Кня­зья Тем­ки­ны.
© Сер­гей Без­но­сюк
Поко­лен­ная рос­пись рода кня­зей Тем­ки­ных.
Мате­ри­а­лы по гене­а­ло­гии и про­по­со­гра­фии.
https://​sites​.google​.com/​s​i​t​e​/​r​u​r​i​k​o​v​i​c​i​1​1​/​h​o​m​e​/​r​o​s​t​o​v​s​k​i​e​/​t​e​m​k​iny

XIX коле­но

князь Иван Ива­но­вич Тем­ка Янов Ростов­ский
вое­во­да; пото­мок Рюри­ка в XIX колене, сын Ива­на-Яна Андре­еви­ча удель­но­го кня­зя ростов­ско­го, пра­вну­ка Кон­стан­ти­на Васи­лье­ви­ча, родо­на­чаль­ни­ка млад­шей линии кня­зей Ростов­ских рода Васи­лия Кон­стан­ти­но­ви­ча. Полу­чив про­зви­ще Тем­ка, князь Иван Ива­но­вич сде­лал­ся родо­на­чаль­ни­ком кня­зей Тем­ки­ных-Ростов­ских. В 1474 г. про­изо­шла про­да­жа вели­ко­му кня­зю Ива­ну Васи­лье­ви­чу Бори­со­глеб­ской сто­ро­ны Росто­ва, и с это­го года T., хотя и рож­ден­ный удель­ным кня­зем, пере­стал быть тако­вым и в источ­ни­ках упо­ми­на­ет­ся толь­ко как вое­во­да. В 1495 г. Т. слу­жил вое­во­дой в Туле. В 1501 г. вое­во­дой пере­до­во­го пол­ка в Нов­го­ро­де. В 1502 г. сто­ял на заста­ве про­тив лиф­лянд­цев спер­ва в Ям-горо­де, а после в Кор­бо­сель­ской воло­сти. В 1503 г. пер­вым вое­во­дою в Иван­го­ро­де; 13 сен­тяб­ря того же года неожи­дан­но при­шед­ших к сему горо­ду лиф­лянд­цев раз­бил и мно­гих поло­нил; 16 декаб­ря вто­рич­но раз­бил лиф­лянд­цев на Руго­дев­ском поле. В 1509 г. Т. был пер­вым вое­во­дой сто­ро­же­во­го пол­ка в похо­де из Вязь­мы на помощь Доро­го­бу­жу. В 1513 г. намест­ник в Ореш­ке. В 1514 г. во вре­мя тре­тье­го госу­да­ре­ва к Смо­лен­ску похо­да Т. был вое­во­дою пере­до­во­го пол­ка в Вели­ких Луках, а по взя­тии Смо­лен­ска ходил из Вели­ких Лук под Оршу пер­вым вое­во­дою того же пол­ка; 8 сен­тяб­ря того же года был убит в бит­ве с литов­ца­ми 8 сен­тяб­ря под Оршей на Дне­пре: «а место при­шло тес­но… и уби­ша из пуш­ки вое­во­ду в пере­до­вом пол­ку кн. Ив. Ив. Тем­ку-Ростов­ско­го» (Пол­ное собра­ние рус­ских лето­пи­сей. Т. 13. М., 2000. С. 22; Памят­ни­ки исто­рии рус­ско­го слу­жи­ло­го сосло­вия / Сост. А. В. Анто­нов. М., 2011. С. 175, 191).
В кон­це XV в. в Нов­го­род­ской зем­ле за ним в поме­стье были волость (Мих. Матв. Селез­не­ва) в пого­сте Николь­ском Ижер­ском Вод­ской пяти­ны (10 обеж, запи­сан двор, где живет Иван), волость (Семе­на Щеки­на) в Спас­ком пого­сте Горо­ден­ском Вод­ской пяти­ны (7 обеж) (Вре­мен­ник Обще­ства исто­рии и древ­но­стей Рос­сий­ских. Кн. XI. М., 1851. С. 131-132, 287-288), дерев­ни (Сем. Щеки­на, Ив., Фед. и Дмитр. Хил­ко­вых) в пого­сте Веден­ском Дудо­ров­ском Вод­ской пяти­ны (10 обеж), дерев­ни (Демен­тия, Дмитр. и Кондр. Пан­те­ле­е­вых) в Спас­ком пого­сте Вод­ской пяти­ны (26 обеж) (Вре­мен­ник Обще­ства исто­рии и древ­но­стей Рос­сий­ских. Кн. XI. М., 1851. С. 287–288; Нов­го­род­ские пис­цо­вые кни­ги. СПб., 1868. Т. III. С. 91–94).
T. имел четы­рех сыно­вей: Семе­на, Юрия, Васи­лия, Гри­го­рия.
[Бар­хат­ная кни­га, ч. І, стр. 86. — «Вре­мен. Имп. Моск. Общ. Ист. и Др. Рос.», кн. X. стр. 39, 40, 58, 142, 230. — Лоба­нов-Ростов­ский, «Рус­ская родо­слов­ная кни­га», ч. II, стр. 183. — Пет­ров, «Исто­рия родов рос­сийск. дво­рян­ства», т. 1, стр. 102. — «Чте­ния при Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Рос.» за 1902 г., кн. І, стр. 29, 55. — Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин­ных служ­бах рус­ских бла­го­род­ных родов» (руко­пись Имп. Публ. библ.), ч. II, стр. 83. 84. — Его же, «Сокра­щен­ное опи­са­ние слу­жеб бла­го­родн. рос­сийск. дво­рян», ч. II, стр. 28, — А. Экзем­пляр­ский. «Вели­кие и удель­ные кня­зья Север­ной Руси», т. II, стр. 58. — Карам­зин, «Исто­рия госу­дар­ства рос­сий­ско­го», изд. Эйнер­лин­га, т. VII, при­меч. 110, 123. — Соло­вьев, «Исто­рия Рос­сии», изд. «Обществ. Поль­зы», кн. I, стр. 1008, табл. I. — Лиха­чев, «Раз­ряд­ные дья­ки», стр. 306].

