Кистерев С.Н. К истории калужско-бежецкого удела в начале ХVI века

Текст печа­та­ет­ся по изда­нию: Кисте­рев С.Н. К исто­рии калуж­ско-бежец­ко­го уде­ла в нача­ле ХVI века // Иссле­до­ва­ния по источ­ни­ко­ве­де­нию исто­рии СССР доок­тябрь­ско­го пери­о­да: сбор­ник ста­тей / Ака­де­мия наук СССР, Инсти­тут исто­рии СССР; отв. ред. Тар­та­ков­ский А.Г. М., 1990. С. 16-20.

Гра­ни­цы уде­ла кня­зя Семе­на, чет­вер­то­го сына Ива­на III и Софьи Палео­лог, пер­во­на­чаль­но были обо­зна­че­ны в духов­ной его отца, соглас­но кото­рой он дол­жен был полу­чить во вла­де­ние Бежец­кий Верх, Калу­гу и Козельск[1]. Перед кон­чи­ной Иван Васи­лье­вич под­твер­дил свое рас­по­ря­же­ние, пору­чив млад­ших сыно­вей попе­чи­тель­ству наслед­ни­ка вели­ко­кня­же­ско­го пре­сто­ла: «Сына сво­е­го Семи­о­на да Андрея дасть на руки бра­ту их вели­ко­му кня­зю Васи­лию и пове­ле им дати уделы»[2]. Одна­ко новый мос­ков­ский вла­сти­тель не спе­шил с испол­не­ни­ем воли ото­шед­ше­го в мир иной. С.М. Каш­та­нов счи­та­ет, что удел кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча был создан толь­ко в 1509 году, посколь­ку имен­но к янва­рю это­го года отно­сят­ся пер­вая жало­ван­ная гра­мо­та кня­зя Семена[3]. Дан­ное суж­де­ние неточ­но. В Про­стран­ной редак­ции Раз­ря­дов под 7015 г. содер­жит­ся запись: «Того же году из уде­ла от кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча посы­ло­ны были вое­во­ды в Белев Васи­лей Тимо­фе­е­вич Юрлов Пле­ще­ев да князь Олек­сандр Васи­лье­вич Кашин, да Бул­гак Дени­сьев». После это­го сле­ду­ет изве­стие 7016 г.[4], что поз­во­ля­ет дати­ро­вать обра­зо­ва­ние Калуж­ско-Бежец­ко­го уде­ла не позд­нее авгу­ста 1507 г. Ука­зав­ший на этот факт А.А. Зимин заме­ча­ет: «Впро­чем, власть кня­зя Семе­на была боль­ше номи­наль­на, чем реальна»[5]. Той же точ­ки зре­ния отно­си­тель­но пери­о­да 1509-1511 гг. при­дер­жи­ва­ет­ся С.М. Каш­та­нов, пред­по­ло­жив­ший так­же, что в кон­це 1509 г. князь Семен Ива­но­вич был ото­зван из Калу­ги в Москву[6]. Под­твер­жде­ние сво­ей гипо­те­зы о номи­наль­но­сти вла­сти калуж­ско­го кня­зя оба авто­ра усмат­ри­ва­ют в том, что судеб­ные дела в Бежец­ком Вер­хе в эти годы раз­би­ра­ет «вели­ко­кня­же­ский вель­мо­жа» князь Васи­лий Ива­но­вич Голе­нин. Необ­хо­ди­мо одна­ко заме­тить, что В.И. Голе­нин вер­шит суд не в каче­стве пред­ста­ви­те­ля вели­ко­го кня­зя, а «по кня­же Семе­но­ву сло­ву Ива­но­ви­ча», как пря­мо гово­рит­ся в доку­мен­тах, и докла­ды­ва­ет о суде «госу­да­рю сво­е­му» кня­зю Семену[7]. На дан­ное обсто­я­тель­ство обра­тил вни­ма­ние А.А. Зимин, кото­рый, ана­ли­зи­руя пра­вую гра­мо­ту [17] Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю, писал в одной из сво­их послед­них работ: «Долж­но ли озна­чать это послед­нее изве­стие о Голе­нине, что в кон­це сво­ей дея­тель­но­сти он пере­шел в удел, ска­зать трудно»[8], т.е. тем самым при­знал, что судеб­ная дея­тель­ность кня­зя В.И. Голе­ни­на в Бежец­ком Вер­хе не явля­ет­ся дока­за­тель­ством номи­наль­но­сти вла­сти кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча на зем­лях его уде­ла.

Долж­но заме­тить, что ука­зан­ная А.А. Зими­ным пра­вая гра­мо­та Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю не содер­жит послед­не­го изве­стия о кня­зе Голе­нине, из ее тек­ста сле­ду­ет, что спо­ря­щим сто­ро­нам был пер­во­на­чаль­но назна­чен срок стать перед кня­зем Семе­ном Ива­но­ви­чем на докла­де на Рож­де­ство Хри­сто­во, а вто­рич­но ‒ «на сере­до­хре­стье», при­хо­дя­ще­е­ся на 7 мар­та 1510 г., судеб­ное же раз­би­ра­тель­ство про­ис­хо­ди­ло спу­стя четы­ре неде­ли, т.е. уже в нача­ле апре­ля, коим веро­ят­но и необ­хо­ди­мо дати­ро­вать доку­мент, а не 1509/10 г., как это сде­ла­но в изда­нии. В то же вре­мя име­ет­ся дру­гая пра­вая гра­мо­та, отно­ся­ща­я­ся и маю 1510 г., в кото­рой князь В.И. Голе­нин так­же назван судьей Семе­на Ивановича[9].

Нель­зя согла­сить­ся и с пред­по­ло­же­ни­ем С.М. Каш­та­но­ва об отзы­ве Семе­на Ива­но­ви­ча в кон­це 1509 г. из Калу­ги в Моск­ву. Из пра­вой гра­мо­ты Тро­и­це-Сер­ги­е­ву мона­сты­рю извест­но, что доклад суда не мог про­изой­ти 25 декаб­ря 1509 г. в Москве, т.к. в то вре­мя кня­зю Семе­ну «дела зашли иные»[10]. Ско­рее все­го в это вре­мя князь еще нахо­дил­ся в Калу­ге, куда был отправ­лен Васи­ли­ем III на вре­мя поезд­ки послед­не­го в Нов­го­род и Псков[11].

Нет ника­ких осно­ва­ний, на наш взгляд, гово­рить о номи­наль­но­сти прав Семе­на Ива­но­ви­ча в Калуж­ско-Бежец­ком уде­ле в 1509-1511 гг. Уже упо­ми­на­лось о жало­ван­ной гра­мо­те Тро­и­це- Сер­ги­е­ву мона­сты­рю на вла­де­ния в Бежец­ком Вер­хе. К 1509 г. отно­сят­ся изве­стия о дея­тель­но­сти Ива­на Дани­ло­ва и Тре­тья­ка Лыз­ло­ва ‒ «пис­цы княж Семе­на Ива­но­ви­ча, … опи­са­ли весь Бежитц­кой Верх»[12]. Судеб­ные дела в Бежец­ком Вер­хе докла­ды­ва­ют­ся ему как «госу­да­рю». В цар­ском архи­ве сохра­ни­лись спис­ки с докон­чаль­ных гра­мот Семе­на Ива­но­ви­ча с вели­ким князем[13].

[18] В 1511 г. князь Семен Ива­но­вич попы­тал­ся бежать в Лит­ву, одна­ко был задер­жан и про­щен лишь бла­го­да­ря печа­ло­ва­нию мит­ро­по­ли­та Симо­на и бра­тьев вели­ко­го кня­зя, кото­рый тем не менее «людей его и бояр и детей бояр­ских всех переменил»[14]. В насто­я­щий момент не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным сколь­ко-нибудь досто­вер­но опре­де­лить истин­ные при­чи­ны, побу­див­шие калуж­ско­го кня­зя к совер­ше­нию столь рис­ко­ван­но­го шага.

Попыт­ка отъ­ез­да в Лит­ву обер­ну­лась для Семе­на Ива­но­ви­ча не толь­ко сме­ной лиц его окру­же­ния. После 1511 г. нет ни одно­го упо­ми­на­ния о какой-либо его само­сто­я­тель­ной поли­ти­че­ской или воен­ной дея­тель­но­сти. С это­го вре­ме­ни он посто­ян­но нахо­дит­ся в Москве или сопро­вож­да­ет вели­ко­го кня­зя в его похо­дах и разъездах[15]. В 1512 г. напа­де­ние татар на окра­и­ны Рус­ско­го госу­дар­ства из Козель­ска и Калу­ги отра­жал князь Иван Михай­ло­вич Воро­тын­ский, удель­ный же князь при этом даже не упоминается[16].

С.М.Каштанов, опи­ра­ясь на факт выда­чи вели­ким кня­зем Васи­ли­ем Ива­но­ви­чем Мос­ков­ско­му Бого­яв­лен­ско­му мона­сты­рю жало­ван­ной гра­мо­ты на вла­де­ния в Бежец­ком Вер­хе, дати­ру­е­мой 30 декаб­ря 1511 г., сде­лал вывод об изъ­я­тии у кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча бежец­кой поло­ви­ны его удела[17].

В насто­я­щее вре­мя име­ет­ся воз­мож­ность утвер­ждать, что удел кня­зя Семе­на Ива­но­ви­ча был пол­но­стью лик­ви­ди­ро­ван еще при его жиз­ни. В руко­пи­си ГИМ, Син.755, содер­жа­щей текст Жития Гри­го­рия Оми­рит­ско­го, на л. 280 име­ет­ся над­пись: «В лето 7025 напи­са­на бысть сия кни­га реко­мы Гри­го­рие Ами­рит­скыи в оби­те­ли пре­чи­стыя бого­ро­ди­ца Иоси­фо­ва мона­сты­ря при бла­го­вер­ном и хри­сто­лю­би­вом вели­ком кня­зи Васи­лие Ива­но­ви­че всея Руси само­дръж­ца и при бра­тиах его иже суть кня­жи­ли тогда на сво­их вот­чи­нах князь Юрьи Ива­но­вич в Дьмит­ро­ве, а князь Дмит­рий Ива­но­вич на Угли­че, а князь Симе­он Ива­но­вич тогды на Москве, поне свел князь вели­кий с его уде­лу, да жил на Москве и до смер­ти. А князь Андрей Ива­но­вич тогда еще не на уделе…»[18]. Дан­ная запись не толь­ко под­твер­жда­ет вывод С.М. Каш­та­но­ва о кон­фис­ка­ции у Семе­на Ива­но­ви­ча после попыт­ки бег­ства в Лит­ву Бежец­ко­го Вер­ха, но и дает воз­мож­ность гово­рить о пол­ной лик­ви­да­ции его уде­ла, не назы­вая одна­ко точ­ной даты это­го собы­тия.

[19] В уста­нов­ле­нии точ­ной даты нам может помочь обна­ру­жен­ный в столб­цах Помест­но­го при­ка­за ЦГА­ДА спи­сок жало­ван­ной гра­мо­ты царя Миха­и­ла Федо­ро­ви­ча Воро­тын­ско­му Спас­ско­му мона­сты­рю, дати­ро­ван­ной 20 октяб­ря 1626 г., в кото­рой, в част­но­сти гово­рит­ся: «…A в При­ка­зе Сыск­ных дел бояри­ну наше­му кня­зю Бори­су Михай­ло­ви­чу Лыко­ву да дья­ку наше­му Семе­ну Бре­ди­хи­ну стряп­чеи отца наше­го вели­ко­го госу­да­ря свя­тей­ше­го пат­ри­ар­ха Фила­ре­та Ники­ти­ча Мос­ков­ско­го и всеа Русии Кер Патре­ке­ев подал под­пис­ную чело­бит­ную, а в чело­бит­ной их напи­са­но наше­го жало­ва­нья у все­ми­ло­сти­ва­го Спа­са вот­чи­ны ста­рин­ные, и на те де у них вот­чи­ны жало­ван­ные гра­мо­ты преж­них госу­да­рей царей и вели­ких кня­зей всеа Русии вет­хи, и нам бы их пожа­ло­ва­ти, веле­ти те жало­вал­ные гра­мо­ты пере­пи­са­ти вновь на наше госу­дарь­ское имя, а на чело­бит­ной их поме­та дум­но­го диа­ка наше­го Федо­ра Лиха­че­ва.

Пожа­ло­ва­ли мы, веле­ли у них ста­рых жало­ван­ных гра­мот взяв досмот­ре­ти и дати им нашу госу­дарь­скую жало­валь­ную новую гра­мо­ту по наше­му госу­дарь­ско­му по ново­му Уло­же­нью.

Да поло­жил Кер Патре­ке­ев в При­ка­зе Сыск­ных дел восмь гра­мот, три гра­мо­ты вели­ко­го кня­зя Васи­лья Ива­но­ви­ча всеа Русии лета 7019 и 20-го, а в тех гра­мо­тах напи­са­но их мона­стырь­ка вот­чи­на в Воро­тын­ском уез­де сель­цо Орюш­ко­во да в Колуж­ском уез­де в Городц­ком ста­ну дерев­ня Шер­бо­во Поля­на, дерев­ня Жеби­но, дерев­ня Дедо­ва Поля­на, дерев­ня Куз­ло­ва да их же пле­со мона­стырь­ское на реке на Оке под их зем­ля­ми, да их же рвы мона­стыр­ские на нашей зем­ле на реч­ке на Выро­це, а веле­но им то пле­со ловить и рвы копать по ста­рине, да в Козель­ском уез­де в Людем­ском ста­ну дерев­ня Фро­ло­ви­чи; да две гра­мо­ты вели­ко­го кня­зя Ива­на Васи­лье­ви­ча всеа Русии 43 и 56 году, одна несу­ди­мая, а дру­гая лгот­ная на те же дерев­ни, кото­рые в гра­мо­тах вели­ко­го кня­зя Васи­лья Ива­но­ви­ча всеа Русии имя­ны писаны…»[19].

