Мику­лин­ские — кня­же­ский род, твер­ские Рюри­ко­ви­чи; в 14–15 вв. пра­ви­те­ли Мику­лин­ско­го кня­же­ства, в 15 в. – так­же Теля­тев­ско­го кня­же­ства. Родо­на­чаль­ник М. – пер­вый удель­ный князь мику­лин­ский (впо­след­ствии великий’князь твер­ской) Миха­ил Алек­сан­дро­вич. Мику­лин­ское кня­же­ство, удель­ное кня­же­ст­во в со­ста­ве Твер­ско­го кня­же­ст­ва (1339, по др. дан­ным, нач. 1360-х гг. – 1485, с пе­ре­ры­вом). Центр – г. Ми­ку­лин (ны­не – с. Ми­ку­ли­но Ло­то­шин­ско­го р-на Моск. обл.) на р. Шо­ша (на ле­вом бе­ре­гу на­хо­дил­ся де­ти­нец, а на пра­вом – го­род­ской по­сад). За­ни­ма­ло юж. часть Твер­ско­го кн-ва. К кон. 15 в. сев. гра­ни­ца М. к. шла по р. Вязь­ма до впа­де­ния в неё р. Дес­на, за­тем по ре­кам Хвош­ня и Дол­гу­ша, вос­точ­ная – по р. Лобь, за­пад­ная – по ре­кам Чер­но­ру­чей (до впа­де­ния в р. Жи­до­хов­ка), Ржать (от мес­та впа­де­ния в р. Шо­ша) и Рус­са (Ру­са), юж­ная – по ре­кам Из­де­тель, Рус­са и Шо­ша. Часть тер­ри­то­рии М. к. (вол. Отъ­ез­дец), по-ви­­ди­­мо­­му, во­шла в не­го из со­ста­ва Холм­ско­го кн-ва. Че­рез М. к. про­хо­ди­ли важ­ные су­хо­пут­ные трак­ты Мо­ск­ва – Во­лок (Лам­ский) – Тверь и Мо­ск­ва – Во­лок (Лам­ский) – Нов­го­род, имев­шие об­ще­рус­ское зна­че­ние.

Теля­тев­ские — кня­же­ский род, отрасль кня­зей Мику­лин­ских. Пото­мок Рюри­ка в XVII колене, кн. Федор Алек­сан­дро­вич Т., вто­рой сын кня­зя Алек­сандра Федо­ро­ви­ча Мику­лин­ско­го, жив­ший в поло­вине XV века, был родо­на­чаль­ни­ком кня­зей Т. Теля­тев­ское кня­же­ство — неболь­шое удель­ное кня­же­ство в соста­ве Твер­ско­го кня­же­ства. Кня­же­ство состо­я­ло из укреп­лён­но­го город­ка Теля­тев и окру­жа­ю­щей его воло­сти. Этот город рас­по­ла­гал­ся в 8 км к севе­ро-запа­ду от совре­мен­но­го села Мику­ли­но в Лото­шин­ском рай­оне Мос­ков­ской обла­сти. Выде­ли­лось из соста­ва Мику­лин­ско­го кня­же­ства в пер­вой поло­вине XV века и име­ло един­ствен­но­го удель­но­го кня­зя Фёдо­ра Алек­сан­дро­ви­ча (Рюри­ко­вич в XVII колене), кото­рый был млад­шим сыном удель­но­го мику­лин­ско­го кня­зя Алек­сандра Фёдо­ро­ви­ча. Сын Фёдо­ра Алек­сан­дро­ви­ча Миха­ил Фёдо­ро­вич уже пере­шёл на служ­бу к мос­ков­ско­му кня­зю Ива­ну III, полу­чив от него бояр­ство. От удель­но­го кня­зя теля­тев­ско­го про­ис­хо­дит род кня­зей Теля­тев­ских, кото­рые нахо­ди­лись на мос­ков­ской служ­бе. Род этот пре­сёк­ся в сере­дине XVII века. В доку­мен­тах кон­ца XVI и нача­ла XVII вв. мно­гие из Теля­тев­ских про­хо­дят как «Мику­лин­ские», т.к. после смер­ти послед­не­го кня­зя Мику­лин­ско­го в 1544 г. по какой-то сали­че­ской тра­ди­ции уна­сле­до­ва­ли родо­вое вла­де­ние Мику­лин.

I Рюрик (800-879)
II Игорь Рюри­ко­вич (-945)
III Свя­то­слав Иго­ре­вич (940-972)
IV св.Владимир Свя­то­сла­во­вич Крас­ное Сол­ныш­ко (-15/07/1015)
V Яро­слав Вла­ди­ми­ро­вич Муд­рый (978-20/02/1054)
VI Все­во­лод Яро­сла­вич (1030-13/04/1093)
VII Вла­ди­мир Все­во­ло­до­вич Моно­мах (1053-19/05/1125)
VIII Юрий Вла­ди­ми­ро­вич Дол­го­ру­кий (1091-15/05/1157)
IX Все­во­лод Юрье­вич Боль­шое Гнез­до (1154-15/04/1212)
X Яро­слав II Все­во­ло­до­вич (08/02/1190-30/09/1246)
XI Яро­слав Яро­сла­вич (-16/09/1271)
XII св.Михаил Яро­сла­вич (1272-22/11/1319)
XIII Алек­сандр Михай­ло­вич (07/10/1301-29/10/1339)
XIV Миха­ил Алек­сан­дро­вич (1333-26/08/1399)

XV коле­но

1. ФЕДОР МИХАЙ­ЛО­ВИЧ МИКУ­ЛИН­СКИЙ (1399, — 1407/1412)

Млад­ший (шестой) сын Миха­и­ла Алек­сан­дро­ви­ча Твер­ско­го и Евдо­кии Кон­стан­ти­нов­ны Суз­даль­ской. В 1399 со­глас­но за­ве­ща­нию Ми­хаи­ла Алек­сан­д­ро­ви­ча М. к. унас­ле­до­вал его млад­ший сын – кн. Фё­дор Ми­хай­ло­вич (? – до 1412), же­на­тый на Ан­не, до­че­ри Ф. А. Кош­ки. Но­вый князь дей­ст­во­вал в рус­ле по­ли­ти­ки сво­его стар­ше­го бра­та, вел. кн. твер­ско­го Ива­на Ми­хай­ло­ви­ча, од­на­ко не успе­ли сыно­вья Миха­и­ла Алек­сан­дро­ви­ча усесть­ся в сво­их уде­лах, как меж­ду ними нача­лись раз­до­ры. Стар­ший, вели­кий князь Иван Михай­ло­вич, начал тес­нить их. в 1400 по­сы­лал к не­му (вме­сте с ка­шин­ски­ми князь­я­ми, сво­им бра­том Ва­си­ли­ем Ми­хай­ло­ви­чем и пле­мян­ни­ком Ива­ном Бо­ри­со­ви­чем) бо­яр с тре­бо­ва­ни­ем пра­вить «по гра­мо­там отца», Од­на­ко вел. кн. Иван Ми­хай­ло­вич от­ве­тил от­ка­зом и вы­вел из-под су­да и да­ни удель­ных кня­зей всех ве­ли­ко­кня­жес­ких бо­яр. Впро­чем, на Фёдо­ра вели­ко­кня­же­ский гнев пал мень­ше дру­гих. После того как Иван Михай­ло­вич порвал с Лит­вой и заклю­чил союз с Моск­вой, удель­ным кня­зьям ста­ло неудоб­но про­сить заступ­ни­че­ства у мос­ков­ских кня­зей, и они были вынуж­де­ны при­ми­рить­ся с вели­ким кня­зем Твер­ским. . В 1406 вой­ско М. к. во гла­ве с Фё­до­ром Ми­хай­ло­ви­чем в со­ста­ве твер­ской ра­ти вы­сту­пи­ло в по­ход на р. Пла­ва, что­бы по­мочь вел. кн. мо­с­ков­ско­му Ва­си­лию I Дмит­рие­ви­чу в его борь­бе про­тив вел. кн. ли­тов­ско­го Ви­тов­та. Оче­вид­но, вско­ре после это­го он умер, ибо лето­пи­си боль­ше не упо­ми­на­ют о нём. При Фё­до­ре Ми­хай­ло­ви­че в М. к. на­ча­лась че­кан­ка мед­ной мо­не­ты (из­вест­но не ме­нее 29 экз., из них 19 с его име­нем).
× АННА ФЁДО­РОВ­НА КОШ­КИ­НА, дочь мос­ков­ско­го бояри­на Фёдо­ра Андре­еви­ча Кош­ки.

XVI коле­но

2/1. КНЯЗЬ АЛЕК­САНДР ФЕДО­РО­ВИЧ МИКУ­ЛИН­СКИЙ (1411,—1435)

ин.Алексей; кн.Микулин() 1412.01.171С:Фед.Мих. :..Фед. КОШКИНА<РОМАНОВА>
Един­ствен­ное лето­пис­ной изве­стие об Алек­сан­дре Фёдо­ро­ви­че – это сооб­ще­ние о его женить­бе на яро­слав­ской княжне Марии Ива­новне в 1412 году. После смер­ти Алек­сандра Фёдо­ро­ви­ча из соста­ва Мику­лин­ско­го кня­же­ства выде­лил­ся Теля­тев­ский удел, достав­ший­ся в управ­ле­ние его млад­ше­му сыну Фёдо­ру.

Жена: кнж. МАРИЯ ИВА­НОВ­НА ЯРО­СЛАВ­СКАЯ, до­чь яро­слав­ско­го кн. Ива­на Ва­силь­е­ви­ча и Марии.

3/1. КНЯЗЬ ФЕДОР ФЕДО­РО­ВИЧ МИКУ­ЛИН­СКИЙ (1437,1439)

2С:Фед.Мих. :..Фед. КОШКИНА<РОМАНОВА>

Фёдор Фёдо­ро­вич не упо­ми­на­ет­ся в лето­пи­сях, а толь­ко в раз­лич­ных жало­ван­ных гра­мо­тах. Потом­ства он, судя по все­му, не оста­вил.
После Алек­сандра Мику­ли­ном пра­вил его млад­ший брат Фё­дор Фё­до­ро­вич (? – не ра­нее 1461). Он упо­мя­нут пер­вым сре­ди «бра­тьи мо­лод­шей» в до­го­во­ре вел. кн. твер­ско­го Бо­ри­са Алек­сан­д­ро­ви­ча и вел. кн. мос­ков­ско­го Ва­си­лия II Ва­силь­е­ви­ча (1437), а так­же в жа­ло­ван­ной гра­мо­те твер­ских кня­зей Ус­пен­ско­му От­ро­чу мон. в Тве­ри (да­на, ско­рее все­го, ме­ж­ду 1437 и 1456). Кн. Фё­дор Фё­до­ро­вич че­ка­нил мо­не­ты из се­реб­ра 960-й про­бы двух ти­пов: со сво­им име­нем (из­вест­ны 13 экз., ны­не в Эр­ми­та­же и ГИМе); со сво­им име­нем как ми­ку­лин­ско­го кня­зя и име­на­ми вел. кня­зей твер­ских Бо­ри­са Алек­сан­д­ро­ви­ча (до 1461) и Ми­хаи­ла Бо­ри­со­ви­ча (по­сле 1461) (раз­ли­ча­лись ге­раль­дич. изо­бра­же­ния­ми, из­вестен 21 экз., ны­не там же).
б/д

XVII коле­но

4/2. КНЯЗЬ БОРИС АЛЕК­САН­ДРО­ВИЧ МИКУ­ЛИН­СКИЙ (1435)

стар­ший из двух сыно­вей Алек­сандра Федо­ро­ви­ча Мику­лин­ско­го от бра­ка с Марьей Ива­нов­ной, княж­ной яро­слав­ской. Родил­ся в г. Мику­лине (теперь село Мику­ли­но-Горо­ди­ще на р. Шоше Ста­риц­ко­го уез­да Твер­ской губер­нии) око­ло 1412 г. Изве­стен толь­ко по родо­слов­ным. По смер­ти отца насле­до­вал его удел в 1435 г.; выстро­ил на пра­вом бере­гу Шоши цер­ковь в честь Бори­са и Гле­ба, в зареч­ной сло­бо­де Мику­ли­на (1447). Цер­ковь эта дав­но уже не суще­ству­ет. Умер в Мику­лине в 1460 г.

5/2. КНЯЗЬ ФЕДОР АЛЕК­САН­ДРО­ВИЧ МИКУ­ЛИН­СКИЙ (1435,1437)

кн.Микулин(1435) 2С:Алдр.Фед. :Мария.Ив. Яро­слав­ская.
сын кня­зя Алек­сандра Федо­ро­ви­ча Мику­лин­ско­го, вну­ка вели­ко­го кня­зя твер­ско­го Миха­и­ла Алек­сан­дро­ви­ча, пер­вый вла­де­тель­ный князь теля­тев­ский. У Алек­сандра Фёдо­ро­ви­ча Мику­лин­ско­го было два сына, стар­ший из кото­рых, Борис, полу­чил соб­ствен­но Мику­лин, а млад­ший, Фёдор – горо­док Теля­тев в вось­ми вер­стах от него. Кня­жил он в Теля­те­ве с 1397 по 1437 г. В лето­пи­сях, кро­ме лето­пис­ной родо­слов­ной, не упо­ми­на­ет­ся, но в жало­ван­ной гра­мо­те вел. кн. твер­ско­го Бори­са Алек­сан­дро­ви­ча («Акты Арх. Экс­пе­ди­ции»), дан­ной твер­ско­му Отро­чу мона­сты­рю, Т. назван после вели­ко­го кня­зя в чис­ле дру­гих удель­ных кня­зей, от кото­рых дает­ся эта гра­мо­та. Так­же Фёдор упо­ми­на­ет­ся сре­ди дру­гих твер­ских кня­зей в дого­вор­ной гра­мо­те кня­зя Бори­са Алек­сан­дро­ви­ча Твер­ско­го с вели­ким кня­зем мос­ков­ским Васи­ли­ем II Васи­лье­ви­чем. По мне­нию А. В. Экзем­пляр­ско­го эта гра­мо­та была дана меж­ду 1453 и 1461 года­ми.
Послед­ние годы жиз­ни Т. про­вел у вели­ко­го кня­зя Бори­са Алек­сан­дро­ви­ча. Четы­ре сына его нахо­ди­лись уже на мос­ков­ской служ­бе. От Миха­и­ла Фёдо­ро­ви­ча пошел род бояр Теля­тев­ских-Вашу­ти­ных, а от Андрея Фёдо­ро­ви­ча – Пун­ко­вых.

~ Алек­сандра ино­ка 1435 1477

Пол­ное Собра­ние Рус­ских Лето­пи­сей, т. VII, стр. 246. — «Вре­мен­ник Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.», кн. X, стр. 52, 240. — Родо­слов­ная, извест­ная под назва­ни­ем «Бар­хат­ная кни­га», ч. І, стр. 64. — Лоба­нов-Ростов­ский, «Рус­ская родо­слов­ная кни­га», т. І, стр. 380; т. II, стр. 293. — Пет­ров, «Исто­рия родов рус­ско­го дво­рян­ства», т. І, стр. 132, 135. — Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин­ных служ­бах русск. бла­гор. родов» (руко­пись Имп. Публ, библ.), ч. III, стр. 394, 377. — Его «Сокращ. опис. слу­жеб благ. рос­сийск. дво­рян», ч. II, стр. 184. — «Акты Архео­гра­фич. Экс­пед.», т. І, № 34, — Экзем­пляр­ский, «Вели­кие и удель­ные кня­зья Северн. Руси», т. II, стр. 557. — Дура­сов, «Родо­слов­ная кни­га все­рос­сийск. дво­рян­ства», ч. I, гл. II, стр. 111.

XVIII коле­но

6/4. КНЯЗЬ АНДРЕЙ БОРИ­СО­ВИЧ МИКУ­ЛИН­СКИЙ (1477,1485)

С:Бор.Алдр.Мих-ча
послед­ний удель­ный князь мику­лин­ский (?–1485), пере­шед­ший в 1485 г. на служ­бу к вели­ко­му кня­зю мос­ков­ско­му и вла­ди­мир­ско­му Ива­ну III Васи­лье­ви­чу. С 3-й четв. 15 в. по­ли­тич. зна­че­ние М. к. по­сте­пен­но сни­жа­ет­ся, в ие­рар­хии твер­ской зна­ти его кня­зю фак­ти­че­ски от­во­дит­ся роль слу­жи­ло­го кня­зя. Так, напр., в 1470-е гг. об­ме­ны зем­лёй ме­ж­ду князь­я­ми Ми­ку­лин­ски­ми и Те­ля­тев­ски­ми на тер­ри­то­рии их уде­ла, вклю­чав­шие, в ча­ст­но­сти, пе­ре­да­чу прав «с су­дом и с по­лич­ным», осу­ще­ст­в­ля­лись под кон­тро­лем ве­ли­ко­кня­жес­ких бо­яр, ко­то­рые при этом вы­сту­па­ли в ка­че­ст­ве по­слу­хов (эта прак­ти­ка от­ме­не­на в свя­зи с вхо­ж­де­ни­ем М. к. в со­став Рус. гос-ва осе­нью 1485). В 1477 году по при­ка­зу Вели­ко­го кня­зя Твер­ско­го Миха­и­ла Бори­со­ви­ча коман­до­вал твер­ским вой­ском во вре­мя похо­да Ива­на III на Нов­го­род. Нико­нов­ская лето­пись сооб­ща­ет о том, что в 1477 г. Иван III повёл своё вой­ско для поко­ре­ния Нов­го­ро­да через Мику­лин к Торж­ку. Его хле­бом-солью встре­тил мику­лин­ский князь Андрей Бори­со­вич. При при­со­еди­не­нии Тве­ри к Мос­ков­ско­му кня­же­ству в 1485 году при­знал власть Ива­на III и пере­дал ему кня­же­ство, полу­чив бояр­ство и город Дмит­ров в вот­чи­ну.
Око­ло 1470-х годов обме­нял Андрею Федо­ро­ви­чу Мику­лин­ско­му «зем­лю» Коро­мыс­лов­скую в вот­чине Отъ­езд­це на «зем­ли» Афо­на­со­во и Сверч­ко­во Шилов­ско­го ста­на Твер­ской зем­ли «к вот­чине Горо­ди­щу» (Мику­ли­ну), допла­тив 10 руб­лей «с судом и полич­ным» [Акты соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской исто­рии Севе­ро-Восточ­ной Руси т.1, М.,1952, N° 474]. Его вот­чи­на Горо­ди­ще в Мику­лине ста­ла к сере­дине XVI в. двор­цо­вым селом [Пис­цо­вые кни­ги Мос­ков­ско­го госу­дар­ства ч.I, отд.II, СПб, 1877, стр. 341-349].

Мате­ри­а­лы отдель­ной кни­ги 1588 г., допол­ня­е­мые дан­ны­ми дру­гих пис­цо­вых мате­ри­а­лов XVI в., поз­во­ля­ют про­сле­дить исто­рию зем­ле­вла­де­ния в твер­ском уез­де на про­тя­же­нии XVI в. в част­но­сти, уда­ет­ся рекон­стру­и­ро­вать раз­дел вот­чи­ны кня­зя Андрея Бори­со­ви­ча Мику­лин­ско­го меж­ду тре­мя его сыно­вья­ми в нача­ле XVI в. Село
Горо­ди­ще, извест­ное в пис­цо­вых кни­гах как «княж вла­ди­ми­ро­во Горо­ди­ще», соот­но­сит­ся с вот­чин­ным цен­тром Вла­ди­ми­ра Андре­еви­ча Мику­лин­ско­го. Села Новое на Шоше и Лото­ши­но на осно­ве све­де­ний отдель­ной кни­ги 1588 г. могут быть свя­за­ны с вот­чин­ны­ми цен­тра­ми Юрия и Васи­лия Андре­еви­чей Мику­лин­ских соот­вет­ствен­но1. Все три бра­та не оста­ви­ли потом­ства, а их вла­де­ния, веро­ят­но, пере­шли в двор­цо­вое ведом­ство. впо­след­ствии три быв­ших цен­тра вот­чин мику­лин­ских кня­зей были пере­да­ны на
содер­жа­ние дво­ра кня­зя симео­на Бек­бу­ла­то­ви­ча. Отдель­ная кни­га 1588 г. зафик­си­ро­ва­ла раз­да­чу этих земель в поме­стья из двор­цо­вых земель ((С. С. Кута­ков (ГАУГН) отделЬ­ная кни­га Твер­ско­го уез­да 1588 г. как источ­ник по исто­ри­че­ской гео­гра­фии фео­даль­но­го зем­ле­вла­де­ния. // Мате­ри­а­лы X Меж­ду­на­род­ной кон­фе­рен­ции. Ком­плекс­ный под­ход в изу­че­нии Древ­ней Руси

7/5. КНЯЗЬ МИХА­ИЛ ФЕДО­РО­ВИЧ МИКУ­ЛИН­СКИЙ ТЕЛЯ­ТЕВ­СКИЙ (1477,—23.9.1509/1510)

†с.Микулино Горо­ди­ще Ста­ри­ца-у., в Архан­гель­ской церк­ви; боярин(1478-1510) 1С:Фед.Алдр. :/ин. Александра/
Миха­ил Фёдо­ро­вич Мику­лин­ский (в раз­ряд­ных кни­гах упо­ми­на­ет­ся так­же как Теля­тев­ский) (?
– не ранее 23.9.1509), боярин (не позд­нее 1505), коман­до­вал твер­ски­ми пол­ка­ми, при­слан­ны­ми вели­ким кня­зем твер­ским Миха­и­лом Бори­со­ви­чем на помощь вели­ко­му кня­зю мос­ков­ско­му Ива­ну III во вре­мя его похо­да на Нов­го­род в 1477–78, при оса­де горо­да сто­ял с тве­ри­ча­ми у Нико­ло-Ост­ров­ско­го мона­сты­ря на реке Више­ра; 2-йво­е­во­да на южной гра­ни­це Рус­ско­го госу­дар­ства (1493); вое­во­да пол­ка пра­вой руки кон­ной рати в похо­де на Казань, пред­при­ня­том после свер­же­ния Мухам­мед-Эми­на (1496); участ­во­вал в рус­ско-литов­ских вой­нах 1500–03 и 1507–08: 1-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка в сра­же­нии на реке Вед­ро­ша (1500), 1-й вели­ко­кня­же­ский вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка в похо­де на Смо­ленск (1502), в 1508 «со все­ми людь­ми» послан вели­ми кня­зем мос­ков­ским Васи­ли­ем III Ива­но­ви­чем из Вели­ких Лук в Торо­пец для соеди­не­ния с кня­зем Д. В. Пат­ри­ке­е­вым Щеней. Намест­ник во Вла­ди­ми­ре (1509), в сен­тяб­ре 1509, во вре­мя поезд­ки Васи­лия III в Нов­го­род, по-види­мо­му, остав­лен в Москве в каче­стве чле­на комис­сии, ведав­шей теку­щи­ми дела­ми в сто­ли­це. Потом­ки М. Ф. Мику­лин­ско­го, как пра­ви­ло, в исто­ри­че­ских источ­ни­ках име­ну­ют­ся Теля­тев­ски­ми.
боярин твер­ской и мос­ков­ский. Был сыном пер­во­го кня­зя Теля­тев­ско­го, Федо­ра Алек­сан­дро­ви­ча, а не род­но­го дяди послед­не­го, кня­зя Федо­ра Мику­лин­ско­го, как неко­то­рые исто­ри­ки пола­га­ют. Невер­но так­же утвер­жде­ние Пет­ро­ва и Экзем­пляр­ско­го, что Миха­ил Федо­ро­вич Т. про­зы­вал­ся Вату­той и был родо­на­чаль­ни­ком вет­ви Вату­ти­ных-Теля­тев­ских; по ста­рым родо­слов­ным Вос­кре­сен­ской лето­пи­си, «Вре­мен­ни­ка» и «Бар­хат­ной кни­ги», а так­же по новей­шим Лоба­но­ва-Ростов­ско­го и Дура­со­ва, Вату­той (не Вашу­той) про­зы­вал­ся сын Миха­и­ла Федо­ро­ви­ча — Иван Михай­ло­вич Мень­шой, и потом­ки послед­не­го про­зы­ва­лись Вату­ти­ны­ми-Теля­тев­ски­ми. Впер­вые Т. упо­ми­на­ет­ся в твер­ских боярах. В 1477 г. Т. по госу­да­ре­ву ука­зу послан от вели­ко­го кня­зя твер­ско­го вое­во­дой твер­ски­ми вой­ска­ми в поход под Нов­го­род и 4 нояб­ря при­шел в стан к госу­да­рю в селе­ние Боб­ло­во, и «князь вели­кий, почтив его, да велел ему за собою пой­ти по сво­ей доро­ги»; 19 нояб­ря T. был назна­чен в това­ри­щи к бра­ту вел. кн. кня­зю Андрею Боль­шо­му вто­рым вое­во­дой пра­вой руки войск под Нов­го­ро­дом; 3 декаб­ря ука­за­но ему сто­ять у мона­сты­ря св. Нико­лы на Ост­ров­ке. В 1478 г. Т. пожа­ло­ван был в мос­ков­ские госу­да­ре­вы бояры. В 1488 г., опа­са­ясь враж­деб­но­го отно­ше­ния Иоан­на к твер­ско­му вел. кн. Миха­и­лу, T. пере­шел на служ­бу к мос­ков­ско­му госу­да­рю и полу­чил от него поме­стье Дмит­ров. В 1492 г. был назна­чен вто­рым вое­во­дой твер­ских войск на бере­гу Оки. В 1493 г. вто­рой вое­во­да пра­вой руки войск в похо­де на Лит­ву. В 1495 г. был в Нов­го­род­ском с госу­да­рем похо­де. В 1496—1497 гг. вое­во­да пра­вой руки кон­ной роты в похо­де к Каза­ни. В 1500 г. Т. участ­во­вал в похо­де на Лит­ву, ходил к Рос­лав­лю и к Ельне, пер­вым вое­во­дой пере­до­во­го пол­ка сто­ял на бере­гу p. Вед­ро­ши, в каком месте была столь удач­ная для рус­ских бит­ва 14 июля. В 1501 г. Т. чет­вер­тым вое­во­дой в Тве­ри с госу­да­ре­вым сыном кн. Васи­ли­ем Ива­но­ви­чем; в октяб­ре того же года пер­вым вое­во­дой пра­вой руки войск в похо­де на Ливо­нию. В 1502 г. в похо­де на Лит­ву с цар­ским сыном Димит­ри­ем вто­рым вое­во­дой сто­ро­же­во­го пол­ка, а по вто­ро­му наря­ду вое­во­дой пра­вой руки войск в похо­де на Лит­ву и про­тив лиф­лянд­цев, коих 24 нояб­ря рус­ские раз­би­ли и в Лиф­лян­дии вели­кие разо­ре­нья учи­ни­ли: в том же году вто­рой вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка в похо­де к Смо­лен­ску. В 1505 г. Т. был послан вто­рым вое­во­дой судо­вой рати в похо­де к Каза­ни. В 1508 г. в литов­ском похо­де ука­за­но ему было идти из Вели­ких Лук к Тороп­цу для соеди­не­ния с кн. Щеня­те­вым, а по взя­тии Доро­го­бу­жа был пер­вым вое­во­дой левой руки войск в этом горо­де. В 1510 г. намест­ни­ком во Вла­ди­ми­ре и в этом же году умер. (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 18, 23, 26, 28, 30, 31, 34, 36, 42, 44; Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 1. Ч. 2. М., 1977. С. 199; Акты соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской исто­рии Севе­ро-Восточ­ной Руси кон­ца XIV–начала XVI в. Т. 3. М., 1964. № 446).
1509 кн. <Куп­чая (про­даж­ная) кн. Миха­и­ла Федо­ро­ви­ча (Теля­тев­ско­го) Ива­ну Тюхи­ну на дд. Тюхи­но, Кра­са­ви­но, Копы­ло­во и Коше­ле­во в Мику­лин­ском у.
Полн. Собр. Русск. Летоп., т. VI, стр. 206; т. VII, стр. 246; т. VІIІ, стр. 184, 186, 187; т. XV, стр. 498. — Рус­ская лето­пись по Нико­но­ву спис­ку, ч. VI, стр. 74, 75. — «Вре­мен. Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.», кн. X, стр. 52, 240. — Родо­слов­ная кни­га, извест­ная под назва­ни­ем «Бар­хат­ная кни­га», ч. І, стр. 64. — Лоба­нов-Ростов­ский, «Рус­ская родо­слов­ная кни­га», т. II, стр. 293. — Пет­ров, «Исто­рия родов русск. дво­рян­ства», т. І, стр. 132, 135. — Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин­ных служ­бах русск. благ. родов» (руко­пись Импе­рат. Публ. библ.), ч. III, стр..398. — Его же, «Сокра­щен­ное опис. слу­жеб благ. рос­сийск. дво­рян», ч. II, стр. 184. — Карам­зин, «Исто­рия госу­дар­ства Рос­сий­ско­го», т. VI, столб­цы 70, 71, 75, 111, 196; при­ме­ча­ния 488, 516, 541; т. VII, прим. 9, 31. — Экзем­пляр­ский, «Вели­кие и удель­ные кня­зья Север­ной Руси», т. ІI, стр. 553, 557. — «Чте­ния при Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.» за 1902 г., кн. І, стр. 21, 24, 27, 32. — Дура­сов, «Родо­слов­ная кни­га все­рос­сийск. дво­рян­ства», ч. І, гл. II, стр. 133.ПСРЛ. Т. 25. С. 313.РК – 98. С. 23.РК – 98. С. 30.РК – 98. С. 31.РК – 98. С. 33.
8/5. князь Андрей Федо­ро­вич Мику­лин­ский Теля­тев­ский (1477)
в 1477 кн.Микулин() С:Фед.Алдр. :/ин. Александра/Микулинский
Око­ло 1470-х годов обме­нял Андрею Бори­со­ви­чу Мику­лин­ско­му «зем­ли» Афо­на­со­во и Сверч­ко­во Шилов­ско­го ста­на Твер­ской зем­ли «к вот­чине Горо­ди­щу» (Мику­ли­ну) на «зем­лю» Коро­мыс­лов­скую в вот­чине Отъ­езд­це, взяв допла­ту 10 руб­лей, «с судом и полич­ным» [Акты соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской исто­рии Севе­ро-Восточ­ной Руси т.1, М.,1952, N° 474]. Его вот­чи­на Горо­ди­ще в Мику­лине ста­ла к сере­дине XVI в. двор­цо­вым селом [Пис­цо­вые кни­ги Мос­ков­ско­го госу­дар­ства ч.I, отд.II, СПб, 1877, стр. 341-349]. Око­ло 1470-х годов он и его брат Юрий раз­де­ли­ли вот­чи­ну умер­ше­го бра­та Васи­лия (ино­ка Вас­си­а­на) сель­цо Колес­ни­ко­во с дерев­ня­ми в Отъ­езд­це с усло­ви­ем: «по коя место зем­ля, и по та места и суд, и полич­ное, и душе­губ­ство» [Акты соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской исто­рии Севе­ро-Восточ­ной Руси т.1, М.,1952, N° 475,476].

