Абуков С.Н. К вопросу о происхождении князя Михаила Андреевича летописной статьи 1305 года

//

Анно­та­ция. Сре­ди мно­гих спор­ных вопро­сов оте­че­ствен­ной гене­а­ло­гии осо­бое место при­над­ле­жит про­бле­ме про­ис­хож­де­ния кня­зя Миха­и­ла Андре­еви­ча лето­пис­ной ста­тьи 1305 г., о кото­ром извест­но, что он женил­ся в Орде и при­е­хал в Ниж­ний Нов­го­род, где каз­нил вос­став­ших жите­лей. Про­бле­ма его про­ис­хож­де­ния свя­за­на с ран­ней исто­ри­ей дина­стии суз­даль­ско-ниже­го­род­ских кня­зей и насле­до­ва­ни­ем вла­сти на Руси в эти годы. Вооб­ще, исто­рия рус­ских земель в ХIII-ХV вв. сла­бо осве­ще­на источ­ни­ка­ми, и каж­дый новый факт допол­ня­ет наше пред­став­ле­ние об этом пери­о­де. Имя отца кня­зя не упо­ми­на­ет­ся в источ­ни­ках. В науч­ной лите­ра­ту­ре суще­ству­ют два про­ти­во­по­лож­ных мне­ния, кото­рые невоз­мож­но объ­еди­нить. Одни исто­ри­ки счи­та­ют это­го кня­зя сыном Андрея Алек­сан­дро­ви­ча Горо­дец­ко­го и вну­ком Алек­сандра Нев­ско­го, дру­гие — сыном Андрея Яро­сла­ви­ча Суз­даль­ско­го, бра­та Алек­сандра Нев­ско­го. В ста­тье автор на осно­ва­нии кри­ти­че­ско­го ана­ли­за источ­ни­ков и аргу­мен­тов исто­ри­ков при­хо­дит к выво­ду о том, что Миха­и­ла Андре­евич — это сын Андрея Горо­дец­ко­го, кото­рый при­е­хал в город сво­е­го отца. Об этом гово­рит при­сут­ствие его име­ни в сино­ди­ках, его упо­ми­на­ние в эти годы, связь с уде­лом горо­дец­ко­го кня­зя, брач­ная поли­ти­ка и др. Напро­тив, Миха­ил Суз­даль­ский упо­ми­на­ет­ся задол­го до 1305 г. и не име­ет отно­ше­ния к Ниж­не­му Нов­го­ро­ду, кото­рый в нача­ле XIV в. еще не вхо­дил в состав Суз­даль­ско­го кня­же­ства. По мне­нию авто­ра, князь рано умер и не явля­ет­ся пред­ком суз­даль­ских кня­зей.

Клю­че­вые сло­ва: Миха­ил Андре­евич; Андрей Яро­сла­вич; Андрей Алек­сан­дро­вич; Миха­ил Яро­сла­вич; Васи­лий Михай­ло­вич; Суз­даль; Ниж­ний Нов­го­род; Москва; Суз­даль­ско-Ниже­го­род­ское кня­же­ство; Орда; XIV век; про­бле­ма; сын; отец; князь; дина­стия; кня­же­ство; власть; город; про­ис­хож­де­ние; гене­а­ло­гия; род­ство.1

Крат­кое сооб­ще­ние лето­пис­ной ста­тьи 6813 года: «В Нове­го­ро­де Ниж­немъ чер­ные люди поби­ли бо-яръ, при­шед­ше же князь Миха­и­ло Андре­евичь из Орды в Нов­го­родъ в Ниж­нии и изби веч­ни­ковъ» [1, с. 393] не раз при­вле­ка­ло исто­ри­ков. Это изве­стие допол­ня­ет­ся дру­гим — 6814 года: «Того же лета оже-ниса князь Михай­ло Ань­д­ре­евичь во орде, и при­де в Новъго­родъ, и изби веч­ни­кы» [2, стб. 58]. Для совет­ских исто­ри­ков-марк­си­стов собы­тия в Ниж­нем были ярким под­твер­жде­ни­ем тео­рии клас­со­вой борь­бы [3, с. 462]. Одна­ко боль­ше все­го спо­ров вызы­ва­ло про­ис­хож­де­ние кня­зя Миха­и­ла Андре­еви­ча, осо­бен­но в кон­тек­сте про­бле­мы гене­а­ло­гии дина­стии суз­даль-ско-ниже­го­род­ских кня­зей, кото­рая уже не один век зани­ма­ет исто­ри­ков. Вопрос пред­став­ля­ет­ся настоль­ко слож­ным, что мно­гие иссле­до­ва­те­ли пред­по­чи­та­ли обой­ти его сто­ро­ной или про­сто при­мкнуть к одно­му или дру­го­му мне­нию. Одна­ко ответ на него важен не толь­ко в свя­зи гене­а­ло­ги­ей. В более широ­ком кон­тек­сте он затра­ги­ва­ет спо­ры о суще­ство­ва­нии в нача­ле XIV в. Суз­даль­ско-Ниже­го­род­ско­го кня­же­ства и поли­ти­че­ской ситу­а­ции в Повол­жье в нача­ле XIV в., прак­ти­че­ски не осве­щен­ной источ­ни­ка­ми.

