ОСО­ВИЦ­КИЕ, кня­зья — вла­де­ли неболь­шой брян­ской воло­стью Осо­вик (на гра­ни­це Чер­ни­гов­ской и Смо­лен­ской земель). Потом­ком кня­зя «Рома­на Михай­ло­ви­ча Чер­ни­гов­ско­го и Брян­ско­го» соглас­но родо­слов­ным счи­та­лись Осо­виц­кие кня­зья. Зотов счи­тал их потом­ка­ми Миха­и­ла, сына Рома­на Ста­ро­го. Одна­ко впер­вые Осо­виц­кие кня­зья упо­ми­на­ют­ся в 1480-х годах как смо­лен­ские бояре. И досто­вер­ность родо­слов­ной леген­ды труд­но про­ве­рить.

Більш близь­ким їхнім пред­ком, напевне, був і Роман Михай­ло­вич II; прак­тич­но немож­ли­во, щоб пред­став­ни­ки якоїсь іншої, гіпо­те­тич­ної гіл­ки роду Рома­на Ста­ро­го збері­га­ли Брянсь­кий Осо­вик з кін­ця XIII ст. до 1372/75 р., тоб­то у період, коли сам Брянськ нале­жав кня­зям Смо­ленсь­ким, а потім Литовсь­ким. По рус­ским памят­ни­кам нам неиз­ве­стен ни один из кня­зей Осо­вец­ких; на осно­ва­нии же дан­ных Литов­ской мет­ри­ки Бонец­кий сооб­ща­ет све­де­ния о двух кня­зьях Осо­вец­ких, жив­ших в пер­вой поло­вине XVI века. Брян­ская волость Осо­вик упо­ми­на­ет­ся в пере­мир­ной гра­мо­те вели­ко­го кня­зя мос­ков­ско­го Иоаниа III Васи­лье­ви­ча с вели­ким кня­зем литов­ским Алек­сан­дром. По Пере­пис­ной кни­ге Брян­ско­го уез­да, 1678 год, в Поцын­ской воло­сти было село Осо­ви­ко, на реке Гобей­ке, впа­да­ю­щей в реку Дес­ну с пра­вой сто­ро­ны. По спе­ци­аль­ной кар­те Евро­пей­ской Рос­сии (№ 44), село Осо­вик нахо­дит­ся на пра­вом бере­гу реки Дес­ны, в Рос­лавль­ском уез­де Смо­лен­ской губер­нии, близ гра­ни­цы с Брян­ским уез­дом Орлов­ской губер­нии, в 40 вер­стах по пря­мо­му рас­сто­я­нию к восто­ку от горо­да Рос­лав­ля.

По све­де­ни­ям Литов­ской Мет­ри­ки в 1482 году некий князь Иван Осо­виц­кий полу­ча­ет 6 коп гро­шей из коро­лев­ской каз­ны и 7 коп со смо­лен­ско­го мыта. Его сын, Миха­ил высту­па­ет в источ­ни­ках в 1488-1546 гг. Воз­мож­но, что све­де­ния 2-й чет­вер­ти 16 в. отно­сят­ся к дру­го­му кня­зю Миха­и­лу Осо­виц­ко­му. Вот,собственно, и все. У Вольф­фа по кня­зьям Осо­виц­ким инфы все­го на стра­нич­ку1. Дума­ет­ся, эти кня­зья мог­ли быть потом­ка­ми Рома­на Михай­ло­ви­ча «Моло­до­го» от его сына Семе­на, кото­рый, по-види­мо­му, не был убит в Смо­лен­ске вме­сте с отцом. Семен Рома­но­вич мог полу­чить смо­лен­скую волость Осо­вик от Вито­вта после 1404 г.

1 колено

СЕМЕН РОМА­НО­ВИЧ [ОСО­ВИЦ­КИЙ?]

Вели­ко­го кня­зя Рома­на Михай­ло­ви­ча чер­ни­гов­ско­го, уби­ен­но­го от кня­зя Юрия смо­лен­ско­го, и сына его кня­зя Симео­на Рома­но­ви­ча, и кня­ги­ню его Марию Кор­чев­скую. (По сче­ту Фила­ре­та, эта ста­тья № 31).