~ Васи­ли­са ин.Варсонофия

9/5. князь Юрий Федо­ро­вич Мику­лин­ский Теля­тев­ский (1477)

3С:Фед.Алдр. :/ин. Александра/
Око­ло 1470-х годов он и его брат Юрий раз­де­ли­ли вот­чи­ну умер­ше­го бра­та Васи­лия (ино­ка Вас­си­а­на) сель­цо Колес­ни­ко­во с дерев­ня­ми в Отъ­езд­це с усло­ви­ем: «по коя место зем­ля, и по та места и суд, и полич­ное, и душе­губ­ство» [Акты соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской исто­рии Севе­ро-Восточ­ной Руси т.1, М.,1952, N° 475,476].
б/д

10/5. князь Васи­лий Федо­ро­вич Мику­лин­ский Теля­тев­ский (1477,—1485-до)

ин.Вассиан; кн.Микулин() вотч.-Бежецк-у. без­детн. 4С:Фед.Алдр. :/ин. Александра/
Умер в 1470-х, тогда его бра­тья Андрей и Юрий раз­де­ли­ли его вот­чи­ну сель­цо Колес­ни­ко­во с дерев­ня­ми в Отъ­езд­це с усло­ви­ем: «по коя место зем­ля, и по та места и суд, и полич­ное, и душе­губ­ство» [Акты соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской исто­рии Севе­ро-Восточ­ной Руси т.1, М.,1952, N° 475,476].
б/д

5 коле­но

11/6. КНЯЗЬ ВЛА­ДИ­МИР АНДРЕ­ЕВИЧ МИКУ­ЛИН­СКИЙ (1489,—1509)

боярин (1495-1509) без­детн. 1С:Анд.Бор.Алдр-ча
боярин осо­бо­го Твер­ско­го дво­ра, 1-й вое­во­да пол­ка пра­вой руки в похо­де на Вят­ку (1489), участ­во­вал в рус­ско-литов­ских вой­нах 1492–94, 1500–03 и 1507–08 – 3-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка в похо­де на Север­скую зем­лю (1492), 1-й вое­во­да пол­ка левой руки в похо­де из Тве­ри на зем­ли Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го (ВКЛ) (1493), коман­до­вал пол­ком левой руки в сра­же­нии на реке Вед­ро­ша 1500, в кото­ром были раз­би­ты глав­ные силы ВКЛ, 3-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка в похо­де на Мсти­славль (1507). В 1495–96, в усло­ви­ях рус­ско-швед­ской вой­ны 1495–97, сов­мест­но с дру­ги­ми бояра­ми из Твер­ской зем­ли – кня­зем И. А. Доро­го­буж­ским и сво­им дво­ю­род­ным дядей кня­зем М. Ф. Мику­лин­ским – сопро­вож­дал вели­ко­го кня­зя мос­ков­ско­го Ива­на III Васи­лье­ви­ча в Нов­го­род. 4-й вое­во­да в Тве­ри (1501). Участ­ник рус­ско-ливон­ской вой­ны 1501–03: 1-й вое­во­да пол­ка левой руки в похо­де из Нов­го­ро­да к Пско­ву [завер­шил­ся сра­же­ни­ем у озе­ра Смо­ли­но (ныне Горо­ди­щен­ское) 13.9.1502]. В 1506 в неудач­ном похо­де на Казань во вре­мя 4-й казан­ско-рус­ской вой­ны 2-й вели­ко­кня­же­ский вое­во­да пол­ка пра­вой руки в судо­вой рати. В сен­тяб­ре 1507 г. тре­тий вое­во­да боль­шо­го пол­ка в похо­де на Мсти­славль (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 21, 23, 26, 30, 31, 33, 36, 38).
РК – 98. С. 21.РК – 98. С. 23.
28 янва­ря 1519 г. князь Вла­ди­мир Мику­лин­ский дал вкла­дом в Тро­и­це-Сер­ги­ев мона­стырь 200 руб. (Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 48).
12/6. князь Юрий Андре­евич Мику­лин­ский (1500?)
без­детн. 2С:Анд.Бор.Алдр-ча
13/6. князь Васи­лий Андре­евич Мику­лин­ский (1515,—1540)
боярин (1540) без­детн. С:Анд.Бор.Алдр-ча
Васи­лий Андре­евич Мику­лин­ский (не позд­нее 1486 – меж­ду 19.8 и 19.9.1540), по неко­то­рым дан­ным, боярин (не позд­нее 1530; одна­ко в 1533 сидел за околь­ни­чьим сто­лом на 2-й и 3-й дни­по­сле вен­ча­ния ста­риц­ко­го кня­зя Андрея Ива­но­ви­ча). 2-й намест­ник в Росто­ве (1513/14), 1-й намест­ник в Смо­лен­ске (1523–25) и Пско­ве (1528). Участ­во­вал в рус­ско-литов­ской войне 1512–22: 1-й вое­во­да пол­ка пра­вой руки в похо­дах на зем­ли ВКЛ (1514/15; 1519), а так­же в Вели­ких Луках (1516), 1-й вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка в похо­де из Вели­ких Лук на Полоцк (1519). 1-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка в Меще­ре (1517), Туле (1531), Вла­ди­ми­ре (1537, 1540), Муро­ме (1537), Коломне (1539). Слу­жил на южной гра­ни­це Рус­ско­го госу­дар­ства: 1-й вое­во­да у Рости­слав­ля (1529, 1530,1532), на реке Осётр (1531), в Нов­го­ро­де-Север­ском и в Путив­ле (1533), на реке Угра (1535), 1-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка в Коломне (1535, 1536, 1537) и у Рости­слав­ля (1538). В авгу­сте 1540 по соб­ствен­ной прось­бе отпу­щен вели­ким кня­зем мос­ков­ским Ива­ном IV Васи­лье­ви­чем Гроз­ным «помо­ли­те­ся чудо­твор­цем».
Послед­ний муж­ской пред­ста­ви­тель кня­же­ско­го рода Мику­лин­ских, про­ис­хо­дя­щих от кня­зей Твер­ских. Рюри­ко­вич в XIX колене. Сын Андрея Бори­со­ви­ча послед­не­го удель­но­го кня­зя мику­лин­ско­го. Имел двух доче­рей: Алек­сандра была вто­рой женой мос­ков­ско­го дво­ря­ни­на Фёдо­ра Ива­но­ви­ча Без­зу­б­це­ва, Ана­ста­сия — женой Семё­на Фёдо­ро­ви­ча Ала­бы­ше­ва.

Во вре­мя Рус­ско-литов­ской вой­ны 1512—1522 гг. зимой 1514/1515 года водил полк пра­вой руки в Лит­ву. В 1516 году был вое­во­дой пол­ка пра­вой руки Вели­ких Луках.
В 1517 году был вое­во­дой боль­шо­го пол­ка в Меще­ре на Тол­сти­ке.
В июле 1519 водил полк пра­вой руки из Вязь­мы в Лит­ву, а вслед за этим сто­ро­же­вой полк из Вели­ких Лук к Полоц­ку.
В авгу­сте 1530 и июле 1531 года сто­ял на бере­гу Оки про­тив Рости­слав­ля для защи­ты от напа­де­ния со сто­ро­ны Крым­ско­го хан­ства.
В кон­це фев­ра­ля 1532 года, когда глав­ный вое­во­да князь И. М. Воро­тын­ский под­верг­ся опа­ле, занял его место в боль­шом пол­ку в Туле. В мар­те того же года Васи­лий III рас­пу­стил вое­вод из Тулы и отпу­стил Мику­лин­ско­го домой, но уже в июле он опять был пер­вым вое­во­дой войск, сто­я­щих про­тив Рости­слав­ля.
В янва­ре 1533 года при­сут­ство­вал на сва­дьбе Андрея Ива­но­ви­ча Ста­риц­ко­го с княж­ной Е. А. Хован­ской. В мае 1533 года пер­вый вое­во­да в Нов­го­ро­де-Север­ском.
В 1534 году нёс служ­бу на бере­гу Оки, отку­да с дру­ги­ми вое­во­да­ми дол­жен был идти к Вязь­ме и далее к Смо­лен­ску в свя­зи с наступ­ле­ни­ем на него поль­ских войск, но был остав­лен на южной гра­ни­це для защи­ты со сто­ро­ны Кры­ма.
В сен­тяб­ре 1535 года послан из Колом­ны на Угру пер­вым вое­во­дой. В июле 1536 коман­до­вал пере­до­вым пол­ком в Коломне, а в июле 1537 года пере­ве­дён с этой долж­но­сти пер­вым вое­во­дой боль­шо­го пол­ка во Вла­ди­мир, что было свя­за­но с под­го­тов­кой похо­да на Казань.
В авгу­сте 1538 года коман­до­вал пере­до­вым пол­ком в Коломне. В июне 1539 года сно­ва в Коломне вое­во­дой боль­шо­го пол­ка.
В апре­ле 1540 года был вое­во­дой боль­шо­го пол­ка во Вла­ди­ми­ре, тогда с ним мест­ни­чал­ся Ю. М. Голи­цын. В авгу­сте 1540 года отпу­щен по болез­ни и в том же году скон­чал­ся.

Один из круп­ней­ших зем­ле­вла­дель­цев Твер­ско­го уез­да. Подав­ля­ю­щая часть вот­чи­ны Вас. А. Мику­лин­ско­го вско­ре после его смер­ти была кон­фис­ко­ва­на вопре­ки заве­ща­нию кня­зя и в нару­ше­ние норм Судеб­ни­ка 1497. Со смер­тью Вас. А. Мику­лин­ско­го стар­шая ветвь рода М. по муж­ской линии пре­сек­лась.
Основ­ной ком­плекс вот­чин­ных вла­де­ний кня­зя В.А. Мику­лин­ско­го рас­по­ла­гал­ся на тер­ри­то­рии быв­ше­го удель­но­го Мику­лин­ско- го кня­же­ства — Мику­лин­ско­го уез­да, вхо­див­ше­го в свою оче­редь в состав Твер­ско­го уез­да, в меж­ду­ре­чье р. Шоша, ее пра­вых при­то­ков рек Боров­ка и Лобь, а так­же лево­го при­то­ка самой Лоби р. Рус­са. По све­де­ни­ям пис­цо­вой (1539/40 г.) и дозор­ной (1551—1554 гг.) книг эти зем­ли насчи­ты­ва­ли не менее 5613 четей в одном поле паш­ни (8442 деся­ти­ны в трех полях или 9607 га), 9125 коп­ну сено­ко­са (925,1 деся­ти­ны, или 1052,7 га) и 76 четей леса (38 деся­тин, или 43,24 га).Скорее все­го, глав­ны­ми цен­тра­ми кня­же­ской вот­чи­ны были г. Мику­лин на р. Шоша или его часть (позд­нее Мику­ли­ным вла­дел тро­ю­род­ный пле­мян­ник кня­зя В.А. Мику­лин­ско­го князь Семен Ива­но­вич Мику­лин­ский) и село Лото­ши­но на р. Лобь11, где на денеж­ные сред­ства «кня­зя Васи­лья Ондре­еви­чя» постро­и­ли церк­ви во имя Спа­са Неру­ко­твор­но­го Обра­за и Успе­ния Пре­свя­той Бого­ро­ди­цы. Дру­ги­ми цен­тра­ми вот­чи­ны по дан­ным пис­цо­вой кни­ги 1539/40 г. высту­па­ли четы­ре села: Роже­ствен­ное близ оз. Роже­ство (ныне оз. Алпа­то­во), Васи­льев­ское близ р. Лобь, Кали­цы­но и Веден­ское (оба — на р. Рус­са), в насто­я­щее вре­мя явля­ю­щи­е­ся
дерев­ня­ми Рож­де­ство, Кали­цы­но, Ново­ва­си­льев­ское город­ско­го посе­ле­ния Лото­ши­но и Вве­ден­ское сель­ско­го посе­ле­ния Мику­лин­ское. Соглас­но дозор­ной кни­ге 1551—1554 гг., еще одним цен­тром кня­же­ской вот­чи­ны было село Забо­ров­ское (Забо­ро­вье). Из пис­цо­вой кни­ги 1580 г. извест­но, что сено­кос дерев­ни Жири­но, отно­сив­шей­ся к селу Забо­ров­ское, нахо­дил­ся «на Боро­ви­це (т.е. на р. Боров­ка. — М.З.) за Шиш­ки­ным (дерев­ня того же села.).

19 сен­тяб­ря 1540 г. кня­зья Дмит­рий Теля­тев­ский и Иван Пун­ков дали вкла­дом в Тро­и­це-Сер­ги­ев мона­стырь по кня­зе В. А. Мику­лин­ском 50 руб. 28 нояб­ря 1541 г. вели­кий князь Иван Васи­лье­вич пожа­ло­вал за вклад­ную вот­чи­ну кня­зя В. А. Мику­лин­ско­го село Гори­цы 150 руб. (Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 83). Кня­ги­ня Анна, вдо­ва кня­зя В. А. Мику­лин­ско­го, после смер­ти мужа в 1539/1540 г. полу­чи­ла в поме­стье часть его быв­шей вот­чи­ны в Мику­лин­ском стане Твер­ско­го уез­да 2 села, волост­ку и 94 дерев­ни (1887 чет­вер­тей), ее дочь Алек­сандра Васи­льев­на Мику­лин­ская, жена Ф. И. Без­зу­б­це­ва, рас­по­ря­жа­лась там же селом с дерев­ня­ми (непол­ный итог 314 чет­вер­тей зем­ли) (Пис­цо­вые мате­ри­а­лы Твер­ско­го уез­да / Сост. А. В. Анто­нов. М., 2005. С. 138-143).

Жена: АННА ин.Аграфена

14/7. КНЯЗЬ ИВАН МИХАЙ­ЛО­ВИЧ БОЛЬ­ШОЙ ТЕЛЯ­ТЕВ­СКИЙ (1495,—1512)

1С:Мих.Фед. †с.Микулино Горо­ди­ще Ста­ри­ца-у., в Архан­гель­ской церк­ви
сын кня­зя Миха­и­ла Федо­ро­ви­ча Теля­тев­ско­го, без­дет­ный. Родо­слов­ные Лоба­но­ва-Ростов­ско­го и Пет­ро­ва ука­зы­ва­ют на 1495 г. как на год полу­че­ния Т. бояр­ства и на 1512 г. — год его смер­ти. Спи­ри­дов при­пи­сы­ва­ет эти даты бра­ту T., Ива­ну Михай­ло­ви­чу мень­шо­му, по про­зва­нию Вату­та. Ста­рые родо­слов­ные Вос­кре­сен­ской лето­пи­си, «Вре­мен­ни­ка» и «Бар­хат­ной кни­ги» не дают на этот счет ника­ких ука­за­ний, древ­ней­шая раз­ряд­ная кни­га, изд. Милю­ко­вым, упо­ми­ная вое­во­ду Ива­на Михай­ло­ви­ча Т. в Нов­го­род­ском похо­де 1495 г. и в литов­ских похо­дах 1506—1508 гг., не обо­зна­ча­ет, был ли то боль­шой или мень­шой Т.
б/д
Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин. служб,. русск. бла­гор. родов» (руко­пись Импе­рат. Публ. библ.), ч. III, стр. 399. — Его же, «Сокра­щен. опи­са­ние слу­жеб бла­гор. рос­сийск. дво­рян», ч. II, стр. 185, — «Древ­ней­шая раз­ряд­ная кни­га» изд. Милю­ко­вым, «Чте­ния в Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.» за 1902 г., кн. І, стр. 21, 36, 40, 42. — «Вре­мен­ник Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.», кн. X, стр. 52, 240. — Пол­ное Собр. Русск. Летоп., т. VII, стр. 246. — «Бар­хат­ная кни­га», ч. І, стр. 64. — Лоба­нов-Ростов­ский, «Рус­ская родо­слов­ная кни­га», т. II, стр. 293. — Пет­ров, «Исто­рия родов русск. дво­рян­ства», т. І, стр. 132, 135. — Дура­сов, «Родо­слов­ная кн. все­рос­сийск. дво­рян­ства», т. І, гл. II, стр. 151.

15/7. КНЯЗЬ ИВАН МИХАЙ­ЛО­ВИЧ ВАТУ­ТА МЕНЬ­ШОЙ ТЕЛЯ­ТЕВ­СКИЙ (1500?)

сын-боярск.?2С:Мих.Фед
древ­ней­шая раз­ряд­ная кни­га, изд. Милю­ко­вым, упо­ми­ная вое­во­ду Ива­на Михай­ло­ви­ча Т. в Нов­го­род­ском похо­де 1495 г. и в литов­ских похо­дах 1506—1508 гг., не обо­зна­ча­ет, был ли то боль­шой или мень­шой Т.
О Иване Михай­ло­ви­че мень­шом, по про­зва­нию Вату­та, сохра­ни­лись сле­ду­ю­щие све­де­ния, кото­рые могут быть отне­се­ны толь­ко к нему. Упо­ми­на­ет­ся впер­вые под 1492 г., когда слу­жил пер­вым вое­во­дой левой руки войск, а где — не ска­за­но. В 1495 г. пожа­ло­ван в бояре и вме­сте с отцом сво­им в Нов­го­род­ском с госу­да­рем в похо­де был. В 1506, 1507 и 1508 гг. вое­во­дой боль­шо­го пол­ка в похо­дах из Доро­го­бу­жа на Лит­ву. В 1508 г. (в сен­тяб­ре) послан был из Моск­вы в Вязь­му, а отту­да на помощь Доро­го­бу­жу про­тив литов­цев пер­вым вое­во­дой левой руки войск. В 1512 г. умер. Был родо­на­чаль­ни­ком вет­ви кня­зей Теля­тев­ских-Вату­ти­ных; имел тро­их сыно­вей: Пет­ра, Дмит­рия и Васи­лия.
(1523) янва­ря кн. <Доклад­ной суд­ный спи­сок суда Андрея Вла­сье­ва сына Ники­ти­на Иван­че Андре­еву сыну по тяж­бе меж­ду ним и при­каз­чи­ком кн. Ива­на Михай­ло­ви­ча Теля­тев­ско­го Ели­за­ром Ива­но­вым сынам о зем­ле поч. Конон-цов в Чере­мош­ской вол. Ярославск.у. Вклю­чен­ный акт в соста­ве пра­вой гра­мо­ты 1621 г.,в состав спис­ка вклю­чен текст сле­ду­ю­ще­го доку­мен­та: 1500/01 Пра­вая гр. суда яро­слав­ско­го пис­ца Яко­ва Дмит­ри­е­ви­ча Моро­зо­ва Васи­лию, Ива­ну и Руса­ну Андре­евым детям Гри­го­рье­ва по тяж­бе меж­ду ними и чер­но­сош­ны­ми кре­стья­на­ми о зем­ле дд. Миши­е­во, Шуй­ги­но, Лыта­ре­во и др. с почч. в Чере­мош­ской вол. Ярославск.у., с при­го­вор­ной запи­сью 1501 г. сен­тяб­ря 15 суда Пет­ра Федо­ро­ви­ча (Давы­до­ва Хро­мо­го) Ива­ну, Васи­лию и Руса­ну Андре­евым детям Гри­го­рье­ва по тяж­бе меж­ду ними и кн. Федо­ром Семе­но­вым сыном Шехон­ско­го о сен­ных поко­сах тех же дд. и почч.

~ Мария 1541.03.10+до

Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин. служб,. русск. бла­гор. родов» (руко­пись Импе­рат. Публ. библ.), ч. III, стр. 399. — Его же, «Сокра­щен. опи­са­ние слу­жеб бла­гор. рос­сийск. дво­рян», ч. II, стр. 185, — «Древ­ней­шая раз­ряд­ная кни­га» изд. Милю­ко­вым, «Чте­ния в Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.» за 1902 г., кн. І, стр. 21, 36, 40, 42. — «Вре­мен­ник Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.», кн. X, стр. 52, 240. — Пол­ное Собр. Русск. Летоп., т. VII, стр. 246. — «Бар­хат­ная кни­га», ч. І, стр. 64. — Лоба­нов-Ростов­ский, «Рус­ская родо­слов­ная кни­га», т. II, стр. 293. — Пет­ров, «Исто­рия родов русск. дво­рян­ства», т. І, стр. 132, 135. — Дура­сов, «Родо­слов­ная кн. все­рос­сийск. дво­рян­ства», т. І, гл. II, стр. 151.
16/8. князь Иван Андре­евич Луг­ви­ца Пун­ко Мику­лин­ский (1485,—1532/20.9.1538)
†с.Микулино Горо­ди­ще Старица-у.,Арханг.ц-вь; боярин(1514-1524/25) кн.Дмитров(1485-) полк.воев.(1507) воев.Дорогобуж(1515) С:Анд.Фед. :Василиса/ин. ВАРСОНОФИЯ/
в раз­ряд­ных кни­гах упо­ми­на­ет­ся так­же с про­зви­щем Луг­ви­ца, в «Бар­хат­ной кни­ге» – с про­зви­щем Пун­ко) участ­во­вал в рус­ско-литов­ских вой­нах 1507–08 и 1512–22:
В июле 1507 г. в похо­де из Севе­ры в Лит­ву коман­до­вал пол­ком пра­вой руки. В 1508 г. воз­гла­вил пол­ку пра­вой руки в рати из Доро­го­бу­жа на Литов­ские места. В пер­вом похо­де на Смо­ленск в нояб­ре 1512 г. руко­во­дил пол­ком пра­вой руки. В 1513 г. в рати из Доро­го­бу­жа был коман­ди­ром пере­до­во­го пол­ка. В июле 1513 г. в вой­ске из Смо­лен­ска на Доро­го­буж руко­во­дил пол­ком пра­вой руки. Во вре­мя тре­тье­го похо­да на Смо­ленск в фев­ра­ле 1514 г. вел сто­ро­же­вой полк. В июне 1514 г. коман­ду­ю­щий сто­ро­же­вым пол­ком в Туле. В 1514/1515 г. в рати из Сло­ва­жа к Мсти­слав­лю был пред­во­ди­те­лем сто­ро­же­во­го пол­ка. В Доро­го­бу­же в 1515 г. вто­рой вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка. В июне 1517 г. в Вели­ких Луках коман­ду­ю­щий сто­ро­же­вым пол­ком (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 38, 41, 48, 51-53, 55-57, 61). В июне 1517 г. под Вели­ки­ми Лука­ми попал в литов­ский плен. В 1519 г. нахо­дил­ся в тюрь­ме в Тро­ках, а в 1538 г. в Вильне, где умер (Анто­нов А.В., Кром М.М. Спис­ки рус­ских плен­ных в Лит­ве пер­вой поло­ви­ны XVI века // Архив рус­ской исто­рии. Вып. 7. М., 2002. С. 183).
Круп­ный зем­ле­вла­де­лец Твер­ско­го уез­да. Князь И. А. Мику­лин­ский купил у сво­е­го тестя Ф. Г. Ошур­ко­ва к 1511/1512 г. села Михай­лов­ское, Гле­бо­во и Лит­ви­но­во в Мос­ков­ском уез­де (Акты Рус­ско­го госу­дар­ства 1505–1526 гг. М., 1975. № 90). Око­ло 1562/1563 г. кня­ги­ня Евдо­кия, невест­ка кня­зя И. А. Мику­лин­ско­го, дала вкла­дом Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­му мона­сты­рю вот­чи­ну сво­е­го мужа (пожа­ло­ван­ную вме­сто ее при­дан­но­го) сель­цо Бори­со­глеб­ское с 10 дерев­ня­ми в Мику­лин­ском стане Твер­ско­го уез­да (Акты фео­даль­но­го зем­ле­вла­де­ния и хозяй­ства XIV–XVI веков. Ч. 2. М., 1956. С. 313, 314).В 1534 жена И. А. Мику­лин­ско­го кня­ги­ня Улья­на Фёдо­ров­на, урож­дён­ная Ошур­ко­ва (? – не позд­нее 1546), раз­де­ли­ла его вот­чи­ну меж­ду собой и тре­мя сыно­вья­ми.
19 сен­тяб­ря 1540 г. кня­зья Дмит­рий Теля­тев­ский и Иван Пун­ков дали вкла­дом в Тро­и­це-Сер­ги­ев мона­стырь по кня­зе В. А. Мику­лин­ском 50 руб. 15 июня 1547 г. по кня­зю Ива­ну Пун­ко Мику­лин­ском дала его жена кня­ги­ня Марья 8 руб. (Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 83).
Жена 1-я: 1511/12 N
Жена 2-я: Улья­на Федо­ров­на, дочь Фед.Григ. Ошур­ко­ва (Акты Рус­ско­го госу­дар­ства 1505–1526 гг. М., 1975. № 90).
[10 Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. (далее – РК 1475–1598 г.). М., 1966. С. 38. Л. 41; С. 41. Л. 45 об.; С. 48. Л. 54 об.; С. 51. Л. 5 об.; С. 52. Л. 6 об.; С. 53. Л. 9–9 об.; С. 55. Л. 12; С. 56. Л. 13 об.; С. 61. Л. 20 об.; Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. (далее – РК 1475–1605 г.) М.; Л., 1977. Т. 1. Ч. I. С. 95. Л. 53; С. 96. Л. 54; С. 105. Л. 60; С. 122. Л. 72; С. 124. Л. 74; С. 130. Л. 78; С. 133. Л. 80; С. 137. Л. 82 об.; С. 139. Л. 84; С. 143. Л. 86 об.; С. 150. Л. 91; С. 155. Л. 95. Ср. об отце кня­зя С. И. Мику­лин­ско­го: Зимин А. А. Состав Бояр­ской думы в XV–XVI веках. С. 50. Прим. 115; Его же.Формирование бояр­ской ари­сто­кра­тии в Рос­сии во вто­рой поло­вине XV – пер­вой тре­ти XVI в. М., 1988. С. 111; С. 119. Прим. 33; Воло­ди­хин Д. М. Вое­во­ды Ива­на Гроз­но­го. С. 124.; Анто­нов А. В., Кром М. М. Спис­ки рус­ских плен­ных в Лит­ве пер­вой поло­ви­ны XVI века // Архив рус­ской исто­рии. М., 2002. Вып. 7. № 2. С. 156. Л. 67 об.; РГБ. Ф. 303/I. № 282. Л. 1. 13 Анто­нов А. В., Кром М. М. Спис­ки рус­ских плен­ных в Лит­ве пер­вой поло­ви­ны XVI века. № 5. С. 170]

6 коле­но

17/11. князь Семен Васи­лье­вич Мику­лин­ский (1551)

в 1551 помещ.-Тверь-у. С:Вас.Анд. :Анна/ин. Аграфена/Микулинская.