Так как в вопро­се гене­а­ло­гии Миха­и­ла Андре­еви­ча невоз­мож­но най­ти ком­про­мисс, то исто­ри­ки раз­де­ли­лись на два лаге­ря. Сына вели­ко­го кня­зя Андрея Яро­сла­ви­ча Суз­даль­ско­го виде­ли в нем: Н.М. Карам­зин [4, с. 102], Н.И. Храм­цов­ский [5, с. 13], П.Н. Пет­ров [6, с. 227], А.В. Экзем­пляр­ский [7, с. 388389, прим. 1086], А.Е. Прес­ня­ков [8, с. 178], Г.В. Абра­мо­вич [9, с. 17-20], Н.Ф. Фила­тов [10, с. 29]; Е.В. Шма­тов [11, с. 70]; Д.С. Тало­вин [12]; Л.В. Вой­то­вич [13, с. 571], Ф.А. Селез­нев [14, с. 66]. Наобо­рот, сыном вели­ко­го кня­зя Андрея Алек­сан­дро­ви­ча Горо­дец­ко­го, пле­мян­ни­ка Андрея Яро­сла­ви­ча Суз­даль­ско­го, счи­та­ли Миха­и­ла: С.М. Соло­вьев [15, с. 218-219], В.А. Куч­кин [16, с. 206-209], Б.М. Пуда-лов [17, с. 52-53], А.А. Гор­ский [18, с. 42]. Как видим, боль­шин­ство иссле­до­ва­те­лей счи­та­ли Миха­и­ла пле­мян­ни­ком Алек­сандра Нев­ско­го, а не его вну­ком. Толь­ко неко­то­рые иссле­до­ва­те­ли дава­ли раз­вер­ну­тую аргу­мен­та­цию. Мож­но заме­тить, что неред­ко мне­ние о про­ис­хож­де­нии кня­зя Миха­и­ла выра­жа­лось без­апел­ля­ци­он­но и пере­шло в раз­лич­ные попу­ляр­ные изда­ния. Кро­ме того, часть исто­ри­ков виде­ла в кня­зе пря­мо­го пред­ка суз­даль­ско-ниже­го­род­ских кня­зей, отца Васи­лия Михай­ло­ви­ча Суз­даль­ско­го, извест­но­го из Нико­нов­ской лето­пи­си [19, с. 177; 11, с. 69-71; 12; 15, с. 218; 16, с. 207-208].

Одна­ко преж­де чем перей­ти к про­ис­хож­де­нию кня­зя, необ­хо­ди­мо напом­нить об одном недо­ра­зу­ме­нии: под­мене Миха­и­ла Андре­еви­ча Миха­и­лом Яро-сла­ви­чем в сооб­ще­нии Софий­ской I лето­пи­си о собы­ти­ях 1305 г. в Ниж­нем Нов­го­ро­де [19, с. 204]. Затем эта прав­ка была повто­ре­на в Вос­кре­сен­ской лето­пи­си [20, с. 184]. Даже такой выда­ю­щий­ся иссле­до­ва­тель, как А.Е. Прес­ня­ков, невер­но понял, о каком Миха­и­ле идет речь [8, с. 353, прим. 9]. В совет­ской исто­рио­гра­фии под­чер­ки­ва­лось, что сам вели­кий князь рас­пра­вил­ся с вос­став­ши­ми [2, с. 462; 21, с. 119-120; 22, с. 192]. Одна­ко, как заме­тил еще А.В. Экзем­пляр­ский, а затем раз­вил В.А. Куч­кин, в лето­пис­ном тек­сте было исправ­ле­но отче­ство с «Андре­евич» на «Яро­сла­вич» [7, с. 388, прим. 1086; 16, с. 207-208].

Дей­стви­тель­но, в лето­пис­ной ста­тье 6813 года в нача­ле ска­за­но о при­ез­де Миха­и­ла Яро­сла­ви­че Твер­ско­го из Орды, ряде дру­гих собы­тий, а затем сно­ва о при­ез­де Миха­и­ла Яро­сла­ви­ча, но в Ниж­ний Нов­го­род и о его рас­пра­ве над вос­став­ши­ми, убив­ши­ми бояр [23, с. 184]. Оче­вид­но, речь идет о раз­ных кня­зьях. Пер­вый — титу­лу­ет­ся как вели­кий князь и к тому вре­ме­ни уже нахо­дит­ся на Руси, начи­ная вой­ну с мос­ков­ски­ми Дани­ло­ви­ча­ми. При­е­хав­ший в Ниж­ний Миха­ил дей­ству­ет совер­шен­но ина­че. Тем не менее в науч­ной лите­ра­ту­ре и сего­дня про­дол­жа­ет встре­чать­ся отож­деств­ле­ние Миха­и­ла Андре­еви­ча с твер­ским кня­зем во вре­мя собы­тий в Ниж­нем Нов­го­ро­де [14, с. 68; 23, с. 322] или коле­ба­ние в вопро­се: счи­тать ли Миха­и­ла твер­ским кня­зем или сыном Андрея Горо­дец­ко­го [24, с. 64].

