image_pdfimage_print

Общие сведения о роде

ФОМИН­СКИЕ, БЕРЕ­ЗУЙ­СКИЕ, РЖЕВ­СКИЕ, ХЛЕ­ПЕН­СКИЕ – кня­же­ский род, ветвь смо­лен­ских Рюриковичей.

Веро­ят­но, тер­ри­то­рия буду­ще­го кня­же­ства была вме­сте с Ржев­ской зем­лей частью Торо­пец­ко­го кня­же­ства (отде­ли­лось от Смо­лен­ска во вто­рой поло­вине XII в.), и толь­ко в пер­вой поло­вине XIV в. офор­ми­лось в само­сто­я­тель­ный удел. При­ня­то счи­тать, что из Фомин­ско­го несколь­ко поз­же выде­ли­лось Бере­зуй­ское кня­же­ство 1. Литов­ский князь Оль­герд в сво­ей гра­мо­те к пат­ри­ар­ху Фило­фею, жалу­ясь на дей­ствия мос­ков­ско­го мит­ро­по­ли­та Алек­сия, упо­ми­на­ет, в том чис­ле, и Хле­пень. «…Несмот­ря на то, что цело­ва­ли крест, они отня­ли у меня сие кре­по­сти: Ржев, Сиш­ку, Гудин, Осеч­но, Гори­чин, Ряс­ну, Вели­кие Луки, Кли­чень, Все­лук, Вол­гу, Коз­лов, Липи­цу, Тесов, Хле­пень, кре­пость Фомы, Бере­зуй, Калу­гу, Мценск. Всё то есть кре­по­сти, и всех их отня­ли, и ни при­ся­ги не сдер­жа­ли, ни дого­во­ра не рас­торг­ну­ли. Мы, не будучи в силах тер­петь, в свою оче­редь напа­ли на них, и если они мне не воз­ме­стят [ущерб], я боль­ше мирить­ся не намерен….».

В дого­во­ре 1449 года Васи­лий Васи­лье­вич обя­зу­ет­ся не «всту­па­ти­ся» в Смо­ленск, и «что к нему потяг­ло», т.е. Вязь­му в том чис­ле. Далее идет ста­тья о «слу­жеб­ных» кня­зьях, что­бы друг у дру­га «не пере­ма­ни­вать». После это­го сле­ду­ют две ста­тьи о «моих кня­зьях» т.е. слу­жа­щих Васи­лию). Пер­вая — о Васи­лии Ива­но­ви­че Торус­ском (Обо­лен­ском) с бра­тья­ми и пле­мян­ни­ка­ми. Вто­рая — о вот­чи­нах фомин­ско-бере­зуй­ских (Федо­ра Блу­до­ва, Алек­сандра Бори­со­ва сына Хле­пень­ско­го, Рома­на Фомин­ско­го), и можай­ских, погра­нич­ных с Вязем­ским кня­же­ством (доля Юрия Ромей­ко­ви­ча и быв­шие зем­ли Федо­ра Святославича): 

«А Федо­ра Блу­до­ва, а Олек­санъ­дро­ва Боры­со­ва сына Хле­пе­нъ­ско­го, и кня­зя Рома­но­ва Фомин­ско­го, и их бра­тьи, и бра­та­ни­чов отчы­ны, зем­ли и воды, все мое, Вели­ко­го кня­зя Васи­лье­во. Таке ж Юрье­во доля Ромеикович(а) и кня­жа Федо­ро­ва места Свя­то­сла­вичъ вся за мною, за вели­кимъ кня­земъ Васильемъ.»

Похо­же, что вязем­ские кня­зья в пери­од 1449 — 1487 гг. «засе­ли» часть фомин­ских воло­стей — а имен­но Хле­пень и Рога­чев. В ответ на жало­бы Алек­сандра Кази­ми­ро­ви­ча в 1492, что люди слу­жеб­ных кня­зей Ива­на Васи­лье­ви­ча разо­ри­ли хле­пень­ские и рога­чев­ские воло­сти, Вели­кий князь мос­ков­ский заявил, что воло­сти те искон­но к его «гос­по­дар­ству» тяну­ли, и в ста­рых докон­ча­ни­ях Кази­ми­ра в «сто­ро­ну» Моск­вы впи­са­ны. Нет инфор­ма­ции, каким обра­зом Хле­пень и Рога­чев ока­за­лись «отчи­ной» Миха­и­ла Дмит­ри­е­ви­ча Вязем­ско­го. С дру­гой сто­ро­ны, так­же неиз­вест­но, каким обра­зом одна из вет­вей Фомин­ских кня­зей (Коз­лов­ские) полу­чи­ла вот­чи­ны в пре­де­лах вязем­ско­го кня­же­ства. В 1494 г. было заклю­че­но новое докон­ча­ние, в кото­ром Алек­сандр при­знал пере­ход неко­то­рых земель к ВКМ (в том чис­ле «Вязь­мы с воло­стьми»). Вязь­ма в отдель­ной ста­тье была при­зна­на «отчи­ной» Ива­на Васи­лье­ви­ча. А вот для фомин­ских земель была прак­ти­че­ски дослов­но повто­ре­на ста­тья дого­во­ра 1449 г., так­же под­твер­ждав­шая их мос­ков­скую при­над­леж­ность. Так как в дого­во­ре 1494 г. прак­ти­че­ски дослов­но повто­ре­на ста­тья из докон­ча­ния 1449 г., то Хле­пень и тянув­ший к нему Рога­чев при­чис­лял­ся к фомин­ским зем­лям. Это под­твер­жда­ет­ся духов­ной Ива­на Васи­лье­ви­ча 1504 г. Вязем­ское кня­же­ства «со всем» заве­ща­ет­ся стар­ше­му сыну Васи­лию, а фомин­ские зем­ли с Хлеп­нем, Рога­че­вом, Него­миром с «воло­стьми, а так­же поло­ви­на Рже­вы (быв­ший удел Ива­на Руз­ско­го) — пере­да­ют­ся в удел Дмит­рия Жилки.

До нас дошла запись Рода Поле­вых в соста­ве Сино­ди­ка Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря XVI в. (ГИМ. Епарх. № 1 Л. 31 об.; Епарх. № 413 Л. 28 об.-29).
Род Полевых
Кн. Фео­до­ра, Кн. Бори­са, Кн. Кон­стан­ти­на. Кн. Оста­фия. Кн. Юрия. Кн. Михаила.

Джерела:

Алек­сей Бабен­ко. Форум сай­та imtw.
Без­род­нов. Сооб­ще­ния на форумах.

Фоминские, Березуйские, Ржевские, Хлепенские
Кар­та 1. Ржев­ская зем­ля во вто­рой поло­вине XIV в. Автор В. Н. Темушев.

Родовод

I Рюрик, князь Новгородский
II Игорь Рюри­ко­вич, вели­кий князь Киев­ский +945
III Свя­то­слав I Иго­ре­вич, вели­кий Киев­ский 942-972
IV Вла­ди­мир I, вели­кий князь Киев­ский +1015
V Яро­слав I Муд­рый, вели­кий князь Киев­ский 978-1054
VI Все­во­лод I, вели­кий князь Киев­ский 1030-1093
VII Вла­ди­мир II Моно­мах, князь Киев­ский 1053-1125
VIII Мсти­слав I, вели­кий князь Киев­ский 1075-1132
IX Рости­слав Мстиславич
X Давыд Ростиславич
XI Мсти­слав (Федор) Давы­до­вич († 1230)
XII Рости­слав (Борис?) Мстиславич

XIII генерация от Рюрика

1. КОН­СТАН­ТИН РОСТИ­СЛА­ВИЧ ВИТЕБСКИЙ

Упо­мя­нут в ста­тьях НПЛ под 1262 и 1268 г.
Его смо­лен­ским уде­лом, веро­ят­но, были Рже­ва и Бере­зуй. Какое-то вре­мя Кон­стан­тин мог зани­мать витеб­ский стол.

ЖЕНА: КНЖ. ЕВДО­КИЯ АЛЕК­САН­ДРОВ­НА, дочь Алек­сандра «Нев­ско­го».

XIV генерація от Гедиміна

2/1. КН. МИХА­ИЛ КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ ВИТЕБ­СКИЙ (1298, 1300)

Витеб­ский князь Миха­ил Кон­стан­ти­но­вич, кото­ро­му риж­ский маги­страт напра­вил жало­бу в 1298/1300 г.

3/1. КН. ЮРИЙ КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ ФОМИНСКИЙ

Изве­стен по родо­слов­ным кни­гам. В неко­то­рых родо­слов­цах назван Бере­зуй­ским. Наи­бо­лее веро­ят­ный родо­на­чаль­ник кня­зей Фомин­ских и про­изо­шед­ших от них родов, утра­тив­ших кня­же­ский титул. Жил в кон­це 13 — нач. 14 вв.

4/1. КН. ФЁДОР КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ РЖЕВСКИЙ

Князь Федор Ржев­ский, кото­рый был упо­мя­нут НПЛ в свя­зи с собы­ти­я­ми 1314/15 гг. После собы­тий 1315 года Ржев­ский удел был ото­бран у Федо­ра Твер­ским князем.

Родо­на­чаль­ник Ржевских.

5/1. КН. ДМИТ­РИЙ КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ СИЖСКИЙ

По всей види­мо­сти, вла­дел поло­ви­ной Рже­вы — Сиж­кой. Князь Сиж­ский. Его суще­ство­ва­ние под­твер­жда­ет­ся отче­ством его сына Ива­на, чье имя было запи­са­но для поми­на­ния в Успен­ский сино­дик. Родо­на­чаль­ник Ржев­ских, Поле­вых и Еропкиных.

XV генерація от Гедиміна

6/3. ФЕДОР ЮРЬЕ­ВИЧ ФОМИН­СКИЙ (†1348)

Князь Фомин­ский. В 1340 г. упо­мя­нут как Фео­дор Фомин­ский в перечне участ­ни­ков Смо­лен­ско­го похо­да Ива­на Кали­ты. Н.А.Астровым в 1872 г. опи­са­но над­гро­бие удель­но­го кня­зя Фео­до­ра Юрье­ви­ча, в кото­ром ука­за­на дата смер­ти кня­зя — 1348 г. Родо­на­чаль­ник Поле­вых и Еропкиных. 

До нас дошла запись рода Поле­вых в соста­ве Сино­ди­ка Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря XVI в. 2: «Род Поле­вых. Кн. Фео­до­ра, Кн. Бори­са, Кн. Кон­стан­ти­на. Кн. Оста­фия. Кн. Юрия. Кн. Михаила.».

7/3. КОН­СТАН­ТИН ЮРЬЕ­ВИЧ ФОМИНСКИЙ 

По всей види­мо­сти жил в пер­вой пол. 14 в. «Бар­хат­ная кни­га» назы­ва­ет его кня­зем Фомин­ским и Бере­зуй­ским. Родо­слов­ная рос­пись потом­ков Федо­ра Кон­стан­ти­но­ви­ча Крас­но­го († 1387) име­ет ряд заго­лов­ков. Таких, напри­мер, как «Род Фомин­ских кня­зей и от них Кар­по­вы» 3, «Родъ Фомин­скихъ кня­зей и Бере­зуй­скихъ» 4 и др. В ней князь Кон­стан­тин назы­ва­ет­ся то Фомин­ским 5, то Бере­зуй­ским 6. Наи­бо­лее пол­ный заго­ло­вок содер­жит Рум. ред.: «Род Фомин­ских кня­зей и Бере­зуй­ских от кня­зя Костян­ти­на Бере­зуй­ско­го» 7. По мне­нию А.В.Кузьмина носил про­зви­ще «Липя­та».

8/4. КН. ИВАН ФЕДО­РО­ВИЧ РЖЕВ­СКИЙ (1361)

9/4. КН. ФЕДОР ФЕДО­РО­ВИЧ РЖЕВСКИЙ

10/4. АЛЕК­САНДР ФЕДО­РО­ВИЧ «НЕТ­ША»

Соглас­но родо­слов­цам, выехал «из Немец» на служ­бу Ива­ну Кали­те. Родо­на­чаль­ник дво­рян Дани­ло­вых, Услю­мо­вых, Мамоновых.

11/5. ИВАН ДМИТ­РИ­Е­ВИЧ СИЖ­СКИЙ († п. 1355)

Князь Сиж­ский (?). сын кня­зя Сиж­ско­го. В 1355 г. взял Рже­ву с литов­ской помо­щью — как реванш за пери­од с 1315-по 1355 когда Ржев­ский удел был ото­бран у его дяди и был во вла­де­нии Твер­ско­го кня­зя. Таким обра­зом титул князь Ржев­ский, кото­рый ранее был у его дяди Федо­ра пере­шел к нему после это­го собы­тия. Упо­мя­нут в Успен­ском сино­ди­ке. В 1363 участ­во­вал в похо­де на Ростов (упо­мя­нут как Иван Ржев­ский). В Успен­ском сино­ди­ке после поми­на­ния лиц, погиб­ших 26 VIII 1382 г. в Москве от рук ордын­цев, име­ет­ся сле­ду­ю­щая запись: «Ива­ноу Дмит­ри­е­ви­чю и с(ы)ноу его Иоан­ноу, и бра­тоу его Васи­лию Бере­зо­уис­ко­му, Ива­ноу Костан­ти­но­ви­чю Липя­ти­ноу, и с(ы)ноу его Семе­ноу, оуби­ен­нымъ от без­бож­ные Лит­вы, веч­наА пам(л)т(ь)». В источнике
дан­ные лица были отме­че­ны ранее уби­тых «во гра­де и в селехъ мни­ховъ и ереовъ, моужь и женъ, и дете­скъ пол от без­бож­на­го Эди­гея» 8. В отли­чие от хана Тох­та­мы­ша, этот ордын­ский эмир оса­ждал Моск­ву в декаб­ре 1408 г. Таким обра­зом, мож­но очер­тить хро­но­ло­ги­че­ские рам­ки, к кото­рым отно­сит­ся вре­мя жиз­ни и служ­ба в Москве хотя бы части из отме­чен­ных в сино­ди­ке кня­зей. Оче­вид­но, что они отно­сят­ся к пе­риоду, по край­ней мере, меж­ду 1380 до 1408 гг.

