Липятины — княжеский род неизвестного происхождения.
Общие сведения о роде
Некоторые биографические данные о них, собранные С. Б. Веселовским, позднее не были им обобщены Сложность решения проблемы заключается в том, что источники довольно скупы на информацию о Лиnятиных. В основном сохранились только акты, которые отмечают службу представителей данной фамилии, а не их родственные отношения друг с другом. Поэтому о генеалогических связях Липятиных с представителями других княжеских фамилий средневековой Руси можно говорить лишь предположительно. Кроме того, отсутствует родословная роспись Липятиных, а следовательно, к приведенному ниже родословному древу данной фамилии следует относиться не более чем как к научной реконструкции.
В Успенском синодике после поминания лиц, погибших в Москве в 1382 г. от рук ордынцев хана Тохтамыша, имеется следующая запись: «Ивану Дмитриевичу, и сыну его Иоанну, и брату его Василью Березуйскому, Ивану Константиновичу Липятину, и сыны eго Семену, убиеннымъ отою безбожныя Литвы, вечная память». В источнике они указаны ранее убитых «во градехъ, и въ селехъ мниховъ, и иереовъ, мужъ и жень, и детскъ полъ оть безбожнаго Едигея» 235 Последний, как известно, осаждал Москву в 1408г.
Таким образом, можно восстановить определенные хронологические рамки, к которым относится время жизни и службы в Москве хотя бы части из отмеченных в синодике князей, а именно — от 1380 до 1408 г. Наше предположение находит подтверждение при обращении к повествовательным источникам. Так, Тверская летопись, описывая московско-литовскую войну 1406–1407 гг., замечает: А иже подо Вязмою быша Москвичи, и такоже граду ничтоже успеша, и отъидоша. Тогда же князь Липятычь Иванъ, воевода Московскый, oтъ Литвы убиенн бысть» 236. Воскресенская летопись сообщает, что вяземский поход 1407 г. Начался «на Спасовъ день», т. е. 16 авrуста 237. Война длилась не более месяца и окончилась перемирием, которое, по всей вероятности, было заключено до 14 сентября 238• Таким образом, можно установить, что Иван Липятин погиб либо в самом конце августа, либо, что более вероятно, в самом начале сентября. Несомненно, упомянутый в данном случае князь и записанный для поминания в Успенском синодике Иван Константинович — одно и то же лицо 239, Кроме того, из текста обоих источников выясняется, что Константин, отец князя Ивана, носил прозвище Липята 240. Следовательно, именно он был родоначальником фамилии. Время жизни первых двух представителей рода Липятиных — это вторая половина XIV — начало XV в.
Интересно также отметить и то обстоятельство, что Иван Липятин носил то же отчество, что и родоначальник старшей ветви рода князей Фоминских Федор Красный — Константинович. Родословная роспись последнего имеет ряд заголовков, например: «Род Фоминских князей и от них Карповы» 241 , «Родъ Фоминскихъ князей и Березуйскихъ» 242 и др. В ней князь Константин называется то Фоминским 243 , то Березуйским 244 — см. Приложение № 5 (а‑в). Наиболее полный заголовок содержит Рум. ред. 40‑х гr. XVI в.: «Род Фоминских князей и Березуйских от князя Костянтина Березуйского» 245 Стоит напомнить, что в Успенском синодике Московского Кремля Липятины объединены и записаны для поминания как раз вместе с березуйскими князьями. Впрочем, среди них нет ни Федора Красного, ни его легендарной «братьи»; это не удивително. Ведь князья Березуйские и Липятины, в отличие от детей Константина, погибли от рук литовцев. Кроме того, в родословной Фоминских пока не зафиксировано ни одного случая, чтобы этот князь был указан с прозвищем Липята. Между тем, приведенные ранее свидетельства явно не являются случайными. Поэтому предварительно можно говорить о достаточно близком родстве семей Липятиных и Фоминских, прямыми предками которых являлись князья Березуйские.
Зная, когда умер князь И. К. Липятин, теперь можно выяснить и время деятельности его сына Семена. Скорее всего, это первая половина XV в. В духовной грамоте великой княгини Софии Витовтовны, датируемой Л. В. Черепниным июнем-июлем 1451 r., отмечается: «А из Кол[оменскихъ селъ, изъ) своихъ прикуповъ даю сыну своему, великому князю Василью, Колычевьское село, Николцево село, Липятиньское село, Чюхи[стово село]» 246. По всей вероятности, приобретение данного села состоялось до или чугь позднее известных событий 1445–1446 гг., когда великокняжеская семья располагала значительными финансами. Однако какими же размерами обладало село «Липятинское»?