Через три роки піс­ля заги­белі Рома­на Михай­ло­ви­ча, у 1404 р., Брянськ та Чер­ні­гів було від­да­но в уділ Швит­ри­гай­лу Оль­гер­до­ви­чу. У володін­ні ж нащад­ків Рома­на зали­ши­ла­ся лише брянсь­ка волость Осо­вик2 та, мож­ли­во, дея­кі інші. За родо­во­да­ми XVI ст., князі (О)совицькі були нащад­ка­ми Рома­на Михай­ло­ви­ча I Ста­ро­го3. Більш близь­ким їхнім пред­ком, напевне, був і Роман Михай­ло­вич II; прак­тич­но немож­ли­во, щоб пред­став­ни­ки якоїсь іншої, гіпо­те­тич­ної гіл­ки роду Рома­на Ста­ро­го збері­га­ли Брянсь­кий Осо­вик з кін­ця XIII ст. до 1372/75 р., тоб­то у період, коли сам Брянськ нале­жав кня­зям Смо­ленсь­ким, а потім Литовсь­ким.

Жена: кнж. МАРИЯ КОР­ЧЕВ­СКАЯ. Скоріш за все, Марія була доч­кою кн. Свя­то­сла­ва Тито­ви­ча Кара­чевсь­ко­го, дру­жи­ною яко­го була доч­ка Оль­гер­да Литовсь­ко­го.

2 колено

N [МИХА­ИЛ?]

3 колено

ИВАН ОСО­ВИЦ­КИЙ

По све­де­ни­ям Литов­ской Мет­ри­ки в 1482 году некий князь Иван Осо­виц­кий полу­ча­ет 6 коп гро­шей из коро­лев­ской каз­ны и 7 коп со смо­лен­ско­го мыта. Его сын, Миха­ил высту­па­ет в источ­ни­ках в 1488-1546 гг. Воз­мож­но, что све­де­ния 2-й чет­вер­ти 16 в. отно­сят­ся к дру­го­му кня­зю Миха­и­лу Осо­виц­ко­му. Вот, соб­ствен­но, и все. У Вольф­фа по кня­зьям Осо­виц­ким инфы все­го на стра­нич­ку4. Дума­ет­ся, эти кня­зья мог­ли быть потом­ка­ми Рома­на Михай­ло­ви­ча «Моло­до­го» от его сына Семе­на, кото­рый, по-види­мо­му, не был убит в Смо­лен­ске вме­сте с отцом. Семен Рома­но­вич мог полу­чить смо­лен­скую волость Осо­вик от Вито­вта после 1404 г.

Мікулін­ская волас­ці, якая ў кан­цы 15 ста­годдзя была пад кіра­ван­нем слу­жы­ла­га кня­зя Іва­на Асавіц­ка­га і разам са Сма­ленскам у 1514 г. была зава­ява­на Рус­кай дзяр­жа­вай. У 1526 г. гэтыя зем­лі зноў перай­шлі да Вяліка­га княст­ва Літоўска­га і былі пада­ра­ва­ны сыну кня­зя Асавіц­ка­га Міхай­лу Іва­наві­чу. Пас­ля яго смер­ці ў 1550 г. Мікулі­на перай­шло да яго жон­кі Агра­фе­ны Андр­эеў­ны з роду кня­зёў Луком­скіх.

4 колено

МИХА­ИЛ [ИВА­НО­ВИЧ] ОСО­ВИЦ­КИЙ († после 1550 г.)

Высту­па­ет в доку­мен­тах с 1488 г.. 1488.03.17, реестръ писа­ра Федь­ка, початъ писа­ти, какъ поехалъ король его м(и)л(о)сть з Вкл­ни до Ляховъ, месе­ца ма/ща 17 день, инъ­диктъ 6. Дани­на коро­ля его м(и)л(о)сти кня­земъ и паномъ, и земя­нол*, и дво­ра­номъ, отъ­пра­ва с коръ­чомъ и з мыть …..Смоль­няне: Кня­зю Миха­и­лу, Осо­вит­ско­го сыну, Сеняве 7 копъ з мыта ковенъ­ско­го, 2 руб­ли з винъ в Мар­ко­ве….