Рас­смот­рим теперь те дан­ные, кото­рые мы зна­ем о сыно­вьях Андрея Яро­сла­ви­ча и Андрея Алек­сан­дро­ви­ча с име­нем Миха­ил. Пер­вый упо­ми­на­ет­ся в Нико­нов­ской лето­пи­си после смер­ти Андрея Яро-сла­ви­ча, где ска­за­но, что у него были сыно­вья Юрий и Миха­ил [25, с. 144]. Затем после смер­ти бра­та Юрия ска­за­но, что он стал суз­даль­ским кня­зем. Само кня­же­ние трак­ту­ет­ся как «вели­кое» [25, с. 157]. Толь­ко это позд­няя лето­пись с неод­но­знач­ной репу­та­ци­ей упо­ми­на­ет Миха­и­ла. Дей­стви­тель­но, в дру­гих лето­пи­сях гово­рит­ся толь­ко о смер­ти Юрия Андре­еви­ча 8 мар­та, но о его пре­ем­ни­ке умал­чи­ва­ет [1, с. 152]. Нет его в сино­ди­ках [26; 27], родо­слов­ных «Вре­мен­ни­ка» [28, с. 226], «Бар­хат­ной кни­ге», где мы не нахо­дим сына Андрея Яро­сла­ви­ча Миха­и­ла, а толь­ко без­дет­но­го Юрия и Васи­лия [29]. Это дела­ет Миха­и­ла несколь­ко сомни­тель­ным.

В то же вре­мя о сыне Андрея Алек­сан­дро­ви­ча Миха­и­ле мы зна­ем из двух источ­ни­ков. Это сооб­ще­ние об освя­ще­нии церк­ви в Волог­де в авгу­сте 1303 г., где он упо­мя­нут вме­сте с отцом. Несмот­ря на ошиб­ку в годе, труд­но сомне­вать­ся, что речь идет имен­но о Миха­и­ле Андре­еви­че [30, с. 251-252]. Но если пер­вое упо­ми­на­ние еще мож­но трак­то­вать ина­че, то дан­ные Ростов­ско­го собор­но­го сино­ди­ка, где он ука­зан вме­сте с отцом, мате­рью Евдо­ки­ей и бра­том Бори­сом («Вели­ко­му кня­зю Андрею Алек­сан-дро­ви­чю и кня­гине его Евдо­кее и сыно­ма его Бори­су, Миха­и­лоу веч­ная память»), оспо­рить невоз­мож­но [26, с. 99]. Сино­ди­ки — слиш­ком авто­ри­тет­ный источ­ник, что­бы мож­но было им пре­не­бречь. Но кто же из Миха­и­лов Андре­еви­чей на самом деле женил­ся в Орде и упо­ми­на­ет­ся во вре­мя подав­ле­ния народ­но­го вос­ста­ния в Ниж­нем Нов­го­ро­де в 1305 г.?

Дума­ет­ся, что это сын Андрея Горо­дец­ко­го. Неко­то­рые дово­ды в его поль­зу при­вел В.А. Куч­кин. Это упо­ми­на­ние в 1303 г. сына Миха­и­ла у горо­дец­ко­го кня­зя, его появ­ле­ние в кня­же­стве Андрея Алек­сан­дро­ви­ча, сов­па­де­ние отче­ства Миха­и­ла с име­нем Андрея Алек­сан­дро­ви­ча [16, с. 208]. Их мож­но под­кре­пить допол­ни­тель­ны­ми фак­та­ми. Но рас­смот­рим вна­ча­ле аргу­мен­ты про­тив­ни­ков этой вер­сии. Так как счи­та­лось, что Андрей Алек­сан­дро­вич женил­ся в 1294 г. на доче­ри ростов­ско­го кня­зя Дмит­рия Бори­со­ви­ча Васи­ли­се, то сто­рон­ни­ки сына Андрея Яро-сла­ви­ча свою аргу­мен­та­цию стро­и­ли на невоз­мож­но­сти женить­бы «князь­ка» в 10-лет­нем воз­расте [9, с. 19]. Сам лето­пис­ный текст гово­рит о суро­вом нака­за­нии кня­зем «кра­моль­ни­ков», что опять-таки труд­но согла­су­ет­ся с пред­по­ла­га­е­мы­ми дей­стви­я­ми ребен­ка, каким был Миха­ил, если счи­тать его сыном горо­дец­ко­го кня­зя. Одна­ко исто­ри­ков не сму­щал тот факт, что вели­ко­му кня­зю Андрею Алек­сан­дро­ви­чу было на момент бра­ка с ростов­ской княж­ной око­ло 40 лет и его женить­ба мог­ла быть явно не пер­вой. Но мне­ния исто­ри­ков о двух бра­ках кня­зя отвер­га­лись.

Одна­ко в све­те допол­ни­тель­ных дан­ных поло­же­ние пред­став­ля­ет­ся совер­шен­но ина­че. Во-пер­вых, это крат­кая запись на пас­халь­ных таб­ли­цах со сле­да­ми твер­ско­го и нов­го­род­ско­го про­ис­хож­де­ния сбор­ни­ка XIV в. под 6779 г. о женить­бе неко­е­го Андрея («Андр оже­ни») [31, с. 582]. Конеч­но, мож­но при­нять его за какое-нибудь лицо. Но этот чело­век был настоль­ко изве­стен, что автор запи­си не счел нуж­ным давать уточ­не­ния, о ком идет речь. Так как дру­гие соци­аль­ные стра­ты, вклю­чая бояр, не удо­ста­и­ва­лись сооб­ще­ний о женить­бах, то такое упо­ми­на­ние мог­ло быть посвя­ще­но кому-то из вид­ных Рюри­ко­ви­чей. Поэто­му вер­сия о боярине Андрее Воро­ти-сла­ви­че мало­убе­ди­тель­на. Но в это вре­мя боль­ше не было нико­го из кня­зей с таким име­нем, кро­ме сына Нев­ско­го, и тогда логич­но было бы отож­де­ствить его с Андре­ем Горо­дец­ким, что и сде­лал исто­рик Т.В. Гимон. То, что князь упо­мя­нут без титу­ла, не долж­но сму­щать. Боль­шин­ство кня­зей в этих пас­халь­ных таб­ли­цах ука­за­но без титу­ла. Соб­ствен­но, в них они и упо­ми­на­ют­ся. Из РСС, как мы пом­ним, имя жены Андрея Евдо­кия [26, с. 99].