12/5. ВАСИ­ЛИЙ ДМИТ­РИ­Е­ВИЧ БЕРЕЗУЙСКИЙ

Упо­мя­нут в Успен­ском синодике.

13/?. КОН­СТАН­ТИН /ДМИТРИЕВИЧ/ «ЛИПЯ­ТА» БЕРЕЗУЙСКИЙ

XVI генерація от Гедиміна

14/5. КН. БОРИС ФЕДО­РО­ВИЧ ХЛЕПЕНСКИЙ

Князь Хле­пень­ский. Жил в сер. XIV в.Вероятно, вла­дел город­ком Хле­пень в Фомин­ско-Бере­зуй­ском княжестве.

КН. КОН­СТАН­ТИН ФЕДОРОВИЧ

Уп. в сино­ди­ке Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря XVI в. 2

КН. ОСТА­ФИЙ ФЕДОРОВИЧ

кн. Избор­ский. Жил в сер. XIV в. Веро­ят­нее, что князь Евста­фий был сыном кня­зя Федо­ра Юрье­ви­ча Фомин­ско­го, как ука­за­но в родо­сло­вии Ероп­ки­ных. Воз­мож­но так­же, что Евста­фий избор­ский и Евста­фий Федо­ро­вич — раз­ные лица, т.к. про­ис­хож­де­ние избор­ско­го кня­зя с уве­рен­но­стью уста­но­вить невозможно.
— князь избор­ский, неиз­вест­но­го про­ис­хож­де­ния; сидел потом во Пско­ве. В 1322 г. нем­цы обло­жи­ли Псков, раз­ру­ши­ли боль­шую часть укреп­ле­ний и гото­ви­лись к при­сту­пу. Евста­фий, с избо­ря­на­ми, вне­зап­но уда­рил на немец­кие обо­зы за рекой Вели­кой и осво­бо­дил быв­ших там рус­ских плен­ни­ков, а подо­спев­ший литов­ский князь Давид окон­ча­тель­но заста­вил нем­цев уда­лить­ся. В 1343 г. Е., уже с пско­ви­ча­ми, идет на нем­цев, побеж­да­ет их и опу­сто­ша­ет села вокруг Мед­ве­жьей Голо­вы (Оден­пе). В 1355 г. пско­ви­чи были в раз­до­ре с Андре­ем Оль­гер­до­ви­чем полоц­ким, кото­рый делал набе­ги на Псков­скую зем­лю и гра­бил ее. Е. в том же году пред­при­нял поход на Полоцк и опу­сто­шил его волость. Умер в 1360 г.
Годы прав­ле­ния: Изборск: ок. 1320 — 1360
Псков: 1348 — 1356, 1358 -1360

Уп. в сино­ди­ке Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря XVI в. 2

КН. ЮРИЙ ФЕДОРОВИЧ

Уп. в сино­ди­ке Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря XVI в. 2

КН. МИХА­ИЛ ФЕДОРОВИЧ

Уп. в сино­ди­ке Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря XVI в. 2

12/6. КН. РОМАН КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ ФОМИНСКИЙ

Князь Фомин­ский. По всей види­мо­сти его быв­шие вла­де­ния были упо­мя­ну­ты в мос­ков­ско-литов­ском дого­во­ре 1449 г.: «…и кня­зя Рома­но­ва Фомин­ско­го, и их бра­тьи, и бра­та­ни­чов отчы­ны, зем­ли и воды…» . Жил в сер. XIV в.

13/6. КН. ФЕДОР КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ БОЛЬ­ШОЙ КРАС­НЫЙ ФОМИН­СКИЙ († 1387)

Князь Фомин­ский.
ок. 1300 — 5 мар­та 1387, Москва) — князь Фомин­ский и Бере­зуй­ский, стар­ший сын кня­зя Кон­стан­ти­на Юрье­ви­ча Фоминского.
Извест­но о Фёдо­ре мало. Вме­сте с бра­тья­ми он в XIV веке управ­лял Фомин­ским и Бере­зуй­ским уде­ла­ми. Рези­ден­ци­ей Фомин­ских и Бере­зуй­ских кня­зей был, ныне затоп­лен­ный вода­ми водо­хра­ни­ли­ща, Фомин­ский городок.Здесь пра­ви­ли три кня­зя: Федор Боль­шой (Крас­ный, Кра­си­вый), Фёдор Средний(Слепой) и Фёдор Мень­шой Костан­ти­но­ви­чи. Фёдор Крас­ный упо­ми­на­ет­ся в лето­пи­сях в каче­стве вое­во­ды и участ­ни­ка похо­да Ива­на Кали­ты на Смо­ленск в 1340 году.
Фёдор был женат в кон­це 1345 года на Евпрак­сии, доче­ри доро­го­буж­ско-вязем­ско­го кня­зя Фёдо­ра Свя­то­сла­ви­ча, кото­рая пер­вым бра­ком была заму­жем за вели­ким кня­зем мос­ков­ским Симео­ном Гор­дым. В родо­слов­ной у него пока­за­но четы­ре сына: Миха­ил Крюк, Иван Соба­ка, Борис Вепрь, Иван Уда. Он явля­ет­ся родо­на­чаль­ни­ком нети­ту­ло­ван­ных бояр­ских и дво­рян­ских родов Тра­ви­ных, Скря­би­ных, Осо­ки­ных, Пырье­вых и дру­гих. Князь Фёдор Кон­стан­ти­но­вич Крас­ный про­жил дол­гую и бла­го­вер­ную жизнь, скон­чал­ся в глу­бо­кой ста­ро­сти вес­ной 1387 г., в Москве, где рас­по­ла­гал­ся Двор кня­зей Фомин­ских (напро­тив Боро­виц­ких ворот Крем­ля, в Лебя­жьем пере­ул­ке); погре­бён в камен­ной церк­ви Свя­то­го Геор­гия в мона­сты­ре Свя­то­го Спа­са (Спа­со-Нере­диц­кий мона­стырь, Вели­кий Нов­го­род); там же похо­ро­нен его дядя — князь Фёдор Юрье­вич Фомин­ский). Перед смер­тью он при­нял мона­ше­ское имя «Симе­он», веро­ят­но, в память о сво­ём патроне — вели­ком кня­зе Симеоне Гор­дом. Его жена, кня­ги­ня Евпрак­сия Фёдо­ров­на, умер­ла вслед­ствие эпи­де­мии чумы, в Москве, 15 сен­тяб­ря 1348 года.(похоронена, как и все жёны Симео­на Гор­до­го, в мона­сты­ре Свя­то­го Спа­са, воз­ле Боро­виц­ких ворот Кремля).
В 1340 г. упо­мя­нут как Фео­дор Фомин­ский в перечне участ­ни­ков Смо­лен­ско­го похо­да Ива­на Калиты.
Ок. 1346 г. женил­ся на Евпрак­сии, доче­ри вязем­ско-доро­го­буж­ско­го кня­зя Федо­ра Свя­то­сла­ви­ча, раз­ве­ден­ной с Вели­ким кня­зем Симео­ном Гор­дым. По све­де­ни­ям Карам­зи­на, князь Федор Крас­ный умер в глу­бо­кой ста­ро­сти в 1387 г. схим­ни­ком в одном из нов­го­род­ских монастырей.

КН. ФЕДОР КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ СРЕД­НИЙ СЛЕПОЙ

Родо­на­чаль­ник дво­рян Боке­е­вых и Карповых.

15/6. ФЕДОР КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ МЕНЬШОЙ

оши­боч­но упо­мя­нут в родо­слов­ных как отец Васи­лия Бере­зуй­ско­го, Ива­на Тол­бу­ги и Федо­ра Ржевского.

РОДИ­ОН ФЕДО­РО­ВИЧ РЖЕВ­СКИЙ (†1380)

Уб. в 1380. Послан кн. Дмит­ри­ем Дон­ским перед зна­ме­ни­той Кули­ков­ской бит­вой, в чис­ле дру­гих име­ни­тых вои­нов, в «первую стра­жу» раз­ве­дать о дви­же­нии войск тем­ни­ка Мамая. Одна­ко, раз­вед­ка была обна­ру­же­на тата­ра­ми и Роди­он Ржев­ский пал вме­сте со все­ми в нерав­ном бою. Уце­лел толь­ко один воин, кото­рый обо всем пове­дал выслан­ной за ними вслед кня­зем мос­ков­ским «вто­рой страже».

ФЕДОР ФЕДО­РО­ВИЧ РЖЕВСКИЙ

ИВАН ИВА­НО­ВИЧ БЕРЕЗУЙСКИЙ 

Упо­мя­нут в Успен­ском сино­ди­ке вме­сте сотцом.

ВАСИ­ЛИЙ ИВА­НО­ВИЧ БЕРЕ­ЗУЙ­СКИЙ († 1370)

Князь Бере­зуй­ский. Слу­жи­лый мос­ков­ский князь, вое­во­да. Погиб при обо­роне Воло­ка Лам­ско­го во вре­мя вто­рой «литов­щи­ны».
Соглас­но лето­пи­сям, он был убит, когда ожи­дал на мосту близ Воло­ка литов­ско­го кня­зя Оль­гер­да, а некий лит­вин неза­мет­но про­брал­ся под мост и отту­да прон­зил вое­во­ду сули­цей 9. Точ­ное про­ис­хож­де­ние Васи­лия Ива­но­ви­ча Бере­зуй­ско­го не упо­ми­на­ет­ся. Но в Успен­ском сино­ди­ке после поми­на­ния уби­тых при взя­тии в 1382 году Моск­вы ордын­ца­ми упо­ми­на­ет­ся «Иван Дмит­ри­е­вич, сын его Иван и брат его Васи­лий Бере­зуй­ский». Послед­ний отож­деств­ля­ет­ся с Васи­ли­ем Ива­но­ви­чем Бере­зуй­ским. Так­же в лето­пи­сях упо­ми­на­ют­ся двое сыно­вей Васи­лия — Гри­го­рий и Иван.
у него сыно­вья — Гри­го­рий и Иван

16/6. ИВАН КОН­СТАН­ТИ­НО­ВИЧ «ЛИПЯ­ТИЧ» († 1406)

Слу­жи­лый мос­ков­ский князь, вое­во­да. по све­де­ни­ям Твер­ско­го лето­пис­ца, так­же поги­ба­ет в столк­но­ве­нии с Лит­вой в 1406 г. при попыт­ке Моск­вы отбить Вязь­му. А иже подъ Вяз­мою быша Моск­ви­чи, и тако­же гра­ду ничто­же успе­ша, и отъ­и­до­ша. Тогда же князь Липя­тычь Иванъ, вое­во­да Мос­ков­скый, отъ Лит­вы уби­енъ бысть 10.
В Успен­ском сино­ди­ке после поми­на­ния лиц, погиб­ших 26 VIII 1382 г. в Москве от рук ордын­цев, име­ет­ся сле­ду­ю­щая запись: «Ива­ноу Дмит­ри­е­ви­чю и с(ы)ноу его Иоан­ноу, и бра­тоу его Васи­лию Бере­зо­уис­ко­му, Ива­ноу Костан­ти­но­ви­чю Липя­ти­ноу, и с(ы)ноу его Семе­ноу, оуби­ен­нымъ от без­бож­ные Лит­вы, веч­наА пам(л)т(ь)». В источ­ни­ке дан­ные лица были отме­че­ны ранее уби­тых «во гра­де и в селехъ мни-ховъ и ереовъ, моужь и женъ, и дете­скъ пол от без­бож­на­го Эдигея»ОР РНБ. F. п. IV. № 1. Л. 29— 29 об.; см. так­же: ДРВ. Ч. 6. С. 451. В отли­чие от хана Тох­та­мы­ша, этот ордын­ский эмир оса­ждал Моск­ву в декаб­ре 1408 г. Таким обра­зом, мож­но очер­тить хро­но­ло­ги­че­ские рам­ки, к кото­рым отно­сит­ся вре­мя жиз­ни и служ­ба в Москве хотя бы части из отме­чен­ных в сино­ди­ке кня­зей. Оче­вид­но, что они отно­сят­ся к пе­риоду, по край­ней мере, меж­ду 1380 до 1408 гг.
Родо­на­чаль­ник дво­рян Липятиных.

XVII генерація от Гедиміна

АЛЕК­САНДР БОРИ­СО­ВИЧ ПОЛЕ ХЛЕ­ПЕН­СКИЙ (1390)

Боярин Вели­ко­го кня­зя Васи­лия Дмит­ри­е­ви­ча, Алек­сандр Бори­со­вич в 1390 г. ездил в Лит­ву за неве­стой Вели­ко­го кня­зя, Софьей Витовтовной.