XX коле­но

князь Семен Ива­но­вич ин.Серапион Тем­кин (1530?,—1550-до)
без­детн. 1С:Ив.Ив. ТЕМ­КА. ЯНОВ
князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин (1531,—1561)
В ДТ боярин. боярин(1561) нам.Новг.(1561) 2С:Ив.Ив. ТЕМ­КА. ЯНОВ
Мос­ков­ский воен­ный и госу­дар­ствен­ный дея­тель, боярин и вое­во­да, сын вое­во­ды кня­зя Ива­на Ива­но­ви­ча Тем­ки-Ростов­ско­го, погиб­ше­го в бит­ве при Орше в 1541 году. Бра­тья — кня­зья Гри­го­рий, Васи­лий и Семён Ива­но­ви­чи Тем­ки­ны-Ростов­ские.
В Дво­ро­вой тет­ра­ди боярин (Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 111). Боярин с апре­ля 1549 г. (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 118), либо боярин не позд­нее осе­ни 1547 г (Наза­ров В.Д. О струк­ту­ре “госу­да­ре­ва дво­ра” в сере­дине XVI в. // Обще­ство и госу­дар­ство фео­даль­ной Рос­сии. М., 1975. С. 48). Упо­ми­на­ет­ся в мар­те 1542 г. в спис­ке кня­зей и детей бояр­ских, кото­рые у госу­да­ря в думе не живут, но были при при­е­ме литов­ских послов сре­ди Ростов­ских кня­зей. В фев­ра­ле, июне, декаб­ре 1558 г. боярин и намест­ник в Смо­лен­ске (Сбор­ник Рус­ско­го исто­ри­че­ско­го обще­ства. Т. 59. СПб., 1887. С. 147, 539, 551, 562).
В 1530 году князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин-Ростов­ский участ­во­вал в воен­ном похо­де рус­ско­го вой­ска под коман­до­ва­ни­ем кня­зя Ива­на Фёдо­ро­ви­ча Бель­ско­го и Миха­и­ла Льво­ви­ча Глин­ско­го на Казан­ское хан­ство. Глав­ные вое­во­ды отпра­ви­ли кня­зя Ю. И. Тем­ки­на из-под Каза­ни к вели­ко­му кня­зю мос­ков­ско­му Васи­лию III Ива­но­ви­чу с сеун­чем о раз­гро­ме крым­ских татар и чере­мис. В том же 1530 году князь Юрий Тем­кин-Ростов­ский был отправ­лен вели­ким кня­зем мос­ков­ским Васи­ли­ем III в Нов­го­род и Псков с объ­яв­ле­ни­ем о рож­де­нии наслед­ни­ка пре­сто­ла Ива­на (буду­ще­го Ива­на Гроз­но­го). В 1531 году князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин-Ростов­ский, будучи пер­вым вое­во­дой боль­шо­го пол­ка в Гали­че, сра­жал­ся с казан­ски­ми тата­ра­ми, под­сту­пив­ше­му к Гали­чу. В октяб­ре 1531 г. был при­ста­вом у царя Шига­лея в Нов­го­ро­де. В 1532 году был пер­вым вое­во­дой в Чух­ло­ме, отку­да высту­пил в пого­ню за казан­ца­ми, совер­шав­ши­ми систе­ма­ти­че­ские набе­ги на восточ­ные вла­де­ния Мос­ков­ское кня­же­ство. В том же 1532 году — пер­вый вое­во­да в Белом Коло­де­зе под Колом­ной, затем был пер­вым «при­ста­вом» при казан­ском хане Шига­лее в Ниж­нем Нов­го­ро­де. В 1533 году — вое­во­да в Путив­ле, а затем в Нов­го­род-Север­ском.
В 1534 году князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин-Ростов­ский слу­жил пер­вым вое­во­дой в Туле за горо­дом. В том же году был пер­вым вое­во­дой боль­шо­го пол­ка в бою с казан­ски­ми тата­ра­ми на Унже. В июле 1535 года — пер­вый вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка в Брян­ске, а затем пер­вый вое­во­да пере­до­во­го пол­ка по ста­ро­дуб­ским вестям. В 1536 году Ю. И. Тем­кин-Ростов­ский был назна­чен пер­вым вое­во­дой в Ниж­нем Нов­го­ро­де, затем был пер­вым вое­во­дой пере­до­во­го пол­ка при при­бли­же­нии казан­ских татар и в погоне за ними до Дол­го­ва ост­ро­ва. В 1537 году князь Юрий Тем­кин-Ростов­ский вновь был назна­чен пер­вым вое­во­дой в Ниж­нем Нов­го­ро­де, сто­ял за горо­дом. В 1541 году князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин-Ростов­ский был пер­вым вое­во­дой сто­ро­же­во­го пол­ка в похо­де на Казань, затем участ­во­вал в отра­же­нии напа­де­ния крым­ско­го хана Сахиб Герая на южно­рус­ские вла­де­ния. Ю. И. Тем­кин-Ростов­ский был назна­чен пер­вым вое­во­дой сто­ро­же­во­го пол­ка для защи­ты южных рубе­жей от напа­де­ния крым­цев, сто­ял вна­ча­ле в Рос­лав­ле, а потом на р. Оке. 1 авгу­ста крым­ский хан Сахиб Герай с ордой попы­тал­ся пер­пра­вить­ся через Оку, но мос­ков­ские вое­во­ды, в том чис­ле и князь Юрий Тем­кин-Ростов­ский, не раз­ре­ши­ли татар пере­пра­вить­ся на дру­гой берег реки, пре­сле­до­ва­ли татар и заста­ви­ли их поки­нуть южно­рус­ские вла­де­ния. Упо­ми­на­ет­ся в мар­те 1542 г. в спис­ке кня­зей и детей бояр­ских, кото­рые у госу­да­ря «в думе не живут», но были на при­е­ме литов­ских послов сре­ди кня­зей Ростов­ских (Сбор­ник РИО. Т. 59, с. 147). В 1542 году князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин-Ростов­ский был пер­вым вое­во­дой боль­шо­го пол­ка в Алек­сине. В том же году слу­жил вое­во­дой в Сер­пу­хо­ве, отку­да, соеди­нять с дру­ги­ми вое­во­да­ми, дви­нул­ся про­тив крым­ских татар, напав­ших на рязан­ские и зарай­ские «места». Мос­ков­ские вое­во­ды догна­ли крым­цев на р. Дону и раз­би­ли их на Кули­ко­вом поле, гна­ли до р. Мечи и захва­ти­ли мно­го плен­ных. В 1543 году князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин-Ростов­ский, сто­рон­ник пар­тии Шуй­ских, попал в опа­лу и был отправ­лен в ссыл­ку, но вско­ре был воз­вра­щен в Моск­ву. В даль­ней­шем Ю. И. Тем­кин-Ростов­ский, несмот­ря на свою рат­ную служ­бу, про­дол­жал при­ни­мать уча­стие в борь­бе двор­цо­вых пар­тий за власть и вли­я­ние на моло­до­го вели­ко­го кня­зя Ива­на Васи­лье­ви­ча. 1 марта1544 года Юрий Тем­кин был назна­чен пер­вым вое­во­дой ерта­уль­но­го пол­ка в похо­де на Казан­ское хан­ство. В 1547 году князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин-Ростов­ский был одним из глав­ных под­стре­ка­те­лей наро­да к вос­ста­нию про­тив гос­под­ства кня­зей Глин­ских, кото­рые были обви­не­ны в вол­шеб­стве и объ­яв­ле­ны винов­ни­ка­ми бед­ствий, постиг­ших Моск­ву в фев­ра­ле и июне того же года. Кня­зья Юрий Тем­кин и Фёдор Ско­пин-Шуй­ский, лиде­ры пар­тии Шуй­ских и глав­ные совет­ни­ки каз­нен­но­го в 1543 году бояри­на кня­зя Андрея Васи­лье­ви­ча Шуй­ско­го, отно­си­лись враж­деб­но к кня­зья­ми Миха­и­лу и Юрию Глин­ским, захва­тив­шим власть при моло­дом царе. Кня­зья Юрий Тем­кин и Фёдор Ско­пин-Шуй­ский заклю­чи­ли союз с цар­ским духов­ни­ком Бар­ми­ным и дядей цари­цы Гри­го­ри­ем Юрье­ви­чем Заха­рьи­ным, враж­до­вав­ши­ми с Глин­ски­ми. 26 июня 1547 года после силь­но­го пожа­ра в сто­ли­це моск­ви­чи под­ня­ли вос­ста­ние, ворва­лись в Успен­ский собор и умерт­ви­ли кня­зя Юрия Васи­лье­ви­ча Глин­ско­го вме­сте с его сви­той. После мяте­жа князь Ю. И. Тем­кин-Ростов­ский был отправ­лен в ссыл­ку. В 1549 году был воз­вра­щен из ссыл­ки в Моск­ву и пожа­ло­ван в бояре. В том же 1549 году князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин был назна­чен вна­ча­ле вто­рым, а затем пер­вым вое­во­дой пере­до­во­го пол­ка в Коломне.
В 1550 году во вре­мя вто­ро­го цар­ско­го похо­да на Казань князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин-Ростов­ский был пер­вым вое­во­дой пол­ка пра­вой руки вна­ча­ле в Коломне, а потом в Ниж­нем Нов­го­ро­де. В 1551 году — вое­во­да боль­шо­го пол­ка в Калу­ге. В 1552 году князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин-Ростов­ский был назна­чен пер­вым вое­во­дой в Смо­лен­ске. В 1553 году был отправ­лен пер­вым из Каза­ни в Кадом. В 1554 году — пер­вый вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка в Коломне. В 1555 году — пер­вый вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка, сна­ча­ла у Нико­лы Зарай­ско­го, а с июня в Коломне, отку­да ходил с пол­ком про­тив крым­ских татар, напав­ших на Тулу. В 1556 году князь Юрий Тем­кин-Ростов­ский был пер­вым вое­во­дой пол­ка левой руки в Калу­ге, а затем — пер­вый вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка в Сер­пу­хо­ве и Усть-Лопасне. В 1557 году — намест­ник и пер­вый вое­во­да в Смо­лен­ске. В октяб­ре 1559 г. воз­гла­вил вой­ско, отправ­лен­ное на Псков В 1561 году боярин князь Юрий Ива­но­вич Тем­кин-Ростов­ский умер в Каза­ни, будучи там пер­вым вое­во­дой. (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 79, 80, 83, 84, 88, 89, 93, 102, 118, 124, 136, 141, 142, 145, 149, 154, 156, 183; Акты слу­жи­лых зем­ле­вла­дель­цев XV–начала XVII в. Т. 4. М., 2008. № 298; Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 1. Ч. 2. М., 1977. С. 215, 301; Паш­ко­ва Т.И. Мест­ное управ­ле­ние в Рус­ском госу­дар­стве пер­вой поло­ви­ны XVI века (намест­ни­ки и воло­сте­ли). М., 2000. С. 161).
В ящи­ке 198 Цар­ско­го архи­ва была отпис­ка в Калу­гу к кня­зю М. Глин­ско­му от кня­зя Ю. Тем­ки­на о местах (веро­ят­но осе­нью 1555 г. в Калу­ге). В ящи­ке 145 дело кня­зя Ю. М. Голи­цы­на с кня­зем Ю. Тем­ки­ным (вес­на 1549 г.). В 1547 г. веро­ят­но намест­ник в Пско­ве (Госу­дар­ствен­ный архив Рос­сии XVI сто­ле­тия. Опыт рекон­струк­ции / Подг. тек­ста и ком­мент. А. А. Зими­на. М., 1978. С. 68, 84, 339, 349, 443, 444).
