Загальні відомості про рід

ЯГОЛ­ДА­Е­ВИ­ЧИ — кня­же­ский род татар­ско­го про­ис­хож­де­ния, зем­ле­вла­дель­цы Киев­ско­го пове­та.

В «Под­лин­ном Родо­сло­ве кня­зей Глин­ских» ска­за­но, что Вито­вт предо­ста­вил Ива­ну Алек­сан­дро­ви­чу, вну­ку Манс­ур-Кый­а­та, зем­ли на тер­ри­то­рии совре­мен­ной Пол­тав­щи­ны. Раз­бор све­де­ний памят­ни­ков, осу­ществ­лен­ный В. Тре­пав­ло­вым, выявил ряд хро­но­ло­ги­че­ских и исто­ри­че­ских неточ­но­стей1. Предо­ста­вить зем­ли на Пол­тав­щине мог Вито­вт, одна­ко посту­пить на служ­бу к Геди­ми­но­ви­чам Манс­ур-Кый­ат мог уже при Вла­ди­ми­ре Оль­гер­до­ви­че. После того как Мамай был убит Урик-Тиму­ром, часть людей Мамая пере­ко­че­ва­ла с Йыл­кы (Кон­ки) в рай­он Энгел вэ Онгул (Ингу­ла и Ингуль­ца). Их по пятам пре­сле­до­ва­ли вои­ны Ток­та­мы­ша. Кори­а­то­ви­чи, не выдав Ток­та­мы­шу Манс­ур-Кыя­та, реши­лись на откры­тое про­ти­во­сто­я­ние
с тата­ра­ми. В войне, кото­рая про­изо­шла, погиб Алек­сандр Кори­а­то­вич. Вой­ско Ток­та­мы­ша долж­но было прой­ти по при­дне­пров­ской части Подоль­ско­го кня­же­ства. После это­го вой­ска Ток­та­мы­ша, пре­сле­дуя Манс­ур-Кыя­та и раз­ве­ды­вая мест­ность боем, ата­ко­ва­ли Киев­ское кня­же­ство в рай­оне Поро­сья. Манс­ур-Кыят, как и поз­же Ток­та­мыш, веро­ят­но, бежал в направ­ле­нии Кие­ва2. Обла­да­ние же зем­ля­ми в рай­оне Пол­тав­щи­ны мог­ло быть реаль­ным или в 90-е гг. XIV в. или в 20-х гг. XV в., когда Вито­вт рас­про­стра­нил свои вла­де­ния до Чер­но­го моря. При этом в спо­кой­ствии татар­ские пра­ви­те­ли мог­ли пра­вить сво­и­ми зем­ля­ми толь­ко в 20-х гг. XV в., когда энер­гич­но­го и хариз­ма­тич­но­го Иде­гея уже не было в живых. Веро­ят­но, Ягол­тай и потом­ки Манс­ур-Кыя­та, Глин­ские, имен­но тогда и полу­чи­ли свои зем­ли3.