Таким обра­зом, Миха­ил — это сын Андрея и Евдо­кии, и в 1305 г. ему было никак не 10 лет, а не менее 16-17 лет, что может объ­яс­нить его женить­бу и орга­ни­за­цию репрес­сий про­тив вос­став­ших в Ниж­нем Нов­го­ро­де. Но это мог быть и вто­рой брак кня­зя, подоб­но тому, как повтор­ные бра­ки с Чин­ги­сид­ка­ми заклю­чи­ли Федор Чер­ный Яро­слав­ский, Кон­стан­тин (II) Ростов­ский, Юрий Мос­ков­ский [7, с. 83, 34; 15, с. 213]. Тогда вме­сто юно­ши перед нами пред­ста­ет муж­чи­на 25-30 лет. Одна­ко все же брак кажет­ся пер­вым. Миха­ил ни разу не упо­ми­на­ет­ся в бур­ные годы отца, а толь­ко на цере­мо­нии освя­ще­ния церк­ви, а это мог­ли быть и дети [32, с. 51]. Отсут­ствие при освя­ще­нии бра­та Бори­са понят­но: тот умер на Костро­ме шестью меся­ца­ми рань­ше [20, с. 183]. Если Борис Андре­евич кня­жил при жиз­ни отца в Костро­ме, как счи­тал А.В. Экзем­пляр­ский, то и Миха­ил мог так­же полу­чить свой стол, напри­мер, тот же Ниж­ний [7, с. 265].

Дру­гое утвер­жде­ние, что раз бояре после смер­ти Андрея Горо­дец­ко­го отъ­е­ха­ли в Тверь, зна­чит, у него не оста­лось наслед­ни­ка, опро­верг еще С.М. Соло­вьев [15, с. 218-219]. Дей­стви­тель­но, не все уеха­ли к Миха­и­лу Яро­сла­ви­чу. Веро­ят­но, это были вла­ди­мир­ские бояре, кото­рые были свя­за­ны сво­и­ми вот­чи­на­ми с вели­ким кня­же­ни­ем. Пред­ста­ви­те­ли мест­ной пра­вя­щей эли­ты оста­лись и наме­ре­ва­лась слу­жить сыну сво­е­го преж­не­го кня­зя. Более того, есть пря­мое ука­за­ние, чьи­ми слу­га­ми были уби­тые бояре: «…изби­ша чер­ныа люди бояръ княжь Андре­евыхъ Алек­сан­дро-вичя» [25, с. 176]. Пред­став­ля­ет­ся есте­ствен­ным, что бояре нахо­ди­лись в горо­де и жда­ли при­ез­да сво­е­го кня­зя из Орды. Толь­ко сюзе­рен мог нака­зать убийц в сво­их вла­де­ни­ях, а не чужой князь.

Может быть, Ниж­ний тогда пред­став­лял собой часть Суз­даль­ско­го кня­же­ства и появ­ле­ние Миха­и­ла Андре­еви­ча Яро­сла­ви­ча было закон­ным? Но нет. Ника­ких досто­вер­ных дан­ных о един­стве Суз­да­ля, Город­ца и Ниж­не­го Нов­го­ро­да в этот пери­од мы не име­ем. Смут­ные ука­за­ния не могут быть при­ня­ты в рас­чет и опро­вер­га­ют­ся лето­пис­ны­ми дан­ны­ми. Уяз­ви­мость сво­ей вер­сии сто­рон­ни­ки Андрея Яро­сла­ви-ча ком­пен­си­ро­ва­ли пред­по­ло­же­ни­ем о пере­да­че хан­ско­го ярлы­ка его сыну на «суз­даль­ские при­го­ро­ды» -Ниж­ний Нов­го­род [5, с. 13]. Но мы видим, что в Суз­да­ле пра­вят свои кня­зья, враж­деб­ные потом­кам Алек­сандра Нев­ско­го [1, с. 157; 32, с. 86]. Веро­ят­но, в нача­ле XIV в. это были Алек­сандр и Кон­стан­тин Васи­лье­ви­чи, хотя пер­вое упо­ми­на­ние об Алек­сан­дре Суз­даль­ском отно­сит­ся толь­ко к 1328 г. [1, с. 168]. Ниж­ний Нов­го­род до это­го они не кон­тро­ли­ро­ва­ли и ярлы­ка­ми на него не вла­де­ли. Поэто­му никак гипо­те­ти­че­ский Миха­ил Андре­евич Яро­сла­ви­ча не мог руко­во­дить в дру­гом кня­же­стве. Впро­чем, нель­зя исклю­чить, что в сере­дине XIII в. при Андрее Яро­сла­ви­че Ниж­ний Нов­го­род и Горо­дец вхо­ди­ли неко­то­рое вре­мя в чис­ло его вла­де­ний, что было позд­нее исполь­зо­ва­но суз­даль­ски­ми кня­зья­ми для обос­но­ва­ния сво­их прав [12].