Изве­стен как круп­ный зем­ле­вла­де­лец Ростов­ско­го уез­да. В 1527/1528 г. князь Ю. И. Тем­кин поме­нял­ся зем­ля­ми с Андре­ем Федо­ро­вым Пилье­мо­вым-Сабу­ро­вым, дал свою вот­чин­ную дерев­ню Чура­ко­во в Сотем­ском стане Ростов­ско­го уез­да, а выме­нял пустошь Колос­ко­во (Колоз­ко­во), пожни Плос­кие в Лут­ском стане Ростов­ско­го уез­да. Дерев­ня Чура­ко­во вошла в состав вла­де­ния Сабу­ро­вых села Иваш­ко­во и с ним была дана в 1562/1563 г. Дом­ной Сабу­ро­вой Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю (Архив СПб ИИРАН. Ф. 29. Оп. 1. Д. 8. № 639, л. 363; Пере­чень актов Архи­ва Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. 1505-1537 гг. 2007, № 315). Вдо­ва кня­зя Ю. И. Тем­кин кня­ги­ня Марья дала в Ростов­ский Бори­со­глеб­ский мона­стырь по мужу и детям Дмит­рию и Ива­ну сель­цо Олеш­ко­во с дерев­ня­ми в Савине стане Ростов­ско­го уез­да. В 1561–1563 гг. за кня­зем Ю. И. Тем­ки­ным в вот­чине было село При­им­ко­во, отпи­сан­ное в оприч­ни­ну во Дво­рец, а так­же село Сулость с 7 дерев­ня­ми в Яки­мов­ском стане и село Полян­ки, сель­ца Николь­ское, Новое и 32 дерев­ни в Сотем­ском стане Ростов­ско­го уез­да (АСЗ. Т. 2, № 415, 510; Стрель­ни­ков 2003, № 3; Стрель­ни­ков 2009, с. 51, 98, 99, 115-117, 169-233). По этой инфор­ма­ции, общая пло­щадь его вла­де­ний мог­ла состав­лять не менее 1000 ч. До 1570/1571 г. вла­дел вот­чи­ной села­ми Николь­ское и Суло­стью с дерев­ня­ми в Сотем­ском стане Ростов­ско­го уез­да. После опа­лы кня­зя Юрия Тем­ки­на его вот­чи­на «с ыны­ми их родо­вы­ми ростов­ски­ми вот­чи­на­ми» были отпи­са­ны во Дво­рец, а затем отда­ны в поме­стье кня­зю Федо­ру Шесту­но­ву, а затем опять во Дво­рец. Нако­нец, к 1627 г. село Николь­ское пере­шло в вот­чи­ну, а село Сулость с дерев­ня­ми (117 ч. в поле) в поме­стье к кня­зю Миха­и­лу Михай­ло­ви­чу Тем­ки­ну (Акты слу­жи­лых зем­ле­вла­дель­цев XV–начала XVII в. Т. 2. М., 1998. № 415, 510; Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае в XIV–первой тре­ти XVII века. М.; СПб., 2009. С. 169-233). 25 июля 1611 г. его пле­мян­ни­ку, кня­зю Миха­и­лу Гри­го­рье­ви­чу Тем­ки­ну Ростов­ско­му, было дано из вот­чи­ны кня­зя Юрия Ива­но­ви­ча Тем­ки­на, и отца в поме­стье сель­цо Сулость с дерев­ня­ми Дуб­ров­ка, Пет­ру­ши­но в Ростов­ско­му уез­де.
Упо­ми­на­ет­ся в духов­ной 1547-1565 гг. кня­зя Ю. А. Обо­лен­ско­го (Пенин­ско­го) (Акты фео­даль­но­го зем­ле­вла­де­ния и хозяй­ства XIV–XVI веков. Ч. 2. М., 1956. № 207).
Послед­нее упо­ми­на­ние в октяб­ре 1560 г. (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 183).
Оста­вил после себя двух без­дет­ных сыно­вей: Дмит­рия и Ива­на.
~ Мария; Вдо­ва кня­зя Ю. И. Тем­ки­на, кня­ги­ня Марья, в ино­че­стве Мар­фа, дала Ростов­ско­му Бори­со­глеб­ско­му мона­сты­рю «по муже и по детям кня­зьям Дмит­рии и Иване» сель­цо Олеш­ко­во с дерев­ня­ми в Савине стане Ростов­ско­го уез­да (ОР РНБ. Ф. 775 (Собр. Тито­ва). Д. 4904, л. 44 об.; Стрель­ни­ков 2009, с. 51, 117).
В Бла­го­ве­щен­ский собор, как сви­де­тель­ству­ют Пис­цо­вые кни­ги, был пода­рен боль­шой покров — пла­ща­ни­ца: «Шит по кам­ке, по синей золо­том и сереб­ром шел­ки, […], а шила воз­дух княж Юрье­ва Тем­ки­на кня­ги­ня […], а кам­ку дал Михай­ло Лыков».
князь Васи­лий Ива­но­вич Тем­кин (1543,—1572)
боярин (1572) нам.Рязань(1543) 3С:Ив.Ив. ТЕМ­КА. ЯНОВ.
боярин и вое­во­да; сын Ива­на Ива­но­ви­ча Тем­ки.
В 1540, 1543, 1544 гг. Т. слу­жил пер­вым вое­во­дою в Ряза­ни за горо­дом. В 1550 г. зна­чил­ся в боярах дво­ю­род­но­го бра­та Ива­на Васи­лье­ви­ча кн. Вла­ди­ми­ра Андре­еви­ча Ста­риц­ко­го; 31 мая это­го года в сва­дьбу сего кня­зя с деви­цей Нагой Т. сидел чет­вер­тым в кри­вом госу­да­ре­вом сто­ле про­тив Госу­да­ре­вых бояр. В 1558 г., 22, 23, 24 апре­ля во вто­рую сва­дьбу кн. Вла­ди­ми­ра Андре­еви­ча с княж­ной Одо­ев­ской Т. сидел вто­рым к кри­вом госу­да­ре­вом сто­ле про­тив бояр же. В 1559 г. Т. послан в Каши­ру со сво­им же кня­зем Вла­ди­ми­ром Андре­еви­чем. После 1563 г., когда кн. Вла­ди­ми­ру Андре­еви­чу была объ­яв­ле­на опа­ла, T. в чис­ле дру­гих бояр ушел со служ­бы Ста­риц­ко­го на госу­да­ре­ву служ­бу и посту­пил в оприч­ни­ну. В 1565 г. Т. был послан пер­вым вое­во­дою из оприч­ни­ны из Моск­вы про­тив крым­цев. В 1566 г. И он был плен­ни­ком в Лит­ве; при нача­ле пере­го­во­ров об обмене плен­ных царь Мос­ков­ский, в ответ на пред­ло­же­ние обме­нять Т. на полоц­ко­го вое­во­ду Довой­ну, потре­бо­вал с литов­цев при­пла­ты 15 тысяч золо­тых; бояре, вед­шие пере­го­во­ры с литов­ца­ми, гово­ри­ли про T., что он по срав­не­нии с Довой­ной «не тое вер­сты; слу­жил в уде­ле, то сел­ские кня­зя и тово и поми­на­ти нече­во, что Тем­ки­на взя­ти за Довой­на»; пере­го­во­ры затя­ну­лись и лишь в 1567 г. Т. вер­нул­ся в Моск­ву, где про­дол­жал служ­бу в оприч­нине. В 1568 г. Т. был пожа­ло­ван в госу­да­ре­вы бояре; в этом же году он, соглас­но Карам­зи­ну, «преж­де воин име­ни­тый, тогда слу­га тиран­ства, подоб­но Бас­ма­но­вым», был послан в Соло­вец­кий мона­стырь вме­сте с епи­ско­пом суз­даль­ским Паф­ну­ти­ем и архи­манд­ри­том анд­ро­ни­ков­ским Фео­до­си­ем искать кле­вет­ни­ков на мит­ро­по­ли­та Филип­па: T. с дру­ги­ми посла­ми то угро­жал мона­хам, то лас­кал их, тре­буя, что­бы они бес­стыд­но лга­ли на сво­е­го быв­ше­го игу­ме­на; когда, одна­ко, все мона­хи гово­ри­ли, что Филипп свят дела­ми и серд­цем, и толь­ко игу­мен отец Паи­сий, пре­льстив­шись ожи­да­е­мы­ми награ­да­ми, дерз­нул утвер­ждать про­тив­ное, тогда изоб­ре­те­ны были доно­сы и ули­ки и пред­став­ле­ны Иоан­ну. В 1570 г. в мае меся­це Т. во вре­мя мир­ных пере­го­во­ров с литов­ца­ми участ­во­вал в при­го­во­ре царя и бояр о рубе­жах Полоц­ко­го пове­та и назван при этом «бояри­ном из оприч­ни­ны»; в июне меся­це участ­во­вал в пере­го­во­рах с литов­ца­ми о титу­ле литов­ско­го и поль­ско­го коро­ля Сигиз­мун­да-Авгу­ста. В 1570 г. 4 сен­тяб­ря послан из оприч­ни­ны по крым­ским вестям, и ука­за­но ему ожи­дать госу­да­ре­ва похо­да, а с 16 чис­ла того же меся­ца вто­рым в похо­де с госу­да­рем из Алек­сан­дров­ской сло­бо­ды к Нико­ле Зарай­ско­му, в Каши­ру, Колом­ну и под Сер­пу­хов. В 1571 г. Т. нахо­дил­ся вме­сте с госу­да­рем и кн. Чер­кас­ским на бере­гах Оки под Сер­пу­хо­вом вое­во­дою пере­до­во­го пол­ка, будучи в при­бли­жен­ных у госу­да­ря, а после сего сто­ял пер­вым вое­во­дой Оприч­но­го раз­ря­да с дру­жи­ною оприч­ни­ков за Неглин­ною при наше­ствии на Моск­ву крым­ско­го хана Девлет-Гирея; когда же хан ушел и кн. Чер­кас­ско­му при­ка­за­но было его пре­сле­до­вать, Т. в сем несо­сто­яв­шем­ся похо­де назна­че­но было быть пра­вою рукой Черкасского.(Разрядная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 15, 105, 108, 179, 233, 235, 240; Сбор­ник Рус­ско­го исто­ри­че­ско­го обще­ства. Т. 59. М., 1887. С. 386-387, 454-453; Т. 71. СПб., 1892. С. 666, 716, 717; Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 2. Ч. 2. М., 1982. С. 262; Кобрин В.Б. Оприч­ни­на. Гене­а­ло­гия. Антро­по­ни­ми­ка: Избран­ные тру­ды. М., 2008. С. 75, 82; Выпис­ка из посоль­ских книг о сно­ше­ни­ях Рос­сий­ско­го госу­дар­ства с Поль­ско-Литов­ским за 1487–1572 гг. // Памят­ни­ки исто­рии Восточ­ной Евро­пы. Источ­ни­ки XV–XVII вв. Т. II. Москва; Вар­ша­ва, 1997. С. 252-253; Госу­дар­ствен­ный архив Рос­сии XVI сто­ле­тия. Опыт рекон­струк­ции / Подг. тек­ста и ком­мент. А. А. Зими­на. М., 1978. С. 533; Шта­ден Г. Запис­ки о Мос­ко­вии. Т. 2. М., 2009. С. 96-97).
К 4 фев­ра­ля 1571 г. лишил­ся вот­чи­ны в Шуром­ском стане Пере­я­с­лав­ско­го уез­да села Хреп­то­во (Хреб­то­во) с дерев­ня­ми Вотя­ти­но, Море­во, Мат­вей­ко­во и пр. (все­го 21 дере­вень, все­го око­ло 600 чет­вер­тей). Выяс­ня­ет­ся, что три жере­бья села Хреп­то­во – это быв­шая вот­чи­на куп­ля (купил у Вла­ди­ми­ра Моро­зо­ва и Забо­лоц­ких) дья­ка И. М. Вис­ко­ва­то­го, оце­нен­ная в 600 руб. и взя­тая у него за бес­че­стье кня­зя Тем­ки­на. Чет­вер­тый жере­бей этой вот­чи­ны был за дья­ком Васи­ли­ем Щел­ка­ло­вым. Царь Иван рас­по­ря­дил­ся в спо­ре Ники­ты Оксен­тье­ва сына Пар­фе­нье­ва с бояри­ном кня­зем Тем­ки­ным (в свя­зи с убий­ством сына Пар­фе­нье­ва) отдать вот­чи­ну кня­зя Тем­ки­на постра­дав­ше­му от него Оксен­тье­ву. В 1571 г. Пар­фе­ньев дал эту вот­чи­ну Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю и взял сда­чи 200 руб. (Архив СПб ИИРАН. Ф. 29. Оп. 1. Д. 8. № 1393. Л. 1916-1917; Шума­ков С.А. Обзор гра­мот кол­ле­гии эко­но­мии. Вып. 4. М., 1917. С. 535-536; Сади­ков П.А. Из исто­рии оприч­ни­ны XVI в. // Исто­ри­че­ский архив. Т. III. М.; Л., 1940. С. 254-255, 258-259). 13 фев­ра­ля 1571 г. князь Тем­кин воз­ме­стил Оксен­тье­ву в 300 руб. за про­иг­ран­ный о сына уби­той голо­ве иск еще одну вот­чи­ну село Олфе­рьев­ское с дерев­ня­ми (338 четей в одном поле) (воп­че с Васи­ли­ем Вол­ко­вым) в Сер­пей­ском уез­де. Долг кня­зя В. Тем­ки­на перед Пар­фе­нье­вым соста­вил 900 руб. (Архив СПб ИИРАН. Ф. 29. Оп. 1. Д. 8. № 1401. Л. 1921-1922; № 1402. Л. 1923-1924; № 1495. Л. 2127; Сади­ков П.А. Из исто­рии оприч­ни­ны XVI в. // Исто­ри­че­ский архив. Т. III. М.; Л., 1940. С. 256-257). В 1571/1572 г. Васи­лий Ильич сын Вол­ков про­дал за 200 руб. Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю треть села Олфе­рье­во веро­ят­но в Сер­пей­ском уез­де, взя­тую им ранее у кня­зя В. И. Тем­ки­на по иску в 150 руб. (ука­за­но, что треть этой вот­чи­ны была за Ники­той Аксен­тье­вым). Куп­чую писал Иван Федо­ров сын Вол­ков (Сади­ков П.А. Из исто­рии оприч­ни­ны XVI в. // Исто­ри­че­ский архив. Т. III. М.; Л., 1940. С. 257-250).
Упо­ми­на­ет­ся в духов­ной 1547-1565 гг. кня­зя Ю. А. Обо­лен­ско­го (Пенин­ско­го) (Акты фео­даль­но­го зем­ле­вла­де­ния и хозяй­ства XIV–XVI веков. Ч. 2. М., 1956. № 207).