18/11. княж­на Акси­нья Васи­льев­на Мику­лин­ская (1546)

в 1546 помещ. Д:Вас.Анд. :Анна/ин.
Аграфена/Микулинская

~ Иван Ива­но­вич N

19/11. княж­на Ана­ста­сия Васи­льев­на Мику­лин­ская (1546,1556)

вдо­ва Д:Вас.Анд. :Анна/ин. Аграфена/
~ к.Сем.Фед. Ала­бы­шев

20/11. княж­на Алек­сандра Васи­льев­на Мику­лин­ская (1539,—1546.06.24/.09.07)
ин.Евфросиния; вдо­ва Д:Вас.Анд. :Анна/ин. Аграфена/
Напи­са­ние пер­вой такой дошед­шей до нас духов­ной гра­мо­ты дати­ру­ет­ся 24 июня 1546 г., а 27 июня, в чет­верг, она была «явле­на» мит­ро­по­ли­ту Мака­рию. Это духов­ная гра­мо­та кня­ги­ни Алек­сан­дры Васи­льев­ны Без­зу­б­це­вой: «во ино­цех Ефросинья»2 . Алек­сандра Васи­льев­на, урож­ден­ная Мику­лин­ская, была заму­жем за Ф.И. Беззубцевым3 . В тек­сте пере­чис­ля­ют­ся тра­ди­ци­он­ные для духов­ной гра­мо­ты дол­ги: «…дати ми…». При этом заве­ща­тель­ни­ца ого­ва­ри­ва­ет после­ду­ю­щую судь­бу сво­ей свя­ты­ни: «…да что у меня свя­то­сти, образ При­чи­стые сереб­ром обло­жен венец жемч­ю­гом сажен, а на пелене образ Пре­чи­стые же, и тем обра­зом бла­го­слов­ляю кня­зя Семе­на Федо­ро­ви­ча зятя сво­е­го, да образ Нико­ла Чюдо­тво­рец сереб­ром обло­жен, и яз тем обра­зом бла­го­слов­ляю Ива­на Ива­но­ви­ча зятя своего»4 . Заве­ща­тель­ни­ца пишет: «… и яз ино­ка Ефро­си­нья при­ка­зы­ваю свой живот и стат­ки кня­зю Семе­ну Федо­ро­ви­чю, зятью сво­е­му». «Да бла­го­слов­ляю сест­ру свою кня­ги­ню Ната­лью две ико­ны ворот­ные, Спа­сов образ мусе­е­го писан на золо­те, да дру­гой образ на рако­вине Рас­пя­тое Хри­сто­во золо­том обложен»5 . В гра­мо­те она назы­ва­ет, что долж­но быть про­да­но и затем куда сле­ду­ет дать вкла­ды по ней, напри­мер, в Тро­и­це-Сер­ги­ев мона­стырь 30 руб­лей, в Иоси­фо-Воло­ко­лам­ский мона­стырь — село Све­ти­но. Напи­са­на гра­мо­та была 24 июня. При напи­са­нии гра­мо­ты «седе­ла рож­де­ствен­ская игу­ме­нья Ани­сия с сестрами»6 . При «явке» ее свя­ти­те­лю через три дня после напи­са­ния «Гос­по­дин, выслу­шав сию духов­ную, да к ней руку свою при­ло­жил и печать свою велел приложити»7 . Одно­вре­мен­но доку­мент был под­пи­сан так­же мит­ро­по­ли­чьи­ми дья­ка­ми Ива­ном Афанасьевым8 и Вас­си­а­ном Воробьевым9 .
Кня­ги­ня Анна, вдо­ва кня­зя В. А. Мику­лин­ско­го, после смер­ти мужа в 1539/1540 г. полу­чи­ла в поме­стье часть его быв­шей вот­чи­ны в Мику­лин­ском стане Твер­ско­го уез­да 2 села, волост­ку и 94 дерев­ни (1887 чет­вер­тей), ее дочь Алек­сандра Васи­льев­на Мику­лин­ская, жена Ф. И. Без­зу­б­це­ва, рас­по­ря­жа­лась там же селом с дерев­ня­ми (непол­ный итог 314 чет­вер­тей зем­ли) (Пис­цо­вые мате­ри­а­лы Твер­ско­го уез­да / Сост. А. В. Анто­нов. М., 2005. С. 138-143).

Муж: ФЕДОР ИВА­НО­ВИЧ БЕЗ­ЗУ­Б­ЦЕВ

[Акты юри­ди­че­ские, или собра­ние форм ста­рин­но­го дело­про­из­вод­ства. СПб., 1838. С. 450-451. № 419. Эта гра­мо­та в после­ду­ю­щее вре­мя была два­жды пере­из­да­на (см.: РИБ. Т.32: Архив П.М.Строева. СПб., 1915. Т.1. Стб. 274-277; Акты фео­даль­но­го зем­ле­вла­де­ния и хозяй­ства. М., 1956. Ч.2. С. 192-193. № 191).Зимин А.А. Фор­ми­ро­ва­ние бояр­ской ари­сто­кра­тии в Рос­сии во вто­рой поло­вине XV — пер­вой тре­ти XVI в. М., 1988. С.110.Акты юри­ди­че­ские… С.450. № 415.Акты фео­даль­но­го зем­ле­вла­де­ния и хозяй­ства XIV-XVI веков. М., 1956. Ч.2. С.193. Как пишет П.М.Строев, «Рож­де­ствен­ский (Рож­де­ства Бого­ро­ди­цы), на Тру­бе, в Москве, деви­чий, осно­ван преж­де 1389 г.» (Стро­ев П.М. Спис­ки иерар­хов и насто­я­те­лей мона­сты­рей Рус­ской Церк­ви. М., 1877. Стб. 227).]

21/15. КНЯЗЬ ПЕТР ИВА­НО­ВИЧ ТЕЛЯ­ТЕВ­СКИЙ МИКУ­ЛИН­СКИЙ (1544,—1562.11.30/1564.06.12)

†с.Микулино Горо­ди­ще Ста­ри­ца-у., в Архан­гель­ской церк­ви; боярин(1562) 1С:Ив.Мих. М. ВАТУ­ТА :Мария.
В Дво­ро­вой тет­ра­ди запи­сан после Яро­слав­ских кня­зей сре­ди поме­щи­ков по Яро­слав­лю (Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 123). Боярин с нояб­ря 1562 г. (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 198), либо боярин с янва­ря 1561 г. (Зимин А.А. Состав Бояр­ской думы в XV–XVI вв. // Архео­гра­фи­че­ский еже­год­ник за 1957. М., 1958. С.70). В янва­ре 1544 г. вое­во­да в Пле­се. В июле 1548 г. в Муро­ме пред­во­ди­тель пере­до­во­го пол­ка. В июле 1549 г. вое­во­да в Ниж­нем Нов­го­ро­де. В 1549/50 г. вое­во­да в Ниж­нем Нов­го­ро­де в горо­де. В июле 1551 г. встре­чал ногай­ских послов в Москве. В июле 1555 г. в цар­ском похо­де из Колом­ны к Туле назван сре­ди голов у вели­ко­го кня­зя в стане в сто­ро­жах. В нояб­ре 1562 г. в похо­де на Полоцк впер­вые ука­зан бояри­ном с царем. В 1563/64 г. в Калу­ге коман­до­вал пол­ком пра­вой руки. В апре­ле 1564 г. коман­до­вал ратью в Калу­ге (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 107, 116, 119, 123, 151, 198, 208, 209; Посоль­ские кни­ги по свя­зям Рос­сии с Ногай­ской Ордой (1551–1561 гг.) / Сост. Д.А. Муста­фи­на, В.В. Тре­пав­лов. Казань, 2006. С. 61-62). 20 мар­та 1562 г. с дру­ги­ми детьми бояр­ски­ми пору­чил­ся кня­зе И. Д. Бель­ском в 10 тыс. руб. (Анто­нов А.В. Поруч­ные запи­си 1527–1571 годов // Рус­ский дипло­ма­та­рий. Вып. 10. М., 2004. С. 15). 20 мар­та 1562 г. дети бояр­ские пору­чи­лись ему по кня­зе И. Д. Бель­ском в 10 тыс. руб. (Анто­нов А.В. Поруч­ные запи­си 1527–1571 годов // Рус­ский дипло­ма­та­рий. Вып. 10. М., 2004. С. 18). В ящи­ке 145 Цар­ско­го архи­ва хра­ни­лось суд­ное дело Ф. С. Пле­ще­е­ва с кня­зем П. И. Теля­тев­ским (воз­мож­но, отно­си­лось к 1544 г.) (Госу­дар­ствен­ный архив Рос­сии XVI сто­ле­тия. Опыт рекон­струк­ции / Подг. тек­ста и ком­мент. А. А. Зими­на. М., 1978. С. 68, 95, 340, 523).
Пётр Ива­но­вич (? – не позд­нее 11.2.1565), упо­ми­на­ет­ся в раз­ряд­ных кни­гах как Теля­тев­ский-Мику­лин­ский и Мику­лин­ский; боярин (не позд­нее 1561), 1-й вое­во­да в Плё­се (1544), 1-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка в Муро­ме (1548), 1-й вое­во­да в Ниж­нем Нов­го­ро­де (1549), коман­дир одно­го из сто­ро­же­вых отря­дов у ста­на Ива­на IV в похо­де про­тив крым­ско­го хана Девлет-Гирея I (1555), назван тре­тьим сре­ди бояр, сопро­вож­дав­ших царя в Полоц­ком похо­де 1562– 63, 1-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка, затем пол­ка пра­вой руки в Калу­ге (1564);
Село Туши­но-Коро­бов­ское, извест­ное по собы­ти­ям Смут­но­го вре­ме­ни, полу­чи­ло назва­ние от про­зви­ща тре­тье­го сына бояри­на Ива­на Роди­о­но­ви­ча Кваш­ни, от Васи­лия Туши, кото­ро­му оно доста­лось по раз­де­лу вот­чи­ны Ива­на Кваш­ни в 1390 г. Пере­хо­дя по наслед­ству в роде Васи­лия Туши, село Туши­но доста­лось кня­гине Сте­фа­ни­де Теля­тев­ской (жене кня­зя Пет­ра Ива­но­ви­ча Теля­тев­ско­го), урож­ден­ной Туши­ной, и было ею дано в 1569/1570 г. Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю с мона­сты­рем Спа­са на Всходне (Акты юри­ди­че­ские или собра­ние форм ста­рин­но­го дело­про­из­вод­ства. СПб. 1838 № 77; Акты Рус­ско­го госу­дар­ства 1505–1526 гг. М., 1975. № 59, С. 309, 313).
Его жена ино­ки­ня кня­ги­ня Софья в 1569/1570 г. дала в Тро­и­це-Сер­ги­ев мона­стырь вот­чи­ну сво­е­го отца Федо­ра Михай­ло­ви­ча Туши­на и свою село Туши­но с 2 пусто­ша­ми. По опи­са­нию око­ло 1585 г. в ука­зан­ном вла­де­нье было 250 деся­тин. 2 мар­та 1512 г. Федор Михай­ло­вич Тушин купил за 150 руб. пол­се­ла Туши­но (Коро­бов­ско­го) в Собо­ле­ве (Горе­то­ве) стане Мос­ков­ско­го уез­да у сво­ей сно­хи Анны, жены Пет­ра Михай­ло­ви­ча Туши­на и его доче­рей Офи­мьи, Оку­ли­ны, Улья­ны. Село Туши­но Коро­бов­ское Миха­и­лом Туши­ным было раз­би­то на две части и поде­ле­но меж­ду сыно­вья­ми Пет­ром и Семе­ном. Село Туши­но под Моск­вой полу­чи­ло назва­ние от про­зви­ща тре­тье­го сына бояри­на Ива­на Роди­о­но­ви­ча Кваш­ни от Васи­лия Туши, кото­ро­му оно доста­лось по раз­де­лу вот­чи­ны Ива­на Кваш­ни в 1390 г. Пере­хо­дя по наслед­ству в роде Васи­лия Туши село Туши­но доста­лось княжне Теля­тев­ской, урож­ден­ной Туши­ной, кото­рая в 1570 г. отда­ла его Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю. В мар­те 1542 г. Анда­кан, сын Федо­ра Михай­ло­ви­ча Туши­на, купил у сво­е­го дяди Семе­на Михай­ло­ви­ча Туши­на на р. Всходне в Горе­тов­ском стане Мос­ков­ско­го уез­да за 300 руб. пол­се­ла Туши­на. Не имея сыно­вей, Анда­кан дал село Туши­но сво­ей сест­ре Софье Теля­тев­ской в 1562/1563 г. (СПб ИИРАН. Ф. 29. Оп. 1. № 1361. Л. 1838-1839; № 452. Л. 13-14; № 869. Л. 790-791; Пис­цо­вые кни­ги Мос­ков­ско­го госу­дар­ства XVI в. Ч. 1. Отд. 1. СПб., 1872. С. 53) В 1569/1570 г. по Федо­ре Михай­ло­ви­че Тушине и его сыне Андрее дала мона­сты­рю его дочь, жена кня­зя Федо­ра Пет­ро­ви­ча Теля­тев­ско­го, ино­ка Софья вот­чи­ну отца в Мос­ков­ском уез­де на Всходне Спас­ский мона­стырь да село Туши­но с 2 пусто­ша­ми (50 чет­вер­тей) (Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 122). 10 мар­та 1541 г. князь П. И. Теля­тев­ский дал Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю по жене кня­гине Марье 35 руб. 12 июня 1564 г. кня­ги­ня Сте­фа­ни­да, жена кня­зя Пет­ра Ива­но­ви­ча Мику­лин­ско­го, дал Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю 50 руб. (Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 83, 86). 11 фев­ра­ля 1565 г. его сын князь Иван дал по отце кня­зе П. И. Теля­тев­ском Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю 50 руб. (Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 86).

Жена: 1. Мария
Жена: 2. Сте­фа­ни­да Федо­ров­на ин.София Туши­на Кваш­ни­на 1564,1570, дочь Федо­ра Михай­ло­ви­ча Туши­на (Архив РАН. Ф. 620. Оп. 1. Д. 46. Л. 90; Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 122).
Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин­ных русск. благ. родов» (руко­пись Имп. Публ. библ.), ч. III, стр. 400. — Его же, «Сокра­щен. опи­са­ние слу­жеб бла­гор. рос­сийск. дво­рян», ч. II, стр. 186. — Пол­ное Собр. Русск. Летоп., т. VII, стр. 246. — «Вре­мен­ник Мос­ковск. Общ. Исто­рии и Древн. Рос­сийск.», кн. X, стр. 52, 240. — Родо­слов­ная, извест­ная под назва­ни­ем «Бар­хат­ная кни­га», ч. І, стр. 64. — Лоба­нов-Ростов­ский, «Рус­ская родо­слов­ная кни­га», т. II, стр. 293. — Пет­ров, «Исто­рия родов русск. дво­рян­ства», т. І, стр. 132, 135. — «Акты Архео­гра­фич. Экс­пе­ди­ции», т. І, стр. 354. — Карам­зин, «Исто­рия госуд. Рос­сийск.», т. IX, прим. 66.

22/15. КНЯЗЬ ДМИТ­РИЙ ИВА­НО­ВИЧ ВАШУ­ТИН ТЕЛЯ­ТЕВ­СКИЙ (1540,1550)

2С:Ив.Мих.Фед-ча ВАТУ­ТА
Тысяч­ник 1-й ста­тьи из Тве­ри (Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 56).

23/15. князь Васи­лий Ива­но­вич Вашу­тин Теля­тев­ский (1550,—1580)

нам.Брянск(1565) ген.воев.Тула(1569) держ.Рунай(1550-1552) дворов.сын-боярск.помещ.-Ярославль-у. 1579 3С:Ив.Мих. М. ВАТУ­ТА.
В Дво­ро­вой тет­ра­ди запи­сан после Яро­слав­ских кня­зей сре­ди поме­щи­ков по Яро­слав­лю (Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 123). По Бояр­ской кни­ги 1556/57 г. был воло­сте­лем в воло­сти Рунай Поше­хон­ско­го уез­да с декаб­ря 1550 г. до 25 декаб­ря 1552 г. Запи­сан в 16 ста­тью. Оклад 25 руб. Вот­чи­ны нет. Поме­стье на 300 чет­вер­тей. На Сер­пу­хов­ском смот­ре в июне 1556 г. отсут­ство­вал, так как годо­вал в Каза­ни (Рус­ский дипло­ма­та­рий. Вып. 10. М., 2004. С. 83). В Полоц­ком похо­де 1562/63 г. спал в стане госу­да­ря, был при­бран в яса­у­лы. В 1564 г. – сен­тяб­ре 1565 г. намест­ник в Брян­ске. В 1565–1569 гг. состо­ял в Зем­ском дво­ре. Дво­ря­нин 1-й ста­тьи на Зем­ском собо­ре 25 июня–2 июля 1566 г. В авгу­сте 1569 г. коман­до­вал неболь­шим вой­ском в Туле. В сен­тяб­ре 1569 г. пред­во­ди­тель сто­ро­же­во­го пол­ка в Тару­се. Вхо­дил в Оприч­ни­ну. В кон­це 1560-х гг. [?] воз­глав­лял полк пра­вой руки оприч­но­го вой­ска в Калу­ге. В 1573–1579 гг. нахо­дил­ся в Зем­ском дво­ре. В октяб­ре 1573 г. вто­рой вое­во­да в Сер­пу­хо­ве. В сен­тяб­ре 1574 г. коман­до­вал сто­ро­же­вым пол­ком в Коломне. В июне-фев­ра­ле 1576 г. вое­во­да в Вели­ком Новгороде.29 мар­та, 18 июля 1576 г. по при­ка­зу вел. кн. Симео­на Бек­бу­ла­то­ви­ча выдал ввоз­ные гра­мо­ты в Нов­го­ро­де на поме­стья в Обо­неж­ской пятине (Акты слу­жи­лых зем­ле­вла­дель­цев XV–начала XVII вТ. 4. М., 2008. № 15, 317). В янва­ре 1578 г. вое­во­да в Вели­ком Нов­го­ро­де. В декаб­ре 1578 г. вое­во­да в Полоц­ке в боль­шом горо­де. Взят в плен поля­ка­ми в кон­це авгу­ста 1579 г. в Полоц­ке, умер в Лит­ве (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 207, 215, 221, 230, 237, 267, 298; РК. Т. 2. Ч. 1. С. 179 Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 2. Ч. 1. М., 1981. С. 191; Т. 2. Ч. 2. М., 1982. С. 250, 356; Т. 3. Ч. 1. М., 1984. С. 66; Собра­ние госу­дар­ствен­ных гра­мот и дого­во­ров. Ч. 1. М., 1813. С. 550; Кни­га Полоц­ко­го похо­да 1563 г. (Иссле­до­ва­ние и текст) / Подг. текст К. В. Пет­ров. СПб., 2004. С. 47, 49; Доку­мен­ты Ливон­ской вой­ны (под­лин­ное дело­про­из­вод­ство при­ка­зов и вое­вод 1571–1580 гг.) // Памят­ни­ки исто­рии Восточ­ной Евро­пы. Т. III. М.; Вар­ша­ва, 1998. С. 71, 88; Кни­га посоль­ская Мет­ри­ки Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го (с 1573 по 1580 год). М., 1843. С. 51; Сбор­ник Рус­ско­го исто­ри­че­ско­го обще­ства. Т. 129. СПб., 1910. С. 344, 345, 349, 350).
1556/57 г. — Кни­га раз­да­чи жало­ва­нья слу­жи­лым людям госу­да­ре­ва пол­ка (отрывок)./л. 6/ Князь Васи­лей княж Ива­нов сын Теля­тев­ско­го Мику­лин­ской. Съе­хал с Руная на Роже­ство Хри­сто­во 61, дер­жал 2 году. Поме­стья за ним на 300 чет­вер­тей, вот­чи­ны нет. Людей его с ним 1 (ч) в доспе­сех. В Сер­пу­хо­ве смотр небыл — на году в Каза­ни. А лета 7063 в Каза­ни на году сам на коне да (ч) его на коне, доспех не писан. А по уло­же­нью взя­ти с него з зем­ли 2 (ч) в доспе­сех; и недо­дал (ч) в доспе­се да на (ч) доспе­ху. А по ново­му окла­ду дати было 6 на его голо­ву в 16 ста­тье 25 руб­лев. И ныне ему дати 21 рубль, а не дода­ти ему 4-х руб­лев, да на люди з зем­ли не дати 4-х же руб­лев, и все­го ему не дода­ти 8 руб­лев 7.
Васи­лий Ива­но­вич (? – не ранее 1580), еса­ул вПо­лоц­ком похо­де 1562—63, намест­ник в Брян­ске (1564–65), 1-й вое­во­да пол­ка пра­вой руки в Калу­ге (1565), как дво­ря­нин 1-й ста­тьи участ­во­вал в рабо­те Зем­ско­го собо­ра 1566; оприч­ный вое­во­да (не позд­нее 1569), 1-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка в Калу­ге и 1-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка в Туле (1569), 2-й вое­во­да в Калу­ге (1570), 1-й вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка в Тару­се (1570) и Коломне (1575), 2-й вое­во­да в Сер­пу­хо­ве (1573), 1-й вое­во­да в Нов­го­ро­де (не позд­нее мар­та 1576 – кон­ца 1578 или нача­ла 1579) и в Полоц­ке (конец 1578 или нача­ло 1579–1579).
Смерть Вла­ди­ми­ра Забо­лоц­ко­го повлек­ла за собой раз­дел его име­ний. Неза­дол­го до вилен­ской бой­ни на коро­лев­скую служ­бу пере­шел полоц­кий плен­ник кн. В.И. Теля­тев­ский, жена­тый на сест­ре Забо­лоц­ко­го Авдо­тье. Вско­ре после смер­ти Забо­лоц­ко­го, 10 мая 1580 г. король под­пи­сы­ва­ет Теля­тев­ско­му при­ви­лей на часть име­ний уби­то­го. Дру­гие части име­ний Забо­лоц­ко­го в тот же день были пере­да­ны Л.Т. Третьякову–Ракову, П.И. Волын­ско­му, М.И. Ржев­ско­му.
вое­во­да. Впер­вые упо­ми­на­ет­ся под 1564—1566 гг. намест­ни­ком в Брян­ске. В 1569 г. Т. был пер­вым вое­во­дой пере­до­во­го пол­ку калуж­ских войск, а по смене вое­вод пер­вым вое­во­дой боль­шо­го пол­ка в Туле. В 1570 г. вто­рым вое­во­дой в Калу­ге по крым­ским вестям. В 1571 г. участ­во­вал в похо­де про­тив Девлет-Гирея; 22 сен­тяб­ря послан из Оприч­ни­ны в Тару­зу пер­вым вое­во­дой сто­ро­же­во­го пол­ка. В 1573 г. во вре­мя Лиф­лянд­ско­го похо­да был голо­вою у ноч­ных сто­ро­жей и спал в госу­да­ре­вом стане в Нов­го­ро­де. В 1574 г. вто­рым вое­во­дой в Сер­пу­хо­ве, а после, по смене боль­ших вое­вод, с 3 сен­тяб­ря пер­вым вое­во­дою сто­ро­же­во­го пол­ка в Кол­пине. В 1576 г. пер­вым вое­во­дой в Нов­го­ро­де. В 1579 г. был пер­вым осад­ным вое­во­дой в Полоц­ке. На эту кре­пость, счи­тав­шу­ю­ся почти непри­ступ­ной, напра­вил свой пер­вый удар Сте­фан Бато­рий, пред­при­няв­ший поход на Рос­сию. Т. началь­ство­вал в горо­де, Петр Волын­ский в одной из кре­по­стей, Остро­ге, а кн. Щер­ба­тый в дру­гой — Стре­лец­кой, «имея доволь­но мно­го запа­сов и сна­ря­дов, мно­го усер­дий и муже­ства, гораз­до менее иску­ства». При­ступ начал­ся с город­ской части, где началь­ство­вал T. Вое­во­ды ока­за­ли упор­ное сопро­тив­ле­ние. Когда поля­ки ста­ли одо­ле­вать, T. вме­сте Щер­ба­тым хоте­ли взо­рвать кре­пость, но «сла­бый духом» Волын­ский и стрель­цы не допу­сти­ли до это­го. Тогда вер­ные вое­во­ды запер­лись в церк­ви, отку­да их затем силой извлек­ли и пред­ста­ви­ли Бато­рию «сми­рен­ных без уни­же­ния». По дру­гой вер­сии, менее веро­ят­ной, T. и дру­гие вое­во­ды изме­ни­ли госу­да­рю, ибо «были худы, а милы им были жены». Сте­фан не пока­рал вое­вод, но от себя не отпус­кал, по мне­нию Карам­зи­на, как бы опа­са­ясь воз­вра­тить непри­я­те­лю таких вер­ных доб­лих вои­нов. Веро­ят­нее одна­ко, что вое­во­ды оста­ва­лись у Бато­рия, опа­са­ясь гне­ва Иоан­но­ва; так, гонец литов­ский Бог­дан ска­зал цар­ско­му чинов­ни­ку в Нов­го­ро­де: «король их всеи (вое­вод Полоц­ких)… к госу­да­рю отпу­щал, а они сами ехать не хоте­ли». Щер­ба­тов утвер­жда­ет, что имя Т. встре­ча­ет­ся в раз­ряд­ных кни­гах еще под 1581 г., т. е. что Т. вер­нул­ся из пле­на, одна­ко послед­нее утвер­жде­ние Карам­зи­ным отвер­га­ет­ся.
~ Евдо­кия Семе­нов­на Забо­лоц­кая
Карам­зин, «Исто­рия госу­дар­ства Рос­сий­ско­го», т. IX, стр. 174, прим. 365, 527. — Соло­вьев, «Исто­рия Рос­сии», изд. «Общ. Поль­зы», кн. II, стр. 271, 272. — Щер­ба­тов, «Исто­рия Рос­сий­ская», т. V, ч. III, стр. 28. — «Древ­няя Рос­сийск. Вив­лио­фи­ка», изд. 2-е, т. XIII, стр. 364; т. XIV, сир. 306. — «Чте­ния при Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.» за 1902 г., кн. I, стр. 246, 256, 265. — «Вре­мен­ник Имп. Моск. Общ. Ист. и Древн. Росс.», кн. X, стр. 240. — «Бар­хат­ная кни­га», ч. І, стр. 64. — Дела поль­ские (руко­пись Моск. арх. иностр. дел), № 11, л. 184. — Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин­ных служ­бах русск. родов» (руко­пись Имп. Публ. Библ.), ч. IIІ, стр. 402, 403. — Его же, «Сокра­щен­ное опи­са­ние слу­жеб», ч. II, стр. 186. — Лоба­нов-Ростов­ский, «Рус­кая родо­слов­ная кни­га», т. II, стр. 293. — Пет­ров, «Исто­рия родов рус­ско­го дво­рян­ства», т. 1, стр. 132, 135.

24/16. КНЯЗЬ СЕМЕН ИВА­НО­ВИЧ ПУН­КОВ МИКУ­ЛИН­СКИЙ (1509, веро­ят­но 1.9.1509, – 12.8.1559)

ин.Сергий; боярин(1562) двор.воев.(1549) 1С:Ив.Анд. ПУН­КО ЛУГ­ВИ­ЦА :Ульяна.Фед. ОШУР­КО­ВА.
Князь Семен Ива­но­вич родил­ся в 1509 г., по-види­мо­му, 1 сен­тяб­ря, в день памя­ти пре­по­доб­но­го Симео­на Столп­ни­ка, в честь кото­ро­го и был кре­щен. Эта дати­ров­ка опре­де­ле­на на осно­ва­нии даты смер­ти кня­зя (12 авгу­ста 1559 г.), про­дол­жи­тель­но­сти его жиз­ни (скон­чал­ся в «50 же лето века сво­е­го», т. е. в 49 лет), а так­же дан­ных о поми­но­ве­нии в день рож­де­ния или близ­кий к нему день тезо­име­нит­ства, зна­чи­тель­но сужа­ю­щих вре­мен­ной про­ме­жу­ток меж­ду 13 авгу­ста 1509 г. и 11 авгу­ста 1510 г., когда он дол­жен был появить­ся на свет («а быти по немъ
кор­му бол­шо­му на всякъ годъ сен­тяб­ря въ аЌ»). Князь Семен Ива­но­вич при­над­ле­жал к твер­ским Рюри­ко­ви­чам, ко вто­рой линии млад­шей вет­ви рода кня­зей Мику­лин­ских, и являл­ся вну­ча­тым дво­ю­род­ным пле­мян­ни­ком послед­не­го удель­но­го мику­лин­ско­го кня­зя Андрея Бори­со­ви­ча, посту­пив­ше­го в 1485 г. на служ­бу к вели­ко­му кня­зю мос­ков­ско­му Ива­ну III Васи­лье­ви­чу. Отец кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча князь Иван Андре­евич Мику­лин­ский был круп­ным вое­на­чаль­ни­ком.
Князь Семен Ива­но­вич Пун­ков из Ряза­ни в июле 1534 г. встре­чал ногай­ских послов и сопро­вож­дал их «для бере­же­нья» до Колом­ны (Посоль­ские кни­ги по свя­зям Рос­сии с Ногай­ской Ордой: 1489–1549 гг. Махач­ка­ла, 1995. С. 92). Кня­зья Семен и Дмит­рий Ива­но­ви­чи Пун­ко­вы Мику­лин­ские в мар­те 1542 г. в Москве во вре­мя при­е­ма литов­ских послов назва­ны сре­ди кня­зей и детей бояр­ских, кото­рые в думе не живут, но при послах были, запи­са­ны под руб­ри­кой «Двор Твер­ской» с Н. В. Бори­со­вым (Сбор­ник Рус­ско­го исто­ри­че­ско­го обще­ства. Т. 59. СПб., 1887. С. 148). В сен­тяб­ре 1553 г. вое­во­да во Вла­ди­ми­ре, в авгу­сте 1557 г. вое­во­да в Каза­ни (Посоль­ские кни­ги по свя­зям Рос­сии с Ногай­ской Ордой (1551-1561 гг.). С. 130, 244). В Дво­ро­вой тет­ра­ди боярин с поме­той «68-го умре» (Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 54). Боярин с янва­ря 1550 г. (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С.122). В июле 1540 г. в Ряза­ни во гла­ве боль­шо­го пол­ка. В авгу­сте 1541 г. вое­во­да в Нико­ле Зараз­ском. В июне 1542 г. в Коломне во гла­ве пере­до­во­го пол­ка. В июне 1543 г. вое­во­да в Ниж­нем Нов­го­ро­де. В апре­ле 1545 г. послан во гла­ве судо­вой рати из Ниж­не­го Нов­го­ро­да в Казань. В апре­ле 1546 г. вое­во­да в Нико­ле Зараз­ском. В фев­ра­ле 1547 г. в похо­де из Ниж­не­го Нов­го­ро­да на Казань вто­рой вое­во­да боль­шо­го пол­ка. В декаб­ре 1547 г. в вой­ске Шига­лея, отправ­лен­ном на Казань, коман­до­вал пере­до­вым пол­ком. В декаб­ре 1548 г. в вой­ске в Коломне во гла­ве пол­ка пра­вой руки. В янва­ре 1550 г. в раз­ря­де цар­ско­го похо­да из Ниж­не­го Нов­го­ро­да на Казань назван сре­ди дво­ро­вых вое­вод. В июле 1550 г. в цар­ском похо­де в Колом­ну отме­чен сре­ди сопро­вож­дав­ших Ива­на IV бояр. В авгу­сте 1550 г. отправ­лен во гла­ве вой­ска из Колом­ны в поле на мещер­ские и казан­ские места. В мае 1551 г. вое­во­да в Сви­яж­с­ке. В апре­ле 1552 г. дол­жен был идти во гла­ве пере­до­во­го пол­ка на Казань. Во вре­мя реша­ю­ще­го похо­да на Казань в сен­тяб­ре 1552 г. воз­гла­вил пере­до­вой полк. В июне 1553 г. вое­во­да в Сер­пу­хо­ве. В декаб­ре 1553 г. воз­гла­вил вой­ско на Казань. В 1553-1554/55 гг. намест­ник на Двине. В 1558/59 г. в вой­ске про­тив ливон­ских нем­цев вто­рой вое­во­да боль­шо­го пол­ка. Вес­ной 1559 г. в цар­ском похо­де про­тив Девлет-Гирея упо­мя­нут сре­ди дво­ро­вых вое­вод (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 98, 102, 103, 106, 109, 110, 114, 117, 122, 127, 128, 131, 134, 135, 137, 141, 143, 175, 176, 182; Паш­ко­ва Т.И. Мест­ное управ­ле­ние в Рус­ском госу­дар­стве пер­вой поло­ви­ны XVI века (намест­ни­ки и воло­сте­ли). М., 2000. С. 138).
боярин (не позд­нее 1550), впер­вые упо­мя­нут в куп­чей 1523/24, вое­во­да пол­ка пра­вой руки в Туле (май 1533); 2-й вое­во­да в Туле (авг. – сент. 1533), 1-й вое­во­да в Пере­я­с­лав­ле- Рязан­ском «за горо­дом» (1534), актив­но участ­во­вал в отра­же­нии крым­ских ханов набе­гов (в мае 1534русское вой­ско во гла­ве с кня­зем С. И. Мику­лин­ским раз­би­ло крым­ских татар на р. Проне, В октяб­ре 1539 г. во вре­мя набе­га кал­ги Эмин-Гирея на Рус­ское госу­дар­ство, кото­рый «мно­го за грэхъ попле­ни­ша за небре­женiе наше», князь Семен Ива­но­вич одер­жал побе­ду над несколь­ки­ми татар­ски­ми отря­да­ми, вновь «язы­кы поималъ и къ вели­ко­му кня­зю на Моск­ву прислалъ»28, «и люди от того дрог­ну­ли и пошли прочь от укра­и­ны вели­ко­го кня­зя бездельны»29. Вско­ре князь С. И. Мику­лин­ский (вме­сте с кня­зем В. С. Сереб­ря­ным), пре­сле­дуя вой­ско крым­ско­го хана Сагиб-Гирея I, при­шед­шее под г. Белев в кон­це июля 1541 г., «мно­гихъ татаръ»31 побил и захва­тил в плен. В авгу­сте 1550 г. князь Семен Ива­но­вич, коман­дуя
боль­шим пол­ком (его брат князь Д. И. Мику­лин­ский воз­глав­лял пере­до­вой полк), высту­пил про­тив 30 тысяч крым­ских татар, 1-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка в Пере­я­с­лав­ле-Рязан­ском (1540), 1-й вое­во­да в Зарай­ске (1541, 1546), 1-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка в Коломне (1542), 1-й вое­во­да в Ниж­нем Нов­го­ро­де «за горо­дом» (1543). Отли­чил­ся в казан­ских похо­дах: 1-й (1545), 2-й (февр. – март 1547) вое­во­да боль­шо­го пол­ка, 1-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка (1548), один из руко­во­ди­те­лей стро­и­тель­ства кре­по­сти Сви­яжск, воз­глав­лял вой­ско, зимо­вав­шее в ней в 1551/52, намест­ник в Каза­ни (1552), 1-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка в похо­де на Арчу (сен­тябрь 1552), во вре­мя штур­ма Каза­ни 2.10.1552 серьёз­но ранен в воро­тах Нур-Али (Мура­ли­е­вых) Казан­ско­го крем­ля; в 1554 во гла­ве боль­шо­го пол­ка пода­вил вос­ста­ние на Луго­вой (Арской) сто­роне быв­ше­го Казан­ско­го хан­ства. Вое­во­да пол­ка пра­вой руки в Коломне (1548), двин­ской намест­ник (1552/53; не позд­нее 1554/55 – не ранее авгу­ста 1556), 1-й цар­ский вое­во­да в Сер­пу­хо­ве (лето 1553), 1-й вое­во­да в Каза­ни (1557/58). Так­же в 1554 г. князь С. И. Мику­лин­ский в чис­ле дру­гих бояр был обви­нен кня­зем С. В. Ростов­ским в жела­нии видеть новым госу­да­рем кня­зя ста­риц­ко­го Вла­ди­ми­ра Андре­еви­ча, а не закон­но­го наслед­ни­ка царе­ви­ча Дмит­рия Ива­но­ви­ча в слу­чае преж­де­вре­мен­ной смер­ти царя Ива­на IV Васи­лье­ви­ча. Помет­ка «в опа­ле» в Дво­ро­вой тет­ра­ди сере­ди­ны XVI в. сто­ит толь­ко напро­тив фами­лии
кня­зя С. В. Ростов­ско­го, а не напро­тив имен бояр, обви­нен­ных им в заго­во­ре про­тив царя (см.: Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х гг. XVI в. С. 111–112. Л. 86–86 об.). Участ­во­вал в Ливон­ской войне 1558–83: в зим­нюю кам­па­нию 1558/59 1-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка, под его коман­до­ва­ни­ем вой­ско из 5 пол­ков подо­шло к Риге, сожгло ливон­ский флот, опу­сто­ши­ло зна­чи­тель­ную часть тер­ри­то­рии Ливо­нии, взя­ло 11 зам­ков, из кото­рых выве­зе­ны артил­ле­рий­ские ору­дия и цер­ков­ные коло­ко­ла. По сооб­ще­нию авто­ра «Казан­ской исто­рии», в этом похо­де князь сно­ва полу­чил серьез­ное ране­ние (в шею), уско­рив­шее его кон­чи­ну. Награж­дён «золо­ты­ми» (1534, 1554); в каче­стве пожа­ло­ва­ния за служ­бу полу­чил г. Мику­лин (или весь, или его бóльшую часть). Умер 12 авгу­ста 1559 г. (Зинь­ко М.А. «Не чело­век, но аггел Божий»: опыт изу­че­ния био­гра­фии кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча Мику­лин­ско­го // Древ­няя Русь. Вопро­сы меди­е­ви­сти­ки. 2012. № 1 (47). С. 73). Перед смер­тью при­нял постриг с име­нем Сер­гий; похо­ро­нен в церк­ви Миха­и­ла Архан­ге­ла (1559) в Мику­лине, воз­ве­дён­ной им на соб­ствен­ные сред­ства на месте древ­не­го обвет­шав­ше­го собо­ра. В «Исто­рии о кня­зя вели­ко­го мос­ков­ско­го делех» кня­зя А. М. Курб­ско­го оха­рак­те­ри­зо­ван как «муж храб­рый и в бога­тыр­ских­ве­щах искус­ный». Отдель­ная гла­ва «Казан­ской исто­рии» посвя­ще­на похва­ле С. И. Мику­лин­ско­му, кото­рый, по сло­вам авто­ра пове­сти, за муд­рые сове­ты был любим Ива­ном IV, пре­вос­хо­дил всех рус­ских вое­вод «храб­ро­стию и тве­ро­стию ума», а вра­ги от него бежа­ли в стра­хе, думая, что он «не чело­век, но аггел Божий». В посла­нии Ива­на IV (1574) В. Г. Гряз­но­му назван (наря­ду с кня­зем М. В. Глин­ским) в чис­ле двух людей, на кото­рых царь обме­нял бы пле­нён­но­го в Моло­дин­ской бит­ве 1572 Дивея-мур­зу.
Пер­вые све­де­ния о земель­ных при­об­ре­те­ни­ях кня­зя С.И. Мику­лин­ско­го отно­сят­ся к 1523/24 г., когда он купил у Федо­ра Яко­вле­ва сына Ляни­нов­ско­го «угол зем­ли». Соста­ви­те­ли копий­ных книг Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря 1641 г. не зна­ли, о каком уез­де шла речь в куп­чей, поэто­му поме­сти­ли гра­мо­ту в раз­дел «Рознь». Сле­ду­ет пола­гать, что «угол зем­ли» нахо­дил­ся в Мику­лин­ском уез­де, так как был ранее про­дан отцу Ф.Я. Ляни­нов­ско­го отцом кня­зя С.И. Мику­лин­ско­го кня­зем Ива­ном Андре­еви­чем («про­дал есми отца сво­е­го куп­лю» «их вот­чи­ну»).
В 1534 г. князь С.И. Мику­лин­ский и его млад­шие бра­тья раз­де­ли­ли вот­чи­ну отца: село Миц­кое (Борисоглебское10) полу­чил князь Семен Ива­но­вич, села Гори­цы и Ильин­ское — князь Дмит­рий Ива­но­вич, село Алек­се­ев­ское (Никольское11) — князь Иван Ива­но­вич. Не позд­нее 1540 г. князь С.И. Мику­лин­ский, веро­ят­но, про­дал в Мику­лин­ском уез­де сель­цо Сыти­но кня­зю В.А. Мику­лин­ско­му, не позд­нее нача­ла 1550-х гг. в воло­сти Воло­ви­чи Твер­ско­го уез­да — 1/3 дерев­ни Бутур­ли­на (Бутур­ги­на) на р. Мош­ни­ца и дерев­ню Тщаново13 кня­зю Д.И. Мику­лин­ско­му. В 1548/49 г. князь С.И. Мику­лин­ский купил у Авдо­тьи Бори­со­вой доче­ри и ее сына Семе­на Андре­ева Лево­но­вых остав­ши­е­ся 2/3 дерев­ни Бутур­ли­на, не позд­нее нача­ла 1550-х гг. в воло­сти Сузе­мье Твер­ско­го уез­да стал вла­дель­цем села Гори­цы, в Мику­лин­ском уез­де при­об­рел у вдо­вы кня­зя В.А. Мику­лин­ско­го кня­ги­ни Анны 1/3 дерев­ни Матю­ко­во, у Васи­лия Сте­па­но­ва сына Огне­ва дерев­ню Гре­беш­ки­но, к селу Миц­кое (Бори­со­глеб­ское) несколь­ко деревень18. Так­же, оче­вид­но, за успеш­ную воен­ную служ­бу (после Казан­ско­го похо­да 1545 г., где он коман­до­вал боль­шим полком19) кня­зю С.И. Мику­лин­ско­му госу­да­рем был пожа­ло­ван г. Мику­лин на р. Шоша (ныне село Мику­ли­но Лото­шин­ско­го рай­о­на Мос­ков­ской обла­сти). По-види­мо­му, в нача­ле 1550-х гг. от скон­чав­ших­ся бра­тьев князь С.И. Мику­лин­ский уна­сле­до­вал села Алек­се­ев­ское (Николь­ское) и Ошур­ко­во. В 1556 г. князь Семен Мику­лин­ский купил поло­ви­ну дерев­ни Усть Вели­кие Курьи в Двин­ском уез­де (Пис­цо­вые мате­ри­а­лы Твер­ско­го уез­да / Сост. А. В. Анто­нов. М., 2005. С. 168; Зинь­ко М.А. 1) «Не чело­век, но аггел Божий»: опыт изу­че­ния био­гра­фии кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча Мику­лин­ско­го // Древ­няя Русь. Вопро­сы меди­е­ви­сти­ки. 2012. № 1 (47). С. 74, 77 2) Вот­чи­на кня­зя С. И. Мику­лин­ско­го: опыт изу­че­ния // Русь, Рос­сия: Сред­не­ве­ко­вье и Новое вре­мя. Вто­рые чте­ния памя­ти ака­де­ми­ка РАН Л. В. Мило­ва. М., 2011. С. 60, 61). Вот­чи­на кня­зя С.И. Мику­лин­ско­го не состав­ля­ла еди­ный ком­плекс, посколь­ку нахо­ди­лась в раз­ных частях Мику­лин­ско­го уез­да и за его пре­де­ла­ми. Одна­ко стра­те­ги­че­ски важ­ное рас­по­ло­же­ние земель поз­во­ля­ло кня­зю С.И. Мику­лин­ско­му кон­тро­ли­ро­вать часть реч­ной сети Мику­лин­ско­го и Твер­ско­го уез­дов —р. Шоша, ее левые (р. Жаб­ня, р. Жидо­хов­ка) и пра­вый (р. Лобь) при­то­ки, р. Мош­ни­ца и при­ток р. Тьма­ка. В 1566/67 вдо­ва С. И. Мику­лин­ско­го – кня­ги­ня Евдо­кия Васи­льев­на, урож­дён­ная Моро­зо­ва (? – не позд­нее 15.6.1576), – сде­ла­ла очень круп­ный вклад «по душе» мужа в Тро­и­це-Сер­ги­ев мона­стырь – сёла Бори­со­глеб­ское и Николь­ское в Твер­ском уез­де и 12 дво­ров в Мику­лине.
В 1566/1567 г. кня­ги­ня Евдо­кия, жена кня­зя С. И. Мику­лин­ско­го, дала Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю, по муже кня­зе Семене вот­чи­ну в Твер­ском уез­де село Бори­со­глеб­ское и сель­цо Николь­ское с 38 дерев­ня­ми и в г. Мику­лине (в Мику­лин­ском стане Твер­ско­го уез­да) и 12 дво­ров на поса­де. Веро­ят­но в 1576 г. село Николь­ское с дерев­ня­ми было выкуп­ле­но кня­ги­ней Ксе­ни­ей, женой кня­зя Андрея Теля­тев­ско­го за 150 руб. (Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 83; Чер­ка­со­ва М.С. Зем­ле­вла­де­ние Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря в XV–XVI вв. М., 1996. С. 94). Корм по кня­зе С. И. Мику­лин­ском, в ино­че­стве Сер­гии, 12 авгу­ста. Дал Кирил­ло-Бело­зер­ско­му мона­сты­рю в 1559/1560 г. 150 руб. (Кор­мо­вая кни­га Кирил­ло-Бело­зер­ско­го мона­сты­ря, изд. И.П. Саха­ро­вым // Запис­ки отде­ле­ния рус­ской и сла­вян­ской архео­ло­гии Импе­ра­тор­ско­го архео­ло­ги­че­ско­го обще­ства. СПб., 1851. Т. I. С. 85). Дано Кирил­ло-Бело­зер­ско­му мона­сты­рю по кня­зе С. И. Мику­лин­ском 150 руб. (ОР РНБ Кир.-Бел. собр. № 87/1325. Л. 70 об.). Князь Андрей Пет­ро­вич Теля­тев­ский дал Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­му мона­сты­рю по кня­зю С. И. Мику­лин­ско­му, в ино­че­стве Сер­гии, 100 руб. Корм по нему 1 сен­тяб­ря (Титов А.А. Вклад­ные и запис­ные кни­ги Иоси­фо­ва Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря XVI в. // Руко­пи­си сла­вян­ские и рус­ские, при­над­ле­жа­щие И. А. Вах­ра­ме­е­ву. Вып. 5. М., 1906. С. 53). Князь С. И. Мику­лин­ский, в ино­че­стве Сер­гей, дал Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­му мона­сты­рю 100 руб. Его супру­га кня­ги­ня Евдо­кия дала по сыне кня­зе Пет­ре ржи на 115 руб. и по себе денег 50 руб. (РГА­ДА. Ф. 181. Д. 141/196. Л. 16 об.-17). В 1563/1564 г. кня­ги­ня Евдо­кия, жена кня­зя С. И. Мику­лин­ско­го, дала Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­му мона­сты­рю по сыне кня­зе Пет­ре ржи на 56 руб. В том же году по себе она дала мона­сты­рю 50 руб. и по кня­зе Пет­ре цен­но­стей на 70 руб. (Титов А.А. Вклад­ные и запис­ные кни­ги Иоси­фо­ва Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря XVI в. // Руко­пи­си сла­вян­ские и рус­ские, при­над­ле­жа­щие И. А. Вах­ра­ме­е­ву. Вып. 5. М., 1906. С. 62, 64).
~ Евдокия.Вас. Д:Вас. МОРО­ЗОВ В 1566/1567 г. жена кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча Теля­тев­ско­го кня­ги­ня Овдо­тья по при­ка­зу мужа дала вклад после сво­е­го живо­та их вот­чи­ну в Твер­ском и Мику­лин­ском уез­дах село Бори­со­глеб­ское с дерев­ня­ми Сидо­ро­во, Епи­фа­но­во, Под­ли­нье, Деме­ни­ще­во и пр. (все­го 23 дерев­ни) и село Николь­ское на р. Шоше с дерев­ня­ми Коро­мыс­ло­во, Остре­не­е­во, Селез­не­во и пр. (все­го 16 дере­вень) и в Мику­лине 12 дво­ров. 15 июня 1576 г. село Николь­ское было выкуп­ле­но Ксе­ни­ей, вдо­вой кн. Андрея Пет­ро­ви­ча Теля­тев­ско­го, дво­ю­род­но­го пле­мян­ни­ка Семе­на за 150 руб. (Архив СПб ИИРАН. Ф. 29. Оп. 1. Д. 8. № 1327. Л. 1765-1767).
[АРГ. № 224. С. 227. Л. 1446 об.
7 ОР РГБ. Ф. 303/I. Кн. 530. Рознь. № 75. Л. 1446–1446 об.
8 АРГ. № 224. С. 227. Л. 1446–1446 об.
9 ОР РГБ. Ф. 303/I. № 286. Л. 1.
10 РГА­ДА. Ф. 1209. Кн. 875. Л. 141 об.; ОР РГБ. Ф. 303/I. Кн. 603. Л. 64 об.;
Там же. Кн. 605. Л. 97.
11 РГА­ДА. Ф. 1209. Кн. 875. Л. 156 об.
12 Ср.: ПМТУ. М., 2005. С. 188. Л. 446; АФХЗ. Ч. II. № 191. С. 192; № 200. С.
201.
13 Веро­ят­но, при­об­ре­те­ны в 1530-е гг. См.: ПМТУ. С. 224. Л. 538.
14 ОР РГБ. Ф. 303/I. Кн. 532. Тверь. № 80. Л. 322 об.–323.
25/16. князь Дмит­рий Ива­но­вич Пун­ков Мику­лин­ский (1539,—1552.10.02,под Каза­нью)
†с.Микулино Горо­ди­ще Старица-у.,Арханг.ц-вь; ин.Дионисий; боярин(1552) нам.Рязань(1546)
Кня­зья Семен и Дмит­рий Ива­но­ви­чи Пун­ко­вы Мику­лин­ские в мар­те 1542 г. в Москве во вре­мя при­е­ма литов­ских послов назва­ны сре­ди кня­зей и детей бояр­ских, кото­рые в думе не живут, но при послах были, запи­са­ны под руб­ри­кой «Двор Твер­ской» с Н. В. Бори­со­вым (Сбор­ник Рус­ско­го исто­ри­че­ско­го обще­ства. Т. 59. СПб., 1887. С. 148). Тысяч­ник 3-й ста­тьи из Тве­ри (Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 79). В июне 1539 г. в вой­ске в Коломне голо­ва в боль­шом пол­ку. В авгу­сте 1540 г. во Вла­ди­ми­ре во гла­ве пере­до­во­го пол­ка. В июле 1541 г. вое­во­да в Меще­ре. В июне 1542 г. в Коломне вто­рой вое­во­да пере­до­во­го пол­ка. В 1546-1547 гг. намест­ник и вое­во­да в Ряза­ни за горо­дом. В нояб­ре 1549 г. на Бере­гу вое­во­да в ярто­улах. В мае 1550 г. в Коломне и Каши­ре вто­рой вое­во­да боль­шо­го пол­ка. В авгу­сте 1550 г. в вой­ске на поле во гла­ве пере­до­во­го пол­ка. В декаб­ре 1550 г. вое­во­да у Нико­лы Зараз­ско­го. В 1551 г. во гла­ве вой­ска в Калу­ге. В июне 1552 г. в Коломне во гла­ве пол­ка левой руки. В авгу­сте 1552 г. под Каза­нью воз­глав­лял полк левой руки (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 96, 99, 102, 103, 110, 111, 121, 126, 129, 130, 133, 135, 137). Участ­во­вал в воз­ве­де­нии систе­мы туров вокруг Каза­ни; смер­тель­но ранен 2 октяб­ря 1552 г. из пуш­ки во вре­мя штур­ма Тюмен­ских ворот Казан­ско­го крем­ля. В ино­че­стве Дио­ни­сий, назван тве­ри­чом (Памят­ни­ки исто­рии рус­ско­го слу­жи­ло­го сосло­вия / Сост. А. В. Анто­нов. М., 2011. С. 182).
Дмит­рий Ива­но­вич (?–1552, вероятно3.10.1552), впер­вые упо­мя­нут в раз­ряд­ных кни­гах как 5-й голо­ва боль­шо­го пол­ка в Коломне (1539). 1-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка во Вла­ди­ми­ре (1540) и Муро­ме (1548), 1-й вое­во­да в Меще­ре (1541; 1548), 2-й вое­во­да пере­до­во­го пол­ка в Коломне (1542),
намест­ник и 1-й вое­во­да в Пере­я­с­лав­ле-Рязан­ском «за горо­дом» (1546–47), 2-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка в Коломне и Каши­ре, затем 2-й вое­во­да в Зарай­ске (1550), в декаб­ре 1550 вме­сте с дру­ги­ми вое­во­да­ми, в т. ч. с кня­зем П. И. Теля­тев­ским, раз­бил ногай­ских мурз, совер­шив­ших набег на рязан­ские и мещер­ские зем­ли; вое­во­да боль­шо­го пол­ка в Калу­ге (1551). Тысяч­ник 1-й ста­тьи по Тве­ри (1550). Отли­чил­ся в казан­ских похо­дах: во вре­мя сбо­ра пол­ков зимой 1549/50 – 1-й вое­во­да ерто­уль­но­го пол­ка во Вла­ди­ми­ре, в 1552 1-й вое­во­да пол­ка левой руки в Коломне и под Каза­нью,
В 1539/1540 г. за кня­зем Дмит­ри­ем Ива­но­ви­чем Пун­ко­вым Мику­лин­ским в воло­сти Сузе­мье Твер­ско­го уез­да поло­ви­на дерев­ни Коро­бьи­но, в Мику­лин­ском стане за кня­зем Д. И. Мику­лин­ским поме­стье сель­цо Озад­ко­во с 42 дерев­ня­ми, 12 почин­ка­ми (821 чет­верть) (здесь же поме­стье за его бра­том кня­зем Ива­ном Ива­но­вым сыном Пун­ко­вым Мику­лин­ским). При­пис­ка, что поме­стье «Отда­но Васи­лию и Федо­ру Кашин­це­вым». В 1551-1554 гг. в вот­чине за кня­зем Д. И. Мику­лин­ским в воло­сти Сузе­мье Твер­ско­го уез­да сель­цо Кури­ко­во с 21,5 дерев­ня­ми и почин­ком (290 чет­вер­тей). В воло­сти Воло­ви­чи Твер­ско­го уез­да за ним в вот­чине дерев­ни Пура­ко­во (9 чет­вер­тей), Мел­ко­во, Тро­ще­е­во, Тща­но­во (30 чет­вер­тей сред­ней зем­ли), треть дерев­ни Бутур­ги­но (30 чет­вер­тей), Мура­вье­во (13 чет­вер­тей), село Суш­ко­во (40 чет­вер­тей), две тре­ти дерев­ни Горок. В воло­сти Хор­вач в Вос­кре­сен­ском стане за ним же село Пет­ров­ское (70 чет­вер­тей сред­ней зем­ли), в воло­сти Хор­вач в Юрьев­ском стане село Ошюр­ко­во с 17 дерев­ня­ми (612 чет­вер­тей сред­ней зем­ли) (Пис­цо­вые кни­ги Мос­ков­ско­го госу­дар­ства XVI в. Ч. 1. Отд. 2. СПб., 1877. С. 113, 162, 163, 164, 168, 213, 214, 216, 221, 231, 233; Пис­цо­вые мате­ри­а­лы Твер­ско­го уез­да / Сост. А. В. Анто­нов. М., 2005. С. 41, 106-108, 168-169, 221, 222, 224, 225, 227, 231, 244-245).
В 1556/1557 г. кня­ги­ня Софья, жена кня­зя Д. И. Мику­лин­ско­го, дала по мужу и по себе Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю вот­чи­ну свою в Твер­ском уез­де сель­цо Суш­ко­во с дерев­ня­ми (Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 83; Чер­ка­со­ва М.С. Круп­ная фео­даль­ная вот­чи­на в Рос­сии кон­ца XVI–XVII вв. (по архи­ву Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры. М., 2004. С. 94).
~ София.Мих. ур.Воронцова 2С:Ив.Анд. ПУН­КО ЛУГ­ВИ­ЦА :Ульяна.Фед. ОШУР­КО­ВА
б/д
27/16. князь Иван Ива­но­вич Пун­ков Мику­лин­ский (1536,1540,—1547-до)
без­детн. 3С:Ив.Анд. ПУН­КО. ЛУГ­ВИ­ЦА. :Ульяна.Фед. ОШУР­КО­ВА.
~ Мария