Веро­ят­но, вла­дел город­ком Хле­пень в Фомин­ско-Бере­зуй­ском княжестве.
В дого­во­ре Васи­лия Тем­но­го с Кази­ми­ром 1449 г. упо­мя­ну­ты вла­де­ния «Алек­сандра Бори­со­ва сына Хле­пень­ско­го», в кото­ром надо видеть Алек­сандра Бори­со­ви­ча Поле. Дан­ный факт под­твер­жда­ет его про­ис­хож­де­ние из рода Ржев­ско-Фомин­ско-Бере­зуй­ских кня­зей. Вер­сия про­ис­хож­де­ния Поле­вых из «Бар­хат­ной кни­ги» в насто­я­щее вре­мя при­зна­на несо­сто­я­тель­ной. Была аргу­мен­ти­ро­ван­но рас­кри­ти­ко­ва­на кня­зем В.В.Кропоткиным в 1687 г. в «сказ­ке», подан­ной в ответ на запрос Родо­слов­ной пала­ты. Даже в 17 в. насто­я­щие потом­ки вели­ко­го кня­зя Смо­лен­ско­го Свя­то­сла­ва Ива­но­ви­ча спра­вед­ли­во счи­та­ли невоз­мож­ным про­ис­хож­де­ние Поле­вых и Ероп­ки­ных от кн. Федо­ра Юрье­ви­ча, сына вели­ко­го кня­зя Юрия Свя­то­сла­ви­ча, ука­зы­вая на хро­но­ло­ги­че­ские несу­раз­но­сти дан­ной версии. 

До нас дошла запись рода Поле­вых в соста­ве Сино­ди­ка Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­го мона­сты­ря XVI в. 2: «Род Полевых
Кн. Фео­до­ра, Кн. Бори­са, Кн. Кон­стан­ти­на. Кн. Оста­фия. Кн. Юрия. Кн. Миха­и­ла.». Здесь нет Алек­сандра Бори­со­ви­ча Поле. Види­мо дан­ная запись была зде­ла­на при его жиз­ни. Может быть заказ­чи­ком поми­на­ния и был сам Алек­сандр Борисович.

ИВАН /ЯРОПОЛК/ ЕВСТА­ФЬЕ­ВИЧ «ЯРОП­КА» (1445)

Родо­на­чаль­ник Ероп­ки­ных. Иван Оста­фье­вич Яроп­ка взят был в плен литов­ца­ми под Суход­ро­вом (1445). Вое­во­да Вели­ко­го Кня­зя Васи­лия Тёмного.

23/10. КН. ФЕДОР РОМА­НО­ВИЧ († п. 1386)

Слу­жи­лый князь Вели­ко­го кня­зя смо­лен­ско­го Юрия Свя­то­сла­ви­ча, под­пи­сал дого­вор послед­не­го с коро­лем Ягай­ло в 1386 г.
Родо­на­чаль­ник Соломирецких.

24/14. КН. ЮРИЙ РОМАНОВИЧ

Родо­на­чаль­ник Татищевых.

25/15. МИХА­ИЛ ФЕДО­РО­ВИЧ КРЮК ФОМИНСКИЙ

Родо­на­чаль­ник Крюковых-Фоминских.
Фигу­ри­ру­ет в каче­стве сви­де­те­ля в пра­вой гра­мо­те суда вели­ко­го кня­зя Васи­лия Дмит­ри­е­ви­ча архи­манд­ри­ту Чудо­ва мона­сты­ря Иоаки­му на зем­ли у села Филип­по­в­ско­го меж­ду 1389-1425 гг., а где-то в 1410-1420х гг. он сам судил архи­манд­ри­та Чудо­ва мона­сты­ря Фео­фа­на в его спо­ре с груп­пой мел­ких зем­ле­вла­дель­цев в Пере­слав­ле 11. И. А. Голуб­цов оши­боч­но отож­деств­лял Миха­и­ла Федо­ро­ви­ча с М. Ф. Сабу­ро­вым и дати­ро­вал гра­мо­ту 1448-1452 гг. 12.

Юрий Онци­фо­ро­вич, веро­ят­но, нуж­да­ясь в зна­чи­тель­ной сум­ме денег, про­дал Мед­ну М.Ф. Фомин­ско­му-Крю­ку за девя­но­сто руб­лей. Цена в то вре­мя была нема­лая. Это про­изо­шло до 1409 г. Учи­ты­вая выгод­ное гео­гра­фи­че­ское поло­же­ние, новый вла­де­лец пре­вра­тил его в пере­до­вое по тем вре­ме­нам бояр­ское хозяй­ство. Сын М.Ф. Фомин­ско­го-Крю­ки, умер­ший без­дет­ным, заве­щал село с две­на­дца­тью дерев­ня­ми Тро­иц­ко­му мона­сты­рю (Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лавре).

26/15. ИВАН ФЕДО­РО­ВИЧ СОБА­КА ФОМИН­СКИЙ (†1420)

Родо­на­чаль­ник Тра­ви­ных, Осо­ки­ных и Скря­би­ных. Иван Федо­ро­вич Соба­ка был в чис­ле бояр-сви­де­те­лей вто­рой духов­ной гра­мо­ты Вели­ко­го кня­зя Дмит­рия Ива­но­ви­ча в 1389 г. Его сыно­вья — Семен Тра­ва и Васи­лий были бояра­ми во вто­рой поло­вине кня­же­ния Васи­лия Дмитриевича.

При рож­де­нии был кня­зем Фомин­ским, но это­го титу­ла не удер­жал, перей­дя на служ­бу к вели­ким кня­зьям, позд­нее: мос­ков­ский боярин, вое­во­да на служ­бе у мос­ков­ских кня­зей Дмит­рия Дон­ско­го и его сына Васи­лия Дмит­ри­е­ви­ча. Полу­чил новые земель­ные вла­де­ния и чис­лил­ся круп­ным зем­ле­вла­дель­цем в Мос­ков­ском княжестве.
Руко­во­дил построй­кой бело­ка­мен­но­го Мос­ков­ско­го крем­ля (сов­мест­но с Фёдо­ром Ели­за­ро­ви­чем Бекле­ми­шем и Фёдо­ром Андре­еви­чем Сви­б­ло), посколь­ку ста­рые дубо­вые сте­ны сго­ре­ли в резуль­та­те пожа­ра 1365 года. Камен­ные сте­ны из гор­но­го бело­го извест­ня­ка сто­я­ли почти сто лет и выдер­жа­ли оса­ду мно­гих заво­е­ва­те­лей. При напи­са­нии духов­ной вели­ко­го кня­зя Дми­тия Ива­но­ви­ча Дон­ско­го (1389 г.) в чис­ле ближ­них деся­ти бояр запи­сан И.Ф. Соба­ка, князь Фоминский.

ЖЕНА: с 1364 УЛЬЯ­НА ИВА­НОВ­НА, бояры­ня, дочь Дмит­рия Алек­сан­дро­ви­ча Монастырева.

27/15. БОРИС ФЕДО­РО­ВИЧ ВЕПРЬ ФОМИНСКИЙ

28/15. ИВАН ФЕДО­РО­ВИЧ УДА ФОМИНСКИЙ

в 1377 году в каче­стве вое­во­ды нов­го­род­ско­го оса­ждал Новый горо­док на Овле: «и сто­я­ша под горо­дом мно­го дней, и посад весь взя­ша, и волость всю потра­ви­ша, и поло­на мно­го при­ве­до­ша». Далее Уда зна­чит­ся в чис­ле под­пи­сав­ших духов­ное заве­ща­ние кня­зя Дмит­рия Иоан­но­ви­ча. В 1401 г. он в каче­стве вое­во­ды был послан вел. кня­зем Васи­ли­ем Дмит­ри­е­ви­чем с ратью искать кня­ги­ню Алек­сан­дру, супру­гу Суз­даль­ско­го кня­зя Симео­на (кото­рый по при­со­еди­не­нии Васи­ли­ем Дмит­ри­е­ви­чем горо­да Ниж­не­го бежал в Орду, ища в ней помо­щи, и при содей­ствии царе­ви­ча Эйтя­ка в 1399 г. взял обма­ном Ниж­ний, но не мог удер­жать его по недо­стат­ку вои­нов; жена же Симео­на в это вре­мя была заклю­че­на под стра­жу на Руси), бежав­шую из-под стра­жи в зем­лю Мор­дов­скую, под­власт­ную тата­рам: «Тое же осе­ни (1401 г.) князь вели­кий посы­лал рать иска­ти кня­ги­ни Семе­но­вы, а вое­во­ды бяху у них Иван Андре­евич Уда (непра­виль­но назван­ный вме­сто Фео­до­ро­вич) да Фео­дор Гле­бо­вич, и идо­ша на Морд­ву, и нае­ха­ша ю в татар­ской зем­ле на месте Цибир­ца, и ту изни­ма­ша кня­ги­ню Семе­но­ву Алек­сан­дру у св. Нико­лы… и при­ве­до­ша на Моск­ву с детьми». Нако­нец, под 1393 годом Уда упо­ми­на­ет­ся по слу­чаю заклю­че­ния мира с нов­го­род­ца­ми, к кото­рым он был отправ­лен вели­ким кня­зем в каче­стве посла.

29/16. АНДРЕЙ ФЕДО­РО­ВИЧ КОРО­БЬЯ ФОМИНСКИЙ

КН. ВАСИ­ЛИЙ ФЕДО­РО­ВИЧ КУРЕЙ­ША КОЗЛОВСКИЙ

Сын кн. Федо­ра Кон­стан­ти­но­ви­ча Фомин­ско­го С него начал­ся род кн. Коз­лов­ских от назва­ния полу­чен­ной им во вла­де­ние Коз­лов­ской воло­сти в Вязем­ской зем­ле. Имел про­зви­ще Курей­ший. Пер­вый извест­ный князь Коз­лов­ский. Уп. в Бар­хат­ной кни­ге и во всех древ­них родословцах.

31/17. ИВАН ФЕДО­РО­ВИЧ «ТОЛ­БУ­ГА» ФОМИНСКИЙ

ВАСИ­ЛИЙ ФЕДО­РО­ВИЧ КОБЫЛ­КА РЖЕВСКИЙ

судя по пока­за­ни­ям родо­слов­цев, был без­де­тен, в силу чего его доля долж­на была перей­ти к Семе­ну Федо­ро­ви­чу или детям последнего. 

СЕМЕН ФЕДО­РО­ВИЧ РЖЕВСКИЙ

В 1445 вел. кн. Васи­лий Васи­лье­вич Тем­ный отпра­вил его вме­сте с тата­ра­ми на литов­ские горо­да Брянск, Вязь­му и др. Тата­ры разо­ри­ли всю литов­скую зем­лю до Смо­лен­ска. В ответ на это Кази­мир III послал сво­их вое­вод на рус­ские горо­да Калу­гу и Козельск. Их встре­тил у Суход­ре­ва неболь­шой рус­ский отряд из можай­цев, верей­цев, боров­цев с их вое­во­да­ми, в чис­ле кото­рых был и Семен Федо­ро­вич Р., как вое­во­да можай­ско­го кн. Ива­на Андре­еви­ча. Сами же кня­зья в это вре­мя со все­ми сво­и­ми вой­ска­ми участ­во­ва­ли в похо­де на Казань. Хотя немно­го­чис­лен­ный рус­ский отряд и был раз­бит литов­ца­ми ценою боль­ших потерь, про­дви­же­ние литов­цев на Моск­ву было остановлено.

Соглас­но све­де­ни­ям лето­пис­ца, в чис­ле погиб­ших был вое­во­да князь А. В. Луг­ви­ца Суз­даль­ский, сын бояр­ский Кара­ча­ров, «да иныхъ 4 чело­ве­ки». В плен литов­цы уве­ли детей бояр­ских можай­ско­го кня­зя Ива­на Андре­еви­ча — Ероп­ку и Семе­на Ржев­ска­го, вое­во­ду бело­зер­ско-верей­ско­го кня­зя Миха­и­ла Андре­еви­ча — Ива­на Федо­ровича Судо­ка Мона­сты­ре­ва, его детей бояр­ских Филип­па Гри­го­рье­ва сына Нащоки­на, кня­зя Ива­на Конин­ско­го, «да 5 челов’Ькъ моло­дыхъ» 13.

Оста­вил дво­их сыно­вей : Миха­и­ла и Гаврилу.

АЛЕК­САНДР ФЕДО­РО­ВИЧ РЖЕВСКИЙ.

/ГРИГОРИЙ ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ БЕРЕЗУЙСКИЙ/

/ИВАН ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ БЕРЕЗУЙСКИЙ/

32/18. СЕМЕН ИВА­НО­ВИЧ ЛИПЯТИН

В Успен­ском сино­ди­ке после поми­на­ния лиц, погиб­ших 26 VIII 1382 г. в Москве от рук ордын­цев, име­ет­ся сле­ду­ю­щая запись: «Ива­ноу Дмит­ри­е­ви­чю и с(ы)ноу его Иоан­ноу, и бра­тоу его Васи­лию Бере­зо­уис­ко­му, Ива­ноу Костан­ти­но­ви­чю Липя­ти­ноу, и с(ы)ноу его Семе­ноу, оуби­ен­нымъ от без­бож­ные Лит­вы, веч­наА пам(л)т(ь)». В источ­ни­ке дан­ные лица были отме­че­ны ранее уби­тых «во гра­де и в селехъ мни-ховъ и ереовъ, моужь и женъ, и дете­скъ пол от без­бож­на­го Эди­гея» 8. В отли­чие от хана Тох­та­мы­ша, этот ордын­ский эмир оса­ждал Моск­ву в декаб­ре 1408 г. Таким обра­зом, мож­но очер­тить хро­но­ло­ги­че­ские рам­ки, к кото­рым отно­сит­ся вре­мя жиз­ни и служ­ба в Москве хотя бы части из отме­чен­ных в сино­ди­ке кня­зей. Оче­вид­но, что они отно­сят­ся к пе­риоду, по край­ней мере, меж­ду 1380 до 1408 гг.

XVIII генерація от Рюрика

ДМИТ­РИЙ АЛЕК­САН­ДРО­ВИЧ ПОЛЕВ

БОРИС АЛЕК­САН­ДРО­ВИЧ ПОЛЕВ

СТЕ­ПАН-АНДРЕЙ ИВА­НО­ВИЧ ЕРОПКИН

Слу­жил кня­зю Бори­су Васи­лье­ви­чу Волоц­ко­му, кото­рый отнял у него зем­ли на Воло­ке и в 1477 пред­по­ла­гал их вер­нуть. В нача­ле XVI в. был послу­хом у дан­ной Андpея Дани­ло­ви­ча Жохо­ва Кваш­ни­на Иоси­фо­ву Воло­ко­лам­ско­му монастыpю.

ЮРИЙ ИВА­НО­ВИЧ ЕРОПКИН

АФА­НА­СИЙ ИВА­НО­ВИЧ ЕРОПКИН

Околь­ни­чий и постель­ни­чий Ива­на III, в 1495 сопро­вож­дал Ива­на III в Нов­го­род. 27.12.1497 был каз­нен за уча­стие в заго­во­ре Вла­ди­ми­ра Гусе­ва в поль­зу кня­жи­ча Васи­лия Ива­но­ви­ча (буду­ще­го Васи­лия III) и вел. кн. Софьи.

КН. ВАСИ­ЛИЙ ФЕДО­РО­ВИЧ СОЛО­МЕ­РЕЦ­КИЙ

ВАСИ­ЛИЙ ЮРЬЕ­ВИЧ ТАТИЩЕ

БОРИС МИХАЙ­ЛО­ВИЧ КРЮКОВ

боярин

ИВАН МИХАЙ­ЛО­ВИЧ КРЮКОВ

боярин.
В тек­сте Ува­ров­ско­го спис­ка «памя­ти» Ф.И.Сабура Зер­но­ва отме­ча­ет­ся, что «Федор Сабур сидел выше Ники­ты Ворон­цо­ва, и Сте­па­на Мини­на, и Семе­на Тра­вы, и Васи­лья Соба­ки­на, и Лыко­вых, и Ива­на Крю­ка, и Бори­са Галиц­ко­го, и Рома­на Ива­но­ви­ча, и Федо­ра Валу­е­ва, и Федо­ра Велья­ми­но­ви­ча». Судя по упо­ми­на­е­мым лицам, источ­ник назы­ва­ет состав вели­ко­кня­же­ских бояр, кото­рый сло­жил­ся в 10‑е гг. XV в., т.е. до попа­да­ния в мос­ков­скую думу кня­зя Юрия Пат­ри­ке­е­ви­ча Литов­ско­го († после 1457)[1].
Око­ло 1428-1432 гг. име­ет­ся две дан­ные гра­мо­ты душе­при­каз­чи­ков Ива­на Михай­ло­ви­ча Крю­ко­ва Фомин­ско­го Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю на село Мед­но в Торж­ке [2]
[1] Цит. по кн.: Весе­лов­ский С.Б. Иссле­до­ва­ния… С. 25 (Подроб­нее о спис­ках этой «памя­ти» см. в кн.: Быч­ко­ва М.Е. Состав клас­са фео­да­лов в Рос­сии в XVI в.: Исто­ри­ко-гене­а­ло­ги­че­ское иссле­до­ва­ние. М., 1986. С. 78-88).
[2] АСЭИ. М., 1952. Т. 1. № 70, 71; Весе­лов­ский С. Б. Иссле­до­ва­ния… С. 364.

СЕМЁН ИВА­НО­ВИЧ ТРА­ВА СОБАКИН

от него про­изо­шли дво­рян­ские роды Тра­ви­ны, Скря­би­ны, Осокины

ВАСИ­ЛИЙ ИВА­НО­ВИЧ СОБАКИН

его род пре­сёк­ся на без­дет­ном сыне — Миха­и­ле Васи­лье­ви­че Соба­кине (во вто­рой поло­вине 15 века было еще несколь­ко раз­ных дво­рян­ских родов Соба­ки­ных, но дру­го­го происхождения).

ВАСИ­ЛИЙ БОРИ­СО­ВИЧ ВЕПРЕВ

Извест­но, что Васи­лий Веп­рев в 1446 г. был сто­рон­ни­ком Дмит­рия Шемя­ки в борь­бе его с вели­ким кня­зем Васи­ли­ем Васи­лье­ви­чем Тем­ным. Когда Васи­лий, пле­нен­ный Шемя­кою, нахо­дил­ся под стра­жей в Угли­че, и кня­зья Ряпо­лов­ские хоте­ли осво­бо­дить его, то Дмит­рий пре­ду­пре­дил их замы­сел и послал за ними «с Угли­ча рать с Васи­ли­ем с Веп­ре­вым да Федо­ра Михай­ло­ви­ча с пол­ки, а сой­ти­ся им на усть Шекс­ны у Всех Свя­тых; и Федор не успе к Васи­лию, а Ряпо­лов­ские, воро­тив­ше­ся на Васи­лия, поби­ша его на усть Мологи».

ФЕДОР АНДРЕ­ЕВИЧ КОРОБЬИН

Слу­жил твер­ско­му князю.

КН. ИВАН ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ КОЗЛОВСКИЙ

Све­де­ни­я­ми из Бар­хат­ной Кни­ги о про­ис­хож­де­нии и состав­ле­нии поко­лен­ной рос­пи­си кня­зей Коз­лов­ских поль­зо­ва­лись в даль­ней­шем мно­гие гене­а­ло­ги, но ни в одной из издан­ных родо­слов­ных это­го кня­же­ско­го рода не было ска­за­но о ста­рин­ных сино­ди­ках, в кото­рых упо­ми­на­ют­ся кня­зья Коз­лов­ские. К при­ме­ру, в «Древ­нем помян­ни­ке Кие­во-Печер­ской Лав­ры», состав­лен­ном в пери­од с 1483-го по 1526-й гг., вне­сен род кня­зя Ива­на Коз­лов­ско­го: «Князь Иван, кня­ги­ня Ули­та, князь Иван, кня­ги­ня Хри­сти­на, князь Андрей, князь Васи­лий, кня­ги­ня Софья, Мака­рия». Как извест­но, по дан­ным сино­ди­ков не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным каким-либо обра­зом соеди­нить упо­мя­ну­тых в нем имен с общей лини­ей рода. Нет пока све­де­ний и о место­на­хож­де­нии их захоронений.

ИВАН ИВА­НО­ВИЧ ТОЛБУЗИН

1401 — вое­во­да в похо­де к Торжку.

МИХА­ИЛ СЕМЕ­НО­ВИЧ РЖЕВСКИЙ

Уп. в 1470.

ГАВ­РИ­ЛА СЕМЕ­НО­ВИЧ РЖЕВСКИЙ

Уп. 1470 – 96.
Упо­ми­на­ние о покуп­ке земель Дор­ков­ской и Комя­ков­ской у Гав­ри­лы Ржев­ско­го явля­ет­ся наи­бо­лее ран­ним изве­сти­ем о зем­ле­вла­де­нии это­го рода в Сест­рин­ском стане57. Назван­ные зем­ли, как было пока­за­но выше, рас­по­ла­га­лись в рай­оне совре­мен­но­го с.Теряева .
Сле­ду­ю­щее по вре­ме­ни изве­стие отно­сит­ся к кон­цу XV в. и свя­за­но с рай­о­ном к югу от с.Теряева, на левом бере­гу р.Б.Сестры. В 1495/1496 г. Гав­ри­ла Семе­нов сын Ржев­ско­го вме­сте с детьми Васи­ли­ем, Семе­ном, Алек­сан­дром и Бори­сом «разъ­е­хал» свои зем­ли от мона­стыр­ских вла­де­ний, кото­рые тогда еще не шли дале­ко в юго-восточ­ном направ­ле­нии. Гра­ни­ца про­лег­ла от р.Б.Сестры до реч.Струги, на бере­гу кото­рой сто­ял мона­стырь, и далее вверх по этой речке58 . Хотя точ­но лока­ли­зо­вать эту гра­ни­цу пока не пред­став­ля­ет­ся возможным59, совер­шен­но оче­вид­но, что в момент состав­ле­ния разъ­ез­да зем­ли в рай­оне д.Рахманово60 при­над­ле­жа­ли Гав­ри­ле Семе­но­ву сыну Ржев­ско­му .Учи­ты­вая бли­зость этих земель к опи­сан­ным выше , нель­зя исклю­чить того, что пер­во­на­чаль­но Гав­ри­ле Ржев­ско­му при­над­ле­жа­ли не толь­ко Дор­ков­ская и Комя­ков­ская зем­ли, но и весь земель­ный мас­сив с. Ярце­ва в рай­оне совре­мен­но­го с.Теряева.высоком бере­гу р.Б.Сестры. Обсле­до­ва­ние пока­за­ло, что место села не нару­ше­но позд­ней­шей застрой­кой и пред­став­ля­ет архео­ло­ги­че­ский интерес.
О том кому из это­го поко­ле­ния Ржев­ских при­над­ле­жа­ла север­ная часть ком­плек­са вот­чин в источ­ни­ках нет дан­ных. В 1495/1496 г этот земель­ный мас­сив, с дере­вя­ми Онись­ки­но и Рах­ма­но­во , при­над­ле­жал Гав­ри­ле Семе­но­ву сыну Ржев­ско­му вме­сте с детьми Васи­ли­ем, Семе­ном , Алек­сан­дром и Бори­сом Исто­мой. Весь­ма веро­ят­но, что они доста­лись кому-то из трех послед­них. В этом слу­чае мож­но было бы гово­рить о при­мер­ном равен­стве долей. Одна­ко нель­зя исклю­чить, что эти зем­ли были пере­да­ны в мона­стырь при жиз­ни Гав­ри­лы Ржев­ско­го . К 1532 г. дерев­ни «Они­с­ки­но» и «Рох­ма­но­во» уже при­над­ле­жа­ли Иоси­фо­ву монастырю79.

ФЕДОР АЛЕК­САН­ДРО­ВИЧ РЖЕВСКИЙ

Уп. в 1477 – 94.
сын Алек­сандра Федор меж­ду 1477 и 1494 гг. вла­дел дерев­ня­ми в Рахо­ве стане, сле­до­ва­тель­но, являл­ся волоц­ким землевладельцем.

XIX генерація от Рюрика

ФЁДОР ДМИТ­РИ­Е­ВИЧ +Ф.ТИРОН ИН.ФЕОДОСИЙ ПОЛЕВ (1470?)

С:Дм.Алдр.Бор-ча. Слу­жил у кня­зя Бори­са Васи­лье­ви­ча Воло­ко­лам­ско­го. Дей­стви­тель­но, в духов­ной волоц­ко­го кня­зя Бори­са Васи­лье­ви­ча (1477 г.) мы встре­ча­ем вну­ка Алек­сандра Бори­со­ви­ча Федо­ра с сыном Васи­льем (? Боль­шим), кото­рые уже поте­ря­ли не толь­ко кня­же­ский титул, но на вре­мя даже и зем­ли в Волоц­ком уезде.

ЖЕНА: ЕВДО­КИЯ ИН.ЕВПРАКСИЯ

ФЕДОР(ФЕДОТ,ФЕДЕЦ) СТЕ­ПА­НО­ВИЧ (АНДPЕ­Е­ВИЧ) ЕРОПКИН

В 1489 – посол в Мол­да­вии; в 1491 уп. как долж­ник в духов­ной А.М. Пле­ще­е­ва, где послу­хом был его брат Миха­ил Кля­пик; в 1499 оба были послу­ха­ми на мене земель, про­во­див­шей­ся дво­рец­ким кн. П.В. Шесту­но­вым; в 1495 сопро­вож­дал Ива­на III в Нов­го­род; в 1495 – 1508 участ­во­вал в при­е­мах, ездил с дипло­ма­ти­че­ски­ми мис­си­я­ми. В 1506 ездил в Лит­ву к вел. кн. Алек­сан­дру с изве­сти­ем о вступ­ле­нии на пре­стол вел. кн. Васи­лия Ива­но­ви­ча. В 1507/8 участ­во­вал в 2-х похо­дах «на смо­лен­ские места» из Доро­го­бу­жа в вой­ске кн. Ива­на Михай­ло­ви­ча Теля­тев­ско­го в пол­ку левой руки околь­ни­че­го Ива­на Васи­лье­ви­ча Щадры.

