 312[]
  29. Вла­сьев Г. А. Потом­ство Рюри­ка. Т. 1. Ч. 1.С. 23, 35, 43-44.[]
  30. Гор­ский А. А. Мос­ков­ские «при­мыс­лы» кон­ца ХIII — XV в. вне Севе­ро-Восточ­ной Руси. С. 156.[]
  31. Сино­дик // Древ­няя рос­сий­ская вив­лио­фи­ка. М., 1788. Ч. VI. С. 456.[]
  32. ПСРЛ. Т.ХХУ. С. 260. В исто­рио­гра­фии этот Федор Тарус­ский обыч­но отно­сит­ся к вет­ви кн. Вол­кон­ских, в родо­слов­ной кото­рых дей­стви­тель­но упо­ми­на­ет­ся Федор Юрье­вич, внук Ива­на Юрье­ви­ча (см. ниже).[]
  33. ДДГ. № 53. С. 161.[]
  34. Там же. № 33. С. 85.[]
  35. АСЭИ. М., 1952. Т.1. № 610. С. 520.[]
  36. ДДГ. № 89. С. 354.[]
  37. Водар­ский Я. Е. Опыт состав­ле­ния исто­ри­че­ских карт зем­ле­вла­де­ния… С. 278, 280-281 (№ 2, 68).[]
  38. ПСРЛ. Л., 1982. Т. ХХХУИ. С. 42, 86.[]
  39. ПСРЛ. СПб., 1859. Т. VIII. С. 111, 114, 122-123.[]
  40. АСЭИ. Т.1. № 277. С. 198.[]
  41. АФЗХ. М., 1951. Ч. 1. № 126. С. 117-118.[]
  42. АФЗХ. Ч. 1. № 103. С. 97-99.[]
  43. РК-1605.Т.1.С.85-86.[]
  44. Сино­дик // Древ­няя рос­сий­ская вив­лио­фи­ка. М., 1788. Ч. У1. С. 449. Здесь поми­на­ют­ся так­же его бра­тья, кн. Миха­ил и Симе­он.[]
  45. ДДГ. С. 161. № 53.[]
  46. ПСРЛ.М.., 2000.Т. XXIV С. 194.[]
  47. ПСРЛ. Т. VIII. С. 122.[]
  48. ВОИДР. Кн. Х. С. 157.[]
  49. Родо­слов­ная кни­га… Ч. 11. С. 180.[]
  50. ПСРЛ.Т.ХХУV С. 266, 268-269, 272.[]
  51. ДДГ. № 58. С. 180 (дата в загла­вии акта ука­за­на с опе­чат­кой — 1451 г. вме­сто 1454-го).[]
  52. Кобрин В. Б. Мате­ри­а­лы гене­а­ло­гии кня­же­ско-бояр­ской ари­сто­кра­тии ХУ- ХУ! вв. М., 1995. С. 96.[]
  53. Водар­ский Я. Е. Опыт состав­ле­ния исто­ри­че­ских карт зем­ле­вла­де­ния…[]
  54. ПСРЛ. Т. 6. С. 221; ПСРЛ. Т.8. С. 200.[]
  55. ДДГ. С. 358, № 89[]
  56. АФЗХ. Ч. 1. № 103. С. 97-99.[]
  57. ПСРЛ. СПб., 1853. Т. VI. С. 232.[]
  58. ПСРЛ. М.-Л., 1949. Т. ХХV. С. 329, 330. []
  59. ПСРЛ. Т. VI. С. 238. []
  60. Стро­ев П. П. Спис­ки иерар­хов и насто­я­те­лей мона­сты­рей рос­сий­ской церк­ви. СПб., 1877. С. 332.[]
  61. Титов А. А. Лето­пи­сец о ростов­ских архи­ере­ях. СПб., 1890. С. 16.[]
  62. Брил­ли­ан­тов И. И. Фера­пон­тов Бело­зер­ский, ныне упразд­нен­ный мона­стырь, место зато­че­ния патр­нар­ха Нико­на. СПб., 1899. С. 29. []
  63. ГПБ, Соф. собр., № 467. Л. 98. []
  64. Там же. Л. 99.[]
  65. ПСРЛ. Т. VI. С. 233[]
  66. ГБЛ. Ф. 304 (Тро­иц­кое собра­ние). № 730. Л. 246—258 об. Опуб­ли­ко­ван: Памят­ни­ки лите­ра­ту­ры Древ­ней Руси. Вто­рая поло­ви­на ХУ века. М., 1982. С. 540—553.[]