Обращение к писцовым материалам конца XVI в. позволяет установить, что в Коломенском уезде в это время было два села Липятино. Согласно книге «Письма и меры» Д. П. Житова и Ф. Комынина в 1577/78 г. в Большом Микулине стане «за Григорьемъ да за Богданом за Васильевыми детми Хотяинцова, по даче 86-го году, а прежъ того было на оброке за Ивановыми крестьяны Шереметева, что бьшо въ поместье за Петромъ за Григорьевымъ сыномъ Лихорева: пуст., что было с. Липятино, на рчк. на Коломенке, а въ немь пашни пер. сер. земли 60 четьи, да пер. жъ лесомъ поросло въ тычъ и въ коль 460 четьи, и обоего пер. и кусторемъ поросло добр. землею съ наддачею 408 четьи в поле, а въ дву потомужъ, сена по рчк. по Коломенке и по заполью и по врагомъ 100 коп лесу непашенного 50 дес.» 247. Второе село Липятино располагалось в Каневском (!) стане. Во второй половине XVI в, оно было вотчиной Московского Чудова монастыря. Благодаря пространной записи писца можно установить имя прежнего владельца, размеры, причину и время его перехода в обитель. Село Липятино находилось «на рчк. на Коширке, а преже того было въ вотчине за Огрофеною Волынскою, а въ селе церк. Воскресенье Христово, древена, клецки: пашни церковные 20 четьи въ поле, а в дву потомуже, сена на корнятинской пожне 20 коп.; пашни сер. Земли 88 четьи съ осм., да пер. 119 четьи съ осм., да пер. же кусторемъ поросло 55 четьи въ поле, а въ дву потомужъ, сена по рчк. по Коширке и по дубровамъ по Корятину и по Моклоку111и 200 коп., лесу кустарю непашенного 20 дес.». Кроме того, к селу тянули «дер. Шугарово, на рчк. на Коширке», «Пуст., что была дер. Береледова, на враге на Гнилуше», «пуст., что бьшо селище Чюмасово, на вражке на Гнилуше». Всего за монастырем по подсчетам оказалось 688 четей земли с четвертью «въ поле, а въ дву потомужъ», а также 55 десятин леса 248.
Таким образом, каждое по отдельности село на Коломенке и Каширке вместе с тянувшей к ним землей имели весьма внушительные размеры — общую rшощадь более чем в 1600 четей земли и по 50–55 десятин леса. Поскольку второе Липятино находилось до 1540/41 г. в частных руках, то можно сделать вывод, что именно село на реке Коломенке, а не на Каширке и бьшо куплено великой княгиней Софьей Витовтовной в середине XV в. С. Б. Веселовский появление данного топонима в Коломне связывал с семьей Липятиных. Исследователь полагал, что Семен Иванович был убит в 1370 г. в битве с литовцами в Суходреве 249. Однако такая датировка ошибочна. Если С. И. Липятин действительно погиб в этом месте, то это событие произошло в 1445 г. Тогда, против пришедшей на Русь литовской рати совместно под началом своих воевод выстуrrили дети боярские, которые служили разным князьям: в Можайске — у внука великого князя Дмитрия Донского Ивана Андреевича (воевода князь А. В. Лугвица Суздальский), в Верее — у его брата Михаила Андреевича (воевода И. Ф. Судок Монастырев), в Боровске — у внука Владимира Храброго Василия Ярославича (воевода Жинев) 250 К сожалению, С. Б. Веселовский не приводит источник информации, где бы точно сообщалось, что князь погиб именно в битве в Суходреве. Если его предположение верно, то получается, что к середине XV в. Липятины перешли на службу к удельным князьям. Однако запись князя Семена Ивановича в таком привилегированном документе, как придворный синодик Успенского собора Московского Кремля, в принципе, практически исключает такую возможность. Как правило, сюда вносились лица, служившие только великому князю, да и то не все, а наиболее близкие к нему люди и прихожане храма. Поэтому не стоит исключать возможность, что князь С. И. Липятин погиб в другом бою, сражаясь с литовцами. Впрочем, действительно, для первой половины XV в. наиболее существенным столкновением с военными силами ВКЛ была именно битва при Суходреве. Быть может, из этого предположения исходил С. Б. Веселовский? Если это так, то оно не находит подтверждения в летописи — источнике, который содержит наиболее подробный рассказ о потерях объединенной русской рати 251. Учитывая годы жизни князя С. И. Липятина, можно сделать предположение, что, возможно, он или кто-то из его ближайших потомков (Макарий? или Федор?) продали великой княгине Софии Витовтовне часть наследственной вотчины. По крайней мере, друrих Липятиных, живших в середине XV в., источники не называют.