МИХА­ИЛ СТЕ­ПА­НО­ВИЧ (АНДPЕ­Е­ВИЧ) КЛЯ­ПИК ЕРОПКИН

Ум. 1512/13.
Посоль­ский дьяк, соколь­ни­чий (1503). Один из вид­ных дея­те­лей двор­цо­вой адми­ни­стра­ции, лицо, осо­бо при­бли­жен­ное к кня­жи­чу Васи­лию Ивановичу.Чин у Миха­и­ла Сте­па­но­ви­ча был, каза­лось бы, неболь­шой – соколь­ни­чий. Но кня­жич Васи­лий был страст­ным люби­те­лем соко­ли­ной охо­ты, чем, воз­мож­но, и объ­яс­ня­лось при­бли­же­ние к нему Миха­и­ла Кля­пи­ка. К соко­ли­но­му делу Кля­пик имел отно­ше­ние очень дав­но. Еще до 1482 у него купил холо­па-соколь­ни­ка И.М. Пле­ще­ев. О Кля­пи­ке как о послу­хе в духов­ной А.М. Пле­ще­е­ва и во вре­мя мены вели­ко­кня­же­ской зем­ли см. выше. В 1480-е он уп. сpе­ди послу­хов гpа­мо­ты И.А. Колы­че­ва на зем­ли Коло­мен­ско­го у. Миха­ил Кля­пик в основ­ном про­сла­вил­ся на дипло­ма­ти­че­ском попри­ще. Впер­вые он отпра­вил­ся с посоль­ством в Лит­ву еще в янва­ре 1488, затем ездил туда в мар­те 1489 и в мае 1490. Участ­во­вал в боль­шом посоль­стве 1494 и сно­ва ездил в Лит­ву в мае 1496. Ездил послом к импе­ра­то­ру Мак­си­ми­ли­а­ну в 1492 и 1493, вел пере­го­во­ры с куп­ца­ми Ган­зы в 1494. В 1498. был вое­во­дою в Нов­го­ро­де. После литов­ско­го посоль­ства 1496, на несколь­ко лет исчез из поля зре­ния, веро­ят­но, в свя­зи с его бли­зо­стью к кня­жи­чу Васи­лию и рас­пра­вой в 1497 над его сто­рон­ни­ка­ми. Воз­вы­ше­ние кня­жи­ча Васи­лия вновь при­во­дит к появ­ле­нию М.С. Кля­пи­ка при Дво­ре. В 1500 он при­сут­ство­вал на сва­дьбе кн. Холм­ско­го. В фев­ра­ле 1501 и мар­те 1503 он участ­во­вал в при­е­ме литов­ских послов, в мае-сен­тяб­ре 1503 сно­ва ездил в соста­ве посоль­ства в Лит­ву. В этом посоль­стве он впер­вые назван соколь­ни­чим. Во вре­мя посоль­ской мис­сии в Казань в июле 1505 г. был «поиман» казан­ца­ми и осво­бож­ден толь­ко вес­ной 1507 по тре­бо­ва­нию Васи­лия III. В сен­тяб­ре 1508 вел пере­го­во­ры с литов­ски­ми пред­ста­ви­те­ля­ми в соста­ве посоль­ской комис­сии Бояр­ской думы. Они закон­чи­лись под­пи­са­ни­ем пере­ми­рия. В нояб­ре 1508 – летом 1509 ездил в соста­ве посоль­ской мис­сии в Лит­ву для под­твер­жде­ния мир­но­го дого­во­ра; в сен­тяб­ре 1509 отправ­ля­ет­ся с Васи­ли­ем III в Нов­го­род. В 1509/10 в Нов­го­ро­де участ­ву­ет в пере­го­во­рах о мире со шве­да­ми, а в пере­го­во­рах с Лит­вой в 1509, 1510, 1511.
Зем­ли Кля­пи­ка нахо­ди­лись в Мос­ков­ском у. на «зве­ни­го­род­ском рубе­же» (1506).

ВАСИ­ЛИЙ СТЕ­ПА­НО­ВИЧ (АНДPЕ­Е­ВИЧ) РУДАК

ИВАН СТЕ­ПА­НО­ВИЧ (АНДРЕ­ЕВИЧ) ЕРОПКИН

Ум. до 1533/35.
Попал в литов­ский плен до 1526; вла­дел зем­ля­ми в Можай­ском у.

Ж: МАР­ФА, ИН. МАРИЯ, дала вклад Иоси­фо­ву мона­сты­рю по мужу сво­е­му Ива­ну и по себе и по сво­им роди­те­лям на веч­ное поми­на­ние и на корм с. Трыз­но­во с дерев­ня­ми и со все­ми уго­дья­ми и на ту дачу поми­нать: ино­ка Андрея, Евфи­мию, Ива­на, ино­ки­ню Марью.

СЕМЕН ЮРЬЕ­ВИЧ ЕРОПКИН

Уп. в 1504.

АЗА­РИЙ (ЛАЗАРЬ) ЮРЬЕ­ВИЧ ЕРОПКИН

В 1504 про­ме­нял в Изо­си­мов­скую пустынь, где игу­ме­ном был его сын Игна­тий (в мона­ше­стве Изо­си­ма), свою вот­чи­ну в д. Куши­ло­во и почи­нок Куши­лов­ский Волоц­ко­го у.

ГРИ­ГО­РИЙ ЮРЬЕ­ВИЧ ЕРОПКИН

Ум. до 1500.
Вот­чин­ник Волоц­ко­го у. В 1500 по нему дано Иоси­фо­ву мона­сты­рю 160 руб.

СЕМЕН ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ СОЛОМЕРЕЦКИЙ

Запи­сан во Вве­ден­ском помян­ни­ке, веро­ят­но умер при жиз­ни отца. Воз­мож­но родо­на­чаль­ник кня­зей Мунчей (?).

КН. ФЕДОР [ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ] ШАХ

[1447 г. июня 25 — 1459 г. фев­ра­ля 17]. — При­го­вор суда пол. нам. Андрея Сако­ви­ча, пол. бояр и мести­чей по делу меж­ду [пол. мести­чем] Евлаш­ком Коз­чи­чем и Алек­сан­дром Оскер­чи­ни­чем о части оз. Солонец.

ФЁДОР ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ БОЛЬ­ШОЙ ТАТИЩЕВ

ДМИТ­РИЙ ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ ТАТИЩЕВ

ФЁДОР ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ МЕНЬ­ШОЙ ТАТИЩЕВ

ГРИ­ГО­РИЙ СЕМЁ­НО­ВИЧ МОРОЗ

ИВАН СЕМЁ­НО­ВИЧ (НАЧ. XV В.)

МИХА­ИЛ ВАСИ­ЛЬЕ­ВИЧ СОБАКИН

без­дет­ный

СЕМЕН ФЕДО­РО­ВИЧ БОКЕЙ КОРОБЬИН

Родо­на­чаль­ник Бокеевых.

КАРП ФЕДО­РО­ВИЧ КОРОБЬИН

Родо­на­чаль­ник Карповых.

КН. ЛЕВ ИВА­НО­ВИЧ КУРЕЙ­ШОВ КОЗ­ЛОВ­СКИЙ (1470,1494)

Ум. после 1494.
Родо­на­чаль­ник стар­шей, рома­нов­ской вет­ви кн. К. (пре­сек­лась в сере­дине XVIII в.).
Уп. в 1494 вме­сте с бра­том кн. Рома­ном, детьми и пле­мян­ни­ка­ми в дого­во­ре вел. кн. Мос­ков­ско­го Ива­на III с вел. кн. Литов­ским Алек­сан­дром Казимировичем.
По гра­мо­те поль­ско­го коро­ля Кази­ми­ра IV 13.04.1470 ему даны Коз­лов, Каме­нец, Моло­ты, Клин и др. места, при­ле­га­ю­щие к Коз­ло­ву. В кон­це XV в. на служ­бе у мос­ков­ско­го кня­зя. Его дети были испо­ме­ще­ны по Рома­но­ву. Родо­вые вот­чи­ны его потом­ков нахо­ди­лись в Рома­нов­ском, Костром­ском, Бело­зер­ском, Поше­хон­ском, Мос­ков­ском и Рязан­ском уу.
Обра­тим­ся к доку­мен­ту из Литов­ской мет­ри­ки, состав­лен­но­му в 1470 г., в кото­ром идет речь о бра­те Рома­на кня­зе Льве Ива­но­ви­че Коз­лов­ском, оста­вав­шем­ся на служ­бе в Лит­ве, и уна­сле­до­вав от отца Коз­лов­скую волость: «Кня­зю Илву Коз­лов­ско­му так лист дан. Што есмо суди­ли с радою нашою, со кня­зья­ми и с паны Литов­ски­ми, кня­зя Лва Иваш­ко­ви­ча Коз­лов­ско­го с Вас­ком Мику­ли­чом и з его бра­тьею о Коз­ло­во и о иные местъ­ца, и о Каме­нец, и о Моло­ту, и о Клин, што издав­на к Коз­ло­ву и к тым местъ­цом тяг­ло, ино судом есмо обыс­ка­ли и дали есмо то все кня­зю Иль­ву Иваш­ко­ви­чу Курей­шо­ву по тому, как отец его и дед Курей­ший дер­жа­ли». (РИБ, т. 27. Литов­ская мет­ри­ка, отд. 1, ч. 1, сс. 66,67.)
По пово­ду при­над­леж­но­сти линии Льва Ива­но­ви­ча Коз­лов­ско­го к служ­бе в Лит­ве в отве­те Вели­ко­го Литов­ско­го кня­зя Алек­сандра Ива­ну III-му гово­ри­лось: «…Коз­лов­ские кня­зи кня­жи Лво­вы и князь Роман с дет­ми, Смо­лен­ские кня­зи, а не Вязем­ские, — ино те кня­зи из ста­ри­ны Вязем­ские, тянут к Вяз­ме, наши слу­ги и с сво­и­ми отчинами».

КН. РОМАН ИВА­НО­ВИЧ КОЗ­ЛОВ­СКИЙ (†1494)

Ум. 1494.
Родо­на­чаль­ник млад­шей, костром­ской вет­ви рода кн. К. (пре­сек­лась в сере­дине XX в.).
Уп. в 1494 в дого­во­ре вел. кн. Мос­ков­ско­го Ива­на III с вел. кн. Литов­ским Алек­сан­дром Кази­ми­ро­ви­чем как мос­ков­ский под­да­ный и назван кня­зем Фомин­ским. В кон­це XV в. на служ­бе у мос­ков­ско­го кня­зя вме­сте с детьми. Потом­ки же кня­зя Рома­на Коз­лов­ско­го, в част­но­сти его внук Семен Федо­ро­вич с сыно­вья­ми были запи­са­ны в Дво­ро­вой тет­ра­ди по Костроме.(16)
Его потом­ки вла­де­ли поме­стья­ми в Костром­ском, Галиц­ком, Кине­шем­ском, Рома­нов­ском и Мос­ков­ском уу.

Жена: Ири­на

МАТ­ВЕЙ МИХАЙ­ЛО­ВИЧ РЖЕВСКИЙ

В 1495 в сви­те кж. Еле­ны Ива­нов­ны выехал в Лит­ву. Ум. После 1515. Мат­вей меж­ду 1494 и 1515 гг. упо­ми­на­ет­ся в каче­стве послу­ха в гра­мо­те по Лок­ныш­ско­му стану69. Мат­вей вме­сте с сыном Васи­ли­ем назва­ны пер­вы­ми сре­ди послу­хов в гра­мо­те Васи­лия Ржев­ско­го на д. Ефи­мье­во, кото­рая была состав­ле­на, как уже гово­ри­лось, око­ло 1510.

Так или ина­че опре­де­лен­ное равен­ство долей в рас­смат­ри­ва­е­мом поко­ле­нии Ржев­ских все же было достиг­ну­то. Общая пло­щадь вот­чи­ны Ржев­ских в Сест­рин­ском стане состав­ля­ла 1635 деся­тин. Из них Мат­вею при­над­ле­жа­ло 394 дес, Васи­лию 604 дес, Бори­су -237, Семе­ну и Алек­сан­дру воз­мож­но 300 дес. Таким обра­зом Мат­вею, един­ствен­но­му пред­ста­ви­те­лю стар­шей вет­ви рода, при­над­ле­жа­ла не поло­ви­на а чет­верть земель. Это озна­ча­ет, что после кон­чи­ны Гав­ри­лы и Миха­и­ла Ржев­ских их дети про­из­ве­ли пере­дел зем­ли с целью порав­не­ния долей.

ВАСИ­ЛИЙ ГАВ­РИ­ЛО­ВИЧ РЖЕВСКИЙ

Ум. до 1522.
Про­дал 3 дерев­ни и сели­ще Тара­со­во Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­му монастырю.
Даль­ней­шие све­де­ния о вла­де­нии Гав­ри­лы Ржев­ско­го отно­сят­ся уже к тому вре­ме­ни, когда она была поде­ле­на меж­ду его сыно­вья­ми , кото­рые на про­тя­же­нии пер­вой тре­ти XVI в. про­да­ли Иоси­фо­ву мона­сты­рю ряд при­над­ле­жав­ших им «жере­бьев» вотчины.Старшему из них — Васи­лию — при­над­ле­жа­ло село Пет­ров­ское на левом бере­гу Боль­шой Сест­ры, к юго-восто­ку от Иоси­фо­ва мона­сты­ря . Одна­ко этим его вла­де­ния не исчер­пы­ва­лись. Око­ло 1510 г. Васи­лий про­дал зем­ли, кото­рые при­мы­ка­ли к при­над­ле­жав­шим мона­сты­рю сц.Отчищеву и с.Спирову.Это были дерев­ни Ефи­мье­во, Коли­ки­но и Выжел­цо­во 61. Дерев­ня Ефи­мье­во сохра­ни­лось до наших дней в 3,2 км к югу от Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­го монастыря.
При­ве­ден­ный в куп­чей гра­мо­те «отвод … зем­ле» пока­зы­ва­ет, что дан­ное вла­де­ние пред­став­ля­ло собой запад­ную окра­и­ну вот­чи­ны Ржев­ских . На севе­ре оно гра­ни­чи­ло со «Спи­ров­ской» и «Отчи­щев­ской» зем­ля­ми мона­сты­ря, на запа­де — с «зем­лей Чекле­ев­ской» , а на юге — с боль­шой доро­гой «от Воло­ка к Москве» , кото­рая, как вид­но по кар­те, про­хо­ди­ла через село Николь­ское — центр вот­чи­ны Ржев­ских . В рай­оне доро­ги межа опи­сы­ва­е­мо­го вла­де­ния вхо­ди­ла в сопри­кос­но­ве­ние с зем­ля­ми Суту­гинь­ской и Тщан­ни­ков­ской Мат­вея Ржев­ско­го . Отсю­да межа про­ле­га­ла к севе­ро-запад­ном направ­ле­нии и выво­ди­ла «к вели­ко­му дубу на Буе­го­родц­кую межу» , по кото­рой и шла вплоть до «Отчи­щев­ские зем­ли» Иоси­фо­ва мона­сты­ря .Кро­ме пашен­ных дере­вень Васи­лий Гав­ри­лов сын Ржев­ский про­дал «лугы на реце на Сест­ри от Онис­к­инъ­ских поко­сов и от Рах­ма­нов­ских поко­сов до Тара­со­ва бору». Васи­лий Гав­ри­лов под име­нем Васю­ка упо­ми­на­ет­ся в духов­ной А.Ф.Голенина, напи­сан­ной до 1482 г.