Ў 1525 г. зай­маў паса­ду намес­ніка Ясваін­с­кай волас­ці (Жамой­ць). Пад 1514 г. Іван Ціма­фе­евіч Юрлов упер­шы­ню зга­д­ва­ец­ца ў якас­ці намес­ніка Ясваін­с­кай волас­ці (Жамой­ць)5. Яго кар’ера ўрад­ніка скла­д­ва­ла­ся няпро­ста. Апош­ні раз у якас­ці ясваін­ска­га намес­ніка ён фігу­руе ў 1520 г., а ў 1525 г. гэту паса­ду ўжо зай­маў князь Міхаіл Асавіц­кі6. У даку­мен­тах 20-х гг. XVI ст. Іван Ціма­фе­евіч назы­ва­ец­ца толь­кі панам і гас­па­дар­скім два­рані­нам. Паз­баў­ленне Юрло­ва ўра­да адбы­ло­ся, віда­ць, па пры­чыне неда­хо­пу гро­шай у скар­бе – Ясваінь была застаў­ле­на жамойц­ка­му біску­пу. Жыгі­монт, аднак, пла­на­ваў пана Іва­на «леп­шим дер­жа­ньем осмот­ре­ти и пожа­ло­ва­ти», але нічо­га пады­ход­зя­ча­га не знай­ш­ло­ся. Па скан­ч­эн­ні тэр­мі­ну заста­вы Ясваінь была аддад­зе­на эгзу­лян­ту Асавіц­ка­му замест адабра­ных у яго спа­чат­ку Дар­суні­шак, а потым Скер­ста­моні. Каб неяк кам­пен­са­ва­ць Юрло­ву стра­ту ўра­да «без при­чи­ны», вялікі князь у 1525 г. выдаў яму «экс­пек­та­ты­ву» – пры­вілей на тое ж ясваін­с­кае намес­ніцтва, якое павін­на было дастац­ца Іва­ну Ціма­фе­еві­чу па смер­ці Асавіц­ка­га, а так­са­ма даў яму пра­ва мець у сваіх маёнт­ках чаты­ры­ь­карч­мы «з вол­ным шин­ком… без пла­че­ня кап­щиз­ны» [27, с. 388]. Няг­лед­зячы на гэта, Юрлоў пра­ця­г­ваў бара­ць­бу за паса­ду і ў верас­ні 1526 г. атры­маў вялікак­няс­кі пры­вілей на яе. У ім адзна­ча­ла­ся, што ясваін­с­кае намес­ніцтва вер­ну­та Іва­ну Ціма­фе­еві­чу па хадай­ніц­тве самой кара­ле­вы Боны і рад­ных паноў7. Былі адзна­ча­ны і яго заслу­гі: Юрлоў неад­на­ра­зо­ва пры­маў удзел у баявых дзе­ян­нях супра­ць Мас­коўс­кай дзяр­жа­вы, у тым ліку ў бітве пад Оршай 1514 г. Але Асавіц­кі здо­леў схілі­ць Жыгі­мон­та да раш­эн­ня не адбіра­ць у яго ўрад, маты­ву­ю­чы гэта тым, што са сваіх спу­сто­ша­ных непры­я­це­лем ула­дан­няў «нема­ет се чем пожи­ви­ти». Адпа­вед­ны пры­вілей ён атры­маў у лістападзет1526 г.8. «Экс­пек­та­ты­ва» Юрло­ву на ясваін­с­кае намес­ніцтва была адно­ў­ле­на, аб чым вялікі князь нага­д­ваў ста­рос­це жамойц­ка­му ўьч­эрвені 1527 г. Віда­ць, да сва­ёй смер­ці (пас­ля 1528 г.) Іван Ціма­фе­евіч не пас­пеў заня­ць гэту паса­ду9.