Чернеца Макария — по-видимому, близкого родственника (сына?) князя С. И. Липятина, упоминает С. Б. Веселовский как участника одного из актов 1465 г. 252 Обращение к архиву Троице-Сергиева монастыря подтверждает наблюдение исследователя, дает более подробные данные о духовной карьере Макария и свидетельствует о тесных связях с этой обителью не только потомков князей Фоминских, но и потомков друrих тиrулованных семей. Деятельность Макария в монастыре была весьма разнообразной. Так, например, в одном из актов этот «старець» выступает «купчиной» в Москве, где покупает для своего монастыря у И. П. Захарьина, выступавшего от имени брата Гриди, деревню Оглоблинскую из Верхнего Березовца Костромского уезда. Документ датирован С. Б. Веселовским около 1455–1462 гг. 253, с чем, однако, трудно согласиться. Дело в том, что в двух меновых грамотах Троице-Сергиева монастыря «старого» келаря Иллариона и радонежского волостеля Ивана Прокофьева на пустоши в Радонеже, которые уверенно датируются 1455–1456 гг., первым из послухов был назван «Макарей, келарь тртщкой Сергиева монастыря» 254• Следовательно, купчая грамота не могла быть состав-лена ранее 1455–1456 гг. Наше предположение о еще более ранней дате составления документа подтверждает одна приписка к данной 1447–1449 гг. бывшего радонежского боярина, чернеца В. Б. Копнина и его жены Марии. Как отмечается в списке источника середины XVI в» «а назади на грамоте подписана: Господину ИI)«Мену Спиридону троецкому Сергиева монастыря, да tocrюдu1tj келарю Макарью» 255• Таким образом, меновая в Костроме могла быть составлена и до 1447–1449 гг. В ряде документов 1450–1460‑х гг. Макарий по·прежнему называется келарем 256, а в 1484–1488 гг. он уже был игуменом Троице·Сергиева монастыря 2i;7. Однако акты с его именем, к сожалению, не уточняют и не проливают свет на родственные отношения Макария с князьями Липятиными, за исключением того, что он действительно был представителем этой фамилии.
В конце XV — начале XVI в. на службе у Ивана III упоминается видный служилый человек Федор Федорович Липятин, который несомненно входил в число слуг «двора» великого князя. Однако, в отличие от И. К. и С. И. Липятиных, в источниках он указывается уже без титула. Впервые Ф. Ф. Липятин отмечен в купчей грамоте И. А. Злобы Ворыпаева, который купил у своего брата Ф. А Ворыпаева половину села Некиматова (Екиматовского). Этот документ был написан после 30 марта 1486 г. В списке послухов, несомненно отражающем служебное положение местных землевладельцев, Ф. Ф. Липятин стоит вторым; ниже С. Ф. Блудова, но выше А. А Уварова и 1–1. С. Писарева. Любопытно отметить, что данная сделка заключена на территории Каневской волости Коломенского уезда 2$8. Таким образом, устанавливается, что и после продажи села Липятинского в середине XV в. у семьи Липятиных еще остались владения в данном регионе Руси.
Наблюдения Ю. Г. Алексеева над деятельностью великокняжеских писцов конца XV — начала XVI в. позволяют приблизительно определить время, когда Ф. Ф. Липятин исполнял данную должность в Московском уезде. В 1498/99 и 1503/04 гг. этим занимался князь Василий Иванович Голенин Ростовский 261. Однако в
Наблюдения Ю. Г. Алексеева над деятельностью великокняжеских писцов кон1tа XV — начала XVI в. позволяют приблизительно определить время, когда Ф. Ф. Липятин исполнял данную должность в Московском уезде. В 1498/99 и 1503/04 гг. этим занимался князь Василий Иванович Голенин Ростовский 261 • Однако в первый раз, очевидно, он описывал не весь уезд, а только его часть. Из текста духовной грамоты великого князя Ивана III, составленной около 1504 г. выясняется, что ранее «были къ Дмитрову приданы волости Московские: Рогож, Воря, Корзенево, Шерна городок, Сулишин и с Новым селом». За Москвой оставались «волости Сурожык, да Лучинское, да Радонеж с волостми» w2• Таким образом, Ф. Ф. Липятин мог работать над описанием этой части уезда только в 1498/99 г. ибо в 1503 г. князь В. И. Голенин Ростовский, наряду с Ворей и Корзеневым, упоминается уже в Радонеже и Бели 263• Последнее, возможно, связано с тем, что по духовной великого князя все шесть волостей, отошедших ранее к Дмитрову, должны были вернугься к Москве 264.