Пред­ста­ви­те­лям млад­шей вет­ви рода при­над­ле­жа­ли зем­ли на окра­и­нах. Васи­лию Гав­ри­ло­ву сыну Ржев­ско­го — с.Петровское , д.Завражье , дерев­ни Чекле­е­во, Мамо­но­во, Тата­ри­но­во и Ефи­мье­во, Коли­ки­но и Выжел­це­во — в сум­ме 604 дес. Бори­су Исто­ме при­над­ле­жа­ло с.Сивцово, зем­ли кото­ро­го при­мы­ка­ли к Николь­ско­му с юга .
Так или ина­че опре­де­лен­ное равен­ство долей в рас­смат­ри­ва­е­мом поко­ле­нии Ржев­ских все же было достиг­ну­то. Общая пло­щадь вот­чи­ны Ржев­ских в Сест­рин­ском стане состав­ля­ла 1635 деся­тин. Из них Мат­вею при­над­ле­жа­ло 394 дес, Васи­лию 604 дес, Бори­су -237, Семе­ну и Алек­сан­дру воз­мож­но 300 дес. Таким обра­зом Мат­вею, един­ствен­но­му пред­ста­ви­те­лю стар­шей вет­ви рода, при­над­ле­жа­ла не поло­ви­на а чет­верть земель. Это озна­ча­ет, что после кон­чи­ны Гав­ри­лы и Миха­и­ла Ржев­ских их дети про­из­ве­ли пере­дел зем­ли с целью порав­не­ния долей.

Ж.: АНА­СТА­СИЯ.

МИХА­ИЛ ГАВ­РИ­ЛО­ВИЧ ХИМА РЖЕВСКИЙ

Вое­во­да сто­ро­же­во­го пол­ка вме­сте с Васи­ли­ем Бори­со­вым (1515 – 19).

СЕМЕН ГАВ­РИ­ЛО­ВИЧ ХИМА РЖЕВСКИЙ

Так или ина­че опре­де­лен­ное равен­ство долей в рас­смат­ри­ва­е­мом поко­ле­нии Ржев­ских все же было достиг­ну­то. Общая пло­щадь вот­чи­ны Ржев­ских в Сест­рин­ском стане состав­ля­ла 1635 деся­тин. Из них Мат­вею при­над­ле­жа­ло 394 дес, Васи­лию 604 дес, Бори­су -237, Семе­ну и Алек­сан­дру воз­мож­но 300 дес. Таким обра­зом Мат­вею, един­ствен­но­му пред­ста­ви­те­лю стар­шей вет­ви рода, при­над­ле­жа­ла не поло­ви­на а чет­верть земель. Это озна­ча­ет, что после кон­чи­ны Гав­ри­лы и Миха­и­ла Ржев­ских их дети про­из­ве­ли пере­дел зем­ли с целью порав­не­ния долей.

Дан­ные о служ­бе Ржев­ских в пер­вой поло­вине XVI в. извле­ка­ют­ся из раз­ря­дов. Пер­вое изве­стие отно­сит­ся ко вре­ме­ни после взя­тия Смо­лен­ска и несчаст­ной бит­вы под Оршей 8 сен­тяб­ря 1514 г. Сре­ди вое­вод, кото­рым вели­кий князь велел идти «с Белые» к Витеб­ску в сто­ро­же­вом пол­ку зна­чат­ся «Васи­лей Пет­ров сын Бори­со­ва да- Хима Ржев­ской «*3 г Во вре­мя похо­да на Виль­но 1519 г. те же вое­во­ды воз­глав­ля­ли сто­ро­же­вой полк, кото­рый был послан 28 фев­ра­ля на Витебск84. В обо­их изве­сти­ях речь здесь идет о Семене Гав­ри­ло­ве сыне Ржев­ском — бра­те Васи­лия Ржев­ско­го , вла­дев­ше­го селом Пет­ров­ским. Весь­ма веро­ят­но, что отсут­ствие в актах упо­ми­на­ния его име­ни сре­ди вла­дель­цев Сест­рин­ской вот­чи­ны Ржев­ских свя­за­но с тем, что после при­со­еди­не­ния горо­да Белой он полу­чил зем­ли в уез­де Белой.

АЛЕК­САНДР ГАВ­РИ­ЛО­ВИЧ ШИРЯЙ РЖЕВСКИЙ

Так или ина­че опре­де­лен­ное равен­ство долей в рас­смат­ри­ва­е­мом поко­ле­нии Ржев­ских все же было достиг­ну­то. Общая пло­щадь вот­чи­ны Ржев­ских в Сест­рин­ском стане состав­ля­ла 1635 деся­тин. Из них Мат­вею при­над­ле­жа­ло 394 дес, Васи­лию 604 дес, Бори­су -237, Семе­ну и Алек­сан­дру воз­мож­но 300 дес. Таким обра­зом Мат­вею, един­ствен­но­му пред­ста­ви­те­лю стар­шей вет­ви рода, при­над­ле­жа­ла не поло­ви­на а чет­верть земель. Это озна­ча­ет, что после кон­чи­ны Гав­ри­лы и Миха­и­ла Ржев­ских их дети про­из­ве­ли пере­дел зем­ли с целью порав­не­ния долей.

БОРИС ГАВ­РИ­ЛО­ВИЧ ИСТО­МА РЖЕВСКИЙ

Ум. до 1523.
Про­дал за 10 руб. луг Иоси­фо-Воло­ко­лам­ско­му монастырю.
Око­ло 1510 г. млад­ший брат Васи­лия Борис Исто­ма Ржев­ский про­дал мона­сты­рю «луг Кали­кин­ский», рас­по­ла­гав­ший­ся меж­ду луга­ми, при­над­ле­жав­ши­ми Васи­лию и стар­ше­му в роде Мат­вею Ржевским65. В 1523/1524 г. Марья — вдо­ва Бори­са Исто­мы — про­да­ла «луг Кро­тов­ский» на бере­гу р.Сестры, кото­рый гра­ни­чил с зем­ля­ми Федо­ра Васи­лье­ва сына Ржев­ско­го и зем­ля­ми, остав­ши­ми­ся за самой Марьей66.

Само же с. Пет­ров­ское оста­лось за Васи­ли­ем, его сыном Федо­ром и не вышло из рода67. Так­же оста­лись за Ржев­ски­ми и тер­ри­то­рия к югу от Пет­ров­ско­го, кото­рая, судя по куп­чей гра­мо­те 1546/1547 г., при­над­ле­жа­ла сыну Бори­са Исто­мы Воину
Пред­ста­ви­те­лям млад­шей вет­ви рода при­над­ле­жа­ли зем­ли на окра­и­нах. Васи­лию Гав­ри­ло­ву сыну Ржев­ско­го — с.Петровское , д.Завражье , дерев­ни Чекле­е­во, Мамо­но­во, Тата­ри­но­во и Ефи­мье­во, Коли­ки­но и Выжел­це­во — в сум­ме 604 дес. Бори­су Исто­ме при­над­ле­жа­ло с.Сивцово, зем­ли кото­ро­го при­мы­ка­ли к Николь­ско­му с юга .
Так или ина­че опре­де­лен­ное равен­ство долей в рас­смат­ри­ва­е­мом поко­ле­нии Ржев­ских все же было достиг­ну­то. Общая пло­щадь вот­чи­ны Ржев­ских в Сест­рин­ском стане состав­ля­ла 1635 деся­тин. Из них Мат­вею при­над­ле­жа­ло 394 дес, Васи­лию 604 дес, Бори­су -237, Семе­ну и Алек­сан­дру воз­мож­но 300 дес. Таким обра­зом Мат­вею, един­ствен­но­му пред­ста­ви­те­лю стар­шей вет­ви рода, при­над­ле­жа­ла не поло­ви­на а чет­верть земель. Это озна­ча­ет, что после кон­чи­ны Гав­ри­лы и Миха­и­ла Ржев­ских их дети про­из­ве­ли пере­дел зем­ли с целью порав­не­ния долей.

Ж.: МАРИЯ (ум. п. 1540).

Черновик

В 1390 — 1399/1401 гг. (или до 1402/1404 гг.) управ­ле­ние Воло­ком было пере­да­но кня­зю Вла­ди­ми­ру Андре­еви­чу Сер­пу­хов­ско­му. В этот пери­од мос­ков­ско-литов­ское про­ти­во­сто­я­ние не про­яв­ля­лось в виде воен­ных столк­но­ве­ний. Одно­вре­мен­но всё боль­шую роль в поли­ти­ке Моск­вы нача­ли играть отно­ше­ния с Нов­го­ро­дом. Гео­гра­фи­че­ское поло­же­ние Воло­ка , лежав­ше­го на пути к Нов­го­ро­ду, спо­соб­ство­ва­ло тому, что волоц­кие зем­ле­вла­дель­цы преж­де все­го те из них, кото­рые вхо­ди­ли в двор вели­ко­го кня­зя, — ока­зы­ва­ют­ся актив­ны­ми участ­ни­ка­ми воен­ных и поли­ти­че­ских мис­сий Моск­вы 1383/1384, 1393/1394 и 1401 гг., свя­зан­ных с Нов­го­ро­дом (бояре Алек­сандр Бори­со­вич Поле, Иван Ива­но­вич Толбузин ).
Основ­ным эле­мен­том струк­ту­ры зем­ле­вла­де­ния кон­ца XIV — пер­вой чет­вер­ти XV в.являлись вот­чи­ны пло­ща­дью в 2 — 3 тыс. деся­тин и более: Алек­сандра Бори­со­ви­ча Поля ( тыс. дес), Ива­на Ива­но­ви­ча Тол­бу­ги (2 тыс. дес), Федо­ра Ржев­ско­го (1,6 тыс дес.) в Сест­рин­ском стане. Хотя боль­шая часть этих вла­де­ний рекон­стру­и­ру­ет­ся на осно­ва­нии дан­ных более позд­не­го вре­ме­ни, в реаль­но­сти их вряд ли мож­но сомне­вать­ся, посколь­ку о мно­гих из них име­ют­ся пря­мые упо­ми­на­ния источ­ни­ков («Беле­утов­ские села на око­ло 1417-1423 гг.; с. Лит­ви­но­во Бори­са Алек­сан­дро­ви­ча Полева).
Фео­даль­ная вой­на не изме­ни­ла сколь­ко-нибудь суще­ствен­но состав волоц­ких бояр, детей бояр­ских и воль­ных слуг. Лишь неко­то­рые пред­ста­ви­те­ли родов, слу­жив­ших вели­ким кня­зьям, пере­шли на служ­бу к кня­зю Дмит­рию Шемя­ке и его союз­ни­ку кня­зю Ива­ну Андре­еви­чу Можай­ско­му (Семен Ржев­ский к 1445 г.). Основ­ная часть круп­ных волоц­ких зем­ле­вла­дель­цев оста­лись на вели­ко­кня­же­ской службе.
В пери­од кня­же­ния Васи­лия Васи­лье­ви­ча (1425-1462 гг.) в иссле­до­ван­ных рай­о­нах Волоц­ко­го края коли­че­ствен­ный рост вла­де­ний на вот­чин­ном пра­ве несколь­ко замед­лил­ся, что было свя­за­но с сокра­ще­ни­ем фон­да сво­бод­ных земель. Состо­я­ние фон­да вот­чин­ных земель это­го вре­ме­ни может быть оха­рак­те­ри­зо­ва­но как внут­рен­няя ста­би­ли­за­ции. В резуль­та­те пер­во­го эта­па семей­ных раз­де­лов земель сверх­круп­ные вот­чи­ны несколь­ко сокра­ти­лись в раз­ме­рах, сло­жил­ся тип вла­де­ния пло­ща­дью 1 — 2 тыс. дес: детей Алек­сандра Бори­со­ви­ча Поля (с.Овдотьино — 1,3 и с.Литвиново — 1,6 тыс. дес), Федо­ра Алек­сан­дро­ви­ча Беле­уто­ва (с.Лествицыно — 1 тыс. дес), Ива­на Ива­но­ви­ча Тол­бу­зи­на и его бра­та Васи­лия. (1,1 и 0,9 тыс. дес), осред­ством покуп­ки сЛит­ви­но­ва Федор Алек­сан­дро­вич Беле­утов создал вла­де­ние пло­ща­дью 2,7 тыс. дес.
Во вто­рой чет­вер­ти XV в. с вот­чин Сест­рин­ско­го ста­на нес­ло служ­бу не менее четы­рех таких отря­дов общей чис­лен­но­стью око­ло 27 чело­век. Все­го же с вла­де­ний Сест­рин­ско­го ста­на в этот пери­од мог­ло нести служ­бу при­мер­но 40 кон­ных вои­нов. Часть из них (отря­ды Поле­вых и Беле­уто­вых) высту­па­ли в соста­ве дво­ра вели­ко­го кня­зя, дру­гие (види­мо отря­ды Тол­бу­зи­ных и Ржев­ских) — в соста­ве под стя­га­ми удель­ных кня­зей. Если учесть, что все­го к Воло­ку Лам­ско­му отно­си­лось 12 ста­нов и воло­стей, то общее чис­ло кон­ных вои­нов ‘волоц­кой рати», а так­же слу­жив­ших в соста­ве дво­ра вели­ко­го кня­зя мог­ло рав­нять­ся при­мер­но 460.
Зна­чи­тель­ная часть наи­бо­лее родо­ви­тых волоц­ких зем­ле­вла­дель­цев оста­лась на служ­бе у Ива­на III: Семен Ива­но­вич Тол­бу­зин , воз­мож­но, Андрей Федо­ро­вич Беле­утов. Эта ситу­а­ция была преду­смот­ре­на дого­во­ром, заклю­чен­ным меж­ду кня­зья­ми в 1473 г. 5 5 В 1495 г. сре­ди детей бояр­ских Ива­на III зна­чат­ся волоц­кие зем­ле­вла­дель­цы и их соро­ди­чи:, Федор и Афа­на­сий Еропкины.