Исхо­дя из упо­ми­на­ния в при­ве­ден­ном тек­сте жало­ван­ных гра­мот Васи­лия III и пред­по­ла­гая, что имен­но к ним отно­сит­ся наи­бо­лее позд­няя дата 7020 г., мы можем дати­ро­вать лик­ви­да­цию Калуж­ско­го уде­ла пери­о­дом меж­ду 1 сен­тяб­ря 1511 г. и 31 авгу­ста 1512 г. Одна­ко, сопо­ста­вив дати­ров­ку этих гра­мот с фак­том рас­по­ря­же­ния вели­ко­го кня­зя Васи­лия Ива­но­ви­ча в Бежец­ком Вepxe в декаб­ре 1511 г., мы можем утвер­ждать, что кон­фис­ка­ция Калу­ги и Козель­ска у удель­но­го кня­зя про­изо­шла осе­нью ‒ в нача­ле зимы 1511 г., в резуль­та­те чего Семен Ива­но­вич имен­но с это­го вре­ме­ни был лишен воз­мож­но­сти сколь­ко-нибудь суще­ствен­ным обра­зом вли­ять на раз­ви­тие поли­ти­че­ских собы­тий вто­ро­го деся­ти­ле­тия ХVI века.

ПРИ­МЕ­ЧА­НИЯ ори­ги­наль­но­го тек­ста

[1] Духов­ные и дого­вор­ные гра­мо­ты вели­ких и удель­ных кня­зей XIV-XVI веков. М.-Л., 1950. С.360, № 89.

[2] Пол­ное собра­ние рус­ских лето­пи­сей (Далее — ПСРЛ). Пт., 1921. Т.24. C. 215.

[3] Акты Рус­ско­го госу­дар­ства 1506-1526 гг. М., 1975. № 50. (Далее — APГ); Каш­та­нов С.М. Соци­аль­но-поли­ти­че­ская исто­рия Рос­сии кон­ца ХV — пер­вой поло­ви­ны ХVI в. М., 1967. С. 222.

[4] Раз­ряд­ная кни­га 1475-1605 гг. М., 1977. T. 1. Ч.1. Вып.1. С.92. (Далее — РК 1475-1605 гг.).

[5] Зимин А.А. Рос­сия на поро­ге ново­го вре­ме­ни. М., 1972. C. 98.

[6] Каш­та­нов С.М. Из исто­рии послед­них уде­лов // Тру­ды МГИ­АИ. М., 1957. Т.10. С. 289.

[7] APГ. № 57, 61.

[8] АРГ. № 57; Зимин А.А. Фор­ми­ро­ва­ние бояр­ской ари­сто­кра­тии в Рос­сии во вто­рой поло­вине ХV ‒ пер­вой тре­ти ХVI в. М., 1988. С. 75-76. Осе­нью 1508 г. был В.И. Голе­нин на служ­бе в пере­до­вом пол­ку вели­ко­го кня­зя (Раз­ряд­ная кни­га 1475-1598 гг. М., 1966. С. 42. (Далее ‒ РК 1475-1598 гг.); РК 1475-1605 гг. С.93.

[9] APГ. № 61.

[10] Там же. № 57.

[11] РК 1475-1598 гг. С. 44.

[12] Акты фео­даль­но­го зем­ле­вла­де­ния и хозяй­ства: Акты Мос­ков­ско­го Симо­но­ва мона­сты­ря. Л., 1983. С.70. № 63.

[13] Опи­си цар­ско­го архи­ва ХVI в. и архи­ва Посоль­ско­го при­ка­за 1614 г. М. 1960. С. 21.

[14] ПСРЛ, М.-Л., 1965. T. 13. C. 13.

[15] Зимин А.А. Рос­сия на поро­ге. C. 151, 155, 160, 188.

[16] РК 1475-1605. С. 122; Зимин А.А. Слу­жи­лые кня­зья в Рус­ском госу­дар­стве кон­ца ХV ‒ пер­вой тре­ти ХVI в. //Дворянство и кре­пост­ной строй Рос­сии ХVI-ХVIII вв. М., 1975. С. 35, прим. 78.

[17] Каш­та­нов С.М. Соци­аль­но-поли­ти­че­ская исто­рия. С. 254; Акты Мос­ков­ских мона­сты­рей и собо­ров 1509-1609 гг. из архи­вов Успен­ско­го собо­ра и Бого­яв­лен­ско­го мона­сты­ря. М., 1984. С.65-67, № 3.

[18] Про­та­сье­ва Т.Н. Опи­са­ние руко­пи­сей Сино­даль­но­го собра­ния (не вошед­ших в опи­са­ние А.В. Гор­ско­го и К.И.Невоструева). M., 1970. Ч. 1 С. 54.

[19] ЦГА­ДА. Ф.1209. Столб­цы. По Калу­ге, Стб. 1082/26661. Л. 97-98.

Print Friendly, PDF & Email