Кроме того, спустя год «князь великии Иван Васильевич веся Руси и, посылал князя Василья Ивановича Голенина да с ним диака Максима Горина, а велел («.) от Московских станов и волостеи Дмитровским, и Рузским, и Звенигородцким станом и волостем розъездъучинити» 265. Между тем, Ф. Ф. Липятинв 1503 г. уже описывал Вологодский уезд. Об этом можно узнать из ряда сохранившихся актов. Три документа с именем вологодского писца Ф. Ф. Липятина, его «Товарища» С. И. Чюрляева и дворцового дьяка Афанасия Яковля опубликовал И. А. IЪлубt.tов. В 1503 г. они разбирали по земельный спор о сече между крестьянами Кирилло·Белозерс кого монастыря С. Гридиным, Ф. Степановым и др. из деревни Демьянцева и черных крестья1–1 деревни :tlепотяговской Брюховской волости 266• Чуть позднее с доклада писцам Ф. Ф: Липятину и С. И. tiюрляеву старец Иона с крестьянами П. l«IИкифоровым и др. произвели разъезд и установили межу земле Непотяговской с монастырским починком Хомуговым 267. Будучи после 1 октября в Лоскомской волости, Ф. Ф. Липятин выдал правую грамоту И. Л. Злобину на его деревни Михалеву и Минейцеву 200.
Еще один источник, связанный с именем Ф.Ф. Липятина, найден и опубликован С. М. Каштановым. Исследователь датировал его также около 1503 г. Это упоминание о правой грамоте с судного дела писца Ф. Ф. Липятина по тяжбе о землях деревень Тоtuенской волости — Тартышевской и Сараева 269• Кроме того, как недавно выяснилось, 15 августа Ф. Ф. Липятин, С. И. Чюрляев и дьяк А. Яковль разбирали тяжбу мелкого вотчинника И. И. Осколка Кострова и крестьянина С. М. Ермолова о земле сельца Ермолинское, деревни :tlестерово и починка Дорок. Ее список найден и опубликован А. В. Антоновым и К. В. Барановым. Грамота датирована около 1503 г. 271. Таким образом, устанавливается, что деятельность Ф. Ф. Липятина не выходит за рамки началa XVI в.
Данные писцовых материалов позволяют сделать вывод, что последним, причем единственным владельцем села Липятина была Аrрафена, жена В. И. Волынского. Тесть Аrрафены — Иван Михайлович — в 1490..е- начале 1500‑х гг. был дворецким в Новгороде Великом, имел думный чин боярина 271. Василий- его третий сын — см. Приложение .№ 2 (а‑6). Поместья отца в Новгородской земле муж Аграфены IIe унаследовал, так как перебрался на службу к удельному углицкому князю Дмитрию Ивановичу Жилке. Последний скончался 14 февраля 1521г. 272 Согласно завещанию этого князя, ряд его владений в Кадке отошли к местному Воскресенскому монастырю. Среди них, как отмечает Л. И. Ивина, значилось и «поместье Василия Волынского» 273• Обращение к актам показывает, что в ноябре 1521 г. В. И. Волынский делает крупные расходы. Он покупает у И. И. Сукова и ero сына Василия село Остафьево и пустошь Давыдовскую в Каневской волости Коломенского уезда. Из текста полюбовной разъезжей грамоты 1551/52 r. старцев Троице-Серrиева и Чудова монастырей можно установить, что земли сел Остафьево и Липятино в Каневском стане граничили друr с другом 274 • Среди послухов во второй купчей 1521 r. после видных приказных деятелей Е. С. Сукова, Ш. С. Лодыrина, а также И. Г. Плушкова упоминался «Иван ФeдоровсынббЛипаmи:на» 275• По-видимому, это сын Ф. Ф. Липятина. Несомненно, что послух И. Ф. Липятин участвовал в этой сделке не только как близкий родственник Волынских, но и как местный землевладелец.
В описи архива Чудова монастыря 1755 r. упоминался «за печатью красного воску» подлинник (?) жалованной и несудимой грамоты великого князя Ивана IV В. И. Волынскому на село «Липетино» с деревнями. Документ датируется 29 марта 1539 г, 276 Однако спустя год В. И. Волынский почувствовал себя плохо и составил завещание 277.В том же 1540/41 г. его жена Аграфена, Григорьева дочь Федоровича Липятина, отдала архимандриту Ионе в Чудов монастырь село Липятино, деревни Веригино и Овинищи, а также ряд пустошей в Каневской волости Коломенского уезда 278 • Судя по писцовому описанию 1577/78 гг., не все они уже значились за монастырем. Впрочем, для нас важно другое. На момент вклада села Липятина с деревнями в Московский Чудо в монастырь А. Г. Волынская оказывается его единственной наследницей. Поэтому можно предположить, что ее близкий родственник Иван умер раньше (в 1539 г.?) 279. Интересно также заметить, что с селом Липятино в Каневской волости непосредственно соседствовало село Семеновское, бывшее в XVI в. уже в поместной раздаче 280. Не было ли оно ранее за князем Семеном Ивановичем Липятиным?
Однако, как и ранее с Макарием, сведения источников о Ф. Ф. Липятине ни в коей мере не помогают установить его прямые родственные связи с князьями Липятиными за период первой трети — середину XV в. Остается неясным, почему этот род потерял княжеский тиrул. Возможно, некоторые предположения на сей счет проливают события 1446 г. 13 февраля 1446 г. в Троице-Сергиевом монастыре Василия II о готовящемся заговоре предупредил Бунко. Однако великий князь «Не ятт, ему веры, понеже бо тоnтВун’КО замш~опрежетого отт.ехал «° 1СНЯЗЮ Дмитрею» 281. Владения этого служилого человека находились в Коломенском уезде. Так, например, в духовной 1451 г. в числе «прикуповъ» Софьи Витовтовны значилось «ОУ Малина Иважюьское село Бункоtш» 282 , Когда после ареста и ослепления ее сына «дети боарьскые и всилюдиебиша челом служити князю Дмитрею, и приведе их к целованью крестному всех», лишь Федор Васильевич Басенок отказался выполнить это. Как известно, за такой дерзкий поступок «КНЯЗЬ же Дмитреи повеле възложити на него железа тяжкы и за сторожи дръжати его». Однако вместе с приставом Ф. В. Басенок бежал в Коломну, где «Многых людеи подговорилъ съ собою». Вряд ли многие из них были местными землевладельцами, ибо позднее перед отъездом в Литву они «Пограби уезды Коломеньскые» 2 &\ Таким образом, выясняется, что основная масса местных служилых людей, в отличие от событий 1433 г. перешла на сторону Дмитрия Шемяки. Эти шатания позднее были учтены великим князем, и некоторые из лидеров местной знати перестали попадать в великокняжескую думу (например, члены боярских родов Мининых и Старковых). Быть может, в числе последних оказались Липятины? Вспомним, что в Каневеской волости они оказались соседями Троице-Сергиева монастыря. Многие его монахи были участниками заговора 1446 г. Возможно, среди них находился и Макарий Липятин, который, судя по времени, в 1445–1446 гг. только начинал(?) свою духовную карьеру.
Приведенные данные о князьях и дворянах Липятиных положительно можно свести в следующую генеалогическую талицу Таким образом, рассмотренные выше источники позволяют только приблизительно восстановить родословное древо семьи Липятиных. К сожалению, прямой связи между ними и князьями Липятиными конца XN — начала XV в, на основе актового материала установить не удалось. Впрочем, видная духовная карьера Макария, ставшего в конце жизни игуменом, дает некоторую надежду на то, что, возможно, его род был записан в синодик Троице-Сергиевой обители. К сожалению, среди источников по истории данного монастыря «наименее изучеными являются синодики и кормовые книги» 284. Поэтому для завершения научного поиска в перспективе необходимо привлечь для работы подлинные тексты памятников поминального культа Троице-Сергиева обители, где, возможно, могут находиться лица за интересующий нас период. Определенные намеки на перспективу данного пути указывает вкладная книга монастыря, отмечающая следующее: «7049 (1541)-ro году дала вклад Огрофена Вaсильевская жеш~Иважн.пt«ШВОЛЫНСl(ОlО по муже своем Василье и отце ево, и по матери, и по своем отце и матери, и по родителех вотчину мужа своего, купленную в Коломенском уезде, сельцо Остафьевское со всеми угодьи, а даная писана в вотчинной книге в Коломне глава» 285.
I генерація
КН. ..... ......
Отец князей Федора Миркли и Дмитрия Липяты.
II генерація
КН. ФЕДОР .... МИРКЛИ
КН. ДМИТРИЙ ..... ЛИПЯТА
III генерація
КН. ИВАН ЛИПЯТИЧ
IV генерація
КН. СЕМЕН ИВАНОВИЧ ЛИПЯТИН
V генерація
.... ЛИПЯТИН, ИН. МАКАРИЙ
ФЕДОР ЛИПЯТИН
VI генерація
ФЕДОР ФЕДОРОВИЧ ЛИПЯТИН
ГРИГОРИЙ ФЕДОРОВИЧ ЛИПЯТИН