В 1460 — 1470-е годы сверх­круп­ные вот­чи­ны сохра­ни­лись. Сре­ди них были вла­де­ния Федо­ра Дмит­ри­е­ви­ча Поле­ва (1,3 тыс.дес), Федо­ра Алек­сан­дро­ви­ча Беле­уто­ва (2,7 тыс. дес.)
Появ­ле­ние типа круп­ных и сред­них вот­чин было резуль­та­том вто­рой ста­дии дроб­ле­ния ста­рых бояр­щин. Такие раз­ме­ры име­ли ‘жере­бьи’ вну­ков Ива­на Тол­бу­ги и Федо­ра Ржевского.
Про­цесс дроб­ле­ния вот­чин, про­те­кав­ший на про­тя­же­нии XV в., при­вел к тому, что в 1480-1490-е годы из зем­ле­вла­дель­цев Сест­рин­ско­го ста­на лишь Андрей Федо­ро­вич Беле­утов мог выста­вить отряд в 10-11 кон­ных слуг. Мно­го­чис­лен­ные потом­ки Алек­сандра Поля, Ива­на Тол­бу­ги, Федо­ра Ржев­ско­го, вла­дев­шие круп­ны­ми, сред­ни­ми и мел­ки­ми вот­чи­на­ми, обла­да­ли рен­той, поз­во­ляв­шей им слу­жить самим, а неко­то­рым — с одним, дву­мя или тре­мя слугами.

ПОЛУ­ЧИВ­ШИЕ ЗЕМ­ЛИ НА ВОЛО­КЕ — АЛЕК­САНДР БОРИ­СО­ВИЧ ПОЛЕ, ИВАН ИВА­НО­ВИЧ ТОЛ­БУ­ГА и ФЕДОР ФЕДО­РО­ВИЧ РЖЕВ­СКИЙ были тро­ю­род­ны­ми братьями.

Рже­ва, Фомин и Березуй
В нача­ле XIV в. Рже­ва была сто­ли­цей удель­но­го кня­же­ства на севе­ро-восто­ке Смо­лен­ской земли1. В 1314 г. князь Федор Ржев­ский высту­пал в каче­стве под­руч­ни­ка Юрия Дани­ло­ви­ча Мос­ков­ско­го во вре­мя его борь­бы за Нов­го­род с Миха­и­лом Яро­сла­ви­чем Твер­ским. Ско­рее все­го, это был Федор Свя­то­сла­вич, впо­след­ствии князь вязем­ский, быв­ший в сере­дине 40-х гг. тестем вели­ко­го кня­зя Семе­на Ивановича2. В 1335 г. Иван Кали­та вое­вал Осе­чен и Ряс­ну — город­ки Ржев­ско­го кня­же­ства, захва­чен­ные перед этим Литвой3. Оче­вид­но, он дей­ство­вал как союз­ник ржев­ско­го кня­зя. После ухо­да сво­е­го стар­ше­го бра­та Гле­ба око­ло 1339 г. на кня­же­ние в Брянск Федор стал кня­зем вяземским4. Одна­ко вско­ре ону­те­рял вязем­ское кня­же­ние, посту­пил на служ­бу к Семе­ну Ива­но­ви­чу Мос­ков­ско­му и полу­чил от него намест­ни­че­ство в Волоке5. Ско­рее все­го, уход Федо­ра из Вязь­мы имел место в резуль­та­те анти­мос­ков­ско­го похо­да Оль­гер­да 1341 г.: литов­ские вой­ска дошли до Можайска6, сле­до­ва­тель­но, ранее про­шли по тер­ри­то­рии Вязем­ско­го княжества.

Оста­лась ли за Федо­ром после ухо­да на служ­бу к Семе­ну Рже­ва, оста­ет­ся неяс­ным. В 1356 г., во вре­мя литов­ско-смо­лен­ско­го кон­флик­та, «Сиж­ско­го сынъ Иванъ сѣде съ Лит­вою во Ржевѣ»7. Сиж­ка — горо­док в Ржев­ском кня­же­стве; сле­до­ва­тель­но, речь идет о вокня­же­нии в Рже­ве одно­го из род­ствен­ни­ков Федо­ра с помо­щью Лит­вы. Два года спу­стя «Волоть­ская рать да можай­ская взя­ли Рже­воу, а Литвоу высла­ли вонъ»8. Вме­ша­тель­ство Моск­вы в собы­тия и уча­стие в них рати с Воло­ка, где намест­ни­чал Федор Свя­то­сла­вич, поз­во­ля­ют допу­стить, что до 1356 г. Федор про­дол­жал вла­деть Рже­вой и захват ее Ива­ном Сиж­ским был свя­зан с кон­чи­ной Федо­ра и встав­шим вопро­сом о насле­до­ва­нии княжения.

В 1359 г. литов­цы взя­ли Рже­ву. Сде­ла­но это было в ходе вой­ны со Смо­лен­ским княжеством9, поэто­му надо пола­гать, что заня­тие Рже­вы мос­ков­ски­ми вой­ска­ми в 1358 г. при­ве­ло не к ее при­со­еди­не­нию к Москве, а к поса­же­нию там союз­но­го князя10. В после­ду­ю­щие годы мос­ков­ские кня­зья, заня­тые борь­бой за вели­кое кня­же­ние Вла­ди­мир­ское, в ржев­ские дела не вме­ши­ва­лись. Воз­об­но­ви­ли они борь­бу за вли­я­ние в этом реги­оне в кон­це 60-х гг., в рам­ках кон­флик­та с Тве­рью и союз­ной ей Лит­вой. В 1368 г. (до пер­во­го похо­да Оль­гер­да на Моск­ву) дво­ю­род­ный брат Дмит­рия Ива­но­ви­ча Мос­ков­ско­го Вла­ди­мир Андре­евич Сер­пу­хов­ский «ходилъ ратию да взялъ Рже­ву, а Лит­ву отъ­пу­стилъ изъ города»11.

Раз­ме­ры заня­той моск­ви­ча­ми тер­ри­то­рии выри­со­вы­ва­ют­ся из пись­ма Оль­гер­да кон­стан­ти­но­поль­ско­му пат­ри­ар­ху 1371 г., где литов­ский князь пере­чис­ля­ет захва­чен­ные моск­ви­ча­ми адми­ни­стра­тив­ные цен­тры, в том чис­ле глав­ным обра­зом Ржев­ско­го княжества12. Этот пере­чень сви­де­тель­ству­ет, что была заня­та вся тянув­шая к Рже­ве тер­ри­то­рия, а так­же цен­тры двух сосед­них с Ржев­ским кро­шеч­ных кня­жеств Смо­лен­ской зем­ли — Фомин­ско­го и Березуйского.

Они рас­по­ла­га­лись к юго-восто­ку от Рже­вы, на р. Ваз­у­зе, т. е. на пути в Рже­ву из мос­ков­ских пре­де­лов, и управ­ля­лись пред­ста­ви­те­ля­ми одной из вет­вей смо­лен­ско­го кня­же­ско­го дома13. Фомин­ские и бере­зуй­ские кня­зья в кон­це XIV в. упо­ми­на­ют­ся как слу­жа­щие Москве: в 1370 г. князь Васи­лий Ива­но­вич Бере­зуй­ский погиб при обо­роне Воло­ка от войск Оль­гер­да; Иван Тол­бу­га, пле­мян­ник фомин­ско­го кня­зя Федо­ра Крас­но­го, пал на Кули­ко­вом поле (упо­ми­на­ет­ся уже без кня­же­ско­го титула)14. Одна­ко отчин­ные вла­де­ния фомин­ских и бере­зуй­ских кня­зей какое-то вре­мя, види­мо, сохра­ня­лись за ними. В дого­во­ре 1449 г. Васи­лия II с Кази­ми­ром IV, коро­лем поль­ским и вели­ким кня­зем литов­ским, гово­рит­ся: «А Федо­ра Блу­до­ва, а Олек­санъ­дро­ва Боры­со­ва сына Хле­пе­нъ­ско­го, и кня­зя Рома­но­ва Фомин­ско­го, и их бра­тьи, и бра­та­ни­чов отчы­ны, зем­ли и воды, все мое, вели­ко­го кня­зя Васи­лье­во. Тако же Юрье­ва доля Роме­и­ко­ви­ча и кня­жа Федо­ро­ва места Свя­то­сла­вичъ вся за мною, за вели­кимъ кня­земъ за Васильемъ»15. Хле­пень — горо­док на р. Ваз­у­зе рядом с Фоми­ным и Бере­зу­ем, поэто­му Алек­сандра Бори­со­ви­ча сле­ду­ет счи­тать, как и Рома­на Фомин­ско­го, одним из пред­ста­ви­те­лей фомин­ско-бере­зуй­ско­го кня­же­ско­го дома16. Ука­за­ние в дого­во­ре на при­над­леж­ность отчин этих кня­зей, а так­же их бра­тьев и «братаничей»17 Васи­лию II гово­рит в поль­зу отно­си­тель­но недав­не­го (во вся­ком слу­чае, при Васи­лии II) непо­сред­ствен­но­го при­со­еди­не­ния их к Москве. Веро­ят­но, до это­го часть мест­ных кня­зей, слу­жа кня­зьям мос­ков­ским, сохра­ня­ла пра­ва на свои вла­де­ния. По-види­мо­му, Фомин­ское и Бере­зуй­ское кня­же­ства были захва­че­ны Лит­вой в кон­це 50-х гг. вме­сте со Рже­вой. Мест­ные кня­зья ушли после это­го на мос­ков­скую служ­бу, а когда в кон­це 60-х гг. моск­ви­чи отня­ли тер­ри­то­рии их быв­ших вла­де­ний у Лит­вы, Дмит­рий Ива­но­вич вер­нул их пред­ста­ви­те­лям фомин­ско-бере­зуй­ско­го дома, но уже на пра­вах кня­зей служебных.

Что каса­ет­ся тер­ри­то­рии Ржев­ско­го кня­же­ства, то она в 1368 г. пере­шла под непо­сред­ствен­ную власть Моск­вы. В мос­ков­ско-литов­ском дого­во­ре 1372 г. содер­жит­ся ука­за­ние на мос­ков­ских намест­ни­ков в Рже­ве; по обос­но­ван­но­му мне­нию В.А. Куч­ки­на, более ран­ний (1371 г.) дого­вор преду­смат­ри­вал воз­вра­ще­ние Рже­вы Лит­ве (в обмен на брак доче­ри Оль­гер­да с Вла­ди­ми­ром Андре­еви­чем); к лету 1372 г. это не было испол­не­но, но вско­ре после дого­во­ра июля 1372 г. Рже­ва вновь ста­ла литовской18.

В 1376 г. Вла­ди­мир Андре­евич три неде­ли оса­ждал Рже­ву, но безуспешно19. Одна­ко в 1386 г. Рже­ва вновь высту­па­ет как мос­ков­ское вла­де­ние: в похо­де Дмит­рия Дон­ско­го на Нов­го­род зимой 1386/1387 гг. участ­ву­ет «ржев­ская рать»20. Воз­вра­ще­ние Рже­вы под мос­ков­скую власть сле­ду­ет свя­зы­вать, как пока­зал В.А. Куч­кин, с согла­ше­ни­ем меж­ду Дмит­ри­ем и зани­мав­шим в 1381 — пер­вой поло­вине 1382 г. литов­ский пре­стол Кейстутом21.

В нача­ле 1390 г. Васи­лий I пере­дал Рже­ву сво­е­му дво­ю­род­но­му дяде Вла­ди­ми­ру Андреевичу22.

Одна­ко вско­ре Рже­ва ока­за­лась под вла­стью сосед­не­го с ней Твер­ско­го кня­же­ства. В заве­ща­нии твер­ско­го кня­зя Миха­и­ла Алек­сан­дро­ви­ча (1399 г.), доне­сен­ном в лето­пис­ном пере­ска­зе, гово­рит­ся о пере­да­че Рже­вы сыну Ива­ну и его детям Алек­сан­дру и Ивану23. По мне­нию В.А. Куч­ки­на, Рже­ву Васи­лий I отдал Миха­и­лу Твер­ско­му при заклю­че­нии с ним дого­во­ра в том же 1399 г., в обмен на отход от сою­за с Литвой24. А.Г. Тюль­пин скло­нил­ся к дати­ров­ке 1393—1395 гг., осно­вы­ва­ясь на пред­по­ло­же­нии об исполь­зо­ва­нии лето­пис­цем более ран­не­го заве­ща­ния, состав­лен­но­го до 1395 г.25. Это пред­по­ло­же­ние исхо­дит из упо­ми­на­ния в лето­пис­ном пере­ска­зе сына Миха­и­ла Алек­сан­дро­ви­ча Бори­са, умер­ше­го 19 июля 1395 г. Одна­ко его имя в чис­ле наслед­ни­ков, кото­рым пере­да­ва­лись Кашин и Ксня­тин («а Васи­лью и Бори­соу и его сыну Ива­ноу Каш­инъ, Ксня­тин»), мог­ло быть встав­ле­но соста­ви­те­лем сво­да кон­ца 10-х гг. XV в. (в лето­пи­сях, вос­хо­дя­щих к кото­ро­му, пере­дан текст духов­ной гра­мо­ты), знав­шим, что Борис кня­жил в Кашине при жиз­ни отца. Более веро­ят­ным оста­ет­ся пред­по­ло­же­ние о пере­да­че Рже­вы Твер­ско­му кня­же­ству по дого­во­ру 1399 г.