7 коле­но

князь Андрей Пет­ро­вич Теля­тев­ский (1552,—30.03.1568)
†Троицк.Серг.м-рь,†с.Микулино Горо­ди­ще Ста­ри­ца-у., в Архан­гель­ской церк­ви)
1С:Петр.Ивановича; дум­ный дво­ря­нин (не позд­нее мар­та 1564), рын­да с копьём (1557, 1559), участ­во­вал в Ливон­ской войне 1558–83:
В Дво­ро­вой тет­ра­ди запи­сан после Яро­слав­ских кня­зей сре­ди поме­щи­ков по Яро­слав­лю (Тысяч­ная кни­га 1550 г. и Дво­ро­вая тет­радь 50-х годов XVI в. М.; Л., 1950. С. 123). В июле 1557 г. в Коломне рын­да у копья. В 1558 г. в похо­де в Ливо­нию вово­да с «царе­вым Шига­ле­е­вым дво­ром». Вес­ной 1559 г. в похо­де про­тив крым­ско­го хана Девлет-Гирея рын­да с копьем. В декаб­ре 1563 г. в Полоц­ком похо­де вое­во­да в ерто­уль­ском пол­ку. В кон­це фев­ра­ля 1564 г. дум­ный дво­ря­нин на при­е­ме крым­ских послов в Москве. В 1564 г. коман­до­вал пере­до­вым пол­ком в Вязь­ме. Вто­рой вое­во­да пере­до­во­го пол­ка в Вели­ких Луках осе­нью 1565 г. Вхо­дил в Оприч­ни­ну в 1565–1569 гг. В октяб­ре 1565 г. вое­во­да из оприч­ни­ны, отправ­лен царем из Моск­вы под Бол­хов «как царь крым­ской при­хо­дил». В сен­тяб­ре 1567 г. в цар­ском похо­де из Моск­вы на Нов­го­род назван сре­ди вое­во­да для посы­лок в цар­ском пол­ку. 16 июля 1568 г. вое­во­да в Можай­ске. Вес­ной 1568 г. в цар­ском оприч­ном похо­де про­тив Лит­вы вто­рой вое­во­да боль­шо­го пол­ка (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 163, 176, 182, 198, 208-210, 224, 227, 229; Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 2. Ч. 1. М., 1981. С. 200, 208; Кни­га Полоц­ко­го похо­да 1563 г. (Иссле­до­ва­ние и текст) / Подг. текст К. В. Пет­ров. СПб., 2004. С. 44, 45; Акты слу­жи­лых зем­ле­вла­дель­цев XV–начала XVII в. Т. 1. М., 1997. № 22; РГА­ДА. Ф. 123. Оп. 1. Кн. 10. Л. 310). Князь Андрей Теля­тев­ский в 1561 г. вхо­дил в Опе­кун­ский совет при царе­ви­че Иване Ива­но­ви­че (Собра­ние госу­дар­ствен­ных гра­мот и дого­во­ров. Ч. 1. М., 1813. С. 474-475). В ящи­ке 227 Цар­ско­го архи­ва хра­нил­ся обыск кня­зя Андрея Пет­ро­ви­ча Теля­тев­ско­го в Юрье­ве Ливон­ском о смер­ти А. Ф. Ада­ше­ва (дол­жен был про­ве­рить есте­ствен­ность его смер­ти). Князь А. П. Теля­тев­ский забрал чер­но­ви­ки Ада­ше­ва для Лето­пис­ца новых лет (Госу­дар­ствен­ный архив Рос­сии XVI сто­ле­тия. Опыт рекон­струк­ции / Подг. тек­ста и ком­мент. А. А. Зими­на. М., 1978. С. 94, 514). По одним све­де­ни­ям, умер 30 мар­та 1567 г. и был похо­ро­нен в Тро­и­це-Сер­ги­е­вом мона­сты­ре (Спи­сок погре­бен­ных в Тро­иц­кой Сер­ги­е­вой лав­ре от осно­ва­ния оной до 1880 года. М., 1880. С. 23). На самом деле князь А. П. Теля­тев­ский умер в мар­те 1569 г. Умер на служ­бе в Калу­ге (Нико­ла­е­ва В.П. Новые над­пи­си на камен­ных пли­тах XVI–XVII вв. из Тро­и­це-Сер­ги­е­вой лав­ры // Нумиз­ма­ти­ка и эпи­гра­фи­ка. Вып. 6. М., 1966. С. 236).
В июле 1557 года князь Андрей Пет­ро­вич Теля­тев­ский впер­вые упо­ми­на­ет­ся в сви­те царя Ива­на Гроз­ной в чине рын­ды «с копьем» во вре­мя коло­мен­ско­го похо­да «по вестям кня­зя Дмит­рея Веш­не­вец­ко­го, что царь крым­ский (хан Девлет Герай) вышел со мно­ги­ми при­бы­лы­ми люд­ми».
Зимой 1558/1559 года князь А. П. Теля­тев­ский участ­во­вал в войне с Ливон­ским орде­ном, ходил в Ливо­нию «в пере­до­вом пол­ку …с царе­вым Шиго­ле­е­вым (быв­ше­го казан­ско­го хана Шига­лея) дво­ром». В 1559 году назна­чен в цар­скую сви­ту рын­дой «с копьем» на слу­чай похо­да «по крым­ским вестем» к южной гра­ни­це.
Око­ло 1562 года царь Иван Гроз­ный, состав­ляя новую духов­ную гра­мо­ту, вклю­чил кня­зя Андрея Пет­ро­ви­ча Теля­тов­ско­го в регент­ский совет при его сыне Иване.
Зимой 1562/1563 года князь Андрей Пет­ро­вич Теля­тев­ский участ­во­вал в цар­ском похо­де на Полоцк, «в ярто­уль­ном пол­ку» пер­вым вое­во­дой. В 1564 году коман­до­вал пере­до­вым пол­ком в Вязь­ме. В сен­тяб­ре 1564 года участ­во­вал в отра­же­нии напа­де­ния поль­ско-литов­ских войск, появив­ших­ся под Вели­ки­ми Лука­ми. Соглас­но совет­ско­му исто­ри­ку Сте­па­ну Весе­лов­ско­му, в 1564 году князь Андрей Теля­тев­ский полу­чил чин дум­но­го дво­ря­ни­на. Летом 1565 года — пер­вый вое­во­да пере­до­во­го пол­ка на рус­ско-литов­ской гра­ни­це.
В 1565 году, «октеб­ря в 1 день, как царь крым­ский (хан Девлет Герай) при­хо­дил к Бол­хо­ву …из оприш­ни­ны посы­лал госу­дарь под Болхов…воевод с Моск­вы кня­зя Андрея Пет­ро­ви­ча Теля­тев­ско­го».
Осе­нью 1567 года — пер­вый вое­во­да боль­шо­го пол­ка под Калу­гой. В сен­тяб­ре 1567 года­у­по­ми­на­ет­ся в сви­те царя Ива­на Гроз­но­го сре­ди вое­вод «на посыл­ки» в нов­го­род­ском похо­де про­тив Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го. Вес­ной 1568 года был отправ­лен «по литов­ским вестем» сре­ди про­чих «вое­вод в посыл­ку и с ним людей из оприч­ни­ны» в Вязь­му, где был остав­лен вто­рым вое­во­дой боль­шо­го пол­ка (при кня­зе Миха­и­ле Темрю­ко­ви­че Чер­кас­ском).
Зимой 1568/1569 года князь Андрей Пет­ро­вич Теля­тев­ский отправ­лен вое­во­дой в Брянск, а «по вестям схо­дить­ся» дол­жен был с рязан­ски­ми вое­во­да­ми, но уже во вре­мя выхо­да все­го оприч­но­го вой­ска к Калу­ге в 1659 году он был назна­чен пер­вым вое­во­дой пол­ка пра­вой руки. Вое­во­дой боль­шо­го пол­ка, то есть глав­но­ко­ман­ду­ю­щим оприч­но­го кор­пу­са, был назна­чен крав­чий Фёдор Алек­се­е­вич Бас­ма­нов. Князь А. П. Теля­тев­ский бил челом «в оте­че­стве о сче­те» на Ф. А. Бас­ма­но­ва, но «…вско­ре раз­бо­лел­ся, и умер».
Кня­зья Теля­тев­ские утра­ти­ли родо­вые вот­чи­ны на тер­ри­то­рии быв­ше­го удель­но­го Мику­лин­ско­го кня­же­ства, вклю­чен­но­го в состав Рус­ско­го госу­дар­ства в 1485 г., в нача­ле XVI в. и в сере­дине это­го сто­ле­тия вот­чин­ной зем­ли почти не име­ли 2 . Одна­ко не позд­нее 11 мар­та 1566 г. 3 князь Андрей Пет­ро­вич Теля­тев­ский, поль­зо­вав­ший­ся дове­ри­ем царя Ива­на IV Васи­лье­ви­ча [2, № 289, с. 354, ящик 223; 15, № 174, с. 474–475], полу­чил от госу­да­ря в каче­стве пожа­ло­ва­ния в вот­чи­ну в Ста­ро­дуб­ском уез­де село (сель­цо) Сары­ево близ р. Тара, пра­во­го­при­то­ка р. Клязь­ма. Вдо­ва кня­зя А.П. Теля­тев­ско­го, скон­чав­ше­го­ся в 1568 г., кня­ги­ня Ксе­ния не позд­нее 1571 г. обме­ня­ла Сары­ево на села (сель­ца) Пет­ро­во Горо­ди­ще на р. Нерль и Кол­бац­кое на р. Теза в Суз­даль­ском уез­де. 15 июня 1576 г. за «150 руб­лев» [4, с. 83, л. 295 об.] кня­ги­ня Ксе­ния полу­чи­ла от Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря село Николь­ское на
р. Шоша в Твер­ском уез­де. Впо­след­ствии акт пере­да­чи села мона­сты­рем кня­зьям Теля­тев­ским под­твер­ждал­ся.
Из запи­си во Вклад­ной кни­ге Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря 1673 г. мож­но заклю­чить, буд­то пере­дан­ные оби­те­ли в 1575/76 г. кня­ги­ней К. Теля­тев­ской земель­ные вла­де­ния в Дмит­ров­ском уез­де при­над­ле­жа­ли покой­но­му кня­зю А.П. Теля­тев­ско­му, по душе кото­ро­го, в част­но­сти, и делал­ся вклад [4, с. 86, л. 305]. Одна­ко текст дан­ной гра­мо­ты опро­вер­га­ет это пред­по­ло­же­ние: вклад кня­ги­ней Ксе­ни­ей осу­ществ­лял­ся по душам сво­их роди­те­лей, а имя кня­зя А.П. Теля­тев­ско­го упо­ми­на­лось лишь в пер­вой стро­ке как обо­зна­че­ние, чьей вдо­вой явля­лась вклад­чи­ца.
1 сен­тяб­ря 1575 г. кня­ги­ня Окси­нья, жена кня­зя Андрея Пет­ро­ви­ча Теля­тев­ско­го, полу­чи­ла от царя Ива­на Васи­лье­ви­ча льго­ту на 4 года на её вот­чи­ну дерев­ню Лоды­ги­но (45 чет­вер­тей) в Дмит­ров­ском уез­де. В 1575/1576 г. Ксе­ния с сыно­вья­ми Яко­вом и Андре­ем Андре­еви­ча­ми Теля­тев­ски­ми дали Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю по отцу и мате­ри в Повель­ском стане Дмит­ров­ско­го уез­да дерев­ни Лоды­ги­но и Берд­ни­ко­во и пустошь Завра­жье (Архив СПб ИИРАН. Ф. 29. Оп. 1. Д. 8. № 1594. Л. 2353-2354; 1602. Л. 2372; Дья­ко­нов М.А. Акты, отно­ся­щи­е­ся к исто­рии тяг­ло­го насе­ле­ния в Мос­ков­ском госу­дар­стве. Вып. 2. Юрьев, 1897. С. 24-25; Лиха­чев Н.П. Замет­ки по родо­сло­вию неко­то­рых кня­же­ских фами­лий // Изве­стия Рус­ско­го гене­а­ло­ги­че­ско­го обще­ства. Вып. 1. СПб., 1900. С. 99-100). В Твер­ском уез­де его супру­га кня­ги­ня Ксе­ния Теля­тев­ская за 150 руб. купи­ла у Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря до живо­та сель­цо Николь­ское. Ее муж князь Андрей Пет­ро­вич Теля­тев­ский был похо­ро­нен в мона­сты­ре (Чер­ка­со­ва М.С. Зем­ле­вла­де­ние Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря в XV–XVI вв. М., 1996. С. 143). В апре­ле 1586 г. в Суз­даль­ском уез­де упо­ми­на­ет­ся вот­чи­на кня­зя А. П. Теля­тев­ско­го, его жены Акси­ньи, детей Яко­ва и Андрея на р. Нер­ли село Пет­ро­во Горо­ди­ще (ранее в 1543/1544 г. было в поме­стье за С. В. Чере­ми­си­но­вым, а в 1577/1578 г. уже чис­ли­лось за кня­ги­ней Акси­ньей с детьми) и пустошь Миш­ко­во, а так­же луга Дол­гой и Плос­кой (90 чет­вер­тей в поле) (Федо­тов-Чехов­ский А.А. Акты, отно­ся­щи­е­ся до граж­дан­ской рас­пра­вы Древ­ней Рос­сии. Т. 1. Киев, 1860. С. 238, 289; Акты Суз­даль­ско­го Спа­со-Евфи­мье­ва мона­сты­ря 1506–1608 гг. М., 1998. № 224). В 1616/1617 г. село Пет­ро­во Горо­ди­ще с 7 дерев­ня­ми и 4 пусто­ша­ми (476 чет­вер­тей) в Ополь­ском стане Суз­даль­ско­го уез­да было про­да­но кня­зем Федо­ром Андре­еви­чем Теля­тев­ским Льву Пле­ще­е­ву и Ива­ну Афа­на­сье­ви­чу Пле­ще­е­ву. В Ополь­ском стане за Акси­ньей, женой кня­зя А. П. Теля­тев­ско­го и ее детьми Яко­вом и Андре­ем была ста­рин­ная вот­чи­на село Кол­бец­кое на р. Тезе с 26 дерев­ня­ми, пусто­ша­ми и сели­ща­ми (339 чет­вер­тей) (РГА­ДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 11317. Л. 863 об., 1077). До 1576-1578 г. князь Андрей Теля­тев­ский утра­тил вот­чи­ну в Горе­то­ве стане Мос­ков­ско­го уез­да сель­цо Ола­бы­ше­во на р. Всходне с 15 пусто­ша­ми (482 чет­вер­ти доб­рой зем­ли) (Пис­цо­вые кни­ги Мос­ков­ско­го госу­дар­ства XVI в. Ч. 1. Отд. 1. СПб., 1872. С. 59). В Ермо­лине стане Суз­даль­ско­го уез­да за кня­ги­ней Акси­ньей, женой кня­зя Андрея Теля­тев­ско­го и ее детьми кня­зья­ми Яко­вом и Андре­ем в вот­чине была дерев­ня Микуль­ское и еще 6 дере­вень, пустошь (все­го 192 чет­вер­ти). (РГА­ДА. Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 11319. Л. 604).
Князь Андрей Пет­ро­вич Теля­тев­ский 11 декаб­ря 1589 г. дал Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­му мона­сты­рю на моле­бен 8 алтын 2 день­ги. Воз­мож­но, это опис­ка и речь идет о его сыне кня­зе Андрее Андре­еви­че Теля­тев­ском (При­хо­до-рас­ход­ные кни­ги Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря 80-90-х гг. XVI в. Вып. 1. М.; Л., 1987. С. 103-104, 194). В октяб­ре 1566 г. князь А. П. Мику­лин­ский сде­лал вклад по сво­ей мате­ри кня­гине Марье Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю 50 руб. 14 апре­ля 1568 г. по кня­зе А. П. Теля­тев­ском было дано 50 руб. В 1576 г. кня­ги­ня Ксе­ния Теля­тев­ская с детьми кня­зья­ми Яко­вом и Андре­ем дали мона­сты­рю по муже и отце кня­зе Андрее свою вот­чи­ну в Дмит­ров­ском уез­де две дерев­ни и пустошь 18 июля 1576 г. кня­ги­ня Ксе­ния дала по мате­ри 50 руб. (Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 83, 86). В 1566/1567 г. жена кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча Теля­тев­ско­го кня­ги­ня Овдо­тья по при­ка­зу мужа дала вклад после сво­е­го живо­та их вот­чи­ну в Твер­ском и Мику­лин­ском уез­дах село Бори­со­глеб­ское с дерев­ня­ми Сидо­ро­во, Епи­фа­но­во, Под­ли­нье, Деме­ни­ще­во и пр. (все­го 23 дерев­ни) и село Николь­ское на р. Шоше с дерев­ня­ми Коро­мыс­ло­во, Остре­не­е­во, Селез­не­во и пр. (все­го 16 дере­вень) и в Мику­лине 12 дво­ров. 15 июня 1576 г. село Николь­ское было выкуп­ле­но Ксе­ни­ей, вдо­вой кн. Андрея Пет­ро­ви­ча Теля­тев­ско­го, дво­ю­род­но­го пле­мян­ни­ка Семе­на за 150 руб. (Архив СПб ИИРАН. Ф. 29. Оп. 1. Д. 8. № 1327. Л. 1765-1767).
~ Ксе­ния 1574 1578 В 1566/1567 г. жена кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча Теля­тев­ско­го кня­ги­ня Овдо­тья по при­ка­зу мужа дала вклад после сво­е­го живо­та их вот­чи­ну в Твер­ском и Мику­лин­ском уез­дах село Бори­со­глеб­ское с дерев­ня­ми Сидо­ро­во, Епи­фа­но­во, Под­ли­нье, Деме­ни­ще­во и пр. (все­го 23 дерев­ни) и село Николь­ское на р. Шоше с дерев­ня­ми Коро­мыс­ло­во, Остре­не­е­во, Селез­не­во и пр. (все­го 16 дере­вень) и в Мику­лине 12 дво­ров. 15 июня 1576 г. село Николь­ское было выкуп­ле­но Ксе­ни­ей, вдо­вой кн. Андрея Пет­ро­ви­ча Теля­тев­ско­го, дво­ю­род­но­го пле­мян­ни­ка Семе­на за 150 руб. (Архив СПб ИИРАН. Ф. 29. Оп. 1. Д. 8. № 1327. Л. 1765-1767).
РГА­ДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 47. Л. 54. Дача № 338; Там же. Ф. 1357. Оп. 2. Д. 4. Ряд III. Л. 5. Дача № 338; [13, т. VI, с. 146, № 3868РГАДА. Ф. 1209. Столб­цы по Москве. № 32739. Л. 257Там же. Ф. 281. Оп. 17. Суз­даль. Д. 83/11862. Л. 1; Там же. Ф. 1209. Кн. 11317. Л. 863 об.–864; Л. 1077–1077 об.; Кн. 11319. Л. 604–608 об. Там же. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 69. Л. 57. Дача № 371; Там же. Ф. 1357. Оп. 2. Д. 4. Ряд II. Л. 3. Дача № 371; [13, т. VI, с. 199, № 5291РГАДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 74. Л. 56. Дача № 415; Там же. Ф. 1357. Оп. 2. Д. 4. Ряд II. Л. 4; [13, № 176, № 6, б), стб. 720–722; 16, т. VI, с. 213, № 5698РГАДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 1731. Л. 116 об. Дача № 1083; [17, V, л. 8, дача№ 1083; 16, т. LXIII, с. 386, № 11575].
князь Иван Пет­ро­вич Теля­тев­ский (1565)
в 1565 помещ. 2С:Петр.Ив.Мих-ча
Федор Пет­ро­вич Теля­тев­ский (1550?)
мл. С:Петр.Ив.
княж­на Сте­фа­ни­да Пет­ров­на Теля­тев­ская (1560?)
помещ. Д:Петр.Ив.
князь Тимо­фей Дмит­ри­е­вич Теля­тев­ский (1562,1564)
1С:Дм.Ив.Мих-ча
В нояб­ре 1562 г. в раз­ря­де цар­ско­го похо­да на Полоцк назван сре­ди ездив­ших за госу­да­рем (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1598 гг. М., 1966. С. 199; Кни­га Полоц­ко­го похо­да 1563 г. (Иссле­до­ва­ние и текст) / Подг. текст К. В. Пет­ров. СПб., 2004. С. 47).
19 апре­ля 1564 г. князь Т. Д. Теля­тев­ский дал Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю 50 руб. (Вклад­ная кни­га Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря. М., 1987. С. 88).
князь Иван Дмит­ри­е­вич Теля­тев­ский (1560?)
помещ. 2С:Дм.Ив.Мих-ча
князь Федор Дмит­ри­е­вич Теля­тев­ский (15?)
3С:Дм.Ив.Мих-ча
В Полоц­ком похо­де 1562/63 г. стряп­чий или жилец (Кни­га Полоц­ко­го похо­да 1563 г. (Иссле­до­ва­ние и текст) / Подг. текст К. В. Пет­ров. СПб., 2004. С. 51).
/23. Мария Васи­льев­на
~ за пред­ста­ви­те­ля литов­ско­го маг­нат­ско­го рода Г. Ход­ке­ви­ча Неми­ру.
князь Петр Семе­но­вич Мику­лин­ский (1550?,—1559+до)
помещ. С:Сем.Ив. /ин СЕРГИЙ/ ПУН­КОВ. :Евдокия.Вас. МОРОЗОВА.Микулинский
Иван Дмит­ри­е­вич кн. (1540?)
мл. С:Дм.Ив. /ин.ДИОНИСИЙ/ ПУН­КОВ. :София.Мих. ВОРОН­ЦО­ВА.
князь Дмит­рий Ива­но­вич Пун­ков Мику­лин­ский
кн. 172 об., 230 (1551) в 1551 помещ.-Тверь-у.