Непро­сто скла­ды­ва­лась карье­ра само­го Ива­на Тимо­фе­е­ви­ча в каче­стве уряд­ни­ка. Как отме­ча­лось выше, в 1514 г. он уже был назван намест­ни­ком Ясво­ин­ской воло­сти, кото­рая нахо­ди­лась в юго-восточ­ной части Жемай­тии. Где-то до мая 1517 г. гос­по­дар­ский боярин Шати­ла полу­чил там из рук Юрло­ва пустов­щи­ну10. Послед­ний раз в каче­стве ясво­ин­ско­го намест­ни­ка Юрлов упо­ми­на­ет­ся в под­твер­ди­тель­ном при­ви­лее от 13 мая 1520 г., а око­ло 1525 г. этот уряд был дан кня­зю Миха­и­лу Осо­виц­ко­му. В доку­мен­тах 1520-х гг. Юрлов фигу­ри­ру­ет толь­ко как пан и гос­по­дар­ский дво­ря­нин. Лише­ние его уря­да было свя­за­но, види­мо, с недо­стат­ком денег в скар­бе: Ясво­инь была застав­ле­на жемайт­ско­му бис­ку­пу кня­зю Нико­лаю Нико­ла­е­ви­чу Рад­зи­вил­лу11. Когда точ­но это про­изо­шло, неиз­вест­но. По мне­нию Эуге­ни­ю­са Сави­ще­ва­са, Юрлов был ясво­ин­ским намест­ни­ком еще в нояб­ре 1524 г.12. Одна­ко есть все осно­ва­ния усо­мнить­ся в этом. Уже в октяб­ре 1524 г. Сигиз­мунд писал к Н.Н. Рад­зи­вил­лу по пово­ду жало­бы на его намест­ни­ка в Ясво­и­ни Андрея Держ­ко­ви­ча со сто­ро­ны Юрло­ва, т.е. Рад­зи­вилл уже дер­жал это име­ние в заста­ве. Доку­мент не име­ет места и даты, одна­ко изда­те­ли 14-й кни­ги Мет­ри­ки опре­де­ли­ли ее доста­точ­но точ­но, осно­вы­ва­ясь, види­мо, на датах иных актов. Извест­но, что в октяб­ре 1524 г. Сигиз­мунд нахо­дил­ся во Льво­ве. В неда­ти­ро­ван­ном пись­ме он отме­ча­ет, что князь Острож­ский «зде­ся, будучи у во Льво­ве» рас­ска­зы­вал ему о резуль­та­тах сво­е­го рас­сле­до­ва­ния по пово­ду кон­флик­та меж­ду Держ­ко­ви­чем и Юрло­вым. При­чем, судя по содер­жа­нию пись­ма, до октяб­ря 1524 г. Рад­зи­вилл полу­чил в заста­ву Ясво­инь, назна­чил туда сво­е­го намест­ни­ка, тот при­сво­ил себе иму­ще­ство Юрло­ва, кото­рый пожа­ло­вал­ся Сигиз­мун­ду. Гос­по­дарь послал сво­е­го дво­ря­ни­на с при­ка­зом Держ­ко­ви­чу вер­нуть при­сво­ен­ное иму­ще­ство вла­дель­цу. Когда тот не под­чи­нил­ся, разо­брать­ся в инци­ден­те был послан Острож­ский, о чем он докла­ды­вал Сигиз­мун­ду во Льво­ве13. Все это долж­но было про­изой­ти до октяб­ря 1524 г. К тому же послед­ний раз в каче­стве ясво­ин­ско­го намест­ни­ка Юрлов упо­ми­на­ет­ся в при­ви­лее от 13 мая 1520 г., а 2 декаб­ря 1522 г. он был назван лишь гос­по­дар­ским дво­ря­ни­ном14. Поэто­му, веро­ят­нее все­го, Иван Тимо­фе­е­вич лишил­ся намест­ни­че­ства где-то меж­ду эти­ми дата­ми и уж точ­но не зани­мал уряд к октяб­рю 1524 г.15.

Лише­ние уря­да без вес­ких осно­ва­ний и без заме­ны его на более высо­кую или ана­ло­гич­ную пози­цию был слу­ча­ем хоть и не исклю­чи­тель­ным, но ред­ким. Види­мо, пра­вя­щие кру­ги Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го сроч­но нуж­да­лись в сред­ствах. Вполне воз­мож­но, что гос­по­дарь пред­ло­жил само­му Юрло­ву взять Ясво­инь в заста­ву, но у того не ока­за­лось нуж­ной сум­мы. Напри­мер, в 1518 г. Сигиз­мунд отдал двор Бир­шта­ны в заста­ву Мат­вею Мики­ти­ни­чу, кото­рый до это­го был там намест­ни­ком16.

Отда­вая Ясво­инь в заста­ву жемайт­ско­му бис­ку­пу, гос­по­дарь обе­щал Юрло­ву подыс­кать что-нибудь вза­мен, но так и не сде­лал это­го. После окон­ча­ния сро­ка заста­вы, где-то до июня 1525 г., ясво­ин­ское намест­ни­че­ство было пожа­ло­ва­но кня­зю Миха­и­лу Осо­виц­ко­му. Рань­ше он полу­чил в дер­жа­ние Дор­су­ниш­ки и Скер­сто­монь вза­мен сво­их име­ний, кото­рые в резуль­та­те послед­ней вой­ны ока­за­лись по ту сто­ро­ну мос­ков­ской гра­ни­цы. Одна­ко гос­по­дарь анну­ли­ро­вал свое пожа­ло­ва­ние и дал Осо­виц­ко­му Ясво­инь17. Юрлов же 14 июня 1525 г. при под­держ­ке рад­ных панов полу­чил в каче­стве ком­пен­са­ции за отня­тый без при­чи­ны уряд «экс­пек­та­ты­ву» — при­ви­лей, кото­рый гаран­ти­ро­вал ему ясво­ин­ское намест­ни­че­ство после смер­ти Осо­виц­ко­го. Через четы­ре дня Юрлов полу­чил раз­ре­ше­ние дер­жать четы­ре корч­мы в сво­их име­ни­ях, не пла­тя нало­гов18.