Во вся­ком слу­чае, под твер­ской вла­стью Рже­ва нахо­ди­лась недол­го: в дого­во­ре Васи­лия I с Вла­ди­ми­ром Андре­еви­чем Сер­пу­хов­ским пер­вой поло­ви­ны 1404 г. она вновь фигу­ри­ру­ет как мос­ков­ское вла­де­ние, при­чем Васи­лий I не воз­вра­тил Рже­ву Вла­ди­ми­ру Андре­еви­чу, а вклю­чил в чис­ло соб­ствен­ных земель26. В Нико­нов­ской лето­пи­си име­ет­ся уни­каль­ное изве­стие о заклю­че­нии в 1401 г. трой­ствен­но­го дого­во­ра Моск­вы, Тве­ри и Литвы27. В Твер­ском сбор­ни­ке под 1404 г. упо­ми­на­ет­ся, что Васи­лий I «рядъ имѣа со отцемъ сво­имъ Вито­втомъ», по кото­ро­му Москва обя­зы­ва­лась не вме­ши­вать­ся в смо­лен­ские дела28. «Отцом» Васи­лий I назы­ва­ет Вито­вта в сво­ем дого­во­ре с ним, пред­по­ло­жи­тель­но дати­ру­е­мым 1407 г.29; поз­же, в сво­их духов­ных гра­мо­тах нача­ла 20-х гг., мос­ков­ский князь име­ну­ет литов­ско­го «бра­том и тестем»30. Если дей­стви­тель­но в 1401 г. имел место дого­вор меж­ду Моск­вой, Тве­рью и Лит­вой, то мож­но пола­гать, что в обмен на ней­тра­ли­тет в «смо­лен­ском вопро­се» (кото­рый Васи­лий I соблю­дал в после­ду­ю­щие годы) Вито­вт содей­ство­вал воз­вра­ще­нию Рже­вы под мос­ков­скую власть.

В 1446 г. Васи­лий II, борясь за воз­вра­ще­ние себе вели­ко­кня­же­ско­го пре­сто­ла, захва­чен­но­го Дмит­ри­ем Шемя­кой, отдал Рже­ву Бори­су Алек­сан­дро­ви­чу Твер­ско­му, став­ше­му его союз­ни­ком; тве­ри­чам при­шлось брать город силой, посколь­ку в нем нахо­ди­лись сто­рон­ни­ки Шемяки31. В янва­ре 1448 г. Рже­ва была захва­че­на литов­ски­ми войсками32. После­до­вав­шие воен­ные дей­ствия меж­ду Лит­вой и Тве­рью при­ве­ли к заклю­че­нию (ско­рее все­го, в мар­те 1449 г.) мира, по кото­ро­му Рже­ва воз­вра­ща­лась в состав твер­ских владений33. Но уже соглас­но дого­во­ру Васи­лия II с Кази­ми­ром IV от 31 авгу­ста 1449 г. Рже­ва закреп­ля­лась за Москвой34. Оче­вид­но, летом 1449 г. мос­ков­ский и твер­ской кня­зья (сохра­няв­шие союз­ни­че­ские отно­ше­ния) при­шли к согла­ше­нию о воз­вра­ще­нии Рже­вы Москве.

При­ме­ча­ния
1. НIЛ. С. 94—95; ПСРЛ. Т. 15. Вып. 1. Стб. 36.

2. См.: Гор­ский А.А. Брян­ское кня­же­ство в поли­ти­че­ской жиз­ни Восточ­ной Евро­пы (конец XIII — нача­ло XV в.) // Сред­не­ве­ко­вая Русь. Вып. 1. М., 1996. С. 87; он же. Рус­ские зем­ли в XIII—XIV веках: пути поли­ти­че­ско­го раз­ви­тия. М., 1996. С. 38—39. Воз­ра­же­ние С.З. Чер­но­ва, сво­дя­ще­е­ся к тому, что кня­зья Ржев­ские были род­ствен­ни­ка­ми кня­зей Фомин­ских и, если бы Федор Свя­то­сла­вич был Ржев­ским, его дочь не мог­ла быть во вто­рой поло­вине 40-х гг. (после раз­во­да с Семе­ном) выда­на за кня­зя Федо­ра Крас­но­го Фомин­ско­го (Чер­нов С.З. Волок Лам­ский в XIV — пер­вой поло­вине XVI в.: струк­ту­ры зем­ле­вла­де­ния. М., 1998. С. 164165, при­меч. 152), осно­ва­но на недо­ра­зу­ме­нии: род­ствен­ни­ка­ми Фомин­ских явля­лись Ржев­ские, чьим родо­на­чаль­ни­ком был пле­мян­ник Федо­ра Крас­но­го Федор (РИИР. Вып. 2. М., 1977. С. 40—41, 165—166). Князь Федор Ржев­ский, дей­ство­вав­ший в нача­ле XIV в. (т.е. быв­ший стар­ше Федо­ра Крас­но­го Фомин­ско­го), отно­ше­ния к ним, есте­ствен­но, иметь не может.

3. НIЛ. С. 347.

4. См.: Гор­ский А.А. Брян­ское кня­же­ство… С. 86—87.

5. РИИР. Вып. 2. С. 165, 169; ПСРЛ. Т. 15. Вып. 1. Стб. 56—57.

6. ПСРЛ. Т. 15. Вып. І. Стб. 53—54.

7. Там же. Стб. 65.

8. Там же. Стб. 67.

9. Там же. Стб. 68.

10. Не исклю­че­но, что им мог быть извест­ный по родо­слов­цам (РИИР. Вып. 2. С. 169—170) млад­ший брат Федо­ра Свя­то­сла­ви­ча Юрий (родо­на­чаль­ник Монастыревых).

11. ПСРЛ. Т. 15. Вып. 1. Стб. 87.

12. РИБ. Изд. 2-е. Т. 6. СПб., 1908. При­ло­же­ния. Стб. 137—138. В перечне назва­ны Рже­ва, Сиш­ка, Гудин, Осе­чен, Горы­ше­но, Ряс­на, Луки вели­кие, Кли­чен, Все­лук, Вол­го, Коз­ло­во, Липи­ца, Тесов, Хле­пень, Фомин горо­док, Бере­зу­еск, Калу­га, Мценск.

13. РИИР. Вып. 2. С. 40—41; Куч­кин В.А. Фор­ми­ро­ва­ние… С. 146.

14. ПСРЛ. Т. 15. Вып. 1. Стб. 94; Памят­ни­ки Кули­ков­ско­го цик­ла. СПб., 1998. С. 38, 59—60.

15. ДДГ. № 53. С. 161—162.

16. Роман — воз­мож­но, Роман Ива­но­вич, пра­внук кня­зя Федо­ра Мень­шо­го Фомин­ско­го (см.: Зимин А.А. Фор­ми­ро­ва­ние бояр­ской ари­сто­кра­тии в Рос­сии во вто­рой поло­вине XV — пер­вой тре­ти XVI в. М., 1988. С. 230, 247, при­меч. 91); Алек­сандр Бори­со­вич Хле­пен­ский может быть отож­деств­лен с фигу­ри­ру­ю­щим в родо­слов­ной рос­пи­си Поле­вых Алек­сан­дром Бори­со­ви­чем Поле­вым, опре­де­лен­ным как сын Бори­са Хле­пен­ско­го, сына Федо­ра Фомин­ско­го; прав­да, рос­пись эта позд­няя (XVII в.) и сомни­тель­ная (см.: Весе­лов­ский С.Б. Иссле­до­ва­ния по исто­рии клас­са слу­жи­лых зем­ле­вла­дель­цев. М., 1969. С. 370—371), но извест­но, что сын Алек­сандра Федор вла­дел села­ми имен­но в рас­смат­ри­ва­е­мом реги­оне (ДДГ. № 71. С. 251).

17. Назван­ный в перечне пер­вым Федор Блу­дов упо­мя­нут в Ермо­лин­ской лето­пи­си: в 1440 г. он убил Васи­лия Суку и уто­пил Ива­на Гри­го­рье­ви­ча Про­та­сье­ва, сына ослеп­лен­но­го Васи­ли­ем II за изме­ну мцен­ско­го вое­во­ды, за что был пове­шен (ПСРЛ. Т. 23. СПб., 1910. С. 150). Упо­ми­на­ние Федо­ра Блу­до­ва в ряду с кня­зья­ми, ско­рее все­го, сви­де­тель­ству­ет о его кня­же­ском про­ис­хож­де­нии (в роду фомин­ско-бере­зуй­ских кня­зей имя Федор было попу­ляр­но). Юрий «Ромей­ко­вич», имев­ший некую «долю» — воз­мож­но, сын Рома­на Фомин­ско­го Федор Свя­то­сла­вич — это явно Федор Свя­то­сла­вич Ржев­ский и Вязем­ский, его «места» — оче­вид­но, какие-то участ­ки тер­ри­то­рии на ржев­ско-литов­ском погра­ни­чье (вряд ли речь может здесь идти о заок­ских «местах» Федо­ра, упо­ми­на­е­мых в мос­ков­ско-рязан­ских дого­во­рах, так как они по мос­ков­ско-рязан­ско­му дого­во­ру 1447 г. при­над­ле­жа­ли Ряза­ни — ДДГ. № 47. С. 143).

18. ДДГ. № 6. С. 22; Куч­кин В.А. Мос­ков­ско-литов­ское согла­ше­ние о пере­ми­рии 1372 года // Древ­няя Русь: вопро­сы меди­е­ви­сти­ки. 2000. № 2. С. 10—12.

19. ПСРЛ. Т. 15. Вып. 1. Стб. 116.

20. Там же. Т. 4. Ч. 1. Вып. 2. Пг., 1915. С. 345.

21. Куч­кин В.А. К изу­че­нию про­цес­са цен­тра­ли­за­ции в Восточ­ной Евро­пе (Рже­ва и ее воло­сти в XIV—XV вв.) // Исто­рия СССР. 1984. № 6. С. 152.

22. ДДГ. № 13. С. 37—38.

23. ПСРЛ. Т. 4. Ч. 1. Вып. 2. С. 388.

24. Куч­кин В.А. К изу­че­нию… С. 152—153.

25. Тюль­пин А.Г. Поли­ти­че­ская исто­рия вели­ко­го кня­же­ства Твер­ско­го в пер­вой чет­вер­ти XV века // Миха­ил Твер­ской: лич­ность, эпо­ха, насле­дие. Тверь, 1997. С. 162—163, 173, при­меч. 10.

26. ДДГ. № 16. С. 44.

27. ПСРЛ. Т. 11. М., 1965. С. 184; о дати­ров­ке дого­во­ра см.: Тюль­пин А.Г. Поли­ти­че­ская исто­рия… С. 166—167.

28. ПСРЛ. Т. 15. М., 1965. Стб. 471.

29. Хорош­ке­вич А.Л. Доку­мен­ты нача­ла XV в. о рус­ско-литов­ских отно­ше­ни­ях // Куль­тур­ные свя­зи Рос­сии и Поль­ши XI—XX вв. М., 1998. С. 40—47, 52.

30. ДДГ. № 21, 22. С. 59, 62.

31. ПСРЛ. Т. 15. Стб. 493; Памят­ни­ки лите­ра­ту­ры Древ­ней Руси. Вто­рая поло­ви­на XV века. М., 1982. С. 322, 324, 326 («Ино­ка Фомы Сло­во похваль­ное» вели­ко­му кня­зю твер­ско­му Бори­су Алек­сан­дро­ви­чу); Куч­кин В.А. К изу­че­нию… С. 156—157.

32. ПСРЛ. Т. 15. Стб. 494.

33. Памят­ни­ки лите­ра­ту­ры Древ­ней Руси. Вто­рая поло­ви­на XV века. С. 328; Куч­кин В.А. К изу­че­нию… С. 157.

34. ДДГ. № 53. С. 160—161.Нотатки

  1. Куч­кин В.А. Фор­ми­ро­ва­ние госу­дар­ствен­ной тер­ри­то­рии Севе­ро-Восточ­ной Руси. С. 146.[]
  2. ГИМ. Епарх. № 1 Л. 31 об.; Епарх. № 413 Л. 28 об.-29[][][][][][]
  3. РИИР. Вып. 2. С. 40. Л. 604; РГА­ДА. Ф. 196. Oп. 1. № 1529. Л. 171.[]
  4. БК. Ч. 2. Гла­ва 34. С. 207; РГА­ДА. Ф. 181. № 173/278. Л. 150; ОР РНБ. Q XVII.№ 3. Л. 280; и др.[]
  5. РИИР. Вып. 2. С. 40. Л. 604; РГА­ДА. Ф. 196. On. 1. № 1529. Л. 171; Ф. 181.№ 20/25. Л. 846 об., № 67/90. Л. 79; Родо­слов­ная кни­га. С. 251; ПСРЛ. Т. 43. С. 258.Л. 474 об.; и др.[]
  6. РИИР. Вып. 2. С. 165. Л. 152; РГА­ДА. Ф. 181. № 174/280. Л. 96; ОР РНБ. Q IV.^ 272. Л. 274 об.; и др.[]
  7. РИИР. Вып. 2. С. 165. Л. 152.[]
  8. ОР РНБ. F. п. IV. № 1. Л. 29— 29 об.; см. так­же: ДРВ. Ч. 6. С. 451.[][]
  9. Экзем­пляр­ский А. В. Васи­лий Ива­но­вич, князь бере­зуй­ский // Энцик­ло­пе­ди­че­ский сло­варь Брок­гау­за и Ефро­на : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.[]
  10. ПСРЛ, т.15, стб.472.[]
  11. АСЭИ. М., 1964. Т. 3. № 31, 35[]
  12. Весе­лов­ский С. Б. Иссле­до­ва­ния… С. 363.[]
  13. ср.: ПСРЛ. Т. 8. С. 112; Т. 18.С. 192— 193. Л. 398.[]