Лич­ность татар­ско­го кня­зя Ягол­дая Сара­е­ви­ча, как и нахо­див­ша­я­ся в его вла­де­нии «тьма», до сих пор почти не при­вле­ка­ли вни­ма­ния исто­ри­ков. Как резуль­тат един­ствен­ным моно­гра­фи­че­ским иссле­до­ва­ни­ем дан­ной про­бле­ма­ти­ки поныне оста­ет­ся неболь­шая рабо­та поль­ско­го меди­е­ви­ста Ст. Кучинь­ско­го «Ягол­дай и Ягол­да­е­ви­чи север­ские», опуб­ли­ко­ван­ная в 1934 г., а три деся­ти­ле­тия спу­стя пере­из­дан­ная в рас­ши­рен­ном вари­ан­те под назва­ни­ем «Ягол­дай и Ягол­да­е­ви­чи, лен­ные татар­ские кня­жа­та Лит­вы»…
Ягол­дай вла­дел удель­ным кня­же­ством на южной окра­ине Север­щи­ны и там же жили его потом­ки. Выяс­нить это поз­во­лил иссле­до­ва­те­лю доку­мент от 19 мар­та 1497 г… Он пред­став­ля­ет собой ответ вели­ко­го кня­зя литов­ско­го Алек­сандра на «чело­би­тье» киев­ских бояр Дебра Кале­ни­ко­ви­ча, Миха­и­ла Гаги­на, Федь­ка Голен­чи­ча и Кун­цы Сень­ко­ви­ча, кото­рые «пове­да­ли, штож дядь­ко жон их, князь Роман Ягол­да­е­вич, одну доч­ку в себе мел, и тая его доч­ка была за кня­зем Юрьем Бори­со­ви­чем Вязем­ским, и князь Роман запи­сал был той доч­це сво­ей име­нья свои отчин­ные»: в Путивль­ском пове­те – Мужеч, Мило­любль, Оскол, в Киев­ском – Ядре­ев­цы и Бер­ко­во… Ст. Кучинь­ский сопо­ста­вил эти дан­ные с ярлы­ком Менгли-Гирея, в кото­ром Мило­любль, Мужеч и Оскол непо­сред­ствен­но сосед­ству­ют с «тьмой» Егал­тая (=Ягол­дая) Сара­е­ви­ча, и пред­по­ло­жил, что пере­чис­лен­ны­ми пунк­та­ми деталь­но очер­чи­ва­ет­ся поло­же­ние Ягол­да­е­вой «тьмы»…
Труд­нее най­ти ответ на вопрос, каков был меха­низм фор­ми­ро­ва­ния Ягол­да­е­вой «тьмы». Ф. Пет­рунь, усмат­ри­вая в ней ана­лог извест­ной Глин­щи­ны, харак­те­ри­зо­вал ее как свое­об­раз­ный татар­ский феод, со вре­ме­нем инкор­по­ри­ро­ван­ный в состав Литов­ско­го госу­дар­ства, пра­ви­те­ли кото­ро­го «посте­пен­но пере­во­ди­ли тюрк­ских дина­стов на поло­же­ние обыч­ных зем­ле­вла­дель­цев». Мне­ние иссле­до­ва­те­ля не нашло под­держ­ки у его совре­мен­ни­ков. А. Насо­нов, в целом доста­точ­но скеп­ти­че­ски вос­при­ни­мав­ший выво­ды Ф. Пет­ру­ня, отверг воз­мож­ность «осе­да­ния зем­ле­вла­дель­цев-фео­да­лов из татар по пору­бе­жью не в поряд­ке пра­ви­тель­ствен­ной дея­тель­но­сти» вели­ких литов­ских кня­зей, «поми­мо поли­ти­ки» Литов­ско­го госу­дар­ства; кате­го­рич­ное по фор­ме, это утвер­жде­ние не было долж­ным обра­зом аргу­мен­ти­ро­ва­но, и вопрос, по сути, остал­ся откры­тым. Спу­стя пол­ве­ка к этой про­бле­ма­ти­ке (ана­ли­зи­руя вопрос о тюрк­ских эле­мен­тах в соста­ве кие­во-брац­лав­ской шлях­ты) обра­ти­лась Н. Яко­вен­ко, пол­но­стью соли­да­ри­зи­ро­вав­шись с Ф. Пет­ру­нем. Одна­ко, посколь­ку дово­ды оста­лись преж­ни­ми, сохра­нил­ся и эле­мент гипо­те­тич­но­сти, при­су­щий посто­е­ни­ям Ф. Пет­ру­ня. Соот­вет­ствен­но в насто­я­щее вре­мя, как и во вре­ме­на Насо­но­ва, уче­ным оста­ет­ся толь­ко гадать, «суще­ство­вал ли Егол­дай в эпо­ху литов­ско­го вла­ды­че­ства, был ли он выход­цем из Золо­той Орды, поса­жен­ным Лит­вою на зем­лю», или же в упо­ми­на­нии о Ягол­да­е­вой «тьме» отра­зи­лись отно­ше­ния древ­не­го (доли­тов­ско­го) вре­ме­ни».
(Руси­на Е.Е. Ягол­дай, Ягол­да­е­ви­чи, Ягол­да­е­ва «тьма» // Сла­вяне и их сосе­ди. Сла­вяне и коче­вой мир. Выпуск 10. 2001. С. 144-152.)

В под­твер­ди­тель­ной гра­мо­те Сигиз­мун­да I на раз­но­об­раз­ные «дани­ны» киев­ско­му Выду­бец­ко­му мона­сты­рю упо­ми­на­ет­ся Зено­вье­вая Егол­да­е­вая (Егол­да­нов­на) Яцко­ви­ча Ель­це­ви­ча, «при­дав­шая» мона­сты­рю сели­ще Игна­то­во на р. Стугне. Архив Юго-Запад­ной Рос­сии: Часть 1. Том VI., стр. 30-32 http://​runivers​.ru/​b​o​o​k​r​e​a​d​e​r​/​b​o​o​k​9​5​0​4​/​#​p​a​g​e​/​2​1​5​/​m​o​d​e​/​1up

П. Кле­патский иден­ти­фи­ци­ро­вал эту дари­тель­ни­цу как Зино­вию Ель­цо­вую, супру­гу Ягол­дая Сара­е­ви­ча и мать Рома­на Ягол­да­е­ви­ча, Н. Яко­вен­ко — как неиз­вест­ную по име­ни дочь Рома­на Ягол­да­е­ви­ча, быв­шую заму­жем за Зино­ви­ем Яцко­ви­чем Ель­цом. (стр. 367) Дума­ет­ся, что и в пер­вом, и во вто­ром слу­чае про­чте­ние име­ни было оши­боч­ным: на самом деле речь шла о доче­ри Зино­вия Ягол­да­е­ви­ча, выдан­ной за Яцка Ель­це­ви­ча; при этом Зино­вий был, оче­вид­но, бра­том Рома­на Ягол­да­е­ви­ча. Хро­но­ло­ги­че­ски это вполне допу­сти­мо: Яцко Ель­це­вич упо­ми­на­ет­ся в Мет­ри­ке с 1511 г. (Л. М. Кн. 601) Дан­ный акт Сигиз­мун­да I пред­став­ля­ет собой «потвер­же­нье» преж­них «данин» Яцку Ель­це­ви­чу, часть кото­рых вос­хо­дит ко вре­ме­нам его пред­ше­ствен­ни­ка на пре­сто­ле Алек­сандра (1492-1506). Одна­ко его имя отсут­ству­ет в акте 1497 г. (Борис Нико­ла­е­вич Фло­ря «Сла­вяне и коче­вой мир: к 75-летию ака­де­ми­ка Г.Г. Литаври­на», 2001, стр. 147)