Моск­ви­тин явно не остал­ся этим удо­вле­тво­рен и повел борь­бу за Ясво­инь, сно­ва исполь­зуя под­держ­ку пер­вых лиц кня­же­ства. 22 сен­тяб­ря 1526 г. Сигиз­мунд вновь дает Юрло­ву при­ви­лей на жела­е­мое намест­ни­че­ство. Об этом его про­си­ли коро­ле­ва и вели­кая кня­ги­ня Бона, а так­же, как и ранее, чле­ны рады. При­чем они собра­ли и предо­ста­ви­ли гос­по­да­рю инфор­ма­цию о зем­ле­вла­де­нии Осо­виц­ко­го. Выяс­ни­лось, что он «мает се на чом пожи­ви­ти». Сигиз­мунд, учи­ты­вая прось­бу супру­ги и рад­ных панов, а так­же преж­ние заслу­ги эми­гран­та, удо­вле­тво­рил его чело­би­тье19.

Одна­ко исто­рия и на этом не закон­чи­лась. Осо­виц­кий бил челом гос­по­да­рю, сно­ва про­ся Ясво­и­ни. Свою прось­бу он аргу­мен­ти­ро­вал тем, что его вла­де­ния разо­ре­ны моск­вой и тата­ра­ми и взять с них нече­го. 10 нояб­ря 1526 г. ясво­ин­ская дер­жа­ва доста­лась ему окон­ча­тель­но17. Судя по пере­пи­си 1528 г., Осо­виц­кий усту­пал Юрло­ву в иму­ще­ствен­ном поло­же­нии, но был дале­ко не беден: раз­мер его воен­ной повин­но­сти рав­нял­ся 7 всад­ни­кам20. Эту исто­рию мож­но рас­смат­ри­вать как один из при­ме­ров прак­ти­ки выда­чи так назы­ва­е­мых заоч­ных листов: гос­по­дарь часто удо­вле­тво­рял прось­бы чело­бит­чи­ков, не про­ве­ряя инфор­ма­ции, кото­рую они сооб­ща­ли. Не исклю­че­но, что Осо­виц­кий этим и вос­поль­зо­вал­ся, наме­рен­но пре­уве­ли­чи­вая свою нуж­ду21. Юрло­ву же сно­ва был выдан экс­пек­та­тив­ный лист (27 июня 1527 г.22. Но он ему так и не пона­до­бил­ся, так как Осо­виц­кий его пере­жил.

1528 мая 1 — Князь Михай­ло Осо­виц­кий маеть ста­ви­ти 7 коней.
вла­де­лец Юро­вой на Убор­ти (1512-1533 гг.), После утра­ты кня­же­ства, кото­рое пере­шло под кон­троль Мос­ков­ско­го госу­дар­ства, князь Миха­ил Ива­но­вич Осо­виц­кий полу­чил вла­де­ния на Витеб­щине и Брац­лав­щине. Потом­ков не оста­вил.