В 1571 г. по при­ка­зу царя Ива­на Гроз­но­го были каз­не­ны кн. Васи­лий Ива­но­вич Тем­кин Ростов­ский с сыном Ива­ном (Скрын­ни­ков Р.Г. Цар­ство тер­ро­ра. СПб., 1992. С. 434, 544). Каз­нен 1571–1574 гг. (Скрын­ни­ков Р.Г. Цар­ство тер­ро­ра. СПб., 1992. С. 544; Шта­ден Г. Запис­ки о Мос­ко­вии. Т. 1. М., 2009. С. 143). «Князь Васи­лий Тем­кин был утоп­лен. Иван Зоба­тый был убит. Петр Уша­тый пове­шен на сво­их соб­ствен­ных воро­тах перед спаль­ней. Князь Андрей Овцын пове­шен в оприч­нине на Арбат­ской ули­це; вме­сте с ним была пове­ше­на живая овца. Мар­ша­лок Булат хотел сосва­тать свою сест­ру за вели­ко­го кня­зя и был убит, а сест­ра его изна­си­ло­ва­на 500 стрель­ца­ми» (Шта­ден Г. Запис­ки о Мос­ко­вии. Т. 1. М., 2008. С. 143-144). «Паки поби­е­ни от него того же лѣта кня­жа­та ростов­ские Сѣмен, Андрѣй и Васи­лѣй, и дру­зи с ними. Паки потом тѣх же кня­жат ростов­ских, иже и здѣсь стра­дал за него, Васи­лей Тем­кин и сыном сво­имъ раз­се­ка­ны от кро­мѣш­ни­ковъ его, катов изо­бра­ных, за повелѣ­ни­емъ его» (Сочи­не­ния кня­зя Андрея Курб­ско­го // Рус­ская исто­ри­че­ская биб­лио­те­ка. Т. 31. СПб., 1914. С. 283).
[«Акты Исто­ри­че­ские», т. I, стр. 341. — «Древ­няя Рос­сий­ская Вив­лио­фи­ка», изд. 2-е, ч. ХIII, стр. 81; ч. XX, стр. 49, 50, 54. — «Сбор­ник Имп. Рос­сийск. Исто­рич. Общ.», т. LXXI, стр. 413, 414, 420, 421, 422, 423, 432, 440, 441, 661, 716, 717. — Дела поль­ские (руко­пись Мос­ков­ско­го архи­ва иностр. дел), десят­ни 7 и 9. — «Чте­ния при Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Рос­сийск.» за 1902 г., кн. І, стр. В, 17, 120. — «Вре­мен­ник Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Рос­сийск.», кн. X, стр. 40, 142, 230. — «Бар­хат­ная кни­га», ч. І, стр. 87, — Лоба­нов-Ростов­ский, Рус­ская родо­слов­ная кни­га», ч. II, стр. 183. — Пет­ров, «Исто­рия родов рос­сийск. дво­рян­ства», т. І, стр. 102. — «Ска­за­ния кн. Курб­ско­го», изд. 3-е Устря­ло­ва, стр. 84, 319, 390. — Спи­ри­дов. «Запис­ки о ста­рин. служб. русск. бла­гор. родов» (руко­пись Имп. Публ. библ.), ч. II, стр. 87, 88. — Его же, «Сокра­щен­ное опи­са­ние слу­жеб бла­гор. рос­сийск. дво­рян», ч. II, стр. 29, 30. — Карам­зин, «Исто­рия госу­дар­ства Рос­сий­ско­го», т. IX, стр. 62, 70, 106, прим. 197, 221, 268, 353.]
князь Гри­го­рий Ива­но­вич Тем­кин (1549,1562)
вое­во­да, сын Ива­на Ива­но­ви­ча Тем­ки.
Тысяч­ник 2-й ста­тьи из Ростов­ских кня­зей. В Дво­ро­вой тет­ра­ди из Ростов­ских кня­зей с поме­той «почер­нен умре» (Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 57, 120). До 1550 г., чис­лил­ся в яро­слав­ских и дво­ю­род­но­го бра­та царя Иоан­на Васи­лье­ви­ча, кня­зя Вла­ди­ми­ра Андре­еви­ча Ста­риц­ко­го, детях бояр­ских. В 1550 г., при раз­да­че поме­стий в Мос­ков­ском уез­де, T., зане­сен­ный в первую ста­тью детей бояр­ских, полу­чил 200 четей; 31 мая того же года Т. был тре­тьим в поез­де во вре­мя сва­дьбы кня­зя Вла­ди­ми­ра Андре­еви­ча с деви­цей Нагой; в том же году был тре­тьим еса­у­лом в казан­ском похо­де. В июне 1551 г. про­во­жал ногай­ских послов из Моск­вы до Ряза­ни (Посоль­ские кни­ги по свя­зям Рос­сии с Ногай­ской Ордой (1551–1561 гг.) / Сост. Д.А. Муста­фи­на, В.В. Тре­пав­лов. Казань, 2006. С. 48). В 1552 г. Т. слу­жил пер­вым вое­во­дою в Туле. 21 июня от него к госу­да­рю при­гнал гонец с вестя­ми о при­хо­де крым­цев на Тулу. Иоанн послал к Туле вое­вод Щеня­те­ва и Курб­ско­го с това­ри­ща­ми, соби­рал­ся и сам высту­пить на дру­гой день в помощь, но на утро при­шла вто­рая весть от T., что крым­цев мало и они, погра­бив окрест, ушли. Царь отпу­стил по этим вестям толь­ко вое­вод, а сам остал­ся. 23 июня при­ска­кал новый гонец от Т. с вестью, что Тулу оса­жда­ет сам царь казан­ский с боль­шим наря­дом и яны­ча­ра­ми. Велев пере­до­вым вое­во­дам пере­хо­дить Оку, Иоанн вновь лич­но собрал­ся в поход и поспе­шил к Каши­ре, но не дой­дя до нее полу­чил изве­стие, что хана уже нет под Тулой. Июня 22 Т. уда­лось отбить все при­сту­пы татар несмот­ря на мало­чис­лен­ность защит­ни­ков, на утро 23-го же хан, све­дав, что на помощь идет сам царь, стал отсту­пать, а T. вме­сте с туля­на­ми бро­сил­ся его пре­сле­до­вать, мно­го татар, в чис­ле их шури­на хан­ско­го кня­зя Кам­би­ру­ся, пере­бил в тот день, захва­тил мно­гих плен­ных и огне­стрель­ный сна­ряд; в этой вылаз­ке при­ни­ма­ли уча­стие даже жены и дети туль­ские; через несколь­ко часов подо­спе­ли послан­ные на помощь цар­ские вое­во­ды и раз­би­ли убе­гав­ших татар на реч­ке Шиво­роне. Карам­зин по пово­ду спа­се­ния Тулы назы­ва­ет Т. «бод­рым началь­ни­ком», одна­ко и на T. пада­ет тень оть упре­ка вое­во­дам в пись­ме Иоан­на к Курб­ско­му за неис­поль­зо­ва­ние туль­ской побе­ды: «Егдаж к нашу отчи­ну, на Тулу, недруг наш при­хо­дил Крым­ский царь, и мы тогда вас посла­хом про­ти­ву него: оно­му же устра­ши­шу­ся и в своя воз­вра­тив­шу­ся, Агмет Ула­ну же, вое­во­де его, не со мно­ги­ми людь­ми остав­шу­ся, вы же тогда поеха­е­те на обед к вое­во­де наше­му, ко кня­зю Гри­го­рию Тем­ки­ну, и ядше, пой­до­ста за ними и ничто ж им сотво­ри­те: они бо в то вре­мя в дале­чай­шее раз­сто­я­ние от вас отъ­и­до­ша. Аще убо вы и раны мно­ги пре­тер­пе­ста, но побе­ды нико­ея же не сотво­ри­ша». В мар­те 1553 г. Т. слу­жил пер­вым вое­во­дой в Путив­ле; 5 нояб­ря того же года в сва­дьбу казан­ско­го царя Симео­на с деви­цей Куту­зо­вой был тре­тьим в поез­де. В 1555 г. слу­жил голо­вою для посы­лок в похо­де с госу­да­рем в Колом­ну и Тулу про­тив крым­цев. В 1556 г. — вто­рой вое­во­да для выла­зок. В 1556 г. — пер­вый вое­во­да в Каза­ни. В 1558 г. Т. сто­ял с ратью в Избор­ске, отку­да был послан вое­вать бли­жай­шие пре­де­лы Ливо­нии, что­бы нака­зать нем­цев за веро­лом­ство, так как они во вре­мя Вели­ко­го поста неожи­дан­но ста­ли стре­лять из Нар­вы в Иван­го­род, отде­лен­ный от них одно и лишь рекой; Т. выжег село в окрест­но­стях Вал­ка, раз­бил непри­я­тель­ский отряд, взял 4 пуш­ки и воз­вра­тил­ся в Изборск. В октяб­ре того же года T. посы­лал­ся сна­ча­ла под Юрьев, а потом во Псков про­тив ливон­ско­го маги­стра пер­вым вое­во­дой сто­ро­же­во­го пол­ка. В 1560 г. посы­лал­ся по крым­ским вестям для охра­не­ния вое­во­дою в Тем­ни­ков. В 1562 г. Т. слу­жил пер­вым вое­во­дою сто­ро­же­во­го пол­ка в Сер­пу­хо­ве и отту­да ходил к Мцен­ску про­тив крым­цев; в том же году послан пер­вым вое­во­дою в Казань. (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 12, 136, 138, 151, 159, 172-174, 189, 195). В 1565 г. сослан в Казан­ский уезд (РГА­ДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 643. Л. 340; Мате­ри­а­лы по исто­рии наро­дов СССР. Вып. 2. Мате­ри­а­лы по исто­рии Татар­ской АССР. Пис­цо­вая кни­га г. Каза­ни 1565–1568 гг. и 1646 г. Л., 1932. С. 28).
Кня­зья Иван Тем­ка Ива­но­вич и его дети Юрий и Гри­го­рий Ива­но­ви­чи Тем­ки­ны извест­ны как зем­ле­вла­дель­цы-вот­чин­ни­ки Ростов­ско­го уез­да (Запис­ные вот­чин­ные кни­ги Помест­но­го при­ка­за 1626-1657 гг. 2010, с. 51). За Гри­го­ри­ем Ива­но­ви­чем Тем­ки­ным в 1561–1563 гг. в Сотем­ском стане Ростов­ско­го уез­да чис­ли­лась вот­чи­на, вклю­чав­шая село Погост, 4 дерев­ни, 2 пусто­ши, 12 дере­вень, кото­рые в даль­ней­шем были кон­фис­ко­ва­ны и
отпи­са­ны к двор­цо­во­му селу (Стрель­ни­ков 2009, с. 117). В 1550-е годы князь Г. И. Тем­кин вла­дел поме­стьем в Пече­гот­ском стане Ростов­ско­го уез­да – селом Пет­ров­ское, дерев­ней Дуло­во, сель­цом Бого­яв­лен­ская Гора с
дерев­ня­ми (РГА­ДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 254, № 75, 76, 82; Стрель­ни­ков 2009, с. 117). 25 июля 1611 г. его сыну, кня­зю Миха­и­лу Гри­го­рье­ви­чу Тем­ки­ну Ростов­ско­му, было дано из вот­чи­ны дяди, кня­зя Юрия Ива­но­ви­ча Тем­ки­на, и отца в поме­стье сель­цо Сулость с дерев­ня­ми Дуб­ров­ка, Пет­ру­ши­но в Ростов­ско­му уез­де. У М. Г. Тем­ки­на было поме­стье в
Вязем­ском уез­де в 400 чет­вер­тей, но оно ока­за­лось разо­ре­но литов­ца­ми (АСЗ. Т. 2, № 415, 416). Кня­зья Иван, Юрий и Гри­го­рий Ива­но­ви­чи Тем­ки­ны зем­ле­вла­дель­цы вот­чин­ни­ки Ростов­ско­го уез­да (Запис­ные вот­чин­ные кни­ги Помест­но­го при­ка­за 1626–1657 гг. / Сост. А.В. Анто­нов, В.Ю. Бели­ков, А. Бере­ло­вич, В.Д. Наза­ров, Э. Тей­ро. М., 2010. С. 51). Князь Иван Гри­го­рье­вич Тем­кин в 1565-1568 гг. имел двор в Каза­ни (Мате­ри­а­лы по исто­рии наро­дов СССР. Вып. 2. Мате­ри­а­лы по исто­рии Татар­ской АССР. Пис­цо­вая кни­га г. Каза­ни 1565–1568 гг. и 1646 г. Л., 1932. С. 28). Кня­зья Иван и Миха­ил Гри­го­рье­ви­чи Тем­ки­ны Ростов­ские в 1565-1568 гг. вла­де­ли поме­стьем в Казан­ском уез­де (РГА­ДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 643. Л. 340).
Послух в духов­ной гра­мо­те кня­зя Семе­на Федо­ро­ви­ча Сиц­ко­го в 1549 г. (ОР РНБ. Ф. 532 (ОСАГ). Оп. 1. Д. 133. Л. 1).
[«Вре­мен­ник Имп. Моск. Общ. Ист. и Др. Рос­сийск.», кн. X, стр. 40, 142, 230. — «Бар­хат­ная кни­га», ч. І, стр. 87. — Древ­няя Рос­сий­ская Вив­лио­фи­ка», изд. 2-е, ч. XIII, стр. 56, 59, 297; ч. XVII, стр. 158. — «Цар­ствен­ная кни­га», стр. 228, 230, 231. — «Чте­ния при Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Рос­сийск.» за 1902 г., кн. І, стр. 5, 155, 159, 174, 184, 199, 201, 202, 221, 229. — «Ска­за­ния кн. Курб­ско­го», изд. 3-е Устря­ло­ва, стр. 186, — Карам­зин, «Исто­рия госу­дар­ства Рос­сий­ско­го», т. VIII, стр. 91, 165; при­меч. 509; т. IХ, стр. 36. — Соло­вьев, «Исто­рия Рос­сии», кн. І, стр. 73. — Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин. служб. бла­гор. рос­сийск. родов» (руко­пись Имп. Публ. библ.), ч. II, стр. 88, 89, 90. — Его же, «Сокра­щен­ное опи­са­ние слу­жеб бла­гор. рос­сийск. дво­рян», ч. II, стр. 30. — Лиха­чев, «Раз­ряд­ные дья­ки», при­меч. 27. — Лоба­нов-Ростов­ский, «Рус­ская родо­слов­ная кни­га», ч. II, стр. 183. — Пет­ров, «Исто­рия родов рос­сий­ско­го дво­рян­ства», т. І, стр. 102.]

XXI коле­но

князь Дмит­рий Юрье­вич Тем­кин (1552,1568)
дворов.сын-боярск. помещ.-кн.Ростов-у. 1С:Юр.Ив.Ив-ча
В ДТ из кня­зей Ростов­ских. Вдо­ва кня­зя Ю. И. Тем­ки­на, кня­ги­ня Марья, в ино­че­стве Мар­фа, дала Ростов­ско­му Бори­со­глеб­ско­му мона­сты­рю «по муже и по детям кня­зьям Дмит­рии и Иване» сель­цо Олеш­ко­во с дерев­ня­ми в Савине стане Ростов­ско­го уез­да (ОР РНБ. Ф. 775 (Собр. Тито­ва). Д. 4904, л. 44 об.; Стрель­ни­ков 2009, с. 51, 117).
Сосла­ны в Казань Тем­ки­ны Ростов­ские, кня­зья Иван Гри­го­рье­вич и Дмит­рий Юрье­вич.— Оба слу­жи­ли в дво­ря­нах, но о служ­бах их ниче­го не извест­но. По мест­ным ростов­ским пре­да­ни­ям, сооб­ща­е­мым Арты­но­вым, в оприч­нине были заму­че­ны Дмит­рий и Иван Юрье­ви­чи, сыно­вья бояри­на Юрия Ива­но­ви­ча.
князь Иван Юрье­вич Тем­кин (1552,1568)
дворов.сын-боярск. помещ.-кн.Ростов-у. 2С:Юр.Ив.Ив-ча
В ДТ из кня­зей Ростов­ских. Вдо­ва кня­зя Ю. И. Тем­ки­на, кня­ги­ня Марья, в ино­че­стве Мар­фа, дала Ростов­ско­му Бори­со­глеб­ско­му мона­сты­рю «по муже и по детям кня­зьям Дмит­рии и Иване» сель­цо Олеш­ко­во с дерев­ня­ми в Савине стане Ростов­ско­го уез­да (ОР РНБ. Ф. 775 (Собр. Тито­ва). Д. 4904, л. 44 об.; Стрель­ни­ков 2009, с. 51, 117).
По мест­ным ростов­ским пре­да­ни­ям, сооб­ща­е­мым Арты­но­вым, в оприч­нине были заму­че­ны Дмит­рий и Иван Юрье­ви­чи, сыно­вья бояри­на Юрия Ива­но­ви­ча.
князь Иван Васи­лье­вич Тем­кин (1565,—1572)
сын Васи­лия Ива­но­ви­ча.
В 1564/65 г. вто­рой вое­во­да боль­шо­го пол­ка в Калу­ге (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 2. Ч. 1. М., 1981. С. 191). Сослан в Сви­яж­ский уезд в 1565 г. (Спи­сок с пис­цо­вой и меже­вой кни­ги горо­да Сви­яж­ска и уез­да пись­ма и меже­ва­ния Ники­ты Васи­лье­ви­ча Бори­со­ва и Дмит­рия Андре­еви­ча Кики­на (1565–1567 г.). Казань, 1909. С. 71). Вхо­дил в Оприч­ный двор в 1569–1570 г. В кон­це 1560-х гг. [?] вто­рой вое­во­да боль­шо­го пол­ка оприч­но­го вой­ска в Калу­ге. В сен­тяб­ре 1570 г. в оприч­ном похо­де про­тив хана Девлет-Гирея вто­рой вое­во­да боль­шо­го пол­ка (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 2. Ч. 1. М., 1981. С. 191; Т. 2. Ч. 2. М., 1982. С. 271). В мае 1578 г. дол­жен был быть вто­рым вое­во­дой боль­шо­го пол­ка в похо­де из Пол­че­ва на Кесь, вме­сто него был назна­чен кн. В. А. Тюмен­ский) (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 3. Ч. 1. М., 1984. С. 34).
До 1577/1578 гг. князь Иван Тем­кин утра­тил в Конев­ском стане Коло­мен­ско­го уез­да поме­стье пустошь, что была дерев­ня Сот­ни­ко­во (195 чет­вер­тей зем­ли) (Пис­цо­вые кни­ги Мос­ков­ско­го госу­дар­ства XVI в. Ч. 1. Отд. 1. СПб., 1872. С. 418). В 1565/1566 г. сослан в Сви­яж­ский уезд, полу­чил в поме­стье дерев­ню Луба (120 чет­вер­тей доб­рой зем­ли), назван новым сви­яж­ским жиль­цом, кото­ро­го госу­дарь велел от сви­яж­ско­го жития оста­ви­ти (Спи­сок с пис­цо­вой и меже­вой кни­ги горо­да Сви­яж­ска и уез­да пись­ма и меже­ва­ния Ники­ты Васи­лье­ви­ча Бори­со­ва и Дмит­рия Андре­еви­ча Кики­на (1565–1567 г.). Казань, 1909. С. 71). За кня­зем Ива­ном Тем­ки­ным было поме­стье в Спас­ском Горо­ден­ском пого­сте Вод­ской пяти­ны (РГА­ДА. Ф. 1209. Оп. 3. Д. 16936. Л. 217).
В 1571 г. по при­ка­зу царя Ива­на Гроз­но­го были каз­не­ны кн. Васи­лий Ива­но­вич Тем­кин Ростов­ский с сыном Ива­ном (Скрын­ни­ков Р.Г. Цар­ство тер­ро­ра. СПб., 1992. С. 434, 544). Каз­нен 1571–1574 гг. (Скрын­ни­ков Р.Г. Цар­ство тер­ро­ра. СПб., 1992. С. 544).
[Курб­ский, «Ска­за­ния кн. Курб­ско­го», стр. 84, 319, 390. — Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин­ных служ­бах русск. бла­гор. родов» (руко­пись Имп. Публ. библ.), ч. II, стр. 90. 91. — Его же, «Сокра­щен­ное опи­са­ние слу­жеб бла­гор. рос­сийск. дво­рян», ч. 11, стр. 30. — «Вре­мен­ник Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.», кн. X, стр. 142. — Лоба­нов-Ростов­ский, «Рус­ская родо­слов­ная кни­га», ч. II, стр. 183. — Пет­ров, «Исто­рия родов рос­сийск. дво­рян­ства», т. І, стр. 102.]
князь Миха­ил Васи­лье­вич Тем­кин (1565,1615)
дворов.сын-боярск. помещ.-кн.Ростов-у. С:Григ.Ив.Ив-ча
князь Миха­ил Гри­го­рье­вич Тем­кин (1565,1615)
моск.двн.(1607) дво­ров. сын-боярск.-кн.Ростов-у. воев.Вологда(1611,1615) В 1565 помещ.?-Казань-у. сослан по ука­зу ц.И.В-ча, С:Григ.Ив.Ив-ча
вое­во­да, сын Гри­го­рия Ива­но­ви­ча, брат кня­зя Ива­на Гри­го­рье­ви­ча Тем­ки­на. Голо­ва «у ноч­ных сто­рож» в стане у госу­да­ря в раз­ря­де цар­ско­го похо­да в Ливо­нию в июне 1579 г. (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 3. Ч. 1. М., 1984. С. 56). Ростов­ский князь в 1588/89 гг., в Швед­ском похо­де 1589/90 гг. (Ста­ни­слав­ский А.Л. Тру­ды по исто­рии госу­да­ре­ва дво­ра в Рос­сии XVI–XVII веков. М., 2004. С. 213, 321). В 1579, 1580 и 1581 гг. T., подоб­но бра­ту, слу­жил голо­вою у над­зи­ра­ния ноч­ных сто­ро­жей в похо­дах на лиф­лянд­цев и про­тив поль­ско­го коро­ля. В 1590 г. — голо­ва у огней в нов­го­род­ском и под Руго­дев похо­де. В 1591 г., чис­лясь в дво­ря­нах, награж­ден за ото­гна­ние крым­цев от Моск­вы золо­тым. В 1594, 1595 и 1596 гг. слу­жил пер­вым вое­во­дой в Сви­яж­с­ке. 22 мая 1597 г. сто­ял сре­ди дво­рян в Гра­но­ви­той пала­те при при­е­ме австрий­ско­го посла бур­гра­фа Авра­ама Донав­ско­го; в том же году послан вое­во­дой в Орел. В 1598 г. при­ни­мал уча­стие в собо­ре, избрав­шем на пре­стол Бори­са Году­но­ва, и к гра­мо­те за него руку при­ло­жил кн. Андрей Хил­ков; в том же году — вто­рой вое­во­да у огней в госу­да­ре­вом ста­ну в Сер­пу­хов­ском по крым­ским вестям похо­де. В 1600 г. Т. был пер­вым объ­ез­жим в Москве в Крем­ле; в этом же году имел мест­ни­че­ское дело с кн. Васи­ли­ем Ива­но­ви­чем Буй­но­со­вым. В 1601—1602 гг. слу­жил вое­во­дой в Коре­ле; в 1602 же году послан был пер­вым вое­во­дой в Ореш­ну. В 1605 г. вме­сте с дья­ком Фили­мо­ном Озе­ро­вым повер­стал муром­ских дво­рян и детей бояр­ских, а после Муро­ма в этом и 1606 г, повер­стал с тем же дья­ком в Ниж­нем, Арза­ма­се, Нов­го­ро­де и в Лухе.1613-1614 году Тем­кин направ­лен в Волог­ду на вое­вод­ство. «На Волог­де столь­ник и вое­во­да князь Иван Ива­но­вич Одо­ев­ский (Мень­шой), да Гри­го­рий Гри­го­рье­вич Пуш­кин (Сулем­ша)… и кня­зю Ива­ну веле­но быть в Москве, а на Волог­де веле­но быть вое­во­де кня­зю Миха­и­лу Гри­го­рье­ви­чу Тем­ки­ну (Ростов­ско­му), да Гри­го­рию Пуш­ки­ну.» («Двор­цо­вые раз­ря­ды», т.1, стр. 150, запись за 1613 г.)
Пер­вое досто­вер­ное све­де­ние о пре­бы­ва­нии вое­во­ды Тем­ки­на в Волог­де отно­сит­ся к 3 октяб­ря 1613 года. Вое­во­да из Бело­озе­ра Чихач­св пишет воло­год­ско­му вое­во­де Тем­ки­ну о ско­рей­шей отправ­ке бело­зер­ско­го гон­ца из Волог­ды в Моск­ву. («Допол­не­ния к актам исто­ри­че­ским», т. 2, № 8, стр. 17.) В мае 1614 года Бело­зер­ский вое­во­да Чиха­чев вновь пишет Тем­ки­ну и про­сит помо­щи волог­жан в защи­те Бело­зер­ска от каза­ков, гро­зя­щих напа­де­ни­ем на их город. («Акты арх. экс­пе­ди­ции», т. 3, № 35.) В июне 1614 года име­ет­ся запись в при­хо­до-рас­ход­ной кни­ге по Волог­де: «июня 18, вое­во­де кня­зю Михай­ло Гри­го­рье­ви­чу, Тем­ки­ну Ростов­ско­му отне­се­но кала­чей на грив­ну». («Памят­ная книж­ка для Воло­год­ской губер­нии на I860 год», стр. 89.) В авгу­сте 1614 года вое­во­да Тем­кин соби­ра­ет для стрель­цов про­дук­ты пита­ния. Основ­ным постав­щи­ком про­до­воль­ствия для рат­ных людей был При­луц­кий мона­стырь. По ука­зу Госу­да­ря Миха­и­ла Рома­но­ва, вое­во­да Миха­ил Тем­кин обес­пе­чи­ва­ет набор «ямских охот­ни­ков» для Воло­год­ских ямских сло­бод. В мона­стыр­ских вот­чи­нах При­луц­ко­го мона­сты­ря госу­дарь при­ка­зы­ва­ет набрать «кре­стьян доб­рых и зажи­точ­ных». Если же указ не будет выпол­нен, то царь при­ка­зал вое­во­дам Тем­ки­ну и Пуш­ки­ну послать в мона­стыр­ские вот­чи­ны «мно­гих при­ста­вов». («Акты юри­ди­че­ские», № 343/3.) 16 декаб­ря 1614 года вое­во­да Миха­ил Гри­го­рье­вич Тем­кин бес­по­ко­ит­ся о без­опас­но­сти горо­да Волог­ды, ста­вит охра­ну по баш­ням и дает наказ в При­луц­кий мона­стырь о достав­ле­нии в город двух слю­дя­ных фона­рей и ста свеч «для вспо­лош­но­го вре­ме­ни и для оса­ды». («Акты юри­ди­че­ские», № 339/11, стр. 366.)
25 июля 1611 г. кня­зю Миха­и­лу Гри­го­рье­ви­чу Тем­ки­ну Ростов­ско­му, было дано из вот­чи­ны дяди, кня­зя Юрия Ива­но­ви­ча Тем­ки­на, и отца в поме­стье сель­цо Сулость с дерев­ня­ми Дуб­ров­ка, Пет­ру­ши­но в Ростов­ско­му уез­де. У М. Г. Тем­ки­на было поме­стье в Вязем­ском уез­де в 400 чет­вер­тей, но оно ока­за­лось разо­ре­но литов­ца­ми (АСЗ. Т. 2, № 415, 416).
[«Акты Исто­ри­че­ские», т. Ш, стр. 92. — «Акты Архео­гра­фич. Экс­пе­ди­ции», т. II, стр. 43; т. III, стр. 18. — «Древ­няя Рос­сий­ская Вив­лио­фи­ка», изд. 2-е, ч. ХШ, стр. 159, 272, 274, 275, 309, 419; ч. XIX, стр. 386. — «Акты Юри­ди­че­ские», т. I, стр. 234, 366, 368. — «Вре­мен­ник Импер. Моск. Общ. Истор. и Древн. Рос­сийск.», кн. X, стр. 40: кн. XIV, стр. Ш — «Раз­ряд­ные кни­ги по офиц. оных спис­кам», т. І, столб­цы 76, 180. — «Двор­цо­вые раз­ря­ды». т. I, столб­цы 134, 150, 190. — П. Ф. Лиха­чев, «Раз­ряд­ная кни­га» (руко­пись хра­нит­ся в Имп. Публ. библ.), стр. 475. — Е. В. Бар­сов, «Раз­ряд­ная кни­га» (руко­пись хра­нит­ся в Имп. Публ. библ.), стр. 648. — Мос­ков­ский архив минист. юсти­ции, десят­ни 6 и 9. — Н. П. Лиха­чев, «Раз­ряд­ные дья­ки», стр. 199, 518, 528; 532; при­меч. 57, 69, 70, 71. — Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин. служ­бах рос­сийск. бла­гор. родов» (руко­пись Имп. Публ. библ.), ч. II, стр. 91. — Его же, «Сокра­щен­ное опи­са­ние слу­жеб бла­гор. рос­сийск. родов», ч. II, стр. 30, 31. — Бар­су­ков, «Спис­ки горо­до­вых вое­вод Мос­ков­ско­го госу­дар­ства в XVII, сто­ле­тии», стр. 46, 111. — Карам­зин, ,,Исто­рия госу­дар­ства Рос­сий­ско­го», изд. Эйнер­лин­га, т. X, при­меч. 315. — Соло­вьев, «Исто­рия Рос­сии», изд. «Общ. Поль­зы», кн. П, стр. 1663.]
князь Иван Гри­го­рье­вич Тем­кин (1565,1568)
помещ. 2С:Григ.Ив.
сын бояр­ский, сын Гри­го­рия Ива­но­ви­ча. Сосла­ны в Казань Тем­ки­ны Ростов­ские, кня­зья Иван Гри­го­рье­вич и Дмит­рий Юрье­вич.— Оба слу­жи­ли в дво­ря­нах, но о служ­бах их ниче­го не извест­но. В 1573 г. был три­на­дца­тым из поез­жан в сва­дьбу доче­ри дво­ю­род­но­го бра­та царя Иоан­на Васи­лье­ви­ча, кня­зя Вла­ди­ми­ра Андре­еви­ча Ста­риц­ко­го — княж­ны Марьи Вла­ди­ми­ров­ны и коро­ля Арцы­маг­ну­са. В 1579, 1580, 1581 гг. был голо­вою у над­зи­ра­ния ноч­ных сто­ро­жей и спал в госу­да­ре­вом ста­ну в похо­дах на лиф­лянд­цев и про­тив поль­ско­го коро­ля. В 1590 г. был голо­вою у огней в нов­го­род­ском и под Руго­дев похо­дах.
[Спи­ри­дов, «Сокра­щен­ное опи­са­ние слу­жеб бла­гор. рос­сийск. дворян»,ч. II, стр. 30. — Пет­ров, «Исто­рия родов рос­сий­ско­го дво­рян­ства», т. І, стр. 102]

XXII коле­но

князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин (1618,—10(20).10.1661,†Белогостицкий м-рь Ростов.-у. Яросл.-губ.)
боярин(1618)
Мос­ков­ский воен­ный и госу­дар­ствен­ный дея­тель, столь­ник, боярин, вое­во­да и дво­рец­кий, сын дво­ря­ни­на мос­ков­ско­го и вое­во­ды сын кня­зя Миха­и­ла Гри­го­рье­ви­ча Тем­ки­на-Ростов­ско­го.
Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский впер­вые упо­ми­на­ет­ся в 1617 году, когда слу­жил голо­вой в Доро­го­бу­же. В 1623 году в чине столь­ни­ка смот­рел в боль­шой цар­ский стол. 19 (29) сен­тяб­ря 1625 года князь Миха­ил Тем­кин-Ростов­ский при­сут­ство­вал на пер­вой сва­дьбе царя Миха­и­ла Фёдо­ро­ви­ча с княж­ной Мари­ей Вла­ди­ми­ров­ной Дол­го­ру­ко­вой. 5 (15) фев­ра­ля 1626 года был на вто­рой сва­дьбе царя Миха­и­ла Фёдо­ро­ви­ча с Евдо­ки­ей Лукья­нов­ной Стреш­не­вой. С 4 (14) апре­ля 1630 года князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский нахо­дил­ся на служ­бе в укра­ин­ном раз­ря­де пер­вым вое­во­дой боль­шо­го пол­ка в Туле для обо­ро­ны от южных гра­ниц от крым­ско-татар­ских набе­гов. Вме­сте с ним были дво­ряне, дети бояр­ские укра­ин­ных горо­дов и ино­стран­ные наем­ни­ки (1095 чел.). Царь Миха­ил Фёдо­ро­вич, отправ­ляя кня­зя Миха­и­ла Тем­ки­на-Ростов­ско­го в Тулу, пору­чил ему смот­реть за укреп­ле­ни­я­ми, про­из­во­дить смот­ры рат­ным людям, сле­дить за при­бли­же­ни­ем про­тив­ни­ка, во вре­мя набе­га созы­вать окрест­ных жите­лей в оса­ду, сооб­щать в сто­ли­цу о пере­дви­же­нии татар и вме­сте с дру­ги­ми вое­во­да­ми отра­жать вра­же­ские набе­ги. 1 (11) октяб­ря 1630 года князь М. М. Тем­кин-Ростов­ский вме­сте с дру­ги­ми боль­ши­ми вое­во­да­ми был отпу­щен на осень в Моск­ву. 21 фев­ра­ля (3 мар­та) 1633 года столь­ник князь М. М. Тем­кин-Ростов­ский наря­жал вина при цар­ском сто­ле в селе Тай­ниц­ком. 24 мая (3 июня) 1635 года был назна­чен пер­вым вое­во­дой в Тобольск, где сме­нил кня­зя Андрея Голи­цы­на, отпу­щен­но­го в Моск­ву. На вое­вод­стве в Тоболь­ске Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин про­был четы­ре года. Будучи тоболь­ским вое­во­дой, князь М. М. Тем­кин-Ростов­ский был при­ча­стен к рас­ши­ре­нию рус­ских вла­де­ний в Сиби­ри. В 1639 году тоболь­ские вое­во­ды Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин и Андрей Васи­лье­вич Волын­ский полу­чи­ли при­каз содей­ство­вать отправ­ке в острож­ки на р. Лене вое­вод, столь­ни­ков Пет­ра Голо­ви­на и Мат­вея Гле­бо­ва. 12 (22) июня 1640 года князь М. М. Тем­кин-Ростов­ский при­сут­ство­вал в сто­ло­вой пала­те во вре­мя госу­да­ре­вых име­нин, 17 (27) сен­тяб­ря 1640 года сопро­вож­дал царя Миха­и­ла Фёдо­ро­ви­ча в селе Коло­мен­ском, а 1 (11) октяб­ря того же года в селе Руб­цо­ве смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол. В 1641 году князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол в сто­ло­вой пала­те 12 (22) янва­ря (име­ни­ны царев­ны Татья­ны Михай­лов­ны), 1 (11) мар­та (име­ни­ны цари­цы Евдо­кии Лукья­нов­ны), 17 (27) мар­та (име­ни­ны царе­ви­ча Алек­сея Михай­ло­ви­ча), 27 апре­ля (7 мая) и 5 (15) мая (име­ни­ны царев­ны Ири­ны Михай­лов­ны). В 1641 году князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский был назна­чен пер­вым вое­во­дой в Казань, где нахо­дил­ся два года. 28 янва­ря (7 фев­ра­ля) 1644 года певым смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол в Гра­но­ви­той пала­те при дат­ском коро­ле­ви­че Валь­де­ма­ре.
9 (19) авгу­ста 1645 года князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский встре­чал у две­рей Золо­той пала­ты поль­ско­го посла Гав­ри­ла Стемп­ков­ско­го, а потом со сто­лом к нему от царя ездил. 28 сен­тяб­ря (8 октяб­ря) 1645 года в день коро­на­ции царя Алек­сея Михай­ло­ви­ча столь­ник Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский тре­тьим перед госу­да­рем ходил, а 30 сен­тяб­ря (10 октяб­ря) наря­жал вина при цар­ском дво­ре в Гра­но­ви­той пала­те. 1 (11) октяб­ря того же 1645 года М. М. Тем­кин-Ростов­ский был пожа­ло­ван в бояре и дво­рец­кие, у сказ­ки сто­ял боярин Васи­лий Ива­но­вич Стреш­нев, а ска­зы­вал бояр­ство дум­ный раз­ряд­ный дьяк Иван Гав­ре­нев. В тот же день был у царя в сто­ло­вой пала­те за сто­лом. 6 (16) июня 1647 года был за цар­ским сто­лом во вре­мя обе­да в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой лав­ре. 16 (26) янва­ря 1648 года князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский был пер­вым в цари­цы­ных сидя­чих во вре­мя пер­вой сва­дьбы царя Алек­сея Михай­ло­ви­ча на Марии Ильи­ничне Мило­слав­ской. 21 (31) янва­ря того же года во вре­мя поезд­ки царя в Тро­и­це-Сер­ги­ев мона­стырь боярин М. М. Тем­кин-Ростов­ский был остав­лен вто­рым сре­ди бояр «ведать Моск­ву». 25 мар­та (4 апре­ля) 1648 года был у царя в сто­ло­вой пала­те за сто­лом. 7 (17) апре­ля того же года во вре­мя поезд­ки царя в село Покров­ское Алек­сея Михай­ло­ви­ча Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский был вновь остав­лен вто­рым сре­ди бояр в Москве. 14 (24) июня 1648 года был назна­чен пер­вым судьей Раз­бой­но­го при­ка­за. В 1649 году боярин князь М. М. Тем­кин-Ростов­ский был отправ­лен царем Алек­се­ем Михай­ло­ви­чем на пере­го­во­ры с вос­став­ши­ми моск­ви­ча­ми, во вре­мя кото­рых под­верг­ся бес­че­стию и побо­ям со сто­ро­ны тол­пы. Вос­став­шие горо­жане раз­гра­би­ли двор кня­зя Тем­ки­на в Москве. 8 (18) сен­тяб­ря и 25 декаб­ря 1649 (4 янва­ря 1650) года два­жды был у госу­да­ря в сто­ло­вой пала­те за сто­лом. В 1650 году князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский был за цар­ским сто­лом 2 (12) июня во вре­мя тра­пезы в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой лав­ре, 12 (22) июня в сто­ло­вом шат­ре в Кашине, 25 декаб­ря (4 янва­ря) — в сто­ло­вой пала­те. В 1651 году был за цар­ским сто­лом 30 мар­та (9 апре­ля) (в Свет­лое Вос­кре­се­нье) в сто­ло­вой пала­те, 18 (28) мая (в Тро­и­цын день) в тра­пе­зе в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой лав­ре, 28 июля (7 авгу­ста) в сто­ло­вом шат­ре в Ново­де­ви­чьем мона­сты­ре, 15 (25) авгу­ста был за сто­лом у пат­ри­ар­ха в сто­ло­вой келье. 18 (28) апре­ля 1652 года был за цар­ским сто­лом в сто­ло­вой пала­те, 19 (29) янва­ря 1653 года был за цар­ским сто­лом во вре­мя тра­пезы в Сави­ном мона­сты­ре, 30 апре­ля (10 мая) 1654 года при­сут­ство­вал на цар­ской тра­пе­зе в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой лав­ре.
В 1654 году боярин князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский при­нял уча­стие в войне с Речью Поспо­ли­той. 16 (26) мая 1654 года М. М. Тем­кин-Ростов­ский, назна­чен­ный пер­вым вое­во­дой сто­ро­же­во­го пол­ка, был у цар­ской руки при отпус­ке в Вязь­му. 25 мая (4 июня) полу­чил цар­ский при­каз о наступ­ле­нии на горо­да Белую и Доро­го­буж. В нача­ле июня М. М. Тем­кин-Ростов­ский во гла­ве сто­ро­же­во­го пол­ка взял Белую и 14 (24) июня отпра­вил к царю Алек­сею Михай­ло­ви­чу с сооб­ще­ни­ем о взя­тии кре­по­сти столь­ни­ка кня­зя Сте­па­на Шахов­ско­го. Царь Алек­сей Михай­ло­вич выдал похваль­ную гра­мо­ту кня­зю Миха­и­лу Михай­ло­ви­чу Тем­ки­ну-Ростов­ско­му и при­ка­зал ему про­дол­жать наступ­ле­ние на Доро­го­буж. По цар­ском ука­зу Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин со сто­ро­же­вым пол­ком высту­пил на Доро­го­буж, оста­вив в Белой гар­ни­зон под коман­до­ва­ни­ем осад­но­го голо­вы Заха­рия Ново­силь­це­ва. 9 (19) июля из цар­ско­го лаге­ря под Смо­лен­ском вое­во­ды Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский со сто­ро­же­вым пол­ком, Яков Куде­не­то­вич Чер­кас­ский с боль­шим пол­ком и Ники­та Ива­но­вич Одо­ев­ским с пере­до­вым пол­ком высту­пи­ли в поход на Оршу. 2 (12) авгу­ста цар­ские вое­во­ды при­сла­ли из Орши к царю под Смо­ленск сво­их гон­цов, сооб­щая о взя­тии Орши и о пре­сле­до­ва­нии отсту­па­ю­ще­го вой­ска под коман­до­ва­ни­ем вели­ко­го гет­ма­на литов­ско­го Яну­ша Рад­зи­вил­ла. 3 (13) авгу­ста царь Алек­сей Михай­ло­вич отпра­вил к вое­во­дам столь­ни­ка кня­зя Алек­сандра Лоба­но­ва-Ростов­ско­го с жало­ван­ным сло­вом за побе­ду над Оршей. 7 (17) авгу­ста в цар­ский лгерь из-под Орши при­бы­ли гон­цы, сооб­щав­шие о раз­гро­ме литов­ско­го вой­ска и захва­те мно­гих плен­ни­ков. Из Орши князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский с теми же вое­во­да­ми высту­пил на Дуб­ров­ну. 23 сен­тяб­ря (3 октяб­ря) царь послал вое­во­дам под Оршу гон­ца с изве­сти­ем о взя­тии Смо­лен­ска. В октяб­ре цар­ские вое­во­ды Я. К. Чер­кас­ский, Н. И. Одо­ев­ский и М. М. Тем­кин-Ростов­ский взя­ли Дуб­ров­ну и 16 (26) октяб­ря сооб­щи­ли об этом царю Алек­сею Михай­ло­ви­чу, нахо­див­ше­му­ся в Доро­го­бу­же. Боярин Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин участ­во­вал во взя­тии Копы­си и Шкло­ва. В мар­те 1655 года во вре­мя вто­ро­го похо­да царя Алек­сея Михай­ло­ви­ча на Вели­кое кня­же­ство Литов­ское князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский был назван тре­тьим из бояр, сопро­вож­дав­ших царя.
В Завол­жье в Вер­хов­ском ста­ну Яро­слав­ског уез­да нахо­ди­лось неболь­шое поме­стье (65 ч.) столь­ни­ка кня­зя Миха­и­ла Михай­ло­ви­ча Тем­ки­на-Ростов­ско­го, выде­лен­ное из его ж вот­чи­ны по ввоз­ной гра­мо­те 1631/32 г., а так­же боль­шая вот­чи­на 1010 ч. (с. Бере­зо­во (Серя) на реч­ке Сер­ке, 49 д., 1 почи­нок, 38 пуст.) [Отдел руко­пи­сей ГИМ.Ф. 550. F.IV.529., л. 1202–1204, 1422–1440 об.]. Кня­зья Тем­ки­ны, в отли­чие от Щепи­ных, Буй­но­со­вых и Лоба­но­вых, в XVI в. были тес­но свя­за­ны с «родо­вым гнез­дом». Вла­де­ний там они лиши­лись в оприч­ни­ну и толь­ко в нача­ле XVII в. смог­ли вос­ста­но­вить соци­аль­ный ста­тус, вер­нуть часть родо­вых земель в Росто­ве [Пав­лов А. П. Из исто­рии родо­во­го кня­же­ско­го зем­ле­вла­де­ния в XVII в. (судь­ба родо­вых вот­чин кня­зей Ростов­ских) // Петер­бург­ский исто­ри­че­ский жур­нал. 2015. № 2. С. 6–15., с. 6–15] и обза­ве­стись вла­де­ни­я­ми в сосед­нем Яро­слав­ском уез­де.
Князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский был женат на Марии Ива­новне Измай­ло­вой, от бра­ка с кото­рой не имел потомства.10 (20) октяб­ря 1661 года без­дет­ный князь Миха­ил Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ский скон­чал­ся. С его смер­тью пре­сек­ся кня­же­ский род Тем­ки­ных-Ростов­ских.
~ (брак с меж­ду 09.1627/11.1629) Мария Ива­нов­на Измай­ло­ва (в 1-м бра­ке кня­ги­ня Сиц­кая) (160…- после 1648), дочь Ива­на Измай­ло­ва, в пер­вом бра­ке была за столь­ни­ком кня­зем Федо­ром Алек­се­е­ви­чем Сиц­ким (ум. 1627)
кнж. Дом­на (Дом­ни­ка) Михай­лов­на Тем­ки­на-Ростов­ская (1605, ум. 7.07.1630)
в мона­ше­стве Ири­на, погре­бе­на в Симо­нов­ском мос­ков­ском мона­сты­ре
Муж князь Федор Ива­но­вич Мсти­слав­ский (ум. 19.02.1622), боярин

Доку­мен­ты

I.

Духов­ное заве­ща­ние бояри­на кня­зя Миха­и­ла Михай­ло­ви­ча Тем­ки­на-Ростов­ско­го

Во имя Отца и Сына и Свя­та­го Духа. Се аз раб Божий Михай­ло Михай­ло­вич Тем­кин-Ростов­ской пишу сию духов­ную в целем уме сво­ем и разу­ме, при­ка­зы­ваю душу свою стро­ить и тело свое погреб­сти бояри­ну кня­зю Яко­ву Куде­не­то­ви­чю Чер­кас­ко­му, да пле­мян­ни­ку сво­е­му стол­ни­ку кня­зю Алек­сею Ива­но­ви­чю Буй­но­со­ву-Ростов­ско­му, да отцу сво­е­му духов­но­му Архан­гел­ско­му про­то­по­пу Кон­дра­ту. А как бог по душу мою князь Михай­ло­ву сошлет и бояри­ну кня­зю Яко­ву Куде­не­то­ви­чю, да пле­мян­ни­ку мое­му кня­зю Алек­сею Ива­но­ви­чю, да отцу мое­му духов­но­му про­то­по­пу Кон­дра­ту тело мое погреб­сти в Росто­ве в Бело­го­стец­ком мона­сты­ре. А по моей душе дать в мона­стырь в цер­ковь Пре­чи­стыя Бого­ро­ди­цы Бла­го­ве­ще­нья бла­го­сло­ве­ной крест чекан­ной золо­чен обни­зан жем­чу­гом, да что оста­нет­ца моле­ния мое­го обра­зов оклад­ных и те обра­зы поста­вить в том же Бело­го­стец­ком мона­сты­ре, да в Росто­ве в собор­ную цер­ковь Пре­чи­стыя Бого­ро­ди­цы Успе­ния поста­вить по мне, князь Миха­и­ле, божия мило­сер­дия икон моле­ния мое­го: образ Пре­чи­стыя Бого­ро­ди­цы Казан­ские обло­жен сереб­ром чекан­ным, венец с кору­ною золо­чен с каме­нем и з жем­чу­гом в кио­те бар­хат­ном чер­ном, да образ Спа­сов неру­ко­тво­рен­но­го бол­шая пяд­ни­ца, венец, и цата, и поля, оклад чекан­ной сереб­рян золо­чен с каме­нем в кио­тех. А на отпе­ва­нье и на погре­ба­нье тела мое­го князь Михай­ло­ва звать мит­ро­по­ли­та, и архи­епи­ско­пов, и архи­ма­ри­тов, да в тот же Бело­го­стец­кой мона­стырь дать по моей душе вкла­ду и на помя­но­ве­ние денег пять­сот руб­лев, да руко­мой­ник сереб­ря­ной с лоха­нью белые. Да в Симо­нов мона­стырь дать вкла­ду на помя­но­ве­ние роди­те­лей моих и по моей душе денег три­ста руб­лев. Да на Реза­ни в Духов мона­стырь сто руб­лев денег, да на Москве в бол­шой собор Успе­ния Пре­чи­стыя Бого­ро­ди­цы, и в собор Бла­го­ве­ще­ния Пре­чи­стыя Бого­ро­ди­цы, и в собор Миха­и­ла Архан­ге­ла дать в соро­ко­устия по пять руб­лев, да в веч­ной поми­нок по мне, князь Миха­и­ле, и напи­сать роди­те­лей моих в сено­ди­ки, дать по тем [собо­рам] по деся­ти руб­лев. Да на про­чия собо­ры дать в соро­ко­устия на собо­ры по три руб­ли, да на мило­сти­ну роз­дать нищим, и в тюр­му, и в бого­дел­ню во всю четы­ре­де­сят­ни­цу 30 на день по десять руб­лев, да отцу мое­му духов­но­му про­то­по­пу Кон­дра­ту дать на помин души моей денег пять­де­сят руб­лев, да бояри­на кня­зя Яко­ва Куде­не­то­ви­ча бла­го­сло­вил я, князь Михай­ло, [326] божия мило­сер­дия обра­зом, да два кре­ста золо­тых с мощ­ми, и с яхон­ты, и с ызу­мру­ды обни­зан жем­чу­гом, да саб­ля з бирю­за­ми. Да пле­мян­ни­ку мое­му кня­зю Алек­сею Ива­но­ви­чю бла­го­сло­ве­ни­ем образ, да сто­па сереб­ря­на, да стоп­ка сереб­ря­на ж. Да пле­мян­ни­ку ж мое­му Васи­лью Дмит­ре­еву сыну Сабу­ро­ву дать денег пять­де­сят руб­лев, да саб­ля оправ­ная, да пара писто­лей, да чуга 31 бар­хат­ная чер­ная, да после живо­та мое­го князь Михай­ло­ва оста­ва­ет­ца денег на лицо сереб­ря­ных тысе­ча три­ста руб­лев, да мед­ных денег две­сте пять­де­сят руб­лев, да сереб­ря­ных же денег шесть тысеч руб­лев, что взял я, князь Михай­ло, те ден­ги шесть тысеч руб­лев у бояри­на кня­зя Яко­ва Куде­не­то­ви­ча за вот­чи­ну свою Зве­ни­го­роц­ко­го уез­ду за село Михай­лов­ское з дерев­ня­ми, и со кре­стья­ны, и с пустош­ми и со все­ми уго­дьи, да что оста­нет­ца живо­тов моих домаш­них пла­тья и низа­нья жем­чу­гу, и каме­нья, и сереб­ру, и перс­ней, и судов сереб­ря­ных, и кон­ских наря­дов, и слу­жи­лые рух­ле­ди, и двор мой мос­ков­ской, и тому все­му рос­пись под сею духов­ною, и то все про­дать. И теми ден­га­ми бояри­ну кня­зю Яко­ву Куде­не­то­ви­чю и пле­мян­ни­ку мое­му, кня­зю Алек­сею Ива­но­ви­чю, и отцу мое­му духов­но­му, про­то­по­пу Кон­дра­ту, душу мою стро­ить, и по мона­сты­рем вклад давать, и поми­нать, и в поми­на­нье и на мило­сти­ну роз­дать. А в дерев­нях, что оста­нет­ца хле­ба, и лоша­дей, и живо­ти­ны, и то все про­дать, и те ден­ги роз­дать по мне ж в помя­но­ве­нье, а людей моих отпу­стить на волю и дать им отпуск­ные и на дело им дать про­тив жало­ва­нья мое­го вдвое. А чело­ве­ку мое­му Егу­пу надел­ку дать пять­де­сят руб­лев. А что вели­ко­го госу­да­ря жало­ва­нья за мною поме­стья, и о тех поме­стьях, что вели­кий госу­дарь ука­жет.

А у сей духов­ной сиде­ли боярин князь Яков Куде­не­то­вичь Чер­кас­кой, стол­ник князь Алек­сей Ива­но­вич Буй­но­сов-Ростов­ской, да отец духов­ной про­то­поп Кон­драт. А духов­ную писал Ива­нов­ские пло­ща­ди подья­чей Алеш­ка Яко­влев лета 7169 32 году майя в дват­цать осмый день.

На обо­ро­те: Князь Яков Чер­кас­кой. Князь Алек­сей Буй­но­сов. К сей духов­ной Архан­гел­ской про­то­поп Кон­драт и вме­сто сына сво­е­го духов­но­го князь Миха­и­ла Михай­ло­ви­ча Тем­ки­на-Ростов­ско­го по его веле­нью руку при­ло­жил.

РГИА. Ф. 1088. Оп. 1. № 847.

30. Четы­ре­де­сят­ни­ца – вели­кий пост.
31. Чуга – длин­ный каф­тан.
32. Сто шесть­де­сят девя­то­го напи­са­но сло­ва­ми.

Сохра­ни­лось весь­ма инте­рес­ное суд­ное дело 1628 г., сви­де­тель­ству­ю­щее
о попыт­ках кня­зей Тем­ки­ных-Ростов­ских в пер­вой тре­ти XVII в. прав­да­ми и неправ­да­ми вер­нуть «заста­ре­лые» родо­вые вот­чи­ны в Ростов­ском уез­де — с. Сулость и Николь­ское-Погост (Николь­ское Боль­шое) на р. Устье29.
До оприч­ни­ны эти села вхо­ди­ли в состав ком­плек­са родо­вых вла­де­ний кн. Тем­ки­ных-Ростов­ских и при­над­ле­жа­ли бра­тьям кн. Юрию и Гри­го­рию Ива­но­ви­чам Темкиным30. При царе Иване IV кн. Тем­ки­ны попа­ли в опа­лу, а их ростов­ские родо­вые вот­чи­ны были отпи­са­ны во Дво­рец и при­пи­са­ны к двор­цо­во­му селу Вели­ко­му. Впо­след­ствии эти села, как и дру­гие вла­де­ния кн. Ростов­ских, были даны в поме­стье кн. Ф.Д. Шесту­но­ву, от кото­ро­го затем сно­ва ото­шли «во Дво­рец». При царе Васи­лии Шуй­ском с. Николь­ское (104 чет­вер­тей) было дано в поме­стье стре­лец­ко­му голо­ве Ива­ну Козлову.25 июля 1611 г. кн. Миха­ил Гри­го­рье­вич Тем­кин-Ростов­ский добил­ся от пра­ви­тель­ства Под­мос­ков­но­го опол­че­ния выда­чи ему ввоз­ной гра­мо­ты на поме­стье в Ростов­ском уез­де — с. Суло­сти с дерев­ня­ми (100 чет­вер­тей зем­ли), быв­шей родо­вой вот­чи­ны его дяди, кн. Ю.И. Тем­ки­на-Ростов­ско­го, нахо­див­шей­ся в двор­цо­вых зем­лях; это поме­стье было дано ему в каче­стве ком­пен­са­ции за его разо­рен­ное «от литов­ских людей» поме­стье в Вязем­ском уез­де. В мае 1612 г. кн.М.Г. Тем­кин полу­чил под­твер­жде­ние прав на свое поме­стье — село Сулость — от руко­вод­ства II Ополчения31. Соглас­но пока­за­ни­ям сына кн. М.Г. Тем­ки­на кн. Миха­и­ла Михай­ло­ви­ча Тем­ки­на-Ростов­ско­го, его отцу «при боярех» было пожа­ло­ва­но в вот­чи­ну родо­вое вла­де­ние кн. Тем­ки­ных с. Николь­ское-Погост, быв­шее в поме­стье за стре­лец­ким голо­вой Ива­ном Васи­лье­ви­чем Козловым32. Одна­ко этот факт был не без осно­ва­ний оспо­рен про­тив­ни­ка­ми кн. Тем­ки­ных, доби­вав­ших­ся полу­че­ния спор­ных с. Николь­ско­го и Суло­сти себе в поместья33. Самой «бояр­ской» гра­мо­ты 1611 г. о пожа­ло­ва­нии М.Г. Тем­ки­ну с. Николь­ско­го в вот­чи­ну кня­зья Тем­ки­ны во вре­мя судеб­но­го раз­би­ра­тель­ства 1628 г. предъ­явить не смог­ли. По утвер­жде­нию кн. М.М. Тем­ки­на, вот­чин­ная гра­мо­та, дан­ная его отцу на с. Николь­ское, сго­ре­ла вме­сте с дру­ги­ми «кре­по­стьми» во вре­мя мос­ков­ско­го пожа­ра 1626 г. на дво­ре у его сест­ры, кня­ги­ни Ири­ны (Дом­ни­кеи)
29 Это дело опуб­ли­ко­ва­но С.В. Стрель­ни­ко­вым (Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. При­ло­же­ние I.С. 169–233).
30 Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. С. 116–117.
31 Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. При­ло­же­ние I.С. 205–206; см. так­же: Акты слу­жи­лых зем­ле­вла­дель­цев XV — нача­ла XVII века. М., 1998. Т. 2. № 415–416. С. 355–357.
32 Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. При­ло­же­ние I.С. 204 и др.
33 Так, чело­бит­чи­ки Петр и Иван Брат­це­вы и Гера­сим Дур­ной утвер­жда­ли, что кн. М.Г. Тем­кин вовсе не вла­дел с. Николь­ским, кото­рое нахо­ди­лось в поме­стье за И.В. Коз­ло­вым и при царе Васи­лии, и «при боярах», и «при госу­да­ре (в цар­ство­ва­ние Миха­и­ла Федо­ро­ви­ча. — А. П.)» и лишь впо­след­ствии было «выл­га­но» у И. Коз­ло­ва сыном М.Г. Тем­ки­на Миха­и­лом (Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. При­ло­же­ние I. С. 210). Соглас­но пока­за­ни­ям дру­гих чело­бит­чи­ков (Бори­са Велья­ми­но­ва и др.), село Николь­ское Боль­шое было взя­то у Ива­на Коз­ло­ва и отда­но кн. М.Г. Тем­ки­ну-Ростов­ско­му, но не в вот­чи­ну, а в поме­стье (там же. С. 175)Михайловны, вдо­вы бояри­на кн. Ф.И. Мстиславского34. Усо­мнить­ся в фак­те пожа­ло­ва­ния кн. М.Г. Тем­ки­ну-Ростов­ско­му в вот­чи­ну с. Николь­ско­го застав­ля­ют дан­ные зем­ля­но­го спис­ка 1613 г., в кото­ром за ним зна­чи­лось толь­ко поме­стье в Росто­ве, «что ему дано при боярех из двор­цо­вых сел, 100 чети» (т. е., по всей види­мо­сти, помест­ное село Сулость); све­де­ния же о его вот­чин­ном вла­де­нии (с. Николь­ском-Пого­сте) здесь отсутствуют35. Оста­ет­ся неяс­ным, уда­лось ли кн. М.Г. Тем­ки­ну утвер­дить за собой помест­ное вла­де­ние с. Сулость и «уна­сле­до­вал» ли после него это поме­стье его сын Миха­ил. Про­тив­ни­ки кн. Тем­ки­ных наме­ка­ли на то, что полу­чен­ное М.Г. Тем­ки­ным «при боярех» в помест­ное
вла­де­ние с. Сулость не было утвер­жде­но после воца­ре­ния Миха­и­ла Федо­ро­ви­ча, посколь­ку «в те поры по тво­е­му госу­да­ре­ву ука­зу и по бояр­ско­му при­го­во­ру бояр­ские дачи отго­во­ре­ны (т. е. отме­не­ны, отстав­ле­ны. — А. П.)»36. В 1613/14–1614/15 гг. кн. М.Г. Тем­кин нахо­дил­ся на вое­вод­стве в Волог­де, где он и умер, а после него остал­ся шести­лет­ний сын Михаил37. Чело­бит­чи­ки, пре­тен­до­вав­шие на с.Сулость, утвер­жда­ли, что кн.М.М. Тем­кин непо­лу­чил после смер­ти отца это его помест­ное вла­де­ние и «ввоз­ные гра­мо­ты он на то село Сулость не имывал»38.
Сто­ро­на М.М. Тем­ки­на-Ростов­ско­го не мог­ла даже сооб­щить вре­ме­ни выда­чи М.М. Тем­ки­ну ввоз­ной гра­мо­ты, посколь­ку «про­мыш­лял де тою ввоз­ною гра­мо­тою… ево, князь Михай­лов, дядя боярин князь Офо­на­сей Васи­лье­вич Лоба­нов-Ростов­ской, …> а в кото­ром году тое ввоз­ную гра­мо­ту боярин князь Офо­на­сей Васи­лье­вич имал и у печа­ти та гра­мо­та запи­са­на ль, и князь Михай­ло (Михай­ло­вич Тем­кин. — А. П.) того не веда­ет, пото­му что он после отца сво­е­го остал­ся мал, 6 лет»39. Све­де­ния о ввоз­ной гра­мо­те, выдан­ной М.М. Тем­ки­ну на помест­ное с. Сулость, как выяс­ни­лось в ходе судеб­но­го про­цес­са 1628 г., вовсе отсут­ство­ва­ли в кни­гах Печат­но­го при­ка­за, т. е. гра­мо­та эта (если она вооб­ще суще­ство­ва­ла) не была офи­ци­аль­но заре­ги­стри­ро­ва­на. Но несмот­ря на это кн. М.М. Тем­кин
не толь­ко сумел полу­чить и закре­пить за собой отцов­ское поме­стье, но и пытал­ся обра­тить с. Сулость из помест­но­го вла­де­ния в вот­чин­ное. Оче­вид­но, не слу­чай­но с. Сулость в дозор­ных кни­гах 1619/20 (7128) г. и при­хо­до-рас­ход­ных кни­гах Ямско­го и др. при­ка­зов ока­за­лось запи­сан­ным не как помест­ное, а как вот­чин­ное вла­де­ние М.М. Тем­ки­на, хотя сам кн. Тем­кин вынуж­ден был отри­цать на суде во вре­мя очных ста­вок свою при­част­ность к этим метаморфозам40. Кос­вен­ным под­твер­жде­ни­ем стрем­ле­ния М.М. Тем­ки­на утвер­дить за собой село Сулость
34 Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. При­ло­же­ние I. С. 204.
35 Чте­ния ОИДР. 1895. кн. I. Отд. I. С. 14.
36 Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. При­ло­же­ние I. С. 194, 197.
37 Раз­ряд­ные кни­ги 1598–1638 гг. С. 295; Двор­цо­вые раз­ря­ды. Т. I. Стлб. 134, 150, 189; Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. При­ло­же­ние I. С. 205.
38 Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. При­ло­же­ние I. С. 208.
39 Там же.
40 Там же. С. 208, 211, 213–215.
как родо­вую вот­чи­ну могут слу­жить его пока­за­ния о том, что его отец яко­бы пер­во­на­чаль­но бил челом «боярам под Моск­вой» о пожа­ло­ва­нии ему с. Суло­сти в вот­чи­ну, но «бояре, не пове­ряя отца мое­го чело­би­тью, дали отцу мое­му в поме­стье, пото­му что кни­ги были в Москве, а Москва была в оса­де, сыс­кать было про тое вот­чи­ну нечем…»41
Еще более энер­гич­но дей­ство­ва­ла сто­ро­на кн. М.М. Тем­ки­на-Ростов­ско­го в отно­ше­нии упо­мя­ну­то­го выше с. Николь­ское-Погост на р. Устье. 17 июля 1616 г. на это село кн. М.М. Тем­ки­ну была дана жало­ван­ная вот­чин­ная гра­мо­та за при­пи­сью дья­ка Гера­си­ма Мар­те­мья­но­ва. Ее текст был пред­став­лен в ходе судеб­но­го раз­би­ра­тель­ства кн. М.М. Тем­ки­ным-Ростов­ским и пол­но­стью вос­про­из­ве­ден в суд­ном деле 1628 г.42 Гра­мо­та сохра­ни­лась в под­лин­ни­ке до наших дней43. В гра­мо­те ука­зы­ва­лось, что эта ста­рин­ная вот­чи­на Тем­ки­ных-Ростов­ских была дана его отцу «при боярех» в вот­чи­ну «со все­ми уго­дьи», а так­же были при­ве­де­ны све­де­ния из книг пись­ма и дозо­ра кн. Васи­лия Туре­ни­на 1588/89 г. о кре­стьян­ских дво­рах и уго­дьях в селе Николь­ском. Про­тив­ни­ки кн. Тем­ки­на спра­вед­ли­во ука­зы­ва­ли на сомни­тель­ный, «выл­ган­ный» харак­тер этой гра­мо­ты, в кото­рой отсут­ство­ва­ли чет­кие ука­за­ния на вла­дель­че­ские «кре­по­сти» (это обсто­я­тель­ство впо­след­ствии при­зна­ли и сами судьи, вынес­шие
при­го­вор по рас­смат­ри­ва­е­мо­му делу)44. Кро­ме того, жало­ван­ная вот­чин­ная гра­мо­та 1616 г. на село Николь­ское, как ука­зы­ва­ет­ся в суд­ном деле, не была заре­ги­стри­ро­ва­на в кни­гах Печат­но­го приказа45. Тем не менее кн. М.М. Тем­ки­ну уда­лось закре­пить за собой эту вот­чи­ну — село Николь­ское на р. Устье было запи­са­но за ним как вот­чин­ное вла­де­ние в ростов­ских дозор­ных кни­гах пись­ма и дозо­ру Семе­на Бар­те­не­ва 1619/20 г.; как быв­шая вот­чи­на М.М. Тем­ки­на это село упо­ми­на­ет­ся в пис­цо­вой кни­ге Ростов­ско­го уез­да 1629–1631 гг.46Получение кн. М.М. Тем­ки­ным-Ростов­ским вла­де­ний в родо­вом Ростов­ском уез­де (с. Николь­ско­го в каче­стве вот­чи­ны, а с. Сулость в каче­стве поме­стья, кото­рое М.М. Тем­кин наме­ре­вал­ся со вре­ме­нем обра­тить в вотчину47) без долж­ных на то осно­ва­ний ста­ло воз­мож­ным бла­го­да­ря покро­ви­тель­ству со сто­ро­ны его вли­я­тель­но­го род­ствен­ни­ка, бояри­на кн. Аф. В. Лоба­но­ва-Ростов­ско­го,
41 Там же. С. 205; Акты слу­жи­лых зем­ле­вла­дель­цев. Т. II. С. 436.
42 Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. При­ло­же­ние I. С. 206–207.
43 РГИА. Ф. 1088 (Шере­ме­те­вы). Оп. 7. Д. 4. Эта гра­мо­та из собра­ния Шере­ме­те­вых (под­лин­ник) опуб­ли­ко­ва­на С.Д. Шере­ме­те­вым: Пять актов XVII-го века (сооб­ще­ны гр. С.Д. Шере­ме­те­вым) // Памят­ни­ки древ­ней пись­мен­но­сти. М., 1880. № 4. С. 131–132.
44 Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. При­ло­же­ние I. С. 193, 197, 207, 217,
226, 229, 231, 232.
45 Там же. С. 226, 227, 229.
46 Там же. С. 185; РГА­ДА. Ф. 1209. кн. 10752. Л. 5.
47 Извест­но, что кн. М.М. Тем­кин выдви­гал пре­тен­зии так­же на быв­шую вот­чи­ну сво­е­го дво­ю­род­но­го деда, кн. Ю.И. Тем­ки­на, с. Полян­ки с дерев­ня­ми (Лиха­чев Н.П. Суд­ное вот­чин­ное дело. С. 239; Стрель­ни­ков С.В. Зем­ле­вла­де­ние в Ростов­ском крае. С. 115).бывшего одним из вли­я­тель­ней­ших людей в пра­ви­тель­стве пер­вых лет цар­ство­ва­ния Миха­и­ла Рома­но­ва (до сво­ей опа­лы в 1622 г.). Пря­мые ука­за­ния на это содер­жат­ся в рас­смат­ри­ва­е­мом нами суд­ном деле 1628 г.: «А те, госу­дарь, села Николь­ское да село Сулость вылгал он, князь Михай­ла (Тем­кин), по сво­е­му вре­ме­ни, что ему, князь Михай­лу, был боярин князь Офо­на­сей Васи­лье­вич Лоба­нов-Ростов­ской свой, и те села даны ему, кня­зю Миха­и­лу, по ево лож­но­му чело­би­тью и по про­мыс­лу бояри­на кня­зя Офо­на­сья Васи­лье­ви­ча Лобанова»48.1 апре­ля 1628 г. судьи боярин кн. Д.М. Чер­кас­ский и дьяк Ники­фор Шипу­лин докла­ды­ва­ли резуль­та­ты судеб­но­го раз­би­ра­тель­ства царя Миха­и­ла Федо­ро­ви­ча и пат­ри­ар­ха Фила­ре­та, кото­рые, «сего дела слу­шав», ука­за­ли у кн. М.М. Тем­ки­на ростов­скую его вот­чи­ну погост с. Николь­ское, что на Устье на пере­во­зе, и ростов­ское поме­стье с. Сулость отобрать и отдать в поме­стье чело­бит­чи­ку В.И. Стреш­не­ву. Суд при­знал неза­кон­ность вла­де­ния кн. М.М. Тем­ки­ным его вот­чи­ной (с. Николь­ским) и поме­стьем (с. Суло­стью) на том осно­ва­нии, что им не была предъ­яв­ле­на в долж­ном объ­е­ме вла­дель­че­ская доку­мен­та­ция, что предъ­яв­лен­ные доку­мен­ты (гра­мо­та 1615/16 (7124) г. на вот­чин­ное село Николь­ское) име­ли сомни­тель­ное свой­ство, а так­же пото­му, что с момен­та опа­лы на кня­зей Тем­ки­ных при Иване IV до вре­ме­ни, когда кня­зья М.Г. и М.М. Тем­ки­ны ста­ли доби­вать­ся полу­че­ния быв­ших родо­вых вла­де­ний в Ростов­ском уез­де, про­шло более 40 лет, по про­ше­ствии кото­рых, соглас­но дей­ство­вав­ше­му
зако­но­да­тель­ству, потом­ки утра­чи­ва­ли пра­ва на воз­вра­ще­ние родо­вых вотчин49.К сере­дине XVII в. после неудач­ной попыт­ки кн. Тем­ки­ных-Ростов­ских вер­нуть себе часть быв­ших родо­вых вла­де­ний и пере­хо­да родо­вых вот­чин кн. Бах­те­я­ро­вых и При­им­ко­вых в руки кн. Ю.А. Сиц­ко­го-Яро­слав­ско­го родо­вое зем­ле­вла­де­ние кня­зей Ростов­ско­го дома в Ростов­ском уез­де пол­но­стью пре­кра­ща­ет свое суще­ство­ва­ние.

Print Friendly, PDF & Email