Таким обра­зом, мы видим, что тата­ры Ягол­да­е­ви­чи про­ник­ли в роды киев­ско­го бояр­ства по жен­ской линии. Соглас­но источ­ни­ков вот эти роды: Кале­ни­ко­ви­чи, Гаги­ны, Голен­чи­чы, Сень­ко­ви­чы, Ель­цы.

Поколінний родовід

I генерация

КН. ЯГОЛ­ДАЙ-ДМИТ­РИЙ САРА­Е­ВИЧ (нача­ло XV в.)

Запи­сан во Вве­ден­ском помян­ни­ке.

Документи і акти

№ 1

Литов­ская мет­ри­ка Кни­га запи­сей 6.

№220 (1497). 03. 19.
При­ви­леи бояром киев­ским Дебру Кале­ни­ко­ви­чу а Миха­и­лу Гаги­ну, а Фед­ку Голен­чи­чу, а Кун­цу Сен­ко­ви­чу, на име­нья Мужечъ а Мило­люб, а Оскол, а Ядре­еви­цы, а Бер­ко­во, веч­но­стью.

Сам Алек­сан­дръ, Божою мило­стью.
Били нам чолом бояре киев­ские Дебръ Кале­ни­ко­вичъ а Миха­и­ло Гагинъ, а Фед­ко Голен­чичъ, а Кун­ца Сень­ко­вичъ и пове­да­ли намъ, штож дяд­ко жонъ их княз Роман Ягол­да­е­вич одну доч­ку в себе мел и тая доч­ка была за кня­зем Юремъ Бори­со­ви­чемъ Вязе­мъ­скимъ, и князь Роман запи­сал был тое доч­це сво­еи име­нья свои отч­инъ­ные на имя Мужечъ а Мило­люб, а Оскол, а Ядре­еви­цы, а Бер­ко­во в Киев­ском пове­те а Путивль­скомъ, и кня­зя Рома­но­ва доч­ка з мужом сво­им зъе­ха­ли до Моск­вы. Ино тые име­нья вси кня­зя Рома­но­вы спа­ли были на нас на гос­по­да­ра. И били намъ чолом Дебръ Кале­ни­ко­вичъ а Миха­и­ло Гагинъ, а Фед­ко Голен­чичъ, а Кун­ца Сень­ко­вичъ, абы­х­мо тые име­нья дядь­ка жон их кня­зя Рома­но­вы им дали по близ­ко­сти жонъ ихъ.

И мы то, з лас­ки нашое, вчи­ни­ли: тые име­нья кня­зя Рома­но­вы — Мужечъ а Мило­люб, а Оскол, а Ядре­еви­цы, а Бер­ко­во — по близ­ко­сти жон их дали чоты­ром им по дель­ни­цам веч­но со всимъ по тому, какъ князъ Роман дер­жал и што к тым име­ньям здав­на при­слу­ха­ло, и их жонам, и их детемъ, и потом будучим их счад­комъ. А на твер­дость того и печат нашу каза­ли есмо при­ло­жи­ти к сему нашо­му листу.

Писан у Витеб­ску, в лет 7005, меся­ца мар­ца 19 день, индиктъ 15. Пра­вил вое­во­да вилень­ский пан Мико­лай Ради­вил, канц­лер

Print Friendly, PDF & Email
  1. Тре­пав­лов В.В. Пред­ки Мамая-царя. Кият­ские беки в Под­лин­ном родо­сло­ве Глин­ских кня­зей //
    Мамай: опыт исто­ри­че­ской анто­ло­гии. Сбор­ник науч­ных тру­дов. Казань: Изд-во ФЭН АН РТ, 2010. С. 171–182, с. 138–153, 158–162. []
  2. Мир­га­ле­ев И.М. Чер­ный чело­век Мамай // Мамай: опыт исто­ри­че­ской анто­ло­гии. Сбор­ник науч­ных тру­дов. Казань: Изд-во ФЭН АН РТ, 2010. С. 183–197, с. 190–193; Чер­кас Б. Поход Ток­та­мы­ша на Киев­ское кня­же­ство // Воен­ное дело Золо­той Орды. Казань: ООО Фоли­ант, Инсти­тут исто­рии им. Ш. Мар­джа­ни АН РТ, 2011. С. 167–169, с. 167–169. []
  3. Пилип­чук Я.В. Бит­ва на реке Вор­ск­ла (источ­ни­ко­вед­че­ские аспек­ты). []