Жена: КНЯЖ­НА АГРА­ФЕ­НА АНДРЕ­ЕВ­НА ЛУКОМ­СКАЯ († бл. 1555 г.). По таста­ман­ту пані Сямё­на­вай Кмі­ці­ча­вай Агра­фе­ны Андр­эеў­ны кня­зёў­ны Луком­скай, піса­на­га ў 1554, павод­ле яко­га маён­так Пыш­на, двор на рацэ Аліні i двор у Віль­ні, запі­са­ныя на яе пер­шым мужам кня­зем Міха­лам Аса­вец­кім, адпі­свае дру­го­му мужу Сямё­ну Кмі­ці­чу з тым, што праз год Пыш­на адыд­зе да ейна­га род­на­га бра­та кня­зя Андр­эя Луком­ска­га, пры­чым адзна­чае, што пра­вы на ўсю тую маё­мась­ць зна­ход­зяц­ца ў ейнай цёт­кі пані Іва­на­вай Андр­эеві­ча пад­скар­бі­най двор­най Баг­да­ны Фёда­раў­ны; Мікулін, слу­га пер­ша­га мужа, дад­зе­ны ёй пажы­ць­цё­ва, паві­нен быць вер­ну­ты кара­лю; а сва­ёй сяс­гры пані Астаф’евай Яцы­ні­ча Ганьне Андр­эеўне ды ейным дзе­цям адпі­свае нека­то­рую рухо­мась­ць. З памя­нё­ных дзя­цей кн. Андр­эя: Агра­фе­на Андр­эеў­на (Дух­на), жон­ка ў 1-ым шлю­бе кня­зя Міха­ла Аса­вец­ка­га, 2-ім — Сямё­на Кміты. У 1550 г. Сямён Кмі­ціч, два­ранін гас­па­дар­скі, ды яго­ная жон­ка кня­зёў­на Дух­на Луком­ская маю­ць спра­ву аб Пыш­нен­скім — пад­да­ным іхна­га маёнт­ку. З таста­ман­ту, які Агра­фе­на скла­да­ла 1 ліста­па­да 1554 г., выні­кае, што была бязьд­зет­най. Памер­ла ў хут­кім часе пась­ля гэта­га. Ужо ў сакавіку 1555 г. за пасяр­эд­ніцтвам суд­зьд­зяў была зго­да між кн. Андр­эем Андр­эеві­чам Луком­скім ды панам Сямё­нам Кмітам пра пад­зел спад­чы­ны па жон­цы апош­ня­га, сяст­ры пер­ша­га, нябож­чы­цы кня­зёўне Агра­фене Андр­эеўне Луком­скай, у выніку чаго кня­зю Лукомска­му пры­суд­жа­ны маён­так Пыш­на, што адпі­саў Агра­фене ейны пер­шы муж князь Аса­вец­кі. У 1557 г. пан Сямён Кміта палац над Віль­няй над ракою Алі­най, запі­са­ны на яго нябож­чы­цай жон­кай кня­зёў­най Агра­фе­най Андр­эеў­най Луком­скай, адказ­вае свай­му сыну Пілі­пу ды яго­най жон­цы Настась­сі Гар­на­ста­еўне ваявод­зін­цы Наваградзкай.(~1° кн.Михайло Осо­ви­ць­кий; ~2° Семен Кміта).

Без­дет­ный.

Наступ­ний блок листів, отри­ма­них Іва­ном Тимо­фій­о­ви­чем від гос­по­да­ря, датуєть­ся почат­ком літа 1525 р. 14 черв­ня
цьо­го ж року гос­по­дарсь­ко­му дво­ря­ни­но­ві Плє­щєєву на його ж про­хан­ня обі­ця­но три­ман­ня дво­ру Ясвой­на по смер­ті кн. Михай­ла Осовицького38. Як вид­но з доку­мен­та, попе­ред­нє три­ман­ня Юрло­вим цієї воло­стi скін­чи­ло­ся коли Сигіз­мунд І пере­дав її жмудсь­ко­му біску­пу Мико­лаю. Тоді ж Плє­щєєв отри­мав обі­цян­ку надан­ня вза­мін іншо­го володін­ня. Але піс­ля смер­ті біску­па Ясвой­ну було пере­да­но кня­зю Осо­ви­ць­ко­му, а Юрлов тим часом так і не доче­кав­ся від гос­по­да­ря замі­ни. Отже, зазна­че­ний при­вілей задо­віль­няв вимо­ги нашо­го героя.