Сама женить­ба Миха­и­ла в Орде вполне в духе поли­ти­ки Андрея Горо­дец­ко­го, кото­рый без­огляд­но опи­рал­ся на захват­чи­ков в сво­ей поли­ти­ке на Руси. Осо­бен­но ярко это про­яви­лось в пери­од борь­бы с бра­том Дмит­ри­ем за вели­кое кня­же­ние вла­ди­мир­ское в 80-90-е гг. XIII в. Нель­зя не уви­деть свя­зи кня­зей-тата­ро­фи­лов с ордын­ской эли­той, кото­рые они ста­ра­лись под­кре­пить бра­ка­ми с Джу­чид­ка­ми во вто­рой поло­вине XIII — нача­ле XIV вв. Веро­ят­но, Миха­ил Андре­евич не был исклю­че­ни­ем. Извест­но, как кня­зья сле­до­ва­ли тра­ди­ци­он­ной поли­ти­ке сво­их отцов и дедов. В то же вре­мя у нас нет подоб­ных фак­тов о пер­вых суз­даль­ских кня­зьях. Наобо­рот, Андрей Яро­сла­вич, как извест­но, в 1252 г. под­нял вос­ста­ние про­тив Орды и толь­ко позд­нее был про­щен ханом. Его сло­ва, пере­дан­ные лето­пис­цем, об отно­ше­нии к тата­рам крас­но­ре­чи­во гово­рят о его взгля­дах на ордын­ское иго [25, с. 138].

Оче­вид­но, что Миха­ил Андре­евич 1305 г. — это сын горо­дец­ко­го кня­зя от пер­во­го бра­ка. Об этом гово­рит его упо­ми­на­ние после смер­ти Андрея Алек­сан­дро­ви­ча. Лето­пис­цы даже не посчи­та­ли нуж­ным уточ­нить, о сыне како­го Андрея идет речь — это было понят­но. Логич­на в таком слу­чае его поезд­ка к хану на утвер­жде­ние во вла­де­нии и полу­че­нии под­держ­ки, его воз­вра­ще­ние в Ниж­ний Нов­го­род, где он дей­ству­ет как энер­гич­ный и реши­тель­ный пра­ви­тель в подав­ле­нии выступ­ле­ния.

Будь князь сыном Андрея Яро­сла­ви­ча, о кото­ром нет лето­пис­ных изве­стий более чет­вер­ти века и кото­рый не изве­стен родо­слов­ным, то имен­но он дол­жен был стать сле­ду­ю­щим по стар­шин­ству вла­ди­мир­ским кня­зем, а не Миха­ил Твер­ской. Одна­ко ника­ких сво­их прав на вели­кое кня­же­ние он не предъ­яв­ля­ет и за Вла­ди­мир не борет­ся.

Что каса­ет­ся даль­ней­шей судь­бы Миха­и­ла Андре­еви­ча Алек­сан­дро­ви­ча, то труд­но не согла­сить­ся с В.А. Куч­ки­ным, кото­рый пола­гал его без­дет­ную смерть, в резуль­тат чего в Ниж­нем Нов­го­ро­де ока­за­лись мос­ков­ские кня­зья [16, с. 206]. Их появ­ле­ние и настой­чи­вые попыт­ки отста­вить город за собой мог­ли осно­вы­вать­ся на осо­бых пра­вах. Если счи­тать его вну­ком Алек­сандра Нев­ско­го, то имен­но дво­ю­род­ные бра­тья в Москве были его бли­жай­шей род­ней. Тяга Дани­и­ла и его сыно­вей к вымо­роч­ным вла­де­ни­ям близ­ких род­ствен­ни­ков мож­но про­сле­дить на при­ме­ре Пере­слав­ля Залес­ско­го, достав­ше­го­ся Москве после смер­ти дру­го­го вну­ка Алек­сандра Нев­ско­го — Ива­на Дмит­ри­е­ви­ча. Выби­вать их отту­да при­шлось вели­ко­му кня­зю.

Несколь­ко слов необ­хо­ди­мо ска­зать о кня­зе «Васи­лия Михай­ло­ви­че Суз­даль­ском» Нико­нов­ской лето­пи­си, умер­шем в 1309 г. Целый ряд иссле­до­ва­те­лей, на осно­ва­нии пока­за­ний все той же лето­пи­си, счи­та­ли его сыном Миха­и­ла Андре­еви­ча и отцом суз­даль­ских кня­зей Алек­сандра и Кон­стан­ти­на Васи­лье­ви­чей. Одна­ко это ошиб­ка и зага­доч­ный Васи­лий Михай­ло­вич не име­ет отно­ше­ния к гене­а­ло­гии суз­даль­ско-ниже­го­род­ских кня­зей. По дан­ным сино­ди­ка Успен­ско­го собо­ра Мос­ков­ско­го крем­ля и хро­но­ло­ги­че­ско­го рас­че­та — отец Васи­лье­ви­чей князь Васи­лий Андре­евич, внук Андрея Яро­сла­ви­ча [27, с. 445-446]. На это ука­зы­ва­ет и вла­дель­че­ское -«суз­даль­ский», что свя­зы­ва­ет его с потом­ка­ми Андрея Яро­сла­ви­ча, а не Андрея Алек­сан­дро­ви­ча. Если Васи­лий Михай­ло­вич и суще­ство­вал, то мог быть толь­ко вну­ком Андрея Яро­сла­ви­ча. Более раз­вер­ну­тая аргу­мен­та­ция о про­ис­хож­де­нии суз­даль­ско-ниже­го­род­ских кня­зей пред­став­ле­на в дру­гой рабо­те, и здесь нет смыс­ла повто­рять­ся.