7 коле­но

князь Яков Андре­евич Теля­тев­ский (1567,1598)
дворов.сын-боярск.(1582) вотч.-Дмитров-у.,Суздаль-у. 1С:Анд.Петр. :Ксе­ния.
Рын­да с копьем у царе­ви­ча Ива­на Ива­но­ви­ча в раз­ря­де цар­ско­го пол­ка в Пско­ве в авгу­сте 1579 г. Нес боль­шое вен­чаль­ное госу­да­ре­во под­но­жие на сва­дьбе царя и М. Ф. Нагой в сен­тяб­ре 1580 г. Сидел «на ска­мье по околь­ни­чем» на посоль­ском при­е­ме в Москве в кон­це 1583 г. (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 3. Ч. 1. М., 1984. С. 85, 171; Сто­ро­жев В.Н. Мате­ри­а­лы для исто­рии рус­ско­го дво­рян­ства. Вып. 2. М., 1908. С. 57).
князь Андрей Андре­евич Теля­тев­ский (1567,—1611.05.14)
2С:Анд.Петр. :Ксе­ния.
,†Троицк.Серг.м-рь,†с.Микулино Горо­ди­ще Ста­ри­ца-у., в Архан­гель­ской церкви+Емельян ин.Гермоген
боярин(1599)
Столь­ник на сва­дьбе царя и М. Ф. Нагой в сен­тяб­ре 1580 г. Столь­ник из зем­ско­го в авгу­сте 1581 г. во вре­мя при­е­ма пап­ско­го посла Анто­ния Поссе­ви­но (Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. Т. 3. Ч. 1. М., 1984. С. 171, 172; Лиха­чев Н.П. Дело о при­ез­де Анто­ния Поссе­ви­на // Лето­пись заня­тий Архео­гра­фи­че­ской комис­сии. Вып. 11. СПб., 1903. С. 45). Столь­ник в 1588/89 гг., в 1598/99 гг. (Ста­ни­слав­ский А.Л. Тру­ды по исто­рии госу­да­ре­ва дво­ра в Рос­сии XVI–XVII веков. М., 2004. С. 206, 250). При царе Федо­ре Иоан­но­ви­че Андрей Андре­евич зани­мал высо­кое поло­же­ние и часто назна­чал­ся пер­вым рын­дой при осо­бе госу­да­ря на встре­чах с ино­зем­ны­ми посла­ми [Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг., 1989, с. 111; Раз­ряд­ная кни­га 1550–1636 гг., 1976, с. 133; Раз­ряд­ная кни­га от 7067–7112]. Так, в 1589 г. он участ­во­вал во встре­че с турец­ким послом и уже тогда имел чин столь­ни­ка [Раз­ряд­ная кни­га 1550–1636 гг., 1976, с. 47, 57; Раз­ряд­ная кни­га от 7067–7112]. Кня­зю Теля­тев­ско­му часто при­хо­ди­лось участ­во­вать в мест­ни­че­ских спо­рах, кото­рые он бла­го­да­ря сво­е­му высо­ко­му поло­же­нию чаще все­го выиг­ры­вал. Так было, напри­мер, в спо­рах с кня­зья­ми Андре­ем Кура­ки­ным и Бори­сом Тате­вым [Раз­ряд­ная кни­га 1550–1636 гг., 1976, с. 192; Раз­ряд­ная кни­га от 7067–7112]. В пери­од цар­ство­ва­ния Бори­са Году­но­ва Теля­тев­ский еще боль­ше воз­вы­ша­ет­ся и в 1599 г. полу­ча­ет титул бояри­на [РБС, 1912, т. 20, с. 454]. Веро­ят­но, такое ста­ло воз­мож­ным после женить­бы Андрея Андре­еви­ча на доче­ри Семе­на Году­но­ва [Бело­ку­ров, 1907, с. 201], род­ствен­ни­ка пра­вя­ще­го царя и его бли­жай­ше­го совет­ни­ка. Семен Году­нов был руко­во­ди­те­лем ведом­ства, зани­мав­ше­го­ся рас­кры­ти­ем заго­во­ров, направ­лен­ных про­тив Бори­са Году­но­ва, и розыс­ком его тай­ных вра­гов. Поэто­му тесть Теля­тев­ско­го имел огром­ное вли­я­ние на мос­ков­ско­го царя и мог про­дви­гать по слу­жеб­ной лест­ни­це сво­их род­ствен­ни­ков, как и про­изо­шло с Андре­ем Теля­тев­ским. Мос­ков­ский князь участ­во­вал в войне с Лже­д­мит­ри­ем I. Он воз­гла­вил отряд, шед­ший на помощь Нов­го­ро­ду-Север­ско­му, кото­рый вско­ре долж­но было оса­дить вой­ско само­зван­ца [Там же, с. 194; Попов, 1869, с. 324; Раз­ряд­ная кни­га от 7067–7112]. В награ­ду за побе­ду в бит­ве под Доб­ры­ни­ча­ми ему долж­ны были вру­чить цар­ский золо­той [Бело­ку­ров, 1907, с. 198–199; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 241; Попов, 1869, с. 326–327]. Ситу­а­ция рез­ко изме­ни­лась после смер­ти Бори­са Году­но­ва. Царь Федор Бори­со­вич при­звал к себе в Моск­ву глав­ных вое­вод вой­ска, оса­ждав­ших Кро­мы, – кня­зей Федо­ра Мсти­слав­ско­го и Дмит­рия и Васи­лия Шуй­ских. Вме­сто них он назна­чил кня­зя Миха­и­ла Катырева–Ростовского и Пет­ра Бас­ма­но­ва [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 303; Попов, 1869, с. 327; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 241].
Одна­ко поз­же Семен Году­нов, став­ший пра­вой рукой цари­цы Марии Гри­го­рьев­ны, послал в мос­ков­скую армию рос­пись вое­вод, про­ти­во­ре­ча­щую при­ка­зам царя Федо­ра [Бело­ку­ров, 1907, с. 201; Тихо­ми­ров, 1951, с. 99]. Соглас­но ей глав­ным вое­на­чаль­ни­ком ста­но­вил­ся его зять, Андрей Андре­евич Теля­тев­ский. Это силь­но оби­де­ло Пет­ра Бас­ма­но­ва, так как пред­ста­ви­те­ли его рода зани­ма­ли при Иване Гроз­ном более высо­кое поло­же­ние, чем Теля­тев­ские [Бело­ку­ров, 1907, с. 201]. В резуль­та­те это ста­ло одной из при­чин пере­хо­да Пет­ра Бас­ма­но­ва на сто­ро­ну Лже­д­мит­рия I. Затем под Кро­ма­ми про­изо­шел мятеж. По све­де­ни­ям Иса­а­ка Мас­сы, князь Андрей Теля­тев­ский про­явил твер­дость в этой ситу­а­ции в отли­чие от мно­гих вое­вод [Мас­са, 1937, с. 103–104]. Одна­ко из-за мас­со­во­го бег­ства и пере­хо­да на сто­ро­ну само­зван­ца части цар­ско­го вой­ска мос­ков­ский боярин был вынуж­ден отой­ти со сво­и­ми сорат­ни­ка­ми в Моск­ву [Мас­са, 1937, с. 103–104; Новый лето­пи­сец, 1998, с. 303; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 242].
После при­ся­ги сто­ли­цы Лже­д­мит­рию I князь был направ­лен в соста­ве мос­ков­ско­го посоль­ства вме­сте с дру­ги­ми бояра­ми в лагерь само­зван­ца. Дмит­рий глу­бо­ко оскор­бил бояр, при­няв сна­ча­ла каза­ков, а затем насме­хал­ся над ними и гру­бил. За стой­кое сопро­тив­ле­ние под Кро­ма­ми каза­ки при­ня­лись изби­вать кня­зя Теля­тев­ско­го и чуть было не уби­ли его [Бело­ку­ров, 1907, с. 205; Новый лето­пи­сец, 1998, с. 304–305; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 328]. Пере­не­ся все муче­ния, Андрей Андре­евич попал в опа­лу и был в 1605 г. отправ­лен вое­во­дой в Чер­ни­гов. После прав­ле­ния Лже­д­мит­рия I князь Теля­тев­ский пере­хо­дит на сто­ро­ну дви­же­ния И.И. Болот­ни­ко­ва. Неиз­вест­но, когда и каким обра­зом это про­изо­шло. Крайне инте­рес­но вскрыть при­чи­ны поступ­ка. При этом важ­но обра­тить вни­ма­ние на посто­ян­но под­чер­ки­ва­е­мую совре­мен­ни­ка­ми связь меж­ду руко­во­ди­те­лем вос­ста­ния Болот­ни­ко­вым и кня­зем Андре­ем Теля­тев­ским. В 1606 г. мос­ков­ский боярин был вое­во­дой Чер­ни­го­ва [Бело­ку­ров, 1907, с. 205]. По дан­ным
исто­ри­че­ских источ­ни­ков после под­ня­тия мяте­жа кня­зем Гри­го­ри­ем Шахов­ским в Путив­ле на сто-рону вос­став­ших сра­зу пере­хо­дят ряд север­ских горо­дов – Новгород–Северский, Ста­ро­дуб, Мона­сты­ри­ще и Чер­ни­гов [Бело­ку­ров, 1907, с. 168; Новый лето­пи­сец, 1998, с. 311; РИБ, 1892, т. 13, стб. 99]. Весь­ма веро­ят­но, что тогда же к повстан­цам при­мкнул и князь Теля­тев­ский. Что заста­ви­ло его это сде­лать? Реша­ю­щим фак­то­ром, обес­пе­чив­шим воца­ре­ние Лже­д­мит­рия I в Мос­ков­ском госу­дар­стве, стал заго­вор бояр про­тив сына Бори­са Году­но­ва, Федо­ра Бори­со­ви­ча. Воз­гла­ви­ли его кня­зья Голи­цы­ны [Бело­ку­ров, 1907, с. 201; Новый лето­пи­сец, 1998, с. 303; Рос­сия нача­ла XVII в., 1982, с. 196]. Заин­те­ре­со­ван в пере­во­ро­те был и Васи­лий Шуй­ский. В ходе заго­во­ра бояре уго­во­ри­ли перей­ти на
сто­ро­ну само­зван­ца мно­гих вое­на­чаль­ни­ков, в том чис­ле Пет­ра Бас­ма­но­ва [Бело­ку­ров, 1907, с. 201; Новый лето­пи­сец, 1998, с. 303; Рос­сия нача­ла XVII в., 1982, с. 196]. Свою роль сыг­ра­ла в этом вой­ско­вая рос­пись, послан­ная в армию Семе­ном Году­но­вым. В резуль­та­те про­изо­шел пере­ход цар­ско­го вой­ска под Кро­ма­ми на сто­ро­ну Лже­д­мит­рия I [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 303; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 206; Попов, 1869, с. 328]. И вско­ре сво­им без­дей­стви­ем бояре обес­пе­чи­ли при­ся­гу Моск­вы ново­му пра­ви­те­лю. Одна­ко со вре­ме­нем Лже­д­мит­рий I стал неуго­ден мос­ков­ским боярам. И те же, кто лишил вла­сти Году­но­вых, сверг­ну­ли с пре­сто­ла само­зван­ца. В резуль­та­те на мос­ков­ский трон сел Васи­лий Шуй­ский [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 309–310; Попов, 1869, с. 330; Рос­сия нача­ла XVII в., 1982, с. 202]. Все это кня­зю Андрею Теля­тев­ско­му, как сто­рон­ни­ку Бори­са Году­но­ва и его род­ствен­ни­ку,
не мог­ло понра­вить­ся. Как след­ствие, он высту­пил на сто­роне дви­же­ния И.И. Болот­ни­ко­ва под зна­ме­на­ми быв­ше­го вра­га, одна­ко про­тив сво­их истин­ных вра­гов – мос­ков­ских бояр и Васи­лия Шуй­ско­го. Доста­точ­но инте­рес­на связь, про­во­ди­мая меж­ду кня­зем Андре­ем Теля­тев­ским и лиде­ром вос­ста­ния Ива­ном Иса­е­ви­чем Болот­ни­ко­вым. И рус­ские, и ино­стран­ные источ­ни­ки утвер­жда­ют, что он был холо­пом кня­зя Теля­тев­ско­го [Мас­са, 1937, с. 157; Новый лето­пи­сец, 1998, с. 312; Попов, 1869, с. 332]. Иван Болот­ни­ков сбе­жал со дво­ра кня­зя Теля­тев­ско­го и при­со­еди­нил­ся к каза­кам. У них он про­сла­вил­ся и стал ата­ма­ном [Англий­ское изве­стие, 1942, с. 303; Бус­сов, 1961, с. 139; Попов, 1869, с. 332]. Неиз­вест­на судь­ба Болот­ни­ко­ва со вре­ме­ни его побе­га от Теля­тев­ско­го и до момен­та появ­ле­ния ата­ма­на в Путив­ле. Суще­ству­ет рас­сказ К. Бус­со­ва о жиз­ни Ива­на Иса­е­ви­ча в этот пери­од, одна­ко он доста­точ­но про­ти­во­ре­чив и фан­та­сти­чен [Бус­сов, 1961, с. 139–140]. Может быть, Болот­ни­ков был про­стым ата­ма­ном и при­вел отряд каза­ков на помощь повстан­цам или же, наобо­рот, в оди­ноч­ку совер­шил целое путе­ше­ствие по Евро­пе и повстре­чал­ся с оче­ред­ным само­зван­цем в Сам­бо­ре, соглас­но К. Бус­со­ву. Обос­но­ван­ным кажет­ся сле­ду­ю­щее пред­по­ло­же­ние. После при­ня­тия Ива­ном Болот­ни­ко­вым руко­вод­ства над арми­ей мятеж­ни­ков князь Андрей Теля­тев­ский не мог в откры­тую воз­гла­вить один из отря­дов повстан­цев и тем самым под­чи­нить­ся сво­е­му быв­ше­му холо­пу. Поэто­му он начи­на­ет участ­во­вать в повстан­че­ском дви­же­нии толь­ко с фев­ра­ля 1607 г. [ПСРЛ,
1978, т. 34, с. 245; РИБ, 1892, т. 13, стб. 111], после пора­же­ния Болот­ни­ко­ва под Коло­мен­ским. Спо­соб­ству­ет это­му поступ­ку появ­ле­ние царе­ви­ча Пет­ра. Казац­кий царе­вич, хотя и был само­зван­цем, в гла­зах сво­их сто­рон­ни­ков являл­ся пред­ста­ви­те­лем цар­ской семьи, кото­рый обла­дал реаль­ной вла­стью. Не слу­чай­но имен­но царе­вич Петр начал жало­вать земель­ные вла­де­ния [Пер­вые меся­цы, 1915, с. 112–113]. Иван Болот­ни­ков это­го сде­лать
не мог, так как был все­го лишь боль­шим вое­во­дой [Бус­сов, 1961, с. 140]. Поэто­му в 1607 г. князь Теля­тев­ский при­со­еди­ня­ет­ся к царе­ви­чу Пет­ру. Он вхо­дит в его сви­ту вме­сте с кня­зья­ми Гри­го­ри­ем Шахов­ским, Васи­ли­ем Мосаль­ским и паном Саму­и­лом Коха­нов­ским [ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 245; Попов, 1869, с. 337].
В 1607 г. армия Ива­на Болот­ни­ко­ва была оса­жде­на в Калу­ге [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 314; Попов, 1869, с. 333; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 244–245]. Царе­ви­чу Пет­ру необ­хо­ди­мо было прий­ти на помощь оса­жден­ным. Для это­го он посы­ла­ет свои вой­ска из Путив­ля во гла­ве с кня­зья­ми Васи­ли­ем Мосаль­ским и Андре­ем Теля­тев­ским в сто­ро­ну Тулы. Они долж­ны были закре­пить­ся в Туле, как важ­ной кре­по­сти, нахо­дя­щей­ся на пути меж­ду Калу­гой и Путив­лем, а затем попы­тать­ся снять оса­ду Калу­ги. Навстре­чу мятеж­ни­кам дви­га­лись цар­ские отря­ды во гла­ве с кня­зем Андре­ем Васи­лье­ви­чем Хил­ко­вым. Одна­ко они не успе­ли опе­ре­дить повстан­цев и вовре­мя захва­тить туль­ские при­го­ро­ды. В резуль­та­те отря­дам Васи­лия Шуй­ско­го при­шлось встать у стен Вене­ва. Князь же Андрей Теля-тев­ский вме­сте со сво­и­ми отря­да­ми вышел из горо­да и нанес пора­же­ние цар­ским рат­ни­кам [Мас­са, 1937, с. 168; Новый лето­пи­сец, 1998, с. 314; РИБ, 1892, т. 13, стб. 111]. Затем, по спра­вед­ли­во­му заме­ча­нию И.И. Смир­но­ва, повстан­цы раз­де­ли­лись [Смир­нов, 1951, с. 377]. Часть вой­ска под руко­вод­ством кня­зя Теля­тев­ско­го напра­ви­лась к Туле, а дру­гая, воз­глав­ля­е­мая кня­зем Васи­ли­ем Мосаль­ским, пошла на выруч­ку оса­жден­ным болот­ни­ков­цам. Отря­ду Васи­лия Мосаль­ско­го не повез­ло. Он был раз­бит у реки Выр­ки [Мас­са, 1937, с. 167; Новый лето­пи­сец, 1998, с. 314–315; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 245]. Сам князь был ранен, взят в плен и поз­же умер от ран. Вдо­ба­вок мятеж­ни­ки потер­пе­ли оче­ред­ное пора­же­ние у Сереб­ря­ных Пру­дов. Эта кре­пость, обо­ро­ня­е­мая повстан­ца­ми, была взя­та объ­еди­нен­ной мос­ков­ской ратью кня­зя Андрея Хил­ко­ва и подо­шед­ших из Сред­не­го Повол­жья отря­дов Гри­го­рия Сулемши–Пушкина и Сер­гея Ододурова[Белокуров, 1907, с. 45; Попов, 1869, с. 334]. Что­бы окон­ча­тель­но упро­чить свою побе­ду, Васи­лий Шуй­ский послал про­тив Тулы отряд во гла­ве с кня­зем Ива­ном Михай­ло­ви­чем Воро­тын­ским. Одна­ко князь Теля­тев­ский, как и под Вене­вом, неожи­дан­но совер­шил вылаз­ку из горо­да и сно­ва одер­жал побе­ду [Мас­са, 1937, с. 170; Новый­ле­то­пи­сец, 1998, с. 314]. Более того, он не стал мед­лить и устре­мил­ся в направ­ле­нии рати кня­зя Хил­ко­ва и Гри­го­рия Сулемши–Пушкина. Отря­ды Васи­лия Шуй­ско­го не были гото­вы к напа­де­нию и под­верг­лись раз­гро­му у Деди­ло­ва [Попов, 1869, с. 334]. Был убит цар­ский вое­во­да Сер­гей Одо­ду­ров. Мос­ков­ские отря­ды обра­ти­лись в бег­ство, побро­сав свое ору­жие. В резуль­та­те воен­ная ини­ци­а­ти­ва пере­шла к мятеж­ни­кам. Воз­ник­ла угро­за окру­же­ния цар­ской армии, оса­ждав­шей Калу­гу. Вое­во­да вой­ска Васи­лия Шуй­ско­го, князь Федор Ива­но­вич Мсти­слав­ский, не стал ждать появ­ле­ния отря­дов Андрея Теля­тев­ско­го у стен Калу­ги и напра­вил про­тив них рать во гла­ве с кня­зья­ми Бори­сом Тате­вым, Юри­ем Уша­тым и Исто­мой Паш­ко­вым. Цар­ское вой­ско и армия повстан­цев
встре­ти­лись у реки Пчель­ни. Князь Теля­тев­ский наго­ло­ву раз­бил мос­ков­ских рат­ных людей [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 315–316; Попов, 1869, с. 333; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 245]. Погиб­ли в бою и цар­ские вое­во­ды – кня­зья Борис Татев и Андрей Чер­кас­ский. Дан­ное сра­же­ние силь­но повли­я­ло на поло­же­ние мос­ков­ской армии, оса­ждав­шей Калу­гу.
Раз­би­тые цар­ские отря­ды ста­ли при­бы­вать в лагерь кня­зя Федо­ра Мсти­слав­ско­го. Они сооб­щи­ли о слу­чив­шем­ся раз­гро­ме. Посте­пен­но в лаге­ре нача­ла рас­про­стра­нять­ся пани­ка. Забор­ские каза­ки, сдав­ши­е­ся на милость Васи­лию Шуй­ско­му в сра­же­нии у Коло­мен­ско­го и теперь слу­жив­шие в его вой­ске, реши­ли перей­ти на сто­ро­ну Болот­ни­ко­ва [Мас­са, 1937, с. 171; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 245; РИБ, 1892, т. 13, стб. 112]. Они изве­сти­ли оса­жден­ных о пани­ке в армии Мсти­слав­ско­го и сво­их наме­ре­ни­ях. Иван Болот­ни­ков совер­шил вылаз­ку из горо­да и неожи­дан­но напал на рать кня­зя Мсти­слав­ско­го. Болот­ни­ков­цев под­дер­жа­ли забор­ские каза­ки. В резуль­та­те цар­ские рат­ные люди обра­ти­лись в бег­ство. Они, как и в сра­же­нии под Деди­ло­вым, оста­ви­ли в каче­стве тро­фе­ев про­тив­ни­ку свое ору­жие, при­па­сы и артил­ле­рию [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 316; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 245–246; Попов, 1869, с. 333].
Для Васи­лия Шуй­ско­го пора­же­ние под Пчель­ней и Калу­гой обер­ну­лось насто­я­щей ката­стро­фой. Так, Иса­ак Мас­са писал, что если бы повстан­цы пере­шли в наступ­ле­ние, то они суме­ли бы дой­ти до Моск­вы и взять ее [Мас­са, 1937, с. 171]. Для Шуй­ско­го все было бы кон­че­но. Но ниче­го подоб­но­го не про­изо­шло. Царь Васи­лий Шуй­ский сумел вос­поль­зо­вать­ся про­мед­ле­ни­ем мятеж­ни­ков и вос­ста­но­вить свои силы. Была собра­на новая армия, про­изо­шло уси­ле­ние ста­рой армии, понес­шей пора­же­ния от отря­дов Болот­ни­ко­ва и царе­ви­ча Пет­ра. Сам мос­ков­ский царь воз­гла­вил вой­ско и начал поход на повстан­цев [Мас­са, 1937, с. 172; Новый лето­пи­сец, 1998, с. 316; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 246]. Вско­ре про­изо­шла бит­ва на реке Восме. Для повстан­цев и лич­но для кня­зя Теля­тев­ско­го она име­ла реша­ю­щее зна­че­ние. Цар­ских рат­ных людей воз­глав­ля­ли Исто­ма Паш­ков, Про­ко­фий Ляпу­нов, кня­зья Андрей Голи­цын и Борис Лыков. Сила­ми мятеж­ни­ков, по всей види­мо­сти, руко­во­ди­ли Иван Болот­ни­ков и князь Андрей Теля­тев­ский [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 316; Попов, 1869, с. 335; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 246]. Теля­тев­ско­му при­шлось сми­рить гор­дость и при­нять управ­ле­ние арми­ей вме­сте со сво­им быв­шим холо­пом. Прав­да, надо отме­тить, что в источ­ни­ках об уча­стии Болот­ни­ко­ва в бит­ве на Восме сооб­ща­ет­ся крайне ску­по. Спер­ва в сра­же­нии повстан­цы одер­жи­ва­ли верх. Сама бит­ва про­ис­хо­ди­ла на пра­вом бере­гу Восмы. Отря­ду мятеж­ных каза­ков в тыся­чу семь­сот чело­век, воору­жен­ных пища­ля­ми, уда­лось пе-рей­ти реку и закре­пить­ся на левом бере­гу в овра­ге. Они ста­ли пери­о­ди­че­ски обстре­ли­вать резерв цар­ско­го вой­ска – отря­ды рязан­ской кон­ни­цы во гла­ве с Про­ко­фи­ем Ляпу­но­вым. Рязан­цы, стре­мясь уйти из-под обстре­ла и избе­жать потерь, пошли в наступ­ле­ние. Они пере­шли реч­ку и напа­ли на основ­ные силы повстан­цев, оста­вив в тылу отряд каза­ков. Ата­ку рязан­ских детей бояр­ских под-
дер­жа­ли и дру­гие цар­ские отря­ды. В резуль­та­те повстан­че­ские вой­ска были раз­би­ты [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 316; Попов, 1869, с. 335; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 246]. Затем цар­ские вое­во­ды окру­жи­ли каза­ков, закре­пив­ших­ся в овра­ге на левом бере­гу Восмы. Окру­жен­ные каза­ки упор­но обо­ро­ня­лись и сра­жа­лись до тех пор, пока у них оста­ва­лись бое­при­па­сы. Поз­же их всех взя­ли в плен [Попов, 1869, с. 335–336]. Побе­ду вой­ска Васи­лия Шуй­ско­го неко­то­рые источ­ни­ки объ­яс­ня­ют допол­ни­тель­ны­ми обсто­я­тель­ства­ми. Так, немец­кий наем­ник Конрад Бус­сов упо­ми­на­ет об измене одно­го из отря­дов повстан­цев и пере­хо­де его на сто­ро­ну мос­ков­ско­го вой­ска. Отряд был чис­лен­но­стью в четы­ре тыся­чи чело­век. Его воз­глав­лял вое­во­да из Тулы по фами­лии Теле­тин [Бус­сов, 1961, с. 144]. Может воз­ник­нуть ассо­ци­а­ция с кня­зем Андре­ем Теля­тев­ским, одна­ко боль­шин­ство рос­сий­ских исто­ри­ков
при­дер­жи­ва­ет­ся иной точ­ки зре­ния [Косто­ма­ров, 1868, с. 93; Смир­нов, 1951, с. 441; Соло­вьев, 1896, с. 822]. Теле­тин упо­ми­на­ет­ся толь­ко Бус­со­вом. Кос­вен­ное дока­за­тель­ство изме­ны части повстан­че­ско­го вой­ска в бит­ве на Восме в гра­мо­те Васи­лия Шуй­ско­го. В ней гово­рит­ся, что цар­ской арми­ей в плен было взя­то пять тысяч чело­век [ААЭ, 1836, т. 2, с. 167]. По раз­ряд­ным же кни­гам в сра­же­нии на реке было взя­то в плен все­го 1700 чело­век [Бело­ку­ров, 1907, с. 46], т.е. ими ока­за­лись те каза­ки, кото­рые сели в оса­ду в овра­ге у бере­га реки. Сле­до­ва­тель­но, в цар­ской гра­мо­те к обще­му чис­лу плен­ных был при­бав­лен отряд, пере­шед­ший на сто­ро­ну Васи­лия Шуй­ско­го. Одна­ко в рус­ских источ­ни­ках не гово­рит­ся, кто кон­крет­но воз­глав­лял пере­беж­чи­ков. Кро­ме того, ряд исто­ри­че­ских доку­мен­тов содер­жит све­де­ния об отхо­де в Тулу кня­зя Теля­тев­ско­го с поля боя после поне­сен­но­го пора­же­ния [Бело­ку­ров, 1907, с. 46; Новый лето­пи­сец, 1998, с. 316; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 246]. Все это опро­вер­га­ет факт пере­хо­да кня­зя Андрея Теля­тев­ско­го на сто­ро­ну Васи­лия Шуй­ско­го в бит­ве под Восмой.
Источ­ни­ки упо­ми­на­ют об уча­стии мос­ков­ско­го бояри­на и в бит­ве на реке Воро­ньей. Это было послед­нее сра­же­ние болот­ни­ков­цев перед оса­дой Тулы. Его повстан­цы тоже про­иг­ра­ли [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 317; Попов, 1869, с. 336; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 246]. Они обо­ро­ня­лись пеши­ми сила­ми от цар­ских рат­ных людей в спе­ци­аль­но постро­ен­ных кре­пост­цах и соору­же­ни­ях на бере­гу реки Воро­ньей. Одна­ко отря­дам кня­зя Миха­и­ла Скопина–Шуйского уда­лось выбить мятеж­ни­ков отту­да и перей­ти реку. В резуль­та­те болот­ни­ков­цы отсту­пи­ли в Тулу. Поз­же начи­на­лась оса­да Тулы. Она про­дол­жа­лась четы­ре меся­ца. Оса­жден­ные пери­о­ди­че­ски дела­ли вылаз­ки и при­чи­ня­ли боль­шой урон вой­скам Васи­лия Шуй­ско­го. Воз­глав­ля­ли обо­ро­ну горо­да царе­вич Петр, Иван Болот­ни­ков, Саму­ил Коха­нов­ский и князь Андрей Теля­тев­ский. Несмот­ря на упор­ное сопро­тив­ле­ние вос­став­ших, город был взят в октяб­ре 1607 г. [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 318–319; Попов, 1869, с. 337–338; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 247]. В резуль­та­те попа­ли в плен и руко­во­ди­те­ли повстан­че­ско­го дви­же­ния, а вме­сте с ними и мос­ков­ский боярин [Там же; ААЭ, 1836, т. 2, с. 173; Попов, 1869, с. 337–338]. Царе­вич Петр был каз­нен, Иван Болот­ни­ков отправ­лен в Кар­го­поль и там утоп­лен. Князь Гри­го­рий Шахов­ской, как пред­ста­ви­тель знат­но­го рода, избе­жал страш­ной уча­сти и был сослан в Спасо–Каменный мона­стырь [Новый лето­пи­сец, 1998, с. 318–319; Попов, 1869, с. 338; ПСРЛ, 1978, т. 34, с. 247]. Неиз­вест­но, какая судь­ба постиг­ла кня­зя Андрея Теля­тев­ско­го.
В Бояр­ском спис­ке 1611 г. есть запись о смер­ти кня­зя Андрея Теля­тев­ско­го [Бояр­ский спи­сок…, 1895, с. 6]. Сле­до­ва­тель­но, мос­ков­ский боярин умер не в 1612 г., а в нача­ле 1611 года или даже рань­ше. Кро­ме того, эта запись про­ли­ва­ет свет на судь­бу Андрея Андре­еви­ча после сда­чи Тулы Васи­лию Шуй­ско­му. По всей види­мо­сти, князь Теля­тев­ский, как и Гри­го­рий Шахов­ской, был поща­жен царем. Ему вер­ну­ли все его титу­лы и при­ви­ле­гии, одна­ко он нахо­дил­ся в опа­ле. Мос­ков­ский боярин не мог являть­ся к госу­да­ре­ву дво­ру в сто­ли­це, не мог назна­чать­ся на воен­ную служ­бу. Не най­де­но ни одно­го доку­мен­та, состав­лен­но­го после 1607 г., в кото­ром бы князь Теля­тев­ский упо­ми­нал­ся в соста­ве цар­ско­го вой­ска.
Круп­ный зем­ле­вла­де­лец (св. 4,8 тыс. га вот­чин­ной зем­ли в Твер­ском, Суз­даль­ском и Моск. уез­дах, св. 2,2 тыс. га по­ме­ст­ной зем­ли в Рос­тов­ском, Ко­зель­ском и Моск. уез­дах). Пе­ред смер­тью при­нял по­стриг с име­нем Гер­мо­ген. Дея­тель­ность кня­ги­ни К. Теля­тев­ской по уве­ли­че­нию вот­чин­ных вла­де­ний про­дол­жил ее млад­ший сын князь Андрей Андре­евич. В нача­ле цар­ство­ва­ния Федо­ра Ива­но­ви­ча он полу­чил по «даче» Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря, под­твер­жден­ной цар­ской гра­мо­той, село (сель­цо) Ала­бы­ше­во на р. Сход­ня Мос­ков­ско­го уез­да [11, № 3, с. 59, .№ 4, с. 148]. В 1588/89 г. Федор Ива­но­вич пожа­ло­вал кня­зю А.А. Теля­тев­ско­му в Твер­ском уез­де село Ошур­ко­во на р. Жаб­ня и 1/3 г. Мику­лин на р. Шоша. По-види­мо­му, тогда же князь А.А. Теля­тев­ский стал вла­дель­цем села Пет­ров­ское на р. Мош­ни­ца в этом же уез­де. Сра­зу же после смер­ти кня­зя А.А. Теля­тев­ско­го в 1611 г. его вдо­ва кня­ги­ня Мария Ники­тич­на, урож­ден­ная Году­но­ва (тро­ю­род­ная сест­ра царя Бори­са Федо­ро­ви­ча Году­но­ва) [10, с. 78. Л. 136/124], доби­лась закреп­ле­ния за собой и сво­и­ми детьми вот­чин­ных земель покой­но­го мужа, полу­чив «госу­да­ре­вы гра­мо­ты» [14, № 2, с. 49, л. 43].
боярин, пото­мок удель­ных кня­зей Твер­ских, извест­ный дея­тель Смут­но­го вре­ме­ни, сто­рон­ник Шахов­ско­го, Болот­ни­ко­ва и Лже-Пет­ра. Пер­вое упо­ми­на­ние о нем отно­сит­ся к 22 июня 1587 г., когда он рын­дою при­сут­ство­вал при при­е­ме литов­ско­го посла Сапе­ги недав­но перед тем вос­шед­шим на пре­стол царем Федо­ром. 7 авгу­ста 1590 г. раз­би­ра­лось мест­ни­че­ское дело Т. с кн. Ива­ном Ники­ти­чем Одо­ев­ским, а 25 апре­ля 1591 г. «искал (он) сво­е­го оте­че­ства на князь Андрее Пет­ро­ви­че Кура­кине для того что Кура­ки­ну веле­но бить в сто­ро­же­вом пол­ку в пер­вых, а Теля­тев­ско­му в боль­шом пол­ку в дру­гих» 22 мая 1597 г. — в зва­нии столь­ни­ка при­сут­ство­вал в Гра­но­ви­той пала­те при при­е­ме знат­но­го цесар­ско­го посла, бург­гра­фа Авра­ама Донав­ско­го. При Бори­се Году­но­ве он был пожа­ло­ван в бояре, засе­дал в думе, сде­лал­ся вид­ным санов­ни­ком и был одним из наи­бо­лее выда­ю­щих­ся вое­вод это­го цар­ство­ва­ния. В 1604 г., когда дей­ствия Лже­ди­мит­рия при­ня­ли угро­жа­ю­щий харак­тер, Т. во гла­ве зна­чи­тель­но­го отря­да высту­пил из Брян­ска для про­ти­во­дей­ствия само­зван­цу и для защи­ты про­ти­вив­ше­го­ся ему Нов­го­ро­да. Око­ло Труб­чев­ска он при­нял уча­стие в сове­те рус­ских вое­вод, решив­шем послать сан­до­мир­ско­му вое­во­де Мни­ше­ку тре­бо­ва­ние уйти из пре­де­лов Рос­сии. Участ­во­вал Т. и в бит­ве под Труб­чев­ском, окон­чив­шей­ся пора­же­ни­ем Лже­ди­мит­рия.

В 1605 Г. T., один из немно­гих вое­вод, остал­ся верен ново­му царю, Федо­ру Бори­со­ви­чу, и дол­жен был бежать в Моск­ву, когда уви­дел изме­ну Бас­ма­но­ва и вой­ска и понял, что при­вер­жен­цы само­зван­ца одер­жа­ли верх. Есть изве­стие, что по при­бы­тии в Моск­ву он был аре­сто­ван, но потом, когда поло­же­ние дел окон­ча­тель­но повер­ну­лось в поль­зу Лже­ди­мит­рия, при­сяг­нул само­зван­цу и полу­чил сво­бо­ду. 3 июня 1605 г. T. вме­сте с Воро­тын­ским был избран мос­ков­ским насе­ле­ни­ем идти в Тулу, где нахо­дил­ся само­зва­нец, с повин­ною от сто­ли­цы. Лже­ди­мит­рий встре­тил послан­ных гру­бою и рез­кою речью, при­бли­жен­ные его так­же их позо­ри­ли, а T., как оста­вав­ше­го­ся доль­ше дру­гих вер­ным Году­но­вым, чуть не уби­ли. Во все вре­мя цар­ство­ва­ния Само­зван­ца он, по-види­мо­му, нахо­дил­ся в опа­ле и вли­я­ния на дела не имел.

В 1607 г., когда царем был уже Васи­лий Шуй­ский, появи­лись слу­хи о новом само­зван­це. В видах само­за­щи­ты царь Васи­лий отрек­ся от того, что гово­рил рань­ше о смер­ти царе­ви­ча Димит­рия, и с боль­шой тор­же­ствен­но­стью пере­нес тело уби­ен­но­го из Угли­ча в Моск­ву, объ­явив всем, что Димит­рий не покон­чил с собою в при­пад­ке болез­ни, а дей­стви­тель­но был убит. T., вер­но слу­жив­ший царю Бори­су, воз­му­тил­ся тем, что убий­ство царе­ви­ча офи­ци­аль­но ста­ло при­пи­сы­вать­ся Году­но­ву, и стал на сто­ро­ну ново­го Димит­рия, хотя ниче­го поло­жи­тель­но­го о нем еще никто не знал. Отка­зав­шись рань­ше пре­дать­ся «живо­му, тор­же­ству­ю­ще­му само­зван­цу», T. теперь пре­дал­ся одно­му его име­ни. Воз­мож­но так­же, что он верил в спа­се­ние Лже­ди­мит­рия, о чем тогда в Москве ходи­ли упор­ные слу­хи. Став­ший во гла­ве вос­ста­ния про­тив Шуй­ско­го, извест­ный Болот­ни­ков был рань­ше холо­пом T., и послед­ний имел на него, по-види­мо­му, силь­ное вли­я­ние. При Лже-Пет­ре он началь­ство­вал зна­чи­тель­ною частью его при­вер­жен­цев и, будучи во гла­ве их, око­ло Тулы раз­бил мос­ков­ско­го вое­во­ду Воро­тын­ско­го и завял Тулу и Деди­лов. Затем он дви­нул­ся к Калу­ге и по доро­ге к ней встре­тил­ся с силь­ным мос­ков­ским вой­ском под началь­ством вое­вод Тате­ва, Чер­кас­ско­го и Боря­тин­ско­го. В жесто­кой бит­ве при Пчельне, про­ис­шед­шей 2 мая 1607 г., Т. раз­бил наго­ло­ву цар­ское вой­ско, при­чем Татев и Чер­кас­кий лег­ли на поле бит­вы, 15 тыс. чело­век пере­шли на сто­ро­ну Болот­ни­ко­ва, а осталь­ная часть в бес­по­ряд­ке бежа­ла к Калу­ге в стан Мсти­слав­ско­го. Эта реши­тель­ная и бле­стя­щая побе­да Т. про­из­ве­ла в Москве оше­лом­ля­ю­щее впе­чат­ле­ние. Потре­бо­ва­лись неимо­вер­ные уси­лия со сто­ро­ны мос­ков­ско­го пра­ви­тель­ства, что­бы собрать новое зна­чи­тель­ное вой­ско и преж­нее, демо­ра­ли­зо­ван­ное неуда­ча­ми и нена­деж­ное, при­ве­сти в бое­вое состо­я­ние. Дав отдых сво­им людям после бит­вы при Пчельне, Т. соеди­нил­ся с Болот­ни­ко­вым и напра­вил­ся затем к Каши­ре с наме­ре­ни­ем занять ее, но при р. Восме встре­тил­ся с мос­ков­ски­ми пол­ка­ми. 21 мая на бере­гах этой реки про­изо­шло новое сра­же­ние, в кото­ром верх одер­жа­ло цар­свое вой­ско. О роли Т. в этой бит­ве суще­ству­ют две вер­сии. По одной из них, он был в лаге­ре мятеж­ни­ков и после пора­же­ния с неболь­шим уце­лев­шим отря­дом бежал в Тулу, где и скры­вал­ся вме­сте с Шахов­ским, Болот­ни­ко­вым и Лже-Пет­ром. По дру­го­му изве­стию, T. в самый раз­гар сра­же­ния с четы­рех­ты­сяч­ным отря­дом пере­шел на сто­ро­ну Шуй­ско­го и тем решил дело в поль­зу послед­не­го. Если при­нять первую вер­сию, то ничем нель­зя объ­яс­нить после­ду­ю­щую судь­бу Т. Как извест­но, царь Васи­лий лич­но оса­дил Тулу; оса­жден­ные два раза посы­ла­ли в Поль­шу с прось­бой выслать како­го-нибудь ново­го Лже­ди­мит­рия, — и он, нако­нец, нашел­ся в лице Тушин­ско­го вора; тем не менее Тула про­дер­жа­лась толь­ко до 10 октяб­ря, когда голод и болез­ни при­ну­ди­ли оса­жден­ных сдать­ся; свое кате­го­ри­че­ское обе­ща­ние поми­ло­вать мятеж­ни­ков Шуй­ский не сдер­жал: Болот­ни­ко­ва уто­пи­ли, Лже-Пет­ра пове­си­ли, Шахов­ско­го сосла­ли в пустынь на Кубен­ское озе­ро. При пере­чис­ле­нии этих лиц и постиг­ших их кар о Т. ниче­го не гово­рит­ся. Меж­ду тем в «Древ­ней Рос­сий­ской Вив­лио­фи­ке», мно­гие све­де­ния кото­рой почерп­ну­ты из сго­рев­ших в 1812 г. при мос­ков­ском пожа­ре доку­мен­тов, есть ука­за­ние, что Т. умер в 1612 г. в бояр­ском сане. Труд­но пред­по­ло­жить, что­бы T., если он дей­стви­тель­но нахо­дил­ся в стане мятеж­ни­ков при их сда­че, был поща­жен. Поэто­му едва ли соот­вет­ству­ет истине сле­ду­ю­щее кате­го­ри­че­ское поло­же­ние Карам­зи­на: «Кня­зя Теля­тев­ско­го, знат­ней­ше­го и тем винов­ней­ше­го измен­ни­ка, из ува­же­ния к его име­ни­тым род­ствен­ни­кам не лиши­ли ни сво­бо­ды, ни бояр­ства, к посрам­ле­нию сего вель­мож­но­го досто­ин­ства и к соблаз­ну госу­дар­ствен­но­му». Соло­вьев более прав­до­по­доб­но пред­по­ла­га­ет, что при Шуй­ском Т. мог быть в опа­ле и все же уме­реть в бояр­ском сане, вер­нув его к себе после свер­же­ния Васи­лия Шуй­ско­го. «С дру­гой сто­ро­ны, — про­дол­жа­ет Соло­вьев, — нель­зя не при­нять к све­де­нию и пока­за­ния, что Теля­тев­ский еще при Восме пере­шел на сто­ро­ну Шуй­ско­го», и это поло­же­ние, по-види­мо­му, наи­бо­лее прав­до­по­доб­но, лег­ко объ­яс­няя вме­сте с тем и даль­ней­шую судь­бу Т.
~ Пела­гея (1611 1628.04.01+) ин.Прасковия (Спи­сокъ погре­бен­ныхъ въ Тро­иц­кой Сер­гіе­вой лаврѣ. М. 1880, N° 216)
[Бело­ку­ров С.А. Раз­ряд­ные запи­си за Смут­ное вре­мя (7113–7121 гг.). М., 1907.
Бояр­ский спи­сок 1611 г. / изд. Н.П. Лиха­че­вым. СПб., 1895.
Бус­сов К. Мос­ков­ская хро­ни­ка. 1584–1613. М.; Л., 1961.
Карам­зин Н.И. Исто­рия госу­дар­ства Рос­сий­ско­го. СПб., 1829. Т. 12.
Корец­кий В.И. К исто­рии вос­ста­ния И. И. Болот­ни­ко­ва // Ист. архив. 1956. № 2.
Косто­ма­ров Н.И. Исто­ри­че­ские моно­гра­фии и иссле­до­ва­ния. Т. 5: Смут­ное вре­мя Мос­ков­ско­го
госу­дар­ства в н. XVII сто­ле­тия. СПб., 1868. Т. 2.
Маков­ский Д.П. Пер­вая кре­стьян­ская вой­на в Рос­сии. Смо­ленск, 1967. 526 с.
Мас­са И. Крат­кое изве­стие о Мос­ко­вии в н. XVII в. М., 1937.
Новый лето­пи­сец // Хро­ни­ки смут­но­го вре­ме­ни. М., 1998.
Пер­вые меся­цы цар­ство­ва­ния Миха­и­ла Федо­ро­ви­ча (Столп­цы Печат­но­го при­ка­за) / изд. Имп. об-
щества исто­рии и древ­но­стей рос­сий­ских при Мос­ков­ском ун–те; под ред. и с пре­дисл.
Л.М. Сухо­ти­на. М., 1915.
Пол­ное собра­ние рус­ских лето­пи­сей. М., 1978. Т. 34.
Попов А. Избор­ник сла­вян­ских и рус­ских ста­тей и сочи­не­ний, вне­сен­ных в хро­но­гра­фы рус­ской
редак­ции. М., 1869.
Раз­ряд­ная кни­га 1475–1605 гг. М., 1989. Т. 3, ч 3.
Раз­ряд­ная кни­га 1550–1636 гг. М., 1976. Т. 2, вып. 1.
Раз­ряд­ная кни­га от 7067–7112 (1559–1604 гг.). Сим­бирск; М., 1845.
Рос­сия нача­ла XVII в. Запис­ки капи­та­на Мар­же­ре­та. М., 1982.
Рус­ская исто­ри­че­ская биб­лио­те­ка. СПб., 1892. Т. 13. 982 стб.
Рус­ский био­гра­фи­че­ский сло­варь. СПб, 1908. Т. 3;1912. Т. 20.
Скрын­ни­ков Р.Г. Смут­ное вре­мя: кру­ше­ние цар­ства. М., 1995.
Скрын­ни­ков Р.Г. Сму­та в Рос­сии в н. XVII в. Иван Болот­ни­ков. Л., 1988.
Смир­нов И.И. Вос­ста­ние Болот­ни­ко­ва (1606 – 1607). Л., 1951.
Соло­вьев С. М. Исто­рия Рос­сии с древ­ней­ших вре­мен. СПб., 1896. Кн. 2.
Ста­ни­слав­ский А.Л. Граж­дан­ская вой­на в Рос­сии XVII в.: Каза­че­ство на пере­ло­ме исто­рии. М.,
1990.
Тихо­ми­ров М.Н. Новый источ­ник по исто­рии вос­ста­ния Болот­ни­ко­ва // Ист. архив. 1951. № 6.
Тюмен­цев И.О. Сму­та в Рос­сии в нача­ле XVII ст.: дви­же­ние Лже­д­мит­рия II. Вол­го­град, 1999.
«Акты Архео­гра­фи­че­ской Экс­пе­ди­ции», т. II, стр.43, 173. — «Древ­няя Рос­сий­ская Вив­лио­фи­ка», т. XI, стр. 421; т. XIII, стр. 14, 254, 294, 330—331, 342, 377, 383; т. XX, стр. 86. — Дела поль­ские, в архи­ве мини­стер­ства ино­стран. дел в Москве, лист 209. — Раз­ряд­ная кни­га Е. В. Бар­со­ва, лл. 483, 561—562, 595—596. — Раз­ряд­ная кни­га П. О. Лиха­че­ва, стр. 501 — Карам­зин, «Исто­рия госуд. Рос­сий­ско­го», изд. Эйнер­лин­га, т. X, прим. 58, 315; т. XI, стр. 93, 111, 113, 117, 120—121; прим. 272, 285, 311; т. XII, стр. 16, 19, 27, 31, 32, 34, 39, 40; прим. 51, 61, 114, 123, 131—133, 155. — С. М. Соло­вьев, «Исто­рия Рос­сии с древ­ней­ших вре­мен», изд. т-ва «Обществ. Поль­за», кн. II, стр. 767, 769, 770, 822, 825. — Н. П. Лиха­чев, «Раз­ряд­ные дья­ки XVI стол.», стр. 492, 503, 504, 518—519, 523; в при­ло­же­нии стр. 49, 63, 71. — «Спра­воч­ный энцик­ло­пед. сло­варь», Крайя-Стар­чев­ско­го, т. 10, s. v. — «Энцик­ло­пе­дич. сло­варь» Брок­гау­за-Ефро­на, 1-е изд., т. 32, стр. 827—828.

8 коле­но

князь Федор Андре­евич +Епи­фа­ний Теля­тев­ский (1611,—1644/45,Астрахань,†Троицк.Серг.м-рь)
стольник(1627) воев.Тобольск(1631-1633) +Епи­фа­ний С:Анд.Анд. /+ЕМЕЛЬЯН,ин. ЕРМОГЕН/. :Пелагня/ин. Прасковия/
Фёдор (в кре­ще­нии Епи­фа­ний) Андре­евич [ско­рее все­го 12(22).5.1599–28.9(8.10).1644], столь­ник (воз­мож­но, с 1613), при­сут­ство­вал на пер­вой сва­дьбе царя Миха­и­ла Фёдо­ро­ви­ча (1624), 1-й вое­во­да в Вязь­ме (1626), Тоболь­ске (1631–32) и Аст­ра­ха­ни (1642–43), 1-й вое­во­да боль­шо­го пол­ка в Туле (1628, 1637).

15 авгу­ста 1623 года князь Фёдор Андре­евич Теля­тев­ский впер­вые упо­ми­на­ет­ся в чине столь­ни­ка, когда он смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол. 2 фев­ра­ля 1624 года наря­жал вина при цар­ском сто­ле, 19 сен­тяб­ря того же 1624 года был трид­ца­тым в поез­де во вре­мя пер­вой сва­дьбы царя Миха­и­ла Фёдо­ро­ви­ча с княж­ной Мари­ей Вла­ди­ми­ров­ной Дол­го­ру­ко­вой. 22 сен­тяб­ря смот­рел в боль­шой стол в Гра­но­ви­той пала­те, 17 октяб­ря смот­рел в боль­шой стол в перед­ней пала­те. 17 мая 1625 года Ф. А. Теля­тев­ский при сто­ле, за кото­рый были при­гла­ше­ны кызыл­баш­ские послы, перед царем пить носил. 20 мая 1626 года вме­сте с Юри­ем Игна­тье­ви­чем Тати­ще­вым был отправ­лен на четы­ре меся­ца пер­вым вое­во­дой в Вязь­ме. Его сопро­вож­дал отряд из 408 рат­ных людей. 19 сен­тяб­ря того же года вер­нул­ся из Вязь­мы в Моск­ву. 11 декаб­ря 1627 года князь Фёдор Андре­евич Теля­тев­ский ездил со сто­лом от царя Миха­и­ла Фёдо­ро­ви­ча и пат­ри­ар­ха Фила­ре­та к турец­ко­му послу. 13 апре­ля 1628 года Ф. А. Теля­тев­ский «по крым­ским вестям» был назна­чен в укра­ин­ный раз­ряд пер­вым вое­во­дой пере­до­во­го пол­ка в Туле. 31 мая царь Миха­ил Фёдо­ро­вич в сво­ей гра­мо­те при­ка­зал кня­зю Фёдо­ру Теля­тев­ско­му смот­реть за укреп­ле­ни­я­ми, сле­дить за при­хо­дом крым­ских татар, созы­вать окрест­ных жите­лей в оса­ду при при­бли­же­нии про­тив­ни­ка, доно­сить обо сем царю и вое­во­дам бли­жай­ших горо­дов, посы­лать дозор­ных, ловить «язы­ков». В слу­чае напа­де­ния крым­ских татар Фёдор Теля­тев­ский дол­жен был высту­пить про­тив татар сам «и това­ри­щей сво­их дру­гих вое­вод посы­лать». При напа­де­нии крым­цев на Тулу к кня­зю Ф. А. Теля­тев­ско­му долж­ны были при­быть вое­во­ды из Деди­ло­ва, Кра­пив­ны, Пере­я­с­лав­ля-Рязан­ско­го и Мцен­ска. 20 сен­тяб­ря Фёдор Теля­тев­ский полу­чил новый цар­ский указ, по усло­ви­ям кото­ро­го он мог с 1 октяб­ря вер­нуть­ся с Тулы в Моск­ву. В мае 1631 — мае 1633 года князь Фёдор Андре­евич Теля­тев­ский был пер­вым вое­во­дой в Тоболь­ске. По цар­ско­му ука­зу тоболь­ский вое­во­да Ф. А. Теля­тев­ский содей­ство­вал рас­ши­ре­нию рус­ских вла­де­ний на тер­ри­то­рии Сиби­ри и Даль­не­го Восто­ка. В 1634 году из Моск­вы в Тобольск был отправ­лен Фёдор Ива­но­вич Боль­шой Голе­ни­щев-Куту­зов, кото­рый дол­жен был рас­сле­до­вать пре­бы­ва­ние Ф. А. Теля­тев­ско­го на вое­вод­стве. 2 фев­ра­ля 1634 года князь Фёдор Андре­евич Теля­тев­ский смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол в сто­ло­вой пала­те, 4 и 15 фев­ра­ля­был пер­вым рын­дой при вто­рич­ном при­ез­де к царю турец­ко­го посла в золо­той под­пис­ной пала­те. 1 мар­та на име­ни­ны цари­цы Евдо­кии Лукья­нов­ны (Стреш­не­вой) смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол в сто­ло­вой пала­те. 6 апре­ля 1634 года князь Фёдор Теля­тев­ский наря­жал вина на цар­ском сто­ле в сто­ло­вой пала­те в Свет­лое Вос­кре­се­нье. Дру­гой столь­ник князь Алек­сей Ива­но­вич Воро­тын­ский смот­рел в боль­шой стол. Андрей Теля­тев­ский бил челом царю на кня­зя Алек­сея Воро­тын­ско­го «о местах», а послед­ний бил челом на пер­во­го за своё бес­че­стье. 18 июня и 27 июля 1634 года Ф. А. Теля­тев­ский был пер­вым рын­дой при пред­став­ле­нии царю кызыл­баш­ско­го куп­ца, юрген­ско­го и швед­ско­го послов. 28 июля смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол в сто­ло­вой пала­те Ново­де­ви­чье­го мона­сты­ря. 3 и 22 авгу­ста, 3 и 23 сен­тяб­ря сто­ял пер­вым рын­дой на при­ё­ме у царя швед­ско­го, гол­ш­тин­ско­го и турец­ко­го послов в боль­шой под­пис­ной пала­те. 29 сен­тяб­ря — пер­вый рын­да при при­ез­де дру­го­го гол­ш­тин­ско­го посла. 5 октяб­ря 1634 года на кре­сти­ны царев­ны Софьи Михай­лов­ны князь Фёдор Андре­евич Теля­тев­ский был в сто­ло­вой пала­те, смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол. 28 октяб­ря — пер­вый рын­да при отпус­ке швед­ско­го посоль­ства в мень­шей золо­той пала­те, затем смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол в перед­ней пала­те. 10 апре­ля 1636 года князь Фёдор Теля­тев­ский был у пат­ри­ар­ха в сто­ло­вой келье в Верб­ное Вос­кре­се­нье. 17 апре­ля (в Свет­лое Вос­кре­се­нье), 5 мая (име­ни­цы царев­ны Ири­ны Михай­лов­ны), 5 июня (Тро­и­ца), 15 авгу­ста и 25 декаб­ря Ф. А. Теля­тев­ский в сто­ло­вой пала­те смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол. В 1637 году: 12 янва­ря (име­ни­ны царев­ны Татья­ны Михай­лов­ны), 2 апре­ля (Верб­ное Вос­кре­се­нье), 9 апре­ля (Свет­лое Вос­кре­се­нье), 2 июня (име­ни­цы царе­ви­ча Ива­на Михай­ло­ви­ча), 15 авгу­ста и 8 сен­тяб­ря Ф. А. Теля­тев­ский вновь в сто­ло­вой пала­те смот­рел в боль­шой госу­да­рев стол. 23 сен­тяб­ря 1637 года князь Фёдор Андре­евич Теля­тев­ский был назна­чен пер­вым вое­во­дой боль­шо­го пол­ка в Туле. В 1638 года нахо­дил­ся в Москве, где в чине столь­ни­ка участ­во­вал в раз­лич­ных при­двор­ных цере­мо­ни­ях. 5 мая того же 1638 года был отправ­лен пер­вым вое­во­дой в Одо­ев для защи­ты южно­рус­ских рубе­жей от набе­гов крым­ских татар и ногай­цев. В 1640—1641 годах князь Фёдор Андре­евич Теля­тев­ский в чине столь­ни­ка слу­жил при цар­ском дво­ре. В 1642 году был назна­чен пер­вым вое­во­дой в Аст­ра­хань, где оста­вал­ся до 1645 года. При вступ­ле­нии на вое­вод­ство ему был при­слан цар­ский наказ, в кото­ро­му пред­пи­сы­ва­лось лас­ко­во дер­жать себя по отно­ше­нию к ногай­ским, юртов­ским и еди­сан­ским мур­зам, «в ама­на­ты (залож­ни­ки) има­ти луч­ших людей и дер­жать на заклад­ном дво­ре и бере­же­ние про­тив преж­не­го госу­дар­ства ука­зу», женам и детям залож­ни­ков выда­вать содер­жа­ние на про­корм­ле­ние. Ногай­ские мур­зы, кото­рые со сво­и­ми под­дан­ны­ми при­хо­ди­ли коче­вать под Аст­ра­хань и на ногай­скую сто­ро­ну, долж­ны были быть пере­пи­са­ны по улу­сам, они долж­ны были дать аст­ра­хан­ским вое­во­дам залож­ни­ков.
В 1642 году кал­мыц­кие тай­ши совер­ши­ли напа­де­ние на Аст­ра­хань. Во вре­мя набе­га еди­сан­ские мур­зы пере­шли на сто­ро­ну кал­мы­ков. Позд­нее аст­ра­хан­ский вое­во­да князь Фёдор Андре­евич Теля­тев­ский пытал­ся убе­дить еди­сан­цев вер­нуть­ся в цар­ское под­дан­ство. В 1645 году столь­ник князь Ф. А. Теля­тев­ский скон­чал­ся в Аст­ра­ха­ни.
Был женат на Татьяне Львовне, доче­ри Л. А. Пле­ще­е­ва.
Послед­ний муж­ской пред­ста­ви­тель кня­же­ско­го рода Теля­тев­ских. Над его моги­лой в Кирил­ло-Бело­зер­ском мона­сты­ре­воз­ве­де­на цер­ковь Епи­фа­ния.
Круп­ный зем­ле­вла­де­лец, ему при­над­ле­жа­ли вот­чи­ны в Твер­ском (в част­но­сти, г. Мику­лин, ныне село Мику­ли­но Лото­шин­ско­го рай­о­на Мос­ков­ской обла­сти; 1/3 как уна­сле­до­ван­ная вот­чи­на, 2/3 – по куп­чей 1634/35), Суз­даль­ском и Ростов­ском уез­дах, поме­стья в Ростов­ском и Мос­ков­ском уез­дах. Со смер­тью Ф. А. Теля­тев­ско­го род М. по муж­ской линии окон­ча­тель­но пре­сёк­ся.
В 1616/17 г. един­ствен­ный сын кня­зя А.А. Теля­тев­ско­го князь Федор Андре­евич, силь­но нуж­дав­ший­ся в день­гах [1, № 12, с. 18, 19], про­дал село Пет­ро­во Горо­ди­ще Льву и Ива­ну Афа­на­сье­вым детям Пле­ще­е­ва – бра­тьям сво­ей неве­сты или жены Татья­ны [10, с. 87–88, л. 152 об./140 об.]. В 1622/23 г. за так назы­ва­е­мое Мос­ков­ское осад­ное
сиде­нье 1618 г. царь Миха­ил Федо­ро­вич пожа­ло­вал кня­зю Федо­ру Андре­еви­чу в вот­чи­ну часть его поме­стья в Ростов­ском уез­де. В нача­ле 1630-х гг. князь Федор Андре­евич вер­нул в соб­ствен­ность село Пет­ров­ское, ранее отдан­ное в при­да­ное за сест­рой кня­зю Ива­ну Андре­еви­чу Голи­цы­ну; в 1634/35 г. выку­пил у госу­дар­ства остав­ши-
еся 2/3 запу­стев­ше­го Мику­ли­на; веро­ят­но не ранее вто­рой поло­ви­ны 1630-х гг., при­об­рел в вот­чи­ну село Дорожаево22 близ р. Шоша в Твер­ском уез­де, при­мер­но в 8 км на юго-восток от Ошур­ко­во.
~ Татья­на Львов­на Пле­ще­е­ва
~ Фео­до­сия 1627.09.30+
Спи­ри­дов, «Запис­ки о ста­рин. служ­бах рус­ских бла­го­род­ных родов» (руко­пись Имп. Публ. библ.), ч. III, стр. 415, 416, 417. — Его же, «Сокра­щен­ное опи­са­ние слу­жеб бла­го­родн. рос­сийск. дво­рян», ч. II, стр. 191. — «Акты Исто­ри­че­ские», т. III, стр. 313—315, 491; т. IV, стр. 46, 82, 91. — Пол­ное Собра­ние Зако­нов, т. III, стр. 553, 557, 564, 580, 581. — «Древ­няя Рос­сий­ская Вив­лио­фи­ка», изд. 2-е, т. ІII, стр. 149, 153. — «Рус­ская Исто­ри­че­ская Биб­лио­те­ка», т. IX, стр. 411, 423, 429, 540, 546, 568, 569; т. Х, стр. 135, 141, 166, 167, 173, 191, 198, 199. — «Раз­ряд­ные кни­ги по офи­ци­аль­ным оных спис­кам», т. I, столб. 1230; т. II, столб­цы 8, 9, 10, 16, 17, 25, 26, 28, 29, 31, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 46, 49, 51, 52, 54, 56, 101, 362, 689. — «Двор­цо­вые раз­ря­ды», т. I, столб­цы 643, 652, 733, 843, 934, 964, 983, 988, 991; т. II, столб­цы 81, 93, 127, 159 (прим. 3), 184, 296, 352, 360, 361, 366, 367, 368. 380, 387, 388, 392, 397, 401, 402, 403, 405, 406, 506, 507, 508, 510, 516, 523, 525, 526, 527, 528, 534, 539, 544, 552, 561, 564, 603, 621, 630, 672, 688. — А. П. Бар­су­ков, «Спис­ки горо­до­вых вое­вод Мос­ков­ско­го госу­дар­ства в XVII сто­ле­тии», стр. 9, 55, 237. — Ива­нов, «Алфа­вит­ный ука­за­тель к бояр­ским кни­гам», стр. 403. — Лоба­нов-Ростов­ский, «Рус­ская родо­слов­ная кни­га», ч. II, стр. 294.
княж­на Фео­до­сия Андре­ев­на Теля­тев­ская (1611,1649)
ин.Евфросиния; Д:Анд.Анд. /+Емельян,ин. Ермоген/ ТЕЛЯ­ТЕВ­СКИЙ. :Пелагня/ин. Прасковия/
†с.Микулино Горо­ди­ще Ста­ри­ца-у., в Архан­гель­ской церк­ви.
~ к.Ив.Анд. Голи­цын
Ири­на Андре­ев­на (1605-84)
сест­ра послед­не­го кня­зя Теля­тев­ско­го. †с.Микулино Горо­ди­ще Ста­ри­ца-у., в Архан­гель­ской церк­ви.
~ Яко­вом Ники­тич Голо­вин.

10 коле­но

княж­на Мария Федо­ров­на Теля­тев­ская (—1645-до)
мл. Д:Фед.Анд

Мику­лин­ский Анто­ний инок кн. (14?) <Род Мико­улин­ских и Теля­тев­ских>
Мику­лин­ский Афа­на­сий кн. (14?) <Род княsя Васи­лия Мику­лин­ско­го>
Мику­лин­ский Глеб кн. (14?) <Род Мико­улин­ских и Теля­тев­ских>
Мику­лин­ский Гри­го­рий кн. (14?) <Род Мико­улин­ских и Теля­тев­ских>
Мику­лин­ский Иван (1590,1613) земск.писарь.Брацлав(1590-1613)
Мику­лин­ский Осип (14?) <Род Мико­улин­ских и Теля­тев­ских>
Мику­лин­ский Пат­ри­кей (14?) <Род Мико­улин­ских и Теля­тев­ских>
Мику­лин­ский Петр (1566,1568) земск.подсудок.Брацлав(1566-1568)
Мику­лин­ский Петр Ива­но­вич кн. (1588) в 1588 помещ.-Тверь-у.
Мику­лин­ский Сера­пи­он инок (15?) <Род княsя Васи­лия Мику­лин­ско­го>
Мику­лин­ский Фео­гност инок кн. (14?) <Род Мико­улин­ских и Теля­тев­ских>
Мику­лин­ский Фео­до­сий кн. (14?) <Род Мико­улин­ских и Теля­тев­ских>
Мику­лин­ский Юрий кн. (1588) в 1588 помещ.-Тверь-у.

Мику­лин­ская N (1620?) ~к.Юр.Станисл. Три­стян­ский Д::. МИКУ­ЛИН­СКИЙ.
Мику­лин­ская N Федо­ров­на (ур.Ошуркова) кнг. (1511/12) ~Ив.Анд Д:Фед.Григ. ОШУР­КОВ.
Мику­лин­ская Агра­фе­на ино­ка =Анна кнг. (1540) помещ. ~к.Вас.Анд. Мику­лин­ский
Мику­лин­ская Агра­фе­на кнж. (15?) мл. <Род кнsя Фео­до­ра Андре­еви­ча Теля­тев­скаг>
Мику­лин­ская Алек­сандра ино­ка кнг. (1435,—1477/85) ~к.Фед.Алдр. Мику­лин­ский
Мику­лин­ская Ана­ста­сия ино­ка кнг. (—1538+до) ~к. <род княsя Васи­ля Микуль­ско­го>
Мику­лин­ская Анна ин.Аграфена кнг. (1540) помещ. ~к.Вас.Анд. Мику­лин­ский
Мику­лин­ская Анна Васи­лье­ва жена Андре­еви­ча кнг. (1539) в 1539 помещ.-Тверь-у.
Мику­лин­ская Анна, княж­на (1588) в 1588 помещ.-Тверь-у.
Мику­лин­ская Вар­со­но­фия ино­ка =Васи­ли­са кнг. (1470?) ~к.Анд.Фед. Мику­лин­ский
Мику­лин­ская Васи­ли­са ин.Варсонофия кнг. (1470?) ~к.Анд.Фед. Мику­лин­ский
Мику­лин­ская Гли­ке­рия кнж. (15?) мл. <Род кнsя Фео­до­ра Андре­еви­ча Теля­тев­скаг>
Мику­лин­ская Евдо­кия Васи­льев­на (ур.Морозова) кнг. (1559,1577,†с.Микулино Горо­ди­ще Старица-у.,Архангельск.ц-вь) ~к.Сем.Ив. ин.Сергий Пун­ков Д:: Вас. МОРО­ЗОВ.
Мику­лин­ская Ксе­ния ин.Евфимия кнг. (15?) схим. ~к. <Род Мико­улин­ских и Теля­тев­ских>
Мику­лин­ская Мария кнг. (—1568-до) ~к.Ив.Ив.Пунков Мику­лин­ский
Мику­лин­ская Мария Ива­нов­на (ур.кнж.Ярославская) кнг. (1412) 1412.01.17~к.Алдр.Фед. Мику­лин­ский Д:Ив.Вас. Б. :Мария
Мику­лин­ская Мар­фа Дмит­ри­ев­на кнж. (1550?) мл. Д:Дм.Ив. /ин.ДИОНИСИЙ/ :София.Мих. ВОРОН­ЦО­ВА.
Мику­лин­ская София Михай­лов­на (ур.Воронцова) кнг. (1552,—1557,†с.Микулино Горо­ди­ще Старица-у.,Арханг.ц-вь) вдо­ва ~к.Дм.Ив. ин.Дионисий Мику­лин­ский Пун­ков Д:: Мих. ВОРОН­ЦОВ.
Мику­лин­ская Улья­на Ива­но­ва жена Андре­еви­ча, кнг. 1261 об. (Пун­ко­ва) (1551) в 1551 помещ.-Тверь-у.
Теля­тев­ская Алек­сандра ино­ка кнг. (15) <Род кнsя Фео­до­ра Андре­еви­ча Теля­тев­скаг>
Теля­тев­ская Ана­ста­сия кнг. (15) <Род кнsя Фео­до­ра Андре­еви­ча Теля­тев­скаг>
Теля­тев­ская Дарья кнг. (15) <Род кнsя Фео­до­ра Андре­еви­ча Теля­тев­скаг>
Теля­тев­ская Евдо­кия кнг. (1579) помещ. ~к.Вас.Ив. Теля­тев­ский
Теля­тев­ская Ксе­ния кнг. (1574,—1586/1601.04.09) вдо­ва вотч.-Суздаль-у.,Тверь-у. ~к.Анд.Петр. Теля­тев­ский Д:: :ин.Мариамия
Теля­тев­ская Мария кнг. (—1541.03.10-до) ~к.Ив.Мих. М.Ватута Теля­тев­ский
Теля­тев­ская Мария кнг. (—1566.10.+до) ~к.Петр.Ив. Теля­тев­ский
Теля­тев­ская Пела­гея ин.Прасковия кнг. (1611,—1628.04.01,†Троицк.Серг.м-рь) ~к.Анд.Анд. +Еме­льян ин.Гермоген Теля­тев­ский
Теля­тев­ская Сте­фа­ни­да Федо­ров­на ин.София (ур.Тушина) кнг. (1564,1570) ~к.Петр.Ив. Теля­тев­ский Д:Фед.Мих. ТУШИН
Теля­тев­ская Фев­ро­ния ино­ка кнг. (15) <Род кнsя Фео­до­ра Андре­еви­ча Теля­тев­скаг>
Теля­тев­ская Фео­до­сия кнг. (—1627.09.30,-1630.09.30,†Троицк.Серг.м-рь) ~к.Фед.Анд. +Епи­фа­ний Теля­тев­ский

Кня­зья Теля­тев­ские утра­ти­ли родо­вые вот­чи­ны на тер­ри­то­рии быв­ше­го удель­но­го Мику­лин­ско­го кня­же­ства, вклю­чен­но­го в состав Рус­ско­го госу­дар­ства в 1485 г., в нача­ле XVI в. и в сере­дине это­го
сто­ле­тия вот­чин­ной зем­ли почти не имели2. Одна­ко не позд­нее 11 мар­та 1566 г.3
князь Андрей Пет­ро­вич Теля­тев­ский, поль­зо­вав­ший­ся­до­ве­ри­ем царя Ива­на IV Васи­лье­ви­ча [2, № 289, с. 354, ящик 223; 15, №1
2 Ср.: [18, с. 123, л. 93 об.; 3, отд. II, с. 29, л. 6]; ОР РГБ. Ф. 303/I. Кн. 530.
Москва. № 82. Л. 99–99 об.
3 Ср.: [7, № 103, с. 424]; РГА­ДА. Ф. 281. Оп. 17. Суз­даль. Д. 52/11831. Л. 3, 7. 174, с. 474–475], полу­чил от госу­да­ря в каче­стве пожа­ло­ва­ния в вот­чи­ну в Ста­ро­дуб­ском уез­де село (сель­цо) Сары­ево близ р. Тара, пра­во­го при­то­ка р. Клязьма4.
Вдо­ва кня­зя А.П. Теля­тев­ско­го, скон­чав­ше­го­ся в 1568 г., кня­ги­ня Ксе­ния не позд­нее 1571 г.5 обме­ня­ла Сары­ево на села (сель­ца) Пет­ро­во Горо­ди­ще на р. Нерль6 и Кол­бац­кое на р. Теза7в Суз­даль­ском уез­де. 15 июня 1576 г. за «150 руб­лев» [4, с. 83, л. 295 об.] кня­ги­ня Ксе­ния полу­чи­ла от Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря село Николь­ское на р. Шоша8 в Твер­ском уез­де. Впо­след­ствии акт пере­да­чи села мона­сты­рем кня­зьям Теля­тев­ским подтверждался9. Из запи­си во Вклад­ной кни­ге Тро­и­це-Сер­ги­е­ва монастыря1673 г. мож­но заклю­чить, буд­то пере­дан­ные оби­те­ли в 1575/76 г. кня­ги­ней К. Теля­тев­ской земель­ные вла­де­ния в Дмит­ров­ском уез­де при­над­ле­жа­ли покой­но­му кня­зю А.П. Теля­тев­ско­му, по душе кото­ро­го, в част­но­сти, и делал­ся вклад [4, с. 86, л. 305]. Одна­ко текст дан­ной гра­мо­ты опро­вер­га­ет это пред­по­ло­же­ние: вклад кня­ги­ней Ксе­ни­ей осу­ществ­лял­ся по душам сво­их роди­те­лей, а имя кня­зя А.П. Теля­тев­ско­го упо­ми­на­лось лишь в пер­вой стро­ке как обо­зна­че­ние, чьей­в­до­вой явля­лась вкладчица10. РГА­ДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 47. Л. 54. Дача № 338; Там же. Ф. 1357. Оп. 2. Д. 4. Ряд III. Л. 5. Дача № 338; [13, т. VI, с. 146, № 3868]. Ныне центр Сары­ев­ско­го­сель­ско­го посе­ле­ния Вяз­ни­ков­ско­го рай­о­на Вла­ди­мир­ской обла­сти.
5 Ср.: РГА­ДА. Ф. 1209. Столб­цы по Москве. № 32739. Л. 257 (пер­во­на­чаль­но в
руко­пи­си назва­ние села было напи­са­но вер­но как «Сара­е­во», затем исправ­ле­но– на «Сар­зе­во»); Там же. Ф. 281. Оп. 17. Суз­даль. Д. 83/11862. Л. 1; Там же.
Ф. 1209. Кн. 11317. Л. 863 об.–864; Л. 1077–1077 об.; Кн. 11319. Л. 604–608 об.
6 Там же. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 69. Л. 57. Дача № 371; Там же. Ф. 1357. Оп. 2. Д. 4.
Ряд II. Л. 3. Дача № 371; [13, т. VI, с. 199, № 5291]. Ныне село Пет­ро­во-Горо­ди­ще Пет­ров­ско­го город­ско­го посе­ле­ния Гав­ри­ло­во-Посад­ско­го рай­о­на­И­ва­нов­ской обла­сти.
7РГАДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 74. Л. 56. Дача № 415; Там же. Ф. 1357. Оп. 2. Д. 4.
Ряд II. Л. 4; [13, № 176, № 6, б), стб. 720–722; 16, т. VI, с. 213, № 5698]. Ныне
посе­лок Кол­бац­кое Ива­нов­ско­го рай­о­на Ива­нов­ской обла­сти.
8 РГА­ДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 1731. Л. 116 об. Дача № 1083; [17, V, л. 8, дача
№ 1083; 16, т. LXIII, с. 386, № 11575]. Ныне дерев­ня Сте­пу­рин­ско­го сель­ско­го
посе­ле­ния Ста­риц­ко­го рай­о­на Твер­ской обла­сти.
9 Ср.: ОР РГБ. Ф. 303/I. Кн. 628. Л. 242; РГА­ДА. Ф. 1209. Кн. 467. Л. 100 об;
Там же. Кн. 875. Л. 156 об.
10 ОР РГБ. Ф. 303/I. Кн. 532. Дмит­ров. № 120. Л. 524 об–525.
Дея­тель­ность кня­ги­ни К. Теля­тев­ской по уве­ли­че­нию вот­чин­ных вла­де­ний про­дол­жил ее млад­ший сын князь Андрей Андре­евич. В нача­ле цар­ство­ва­ния Федо­ра Ива­но­ви­ча он полу­чил по «даче» Тро­и­це-Сер­ги­е­ва мона­сты­ря, под­твер­жден­ной цар­ской гра­мо­той, село (сель­цо) Ала­бы­ше­во на р. Сход­ня Мос­ков­ско­го уез­да [11, № 3, с. 59, № 4, с. 148]11. В 1588/89 г. Федор Ива­но­вич пожа­ло­вал кня­зю А.А. Теля­тев­ско­му в Твер­ском уез­де село Ошур­ко­во на р. Жаб­ня и 1 /3 г. Мику­лин на р. Шоша12 . По-види­мо­му, тогда же князь А.А. Теля­тев­ский стал владельцем13 села Пет­ров­ское на р. Мошница14 в этом же уез­де. Сра­зу же после смер­ти кня­зя А.А. Теля­тев­ско­го в 1611 г. его
вдо­ва кня­ги­ня Мария Ники­тич­на, урож­ден­ная Году­но­ва (тро­ю­род­ная сест­ра царя Бори­са Федо­ро­ви­ча Году­но­ва) [10, с. 78. Л. 136/124], доби­лась закреп­ле­ния за собой и сво­и­ми детьми вот­чин­ных земель покой­но­го мужа, полу­чив «госу­да­ре­вы гра­мо­ты» [14, № 2, с. 49, л. 43].
РГА­ДА. Ф. 1209. Кн. 875. Л. 51. Ныне село Мику­ли­но сель­ско­го поселения’Микулинское Лото­шин­ско­го муни­ци­паль­но­го рай­о­на Мос­ков­ской обла­сти.
13 Ср.: РГА­ДА. Ф. 1209. Кн. 467. Л. 46; Кн. 872. Л. 61–65, 65–65 об; Кн. 873.
Л. 77 об–79; [1, № 12, с. 18].
14 РГА­ДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 1738. Л. 115 об. Дача № 922; [12, с. 231, л. 557 об;
17, VII, л. 3, дача № 922; 16, т. LXIII, с. 18, № 491]. Ныне село Верхне-
волж­ско­го сель­ско­го посе­ле­ния Кали­нин­ско­го р
В 1616/17 г. един­ствен­ный сын кня­зя А.А. Теля­тев­ско­го кФе­дор Андре­евич, силь­но нуж­дав­ший­ся в день­гах [1, № 12, с. 18, 19], ‘про­дал село Пет­ро­во Горо­ди­ще Льву и Ива­ну Афа­на­сье­вым детям
Плещеева15 – бра­тьям сво­ей неве­сты или жены Татья­ны [10, с. 87–88, л. 152 об./140 об.]. В 1622/23 г.16 за так назы­ва­е­мое Мос­ков­ское осадное’сиденье 1618 г. царь Миха­ил Федо­ро­вич пожа­ло­вал кня­зю Федо­ру Андре­еви­чу в вот­чи­ну часть его поме­стья в Ростов­ском уезде17. В нача­ле 1630-х гг. князь Федор Андре­евич вер­нул в соб­ствен­ность село’Петровское, ранее отдан­ное в при­да­ное за сест­рой кня­зю Ивану’Андреевичу Голицыну18; в 1634/35 г. выку­пил у госу­дар­ства остав­ши­е­ся 2/3 запу­стев­ше­го Микулина19; веро­ят­но не ранее вто­рой поло­ви­ны 1630-х гг.20, приобрел21 в вот­чи­ну село Дорожаево22 близ р. Шоша в Твер­ском уез­де, при­мер­но в 8 км на юго-восток от Ошур­ко­во.
РГА­ДА. Ф. 1209. Кн. 11317. Л. 863 об–864.
16 Там же. Кн. 10752. Л. 1239 об.
17 Там же. Л. 1232 об.–1240.
18 Там же. Кн. 5976. № 48. Л. 842–857 об.
19 Там же. Кн. 875. Л. 51–51 об.
20 Н.Г. Голо­вин, ссы­ла­ясь на пис­цо­вую кни­гу 1628–1630 гг., утвер­ждал, что покуп­ка име­ла место в 1637 г., одна­ко таких дан­ных в источ­ни­ке нами не обна­ру­же­но [5, с. 67].
21 Ср.: РГА­ДА. Кн. 467. Л. 97; Там же. Кн. 875. Л. 403; ОР РГБ. Ф. 303/I.
Кн. 628. Л. 244 об., 245 об.
22 РГА­ДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 1731. Л. 119 об., 120. Дача № 1111; [17, V, л. 9,
дача № 1111; 16, т. LXIII, с. 160, № 5046]. Ныне село сель­ско­го посе­ле­ния
Доро­жа­ев­ское Зуб­цов­ско­го рай­о­на Твер­ской обла­сти.
Боль­шин­ство земель, при­об­ре­тав­ших­ся кня­зья­ми Теля­тев­ски­ми, ‘исто­ри­че­ски было свя­за­но с вот­чин­ным зем­ле­вла­де­ни­ем рода князей’Микулинских. Села Николь­ское, Ошур­ко­во и Пет­ров­ское и г. Мику­лин, являв­ший­ся цен­тром быв­ше­го удель­но­го Мику­лин­ско­го кня­же­ства, при­над­ле­жа­ли чет­ве­ро­ю­род­ным дедам кня­зя А.А. Теля­тев­ско­го – кня­зьям Семе­ну и Дмит­рию Ива­но­ви­чам Мику­лин­ским, село Ала­бы­ше­во нахо­ди­лось в вот­чине кня­зя Семе­на Федо­ро­ви­ча Ала­бы­ше­ва –
чет­ве­ро­ю­род­но­го бра­та пра­де­да кня­зя А.А. Теля­тев­ско­го, кня­зя Ивана’Михайловича Теля­тев­ско­го, и мужа чет­ве­ро­ю­род­ной сест­ры деда, кня­зя Пет­ра Ива­но­ви­ча Мику­лин­ско­го, – кня­ги­ни Ана­ста­сии Васи­льев­ны, урож­ден­ной княж­ны Микулинской23

Со смер­тью сына С. И. Мику­лин­ско­го – Пет­ра Семё­но­ви­ча (? – 9 авгу­ста, веро­ят­но, 1564) эта
линия рода М. пре­сек­лась.
Лите­ра­ту­ра
Источн.: Брань кня­зя Васи­лия Мику­лин­ско­го с Ыва­ном с Руд­ным с Колы­че­вым //
Бого­яв­лен­ский С. К. Мос­ков­ский при­каз­ный аппа­рат и дело­про­из­вод­ство XVI–XVII
Лит.: [Голо­вин Н. Г.] Мику­лин­ская лето­пись, состав­лен­ная по древним актам с 1354 по
1678 год. М., 1854; Зимин А. А. Фор­ми­ро­ва­ние бояр­ской ари­сто­кра­тии в Рос­сии во
вто­рой поло­вине XV – пер­вой тре­ти XVI в. М., 1988; Наза­ров В. Д. Кня­же­ское родо­вое
зем­ле­вла­де­ние в Рос­сии: тра­ди­ци­он­ное пра­во и при­го­вор 1551 г. // Зем­ле­вла­де­ние и
зем­ле­поль­зо­ва­ние в Рос­сии (соци­аль­но-пра­во­вые аспек­ты). Мате­ри­а­лы XXVIII сес­сии
Сим­по­зи­у­ма по аграр­ной исто­рии Восточ­ной Евро­пы. Калу­га, 2003; Зинь­ко М. А.
Вот­чи­на кня­зя В. А. Мику­лин­ско­го (1530-е – нача­ло 1540-х гг.): к изу­че­нию раз­ви­тия
вот­чин­но­го зем­ле­вла­де­ния в XVI в. // Вест­ник Мос­ков­ско­го уни­вер­си­те­та. Серия 8.
Исто­рия. 2011. № 3; она же. Вот­чи­на кня­зя С. И. Мику­лин­ско­го: опыт изу­че­ния // Русь,
Рос­сия: Сред­не­ве­ко­вье и Новое вре­мя. Вто­рые чте­ния памя­ти ака­де­ми­ка РАН Л. В.
Мило­ва. М., 2011; она же. «Не чело­век, но аггел Божий»: опыт изу­че­ния био­гра­фии
кня­зя С. И. Мику­лин­ско­го // Древ­няя Русь: Вопро­сы меди­е­ви­сти­ки. 2012. № 1(47); она
же. Фор­ми­ро­ва­ние круп­ной кня­же­ской вот­чи­ны во вто­рой поло­вине XVI – вто­рой
чет­вер­ти XVII вв.: (на при­ме­ре кня­зей Теля­тев­ских) // Русь, Рос­сия: Сред­не­ве­ко­вье и
Новое вре­мя. Тре­тьи чте­ния памя­ти ака­де­ми­ка РАН Л. В. Мило­ва. М., 2013.

Print Friendly, PDF & Email
  1. Пис­цо­вые мате­ри­а­лы Твер­ско­го уез­да XVI века / сост. а. в. анто­нов. м., 2005. с. 494–634. С.622, 610 []