18 черв­ня 1525 р. вели­кий князь надає Плє­щєєву чоти­ри корч­ми в його маєт­ках, доз­во­ля­ю­чи в них шин­ку­ва­ти мед та пиво
без спла­ти кап­щиз­ни (мит­но­го збо­ру за пра­во про­да­жу напоїв) до волі господарської39. У верес­ні 1526 р. Іва­ну Тимо­фій­о­ви­чу вида­но чер­го­ві гос­по­дарсь­кі при­вілеї. Пер шим з них була під­твер­дже­на купів­ля ще одно­го дому в сто­ли­ці Вели­ко­го князів­ства Литовсь­ко­го, а також доз­во­ле­но три­ма­ти зазна­чені вище чоти­ри корч­ми вже віч­ним правом40. Дру­гий при­вілей наре­шті затвер­джує Плє­щєє­ва дер­жав­цею Ясвой­ненсь­ко­го маєтку41. При­чи­ною такої швид­кої пере­да­чі зга­да­ної дер­жа­ви Іва­ну Юрло­ву ста­ла не смерть кня­зя Михай­ла Осо­ви­ць­ко­го, а пере­да­ча остан­ньо­му Мику­линсь­кої воло­сті і всіх земель кн. Бог­да­на Путив­льсь­ко­го, повер­ну­тих до скла­ду Вели­ко­го князів­ства Литовсь­ко­го. У питан­ні про надан­ня маєт­ку Плє­щєєву зігра­ли свою роль як про­хан­ня коро­ле­ви Бони й Панів-Рад, так і попе­ред­ні заслу­ги гос­по­дарсь­ко­го дво­ря­ни­на. У при­вілеї вели­кий князь Сигіз­мунд зазна­чає, що пере­дає йому Ясвой­ненсь­ку дер­жа­ву «памя­та­ю­чи на ег[о] вер­ныи а пиль­ныи послу­ги, иж он намъ, пану сво­е­му, заслу­го­валъ, якъ ч[а]су бит­вы вели­кое под Оршою з вели­кимъ кн[я]земъ мос­ко­въскимъ и в ынших бит­вах и послугах»42. Щоправ­да, родо­на­чаль­ни­ку Єрли­чів недов­го дове­ло­ся бути дер­жав­цею, оскіль­ки через мит­тєву реак­цію Осо­ви­ць­ко­го вже 10 листо­па­да того ж року попе­ред­нє надан­ня було ска­со­ване.
голов­ним аргу­мен­том повер­нен­ня Ясвой­ни кн. М.І. Осо­ви­ць­ко­му був текст при­вілею, вида­но­го йому на цей маєток. При­вілей перед­ба­чав три­ман­ня зга­да­ної дер­жа­ви до того часу, «поки бых­мо отчиз­ну его от непри­я­те­ля нашо­го мос­ков­ско­го очи­сти­ли, а не очи­стивъши отчиз­ны его, не мели есмо с того дво­ра нашо­го его руша­ти» (Р. 476). Окрім того, Мику­линсь­ка «волост­ка», за свід­чен­ня­ми само­го Осо­ви­ць­ко­го, була зов­сім крихіт­на, а маєт­ки кня­зя Путив­льсь­ко­го в Київсь­ко­му повіті були випу­сто­шені тата­ра­ми23.

38 LM. Kn. 12 (кни­га записів). P. 388.
39 Там само.
40 Нове при­дбан­ня І. Плє­щєє­ва меж­ува­ло з дома­ми земсь­ко­го під­скар­бія, гос­по­дарсь­ко­го мар­шал­ка та писа­ря Богу­ша Бого­ви­ти­но­ви­ча та Кате­ри­ни Лодянсь­кої і лежа­ло на вули­ці, яка йшла до бер­нар­динсь­ко­го косте­лу. Попе­ред­ньою влас­ни­цею цьо­го дому була Ядви­га Неми­рів­на, див.: там само. С. 470: під­тверд­ний при­вілей вида­но у Вар­шаві, 15.09.1526 р.
41 Мали­нов­ский И. Сбор­ник мате­ри­а­лов, отно­ся­щих­ся к исто­рии Панов Рады Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го. Томск, 1901. Т. І. С. 1314. № ХІІ; LM. Kn. 12 (кни­га записів). P. 468: при­вілей вида­но у Вар­шаві, 22.09.1526 р.
42 LM. Kn. 12 (кни­га записів). P. 468.