По наше­му мне­нию, собы­тия выстра­и­ва­ют­ся так. 27 июля 1304 г. уми­ра­ет вели­кий князь Андрей Алек­сан­дро­вич, у кото­ро­го оста­ет­ся в живых един­ствен­ный сын Миха­ил от бра­ка с пер­вой женой Евдо­ки­ей в воз­расте око­ло 17 лет. Воз­мож­но, еще при жиз­ни отца он полу­чил в удел Ниж­ний Нов­го­род. Князь едет в Орду после смер­ти роди­те­ля с целью полу­чить ярлык на его удел. Понят­но, что осо­бых прав и боль­ших шан­сов на борь­бу за вели­кое кня­же­ние вла­ди­мир­ское у юно­го кня­жи­ча не было, и здесь нет смыс­ла пред­по­ла­гать его отказ [16, с. 131, прим. 35; 17, с. 52]. Зада­ча сто­я­ла в удер­жа­нии за собой отчин­ных земель от пося­га­тельств силь­ных кня­зей. Основ­ная мас­са вели­ко­кня­же­ских бояр отца пода­лась на служ­бу в Тверь к его пре­ем­ни­ку Миха­и­лу Яро­сла­ви­чу Твер­ско­му. В то же вре­мя часть мест­ных бояр оста­лась слу­жить Миха­и­лу Андре­еви­чу и жда­ла его воз­вра­ще­ния от хана. Для укреп­ле­ния сво­е­го поло­же­ния князь в Орде всту­па­ет в брак с пред­ста­ви­тель­ни­цей пра­вя­щей ордын­ской эли­ты. При­е­хав в город, он суро­вой рукой подав­ля­ет бунт в Ниж­нем и нака­зы­ва­ет его винов­ни­ков. Само выступ­ле­ние наро­да про­тив бояр сле­ду­ет рас­смат­ри­вать в свя­зи с ослаб­ле­ни­ем вла­сти, общей поли­ти­че­ской неста­биль­но­стью, тяже­лым поло­же­ни­ем мало­иму­щих сло­ев в горо­дах Севе­ро-Восточ­ной Руси после смер­ти

Андрея Горо­дец­ко­го и нача­лом борь­бы за Вла­ди­мир меж­ду Моск­вой и Тве­рью. Веро­ят­но, что соци­аль­ное недо­воль­ство это­го вре­ме­ни, оче­вид­ность кото­ро­го труд­но отри­цать, было под­пи­та­но еще и поли­ти­че­ски­ми при­чи­на­ми. Любо­пыт­но, что наи­бо­лее мас­со­вые выступ­ле­ния наро­да про­изо­шли в 1304 и 1305 гг. в Костро­ме и Ниж­нем Нов­го­ро­де, где упо­ми­на­ют­ся сыно­вья вели­ко­го кня­зя Андрея [1, с. 393].

Отсут­ствие даль­ней­ших упо­ми­на­ний о Миха­и­ле Андре­еви­че объ­яс­ня­ет­ся его ран­ней кон­чи­ной без наслед­ни­ка до 1311 г., что спро­во­ци­ро­ва­ло пер­ма­нент­ный кон­фликт за его вымо­роч­ные вла­де­ния меж­ду мос­ков­ски­ми, твер­ски­ми и суз­даль­ски­ми кня­зья­ми. При этом Москва пози­ци­о­ни­ру­ет себя как закон­но­го наслед­ни­ка этих земель. Веро­ят­но, что с 1319 по 1322 гг. ниже­го­род­ские зем­ли нахо­ди­лись под вла­стью Моск­вы, в пери­од прав­ле­ния вели­ких кня­зей Дмит­рия и Алек­сандра Михай­ло­ви­чей — Тве­ри (1322-1327), 1328-1331 гг. — Суз­да­ля, 1331-1342 — сно­ва Моск­вы и с 1342 г. — Суз­да­ля с обра­зо­ва­ни­ем ново­го Суз­даль­ско-Ниже­го­род­ско­го кня­же­ства в Повол­жье.

Таким обра­зом, несмот­ря на опре­де­лен­ную тра­ди­цию в исто­рио­гра­фии, нет ника­ких осно­ва­ний счи­тать Миха­и­ла Андре­еви­ча сыном Андрея Яро­сла­ви­ча, кото­рый пер­вый и послед­ний раз упо­ми­на­ет­ся в 1279 г. исклю­чи­тель­но как суз­даль­ский князь, задол­го до этих собы­тий. Дан­ные гово­рят о том, что это сын Андрея Алек­сан­дро­ви­ча от пер­во­го бра­ка, извест­ный из источ­ни­ков. Его при­езд в Ниж­ний Нов­го­род и реши­тель­ные дей­ствия про­тив мятеж­ни­ков сле­ду­ет рас­смат­ри­вать как воз­вра­ще­ние в наслед­ствен­ную отчи­ну, где он имел суве­рен­ные пра­ва после смер­ти отца. Его поезд­ка в Орду и женить­ба там — про­дол­же­ние тата­ро­филь­ской поли­ти­ки Андрея Горо­дец­ко­го, направ­лен­ной на уси­ле­ние сво­их пози­ций. Его ран­няя и без­дет­ная смерть сде­ла­ла вымо­роч­ным Ниже­го­род­ское кня­же­ство и при­ве­ла к его вре­мен­но­му захва­ту мос­ков­ски­ми кня­зья­ми, как бли­жай­шей род­ни. Одна­ко в даль­ней­шем кня­же­ство попа­ло под власть суз­даль­ских кня­зей, кото­рым уда­лось отсто­ять его в ходе сопер­ни­че­ства с Моск­вой в нача­ле 40-х гг. XIV в. Повол­жье было закреп­ле­но Ордой за потом­ка­ми Андрея Яро­сла­ви­ча, что при­ве­ло к обра­зо­ва­нию Суз­даль­ско-Ниже­го­род­ско­го кня­же­ства.

Спи­сок лите­ра­ту­ры:

1. ПСРЛ. Мос­ков­ский лето­пис­ный свод кон­ца XV века / под ред. М.Н. Тихо­ми­ро­ва. Т. 25. М.-Л.: Изд-во Ака­де­мии наук СССР, 1949. 464 с.

2. ПСРЛ. Лето­пис­ный сбор­ник, име­ну­е­мый лето­пи­сью Авра­ам­ки. Т. 16. М., ЯРК. 2000. 252 с.

3. Череп­нин Л.В. Обра­зо­ва­ние Рус­ско­го цен­тра­ли­зо­ван­но­го госу­дар­ства в XIV-XV вв. Очер­ки соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской и поли­ти­че­ской исто­рии Руси. Вып. 3. М.: Изда­тель­ство соци­аль­но-эко­но­ми­че­ской лите­ра­ту­ры, 1960. 899 с.

4. Карам­зин Н.М. Исто­рия госу­дар­ства Рос­сий­ско­го. В 12-ти т. Т. IV. М.: Нау­ка, 1992. 480 с.

5. Храм­цов­ский Н. Крат­кий очерк исто­рии и опи­са­ние Ниж­не­го Нов­го­ро­да. В 2-х ч. Ч. I. Ниж­ний Нов­го­род: Губерн­ская типо­гра­фия, 1857. 127 +31 с.

6. Пет­ров Н.П. Исто­рия родов рус­ско­го дво­рян­ства. В 2-х кн. Кн. 1. М.: Совре­мен­ник, 1991. 431 с.

7. Экзем­пляр­ский А.В. Вели­кие и удель­ные кня­зья Север­ной Руси в татар­ский пери­од с 1238 по 1505 гг. В 2-х т. Т. 2. СПб.: Типо­гра­фия Импе­ра­тор­ской Ака­де­мии наук, 1891. 696 с.

8. Прес­ня­ков А.Е. Обра­зо­ва­ние Вели­ко­рус­ско­го госу­дар­ства. М.: Бого­род­ский Печат­ник, 1998. 496 с.

9. Абра­мо­вич В.Г. Кня­зья Шуй­ские и рос­сий­ский трон. Л.: Изда­тель­ство Ленин­град­ско­го уни­вер­си­те­та, 1991. 192 с.

10. Фила­тов Н.Ф. Ниже­го­род­ский край: фак­ты, собы­тия, люди. НН: Ниже­го­род­ский гума­ни­тар­ный центр, 1997. 375 с.

11. Шма­тов Е.В. Суз­даль­ско-ниже­го­род­ские вели­кие кня­зья и их родо­сло­вие Ч. 1 // Ниже­го­род­ская ста­ри­на. 2008. № 18. С. 67-72.

12. Тало­вин Д.С. Князь Миха­ил Андре­евич и Ниже­го­род­ское Повол­жье в нача­ле XIV в. // Горо­дец­кие чте­ния: мат-лы все­рос. науч.-практ. конф. «Алек­сандр Нев­ский и его эпо­ха». Горо­дец, 2000. Вып. 3.

13. Вой­то­вич Л.В. Кня­жа доба: порт­ре­ти елг­ти. Бша церк­ва: Вида­ве­ць Олек­сандр Пшон­швсь­кий, 2006. 784 с.

14. Селез­нев Ф.А. Исто­рия Ниже­го­род­ско­го края с древ­ней­ших вре­мен до кон­ца XVI в.: учеб­ное посо­бие. НН: Изда­ние Ниже­го­род­ско­го уни­вер­си­те­та, 2014. 198 с.

15. Соло­вьев С.М. Исто­рия Рос­сии с древ­ней­ших вре­мен / отв. ред.: И.Д. Коваль­чен­ко, С.С. Дмит­ри­ев. В 18 кни­гах. Кн. II. М.: Мысль, 1988. 765 с.

16. Куч­кин В.А. Фор­ми­ро­ва­ние госу­дар­ствен­ной тер­ри­то­рии Севе­ро-Восточ­ной Руси в X-XIV вв. М.: Нау­ка, 1984. 350 с.

17. Пуда­лов Б.М. К вопро­су о про­ис­хож­де­нии суз­даль­ских кня­зей // Древ­няя Русь. Вопро­сы меди­е­ви­сти­ки. 2004. № 4. С. 46-53.

18. Гор­ский А.А. Москва и Орда. М.: Нау­ка, 2003. 214 с.

19. ПСРЛ. Софий­ская пер­вая лето­пись стар­ше­го изво­да. Т. 6, вып. 1 / подг. тек­ста С.Н. Кисте­ре­ва и Л.А. Тимо­ши­ной, пре­дисл. Б.М. Клос­са. М.: ЯРК, 2000. 320 с.

20. ПСРЛ. Лето­пись по Вос­кре­сен­ско­му спис­ку. Т. 7. М.: ЯРК, 2001. 360 с.

21. Будов­ниц И.У. Под­держ­ка объ­еди­ни­тель­ных уси­лий Моск­вы насе­ле­ни­ем рус­ских горо­дов: Ака­де­ми­ку Бори­су Дмит­ри­е­ви­чу Гре­ко­ву ко дню семи­де­ся­ти­ле­тия: сб. ст. М.: Изд-во АН СССР, 1952. С. 117-122.

22. Очер­ки исто­рии СССР: Пери­од фео­да­лиз­ма Ж^КТУ вв / под ред. Б.Д. Гре­ко­ва и др. Ч. 2. XIV-XV вв. Объ­еди­не­ние рус­ских земель вокруг Моск­вы и обра­зо­ва­ние рус­ско­го цен­тра­ли­зо­ван­но­го госу­дар­ства. М.: Изд-во Ака­де­мии наук СССР, 1953. 812 с.

23. Кри­во­ше­ев Ю.В. Русь и мон­го­лы: Иссле­до­ва­ние по исто­рии Севе­ро-восточ­ной Руси XII-XIV вв. СПб.: Ака­де­мия иссле­до­ва­ния куль­ту­ры, 2015. 452 с.

24. Бори­сов Н.С. Иван Кали­та. М.: Моло­дая гвар­дия, 2005. 302 с.

25. ПСРЛ. Лето­пис­ный сбор­ник, име­ну­е­мый Пат­ри­ар­шей или Нико­нов­ской лето­пи­сью. Т. X. М.: Язы­ки рус­ской куль­ту­ры, 2000. 248 с.

26. Конев С.В. Сино­ди­ко­ло­гия. Ч. II: Ростов­ский собор­ный сино­дик // Исто­ри­че­ская гене­а­ло­гия. Вып. 6. Ека­те­рин­бург, 1995. С. 96-111.

27. Древ­няя Рос­сий­ская Вив­лио­фи­ка, содер­жа­щая в себе: собра­ние древ­но­стей Рос­сий­ских, до исто­рии, гео­гра­фии и гене­а­ло­гии рос­сий­ской каса­ю­щих­ся, издан­ная Нико­ла­ем Нови­ко­вым, чле­ном воль­но­го Рос­сий­ско­го собра­ния при имп. Мос­ков­ском уни­вер­си­те­те, изда­ние 2-е, вновь исправ­лен­ное, умно­жен­ное и в поря­док хро­но­ло­ги­че­ский по воз­мож­но­сти при­ве­ден­ное. Ч. 6. СПб., 1788. С. 420-506.

28. Вре­мен­никъ Импе­ра­тор­ска­го Мос­ков­ско­го обще­ства исторш и древ­но­стей Рос­сий­скихъ / Вре­мен­ник Импе­ра­тор­ско­го Мос­ков­ско­го обще­ства исто­рии и древ­но­стей Рос­сий­ских. Кни­га 10. М.: в Уни­вер­си­тет­ской типо­графш, 1851. 514 с.

29. Бар­хат­ная кни­га. Гла­ва 8. Родъ кня­зей Суз-даль­скихъ [Элек­трон­ный ресурс] // http://​genealogia​.ru/ ргсу еСз/ЬаЛа^8.Ыт.

30. Куд­ряв­цев И.М. Сбор­ник послед­ней чет­вер­ти XV — нача­ла XVI в. из Музей­но­го собра­ния // Запис­ки Отде­ла руко­пи­сей ГБЛ. Вып. 25. М.: Изда­ние ГБЛ, 1962. С. 220-288.

31. Гимон Т.В. Лето­пис­ные запи­си на пас­халь­ных таб­ли­цах в сбор­ни­ке XIV в. // Пол­ное собра­ние рус­ских лето­пи­сей. М.: ЯРК, 2000. Т. 3: Нов­го­род­ская пер­вая лето­пись стар­ше­го и млад­ше­го изво­да. С. 569-589.

32. ПСРЛ. Симео­нов­ская лето­пись. Т. 18. М.: ЯСК, 2007. 328 с.

Print Friendly, PDF & Email
  1. Абу­ков Сер­гей Нави­лье­вич, кан­ди­дат исто­ри­че­ских наук, доцент кафед­ры исто­рио­гра­фии, источ­ни­ко­ве­де­ния, архео­ло­гии и мето­ди­ки пре­по­да­ва­ния исто­рии
    Донец­кий наци­о­наль­ный уни­вер­си­тет (г. Донецк, так назы­ва­е­мая «Донец­кая Народ­ная Рес­пуб­ли­ка»). []