Print Friendly, PDF & Email
  1. Kniaziowie litewsko-ruscy…, с.341. []
  2. Зга­дуєть­ся у 1504 р.: Духов­ные и дого­вор­ные гра­мо­ты вели­ких и удель­ных кня­зей XIV – XVI веков. – С. 359. []
  3. Родо­слов­ная кни­га кня­зей и дво­рян рос­сий­ских и выез­жих… – М., 1787. – Ч. I. – С. 180, і т. д. Про князів Осо­ви­ць­ких на литовсь­кій служ­бі у 1486 – 1488 рр. див.: Lietuvos Metrika. – Vilnius, 2004. – Knyga Nr 4. – P. 31, 59, 76. []
  4. Kniaziowie litewsko-ruscy…, с.341 []
  5. Lithuanian Metrica. Литов­ская Мет­ри­ка. Lietuvos Metrica: Kn. 9 (1511–1518) K. Pietkiewicz. – Vilnius: Žara, 2002. – 615 p., с. 232. []
  6. Lithuanian Metrica. Литов­ская Мет­ри­ка. Lietuvos Metrica: Kn. 10 (1440–1523) Parengė E. Banionis, A. Baliulis. – Vilnius: Mokslo ir enciklopedijų liedybos institutes, 1997. – 178 p., с. 72 []
  7. Lithuanian Metrica. Литов­ская Мет­ри­ка. Lietuvos Metrica: Kn. 12 (1522–1529)
    Parengė D. Antanavičius, A. Baliulis. – Vilnius: Žara, 2001. – 854 p., с. 468. []
  8. Lithuanian Metrica. Литов­ская Мет­ри­ка. Lietuvos Metrica: Kn. 12 (1522–1529) Parengė D. Antanavičius, A. Baliulis. – Vilnius: Žara, 2001. – 854 p., с. 468. []
  9. Lithuanian Metrica. Литов­ская Мет­ри­ка. Lietuvos Metrica: Kn. 14 (1524–1529)
    Parengė L. Karalius, D. Antanavičius. – Vilnius: Lietuvos istorijos instituto leidykla, 2008. – 645,, с. 378. []
  10. ЛМ. Кн. 9. С. 377, № 613. Здесь Юрлов назван «Юрло­ви­чем». В ори­ги­на­ле того же акта, одна­ко, сохра­не­на исход­ная фор­ма патро­ни­ма — Юрлов (Рос­сий­ская наци­о­наль­ная биб­лио­те­ка. Отдел руко­пи­сей. Ф. 293. Оп. 1. Д. 33). Подроб­нее о транс­фор­ма­ци­ях имен эми­гран­тов см.: Каза­ков А.В. Име­на рус­ских эми­гран­тов на фоне антро­по­ни­мии Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го (конец XV — пер­вая поло­ви­на XVI в.) // Верх­нее Подо­нье: Архео­ло­гия. Исто­рия. Тула, 2009. Вып. 4. С. 236–239. []
  11. ЛМ. Кн. 12. С. 388, № 488. []
  12. Saviščevas E. Žemaitijos savivalda ir valdžios elitas 1409–1566 metais. Vilnius, 2010. P. 294. []
  13. ЛМ. Кн. 14. С. 206, № 502. []
  14. ЛМ. Кн. 10. С. 72, № 61; ЛМ. Кн. 12. С. 173, № 96. []
  15. Э. Сави­ще­вас в сво­ей дати­ров­ке осно­вы­вал­ся на дан­ных актов росе­ин­ско­го зем­ско­го суда 1588–1591 гг., где содер­жит­ся крат­кий пере­сказ более ран­не­го доку­мен­та от нояб­ря 1524 г., в кото­ром Юрлов фигу­ри­ру­ет как ясво­ин­ский намест­ник. Веро­ят­но, дата оши­боч­ная (Опись доку­мен­тов Вилен­ско­го Цен­траль­но­го Архи­ва древ­них акто­вых книг. Вып. 2. Виль­но, 1903. С. 132, № 461). Более пол­ное содер­жа­ние того же акта (с той же датой) см. в: Акты, отно­ся­щи­е­ся к исто­рии Южной и Запад­ной Рос­сии, собран­ные и издан­ные Архео­гра­фи­че­ской комис­си­ей. Т. 1. СПб., 1863. С. 244–245, № 207. []
  16. ЛМ. Кн. 11. Виль­нюс, 1997. С. 50–51, № 14. Инте­рес­но, что вели­кий князь два­жды нару­шал усло­вия заста­вы, давая Бир­шта­ны иным лицам, но Мики­ти­ни­чу каж­дый раз уда­ва­лось сохра­нить это бога­тое име­ние за собой (ЛМ. Кн. 10. С. 61, 113, № 44, 120; ЛМ. Кн. 1. С. 82, № 359). []
  17. ЛМ. Кн. 12. С. 476, № 620. [] []
  18. Там же. С. 388, № 488, 489; Тес­лен­ко І. Родин­ний клан Єрли­чів. С. 141. []
  19. ЛМ. Кн. 12. С. 468, № 608; Мали­нов­ский И.И. Сбор­ник мате­ри­а­лов. С. 13–14; Тес­лен­ко І. Родин­ний клан Єрли­чів. С. 141. []
  20. Пера­піс вой­ска. С. 54 []
  21. Подроб­нее о про­бле­ме заоч­ных листов см.: Гру­ша А. «Про­си­те и дано будет вам (Мф. 7:7)». Еще раз к вопро­су о «заоч­ных» листах кан­це­ля­рии Вели­ко­го кня­же­ства Литов­ско­го // Соцiум. Вип. 8. С. 255–279. []
  22. ЛМ. Кн. 14. С. 378, № 875). []
  23. LM. Kn. 12 (кни­га записів).P. 476-477. []

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *